<<
>>

§ 1. Пересечение трех направлений в идеологии демократии

В чем сущность демократии?

В примате большинства над меньшинством, как определяли ее во времена античности? В принципе равенства, на котором настаивали в эпоху Великой французской революции? В утверждении свободы личности, как об этом заявляют все декларации демократических правовых государств? Или же демократия сводится к неотчуждаемому суверенитету народа? Либо к принципу «политического релятивизма», который допускает мирное сосуществование нескольких идеологических систем внутри одной нации (Кельзен)?

Достаточно провести хотя бы поверхностный анализ истории развития демократических идей, чтобы убедиться в невозможности определить сущность демократии при помощи столь упрощенных формулировок, пусть даже в самых общих чертах (не затрагивая глубинного смысла проблемы).

Сущность демократии неизмеримо более сложна, более многолика, и, чтобы определить ее даже в самых общих чертах, следует учитывать всю совокупность, всю гамму составляющих ее элементов.

В современной философской мысли демократическая идея выкристаллизовалась в результате слияния трех независимых философских течений, каждое из которых зародилось отдельно от других; взятые порознь, они ни в коей мере не связаны с идеологией демократии.

Эта идеология появилась только тогда, когда произошел синтез, обеспечивающий подвижное равновесие этих трех элементов, взаимодополняемых и оказывающих влияние друг на друга. Этими тремя элементами являлись: а) идея народного суверенитета, сформулированная впервые в нашу эру католическими публицистами- международниками, когда они боролись против власти государства; впоследствии эта доктрина навлекла на себя проклятие папского престола, по мере того как она обращалась, начиная с времен Марсилия Падуанского, против иерархической структуры Католической церкви; Ь) идея равенства, нашедшая впервые свое выражение в политике уравнения в правах, проводимой абсолютной монархией в борьбе против феодальных устоев, которая была в дальнейшем развита школой естественного права XVII в.
(особенно Гоббсом), которая, исходя из идеи равенства перед законом, пришла к идее равенства прав; с) идея свободы личности, которая ограничивает власть, сфор;мулированная впервые сектами английских индепендентов (выдвинувших идею разделения государства и церкви), подхваченная и углубленная левеллерами и широко распространенная Локком. Хотя под «народом» подразумевалось сначала только высшее сословие. Равенство прав рассматривалось как равенство произвола в естественном состоянии и как равное отсутствие прав в гражданском состоянии. Что касается свободы личности, то вначале она никак не была связана с идеалами равноправия.

И только когда эти три направления пересеклись и когда удалось впервые найти формулировку, которая свела воедино эти три элемента, только тогда зародилась истинно демократическая идеология. Она сразу же предстала как сложная совокупность идей, как подвижное равновесие между идеями свободы и равенства на основе народного суверенитета. Руссо, первым сформулировавший этот составной принцип, сам признавал его расплывчатый характер, сравнивая проблему, которую предстояло решить, с квадратурой круга, которая допускает только приблизительные решения. Его глубокая философская доктрина, согласно которой равенство не может существовать без свободы (так как свобода составляет истинный смысл равенства), а свобода не существует без равенства (ибо свобода одних, не ограниченная такой же свободой всех прочих, равна произволу), а их сочетание возможно только на основе правления, осуществляемого всеми и каждым, — эту свою доктрину Руссо связал с абстрактной синтетической концепцией (весьма упрощенной и неприемлемой в наши дни). Все эти элементы нашли свое выражение в идее «всеобщей воли» — некоей рациональной субстанции, одинаково присущей всем индивидуумам, которая, насколько это возможно в условиях влияния различных группировок, обнаруживается путем всеобщего избирательного права. Всеобщая воля одинакова у всех, а свобода каждого есть проявление не его конкретной личности, а его разумного волеизъявления, абсолютно одинакового у всех индивидуумов.

В течение XIX в.

идеи равенства, свободы, народного суверенитета получили дальнейшее развитие. Свобода получила более конкретное определение — как проявление, пусть даже частичное, самобытного характера каждого человека. Понятие равенства стало понятием качественным: не только формальное равенство, но также, до известной степени, равенство материальное, равенство возможностей. Под народным суверенитетом стали понимать не народное волеизъявление, достигнутое и предопределенное заранее, а нечто такое, что надлежит исследовать и формулировать как некую иррациональную среду, которая окружает государственные институты, причем эти государственные органы должны быть устроены таким образом, чтобы улавливать все колебания народного разума и быть способными их зарегистрировать, подобно тому как радиоаппарат без провода улавливает воздушные волны.

А если все элементы, из которых состоял демократический синтез в конце XVIII в., оказались опровергнутыми, что удивительного в том, что эти старые формулы перестали быть удовлетворительными? Однако достаточно вспомнить, что демократическая идеология представляла собой, начиная с истоков, всего лишь подвижное равновесие между тремя составляющими элементами, чтобы рассматриваемый вопрос перестал казаться нам затруднительным. Поскольку эти составляющие элементы изменились и усложнились, должна была также измениться и формула их равновесия. Стоит ли говорить о том, что подобное изменение, подобный поиск нового синтеза более углубленных идей свободы, равенства, народного суверенитета не следует считать признаком упадка? Оно свидетельствует скорее о жизнеспособности демократической идеологии, о ее новом подъеме.

При подобной постановке вопроса мы видим, как резко вырисовывается различие между сущностью демократии и формами ее исторического осуществления. Одним из основных заблуждений всех современных рассуждений о демократии является то, что они не учитывают этой разницы. Противники демократии значительно упрощают себе задачу, выдавая ту интерпретацию сущности демократии, которая была ей дана в XVIII в., за единственно возможную и необходимую. Абсолютно очевидно, что Руссо дал демократии интерпретацию индивидуалистическую в чистом виде, а также то, что в XIX в. протест против индивидуализма принимал часто антидемократические формы (от Сен-Симона до Маркса и от де Местра''"1 до Гегеля и Шталя). Но речь в данном случае идет о том, является ли односторонний индивидуализм порождением демократической идеологии или, напротив, он является всего лишь исторической призмой, которая определила ее (демократической идеологии) преломление, — возможно, не без ущерба для определенных составляющих ее элементов.

Критиковать сегодня атомизм и абстрактный индивидуализм XVIII в. — значит ломиться в открытую дверь. Важно узнать, можно ли обвинять в таком атомизме и индивидуализме демократию и будет ли выход за пределы индивидуализма означать выход за пределы демократии.

<< | >>
Источник: Гурвич Г. Д.. Философия и социология права: Избранные сочинения / Пер. М. В. Антонова, Л. В. Ворониной. — СПб.: Издательский Дом С.-Петерб. гос. ун-та, Издательство юридического факультета С.-Петерб. гос. ун-та. — 848 с.. 2004

Еще по теме § 1. Пересечение трех направлений в идеологии демократии:

  1. Глава 1. Подходы к глобализации: страны развитой рыночной демократии, новые индустриальные страны Азии, развивающиеся государства и Китай
  2. Глава 1.. Европа и Средиземноморье: проблема единого пространства, безопасности и межрегионального взаимодействия
  3. ПРОСТО ДЕМОКРАТИИ, ПРОГРЕССИВНЫЕ ДЕМОКРАТИИ, НАРОДНЫЕ ДЕМОКРАТИИ
  4. § 1. Пересечение трех направлений в идеологии демократии
  5. “Неоклассическая” доктрина демократии
  6. Глава I ДЕНЕЖНАЯ ПОЛИТИКА ЭПОХИ ВОЕННОГО КОММУНИЗМА
  7. § 2. ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИЗАЦИИ ОРГАНИЗАЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИИ
  8. Права человека, или Левиафан
  9. Глава 1 ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВАНИЯ ПРАКТИЧЕСКОЙ ОНТОЛОГИИ ПРАВА
  10. Глава 3 ОНТОЛОГИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА (КРИТИКА ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫХ ТЕОРИЙ В ПРАВЕ)
  11. ИЗОЛИРОВАННОСТЬ СЕГМЕНТОВ И ФЕДЕРАЛИЗМ
  12. Современный этап развития историографии внешней политики Российской Федерации в Центральной Азии (с 2002 г.)
  13. §1. Основные теоретические подходы к изучению элитарных структур
  14. §4. Проблема политической подотчетности сетевых альянсов
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -