<<
>>

§ 6. Оглашение приговора


Провозглашается приговор (в соответствии с тем. в каком составе он был постановлен) судьей, рассматривавшим дело единолично, председательствующим или народным заседателем либо — при рас
смотрении дела в составе трех судей — председательствующим или членом суда.

В соответствии со ст. 318 УПК «все присутствующие в зале судебного заседания, не исключая состава суда, выслушивают приговор стоя. Если приговор изложен на языке, которым подсудимый не владеет, то вслед за провозглашением приговора он должен быть прочитан переводчиком в переводе на родной язык подсудимо! о или на другой язык, которым он владеет». Затем суд должен принять меры к письменному переводу приговора и не позднее трех суток после провозглашения вручить его осужденному или оправданному.
Судебной практике известны случаи, когда приговоры оглашаются нс полностью либо оглашается только их резолютивная часть. Некоторые судьи высказывают мнение, что чтение больших по объему приговоров с часто повторяющимися фрагментами отнимает много времени и сил. Представляется, что такие аргументы являются недопустимыми по следующим причинам:
а)              нормы действующего УПК не предусматривают такой возможности;
б)              участники процесса должны иметь возможность услышать весь текст приговора, оценить его логическую последовательность и аргументацию как по доказанности обвинения и юридической квалификации, так и по назначенному наказанию;
в)              у участников процесса не должно быть ни малейшего сомнения, что после частичного оглашения приговора в него могут быть внесены какие-либо изменения.
Единственным допущением, предусмотренным УПК по процедуре оглашения приговора, является разрешение председательствующего сидеть при его оглашении лицам преклонного возраста или с явными физическими недостатками. Представляется, чго такое разрешение может быть дано и другим лицам, обратившимся к председательствующему с мотивированной просьбой. Однако оглашающий приговор судья или народный заседатель во всех случаях должны делать это стоя.
Судьи рассказывают, что порой, выйдя из совещательной комнаты для оглашения приговора, они сталкиваются с тем, что подсудимого нет в зале. В связи с этим возникает ряд вопросов, требующих cooI ветствующих разъяснений. Можно ли оглашать приговор в отсутствие подсудимого либо оглашение приговора отложить до выяснения ситуации?
Полагаю, что единственно возможным решением на краткую отсрочку оглашения приговора может быть поручение председатель
ствующего судебному приставу или секретарю судебного заседания выяснить, не находится ли подсудимый в здании суда, и предложить ему пройти в зал, а на это время (до получения какого-либо сообщения) возвратиться в совещательную комнату. Поскольку УПК не содержит нормы, запрещающей оглашение приговора в отсутствие осужденного, получив сообщение, что осужденный не обнаружен, следует выйти из совещательной комнаты и огласить приговор. При этом в протоколе судебного заседания следует в обязательном порядке сделать запись, что подсудимый при оглашении приговора отсутствовал.
Если суд назначил наказание в виде лишения свободы и избрал меру пресечения в виде содержания под стражей с момента оглашения приговора, то в соответствии со ст.
359 УПК после оглашения приговора его заверенную копию следует направить начальнику отделения милиции по месту жительства осужденного с сопроводительным письмом, в котором предложить принять меры к исполнению приговора в части задержания осужденного и направления его в распоряжение органов, ведающих исполнением приговора. При получении сообщения милиции, что обнаружить осужденного невозможно, следует вынести постановление о его розыске. Один из судей рассказал, что. пока состав суда был в совещательной комнате, подсудимый воспользовался оплошностью сотрудников конвоя и предпринял попытку суицида (перерезал вены), после чего был отправлен в больницу. Узнав об этом при выходе из совещательной комнаты для оглашения приговора, председательствующий не стал оглашать приговор и, возвратившись вместе с народными заседателями в совещательную комнату, позвонил в больницу и выяснил, что состояние подсудимого вне опасности и через 3—4 дня он будет выписан из больницы. Получив такое сообщение, суд вышел в зал, и сначала председательствующий информировал участников процесса и присутствующих о полученной информации, а затем огласил приговор. Правильно ли поступил судья?
Следует согласиться с теми, кто считает, что при этом была нарушена тайна совещания судей, так как никакие контакты до оглашения приговора недопустимы, а. вступив в телефонные переговоры, судья фактически нарушил ст. 302 УПК.
Представляется, что после выхода из совещательной комнаты для оглашения приговора или другого процессуального документа следует немедленно приступить к их оглашению, независимо от наличия в зале подсудимых и других участников процесса. Однако в этой свя
зи возникает вопрос: С какого времени следует считать начало подачи жалобы на приговор для осужденного, не присутствовавшего во время его оглашения? Полагаю, что этот срок начинается только с момента вручения осужденному заверенной копии приговора. Обо всем сказанном также должна быть сделана запись в протоколе судебного заседания. Похожий случай рассказал другой судья, но пояснил, что подсудимого спасти не смогли. Эта ситуация вызывает много вопросов. В частности, следует ли оглашать приговор, если уже известно, что осужденного нет в живых?
Представляется, что приговор следует оглашать в любом случае, так как он отражает решение суда по конкретному обвинению, предъявленному подсудимому при его жизни; он подписан составом суда и его пересмотр возможен только в соответствии с процедурой, предусмотренной процессуальным законом. Кроме того, единственным юридическим документом, подтверждающим смерть человека, является выданное органами ЗАГС свидетельство о смерти, реквизиты которого должны быть занесены в протокол судебного заседания, а заверенная судьей ксерокопия приобщена к материалам дела. Представляется также, что и предъявление такого свидетельства к моменту оглашения приговора, не исключает, а обязывает суд ог ласить его для участников процесса, так как только с момента оглашения у них возникает возможность на реализацию своих прав по обжалованию или опротестованию приговора.
Ниже приводятся примерные варианты проектов приговоров по учебному заданию.
Вариант квалификации действий Короткова но п. «б» и «в» ч. 2
ст. 213 УК
ПРИГОВОР Именем Российской Федерации
Число, месяц, год
N-ский районный суд г. Москвы в составе председательствующего. народных заседателей, с участием прокурора, адвоката, при секретаре, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по обвинению Короткова Николая Петровича, 25 июля 1970 г. рождения, с образованием 10 классов, работавшего грузчиком в продо
вольственном магазине № 10 г. Москвы, женатого, имеющего дочь декабря 1989 года рождения, ранее судимого: 25 января 1997 г. Бабушкинским межмуниципальным районным судом Северо-Восточного административного округа г. Москвы по ч. 1 ст. 213 УК РФ на 2 года лишения свободы, срок наказания исчислялся с 15 декабря 1996 г., освобожден 15 марта 1998 г. условно-досрочно на 9 месяцев по определению Мытищинского городского народного суда Московской области от 15 марта 1998 г., по п. «б» и «в» ч. 2 ст. 213 УК РФ,
установил:
Ранее судимый за хулиганство Коротков вновь совершил хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам, связанное с оказанием сопротивления иным лицам, пресекавшим нарушение общественного порядка.
25 июля 1998 г. примерно в 18 часов на улице Снежной, у дома № 13, в г. Москве, нетрезвый Коротков с целью познакомиться остановил незнакомую женщину — Л.§.Красину. Проявляя явное неуважение к общепринятым нормам поведения в общественном месте, оскорбительно приставал к ней, крепко схватил ее за руку и, не реагируя на ее настойчивые просьбы прекратить приставание, удерживал ее руку примерно 5—7 минут. Не имея возможности вырваться, Красина закричала о помощи. Услышав крики, к ним подошел незнакомый им ранее Б.А.Ковалев и предложил Короткову оставить женщину в покое и отпустить ее. На это требование Коротков, ругаясь нецензурно, заявил Ковалеву, чтобы тот не вмешивался и шел дальше своей дорогой. Красина снова попросила Ковалева о помощи, в связи с чем тот предложил Короткову пройти с ним в милицию. Коротков вновь выругался нецензурно, а затем отпустил Красину и хотел уйти, но Ковалев взял его за левую руку и пытался удержать. В ответ на это Коротков, ругаясь нецензурно, ударил Ковалева кулаком по лицу, а когда тот упал, ударил его ногой по спине, после чего убежал.
Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что в результате нанесенных Ковалеву побоев ему была причинена физическая боль.
В судебном заседании, согласившись дать объяснения по существу предъявленного ему обвинения, подсудимый Коротков винов
ным себя признал частично. Он пояснил, что около 18 часов 25 июля 1998 г. на улице Снежной, у дома № 13, в г. Москве встретил незнакомую женщину, брал ее за руку и не отпускал некоторое время, а Ковалева, который требовал пройти с ним в милицию, он не бил ни рукой, ни ногой. Подсудимый пояснил, что, когда Ковалев схватил его за руку и стал куда-то тащить, он сильно рванул свою руку, и от этого рывка Ковалев не удержался на ногах и упал. Поскольку он упал на асфальт, то, вероятно, от этого и получил телесные повреждения. Коротков не отрицал, что употреблял нецензурную брань.
Далее подсудимый пояснил, что 25 июля 1998 г. был день его рождения, и сотрудники магазина уговорили его распить спиртное. Подробности происшедшего он помнит плохо, так как выпил много водки. В то же время показаниям Красиной и Ковалева он доверяет не полностью и считает, что они его оговаривают с целью получения от него денег.
Потерпевшие Красина и Ковалев показали, что ни друг друга, ни Короткова они ранее не знали. Оба пояснили, что впервые встретились 25 июля 1998 г. примерно в 18 часов у дома № 13, на улице Снежной, в г. Москве.
Красина пояснила, что она шла с работы домой, когда около этого дома к ней пристал пьяный Коротков. Он грубо схватил ее за руку и, оскорбительно обращаясь к ней, предлагал познакомиться и вместе погулять. Она старалась успокоить его, уговаривала отпустить, говорила, что торопится домой. При этом Красина пыталась вырвать руку, но Коротков крепко удерживал ее и не отпускал. Красина пояснила, что хотя Коротков не высказывал в ее адрес никаких угроз, однако она его боялась, так как он был пьян, и она не знала, чем все это может закончиться, и поэтому закричала о помощи. Почти сразу на ее крик к ним подошел мужчина, как потом она узнала, это был Ковалев.
Потерпевший Ковалев пояснил, что, услышав крики женщины о помощи, он быстро подошел ближе и увидел, что пьяный Коротков держал Красину за руку и куда-то тащил ее с собой, а она пыталась вырваться и кричала о помощи.
Далее Красина и Ковалев показали, что Ковалев настойчиво потребовал, чтобы Коротков перестал приставать к женщине и отпустил ее. Продолжая удерживать Красину за руку и ругаясь нецензурно, Коротков заявил Ковалеву, чтобы тот шел своей дорогой и не лез в чужие дела. После этого Ковалев предложил Короткову пройти с ним в отделение милиции и там разобраться с его поведением.

Однако в ответ на повторное требование пройти с ним в милицию Коротков вновь выругался нецензурно, а затем отпустил Красину и хотел уйти. Не желая этого допустить, Ковалев взял Короткова за левую руку и пытался удержать. В ответ на это Коротков, ругаясь нецензурно, повернулся к Ковалеву и ударил его кулаком по лицу, а когда тот от удара упал, ударил его ногой в область спины, после чего убежал. Ковалев пояснил, что он упал от сильного и неожиданного удара по лицу.
Красина и Ковалев пояснили также, что они вместе пошли в милицию, где все рассказали, в том числе о приметах этого мужчины, оставили письменные заявления с просьбой найти напавшего на них мужчину и привлечь его к уголовной ответственности. 6 августа 1998 г. их пригласили в милицию, и среди троих мужчин, предъявленных им для опознания, они категорически указали на Короткова, как на мужчину, приставшего к Красиной 25 июля 1998 г. и тогда же учинившего насилие над Ковалевым. Опознания проводились с каждым из них отдельно.
Красина пояснила далее, что материального ущерба ей не причинено, но она считает, что Коротков причинил ей нравственные и физические страдания, и заявляет иск о возмещении морального вреда на сумму 3000 рублей.
Ковалев пояснил, что он 7 дней не ходил на работу, так как болела спина, и, кроме того, он стыдился показаться перед сотрудниками с синяком под глазом. По этим основаниям он заявил гражданский иск на сумму материального ущерба в размере 500 рублей. Из них на 300 рублей он предъявил следователю письмо из бухгалтерии, из которого усматривается, что в период с 26 июля по 1 августа 1998 г. включительно Ковалев не работал, в связи с чем ему не была начислена заработная плата в размере 300 рублей. Ковалев пояснил. что на 200 рублей он приобретал лекарства, но ни рецепта, ни чека из аптеки у него нет. Кроме того, он считает, что своими действиями Коротков причинил ему нравственные и физические страдания, и заявил иск о возмещении морального вреда на сумму 5000 рублей.
Виновность Короткова подтверждается также письменными заявлениями Красиной и Ковалева, переданными ими в милицию сразу же после случившегося события; протоколами опознания Короткова, из которых видно, что Красина и Ковалев категорически опознали его среди троих мужчин. Из протоколов видно также, что никаких жалоб и заявлений на процедуру опознания от участников
не поступило. Из заключения судебно-медицинской экспертизы от 28 июля 1998 г. усматривается, что при первичном освидетельствовании 25 июля 1998 г. у Ковалева была обнаружена гематома в области поясницы и небольшая припухлость и гематома в области левого глаза. Эксперты пришли к заключению, что эти повреждения, возможно, получены 25 июля 1998 г. при ударе о твердый предмет, например при падении либо от удара обутой ногой в область спины и кулаком в область глаза. Указанные повреждения относятся к категории побоев, причинивших физическую боль.
Оценивая приведенные доказательства, суд отмечает, что показания потерпевших последовательны, логичны и в совокупности с приведенными доказательствами устанавливают одни и те же факты, изобличающие подсудимого, в связи с чем суд пришел к выводу, что у потерпевших нет оснований оговаривать подсудимого, и признает их показания достоверными и правдивыми.
Анализируя и оценивая показания подсудимого в судебном заседании в совокупности с другими доказательствами, суд пришел к выводу, что они не заслуживают доверия, поскольку, совпадая во многих деталях зарождения и развития конфликтной ситуации, противоречат показаниям потерпевших и другим исследованным доказательствам. При этом противоречия между показаниями Короткова и потерпевших в части применения насилия к Ковалеву суд объясняет сильным состоянием опьянения подсудимого, которое не отрицал сам Коротков и которое подтвердили потерпевшие Красина и Ковалев. По мнению суда, нетрезвое состояние подсудимого послужило причиной конфликта и помешало ему правильно ориентироваться в созданной им же ситуации, а также запомнить отдельные фрагменты совершенного им деяния.
Оценивая изложенные доказательства в совокупности, суд пришел к твердому убеждению, что вина Короткова в совершении действий, указанных в установочной части приговора, доказана.
У суда нет оснований сомневаться в заключении судебно-психи- атрической экспертизы, проведенной квалифицированными специалистами, имевшими возможность ознакомиться с медицинской картой Короткова из поликлиники. Поведение Короткова в судебном заседании не вызвало у суда сомнений в его психической полноценности. Кроме того, в судебном разбирательстве не установлены какие-либо сведения, порочащие указанное заключение. По этим основаниям суд признает Короткова вменяемым в отношении совершенного им деяния.

В заключении судебно-психиатрической экспертизы указано, что Коротков является хроническим алкоголиком и нуждается в принудительном лечении. Учитывая, что в указанном заключении судебно-психиатрической экспертизы нет сведений о наличии или отсутствии каких-либо противопоказаний для применения лечения, суд не считает возможным назначить его применение.
Переходя к юридической оценке содеянного, суд признает, что действия нетрезвого Короткова, выразившиеся в дерзком по форме приставании к незнакомой женщине и употреблении в ее присутствии нецензурных выражений, унижающих и оскорбляющих ее честь и достоинство, нарушили общепринятые нормы и правила поведения граждан в обществе.
Удержание Красиной за руку в течение 5—7 минут до появления Ковалева суд расценивает как насильственные действия, ограничившие против ее воли свободу передвижения и возможность принятия решений, и квалифицирует их как грубое нарушение общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, сопровождавшееся применением насилия к гражданам.
Анализируя совокупность обстоятельств происшедшего события, суд пришел к выводу, что фактическому пресечению насилия в отношении Красиной способствовали конкретные действия Ковалева, поспешившего на ее крики о помощи и потребовавшего от подсудимого прекратить приставание к женщине и пройти в милицию для разбирательства. Меры по задержанию подсудимого, принятые Ковалевым, суд признает правомерными и, учитывая, что они практически совпали по времени с пресечением насильственного приставания к Красиной, считает их продолжением действий по пресечению хулиганства. При этом суд исходит из того, что для пресечения преступления достаточно устного требования о его прекращении, тем более что требование Ковалева было усилено угрозой доставления Короткова в милицию.
Учитывая, что нанесенные Ковалеву побои причинили ему физическую боль, действия подсудимого по эпизоду применения насилия к Ковалеву суд квалифицирует по признаку оказания сопротивления гражданину, пресекавшему хулиганство.
Непогашенная судимость Коротковым не оспаривается и подтверждается копией вступившего в законную силу приговора Ба- бушкинского межмуниципального районного суда г. Москвы от 25 января 1997 г. об осуждении его по ч. 1 ст. 213 УК РФ на 2 года лишения свободы. С учетом изложенного действия Короткова суд квалифицирует по п. «б» и «в» ч. 2 ст. 213 УК РФ.

Обсуждая вопрос об избрании вида и размера наказания, суд учитывает, что совершенное Коротковым преступление относится к преступлениям средней тяжести, что совершено оно в период не отбытого им срока наказания, а также отрицательную характеристику по месту работы. Обстоятельством, смягчающим наказание Короткова, суд признает наличие у него малолетнего ребенка. Обстоятельств, отягчающих наказание Короткова, предусмотренных ст. 63 УК РФ, суд не находит.
Сведения, характеризующие поведение Короткова по месту жительства, суд не принимает во внимание, так как документ подписан ненадлежащим лицом.
Учитывая необходимость соответствия характера и степени общественной опасности преступления обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также учитывая влияние назначаемого наказания на исправление Короткова и на условия жизни его семьи, руководствуясь принципом социальной справедливости и судейским убеждением, суд считает необходимым избрать Короткову наказание, связанное с лишением свободы.
Коротков ранее отбывал лишение свободы и в соответствии с п. «в» ч. 1 ст, 58 УК РФ должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима.
Данное преступление Коротков совершил в период оставшегося не отбытого срока после условно-досрочного освобождения от наказания по приговору Бабушкинского межмуниципального районного суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы от января 1997 г., в связи с чем наказание по данному приговору должно быть назначено по правилам ст. 70 и 79 УК РФ.
С учетом названных обстоятельств, а также учитывая, что данное преступление однородно не только по квалификации, но и по характеру с преступлением, за которое у Короткова остались не отбытыми девять месяцев лишения свободы, суд пришел к выводу, что Коротков не оправдал проявленные к нему доверие и гуманизм, не сделал для себя должных выводов, и по этим основаниям считает необходимым полностью присоединить этот срок к наказанию по данному приговору.
Потерпевший Ковалев заявил гражданский иск о возмещении ему имущественного ущерба в размере 500 рублей и морального вреда в размере 5000 рублей. Обосновывая иск, Ковалев пояснил, что он 7 дней не ходил на работу, так как болела спина, и, кроме того, он стыдился показаться перед сотрудниками с синяком под
глазом. В материалах дела имеется письмо предприятия, из которого усматривается, что в период с 26 по 1 августа 1998 г. включительно Ковалев не работал, в связи с чем ему не была начислена зарплата в размере 300 рублей. Ковалев пояснил, что на 200 рублей он приобретал лекарства, но ни рецепта, ни чека из аптеки у него нет. Кроме того, Ковалев заявил иск о возмещении морального вреда на сумму 5000 рублей, так как считает, что Коротков причинил ему нравственные и физические страдания, заключающиеся в том, что в результате насилия причинен вред его здоровью и что в течение 7 дней он испытывал физическую боль. Кроме того, он не мог появиться не только на работе, но также и среди друзей и знакомых, опасаясь, что если они увидят его с опухшим лицом и синяком под глазом, то его авторитет порядочного и не пьющего человека может быть подорван.
Обсуждая вопрос о возмещении имущественного вреда Ковалеву, суд считает, что он подлежит удовлетворению частично, в размере не полученной им заработной платы в сумме 300 рублей, что подтверждено письмом с места его работы. Поскольку никаких финансовых документов, подтверждающих приобретение лекарств, суду не предъявлено, суд считает, что в части взыскания 200 рублей исковые требования Ковалева не подлежат удовлетворению.
Красина заявила гражданский иск о взыскании с Короткова 3000 рублей в возмещение морального вреда, заключающегося в причинении ей физических и нравственных страданий, связанных с фактом насильственного приставания, а также унижением ее чести и достоинства как женщины. Обосновывая свои исковые требования, Красина пояснила, что после случившегося она даже днем стала бояться одна ходить по улице, и в настоящее время ей страшно и за себя, и за своих детей, в связи с чем в семье серьезно обсуждается вопрос о смене режима работы, чтобы не возвращаться домой в темное время суток.
Обсуждая вопрос о возмещении морального вреда Красиной и Ковалеву, суд признает доводы потерпевших обоснованными. При этом суд учитывает, что Красина пережила сильный испуг и стресс, что обоим потерпевшим в результате насилия были причинены физические страдания, что их честь и достоинство были оскорблены и унижены преступным поведением Короткова. Суд также учитывает, что Ковалев не остался безучастным к крикам женщины о помощи
и,              рискуя своим здоровьем, реально защитил ее от пьяного хулигана, получив при этом побои, повлекшие физическую боль. Суд

учитывает также нравственные страдания Ковалева, вынужденного в целях сохранения личной и деловой репутации в течение недели не встречаться с коллегами по работе и друзьями.
Суд также учитывает материальное положение подсудимого Короткова и наличие в его семье малолетнего ребенка.
Учитывая отсутствие правовых норм, определяющих материальные критерии, эквивалентные нравственным и физическим страданиям, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости и исходя из судейской убежденности, на основании ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ и ст. 310 УПК РСФСР суд принимает решение об удовлетворении заявленных исков о возмещении морального вреда частично: Красиной — в сумме 1000 рублей, Ковалеву — в сумме 3000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 300, 301,303,305, 309, 310, 312, 313, 314, 315, 317 УПК РСФСР, суд
приговорил:
Короткова Николая Петровича признать виновным по п.«б» и «в»
ч.              2 ст. 213 УК РФ й назначить ему наказание в виде одного года и трех месяцев лишения свободы.
На основании ст. 70 и 79 УК РФ к данному наказанию полностью присоединить девять месяцев лишения свободы, не отбытые им по приговору Бабушкинского межмуниципального районного суда Северо-Восточного административного округа г. Москвы от 25 января 1998 г., и окончательно назначить наказание в виде двух лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения Короткову Н.П. до вступления приговора в законную силу оставить содержание под стражей. Срок наказания исчислять с 6 августа 1998 г.
В возмещение материального ущерба взыскать с Короткова Н.П. в пользу Ковалева Б.А. 300 рублей.
В возмещение морального вреда взыскать с Короткова Н.П. в пользу Ковалева Б.А. 3000 рублей и в пользу Красиной Л.Б. — 1000 рублей.
Приговор может быть обжалован и опротестован в Московский городской суд в течение 7 суток со дня его провозглашения, а Коротковым Н.П. — в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.
П редсед ател ьству ю щи й Народные заседатели

Вариант квалификации действии Короткова ио и. «в» ч. 2 ст. 213 и ст. 116 УК РФ
(Извлечение из приговора)
Переходя к юридической оценке содеянного, суд признает, что действия нетрезвого Короткова, выразившиеся в дерзком по форме приставании к незнакомой женщине и употреблении в ее присутствии нецензурных выражений, унижающих и оскорбляющих ее честь и достоинство, нарушили общепринятые нормы и правила поведения граждан в обществе.
Удержание Красиной за руку в течение 5—7 минут до появления Ковалева суд расценивает как насильственные действия, ограничившие против ее воли свободу передвижения и возможность принятия решений, и квалифицирует их как грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождавшееся применением насилия к гражданам.
Непогашенная судимость Коротковым не оспаривается и подтверждается копией вступившего в законную силу приговора Ба- бушкинского межмуниципального районного суда г. Москвы от 25 января 1997 г. об осуждении его по ч. 1 ст. 213 УК РФ на два года лишения свободы. С учетом изложенного действия Короткова по эпизоду с Красиной суд квалифицирует по п. «в» ч. 2 ст. 213 УК РФ.
По эпизоду применения насилия в отношении Ковалева органы дознания усмотрели в действиях Короткова наличие квалифицирующего признака оказания сопротивления иным лицам в связи с их участием в пресечении общественного порядка, т.е. п. «б» ч. 2 ст. 213 УК РФ.
Суд считает такую квалификацию неправильной по следующим основаниям. В судебном разбирательстве установлено, что после вмешательства Ковалева подсудимый фактически прекратил хулиганские действия, сопровождавшиеся применением насилия в отношении Красиной, и пытался уйти, но Ковалев не дал ему сделать это и задержал его.
Отмечая, что фактическому пресечению насильственного приставания к Красиной действительно способствовали конкретные действия Ковалева, суд признает правомерными принятые Ковалевым меры по задержанию подсудимого. В то же время суд признает, что насилие в отношении Ковалева было применено после окончания хулиганских действий и было связано не с их пресече-

нием, а с задержанием Короткова за уже оконченные хулиганские действия.
С учетом заключения судебно-медицинской экспертизы о причинении Ковалеву побоев, повлекших физическую боль, суд квалифицирует действия подсудимого по этому эпизоду по ст. 116 УК РФ. На основании изложенного, руководствуясь ст. 300, 301, 303, 305, 309, 310, 312, 313, 314, 315, 317 УПК РСФСР, суд
приговорил:
Короткова Николая Петровича признать виновным по п. «в» ч. 2 ст. 213 и ст. 116 УК РФ и назначить ему наказание:
по п. «в» ч. 2 ст. 213 УК РФ в виде одного года и семи месяцев лишения свободы;
по ст. 116 УК РФ в виде исправительных работ по месту работы сроком на шесть месяцев с удержанием 10% заработка в доход государства.
Учитывая, что в соответствии с ч. 2 ст. 71 УК РФ при сложении наказаний по совокупности преступлений в виде лишения свободы и исправительных работ наказание в виде исправительных работ не может исполняться самостоятельно, суд по правилам п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ назначенное Короткову наказание в виде шести месяцев исправительных работ заменяет на два месяца лишения свободы и на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем полного сложения назначает Короткову Н.П. наказание в виде одного года и девяти месяцев лишения свободы.
На основании ч. 1 и 4 ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию полностью присоединить не отбытое Коротковым наказание в виде девяти месяцев лишения свободы по приговору Бабушкинского межмуни- ципального районного суда Северо-Восточного административного округа от 25 января 1997 г. и окончательно назначить наказание по совокупности приговоров в виде двух лет и шести месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения Короткову Н.П. до вступления приговора в законную силу оставить содержание под стражей. Срок наказания исчислять с 6 августа 1998 г.
Приговор может быть обжалован и опротестован в Московский городской суд в течение семи суток со дня его провозглашения, а Коротковым Н.П. — в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.
Председательствующий Народные заседатели
<< | >>
Источник: Халдеев Л.C.. Судья в уголовном процессе: Практ. пособие. 2000

Еще по теме § 6. Оглашение приговора:

  1. § 13. Виды приговоров. Требования, предъявляемые к приговору
  2. В. Приговор § 1. Сущность и значение приговора
  3. § 6. Официальное оглашение нормативного акта
  4. Статья 180. Оглашение показаний свидетелей
  5. Статья 182. Оглашение и исследование переписки и телеграфных сообщений граждан
  6. § 9. Осмотр вещественных доказательств и оглашение документов
  7. IV. Поземельные книги и другие системы оглашений (вотчинная и крепостная системы)
  8. § 58. Явка завещания. - Двоякое ее значение. - Оглашение. - Новый обряд явки. - Хранение завещания
  9. § 19. Способы приобретения права собственности на недвижимости и способы оглашений
  10. Глава 28 ПРИГОВОР СУДА
  11. Глава 34 ИСПОЛНЕНИЕ ПРИГОВОРА
  12. 1. ВОПРОСЫ ОПТИМИЗАЦИИ ПОРЯДКА ИЗГОТОВЛЕНИЯ И ОГЛАШЕНИЯ СУДЕБНЫХ АКТОВ, СРОКОВ ИХ ОБЖАЛОВАНИЯ И СРОКОВ РАССМОТРЕНИЯ СООТВЕТСТВУЮЩИХ ЖАЛОБ A. Проблема обоснования судебных актов
  13. § 11. Постановление приговора
  14. § 2. Требования, предъявляемые к приговору
  15. § 4. Виды приговоров
  16. Исполнение приговора
  17. § 5. Постановление и провозглашение приговора
  18. 22.1. Приговор - акт правосудия
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальная юстиция - Юридическая антропология‎ - Юридическая техника - Юридическая этика -