<<
>>

6.1. Понятие следственной ситуации

расследование преступлений осуществляется в конкретных условиях времени, места, окружающей его среды, взаимосвязях с другими процессами объективной действительности, поведением лиц, оказавшихся в сфере уголовного судопроизводства, и под воздействием иных, порой остающихся неизвестными для следователя факторов.
Эта сложная система взаимодействий образует в итоге ту конкретную обстановку, в которой действуют следователь и иные субъекты, участвующие в доказывании и в которой протекает конкретный акт расследования. Эта обстановка получила в криминалистике общее название следственной ситуации. О следственной ситуации, ее значении для расследования, необходимости ее учета для эффективного использования криминалистических рекомендаций мы неоднократно, начиная с 1959 г., упоминали в своих работах1. Нами отмечались ситуационный характер работы с доказательствами и проявления закономерностей, “управляющих” этой деятельностью, рассматривались некоторые аспекты проблемы следственной ситуации, важные для уяснения соотношения понятий организации и методики расследования. О следственной ситуации и необходимости ее учета в процессе расследования упоминали и другие авторы. Так, в 1967 г. А. Н. Колесниченко писал: “В осуществлении принципа индивидуальности расследования могут быть выделены следующие два основных элемента: а) анализ и оценка следственной ситуации; б) выбор наиболее эффективной системы приемов расследования. Анализ следственной ситуации должен быть всесторонним, глубоким и безупречным в логическом отношении. Установление особенностей ситуации базируется на личном опыте следователя в расследовании аналогичных преступлений... Выбор наиболее эффективной системы приемов раскрытия конкретного преступления определяется не только глубиной анализа и правильностью оценки ситуации, но и творческим подходом к решению возникающих задач”2. Тогда же о тактических ситуациях расследования писал А.
Р. Ратинов3. В 1972 г. о ситуационности планирования расследования и самого расследования писал И. М. Лузгин4, аналогичные мысли можно встретить и у многих других авторов в работах того периода. Интерес к проблематике следственных ситуаций заметно возрос с начала и особенно с середины 70-х годов, когда она привлекла внимание многих криминалистов. Этому, на наш взгляд, способствовала активизация исследований в области криминалистической методики, выявивших ключевое значение ряда понятий криминалистической тактики и среди них понятия следственной ситуации. Первое известное нам определение следственной ситуации, принадлежавшее А. Н. Колесниченко, появилось в 1967 г. “Под следственной ситуацией принято понимать, — писал он, — определенное положение в расследовании преступлений, характеризуемое наличием тех или иных доказательств и информационного материала и возникающими в связи с этим конкретными задачами его собирания и проверки”5. Следующее определение сформулировал в 1972 г. В. Е. Корноухов, считавший следственные ситуации одной из закономерностей, присущих процессу расследования. Он писал: “Под следственной ситуацией следует понимать объективно повторяемое положение в процессе расследования, обусловленное фактическими данными, которое определяет процесс обнаружения, собирания доказательств. Типичные следственные ситуации определяются с учетом этапов расследования, что в большей степени конкретизирует процесс обнаружения, собирания доказательств”6. Из этого определения можно сделать вывод, что автор дал характеристику не следственных ситуаций вообще, а типичных следственных ситуаций (“объективно повторяемое положение”) и поставил формирование последних в зависимость лишь от фактических данных, очевидно, имея в виду под ними доказательства, которыми располагает следствие в конкретный момент. В 1973 г. В. К. Гавло определил следственную ситуацию в наиболее общем виде “как совокупность фактических данных, которые отражают существенные черты события, каким оно представляется на том или ином этапе расследования преступлений”7, то есть свел ее к совокупности доказательств, имеющихся в данный момент и позволяющих составить представление о событии.
Такой подход к определению следственной ситуации не давал ответа на главный вопрос: почему следователь должен сообразовывать свои действия со следственной ситуацией? В чем заключается ее детерминирующее по отношению к тактике следователя значение? Обоснованно критикуя определение В. К. Гавло, Л. Я. Драпкин отметил, что оно, “кроме односторонности, характеризуется и недостаточной специфичностью из-за отсутствия существенного признака, позволяющего выделить определенное понятие из множества однородных. Практически здесь не видны различия между определением следственной ситуации и такими понятиями, как предмет доказывания, совокупность обстоятельств, имеющих значение для дела, фактическая база версии, система собранных доказательств и т. п.”8 Одновременно с В. К. Гавло свое определение следственной ситуации предложил И. Ф. Герасимов. Он пришел к выводу, что следственная ситуация — “это совокупность обстоятельств по делу (обстановка, положение), которая может быть благоприятной или неблагоприятной (в различной степени) для каких-либо выводов и действий следователя”9. Впоследствии он предложил иное определение: “Следственная ситуация — это сложившаяся на определенный момент расследования, внутренне необходимо склонная к изменению совокупность характеризующих расследование материальных, информационных и иных факторов и их оценка, которая обусловливает основные направления расследования, принятие решений и выбор способов действий”10. Мы уже отмечали во втором томе настоящего Курса, что и по определению В. К. Гавло, и по обоим определениям И. Ф. Герасимова, следственная ситуация лежит как бы “внутри” процесса расследования, выступая либо как совокупность фактических данных дела, либо как совокупность обстоятельств по делу, либо как совокупность факторов, характеризующих не что-то внешнее по отношению к расследованию, а непосредственно само расследование. Эту ограниченность приведенных определений не смог полностью преодолеть и Л. Я. Драпкин, который попытался сформулировать понятие не реальной следственной ситуации, а ее “информационной модели”.
По его мнению, “следственная ситуация — это динамическая информационная система, элементами которой являются существенные признаки и свойства обстоятельств, имеющих значение по уголовному делу, связи и отношения между ними, а также между участниками процесса расследования, наступившие или предполагаемые результаты действий сторон”11. И здесь большая часть элементов определения лежит “внутри” процесса расследования и лишь часть их относится к его внешним условиям. Так же можно охарактеризовать и более позднее определение следственной ситуации, предложенное тем же автором: “Следственная ситуация — это динамическая информационная система, отражающая с различной степенью адекватности многообразные логико-познавательные связи между установленными и еще неизвестными обстоятельствами, имеющими значение для дела, тактико-психологические отношения участников (сторон) уголовного судопроизводства, а также организационно-управленческую структуру и уровень внутренней упорядоченности процесса расследования”12. В сущности, Л. Я. Драпкин повторил свое прежнее определение, лишь значительно усложнив его. По мнению А. Н. Васильева, “под следственной ситуацией целесообразно понимать в криминалистике ход и состояние расследования, совокупность установленных и подлежащих установлению обстоятельств, значение и сложность тех и других, степень разрешения иных задач расследования на данный момент, из чего, так сказать, “на выходе” создаются представление и выводы о дальнейшем ходе расследования и его первоочередных задачах”13. Это определение (скорее, описание) следственной ситуации страдает, как нам кажется, еще в большей степени тем же дефектом, что и предыдущие: ничего не говорится о внешних по отношению к расследованию условиях, речь идет не об обстановке, в которой осуществляется расследование, а о состоянии самого следствия. В 80-х гг. было предложено еще несколько определений следственной ситуации. Своеобразно определил следственную ситуацию Д. А. Турчин, считающий, что “следственная ситуация — это одномоментная криминалистическая характеристика преступления на определенном этапе ее развития...
есть аппарат, одно из средств познания преступления”14. Такое определение представляется принципиально неверным, во-первых, потому, что здесь отождествляются два разноплановых понятия, никак не связанные друг с другом, а во-вторых, потому, что следственная ситуация, уж конечно, не служит средством познания, она его объект. В. В. Клочков, присоединяясь к нашему определению следственной ситуации, сформулированному в 1979 г. (его мы повторяем и в настоящем Курсе), писал: “Следственная ситуация — это совокупность реально существующих условий и обстоятельств, образующих конкретную обстановку, в которой происходит расследование, действуют следователь и иные участники процесса... информация о ситуации образует характеристику следственной ситуации”15. Он решительно возражает против определения ситуации как информации, характеризующей расследование или значимой для расследования, поскольку это “приводит к тому, что следственная ситуация утрачивает свои родовые признаки и превращается в нечто неотличимое от других понятий”16. Представляется, что наиболее точно (в информационном плане) определил в те годы следственную ситуацию В. И. Шиканов: “Следственная ситуация — это совокупность данных, характеризующих обстановку, в которой следователю надлежит действовать”17. Отсюда — один шаг до правильного определения не представления о следственной ситуации (“совокупность данных о...”), а реальной следственной ситуации (“обстановка, в которой...”). Определения следственной ситуации, предложенные И. Ф. Герасимовым и Н. А. Селивановым, существенно отличались друг от друга. И. Ф. Герасимов остался в принципе верен своей прежней позиции, рассматривая следственную ситуацию как признак, характеризующий само расследование: “Следственная ситуация — это сложившаяся динамическая совокупность характеризующих расследование информационных, доказательственных, организационно-технических и тактических факторов, анализ и оценка которых влияют на определение направлений расследования, принятие решений и выбор способов действия”18.
Это определение, по существу, не отличалось от его же предыдущего определения, если не считать некоторых модификаций, в которых без труда просматривается влияние определения Л. Я. Драпкина. Иным смысловым содержанием наполнено определение Н, А. Селиванова, перекликающееся в определенной части с определением В. И. Шиканова. С его точки зрения, понятие следственной ситуации в самом общем виде “выражает обстановку, картину расследования, сложившуюся к определенному моменту, иначе следственную ситуацию можно определить как сумму значимой для расследования информации, которая принимается во внимание наряду с источниками ее получения”19. Здесь уже виден крен в сторону внешней по отношению к расследованию среды, обстановки, в которой осуществляется расследование. Эта точка зрения наиболее близка нашей позиции, что не исключает наших расхождений с Н. А. Селивановым по некоторым деталям его определения. По нашему мнению, следственная ситуация по отношению к процессу расследования носит преимущественно внешний характер. По словарному определению, ситуация (франц. situation, от латинского situs — положение) — сочетание условий и обстоятельств, создающих определенную обстановку, положение20. Следственная ситуация — это совокупность условий, в которых в данный момент осуществляется расследование, то есть та обстановка, в которой протекает процесс доказывания. Следственная ситуация формируется под воздействием объективных и субъективных факторов (условий). К числу объективных факторов (условий), влияющих на ее формирование, мы относим: * наличие и характер имеющейся в распоряжении следователя доказательственной и ориентирующей информации, что зависит от механизма расследуемого события и условий возникновения его следов в окружающей среде; * наличие и устойчивость существования еще неиспользованных источников доказательственной информации и надежных каналов поступления ориентирующей информации; * интенсивность процессов исчезновения доказательств и сила влияющих на эти процессы факторов; * наличие в данный момент в распоряжении следователя, органа дознания необходимых сил, средств, времени и возможность их использования оптимальным образом; * существующая в данный момент уголовно-правовая оценка расследуемого события. Субъективными факторами (условиями), влияющими на формирование следственной ситуации, на наш взгляд, являются: * психологическое состояние лиц, проходящих по расследуемому делу; * психологическое состояние следователя, уровень его знаний и умений, практический опыт; способность следователя принимать и реализовывать решения в экстремальных условиях; * противодействие установлению истины со стороны преступника и его связей, а иногда и потерпевшего и свидетелей; * благоприятное (бесконфликтное) течение расследования; * усилия следователя, направленные на изменение следственной ситуации в благоприятную для следствия сторону; * последствия ошибочных действий следователя, оперативного работника, эксперта, понятых; * последствия разглашения данных предварительного расследования; * непредвиденные действия потерпевшего или лиц, непричастных к расследуемому событию. Сочетание и результаты воздействия всех этих факторов обусловливают индивидуальность следственной ситуации в момент расследования, ее содержание, т.е. конкретную совокупность условий, в которых приходится или предстоит действовать следователю. И. Ф. Герасимов удачно называет их компонентами следственной ситуации. Это, по его мнению, обстоятельства преступления, известные в данный момент; имеющиеся по делу доказательства; информация, имеющая тактическое и организационное значение; следственные действия и другие мероприятия, намеченные и уже выполненные; запланированные, но еще не выполненные следственные и другие действия; возможности, которыми следователь располагает; возможности, которые еще не использовались (резервы); время, имеющееся в распоряжении следователя; данные о поведении лиц, заинтересованных в исходе дела; оценка всех перечисленных факторов и в конечном счете определение характера ситуации21. Нам представляется, что в этом перечне И. Ф. Герасимов допустил смешение факторов, влияющих на формирование следственной ситуации и не входящих в ее содержание, компонентов ситуации и оценочных действий, не относящихся ни к тем ни к другим. Тем же недостатком страдает и позиция В. К. Гавло, усматривающего в “механизме следственной ситуации” такие элементы, как обстановка, в которой совершено происшествие, воздействие на эту обстановку личности виновного (его соучастников); поведение лиц, имеющих отношение к расследуемому событию и высказавших свое суждение по этому поводу (свидетели, специалисты и др.); действия следователя, направленные на получение фактических данных, их оценку и формирование следственной ситуации22. Более точно определяет компоненты следственной ситуации (он называет их “основными элементами”) А. Н. Гусаков, рассматривающий ее в связи с выбором тактического приема. По его мнению, такими компонентами являются: задачи, стоящие перед расследованием на момент применения тактического приема, материальная обстановка на месте применения тактического приема, взаимоотношения лиц, с действиями и интересами которых связано применение тактического приема, объем информации, имеющейся у следователя23. С нашей точки зрения, следственная ситуация слагается из следующих групп компонентов (условий): 1) компоненты психологического характера: результат конфликта между следователем и противостоящими ему лицами, проявление психологических свойств следователя, лиц, проходящих по делу, и т. п.; 2) компоненты информационного характера: осведомленность следователя (об обстоятельствах преступления, возможных доказательствах, возможностях их обнаружения и экспертного исследования, местах сокрытия искомого и т. п.); осведомленность противостоящих следователю и иных проходящих по делу лиц (о степени информированности следователя и свидетелей, об обнаруженных и необнаруженных доказательствах, о намерениях следователя и т. п.); 3) компоненты процессуального и тактического характера: состояние производства по делу, возможность избрания меры пресечения, изоляции друг от друга проходящих по делу лиц, проведения конкретного следственного действия и т. п.; 4) компоненты материального и организационно-технического характера: наличие коммуникаций между дежурной частью и оперативно-следственной группой; наличие средств передачи информации из учетных аппаратов органов внутренних дел, возможность мобильного маневрирования наличными силами, средствами и т. п. Сочетание этих компонентов (условий), составляющее содержание следственной ситуации, есть результат воздействия факторов, влияющих на ее формирование. Оценка же сложившейся следственной ситуации и принятие на основе такой оценки тактического решения в понятие и содержание ситуации не входят. С такой точкой зрения не согласен И. Ф. Герасимов. Он считает, что “ни в научном, ни тем более в практическом плане разорвать содержание следственной ситуации (ее признаки) с ее мысленной оценкой следователем не только нельзя, но и по существу невозможно. Если исключить оценку из понятия следственной ситуации, то нельзя дать их научную классификацию, нельзя говорить о практическом значении данной категории”24. Ошибочность позиции И. Ф. Герасимова заключается в том, что он не видит различия между объективной реальностью (следственная ситуация) и ее оценкой (мысленная деятельность). Оценка всегда внешнее по отношению к оцениваемому. Даже если рассматривать следственную ситуацию как информационную модель реальности, то и тогда в эту модель оценка не входит, она выражает отношение субъекта к модели, поскольку модель — результат содержательного познания, а оценка ее — результат познания оценочного. Несостоятельно и мнение И. Ф. Герасимова о том, что без включения оценки в структуру следственной ситуации станет невозможным научно классифицировать ее виды. Такая классификация основана именно на оценке ситуаций, и для нее не имеет значения, входит ли оценка в состав ситуации или не входит. Некоторые авторы считают спорным выделение в структуре следственной ситуации компонентов материального и организационно-технического характера. И. Ф. Герасимов считает эти компоненты в меньшей степени специфичными для следственных ситуаций25. Н. А. Бурнашев сомневается в правомерности включения этих компонентов в содержание следственной ситуации только потому, что... есть комплекс других, нами не упоминаемых. Это взаимодействие следователя с органом дознания, использование помощи общественности, профилактическая деятельность следователя и др. Тут же он делает неожиданный и прямо противоположный ранее сказанному вывод: эти факторы “не являются элементами следственной ситуации, а образуют тот или иной аспект деятельности следователя”26. Предоставляем читателю возможность самому разобраться в столь оригинальной позиции этого автора. При анализе понятия следственной ситуации возникает вопрос: относится ли это понятие к числу тех, которые должны изучаться криминалистической тактикой, или его следует рассматривать лишь применительно к проблемам криминалистической методики? Мы полагаем, что в этом аспекте следственная ситуация относится к числу понятий криминалистической тактики и уже в этом качестве, как и иные тактико-криминалистические понятия, реализуется в криминалистической методике. Этот вывод основан на следующих соображениях. Следственная ситуация обусловливает прежде всего тактику конкретных следственных действий27. Ее оценка реализуется именно в тактическом решении, получающем свое внешнее выражение в планировании расследования. Представления о компонентах следственной ситуации, о факторах, влияющих на ее формирование, не связаны с видами или родами преступлений и имеют общее для всех них значение, что характерно именно для тактических категорий. Для того чтобы быть использованными в криминалистической методике, следственные ситуации нуждаются в типизации, ибо конкретные частные методики рассчитаны именно на типичные следственные ситуации, подобно тому, как они учитывают типичные следственные версии, содержат типичную последовательность следственных действий и т. п. Именно в таком качестве следственные ситуации как тактическое понятие играют важнейшую роль в построении частных методик и в обобщенном виде составляют элемент общих положений криминалистической методики. Но от этого они не утрачивают своей тактической природы. С нашим мнением о том, что проблематика следственных ситуаций относится к числу тактических, согласны не все криминалисты. По мнению И. А. Возгрина, “понятие следственной ситуации является необходимой и важной частью теории криминалистической методики расследования преступлений”28. Позднее он просто включил рассмотрение следственных ситуаций в раздел криминалистической методики29. Учитывая сказанное, полагаем, что для этого нет оснований.
<< | >>
Источник: БЕЛКИН Р.С.. КУРС КРИМИНАЛИСТИКИ. В 3-Х ТОМАХ. ТОМ 3. 1997

Еще по теме 6.1. Понятие следственной ситуации:

  1. § 1. Понятие следственных действий и их общая характеристика
  2. СЛЕДСТВЕННАЯ СИТУАЦИЯ И ЕЁ ТАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПОНЯТИЕ СЛЕДСТВЕННОЙ СИТУАЦИИ
  3. ВИДЫ СЛЕДСТВЕННЫХ СИТУАЦИЙ
  4. § 2. Исходные следственные ситуации и их разрешение
  5. РАССЛЕДОВАНИЕ ХИЩЕНИЙ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ И БОЕПРИПАСОВ ИЗ СКЛАДОВ ВОИНСКИХ ЧАСТЕЙ И УЧРЕЖДЕНИЙ. ТИПИЧНЫЕ СЛЕДСТВЕННЫЕ СИТУАЦИИ
  6. ПОНЯТИЕ И КЛАССИФИКАЦИЯ СЛЕДСТВЕННЫХ СИТУАЦИЙ
  7. СЛЕДСТВЕННЫЕ СИТУАЦИИ И ЛИЧНОСТЬ ОБВИНЯЕМОГО
  8. СЛЕДСТВЕННЫЕ СИТУАЦИИ И ОРГАНИЗАЦИЯ ОЧНОЙ СТАВКИ
  9. А. Д. трубачев СЛЕДСТВЕННЫЕ СИТУАЦИИ В РАСКРЫТИИ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
  10. А. П. ОНУЧИН СЛЕДСТВЕННАЯ СИТУАЦИЯ И РАСКРЫТИЕ ПРЕСТУПЛЕНИИ. СОВЕРШЕННЫХ ГРУППОЙ
  11. Глава 30. Следственная ситуация и тактические комбинации
  12. § 1. Понятие, содержание и виды следственных ситуаций
  13. 6. СЛЕДСТВЕННАЯ СИТУАЦИЯ И ЕЕ ТАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -