<<
>>

3. Конец идеи союза со Швецией. Смерть Богдана Хмельницкого

Боевые успехи русской и украинской армий вызвали в Швеции заметные опасения: ее восточный сосед оказался в нежелательной близости к Балтийскому морю. Но это не мешало Швеции продолжать попытки заключить союз с Россией.

Швеция готова была признать за Россией право на Украину, Белоруссию и восточную часть Литвы79.

В Москве военные успехи породили иллюзию полного разгрома Речи Посполитой, а морской ветер с близкой Балтики явно кружил голову некоторым придворным. Но для войны против Швеции нужен был мир с Речью Посполитой, нужно было резко менять политический курс.

Как всегда в пору крутых перемен, мнения в придворных кругах разделились. Одни стояли за активность на балтийском направлении, другие считали нужным завершить борьбу за Украину и Белоруссию в союзе со Швецией.

В то время среди русских придворных и вельмож не было в обычае писать дневники и мемуары, да и письма друг к другу были довольно редким явлением, а потому историку весьма трудно представить размежевание политических сил, симпатий и антипатий.

Бесспорно, что Богдан Хмельницкий отстаивал прежнюю линию борьбы против Речи Посполитой. Он вел переписку и просил помощи у В.В. Бутурлина (тогда киевского воеводы), у патриарха Никона, у боярина Н.И. Одоевского и у князя Г.Г, Ромодановского. Можно предположить, что эти вельможи были на стороне Хмельницкого.

К Балтике рвались скорее всего люди из «новых»: Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащохин и его окружение, и к их голосу все внимательнее прислушивался царь Алексей Михайлович.

Для войны со Швецией нужны были союзники. Российские дипломаты могли рассчитывать на австрийских Габсбургов, которые еще с октября 1655 года посредничали в польско-русских спорах и прямо предлагали России и Польше заключить военный союз против Швеции. Естественными противниками Швеции на Балтийском море выступали Дания и Нидерланды, особенно острыми были противоречия между Данией и Швецией.

В Копенгаген направили в чине посланника князя Даниила Ефимовича Мышецкого. Его задачей было втянуть Данию в войну против Карла X Густава. Попутно Мышецкому предстояло говорить в Кёнигсберге с курфюрстом Бранденбурга, посетить в Миттаве герцога Курляндского и «склонять» их к миру с Речью Посполитой и к вступлению в антишвед- ский союз.

Как это часто бывало в России, все делалось в совершенно невероятной спешке, наскоро, в последний момент. Грамота царя к датскому королю Фридерику III была послана с Д.Е. Мышецким 13

марта 1656 г. (впервые в истории российской дипломатии царь лично подписал эту грамоту). Война Швеции была объявлена 17 мая 1656

г. Учитывая скорости передвижения посольств в то время, можно с уверенностью утверждать, что войну со Швецией начали, даже не получив ответа на предложение о союзе. Таким образом, в борьбу против одной из самых сильных европейских держав Россия вступала одна, без союзников.

Между тем Дания колебалась. Дипломаты Людовика XIV «дерзали» подкупать не только датских министров, но даже и самого короля, только бы удержать его от войны и не осложнить положение Швеции80, дабы Карл X мог противостоять Габсбургам в имперских землях.

Войну Дания объявила 1 июля 1657 г., когда Россия уже вынуждена была сворачивать военные действия.

Только в июне 1656 года, после объявления войны, начались переговоры России о союзе с Бранденбургом. Союз заключить не удалось, был подписан договор всего лишь о взаимном нейтралитете.

Переговоры о мире и союзе с Речью Посполитой закончились осенью 1656 года. Таким образом, Россия резко изменила курс внешней политики и начала войну против Швеции, не заключив анти- шведского союза и развалив уже фактически действующий анти- польский союз.

Уже начало мирных переговоров с Польшей свидетельствовало о полной несовместимости позиций: глава русской делегации князь Никита Иванович Одоевский требовал всю Украину, всю Белоруссию и Литву. Возглавивший делегацию Речи Посполитой воевода Ян Красиньский настаивал на возвращении всех утраченных земель, в том числе и Смоленска.

Переговорам грозил срыв. Тогда русские представители предложили другой вариант решения проблемы (время от времени выдвигавшийся еще со времен Ивана IV, но так и не реализованный) — избрать царя наследником бездетного Яна-Казимира, соединить оба государства династической унией.

Уже начало переговоров вызвало тревогу на Украине. Тревога усилилась, когда заговорили об унии государств. На Украине опасались, что, если Алексей Михайлович станет польским королем, он вынужден будет вернуть Украину под власть польских магнатов. Эти (совершенно необоснованные) слухи распространял сам Ян Красиньский.

Гетман Хмельницкий поставил своей целью не только доказать невозможность заключения мира, но и сорвать мирные переговоры. Еще до начала их он писал царю, что Ян-Казимир по всем европейским дворам ищет помощи против России, что римский папа советует ему помириться с царем, а потом, изгнав шведов, «всеми силами хотят о нас и о вере нашей православной промышлять»81.

К тревогам Хмельницкого в Москве отнеслись с пониманием, заверили, что Украина останется в составе России, предложили послать своих представителей в Вильно и сформулировать условия мирного договора. Хмельницкий предложил добиваться передачи всех украинских земель под власть гетмана, включая «владения давних князей русских», которые простирались до Вислы и до Венгрии. В крайнем случае, он предлагал провести границу по Южному Бугу82.

Эти требования целиком и полностью поддержал Н.И. Одоевский, и, когда из-за противодействия польских дипломатов не удалось привлечь к переговорам посланцев гетмана, Одоевский настаивал на условиях мира, выдвинутых гетманом Хмельницким. Только после того, как 29 августа последовало специальное распоряжение царя прекратить переговоры об избрании его на польский престол и о мире, а говорить лишь об антишведском союзе, вопрос об Украине был снят. 24 октября 1656 г. подписали перемирие, по условиям которого обе страны вели войну против Швеции, но каждая на свой страх и риск*3. Вряд ли заключенное в Вильно перемирие с Польшей можно считать успехом российской дипломатии. Скорее это было дипломатическое поражение России: Речь Посполитая отсрочила решение украинского вопроса и значительная часть шведских войск была выведена из Польши для войны против России. Россия фактически оказалась в международной изоляции.

И все же идея коалиционной войны против Речи Посполитой не была отброшена окончательно. Она оставалась как бы «запасным вариантом» внешнеполитического курса. Разрабатывал этот вариант с ведома российского правительства гетман Богдан Хмельницкий. У России оставалась возможность выйти из изоляции, используя продолжавшиеся переговоры гетмана со Швецией. Что же касается Молдавии, Валахии и Трансильвании, то с ними еще в июле—августе 1655 года Хмельницкий заключил соглашение о союзе против Речи Посполитой и о ненападении друг на друга44.

В 1656 году в Москву прибывают с просьбой о подданстве посольства из Молдавии и Валахии, и 29 июня последовало решение правительства о принятии в подданство Молдавии15. В Москве через Мельницкого знали о сближении Дунайских княжеств со Швецией и о коалиции против Польши в составе Швеции, Украины, Дунайских княжеств. Таким образом, сближение России с Дунайскими княжествами и выход России из международной изоляции мог произойти только при условии отказа от нового внешнеполитического курса и возвращения к прежней политике: к борьбе против Речи Посполитой и сближению со Швецией.

Начавшаяся война со Швецией тревожила Хмельницкого: «Слышали мы: ратные люди его царского величества уже и со шведами задор учинили. Бог знает, как оно все дальше пойдет». Гетман прямо пишет A.B. Бутурлину, что Украина будет искать союза со Швецией. «Мы, полагая несподручным в такой обстановке раздразнивать себя на своих соседей, хотим иметь себе приятелей, нежели неприятелей...»®б.

Приятелями мыслились старому гетману и Трансильвания, Молдавия, Валахия. 7 сентября 1656 г. он заключил союзный договор с трансильванским князем Дьердем Ракоци. С текстом договора был ознакомлен киевский воевода A.B. Бутурлин87.

Хмельницкий усиленно подталкивал к идее сближения с Тран- сильванией и Россию, и Молдавию. Он писал Г. Стефану, что нужно поддерживать дружеские отношения и с ними88. Старания гетмана не пропали втуне: при царском дворе весьма благожелательно встретили посланца Трансильвании Джоржа Раца и направили ответное посольство Григория Васильевича Волкова с извещением, что государь «принимает Ракоци в свою приязнь», и с рекомендациями поддерживать с Хмельницким самые дружеские отношения*9, В январе 1657

года Ракоци уже воевал вместе с Молдавией и Валахией на стороне Швеции, а вскоре к нему присоединился и 15'ТЫСЯЧНЫЙ отряд казаков под командой киевского полковника Антона Ждано- вича. О складывающемся антипольском союзе в Москве знали со слов самого Хмельницкого, но никаких претензий не высказывали, напротив, посланному в Чигирин Аврааму Лопухину предписывалось «жаловать и похвалять» гетмана за союз с Ракоци и валашским господарем Шербаном.

Отношения Хмельницкого со Швецией были направлены к прежней цели — к антипольскому союзу. Несмотря на войну, правительство Швеции не оставляло надежды на сближение с Россией и поворот ее против Речи Посполитой. 30 июня 1656 г. Карл X писал Хмельницкому о максимально возможном расширении антиполь- ского союза, а также и о том, «каким образом князь Московский и хан татарский могли быть привлечены к решению общих задач»90.

Через две недели, 15 июля, Карл X еще раз подчеркнул в письме к гетману: «...мы хотели совершенно открыто, с ведома даже великого князя Московского, войти в переписку с вашей светлостью и иными особами запорожского народа не для того, чтобы оттянуть народ ваш от соединения с Москвою, но чтобы воодушевить против общего врага — короля и Речи Посполитой Польской, объединив наши планы и оружие»91.

Вместе с тем начало русско-шведской войны не могло не сказаться на настроениях придворных и короля. В речи, произнесенной на заседании шведского риксдага 17 июля 1656 г., Карл сетовал на Москву и говорил, что было бы вообще неплохо «разъединить казаков с московитами»92.

Когда войска Хмельницкого и В.В. Бутурлина были на марше к Львову, в лагерь к Карлу X под польским городом Закрочимом прибыл посол от гетмана, все тот же монах Даниил, и договорился о продолжении переговоров. Осенью 1656 года в Чигорине появились королевские послы Якоб Герншельд и Готард Велинг. Инструкция предписывала им поссорить казаков с Москвой, разъяснить, что войну начал русский царь. Но делать это следовало чрезвычайно осторожно: если гетман откажется разрывать с Россией — не протестовать и предлагать лишь совместные военные действия казаков и шведов против Речи Посполитой93. Хмельницкий категорически отказался пересматривать решения Переяславской рады, и сменивший Велин- га в январе 1657 года Лилиенкрона уже не поднимал этого вопроса.

Послы Украины в Крыму в 1656-1657 годах развернули активную дипломатическую деятельность. Гетман ставил вопрос о союзе против Речи Посполитой, о ненападении татарских отрядов на союзников гетмана — Молдавию и Валахию. Переговоры закончились неудачей94.

Что касается Турции, то прямых контактов у России с ней не было, и там действовали только дипломаты Хмельницкого. В 1657 году послом туда был направлен сотник Чигиринского полка, один из лучших дипломатов Хмельницкого Лаврин Капуста. Положение его в Константинополе было довольно сложным. Под влиянием успехов Венеции в войне против Османской империи в городе готовилось восстание православного населения. Султанский диван спровоцировал кровавую резню православных95.

Переговоры Молдавии, Валахии, Трансильвании с Россией тоже осложняли действия Лаврина Капусты. Силистрийский паша Сия- уш уже готовил переправы через Дунай, а Мухаммед-Гирею были посланы указы о набеге на Дунайские княжества96.

Недоверие к Лаврину Капусте усиленно раздувал прибывший в Турцию польский посол Ян Яскульский. Яскульский старался внушить, что союз казаков с Молдавией, Валахией, Трансильванией и Швецией и особенно подданство казаков России резко увеличили опасность для Турции. Этот новый союз может погубить Речь Пос- политую, и тоща под властью московского царя будут соединены силы России, Украины, Польши, Литвы, Молдавии, Валахии, Трансильвании. Для Турции было бы весьма опасным иметь, как полагали в Стамбуле, у северных границ столь могущественного соседа, православного монарха97.

Хмельницкий не хотел привлекать внимание Османской империи к воссоединению России и Украины. С ведома Москвы он даже продолжал именовать себя рабом и холопом турецкого султана, только бы султан запретил татарам нападать на Украину. И этой цели Лаврин Капуста достиг. Султан запретил хану нападать на Украину при условии, что украинские казаки не будут нападать на Крым98.

Поворот России к сближению с Польшей повлиял и на отношения Хмельницкого с Речью Посполитой. На всякий случай в октябре 1655

года и в июле 1656 года гетман принимает польских послов. Послы пытались склонить Хмельницкого к разрыву с Россией и возвращению под дедичную власть короля. Разрывать с Россией гетман категорически отказался и сам потребовал: «Пусть знает Польша, что мы не войдем с нею в дружеские договоры, пока она не откажется от целой Руси»99.

С осени 1655 года Россия начала энергично готовиться к войне со Швецией. На Западной Двине и под Смоленском концентрировались войска для нападения на Ригу, армия А.Н. Трубецкого должна была, опираясь на Новгород и Псков, действовать в направлении Дерпта, а незначительные силы под командой Петра Ивановича Потемкина и Петра Пушкина — в Карелии и Ижорской земле в направлении устья Невы и острова Котлин. С главными силами на Ригу двинулся сам Алексей Михайлович. Командовал ими Яков Куденетович Черкасский. Взяв штурмом Динабург, Кокнес, 21 августа 1656 г. полки Черкасского подошли к Риге и приступили к осаде города. Внешними земляными валами овладели в первые же дни осады, но каменная крепость, построенная еще крестоносцами, держалась.

Среди осажденных начались разногласия. Мещане были не прочь сдаться русским, но гарнизон отказывался сдать город. (В 1655 г. до начала польско-шведской войны Рига принадлежала Речи Посполи- той. Когда 8 июня Швеция объявила войну, гарнизон Риги поспешил сложить оружие и нанялся на службу к королю Швеции Карлу X Густаву.) Сейчас этот гарнизон ожидал помощи от короля100.

Уже при осаде Риги сказалась неподготовленность России к вой* не. Без флота овладеть приморской крепостью было невозможно. Наступила осень. Распутица затрудняла снабжение русских войск. Решено было немедленно штурмовать город.

Накануне штурма иностранные офицеры-наемники выдали рижскому гарнизону место расположения пороховых и продовольственных складов россиян. Гарнизон предпринял вылазку и уничтожил основные запасы осаждавших и нанес русским значительный урон в живой силе. В октябре 1656 года осаду Риги сняли.

Армия А.Н. Трубецкого к зиме 1656/57 года овладела Дерптом. В июне 1656 года начались военные действия в Карелии и в Ижор- ской земле. В распоряжении Потемкина и Пушкина было всего несколько сотен людей, но им оказывало большую помощь местное русское население. Петр Пушкин ходил из Олонца на Кексгольм, но взять не смог, зато увел с собой множество русских людей, не желавших оставаться под властью Швеции101.

Петр Иванович Потемкин базировался со своим отрядом в Лавуй- ском остроге на пограничной реке Лавуе. 3 июня 1656 г. П.И. Потемкин перешел границу и осадил Нотебург (будущий Шлиссельбургу затем овладел Ниеншанцем в устье Невы. Потемкин нанес также поражение шведам на море у острова Котлин, но не получил подкрепления и в ноябре вынужден был отойти к Новгороду102. Закрепиться на побережье Балтики он не смог.

В следующем, 1657 году шведы предпринимают поход на Псковско- Печерский монастырь и на Гдов. В сражении под Гдовом И.А. Хованский разбил шведов, овладел Сыренским, Нарвским, Иван-Городским и Ямским уездами, едва не вышел к берегам Финского залива, но и он, не получив поддержки, вернулся в Псков. Затем в 1658 году он овладел Сыренском, осадил Ревель, пытался взять Нарву103.

Однако дальнейшее развитие событий было приостановлено возобновлением военных действий со стороны Польши. Начались переговоры со Швецией о мире. В последние месяцы жизни Хмельницкому, выдающемуся политику, казалось бы, удалось осуществить свой замысел: складывается антипольская коалиция — союз Украины, Молдавии, Валахии, Транскльвании и Швеции был заключен. Этот договор не был тайной для Стамбула, и султан послал символический подарок хану — халат и саблю, приказав, чтобы эту саблю хан обрушил на головы неверных молдаван и валахов. Мухаммед- Гирей решил идти в обход украинских земель, чтобы соблюсти договор о ненападении 1655 года.

Но Хмельницкий не мог оставить на произвол судьбы союзников. Соединенные силы русских и украинских войск сосредоточились на переправах в низовьях Днепра и почти два месяца сдерживали татар. Только в июле 1657 года часть их сил просочилась за Южный Буг и двинулась против отрядов трансильванского князя Дьердя II Ра- коци и казацкого полковника Антона Ждановича.

Гетман приказал Ждановичу ни в коем случае не покидать союзника. Но в это время престарелый Богдан Мельницкий был уже тяжело болен, а его генеральный писарь Иван Астафьевич Выгов- ский придерживался других политических взглядов и исподволь готовился к тому, чтобы после смерти гетмана взять булаву в свои руки. Выговский предпочитал видеть Украину под слабой властью польского короля и потому желал поражения и шведам, и Ракоци. Он тайком от Хмельницкого приказал Ждановичу покинуть союзника и возвращаться на Украину.

Антон Жданович понимал, что дни Хмельницкого сочтены, что булава окажется скорее всего у И. А. Вы го в с кого, а потому дерзнул нарушить приказ гетмана.

В итоге, оставленный союзником, Дьердь Ракоци был разбит поляками, а затем и татарами. Известие о гибели войска Ракоци, о том, что Жданович нарушил приказ и бросил союзника, стало последним ударом для больного гетмана. Последовало кровоизлияние в мОзг, и 27 июля 1657 г. Зиновий-Богдан Михайлович Хмельницкий скончался104.

Еще при жизни Хмельницкого среди казацкой старшины были заметны стремления найти покровительство не под высокой рукой Алексея Михайловича, а под протекторатом польского короля, турецкого султана или крымского хана.

Вряд ли стоит клеймить эти попытки как «измену Украине и ее народу, измену России». (Такие оценки стали уже шаблоном в нашей исторической науке, вплоть до школьных учебников.) Попытки пересмотреть их немедленно пресекались отнюдь не научными методами, навешивался ярлык «украинский националист». Политику каждого из преемников Хмельницкого необходимо рассматривать отдельно и оценки их действиям давать дифференцированно.

Гетман Хмельницкий сдерживал своим авторитетом и властью противостоящие ему группировки старшины. Смерть этого величайшего деятеля Украины и России развязывала руки его политическим противникам.

Теперь Речь Посполитая могла опереться на ту часть украинской казацкой старшины, которая стремилась получить широкие права польских магнатов и готова была ради этого пожертвовать украинской государственностью и вернуть Украину под власть короля. Другие группировки в борьбе за гетманскую булаву искали поддерж- ки у Турции или Крымского ханства, третьи предпочитали сохранить единство с Россией.

Политическая жизнь Украины второй половины XVII века была связана с эволюцией украинской государственности, сложившейся в ходе Освободительной войны. Внутренняя и внешняя политика Богдана Хмельницкого после Переяславской рады свидетельствует, что воссоединение Украины с Россией сохранило практически полную самостоятельность Украины во внутренней и внешней политике.

Рассматривать политическую деятельность преемников Хмельницкого представляется продуктивным, лишь учитывая, способствовала ли эта деятельность сохранению национальной государственности или в угоду сословным амбициям и для утоления ненасытной жажды личной власти гетманы жертвовали самостоятельностью Украины. Проблема эта сложная. Отметим только, что во второй половине XVII века Украина была полна противоречий, начиналась своего рода «украинская смута». Недаром от того времени в народе сохранилась поговорка: «Где сойдутся два хохла, там — три гетмана».

<< | >>
Источник: Коллектив авторов. История внешней политики России. Конец XV — XVII век (От свержения ордынского ига до Северной войны). — М.: Междунар. отношения. — 448 с., ил. — (История внешней политики России. Конец XV в. — 1917 г.) (Институт российской истории РАН).. 1999

Еще по теме 3. Конец идеи союза со Швецией. Смерть Богдана Хмельницкого:

  1. 5. Богдан Хмельницкий, его вклад в создание независимого украинского государства.
  2. СТАТЬИ БОГДАНА ХМЕЛЬНИЦКОГО Первьій договор между Украиной и Россией 21 марта 1654 г.
  3. Глава 11 БОГДАН ХМЕЛЬНИЦКИЙ, ЕГО ВКЛАД В СОЗДАНИЕ НЕЗАВИСИМОГО УКРАИНСКОГО ГОСУДАРСТВА
  4. Смерть в сердцевине вещей. Конец avaritia
  5. Глава 2 ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА И ЕГО СПЕЦИФИКА. МЕСТО ТАМОЖЕННОГО ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА В СИСТЕМЕ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА
  6. Рождение героя из его смерти: «Путевка в жизнь» – «педагогическая поэма» о смерти
  7. 5. Первые годы правления Михаила Романова: урегулирование отношений с Речью Посполитой и Швецией
  8. 6. Конфликты со Швецией, Литвой и Ливонией, 1492#x2011;1503 гг.
  9. Богдан Александрович Кистяковский
  10. Условия таможенного союза Европейского союза
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -