<<
>>

Новогреческое Просвещение и Россия (К постановке проблемы) Г. Л. АРШ

Период 1770—1820 гг. вошел в историю новогреческой культуры как эпоха Просвещения. В эти полвека греческое общество переживало большой культурный подъем. В Греции и зарубежных греческих общинах основываются новые училища, греческие юноши обучаются в университетах Италии, Германии, Франции, России.
Резко увеличивается выпуск книг на греческом языке, появляются первые греческие газеты и журналы. В эту эпоху жили и творили Е. Вулгарис, Н. Теотокис, А. Кораис, А. Газис, А. Псалидас, К. Вардалахос, Г. Геннадиос и многие другие видные ученые, просветители, педагоги. Их мировоззрение складывалось под непосредственным воздействием передовой европейской философии XVII— XVIII вв. Само новогреческое Просвещение было производным от европейского Просвещения — большого духовного движения, в идеологическом и культурном плане подготовившего переход от феодального к буржуазному обществу. В то же время это было вполне самостоятельное движение с ярко выраженной национально-освободительной окраской. Оно было вызвано к жизни потребностями исторического развития новогреческого общества, необходимостью ликвидации феодального османского ига. Движение это было неразрывно связано с новогреческой культурой предшествующих веков. Воодушевленные освободительными стремлениями, просветители видели свою патриотическую миссию в распространении образования и знаний среди народа. Это определило по преимуществу популяризаторскую и педагогическую направленность новогреческого Просвещения. Просветители стремились сделать доступными для своих соотечественников достижения передовой европейской науки своего времени. Наряду с этим большое место в их деятельности занимали пропаганда древнегреческого культурного наследия, приобщение новых эллинов к славе и свободолюбивым традициям их знаменитых предков *.

Особенностью новогреческого Просвещения, как и аналогичных балканских национально-просветительных движений, было то, что оно развертывалось в значительной мере не в Греции, а в других странах, где социально-политические условия были более благоприятными. Все книги не греческом языке печатались за рубежом — в самой Греции в начале XIX в. не существовало нн одной типографии 2. Большая часть печатной греческой продукции распространялась за пределами Греции. Многие греческие ученые и просветители были вынуждены жить вдали от своей родины. Наиболее значительные в научно-педагогическом плане греческие учебные заведения также функционировали за рубежом. Наконец, следует иметь в виду, что важнейшим источником финансирования деятельности греческих типографий и училищ, включая учебные заведения в самой Греции, были пожертвования греческих зарубежных общин и отдельных меценатов, живших в разных странах Европы.

В последние годы усилилось внимание к изучению зарубежных аспектов новогреческого Просвещения. Появились серьезные исследования и публикации о деятельности греческих училищ Венеции, Бухареста и Ясс 3, нашла отражение в литературе история крупных центров греческого книгопечатания в Венеции и Вене4, вышли статьи и книги о ряде деятелей греческого Просвещения, живших в эмиграции5. Но история существенных аспектов греческого Просвещения, связанных с Россией, остается неизученной. Данное сообщение ставит своей задачей выделить некоторые конкретные вопросы этой большой темы, изучение которых представляется наиболее важным.

Прежде всего следует отметить, что начальный этап новогреческого Просвещения неотделим от России и ее политики. В 70-е годы XVIII в. в Россию по приглашению Екатерины II переселились выдающиеся ученые и просветители Евгениос Вулгарис и Никифо- рос Теотокис, которые по праву считаются родоначальниками новогреческого Просвещения. Оба ученых смогли написать и опубликовать в Росси# многие свои труды по самым различным областям знания. Н. Теотокис умер в Москве в 1800 г. Е. Вулгарис же скончался в 1806 г. в Петербурге в возрасте 90 лет. Еще при жизни Е. Вулгариса А. Кораис, другой крупнейший деятель греческого Просвещения, назвал его «главой (le doyen) образованных людей нации» е. Труды этого гиганта греческой культуры, настоящего энциклопедиста пе только по широте научных интересов, но и по духовной близости к французским энциклопедистам, во многом определили идейный облик новогреческого Просвещения. К сожалению, многогранная научная и национально-просветительская деятельность Е. Вулгариса и Н. Теотокиса в России пока не стала предметом специального исследования7.

С Россией связана судьба и некоторых других видных представителей новогреческого Просвещения. На Украине в юности учился (1785—1787 гг.) известный ученый и педагог Афанасиос Псалидас. В 1811 — 1814 гг. в Петербурге находился известный ученый Ди- митриос Гобделас, добивавшийся помощи у русского правительства для издания своих трудов. В Одессе в основанном здесь в 1817 г. Греческом коммерческом училище преподавали маститые педагоги Георгиос Геннадиос и Константинос Вардалахос, а также видный деятель греческого национально-освободительного движения Георгиос Лассанис. В Москве и Одессе были опубликованы на новогреческом языке некоторые их научные труды и учебники. В период греческой национально-освободительной революции 1821 — 1829 гг., спасаясь от массовых репрессий Порты против греческого населения, в России нашли убежище: уже упоминавшийся Димитриос Гобделас, его однофамилец доктор философии и медицины Михаил Гобделас, известный филолог Константинос Икономос и другие деятели греческой культуры. Предметом специального изучения пока было лишь пребывание в России Д. Гобделаса8.

Важной составной частью нашей темы является национальнокультурная деятельность греческих общин России. Еще в XVII в. в ряде городов русского государства сформировались греческие общины. Центром греческой эмиграции в России стал тогда украинский город Нежин.

В конце XVIII — начале XIX в. в причерноморских областях, отошедших к России в результате трех войн с Османской империей, возникли новые греческие общины. Особенно много греческих поселенцев осело в Измаиле, Одессе, Балаклаве, Феодосии, Таганроге, Николаеве, Мариуполе, Керчи. Быстрый экономический прогресс Северного Причерноморья способствовал росту материального благосостояния его греческого населения, основной сферой деятельности которого были торговля и судоходство. В новой греческой диаспоре, возникшей в период османского господства, греческие общины юга России в начале XIX в. становятся основной базой национально- освободительного движения. В Одессе в 1814 г. была основана тайная национально-освободительная организация «Филики Этерия», через семь лет поднявшая знамя вооруженного восстания против османского ига. Патриотические чувства греческих поселенцев, осознание ими своей неразрывной связи с родиной находили выражение и в их интересе к национальной культуре. В черноморских городах России создаются греческие школы. Одна из этих школ приобрела общегреческое значение. Речь идет о Греческом коммерческом училище в Одессе.

Училище было основано в 1817 г. греческими коммерсантами Одессы и содержалось за их счет. Именно этим объясняется назва ние училища. Хотя греческие купцы Одессы хотели дать своим сыновьям в училище необходимые практические знания для торговли, не подготовка коммерсантов была главной его целью, а «преподавание нашего родного языка» 9, как говорилось в его уставе. Новогреческий язык, история и культура Греции занимали первостепенное место в учебной программе училища.

В короткий срок одесское училище стало одним из самых престижных греческих учебных заведений своей эпохи. Некоторые профессора, ранее преподававшие в греческом училище Бухареста, стали преподавателями Греческого коммерческого училища. В Одессу для получения национального образования стекались молодые люди из Греции и других стран. В 1819 г. число учащихся Греческого коммерческого училища достигло 350. Известный русский востоковед и писатель О. И. Сенковский, побывавший в том же году в Греческом коммерческом училище, писал, что «Одесса становится важным пунктом в рассуждении наук греческих» 10. История Греческого коммерческого училища нашла определенное отражение в литературе ". Но несомненно, что история этого учебного заведения, являвшегося до завершения войны за независимость Греции важнейшим очагом греческого образования и культуры, заслуживает более детального изучения. С этой точки зрения особый интерес представляет начальный период существования училища —1817—1830 гг. Очень мало известна история греческого книгопечатания в России в XVIII — начале XIX в. Между тем в этот период в России издание книг на греческом языке велось довольно интенсивно. Было напечатано (начиная с 1652 г.) более 50 книг12, в том числе труды Е. Вулгариса, Н. Теотокиса, А. Маврокордитоса, учебники, словари, энциклопедии. Книги на греческом языке печатались в Петербурге в типографии Академии наук, в университетской типографии в Москве, а также в Вильне. С 1827 г. начала работать греческая типография в Одессе.

Издание книг всегда являлось дорогостоящим предприятием и было, как правило, не по плечу самим авторам. За чей же счет издавались в тот период греческие книги в России? Информацию об этом мы находим на титульных листах самих книг. Так, в заглавии морального трактата Е. Вулгариса «Дихтрфт) ттер1 Ей&с^аснас» («Рассуждение об естественной смерти»), изданного в Петербурге в 1804г., указано, что книга «напечатана за счет щедрости почтеннейших чытырех братьев Зосима: Анастасия, Николая, Зоя и Михаила» 13. Подобные фразы встречаются в заглавиях многих греческих книг, причем изданных не только в России. Эта предприимчивая и патриотически настроенная семья купцов—эпиротов, разбогатевших в России, являлась одной из главных материальных опор греческого просветительства. Известно, что братья Зосима взяли на себя значительную часть расходов по изданию «Греческой библиотеки» — грандиозного литературно-патриотического предприятия, инициатором и исполнителем которого был выдающийся греческий просветитель Адамантиос Кораис14.

И другие богатые греческие купцы, жившие в России, следуя примеру братьев Зосима, жертвовали большие средства на издание греческих книг, содержание школ в Греции, обучение греческих студентов в европейских университетах. Большой материальный вклад внесли в греческое Просвещение Иоаннис Варвакис, Иоаннис Доболис, Зоис Капланис15. Патриотическая деятельность братьев Зосима, И. Варвакиса, И. Доболиса и других купцов-меценатов, живших в России, их вклад в греческое Просвещение хорошо известны в Греции, причем не только историкам-профессионалам. Им сооружены памятники, их именами названы улицы греческих городов. Но в научном плане тема эта далеко не исчерпана. Пока не сделана попытка определить удельный вес пожертвований греческих купцов России в обеспечении материальной стороны греческого просветительства.

Заслуживает также внимания деятельность братьев Зосима и других меценатов по распространению греческой культуры в России.

Об этом имеются современные свидетельства. Так, выходившая в Петербурге на французском языке газета «Беспристрастный консерватор» в номере от 5(17) сентября 1816 г. сообщала, что в 1815 г. братья Зосима основали кафедру греческого языка в Московской гимназии, пожертвовав на это 10 тыс. рублей. Московскому университету они подарили 90 книг на дренегреческом и новогреческом языке, большая часть которых была напечатана за их счет 16. Пребывание греческих ученых в России, история существовавших здесь греческих училищ, книгопечатание на греческом языке, деятельность греков-меценатов являются существенными, но не единственными компонентами темы «Новогреческое Просвещение и Россия». Представляет интерес также изучение отношения правительства России к греческому национально-просветительному движению, неотделимое от его общей политики в греческом вопросе. Не следует забывать об условиях самодержавной страны, где любая общественная деятельность, любые проявления духовной жизни находились под жестким контролем властей.

Как уже говорилось, виднейшие греческие ученые и просветители Е. Вулгарис и Н. Теотокис прибыли в Россию по приглашению Екатерины II. Оба ученых, принадлежавшие к духовному сословию, получили в России архиепископские кафедры, ордена, пенсии. Некоторые их труды были изданы за счет казны. Вулгарис был избран почетным членом Петербургской академии наук. Оказывая покровительство греческим ученым, царица не только стремилась поддержать свое реноме «просвещенного монарха», но и руководствовалась определенными политическими расчетами. Как известно, у Екатерины II одно время существовал радикальный, хотя и нереалистичный план решения Восточного вопроса, предполагавший создание на месте османских владений в Европе Греческой империи. Помимо того, Россия в своих войнах с Османской империей получала реальную помощь от греков. Все эти обстоятельства побуждали императрицу оказывать «покровительство» грекам, проявляя особое внимание и уважение к видным греческим ученым, принадлежавшим к тому же к столь влиятельной и могущественной в то время корпорации, как церковь.

Политика Александра I на Балканах была более умеренной и осторожной в сравнении с политикой его бабки. Но и при нем Россия продолжала оказывать поддержку греческому образованию и культуре. Длительная война с Османской империей (1806—1812 гг.), ознаменовавшая начало царствования Александра I, естественно, побуждала царское правительство не ослаблять «покровительственную» линию в своей балканской политике.

После Венского конгресса у Александра I появились новые мотивы для продолжения этой линии, особенно в сфере культуры. Придерживаясь в тот период курса на сохранение политического статус-кво на Балканах и поддержание нормальных отношений с Портой, российское правительство стремилось в то же время сохранить свое идейное влияние на православных подданных султана. В условиях национального пробуждения и подъема, охватившего в той или иной мере все порабощенные народы Балкан, возможности для сохранения такого влияния давали контакты с греческими учеными и просветителями, покровительство греческим национально-просветительным учреждениям и отдельным лицам. Материальной и моральной поддержкой российского правительства пользовалась, в частности, основанная в конце 1814 г. в Вене национальнопросветительная организация «Филомузос Этерия» (Общество друзей муз), которая содействовала распространению просвещения в

Греции и в первую очередь обучению греческих студентов в европейских университетах ”. Наряду с этим правительство России оказывало материальную помощь отдельным греческим ученым, субсидировало их научную деятельность, содействовало публикации их работ. Так, известный историк и филолог А. Мустоксидис, бывший историограф Ионической республики, в 1821 г. получил место при российской миссии в Турине, обеспечившее ему на какое-то время постоянный источник существования18. Формой помощи греческим ученым была также подписка на их труды. Так, в 1820 г. посланник России при Порте Г. А. Строганов в соответствии с полученными инструкциями подписался на 15 экземпляров греческого словаря в четырех томах, издававшегося в Константинополе, внеся при этом аванс —1500 пиастров (полная стоимость 15 экземпляров должна была составить около 3 тыс. пиастров). Строганов характеризовал эту подписку как «новое свидетельство того интереса, который проявляет император к распространению словесности среди греческой нации» 18а.

В ту эпоху в писательской и ученой среде практиковалось посвящать труды влиятельным особам, от которых можно было ожидать поддержки. Некоторые греческие ученые посвятили свои труды Екатерине II и Александру I, рассчитывая получить их покровительство и помощь. Расчеты эти в определенной степени оправдывались. Д. Филиппидису, посвятившему Александру I свой труд по истории и географии Молдавии и Валахии, опубликованный в 1816 г., был пожалован бриллиантовый перстень стоимостью в 1 тыс. руб. Подобный же подарок был сделан Д. Гобделасу, посвятившему царю сво*> книгу «Основы алгебры», изданную в 1806 г.19

Заметим, что, посвящая свои труды царствующим особам России, треческие ученые руководствовались не одними материальными соображениями. Авторитет России в греческом обществе был тогда очень высок. С ее политикой широкие слои греческого народа связывали надежды на освобождение от османского ига. Своими посвящениями деятели новогреческого Просвещения выражали в рамках условностей той эпохи эти сокровенные надежды своих соотечественников.

В 1814—1820 гг. в акциях России, благоприятных для греческого национального-просветительного движения, активная роль принадлежала Иоанну Каподистрии. Этот греческий патриот, бывший государственный секретарь Ионической республики, в 1815—1822 гг. являлся статс-секретарем российского министерства иностранных дел и одним из доверенных советников Александра I. Будучи убежденным сторонником просвещения, считая его распространение обязательной предпосылкой освобождения Греции, Каподистрия энергично добивался поддержки российского правительства различным национально-просветительным предприятиям греческих патриотов, и в первую очередь для «Филомузос Этерии», фактическим руководителем которой он являлся. Однако Каподистрия, сторонник национального освобождения Греции и умеренный конституционалист, не мог изменить общего консервативного и охранительного направления политики царского правительства, проявлявшегося и в его отношении к новогреческому Просвещению.

При оказании покровительства отдельным ученым или просветительным учреждениям царскому правительству отнюдь не было безразлично их идейное лицо. «Аттестатом» политической благонадежности для него являлась прежде всего связь с церковью. Такг в 1820 г. Александр I согласился предоставить училищу в Мани (Пелопоннес) ежегодную субсидию в 3 тыс. пиастров при условии, что училище это будет «считаться детищем церкви» и будет зависеть от константинопольского патриарха20.

По мере того как набирало силу освободительное движение в Европе и в самой Греции, возможность использования просвещения и греческих просветительских учреждений в целях национально-освободительной борьбы все больше беспокоила царское правительство. Это проявилось, в частности, при решении вопроса о создании греческой типографии в Одессе.

Вопрос этот рассматривался комитетом министров в июне 1819 г. В ходе обсуждения наиболее реакционно настроенные министры высказались вообще против создания типографии, мотивируя это тем, «что по малопзученности новогреческого языка весьма трудно будет иметь наблюдение, дабы не было пропускаемо и самою цензурою книг и сочинений, противных правилам и видам государственным». Большинство членов комитета высказали мнение, что, так как «во многих иностранных городах, в коих греки имеют пребывание, существуют типографии для печатания книг на их языке», можно разрешить и грекам Одессы учредить типографию, но «под строгой ответственностью цензуры». Александр I утвердил мнение большинства комитета министров. Печатание каких-либо политических сочинений в греческой типографии Одессы было запрещено, а все другие книги должны были проходить через руки назначенных для надзора за типографией цензоров21.

«Покровительство» греческому просветительному движению оказывалось царским правительством в жестких идеологических рамках: оно не распространялось на живую демократическую струю новогреческой культуры, прежде всего выражавшую национально-освободительные стремления греческого народа. Но благожелательный интерес и внимание русского общества распространялись и на эту сторону новогреческого Просвещения. Отношение русской общественности к новогреческому Просвещению — в числе важных и малоизученных аспектов проблемы.

Прежде всего следует упомянуть примечательный факт — известность, которую приобрел в России крупнейший представитель демократического направления в новогреческом Просвещении А. Ко- раис. Выдержки из его работы «Записка о нынешнем состоянии цивилизации в Греции», вышедшей в 1803 г. в Париже, в том же году были опубликованы в одном из самых распространенных русских журналов того времени — «Вестнике Европы». В 1815 г. она вышла в Петербурге и отдельным изданием. В первые годы XIX в. была переведена на русский язык «Военная труба» Кораиса22.

Стоит обратить внимание не только па довольно широкое распространение трудов Кораиса в России, но и определенное единомыслие между ним и авторами статей о новогреческом Просвещении, которые нередко появлялись в русских журналах того времени. Так, в статье «О состоянии словесности и наук у нынешних греков», опубликованной в 1809 г., автор полемизировал с немецким ученым и путешественником И. Бартольди, писавшим о «варварстве» современных греков.

Как известно, А. Кораис подверг уничтожающей критике этот тезис в своем предисловии к изданию речей Исократа, вышедшему в 1807 г.23 Русский автор (это был историк-славист М. Т. Каченов- ский, подписавшийся инициалом К.) солидаризировался с греческим ученым и использовал его аргументы. Он опровергал утверждения Бартольди, приводя данные о росте числа школ в Греции, о греческих ученых, о переводах на новогреческий язык трудов Локка, Монтескьё, Руссо, о большой подписке на издаваемые греческие книги24. Есть один важный аспект русско-греческих культурных связей начала XIX в., заслуживающий внимания. Со времени принятия Русью христианства греки, несомненно, оказывали влияние на духовную жизнь России. Некоторые образованные греки внесли свой вклад в развитие общественной мысли, оставили заметный след в истории русского просвещения. Начавшаяся в России во второй четверти XVIII в. эпоха классицизма в литературе способствовала воздействию на русскую культуру древнегреческих классиков. Для •своей «Риторики» М. В. Ломоносов перевел ряд произведений древнегреческих писателей. Древнегреческое культурное наследие и в дальнейшем оказывало воздействие на русскую культуру. Не ослабевает в России интерес и к культуре Новой Греции. В то же время н русская национальная культура к началу XIX в. добилась больших успехов. В результате наступил новый этап во взаимоотношениях двух культур. Русские современники вполне сознавали эту перемену. Любопытны в этом отношении суждения, высказанные ученым-эллинистом М. Дмитревским, автором книги «Взор на нынешнее состояние Греции», напечатанной в 1806 г. в Москве в университетской типографии на новогреческом и русском языках.

Дмитревский с большим уважением отзывался о современных «му греческих просветителях Е. Вулгарисе, Н. Теотокисе и А. Ко- раисе. Например, о Кораисе он писал образно, что, «находясь и за пределами своего отечества, подобно благотворному светилу, далеко простирающему лучи свои, свет учения своего разливает на всю Грецию» 25. Одновременно ученый обращался к грекам с патетическим призывом изучать русский язык и знакомиться с достижениями русской культуры. «В бессмертных творениях Ломоносова и Феофана,— писал Дмитревский,— вы найдете своих Демосфенов, своих Эсхинов, в песнопениях Хераскова и Державина вы узнаете своих Гомеров, своих Пиндаров; в сочинениях Карамзина вы почувствуете приятную нежность Анакреона» 26.

Процесс знакомства греков с Россией и ее культурой шел в то время, можно сказать определенно, более интенсивно, чем в любую предшествующую эпоху. В греческих изданиях конца XVIII — начала XIX в. большое место занимают история России, ее законодательство и военная система, русско-турецкие войны, разгром нашествия Наполеона ”. Интерес к русской национальной культуре проявляется в переводах русских книг. Были переведены на новогреческий язык некоторые произведения видного писателя и историка H. М. Карамзина. Возрастает потребность и в изучении русского языка: он входил, в частности, в программу Греческого коммерческого училища. Есть также данные об обучении греческих студентов в начале XIX в. в университетах России28. Знакомству греков с достижениями русской культуры способствовало пребывание в России значительного числа греческих эмигрантов, имевших широкие общественные связи. Особенно большой интерес к духовной жизни России проявил Иоанн Каподистрия. Он находился в дружеских отношениях с писателями H. М. Карамзиным, В. А. Жуковским, И. И. Дмитриевым, принял участие в судьбе А. С. Пушкина и К. Н. Батюшкова. Свидетельством и признанием его широких связей с русскими литераторами было избрание Каподистрии почетным членом литературно-общественного кружка «Арзамас», объединявшего все, что было тогда прогрессивного и талантливого в русской литературе 29. Греческий патриот и ревнитель просвещения был также избран в 1818 г. членом Петербургской академии наук. Высказанные соображения и приведенные конкретные факты, как представляется, показывают важность дальнейшего углубленного изучения проблемы «Новогреческое Просвещение и Россия». В то же время нельзя рассматривать эту проблему как нечто самодовлеющее. Речь идет прежде всего о методике исследования, о применении регионального подхода к изучению столь большого и сложного и при всем его многообразии органически связанного явления, как новогреческое Просвещение. В настоящее время все более очевидным становится тот факт, что лишь совместными усилиями специалистов ряда стран можно детально и всесторонне изучить это явление, определить его место в истории новогреческой и мировой культуры.

Обобщающие исследования о новогреческом Просвещении отсутствуют. Некоторые общие его характеристики см. в работах: Demos R. The Neo-Hellenic Enlightenment (1750—1821).— Journal of the History of Ideas, 1958, v. XIX, N 4; Kn?s В. L’histoire de la litt?rature n?o-grecque. La p?riode jusqu’en 1821. Uppsala, 1962; Dimaras C. La Gr?ce au temps des Lumi?res. Gen?ve, 1969; Mack- ridge P. The Greek Intelligentsia, 1780—1830: A Balkan perspective.— In: Balkan society in the age of Greek independence. L., 1981. 2

Исключение составляли лишь Ионические острова. Однако они не входили в состав Османской империи и с конца XVIII в. находились поочередно под контролем Франции, России и Англии. 3

Camariano-Cioran A. Les Acad?mies princi?res de Bucarest et de Jassy et leurs professeurs. Thessaloniki, 1974; Kapa0avaav;?’A. (H ФХа-^ччугюс; т-ij? Bevs- т!а<;. 0saactXovt4V5, 1975. 4

Probleme der neugriechischen Literatur. В., 1960, Bd. II, S. 55—215; Veloudis G. Das griechische Druck- und Verlagshaus «Glikis» in Venedig (1670—1854). Wiesbaden, 1974; Vranoussis L. L hell?nisme postbyza^tin et l’Europe: Manuscrits, livres, imprimeries. S. 1., 1981 (XVIe Congr?s International d’Etudes Byzantines). *

ДаахаХахт) 5А. 'О ’ABoy?vTio? Kopa-rj? xai т] ^атгеХЕЧерсоак; ‘EXX?Bo? ^А0т)у21. 1965;Kou^.tipi.tivo? A?x., AaviTjX ®tXi7T7ci67)? Barbie du Bocage—5'Av?i|j.o? raC'ij?. ’AXXvjXofpa?ia (1794—1819).5A0ijva, 1966; Ko?xxou cE. KcovsjTsivTivo? BapBaX?x0?-- Byzantinisch-neugriechische Jahrb?cher, 1966, Bd. 19; Koimxoo CE. NixTjtp?po? 0ет6к7]<; (1731—1800). ?’Ev 5A0njyai?, 1973; Kap?? Г. ?s??cpUo? Katpvji;—Kiovaxa- vt?vo? M. Kouficn;. Диб лро)толоро1 S?aKctXoi, той rivou?. ?>A0i)va, 1977; Moupoix/] — rxev?xou Z. fO Nnajcpopo? 03ot6xtji; (1731—1800) xai tj au^?oXij аитоу ei? T7]v itcuBeifiv той T?vou?. JA0Tjvca, 1979.

?® Coray. M?moire sur l’?tat actuel de la civilisation dans la Gr?ce. [P., 1803]. p. 16. 7

Имеющиеся на русском языке единственные биографии Е. Вулгариса и Н. Теотокиса написаны в начале XIX в. См.: Евгений (Болховитинов). Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина греко-российской церкви. СПб., 1827, т. I, с. 145—163; т. II, с. 97—101. 8

См.: Арш Г. Л. Греческий ученый Д. Гобделас в России.— В кн.: Балканские исследования. М., 1980, вып. 6. 0

Kav6v?? T?JV BlOX7]T?>V TOD СЕХХ7]'Л.Хо5 sunoptxo? 0)(оХг!ои Trnv SV 4)6yjjGlh

Грсч-xmv. ^Ev B?Xvv;, 1819, a. 4. 10

Сенковский О. О греческом училище Одессы.— Вестник Европы, 1820, ч. 110, № 7, с. 206.

[BOUXO6T)|JLOU X]. Прштт) TCevT?]XovTtieT?]pi(; тт)<; ?v ?’ОБтраю 'EXXTjvO?iiTiopiy.Tj? o/oX^?. ’Ev ’O?vjaam, 1871. 42

Vranoussis L. L’hell?nisme postbyzantin..., p. 30. 13

См.: Шторх A., Аделунг Ф. Систематическое обозрение литературы в России в течение пятилетия с 1801 по 1806 год. СПб., 1811, ч. 2, с. 38—39. 11

AaoxaXixT) ?’А. '0 ’ABajj?vTio? Кора. 247—253. 15

Важным источником для изучения деятельности греческих меценатов в России являются их современные жизнеописания. См.: Редкий благодетельный подвиг Зоя Константиновича Каплани. М., 1809; Дшв^хт) той aoiB(|/ou Ni xoXiou П. Zcoai^?. ?’Ev Мосх*, 1844. 16

Le Conservateur impartial, 1816, 5(17) sept. 17

История «Филомузос Этерии» и ее взаимоотношений с правительством России основательно разработана в литературе. См.: Кобххои СЕ. 'О RomoBiaTpia? y.fzl rj №u5el2. 1803—1822. A'. 'H (piX?ixooSo? ‘ETtupsifz T?j? Bi?vvr??. 5А0т]оси, 1958; Aa?ou Г. CH. ?HX?^ouao? сЕтас.рЕ(а tt]? Bievv7]<;. — 5?nsTy]pl? тоЗ Meaau- ovixo? ^p'XE?ou. ^A0t|v?l, 1965, t. 12; Арш Г. Л. И. Каподистрия и греческое национально-освободительное движение (1809—1822 гг.) М., 1976, с. 124—169. 18

Papadopalo-Vreto A. Biografia del cavaliere Andrea Mustoxidi. Athene, 1860, p. 4.

18a Центральный государственный исторический архив СССР, ф. 1630, оп. 1, д. 161, л. 2. Г. А. Строганов — К. В. Нессельроде, 8(20) июля 1820 г. 19

Арш Г. Л. И. Каподистрия..., с. 165; Он же. Греческий ученый Д. Гобделас в России, с. 163—166. 20

Внешняя политика России XIX и начала XX века. М., 1979, сер. II, т. 3(11), с. 222. 21

Арш Г. Л. И. Каподистрия..., с. 149—151; Он же. Греческий вопрос во внешней политике России (1814—1820 гг.).-—История СССР, 1978, № 3, с. 146. 22

О нынешнем состоянии Греции и степени ее гражданского просвещения.— Вестник Европы, 1803, ч. 9, № И, с. 214—218; Корай А. О нынешнем просвещении Греции / Пер. с фр. А. Негри. СПб., 1815; Военная Труба / С греч. пер. Сп. Дестуни. СПб., 1807. 23

AtzaxctX?xT] }А. 'О ?’ABaJ.'?vTiO? Kopa-rj?. . ., о. 180—181. 24

[Д\] О состоянии словесности и наук у нынешних греков.— Вестник Европы, 1809, ч. 43, № 1, с. 23—38. О других публикациях «Вестника Европы» на темы новогреческого Просвещения см.: Достян И. С. Русская общественная мысль и балканские народы. М., 1980, с. 128—129, 149. 25

Дмитревский М. Взор на нынешнее состояние Греции. М., 1806, с. 47—48. 26

Там же, с. 6. 27

Kn?s В. L’histoire de 1а litt?rature n?o-grecque, p. 576—578. 28

Арш Г. Л. И. Каподистрия..., с. 155. 29

Там же, с. 41—47.

<< | >>
Источник: Арш Г.Л. и др. (ред.).. Вопросы социальной, политической и культурной истории Юго-Восточной Европы/ М.: Наука. – 433 с. (Балканские исследования. Вып. 9).. 1984

Еще по теме Новогреческое Просвещение и Россия (К постановке проблемы) Г. Л. АРШ:

  1. 1. Постановка проблемы
  2. Постановка проблемы
  3. Постановка проблемы
  4. ГЛАВА I Постановка проблемы
  5. О ХАРАКТЕРЕ ПРОСВЕЩЕНИЯ ЕВРОПЫ И ЕГО ОТНОШЕНИИ К ПРОСВЕЩЕНИЮ РОССИИ
  6. 3.4. РАСТОЧИТЕЛЬСТВО В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ*
  7. Предварительные размышления. Постановка проблемы
  8. Глава I ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ
  9. 26.1. Конфликты в деятельности менеджера: постановка проблемы
  10. 3.1. ЧЕЛОВЕК И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ*
  11. Постановка проблемы, или «Как мы дошли до жизни такой»?
  12. Глава 7. Национальная политика в современном Башкортостане: конституционный и законодательно-правовой аспекты конфликтогенности (постановка проблемы)
  13. Конкретная ситуация 11 Каким потребитель видит новый легковой автомобиль? Постановка проблемы и подходы к ее решению