<<
>>

Власть - исходная предпосылка политической субъектности

На определённой стадии исторического развития, вместе и одновременно с возникновением человечества, возникают и специфически человеческие отношения (обозначим их символом ОЧ4), а вместе и одновременно с ними - субъ- ектность осуществляющих эти отношения людей. Это такие отношения, которые порождаются людьми и присущи исключительно только им. Они возникают и существуют внутри человеческого бытия (обозначим его символом Ч5), внутри бытия людей (обозначим их символом ч117) - «реального процесса118 их 3 жизни» , принадлежат только ему и являются его неотъемлемым элементом, когда ОЧ е Ч.
(1.3.1) Разновидностью этих отношений являются политические отношения (обозначим их символом ОП), когда ОП е ОЧ. (1.3.2) Это такие отношения, которые представляют собой специфически человеческие образования (обозначим эти образования символом ЧО4), являются порождением и элементом человеческого бытия, достигшего определённой - политической - стадии, фазы своего развития, когда (ОП = ЧО) е Ч. (1.3.3) Политические отношения, также как и политическая деятельность119 (обозначим её символом Rn), - это необходимый и существенный элемент политики, политического бытия людей - реального процесса их политической жизни (обозначим политику, политическое бытие символом П), когда (Rn л ОП) е П е Ч. (1.3.4) Неотъемлемым атрибутом политических отношений и политической деятельности является политическая субъектность осуществляющих их людей, выступающих в качестве субъектов и/или контрсубъектов политики (обозначим их соответственно символами СП и С'П). Она возникает и существует там и тогда, где и когда возникают и существуют государства (обозначим их симво- 12 лом Г ) и государственная власть (обозначим её символом ГВ ), её институты, органы, учреждения, организации, вместе и одновременно с ними, так же как политическая деятельность и политические отношения, специфика которых состоит в том, что они являются элементом не только политики, но и государства, когда (Rn Л ОП) е П е Г, (1.3.5) а государственная власть является элементом, содержанием не только государства, но и политики, политических отношений и политической деятельности, когда ГВ е {Г Л [П = (Rn Л ОП)]}, (1.3.6) причём их исходным, основным, необходимым, всеобщим и центральным элементом . Политическая субъектность - это такая субъектность, которая возникают по поводу государственной власти, её институтов, органов, учреждений, организаций, по поводу её формирования (обретения), сохранения (удержания), изменения (преобразования), регулирования или использования людьми для реализации присущих им интересов4, так же как и политика в целом, включая политическую деятельность и политические отношения, когда [П = (Rn л Оп)] = [Sf^, ч2 ,..., ч„) ^ (ФР, СХ, ИЗ, РГ v ИС)ГВ ^ I]. (1.3.7) Именно государственная власть выступает в качестве не только исходного, основного, всеобщего и необходимого, но и центрального элемента политики, определяющего специфику политической субъектности осуществляющих её людей. Государственная власть и только она, а не что-либо иное (например, та или иная партия, в частности КПсс, как это следовало из 6-й статьи Конституции СССР 1977 года), является специфическим ядром (центром) политики, её структуры. В случае, когда данное место занимает не государственная власть, а какая-либо партия (например, КПсс в годы советской власти) или какой-либо человек (например, «вождь всех времён и народов» И.
В. Сталин), политика приобретает искажённую (извращённую) форму. Она становится ненормальной (извращённой), что рано или поздно может привести её к распаду (как это и произошло в СССР). Государственная власть - это власть, которая, как это следует из её названия, актуализируется, проявляется в государстве, представляющем собой специфическую организацию. Она устанавливается (формируется) и существует (воспроизводится) как специфическая форма, разновидность властных отношений между всеми членами государства, одни из которых выступают в качестве её субъектов (обозначим их символом СГВ), тогда как другие - в качестве её контрсубъектов (обозначим их символом С'ГВ). Причём и те, и другие могут быть либо индивидуальными, либо коллективными120. Таким образом, возникновение и существование политической субъектно- сти, политической деятельности и политических отношений неразрывно связано с возникновением и существованием особой формы власти, властной деятельности и властных отношений между людьми - государственной власти, властно-государственной деятельности и властно-государственных отношений, составляющих исходную, необходимую и всеобщую специфическую предпосылку и основу политической субъектности, политической деятельности и политических отношений. Поэтому исследование политической субъектности, политической деятельности и политических отношений предполагает исследование природы власти, властной деятельности и властных отношений, их специфических свойств и многообразных форм развития, в частности тех, которые обусловили возникновение государственной власти, присущих ей властногосударственных институтов, властно-государственной деятельности и властно-государственных отношений, а, следовательно, вместе и одновременно с ними возникновение политической субъектности, политической деятельности и политических отношений. Вместе с тем, поскольку политическая субъектность формируется и проявляется не только в политической деятельности, но и в политических отношениях субъектов и контрсубъектов политики друг с другом, то возникает необходимость в исследовании этих отношений, которые, согласно анализу, проведённому в гл. 1.2, могут быть, связывающими и разъединяющие, системообразующими и системоразрушающими, организующими и дезорганизующими, а также индивидуализированными (персонифицированными), внутригрупповыми и межгрупповыми. Каждый из этих видов отношений имеет определённую специфику. В каждом из них политическая субъектность осуществляющих их людей формируется и проявляется специфическим образом, что необходимо учитывать как в политической теории, так и в политической практике. Представленная в данной работе точка зрения, определяющая специфику политики, политической субъектности, политической деятельности и политических отношений, имеет соответствующее обоснование в научной литературе. В ней существует множество различных вариантов определения природы и сущности политики. Все они могут быть соответствующим образом сгруппированы. Например, В. П. Пугачёв выделяет три группы определений политики: социологические, субстанциальные и научно сконструированные, связанные со специфической интерпретацией политики. Сторонники социологического подхода определяют политику через другие общественные явления. В частности, через экономику, например, К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин. Или через соперничество и борьбу социальных групп, классов, наций, заинтересованных групп за реализацию своих интересов с помощью власти, например, К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин, А. Бентли, Д.
Трумэн. Или через право, например, сторонники теории «общественного договора» Т. Гоббс, Б. Спиноза, Дж. Локк, Ж. Ж. Руссо и И. Кант. В рамках субстанциального подхода, ориентирующего исследователей на раскрытие первоосновы, или субстанции, политики, также существуют несколько трактовок политики. Наиболее распространённая из них - это трактовка политики как действий, направленных на власть: её обретение, удержание и использование, например, у Н. Макиавелли и М. Вебера. Такая трактовка политики конкретизируется и дополняется институциональными де- финициями121 политики, определяющими её через институты, организации, в которых воплощается и материализуется власть, например, у В. И. Ленина. К группе субстанциальных определений политики, по мнению В. П. Пугачёва, относятся также её антропологические2 и конфликтно-консенсусные3 определения. Научно сконструированные определения политики (например, определения Д. Истона, Г. Алмонда, Т. Парсонса) подразделяются на деятельностные, телеологические и системные определения. Если деятельностная концепция рассматривает политику как процесс подготовки, принятия и реализации решений, обязательных для всего общества, телеологическая концепция - как деятельность по эффективному достижению коллективных целей, то системная концепция - как относительно самостоятельную систему, отграниченную от окружающей среды и находящуюся с ней в непрерывном взаимодействии . Р. Т. Мухаев называет следующие подходы к определению политики. Во- первых, директивный подход, при котором политика рассматривается «как отношения по поводу власти», «как деятельность по руководству и управлению общественными процессами с использованием механизмов власти» («государственной власти»). Во-вторых, функциональный подход, определяющий политику «как деятельность по управлению обществом», суть которой «усматривается в разделении обязанностей и полномочий при непременном их согласовании». В-третьих, коммуникативный подход, при котором политика определяется как «сфера интеграции или сфера борьбы», «как универсальное средство обеспечения целостности и механизм регулирования конфликтов в обществе». Причины этих конфликтов различным авторам видятся по-разному. Одни авторы (например, американский социолог Н. Смелзер) видят их в «напряжении, вызванном несоответствием средств избранным целям». Другие (например, немецкий политолог Н. Дарендорф) - во власти «одних групп над другими». Третьи (например, российско-американский социолог П. Сорокин) - в неудовлетворённости «базовых потребностей людей». К числу таковых он относит «собственнический, пищеварительный инстинкты, потребность коллективного самосохранения (семьи, религиозной секты, партии), потребность в жилье и одежде, половой рефлекс, инстинкты самовыражения и соревновательности, потребность в свободе, в творческой работе и др.». Сам Р. Т. Мухаев определяет политику в трёх аспектах. Во-первых, как сферу «властных отношений, т. е. отношений по поводу власти, её организации, распределения между различными группами интересов, определения направления деятельности государства и его институтов». Во-вторых, как «способ организации общественной жизни, базирующийся на интеграции разнородных интересов, их согласования на основе общего интереса, объединяющего всех членов общества». В-третьих, как «деятельность элит и лидеров по руководству и управлению процессами общественного развития на всех уровнях с помощью институтов государственной власти»122. В. В. Желтов выделяет три основных интерпретации политики: 1) политика как управление, 2) политика как стратегия и 3) политика как ценностное суждение. В частности, В. В. Желтов пишет следующее. «Широко распространённым, хотя и не полным, является самое древнее мнение о том, что политика есть управление, т. е. решение общественных проблем властью. Мысль о том, что политика есть управление обществом, высказывалась ещё Платном и Аристотелем. Этой мысли, в сущности, верны и авторы современных популярных моделей политики - американские политологи Д. Истон и Г. Алмонд, которые рассматривают политику как решение возникших в обществе проблем системой управления. с таким подходом согласны, по сути дела, почти все современные политологи. Другая интерпретация понятия «политика» связана с её субъективным выражением. В данном случае политика отождествляется со стратегией. Политика может употребляться в значении целостного суждения. Политика, будучи связанной с проявлением волевых начал в человеческой деятельности, может характеризоваться как плохая, или хорошая. При этом она может быть хорошей для одних и плохой - для других»2. Кроме того, пишет В. В. Желтов, «на бытовом уровне можно выделить две крайних точки зрения на политику. Для одних она олицетворяется с преданностью общественному идеалу, стремлением всего себя без остатка посвятить служению людям. Для других - политика предстаёт как циничная, изворотливая деятельность, движущими мотивами которой являются непомерные корыстные амбиции, страсть к власти и наживе»3. При этом он совершенно справедливо подчёркивает, что все эти интерпретации, рассматривающие политику «как синоним управления, стратегии или нравственного суждения», обычно «называют её неспецифическими значениями»4. сам В. В. Желтов определяет политику несколько иначе. Для него, политика «возникает тогда, когда появляется возможность, или необходимость выбора, когда предлагается альтернатива существующей политической практике», причём тогда, когда такой выбор «осуществляют обладатели того, что мы называем политической властью»5. Именно такое понятие политики, считает В. В. Желтов, и применяется в его «специфиче- ски-политическом значении», в отличие от его применения «в неспецифическом значении этого слова (управление, стратегия, нравственное суждение)»123. Авторы краткого энциклопедического словаря-справочника «Человек и общество» выделяют следующие толкования политики: 1) как отношения между классами (марксизм); 2) как господства, связанного с завоеванием и использованием власти; 3) как управления, упорядочения общественной жизни; 4) как системы принципов и норм регулирования жизни общества в целом и социальных групп, имеющихся в данном обществе . Причём в любом из этих подходов, как считают авторы данного словаря-справочника, просматривается понимание политики как области межгрупповых отношений по поводу использования власти, её публичных институтов для реализации их общественно значимых интересов и потребностей124. Вслед за М. Вебером (Weber), всё многообразие определений природы и сущности политики сведём к двум большим группам. Первая группа определений использует понятие политики в его широком значении, включая в него всякое руководство вообще или, как пишет М. Вебер, «все виды деятельности по самостоятельному руководству». Например, говорят о валютной или дисконтной политике, о политике профсоюза во время забастовки, о школьной политике городской или сельской общины, о политике правления, руководящего корпорацией, о политике умной жены, которая стремится управлять своим мужем . Сегодня нередко можно услышать о политике руководителей того или иного предприятия, кооператива, учебного заведения, футбольного клуба, конструкторского бюро, научно-исследовательского института. К этой группе определений относятся все определения, которые основаны на понимании политики как системы принципов и норм, сферы регулирования, упорядочения, организации или изменения, преобразования, трансформации общества, жизни, деятельности и отношений имеющихся в нём социальных групп. Сюда же должны быть отнесены и определения, основанные на понимании политики либо как процесса образования «общей воли»125, либо как процесса или сферы деятельности и отношений людей, социальных групп и организаций по формированию (выработке, принятию) общезначимых и общеобязательных для всего общества решений. Ж.-В. Лапьерр (Lapierre) отмечает, что для значительной части политологов политика или «политическая система есть совокупность процессов, в ходе которых вырабатываются решения, касающиеся всего общества»126. При этом он указывает: «Главная теоретическая слабость подобных определений в том, что они расширяют понимание политического, смешивая его с совокупностью различных социальных отношений. Если всё является политическим, то тем самым утрачивается специфика объекта политической антропологии»127. Другими словами, как пишет П. Кластер, «если политическое есть всюду, то его нет нигде». Понятие политического теряет определённость, придающую ему операцио- нальность для научного анализа. От собственно науки о политике мы приходим к науке о политиках, объект которой включал бы все виды поведения, направленного на какой-либо результат или удовлетворение какой-либо потребности или же применяющего определённые средства. Слово «политическое» теряет в таком случае всякую специфику. В конечном итоге политологи, как, например, Б. Жувенель (Jouvenel), приходят к пониманию политики как всякому воздействию на волю другого с тем, чтобы добиться от него содействия в достижении какой-либо цели. Сам же Ж.-В. Лапьерр считает: «Единственное определение поля политического, применимое к любому человеческому обществу и позволяющее чётко описать данное поле, - это определение, которое касается процессов регулирования и коллективной деятельности в рамках всего общества в целом...»128. Стремясь очертить поле политики, Ж. Мейно предлагает следующую формулу политики: «Властные отношения, которые обеспечивают деятельность общества в целом»129. В «Словаре политической мысли. Люди и идеи», изданном в 1987 году, политика определяется «как процесс, при помощи которого группа людей, чьи мнения и интересы изначально являются расходящимися, приходит к нахождению решений и коллективных выборов, которые навязываются этой группе и которые символизируют общую политику»130. В таком же ключе рассматривают политику К. Шмитт (Schmitt)131, К. Дойч (Deutsch), Г. Алмонд (Almond), Дж. Пауэлл (Powell), К. Стром (Strom), Р. Далтон (Dalton). Как отмечает Р. Т. Мухаев, К. Дойч рассматривает политику как процесс управления и координации усилий людей по достижению поставленных целей, в котором формулировка целей и их коррекция осуществляется на основе информации о положении общества и его отношении к данным целям, оставшемся расстоянии до цели, результатах предыдущей деятельности. Функционирование политики как некоторой системы зависит, следовательно, от качества постоянного потока поступающей в неё информации об её собственном движении и информации о внешней среде. На основе этого информационного потока принимаются политические решения и предпринимаются последующие действия на пути к искомой цели. Политику К. Дойч уподобляет процессу пилотирования («вождения»), процессу определения курса общества на основе информации об его движении в прошлом и местонахождении в настоящем по отношению к намеченной цели. Г. Алмонд и Д. Пауэлл определили политику и политическую систему как «все типы действий, имеющих отношение к принятию политических решений», совокупность ролей и их взаимодействий между собой, осуществляемых правительственными институтами и всеми структурами общества по поводу политических проблем132. «Предмет политики, - пишут Г. Алмонд, Дж. Пауэлл, К. Стром, Р. Далтон, - составляют человеческие решения, а политическая наука - это изучение этих решений. Но не все из них являются политическими. Конкретно говоря, к политическим относятся лишь публичные и властные решения. Таким образом, говоря о политике, мы подразумеваем формы деятельности, связанные с контролем за принятием публичных решений, относительно данного народа и на данной территории, где этот контроль может быть подкреплён властными и принудительными средствами»133. Вторая группа определений использует понятие политики в его узком, т. е., как нам представляется, специальном, собственно политологическом, значении, и только в этом его значении оно должно существовать в политической науке, оставляя широкое его значение обыденному знанию. Вместе с тем именно политология, политическая наука должна ответить на вопрос, в чём состоит суть такого, т. е. политологического, значения понятия «политика», что есть политика как политологическая категория. В основе узкого, собственно политологического подхода к определению политики лежат, как правило, такие фундаментальные понятия как «государство», «власть», «государственная власть». Придерживаясь в целом данного подхода, мы следуем за многими своими предшественниками, среди которых в первую очередь следует назвать Платона и Аристотеля, определяющих политику как всё то, что относится к государству. Для Н. Макиавелли «политика есть обращение с властью (курсив наш. - И. Г.), заданное обстоятельствами и зависящее от могущества властителя или народа, а также от текущих ситуаций»3; это - такая сфера государственной деятельности, которая вырабатывает в себе и для себя самой собственные закономерности и собственные цели, использует приемлемые для себя средства. Н. Макиавелли исследует её «в разнообразных аспектах и проявлениях: как «гражданские раздоры между нобилями, пополанами, плебсом», как проблему завоевания, удержания и использования государственной власти и как определение форм, задач, содержание деятельности государства, его устройства и форм 4 правления» . К. Маркс (Marx) и Ф. Энгельс (Engels), определяя политику как отношения между классами, борющимися друг с другом134, тем не менее, отчётливо понимали, что она органически связана с государством и государственной властью. В частности, они подчёркивали, что любая общественная проблема приобретает политический характер, если её решение, прямо или опосредствованно, связано не только с классовыми интересами, но и с проблемой государственной власти2. Названия таких работ, изданных во второй половине XIX века, как, например, книги Т. Вулси (Woolsey) «Политическая наука или теоретическое и практическое исследование государства» , В. Рошера (Roscher) «Политика: историческое учение о природе монархии, аристократии и демократии»4, В. Вильсона (Wilson) «Государство: составные части исторической и практической политики»5, говорят сами за себя. Их авторы, точно также как К. Маркс и Ф. Энгельс, были приверженцами не столько широкого, сколько узкого подхода к определению политики. Определение природы и сущности политики через категории «государство» и «власть» характерно для большей части исследователей политики, работавших в XX веке, несмотря на всё многообразие даваемых ими конкретных дефиниций. В том числе, для В. И. Ленина, М. Вебера, Т. Парсонса (Parsons), Г. Лассвелла (Lasswell), А. Каплана (Kaplan)135, Дж. Кетлина (Catlin)7, Р. Даля 89 (Dahl) , М. Дюверже (Duverger) , Д. Истона (Easton), Р. И. Гудина (Goodin), Х.- Д. Клингеманна (Klingemann), А. С. Панарина. Например, В. И. Ленин считает, что самым существенным в политике является «устройство государственной власти»10, что политика может быть определена как «участие в делах государства, направление государства, определение форм, задач, содержания деятельности государства»11. М. Вебер, рассматривая политику не в широком, а узком её значении, заключает: «Мы намереваемся в данном случае говорить только о руководстве или оказании влияния на руководство политическим союзом, то есть в наши дни - государством. Итак, ”политика”, судя по всему, означает стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно в себе заключает»; в ней вопросы и «интересы распределения, сохранения, смещения власти являются определяющими. Кто занимается политикой, тот стремится к власти: либо власти как средству, подчинённому другим целям (идеальным или эгоистическим), либо к власти «ради неё самой», чтобы наслаждаться чувством престижа, которое она даёт»136. «Мы, - пишет Т. Парсонс, - рассматриваем какое-то явления как политическое в той мере, в какой оно связано с организацией и мобилизацией ресурсов для достижения каким-либо коллективом целей. В развитии современных обществ, однако, государство всё более дифференцируется от социетального сообщества как специализированный орган общества, составляющий ядро политической подсистемы» . Д. Истон рассматривает политику как властное распределение ценностей, особенно в тех случаях, когда дело касается распределения «ценных вещей» в обществе . Согласно Р. И. Гудину и Х.-Д. Клингеманну, «наиболее точно «политику» можно охарактеризовать как ограниченное применение социальной власти»137. А. С. Панарин, пытаясь «дать первое определение политики», считает, что «она есть форма рисковой деятельности, в ходе которой участники оспаривают друг у друга возможность определить характер и поведение власти (курсив наш. - И. Г.). Решающим здесь является принцип неопределённости, отражённый в понятии риска»138. Один из создателей «Словаря социальных и политических наук» С. Ди Телл констатирует: «Сфера политики имеет своим объектом власть...»139. Авторы «Словаря политической мысли. Люди и идеи» утверждают, что государство является главным элементом политической арены, хотя политика, безусловно, не сводится к государству140. Такой подход, связывающий определение политики с государством и функционирующей в нём властью, в том числе с деятельностью властвующих в государстве субъектов, закрепляется как в научном, так и в разговорном языке. Заметим при этом, что в некоторых языках нашло отражение и обозначенное выше деление определений политики на две большие группы: широкое и узкое. Так, В. В. Желтов пишет: «Во французской традиции «политика» может употребляться как в мужском, так и в женском роде. В мужском роде (le Politique) понятие политики связано с миром сущностей. Именно в этом направлении анализировал политику один из крупнейших французских политологов Жюльен Френ. Его фундаментальный труд, опубликованный в 1965 г. носит название «Сущность политики»141. . Политика в женском роде (!а Politique). является объектом воздействия властей и наиболее полно проявляется в классовой борьбе, социальных конфликтах и взаимодействиях. Подобное различие мы встречаем и в английском языке. Англичане, как и французы, используют два различных термина. Policy - означает управление государством в определённой области: индустриальная политика, социальная политика, экономическая политика и т. д. Politics - означает борьбу за завоевание власти в государстве. В русском языке такого отличия нет» . В толковом словаре В. И. Даля значение слова «политика» определяется через «виды, намерения и цели государя, немногим известные, и образ его действий при сём, нередко скрывающий первые»142. Поскольку, согласно формуле (1.3.7), специфика политики, политической деятельности и политических отношений, а также специфика политической субъектности осуществляющих их людей определяется тем, что они направлены на формирование (обретение), сохранение (удержание), изменение (преобразование), регулирование и/или использование ими государственной власти для реализации присущих им интересов, то, подчеркнём ещё раз, исследование политики, политической деятельности и политических отношений и непосредственно связанной с ними политической субъектности предполагает исследование природы и сущности государственной власти, вне которой эта деятельность и эти отношения, а также политика в целом не могут ни возникнуть, ни существовать. А для этого необходимо понять и определить власть, существующую между людьми, как специфически человеческую власть, одной из форм которой является государственная власть, а также исследовать её состав, структуру, свойства и основные фазы (моменты, стадии, ступени или звенья) её развития. Не случайно многие исследователи рассматривают понятие власти как исходное, основное, всеобщее, необходимое и центральное понятие теории политики, составляющее её основу и фундамент, дающее ключ к пониманию всех других политологических категорий, в том числе политической субъектности, политической деятельности и политических отношений. Власть, пишет Б. Рассел, «является фундаментальным понятием науки об обществе в том смысле, в каком энергия является фундаментальным понятием физики»143. Т. Парсонс утверждает, что власть занимает в политических системах такое же место, которое занимают деньги в экономических системах144. Проблема власти и властных отношений между людьми, в том числе государственной власти и властно-государственных отношений, - одна из центральных в политологии. Особенно в европейской политической науке. Здесь она никогда не исчезала из поля зрения политологов, остаётся главным объектом политологического исследования. Даже в американской политологии, где долгие годы бихевиористские установки в определённой мере ослабляли внимание к данной проблеме, с конца 1980 гг. всё чаще стали говорить о необходимости её исследования. По этому вопросу, как свидетельствует Г. Алмонд (Almond)145, среди американских теоретиков состоялась соответствующая дискуссия. Наряду, пишет Б. Г. Питерс (Peters), с апелляцией к важности самого государственного сектора, противопоставляемого влиянию отдельных групп интересов и политических партий, это теоретическое направление ратует за создание дифференцированной концепции государства, которое рассматривается не как единая сущность, а как совокупность организаций и институтов, обладающих собственным интересами. Исходя из этого принимаемые политические решения объясняются скорее идеями и интересами институциональных акторов, действующих в дифференцированном государственном секторе, чем как обычная реакция на давление извне (Hall, 1986 ). Причём институциональный анализ применим и при изучении взаимоотношений между государством и обществом так же, как и институтов собственно государственного сектора146. Понятие власти является одним из самых многозначных, что существенно затрудняет его определение. В обыденной жизни и научной литературе часто говорят о власти одного природного явления над другим природным явлением, о власти природы над человеком и человека над природой, о власти Бога над людьми и природой, о власти человека над самим собой, наконец, о власти одних людей по отношению к другим. В частности, Аристотель считал, что «и в предметах неодушевлённых, например, в музыкальной гармонии, можно подметить некий принцип властвования»147. Предметом же нашего исследования является власть, возникающая и существующая между людьми, т. е. власть в её специфически человеческой форме. Как таковая, она представляет собой одно из наиболее фундаментальных проявлений человеческого бытия. Она всеобъемлюща и вездесуща, охватывает различные сферы жизни людей. Везде и всегда люди в той или иной мере испытывают её на себе, оказываются пронизанными ею и встроенными в неё. Каждый человек, с момента своего рождения и до самой смерти, постоянно находится в определенных властных отношениях с другими людьми. Он вступает во властные отношения с родителями, братьями или сёстрами, воспитателями, учителями, товарищами по учёбе или работе, различного ранга руководителями. Можно сказать, что вся его жизнь пропитана этими отношениями. Без них она стала бы совершенно иной, лишилась бы своего общественного характера, а значит и способности обеспечивать само существование человека как общественного существа. «Более того, - пишет Т. Гоббс, - там, где нет власти... люди не испытывают никакого удовольствия (а напротив, значительную горечь) от жизни в обществе»148. Власть, таким образом, выступает естественной основой человеческого существования, его предпосылкой и результатом. Вместе с тем человеческая жизнь - единственный источник той власти, которая возникает между людьми. Она постоянно производится и воспроизводится ими самими, является продуктом их деятельности и отношений друг с другом. Исследование власти, в частности государственной власти, является, следовательно, необходимым не только для определения природы и сущности политики, политической деятельности и политических отношений, политической субъектности людей, осуществляющих эту деятельность и эти отношения, но и для определения природы и сущности самого человеческого бытия. Вопрос о природе, сущности и роли в истории человечества государственной власти возникает вместе с её возникновением. Он многогранен, достаточно сложен и противоречив, в той или иной мере затрагивает фундаментальные интересы различных людей, экономических, социальных, в том числе этнических, политических, религиозных и иных человеческих групп, а поэтому всегда находился в центре их внимания. Решить его можно, но лишь опираясь на научные достижения прошлого и современности. История представлений о государственной власти, её осмысления, толкования или исследования прошла приблизительно тот же путь, что и история политической науки в целом . В ней можно выделить следующие периоды: философский, научно-эмпирический и научно-рефлексивный. Первый период продолжался до середины XIX в., второй - с середины XIX в. по 40-е гг. XX в. Третий, современный период исследования государственной власти, начался после второй мировой войны, с конца 40-х гг. XX в. Первый период охватывает политическую мысль древности, средних веков и большую часть нового времени, тогда как второй и третий периоды в основном приходится на XX в., когда исследование государственной власти стало проводиться уже не только в рамках философии, юриспруденции, социологии или психологии, но и в рамках политологии как относительно самостоятельной науки. Внутри первого - философского - периода важнейшими его рубежами можно назвать следующие переходы. Во-первых, переход от представлений о государственной власти в рамках мифологии149 и политеизма150 к её осмыслению в 3 рамках монотеизма , древневосточных, древнегреческих и древнеримских религиозно-философских, философско-этических и рационально-философских теорий. Во-вторых, переход от осмысления государственной власти древними философами-рационалистами к её толкованию средневековыми философами, преимущественно философами-теологами. В-третьих, переход к её рациональному осмыслению и исследованию в рамках гражданско-прагматических, социально-ориентированных, либеральных, утилитаристских, позитивистских, социалистических, консервативных, радикалистских политико-философских теорий и зарождающейся политической науки нового времени. Значительный вклад в осмысление государственной власти внесли такие мыслители Древнего Востока, Древней Греции и Древнего Рима, как Заратустра (Заратуштра, Зороастр), Сиддхартх (Будда, или Просветлённый), Каутилья (Ча- накья), Лао-цзы, Конфуций, Мо-цзы, Шан Ян, Солон, Пифагор, Гераклит, Демокрит, Платон, Аристотель, Эпикур, Зенон, Полибий, Цицерон. Среди наиболее заметных фигур средневековья151, истолковывающих или осмысливающих государственную власть, отметим Ф. Аквинского, М. Пауданского, Ибн Хальдуна и, конечно, таких исследователей, работающих в эпоху Возрождения152, как Н. Макиавелли, Ж. Боден, Г. Гроций. Выдающимися исследователями государства и государственной власти в новое время153 являются Т. Гоббс, Б. Спиноза, Дж. Локк, И. Т. Посошков, В. Н. Татищев, Ш. Монтескье, Ж. Ж. Руссо, И. Кант, И. Бентам, Б. Констан, Г. Гегель, О. Конт, Л. Штейн, К. Маркс, Р. Иеринг, Г. Спенсер, Б. Н. Чичерин, Л. Гумплович, Ф. Ницше, Г. Еллинек, М. М. Ковалевский, Н. М. Коркунов. К таковым в XX в. следует отнести М. Вебера, Б. Рассела, Т. Парсонса, М. Фуко. Выдвинутые всеми ими идеи относительно феномена государственной власти актуальны до сих пор . 1.3.
<< | >>
Источник: Гомеров И. Н. Политическая субъектность в структуре политических отношений: теория и российские реалии. 2011

Еще по теме Власть - исходная предпосылка политической субъектности:

  1. Исходные предпосылки
  2. Власть как субъектно-объектное отношение
  3. Политическая культура - индикатор политической субъектности
  4. § 1. Политическая субъектность
  5. Двойственность и идеал политической субъектности
  6. Гомеров И. Н. Политическая субъектность в структуре политических отношений: теория и российские реалии, 2011
  7. 4.1. Уровни развития политической субъектности
  8. политическая субъектность аналитических СООБЩЕСТВ: ФАКТОРЫ СРЕДЫ
  9. Субъектность как специфическое свойство человека А. Проблема субъектности в философии и науке
  10. 3. Природа политической субъектности
  11. 4. Уровни и формы проявления политической субъектности
  12. ИСХОДНЫЕ ПОСЫЛКИ В ПОЛЬЗУ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОРЯДКА
  13. ИСХОДНЫЕ ПОСЫЛКИ В ПОЛЬЗУ ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОРЯДКА
  14. 10.2. Предпосылки возникновения тоталитарного политического режима            
  15. Чем отличается государственная власть от других видов политической власти
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -