<<
>>

Двусторонние монополии и мафиозные государства

Теперь рассмотрим два случая, когда мощные частные интересы, обладая влиянием на государство, могут оказывать сопротивление коррупционным стимулам. Эти случаи различаются в зависимости от того, централизована или нет в том или ином государстве система взяточничества.

В первом случае коррумпированный руководитель сталкивается только с одним основным оппонентом. В данной ситуации, похожей на двустороннюю монополию (bilateral monopoly), возможности для получения ренты распределяются между взяткодателем и руководителем. Их относительная сила и влияние будут определять способы дележки личных выгод (Kahn, 1996). От этого будет зависеть и общий размер пирога. Если некоторые виды ренты могут быть созданы с помощью государства, руководитель, опасаясь, что оппонент отберет у него все, не станет инициировать какие-либо действия. Каждая сторона может пытаться улучшить свою собственную ситуацию, нанося ущерб противной стороне, например, экспроприируя собственность, с одной стороны, или прибегая к насилию, с другой.

Диего Гамбетта (Gambetta, 1993) дает определение мафии как организованной преступной группе, которая предоставляет охранные услуги, аналогичные предоставляемым государством в нормальном обществе. В ряде «двусторонних» случаев государство и мафия делят «охранный бизнес» и, возможно даже, принимают совместное участие в некоторых «защитных» мероприятиях. В такой ситуации сильный руководитель способен урывать для себя долю доходов мафии и не быть заинтересованным в снижении уровня криминального влияния в государстве. А поскольку преступники также заинтересованы в личном обогащении, оптимисты могут сказать, что коль скоро преступники контролируют правительство, они будут вынуждены действовать законными методами. Но это выглядит утопией. Скорее можно ожидать, что контролирующие государство преступники будут всячески ограничивать доступ к лакомой кормушке, угрожая конкурентам насилием и физическим устранением, как это происходит в наркобизнесе.

Кроме того, боссы организованной преступности могут быть более заинтересованы в получении быстрой прибыли за счет распродажи активов или сырья, чем в трудоемком кропотливом создании современной индустриальной базы в своей стране. Конечным результатом этого стремительного расхищения станет делегитимизация правительства и подрыв капиталистических институтов.

С другой стороны, благополучие некоторых государств целиком и полностью зависит от экспорта одного-двух видов сырья и продуктов сельского хозяйства. Такие страны могут установить долгосрочные отношения с несколькими транснациональными корпорациями. Тогда и руководство страны, и владельцы компаний будут заинтересованы в эффективном производстве, но созданный в результате альянс между правительством и бизнесом может заставить менеджеров и руководителей делить между собой национальное богатство в ущерб интересам простых граждан. При этом распределение доходов будет зависеть от степени власти и влияния каждой из сторон. Если компания инвестировала средства в основной капитал или если производимая ею продукция является сырьем, редко встречающимся на нашей планете, то глава этой страны имеет шанс получать значительную долю прибыли. Напротив, если компания производит некий сельхозпродукт, например бананы, и может быстро переместить производство в другое место или найти данный вид сырья в других регионах мира, то она имеет преимущество и вправе потребовать от руководства страны обеспечить ее всей необходимой инфраструктурой, дешевой рабочей силой и низкими налогами. Коррумпированность подобных режимов не бросается в глаза, но тем не менее ущерб для простых граждан и тут оказывается весьма велик. Страна фактически превращается в придаток крупного инвестора.

Условия двусторонних монополий могут складываться и при заключении конкретных контрактов. В самом деле, у клептократа есть стимул создавать подобные условия путем принятия решений о том, какие проекты поддерживать и каким компаниям оказывать преференции. Заключение контрактов с компаниями, действующими на конкурентном рынке, нежелательны, потому что в таком случае будут отсутствовать сверхприбыли, которые можно присвоить.

При этом руководитель искажает экономические приоритеты страны, отдавая предпочтение выгодным для себя проектам в тех отраслях, где есть возможность получать монопольные прибыли. Разумеется, сильный клептократ, пользуясь своей безнаказанностью, не станет утруждать себя разного рода «легендами прикрытия». Он просто-напросто присвоит бюджетные средства или средства, выделенные на программы помощи, направит их в свой офшорный банк и потом, отмыв эти средства, будет спокойно получать легальные дивиденды. Такое различие в поведении сильного и слабого клептократа напоминает известный анекдот, бытующий среди специалистов по экономическому развитию. Президент А показывает президенту Б свою новую виллу. Кивая на новенькое шоссе рядом с виллой, А поясняет, откуда нашлись средства на постройку: «Мои - тридцать процентов». Позже Б приглашает А погостить в его еще более роскошной вилле. И когда А спрашивает про источники финансирования строительства, Б отвечает: «Вон, видишь там новое шоссе?» А в недоумении оглядывается по сторонам и ничего не видит. «В том-то и штука! Мои - сто процентов!» - восклицает Б.

Этот анекдот обычно служит доказательством того, что вред, наносимый коррупцией, оказывается все же меньше, если шоссе построено. Но данный вывод не всегда оправдан. Если руководитель поддерживает проекты, имеющие целью легко укрыть получаемые им «откаты», то пагубность подобных решений может быть достаточно велика. Конечно, новое шоссе - важный элемент инфраструктуры, но если оно лишь обеспечивает удобный доступ к новому загородному особняку главы государства, в нем нет особой нужды. Если же шоссе и вовсе не проложено, то можно сказать, что имело место чистое мошенничество и были подорваны цели национального развития; впрочем, и страна избавилась от очередного дорогостоящего «белого слона». Налогоплательщики и организации международной помощи профинансировали повышение материального благосостояния главы государства и стали свидетелями того, как их средства были использованы незаконным образом.

Это нечестно и может послужить основанием для государственного переворота или для приостановки программы помощи. Однако при существующих экономических условиях подобный сценарий куда более благоприятен, чем реализация этих программ в условиях, когда правитель имеет возможность тайком переводить украденные средства на свой банковский счет за границей.

Если же клептократ имеет дело с одним-единственным взяткодателем, они могут заключить сделку о дележе экономических выгод. При этом в ситуации двусторонней монополии «откаты» в пользу коррумпированного правителя могут оказаться меньше, чем в случае односторонней клептократии. В данном случае взяткодатель обладает известным преимуществом и использует его для получения прибыли. Однако не обязательно, что конечный результат окажется максимально выгодным. Ведь размер взятки вовсе не является ключевым фактором. Напротив, мерой ущерба для населения страны оказываются экономическая неэффективность и высокие издержки государственных проектов. Частные монопольные прибыли и взятки обогащают лишь обоих участников сделки, а простые граждане в любом случае остаются в проигрыше.

Теперь рассмотрим случай, когда чиновники в слабом и дезорганизованном государства вовлечены в ничем не ограниченную практику взяточничества, но при этом сталкиваются с монополией власти в частном секторе. Государство может представлять собой плохо функционирующую демократию или автократию со слабым главой государства. Как в ситуации с двусторонней монополией, монополистом может быть либо местная мафия, либо крупная корпорация, либо узкая олигархия. В любом случае государство фактически управляется кучкой частных лиц, покупающих лояльность чиновничества. Но никакая корпорация частных лиц не обладает достаточной мощью и влиянием, чтобы полностью взять власть в стране под свой контроль или преобразовать государственный аппарат в унитарное предприятие. Основная проблема частного сектора заключается в том, что именно дезорганизованность государства снижает способность частной корпорации покупать желаемые выгоды.

Заручившись благосклонностью одного чиновника-коррупци- онера, вы вовсе не ограждаете себя от корытных поползновений других чиновников, которые тоже хотят заявить о своих интересах. Подобный тип государства крайне неэффективен, коль скоро чиновники ведут друг с другом борьбу за лакомые куски одного и того же пирога. Отдельно взятые чиновники не способны в одиночку создать себе надежный источник для доходов, вот они и вступают друг с другом в конкурентную схватку, чтобы урвать себе долю дивидендов частной компании, доминирующей на рынке. Однако в условиях столь беспорядочной «погони за рентой» производительность частной компании неизбежно снижается. Так что деятельность коррумпированных чиновников сродни драконовским налогам на прибыль и на оборот, которые подрывают прибыльность компании.

История Филиппин после обретения независимости служит наглядным примером слабого государства, ведущего неравную борьбу с частными интересами мощной олигархической корпорации. Правовая и административная системы непредсказуемы и непоследовательны. Политический произвол препятствует развитию реального производства в частном секторе. Ряд лидеров бизнеса пользуется особыми преференциями власти, но в целом роль государства в развитии экономики оказывается скорее негативной. Ведущие предпринимательские кланы тратят много времени и усилий на диверсификацию своих политических связей, дабы обезопасить себя на случай непредвиденной смены режима (Hutchcroft, 1998: 13-39). 

<< | >>
Источник: Роуз-Аккерман С.. Коррупция и государство. Причины, следствия, реформы. 2010

Еще по теме Двусторонние монополии и мафиозные государства:

  1. РЕКРУТИРОВАНИЕ ЭЛИТ В РОССИИ
  2. Коррупция и политика
  3. Двусторонние монополии и мафиозные государства
  4. Предметный указатель
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -