<<
>>

§ 2. Административно-правовой режим вынужденной миграции в Российской Федерации

Право на свободу передвижения, являясь по своей сути неотъемлемым естественным правом человека, с позиций вынужденных миграций изменяется и превращается для конкретного лица вследствие ряда обстоятельств, заставляющих его покинуть страну своего гражданства или место постоянного проживания, в вынужденную необходимость.

Принимая решение об экстренном переезде, люди руководствуются, как правило, лишь одним мотивом – любым способом сохранить жизнь и здоровье себе и своим близким. В большинстве случаев подобное проявление мобильности, нередко идущее вразрез с обычными правилами миграции, регламентировано специальными нормами миграционного законодательства[38], а отдельные вопросы миграционной сферы, связанные с обеспечением безопасности личности, общества и государства предусмотрены чрезвычайным законодательством[39].

Анализ чрезвычайных ситуаций, способных повлиять на миграционное поведение человека, позволяет заявить о комплексе негативных условий, факторов и причин, способствующих принятию решения об экстренной, а в отдельных случаях и безвозвратной миграции. Так, нестабильность политической ситуации в мире, эскалация международного терроризма, а также изменения экологической обстановки, вызванной природными и техногенными катастрофами как на территории самой России, так и в близи ее границ, постепенно формируют миграционное поведение людей, а негативные последствия этих чрезвычайных ситуаций становятся выталкивающими факторами для большинства переселенцев.

К сожалению, среди всей массы вынужденных мигрантов российское законодательство признает лишь тех, для кого выталкивающими факторами стали обстоятельства, предусмотренные законами «О беженцах» и «О вынужденных переселенцах». На сегодняшний день за пределами правового поля по-прежнему остаются судьбы многих переселенцев, которые в соответствии с указанными законодательными актами не подпадают под категории нуждающихся в государственной поддержке.

Следует сказать, что существующий подход государства к проблемам вынужденной миграции создает определенные трудности в управлении миграционной сферой. С одной стороны, государство не в состоянии сдерживать потоки экологических беженцев, жителей ликвидируемых и закрываемых в результате деградации градообразующей базы городов и поселков, наконец, жителей приграничных районов Сибири и Дальнего Востока, Севера страны, откуда наметился устойчивой отток населения. Ибо необходимость решать жилищные проблемы этих категорий мигрантов, после признания их вынужденными переселенцами, вызовет у властей «финансовый шок». При этом возродить инфраструктуру большинства территорий исхода либо повлиять на экологию также не представляется возможным. Соответственно право решать проблемы переселения полностью предоставлено самим вынужденным мигрантам. Вследствие этого обратной стороной данного режима государственной экономии в миграционной сфере становятся неконтролируемые перемещения вынужденных мигрантов внутри страны, что абсолютно не соответствует планам Генеральной схемы расселения[40].

Конечно же, сегодня в условиях провозглашенного Конституцией РФ права на свободу передвижения и выбора места жительства в Российской Федерации не уместно вести речь об административно-командных методах управления в миграционной сфере. Однако стихийное увеличение численности населения в отдельных регионах страны, экономических и культурных центрах за счет вынужденных мигрантов вызывает в местах вселения социальную напряженность, создает дополнительную нагрузку на инфраструктуру поселений, способствует возникновению конфликтов между мигрантами и принимающим населением, объективно формируются условия для возникновения чрезвычайной ситуации.

На наш взгляд, гарантом стабильности общественных отношений в рассматриваемой области должен стать административно-правовой режим вынужденной миграции, опирающийся на концептуальные основы административной политики в миграционной сфере[41].

По мнению С.С. Алексеева, правовой режим отличает особая значимость общественных отношений, регулируемых им, в целях сохранения устойчивости государства. Он выражает степень жесткости юридического регулирования, наличие известных ограничений или льгот, допустимый уровень активности субъектов, пределы их правовой самостоятельности[42]. Правовой режим призван «обеспечить наступление желаемого социального эффекта, состояния, показывая путь к подобному результату и способ, ведущий к нему»[43].

Учитывая большую социальную значимость, вынужденная миграция как естественный феномен занимает отдельное место в системе общественных отношений урегулированных правом. Проявление должной заботы государства о миграционных процессах, происходящих в данной форме, обусловлено несколькими обстоятельствами, среди которых, на сегодняшний день, превалирует повышенная степень угроз, исходящих от переселенцев и наличие международных обязательств по вопросам беженцев и внутриперемещенных лиц. К сожалению, «принципы и обязательства, касающиеся создания дополнительных условий защиты для вынужденных мигрантов, так и остаются декларативными, а личные права и свободы, которыми обладают вынужденные мигранты, остаются нереализованными или исполняются с большим трудом»[44].

Пределы влияния государства на отношения в сфере вынужденной миграции частично определены в Конституции РФ. Так, ст. 63 закрепляет норму, согласно которой Российская Федерация предоставляет политическое убежище иностранным гражданам и лицам без гражданства в соответствии с общепризнанными нормами международного права. Часть 2 указанной статьи гласит, что «в Российской Федерации не допускается выдача другим государствам лиц, преследуемых за политические убеждения, а также за действия (или бездействие), не признаваемые в Российской Федерации преступлением». Право решать вопросы предоставления политического убежища закреплено ст. 89 Конституции РФ за Президентом Российской Федерации.

Иных конституционных норм, определяющих права и обязанности участников общественных отношений в сфере вынужденной миграции, не предусмотрено.

Несмотря на поверхностное закрепление в Конституции РФ правового режима вынужденной миграции, он детально регламентируется административным законодательством. Законы РФ «О беженцах» и «О вынужденных переселенцах», а также ряд указов Президента Российской Федерации[45] и постановлений Правительства РФ определяют статус участников соответствующих правоотношений, одни из которых наделяются правом на свободу передвижения и выбора места жительства, а другие корректируют его исходя из государственных интересов. Тем самым формируется особый порядок взаимодействия вынужденных мигрантов и представителей власти, именуемый административно-правовым режимом вынужденной миграции.

Данный режим представляет собой совокупность государственно-управленческих, в том числе административно-правовых мер, допускающих ограничение свободы передвижения и выбора места жительства вынужденных мигрантов в Российской Федерации, вводимых для обеспечения безопасности личности, общества и государства, действующих постоянно либо в конкретных сложившихся обстоятельствах[46].

Административно-правовой режим вынужденной миграции соединяет в единую конструкцию установленный комплекс правовых средств, который диктуется целями миграционной политики. Он обеспечивает правовое регулирование определенной группы общественных отношений в миграционной сфере, содействует эффективному использованию потенциала вынужденных мигрантов. Данный режим выражает степень жесткости юридического регулирования, наличие известных ограничений или льгот, допустимый уровень активности субъектов реализации миграционной политики, пределы их правовой самостоятельности.

Как отмечалось ранее, российское законодательство отличает развитая система правовых режимов. Так, присутствие конкретных правовых режимов можно ясно увидеть в отраслях публичного права, и в первую очередь в административном праве.

Опираясь на общие принципы российского права, административное право использует специфические приемы и методы регулирования правоотношений, основанные, как правило, на властных (императивных) началах. Именно такой подход лежит в основе административно-правового режима вынужденной миграции.

Наличие запретов, предписаний и обязательств, находящихся в основе правил вынужденной миграции, дает государству возможность оказывать управляющее воздействие на соответствующий участок социальной деятельности, объектом которой являются общественные отношения в сфере передвижения и выбора места жительства. Необходимость императивного, порой даже «жесткого» (например, интернирование или административное отселение) подхода к регулированию общественных отношений в сфере вынужденной миграции обусловлена требованиями безопасности личности, общества и государства.

Как любой административно-правовой режим миграционной сферы, режим вынужденной миграции имеет общие и специальные требования, последние из которых определяют порядок передвижения и выбора места жительства на территории Российской Федерации отдельных категорий вынужденных мигрантов. Общие требования основаны на повышенной степени угроз, исходящих от переселенцев. Таковыми могут являться ведение разведывательной и террористической деятельности (для внешних вынужденных мигрантов)[47], распространения опасных инфекционных заболеваний (для всех категорий мигрантов), особенно если выталкивающим фактором для них стали биолого-социальные явления[48].

В последнем случае, в соответствии с ст. 6 Закона РФ «О беженцах» в качестве обязанности на внешних вынужденных мигрантов возлагается обязательное медицинское освидетельствование в установленном объеме требований медицинского сертификата. Потенциальные иммигранты, у которых выявлены инфекционные и другие контагиозные заболевания, изолируются. При признании их носителями СПИДа или отказе от медицинского освидетельствования они могут быть выдворены за пределы территории Российской Федерации (ст.

18.11 КоАП РФ).

Закон РФ «О вынужденных переселенцах» также обязывает проходить медицинский осмотр лиц, получивших свидетельство о регистрации ходатайства, и прибывших с ними членов семьи, не достигших возраста восемнадцати лет. Однако в отличие от беженцев, за отказ вынужденным переселенцем проходить медицинское обследование законодательство не предусматривает применение мер принуждения. Это притом, что вынужденные переселенцы в лице граждан Российской Федерации могут прибывать на российскую территорию из стран со сложной санитарно-эпидемиологической обстановкой[49].

Необходимо отметить, что проблемы вынужденной миграции оказывают существенное влияние на санитарно-эпидемиологическую ситуацию непосредственно в местах вселения и сопровождаются повышением нагрузки на региональную лечебно-профилактическую сеть. Поэтому в целях эффективного решения вопросов обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия вынужденных мигрантов и принимающего населения в соответствующих субъектах Российской Федерации, как правило, принимаются специальные нормативные акты, направленные на предупреждение распространения инфекционных заболеваний среди вынужденных мигрантов и местного населения, контактирующего с ними[50].

Как отмечалось выше, специальными требованиями административно-правового режима вынужденной миграции являются порядок передвижения и выбора места жительства отдельными категориями вынужденных мигрантов. Наиболее дискриминационные правила передвижения российское законодательство определяет для лиц, ходатайствующих о признании беженцами.

Так, в период прохождения соответствующей процедуры ходатайствующие находятся вне зависимости от того, законно или незаконно они пересекли государственную границу РФ в пункте пропуска через государственную границу РФ. После получения свидетельства о рассмотрении ходатайства по существу, потенциальные беженцы под сопровождением представителей ФМС России и МВД России направляются в места временного содержания при постах иммиграционного контроля или центры временного размещения иммигрантов[51].

Лица, получившие статус беженца располагаются в центрах временного размещения или в иных местах пребывания, определенных ФМС России или его территориальным органом[52]. В период нахождения в установленных местах они обязаны соблюдать соответствующие правила проживания. Их специфической обязанностью является обязательность сообщать в территориальные органы ФМС России о намерении переменить место пребывания на территории Российской Федерации либо выехать за пределы территории Российской Федерации[53]. При перемене беженцем места пребывания они обязаны сняться с учета в ФМС России или в соответствующем территориальном органе, к которому он был прикреплены, и в семидневный срок после переезда (исключая выходные и праздничные дни) встать на учет в территориальный орган ФМС России по новому месту жительства.

Территориальный орган ФМС России письменно уведомляет беженца о сроках и месте проведения переучета. О проведении переучета может быть объявлено через местные средства массовой информации, при этом письменное уведомление беженца о конкретных сроках и месте проведения переучета осуществляется при его посещении территориального органа миграционной службы[54].

В соответствии со ст. 14 Закона РФ «О беженцах» распределение лиц, признанных беженцами либо получивших временное убежище, осуществляется в соответствии с ежегодно устанавливаемой Правительством РФ квотой распределения данных лиц для каждого субъекта Российской Федерации. Однако до настоящего времени соответствующие нормативные правовые акты не принимались.

Л.В. Андриченко, Л.Н. Васильева отмечают, что наибольшее количество беженцев состоит на учете только в отдельных субъектах Российской Федерации, что создает неодинаковую нагрузку на субъекты[55]. В этой связи они также высказывают мнение о необходимости разработки на федеральном уровне механизма распределения прибывающих беженцев по субъектам России. На наш взгляд, следует согласиться с ними, что введение подобного механизма будет способствовать в том числе и более равномерному распределению бремени расходов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований на их участие в финансировании пребывания беженцев на их территории.

Поскольку отсутствует федеральный акт, отдельными субъектами Российской Федерации предпринимались попытки вводить собственные ограничения на прием и обустройство беженцев на своей территории. Примером может служить ныне утративший силу Иммиграционный кодекс Ставропольского края, утвержденный Законом Ставропольского края от 31 декабря 1996 г. № 45-КЗ, который просуществовал до 2000 г. включительно. В соответствии с данным Кодексом иностранные граждане могли получить вид на жительство в населенных пунктах края в пределах квоты, равной 0,5% от числа жителей соответствующего населенного пункта.

Согласно все того же Кодекса, организованное поселение, трудоустройство и социально-культурное устройство лиц, получивших политическое убежище, а также статус беженцев или вынужденных переселенцев, избравших территорию Ставропольского края для постоянного или преимущественного проживания, должно было осуществляться только в определенных населенных пунктах по утвержденному в установленном порядке перечню[56].

На наш взгляд, такой подход к квотированию и распределению вынужденных мигрантов в регионах вполне оправдан. Ибо вселение пришлых, тем более иностранцев, всегда вызывает неприятие у коренного населения, повышая социальную напряженность, а в отдельных случаях и виктимность самих переселенцев[57]. Поэтому администрации субъектов Российской Федерации просто обязаны предотвращать возможность наступления негативных последствий, вызванных массовыми вселениями вынужденных мигрантов, путем принятия соответствующих ограничительных мер.

Следует напомнить, что процесс экстремально быстрой смены этнического состава территории в результате миграции называется сукцессией. Очевидно, что миграционные подвижки именно этого типа характерны сейчас для ряда регионов Российской Федерации. Например, среди русского населения в большинстве населенных пунктов Северного Кавказа наблюдается устойчивая тенденция к снижению рождаемости и естественного прироста населения. Так, если к началу 1999 г. месхетинские турки составляли около 26% населения на территории населенных пунктов Ростовановской сельской администрации Курского района Ставропольского края, занимая второе место после русских. За четыре года темпы роста диаспоры месхетинцев составили здесь 22%, среди русских – всего 5%. Трансформация этнического состава населения многих населенных пунктов на Северном Кавказе стала неотъемлемым явлением настоящего времени[58].

Другим подтверждающим фактом существенного нарушения сложившегося ранее этнического баланса населения в отдельных районах Российской Федерации является перепись населения России 2002 года, которая свидетельствует о соответствующих изменениях в Республике Адыгея, Краснодарском и Хабаровском краях, Волгоградской, Ростовской, Астраханской областях[59].

Учитывая потенциальную угрозу, исходящую от вынужденных мигрантов для принимающего населения, распределение переселенцев должно осуществляться не только по строго определенным субъектам Российской Федерации, но и в конкретные населенные пункты этих субъектов. При распределении переселенцев необходимо исходить из этнокультурной совместимости мигрантов с местным населением, а количество вселяющихся должно быть в пределах допустимой (критической) нормы, выражаемой в процентном соотношении переселенцев и принимающего населения[60]. Именной такой подход к распределению вынужденных мигрантов по территориям вселения должен стать одним из общих требований правового режима вынужденной миграции.

Возвращаясь к рассмотрению специальных требований административно-правового режима вынужденной миграции, отметим, что в отличие от беженцев, вынужденные переселенцы имеют более широкие права на свободу передвижения, так как являются гражданами России либо иностранными гражданами, постоянно проживающими на территории Российской Федерации. В то же время по аналогии с беженцами, они обязаны при перемене места жительства перед выездом сняться с учета в территориальном органе миграционной службы и в течение одного месяца встать на учет в территориальном органе миграционной службы, а также проходить ежегодный переучет в сроки, устанавливаемые территориальным органом миграционной службы[61].

Неисполнение беженцем или вынужденным переселенцем при перемене места пребывания или места жительства обязанности сняться с учета в территориальном органе ФМС России, к которому они прикреплены, а равно неисполнение обязанности своевременно встать на соответствующий учет по новому месту пребывания или месту жительства влечет за собой административную ответственность (ст. 18.12 КоАП РФ).

Введение административных санкций за нарушение вынужденными мигрантами правил учета связано с общими требованиями миграционного режима в Российской Федерации. Однако если миграционный учет беженцев осуществляется в целях «правления в кризисных ситуациях, обеспечения национальной безопасности Российской Федерации и общественной безопасности путем противодействия незаконной миграции»[62], то учет вынужденных переселенцев, прежде всего, необходим для контроля за предоставлением данной категории мигрантов компенсации за утраченное жилье, улучшением их жилищных условий, в соответствии с федеральными и региональными программами[63].

Следует отметить, что большинство программных документов лишь декларативно заявляет о необходимости решения крупномасштабных и острых социальных проблем в сфере регулирования размещения беженцев и вынужденных переселенцев. Например, в распоряжении Правительства РФ от 7 июня 2002 г. № 765-р говорится: «обеспечение условий для интеграции вынужденных мигрантов в социальную среду должны осуществляться на основе разработки и реализации новых подходов и направлений по обустройству беженцев и вынужденных переселенцев»[64].

Сложно поверить, что вынужденные мигранты в большинстве своем в качестве новых мест вселения выберут районы Крайнего Севера или Сибири, а местной администрации в лице принимающей стороны, придется вводить новые технологии их обустройства. Ведь доподлинно известно, человек предпочитает, где лучше, исходя из социальных и природных условий. Именно соответствующими мотивами руководствуются и будут руководствоваться вынужденные переселенцы. Тем более что они в соответствии с Законом РФ «О вынужденных переселенцах» обладают правом самостоятельно выбирать место жительства.

Данный подход законодателя к вопросу о праве выбора вынужденным переселенцем места жительства, в том числе возможности проживания у «родственников и иных лиц, независимо от размера занимаемой ими жилой площади»[65] безусловно, способствует практической реализации конституционного права гражданина на свободу передвижения и выбора места жительства.

В то же время учитывая, что все чрезвычайные ситуации социального характера, происшедшие в новейшей истории России, имели национальный оттенок, не трудно предположить, каким образом за столь непродолжительное время сформировались достаточно представительные этнические диаспоры в экономически развитых субъектах Российской Федерации и крупных мегаполисах страны. Поэтому нет ничего странного, что «в настоящий момент 35 процентов молодых людей в возрасте 18 - 35 лет испытывают раздражение или неприязнь к представителям иной национальности, 51 процент одобрили бы решение о выселении за пределы региона некоторых национальных групп»[66].

Необходимо отметить, что проблема «свободного» перемещения вынужденных мигрантов, независимо от характера выталкивающих факторов, незаметно приобрела характер угрозы безопасности национальным интересам, этнокультурной безопасности страны. По своей сути избыточная концентрация отдельных этносов, в местах, не свойственных для их исторического ареола проживания, должна быть признана зарождением, начальной стадией чрезвычайной ситуации, последствия которой вполне предсказуемы.

На начальном этапе влияние такой миграции проявляется, прежде всего, увеличением нагрузки на рабочие места и социально-культурную инфраструктуру территории, усилением конкуренции на рынке труда[67]. На следующем этапе численность этнической группы на конкретной территории увеличивается, и одновременно возрастает ее культурная дистанцированность от коренных жителей. Переселенцы выбирают стратегию закрытой адаптации, формируя замкнутые этнические общины, полностью ориентированные на сохранение национальной идентичности и одновременно на всемерное расширение, захват все новых позиций в принимающем обществе. Ответ «коренных» жителей на такое поведение «пришельцев» – всплеск ксенофобии, нередко сопровождаемый этническими погромами. Межэтнический конфликт из потенциальной стадии постепенно преобразуется в реальную. Завершающим этапом воздействия соответствующих миграционных процессов рано или поздно станет сукцессия, а ее развитие вполне может привести к межнациональным, межконфессиональным конфликтам[68].

Как правило, эти конфликты сопровождаются насильственными действиями, создающими непосредственную угрозу жизни и безопасности граждан, нормальной деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления, что в конечном итоге становится основанием для введения чрезвычайного положения на территории конфликта[69].

Напомним, что в соответствии с Федеральным конституционным законом от 30 мая 2001 г. № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» данное положение вводится при наличии двух групп обстоятельств социального и природного (техногенного) характера, которые представляют собой непосредственную угрозу жизни и безопасности граждан или конституционному строю Российской Федерации и устранение которых невозможно без применения чрезвычайных мер. Часть этих мер определяет режим вынужденной миграции в период действия режима чрезвычайного положения[70].

Итак, анализ законодательства в сфере вынужденных миграций позволяет заявить, что государство на сегодняшний день не рассматривает вынужденные перемещения населения внутри страны в качестве потенциальной угрозы общественной безопасности. В этой связи административно-правовой режим миграции вынужденных переселенцев и иных лиц, формально подпадающих под соответствующую категорию мигрантов, не имеет специальных требований и полностью совпадает с общим миграционным режимом граждан Российской Федерации. Аналогичное заключение можно сделать и в отношении перемещений лиц, признанных беженцами или получивших временное убежище. Их режим передвижения и выбора места жительства по стране идентичен режиму передвижения иностранных граждан и лиц без гражданства, имеющих разрешение на временное проживание на территории Российской Федерации.

В то же время, учитывая реальность угроз в этнокультурной и санитарно-эпидемиологической сфере, исходящих от вынужденных мигрантов, а также недостатки действующего законодательства, регламентирующего порядок передвижения и выбора места жительства данной категории лиц в пределах территории Российской Федерации, представляется целесообразным ввести следующие, дополнительные режимные требования для определения предполагаемых мест вселения вынужденных мигрантов:

а) для лиц, признанных беженцами[71]:

исключить возможность проживания в поселениях определенных в качестве «категориальных» (например, Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург и иные);

получившим удостоверение беженца в дипломатическом или консульском учреждении Российской Федерации за рубежом, предоставлять право проживания в тех субъектах РФ (по согласованию с субъектом РФ и Рострудом РФ), которые нуждаются в трудовых ресурсах (например, районы Крайнего Севера или Дальнего Востока);

получившим удостоверение беженца или свидетельство о предоставлении временного убежища в территориальном органе ФМС России по месту своего пребывания на законном основании на территории Российской Федерации, предоставлять право проживания в пределах территории субъекта РФ по месту пребывания либо в ином, по выбору беженца субъекте РФ, нуждающемся в трудовых ресурсах (по согласованию с субъектом РФ и Рострудом РФ);

предварительно обратившимся в пост иммиграционного контроля при пересечении государственной границы РФ и получившим удостоверение беженца или свидетельство о предоставлении временного убежища в территориальном органе ФМС России, предоставлять право проживания в пределах территории субъекта РФ по месту обращения либо в ином субъекте РФ, нуждающемся в трудовых ресурсах (по согласованию с субъектом РФ и Рострудом РФ);

предварительно обратившимся в органы пограничной службы ФСБ России, территориальные органы ФМС России и МВД России при вынужденном незаконном пересечении государственной границы РФ, получившим удостоверение беженца или свидетельство о предоставлении временного убежища в территориальном органе ФМС России, предоставлять право проживания в пределах соответствующего приграничного субъекта РФ;

б) для лиц, признанных вынужденными переселенцами — максимально содействовать их переселению в субъекты Российской Федерации, нуждающимся в трудовых ресурсах (по согласованию с субъектом РФ и Рострудом РФ)[72].

<< | >>
Источник: А. Н. Сандугей. ПРАВОВЫЕ И ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ МИГРАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ ПРИ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ Монография. 2009

Еще по теме § 2. Административно-правовой режим вынужденной миграции в Российской Федерации:

  1. XI МЕЖДУНАРОДНОЕ ГУМАНИТАРНОЕ ПРАВО
  2. Тема 13. Государственное управление в административно-политической сфере
  3. Список рекомендуемой литературы
  4. Глава 5. Угрозы, вызовы и риски «нетрадиционного ряда (Центральная Азия)
  5. § 1. Внутренние морские воды
  6. Советская Россия.
  7. Хронологическая таблица
  8. Тема 3. Материально-правовые вопросы статуса иностранных граждан в Российской Федерации
  9. ПРОКУРОРСКАЯ ПРОВЕРКА ИСПОЛНЕНИЯ ЗАКОНОВ В СФЕРЕ МИГРАЦИИ
  10. § 2. Административно-правовой режим вынужденной миграции в Российской Федерации
  11. § 3. Основы реализации миграционной политики в условиях режима военного положения
  12. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  13. § 2.1 Унификация материальных норм на универсальном и региональном уровнях
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -