>>

§ 1. Право — сложный феномен общественной жизни

Мы редко задумываемся о том, что среди всех известных людям форм движения материи социальная форма наиболее сложна. В этом видится гносеологическая причина того извест- нога факта, что общественная жизнь и ее объективные закономерности развития оказались позже иных форм движения материи предметом подлинно научного познания.
И осуществить такое познание оказалось возможным только с позиций диалектико-материалистического подхода к истории человечества, который смог всю жизнедеятельность людей представить как противоречивое единство общественного бытия и общественного сознания, при определяющем влиянии первого на второе. Сложным, многоплановым и разноуровневым социальным феноменом является и право. В первом приближении есть основание отождествлять его с законами государства. И тут с материалистической точки зрения оказывается несомненной его связь с общественным сознанием. Обширнейшая сфера духовной деятельности человека, определяясь, в конечном счете экономическими обстоятельствами, находит свое выражение «в языке политики, законов, морали, религии, метафизики и т. д.».5 Генетическая связь законодательства, и прежде всего правосознания господствующих классов, в соответствии с которым принимаются юридические законы, генетическая связь законодательства с общественным сознанием дала основание К. Марксу отнести юридические нормы к области практического осознания действительности.6 Наряду с практическим осознанием действительности, к которому К* Маркс относил и мораль, им выделялось также научное, художественное и религиозное духовное освоение мира. Если на первых порах истории любое духовное осознание действительности было вплетено в сам процесс материального производства, то в дальнейшем, по мере развивавшегося общественного разделения между физическим и умственным трудом, результаты духовного освоения (духовного производства) выделяются в виде особой надстройки над экономическим базисом общества.
Помимо науки, все иные формы освоения сознанием человека материальных условий жизни носят оценочный характер. Поэтому в настоящее время философы-марксисты чаще всего различают две основные формы духовного осознания мира— научное и оценочное. Итак, право может быть интерпретировано как особая форма общественного сознания, как оценочное духовное освоение общественного бытия. Вместе с этим столь же очевидным оказывается и то, что право представляет собой не только идеологическую категорию. Общество — это люди и их деятельность. Условием любой общественной деятельности является труд — всеобщее условие «обмена веществ» между человеком и природой, а общественные отношения выступают как непременная оболочка произ водственной и иной деятельности людей.7 Деятельность людей составляет, таким образом, непосредственное содержание общественных отношений.8 Но совместная деятельность людей, в первую очередь — производственная, требует подчинения индивидов общим условиям производства и обмена. «Урегулированность и порядок, — писал К. Маркс, — являются именно формой общественного упрочения данного способа производства и потому его относительной эмансипации от просто случая и просто произвола».9 Цикличность производства позволяет отразить такой фактический порядок и закрепить его в обычаях, которые в дальнейшем, просуществовав длительное время, становятся законом, появление которого требует защиты со стороны государства. В данном аспекте право выступает как необходимый момент урегулированное™ и порядка в общественных отношениях, опосредующих производственную деятельность людей, как средство упрочения господствующего способа материального производства. Однако сама производственная деятельность предполагает какую-то долю самостоятельности индивида, да и присваиваются результаты производства человеком не только для того, чтобы обеспечить себе существование, но и для того, чтобы добиться самодеятельности.10 В самой далекой древности, на первых ступенях рождения общества взаимная зависимость людей была такой, что индивид не выделял себя из социального целого, и потому объективно необходимая направленность деятельности могла обеспечиваться лишь стихийно складывавшимися элементарными запретами (табу).
Привычка и страх гарантировали действие табу, которое воспринималось как некая природная или божественная сила, довлевшая над всеми. С совершенствованием орудий труда и усложнением человеческой деятельности, развитием интеллекта появляются необходимость и возможность дополнить запреты нормами должного поведения, что предполагало уже начавшееся формирование личности, осознание своего «я», своего долга перед другими и всем обществом (родом, племенем). Дальнейшее развитие производства и сознания, общественное разделение труда и его совершенствование, развитие владения в собственность и обмен товарами породили потребность (и возможность) в сравнительно активной и более разнообразной деятельности каждого члена общества. Новые условия жизни вызвали процесс формирования таких социальных норм, которые, помимо запретов и обязанностей, обеспечивали соответствующую возможность выбора решения и действия, т. е. предоставляли индивидам какие-то гарантированные права. Масш таб свободы личности обеспечивал ей долю самостоятельности, активности, самодеятельности — наличия свободы, хотя бы части населения, требовал сам способ производства. Подобный масштаб свободы требовал общественного признания и идеологического оправдания в качестве правильного, оправданного, считался господствующими индивидами «правдой», а поведение в его рамках — правомерным. Возникает то, что на современном языке называют собственно правом. С этой точки зрения право представляет собой не только средство подчинения индивидов условиям производства, но и способ обеспечения их самодеятельности. Важной спецификой права является то, что оно выражает и закрепляет общественный порядок, при котором исключается произвол, а вместе с этим обеспечивается исторически возможный масштаб свободы. Отсюда — восприятие права как сферы социальной свободы. Право как продукт духовной деятельности, как разновидность оценочного духовного освоения действительности, как момент урегулированное™ и порядка в общественных отношениях, наконец, как сфера социальной свободы...
Казалось бы, вполне достаточное разнообразие смысла, который вкладывается в категорию «право», если к тому же иметь в виду, что оно еще и подчас полностью ассоциируется с законом. Однако нетрудно убедиться в том, что почти на всех языках мира под термином «право» понимают не только особые нормы (общие правила) поведения, но и наличные права участников общественных отношений. В исторически генетическом плане любое нормативное регулирование поведения людей следует за казуистической регламентацией. Формирование общих правовых норм шло на основе признания и защиты индивидуальных прав при совершенно конкретных обстоятельствах. Основоположники марксизма писали, что в наиболее ранние и примитивные эпохи индивидуальные фактические отношения собственности, защищавшиеся самыми варварскими способами .и выступавшие в самом грубом виде, и являлись непосредственно правом собственника, т. е. его субъективным правом. Только «с развитием гражданского общества, т. е. с развитием личных интересов до степени классовых интересов, правовые отношения изменились и получили цивилизованное выражение. Они стали рассматриваться уже не как индивидуальные отношения, а как всеобщие. Вместе с этим, благодаря разделению труда, охрана сталкивающихся между собой интересов отдельных индивидов перешла в руки немногих, и тем самым исчез и варварский способ осуществления права».11 Индивидуальные правоотношения стали всеобщими в том смысле, что права (обязанности) их субъектов нашли закрепление в общих нормах закона, и на его защиту стал суд. Родившееся в отношениях собственности право оказывается только на первых порах лишь субъективным правом отдельных собственников ('владельцев земли, рабов, иного имущества), в дальнейшем оно непременно институализируется, приобретает всеобщую идеологизированную форму в виде законов (иных источников), получает характер права в объективном смысле. Тако!в результат выражения в праве общеклассовых интересов тех, кто господствовал в экономике, а потому и приобрел государственную власть (политическое господство).
В классово-антагонистическом обществе с правом происходит та же метаморфоза, что и с иными результатами человеческой деятельности. Выросшее из недр общества право в виде объективированных государством юридических норм противопоставляется членам общества, и в первую очередь трудящимся, поскольку все сферы общественной жизни отчуждаются от человеческой сущности и творческой природы труда.12 Не только продукты материального, но и духовного производства (мораль, право, политика, искусство, наука) отделяются от человека, превращая его самого в «обслугу» довлеющей над ним социальной системы. Итак, право предстает перед нами и как совокупность юридических норм, и как совокупность имеющихся «налицо»13 юридических прав субъектов общественных отношений, т. е. в качестве объективного и субъективного права. Многозначность термина «право» не случайна, она — следствие многогранности и разноуровневости самого по себе права. К отмеченному можно добавить еще и достаточно определившиеся в юридической науке понятия публичного и частного права, материального и процессуального права, а также существование не только права в рамках государственных границ, но и международного права, обладающего существенной спецификой. Наконец, возвратимся к тому, с чего был начат данный параграф — речь шла о том, что в обыденном представлении право часто отождествляют с законом и что для этого есть некоторые основания. Последние сводятся к тому, что законодательные акты (да и другие государственно-обязательные решения— судебная практика и т. п.) представляют собой общезначимую форму официального признания данных отношений правовыми, находящимися под защитой государственной власти. Подобное признание имеет огромное значение — оно конкретизирует то, что есть право, оно придает исторически обусловлен- ному, масштабу свободы формальную определенность, ставит этот масштаб под защиту государства, придает праву законную силу, превращает его в юридическое право. К. Маркс подчеркивал, что «юридически признанная свобода существует в государстве в форме закона», что «свод законов есть библия свободы народа».14 Насколько важно законодательное закрепление правопорядка, насколько существенно для права его утверждение в качестве возведенной в закон воли господствующих классов, настолько .и для законов государства существен их действительно правовой характер, их соответствие правовой природе регулируемых отношений.
Пр и этом ясно, что если законы непосредственно зависят от государственной воли, то само по себе право коренится в фактических отношениях. Акты государства, попирающие сложившиеся права народа и противоречащие правовой природе вещей, К. Маркс квалифицировал в качестве узаконений бесправия и произвола.15 Задача власти, писал он, не в искусственном создании законов, а в том, чтобы открывать объективные законы в самой жизни и соответственно их формулировать, не навязывая исторической необходимости свои произвольные решения.16 Основоположники марксизма отвергали буржуазное юриди- • ческое мировоззрение, были далеки от признания правом только того, что официально приобретает санкцию государственной власти, категорически* выступали против сведения права к закону 17 и утверждений, что власть дарует подданным определенные права 18. Они писали, в частности, о том, что прошли тысячелетия, прежде чем диктуемые характером общественных отношений свобода и равенство были провозглашены правами человека, закрепленными как юридические права граждан законом.19 Известно, что К. Маркс в «Капитале» дает анализ права и правовых отношений в буржуазном обществе, часто Еовсе не считаясь с тем, в какой степени и каким образом они находят свое официальное признание со стороны государства, да и есть ли такое признание вообще.20 Раскрывая социальноэкономическую подоплеку права, они видели истоки идеалистической трактовки права в том, что государство оказывается формой, в которой индивиды, принадлежащие к господствующему классу, осуществляют свои общие интересы и в которой гражданское общество получает политическую концентрацию — потому и все общие установления государства (законы) получают политическую форму, подавляющую как будто действи- тельное основание права — экономику.21 И дело тут не только в материалистическом подходе к праву, но и в том, что борьба против безграничного «огосударствления» права являлась выражением их глубоко гуманистических, подлинно гражданских, демократических позиций, их совершенной непримиримости к политическому произволу.22 Итак, мы сталкиваемся с еще одной гранью права, которая выходит за рамки официально признанных и защищаемых государством отношений, не переставая при этом быть собственно правом, поскольку ^содержит относительно равный и справедливый масштаб свободы, диктуемый объективными потребностями общественного прогресса, характером производственных отношений и социальной природой человека. Это то, что мы относили к сущности права уровня социальных отношений;23 что подчас именуют непосредственно социальным правом или притязанием,24 как будто противопоставляя юридическому праву и выводя из предмета юридической науки.25 Это, наконец, то, что предлагается просто считать правам «до и независимо» от закона, в отличие от «легистского» права.26 Вне зависимости от различного подхода к проблеме и терминологического разнобоя, отражающих недостаточную степень исследования вопроса, знаменательно то, что в последние годы социалистическая теория права не обходит молчанием сам факт существования неюридического (нелегистского) бытия правовой реальности. Такое внимание к праву в общесоциальном смысле объясняется рядом причин, в том числе стремлением более глубоко осмыслить разные стороны этого феномена. Само по себе утверждение многогранности, разноуровнево- сти, сложности права имеет принципиально методологическое значение. Оно дает возможность исследовать право в разных направлениях и на этой основе глубже осмыслить его сущность, свойственные ему закономерности социального бытия, достовернее выявить его общественную значимость и ценность, правильнее определить его .потенциальные возможности и точнее найти его реальное место в жизни людей, а главное — яснее представить его роль в коммунистическом преобразовании общества. Принципиально-методологическое значение признания права сложным социально-юридическим феноменом заключается и в том, что оно обеспечивает творческий характер его исследования, освобождает дальнейшее познание права от элементов догматизма и начетничества, узкопрагматического толкования задач юридической науки, конъюнктурщины и схоластики, нацеливает на фундаментальное изучение правовой действительности в ее органической связи с экономическими и политическими отношениями, с государством и моралью, с идеологией, с практической деятельностью людей в самых различных областях общественной жизни. Из признания многогранности права вытекает важнейшее требование исследования права как объективно необходимой формы фактических отношений, глубоко проникающей в их содержание и структурирующей его соответствующим образом. Исторически и логически оно предстает перед нами в этом случае не в 'виде какого-то фрагмента государственно организованного общества, целиком зависимого от воли законодателя и случайного стечения обстоятельств, произвола власти, а в качестве объективно необходимого момента общественных формаций, определяющего их способа производства, распределения и обмена.27 Существование права представляет собой социальную реальность, отменить которую невозможно даже тем, кто осуществляет государственную власть. Именно основоположники марксизма вскрыли многогранность права, вследствие чего подходили к его анализу с самых различных сторон, акцентируя внимание в одних случаях на его идеологичности, в других обращали особое внимание на законодательство, при иных обстоятельствах трактовали его в виде правоотношений, но при этом всегда относились к нему как к материально детерминированному явлению, жестко увязывая с господствующими отношениями собственности и обмена. С позиций марксизма-ленинизма сложность такого феномена, как право, объясняется разнообразием существующих в обществе отношений, их тесным переплетением и динамизмом. В характере общественных отношений, в особой природе соответствующих типов производственных отношений, в классовых взаимоотношениях освоположники научного коммунизма искали и нашли отгадку сокровенной сути права. Пр аво невозможно понять из самого себя и вне его связи с общественными отношениями, которые его порождают и в которых оно находит свое воплощение. Только взятое в соответствующей системе материальных и иных общественных отношений оно открывает свою сущность. На всех этапах своего развития, во ясех странах и во все эпохи общественные отношения и право представляют собой диалектическое единство противоположностей, про- тиворе^ивое тождество действительности (сущего) и возможности (должного), необходимости и свободы, конкретного и абстрактного, содержания и формы, социального динамизма и статичности... В общественных отношениях заключен не только источник многогранности и разноуровневости права, но и главный источник его развития, исторического изменения, которое происходит, как и любое социальное движение, с неизбежностью, пробивающей себе дорогу через множество случайностей, зигзагов и даже отступлений. Исследование права должно строиться на строгом учете его взаимодействия с общественными, в первую очередь производственными отношениями, в связи с чем первостепенное значение для теории и практики имеет Марксово понимание правогенеза из материальных отношений. Строго говоря, эффективное решение проблемы связи экономики и права может быть достигнуто на путях комплексных экономико-юридических исследований, но крупных монографий такого плана у нас еще нет. Наконец, еще одно предварительное соображение методологического характера. Изучение юридической формы непременно увязано с выявлением роли государства в ее официальном признании и защите. В принципиальном плане взаимодействие права и политики раскрыто марксизмом-ленинизмом давно. Тем не менее приходится сталкиваться с односторонней интерпретацией этого вопроса, частичным поводом к которой является полное отождествление права с законами государства. В таких случаях право сводят только к одному (и не главному!) из средств обеспечения государственного управления, а законность — к далеко не единственному методу деятельности государственных органов. Иначе говоря, раскрывается только зависимость права от государства и упускается из вида значение права для налаженной государственной деятельности, его влияние на функционирование политической власти. В научно-познавательном плане упрощенное представление о взаимодействии между государством и правом, утверждение приоритета первого над вторым затрудняют выявление всех свойств юридической формы общественных отношений и отодвигают на второй план проблему ее материальной детерминации. На практике такой подход может приводить к юридическому нигилизму, к недооценке роли права в жизни общества и к заложенным в правовом регулировании идейно-нравственным идеалам, что особенно недопустимо, когда речь идет о социалистическом праве.
| >>
Источник: Л. С. ЯВИЧ. СУЩНОСТЬ ПРАВА Социально-философское понимание генезиса, развития и функционирования юридической формы общественных отношений. 1985

Еще по теме § 1. Право — сложный феномен общественной жизни:

  1. 2.2. ПРАВОВОЕ ПОВЕДЕНИЕ И СВОЙСТВА ЧЕЛОВЕКА
  2. 2.6. ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ПОНЯТИЯ «ПРАВОВОЕ СОСТОЯНИЕ»
  3. 6.1. Право как феномен общественной жизни
  4. 12.1. Система права и ее элементы
  5. § 4. Чистое и независимое социальное право. Чистое, но подчиненное опеке государственного права социальное право. Аннексированное государством, но остающееся автономным социальное право. Конденсированное в государственный правопорядок социальное право
  6. НОВЕЙШИЕ ТЕНДЕНЦИИ В РАЗВИТИИ СОВРЕМЕННЫХ СТИЛЕЙ ЖИЗНИ
  7. Глава 19 ПРАВО И ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
  8. 195. Что понимается под правопорядком и каково его содержание
  9. § 1. Право — сложный феномен общественной жизни
  10. § 3. Правонарушение и восстановление правопорядка
  11. Онтологическая природа права. Правовая реальность
  12. Интересы и потребности — регуляторы общественной жизни
  13. Глава 1 ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВАНИЯ ПРАКТИЧЕСКОЙ ОНТОЛОГИИ ПРАВА
  14. Глава 2 РЕАЛЬНОСТЬ ПРАВА И ПРАВОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
  15. Глава 3 ОНТОЛОГИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА (КРИТИКА ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫХ ТЕОРИЙ В ПРАВЕ)
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -