<<
>>

Прямое наблюдение и суждения участников событий

Сторонники традиционных методологических подходов могут оспорить это утверждение одним из следующих двух способов: они могут согласиться, что ретроспективные свидетельства об определенных действиях и взглядах, почерпнутые, например, из интервью, автобиографий, обзорных статей, публичных лекций и т.п., в высшей степени вариабельны, зависимы от контекста и, следовательно, ненадежны.
Но они могут также указать на возможность замены таких косвенных источников информации прямым наблюдением социальных действий в процессе их совершения. Примером тут могут служить некоторые недавние этнографические3 исследования, посвященные работе в научных лабораториях16. Идея состоит в том, что, непосредственно наблюдая за определенными действиями в ходе их совершения, исследователь может избежать или по крайней мере свести к приемлемому минимуму зависимость от потенциальной вариабельности интерпретаций, которые дают этим действиям их участники. Мы вовсе не собираемся умалять важность такого рода наблюдений, но сами по себе они, видимо, не решают все упомянутые проблемы. Тому есть несколько причин. Первая состоит в том, что социальное действие не поддается ”прямому наблюдению”. Например, наблюдаемые физические действия, производимые при выполнении эксперимента, не дают ответа на вопрос, выполняется ли этот эксперимент с целью опровержения некой гипотезы, или в поисках нового способа измерения известной переменной, или для обычной проверки экспериментального прибора и т.д. Установить, какое из этих или других действий мы наблюдаем, в любом конкретном случае можно, лишь обратившись к письменным или устным свидетельствам участников. Мало того, что описания экспериментов вообще могут значительно различаться у разных ученых17, но даже суждения одного и того же ученого о каком-то эксперименте могут, как показали Хэнсон и другие, ощутимо различаться18. Следовательно, так называемое ’’прямое наблюдение” социальных действий в процессе их совершения ни в коей мере не освобождает наблюдателя от необходимости полагаться на потенциально вариабельные свидетельства.
Способность действующих лиц характеризовать определенный комплекс действий посредством множества различных — иногда явно несовместимых - способов становится понятной, если исходить из того, что смысл социальных действий многозначен. Является ли, например, данный комплекс действий экспериментом, попыткой косвенным образом добиться увеличения ассигнований на исследования или поддержать профессиональную репутацию, заполучить большее число сотрудников, а может быть, имеет место несколько мотивов или все они сразу в зависимости от контекста, в котором действующее лицо говорит или пишет о своих действиях? Если действительности соответствует второй вариант — а мы утверждаем, что так оно обычно и бывает, — то ’’подлинное значение” рассматриваемых действий вариабельно и зависит от контекста. Присутствие при оригинальном лабораторном эксперименте и непосредственное наблюдение за ним - вовсе еще не гарантия безоговорочно точной характеристики данного действия. Ведь социальная подоплека лабораторной работы постоянно меняется в связи с тем, что ученые взаимодействуют в различных ситуациях и потому дают различные языковые толкования своих первоначальных действий. Самое правильное, видимо, понимать значение социального действия не как единую характеристику актов, которые можно наблюдать в процессе их осуществления, а как веер потенциальных возможностей действовать так или иначе, которые реализуются по-разному, путем различных интерпретаций, вырабатываемых участниками в разных социальных контекстах. Важно объяснить, что формирование социальных значений посредством языка — это процесс, зависящий от времени. Действующие лица постоянно заново интерпретируют одни и те же действия, по мере того как разворачиваются их биографии, и изменяющиеся обстоятельства заставляют их рассматривать эти действия в новых сочетаниях социальных условий. И значение каждой новой ситуации отчасти определяется новыми интерпретациями, которые дают участники тому, что они делали в прошлом19. Следовательно, поддающийся наблюдению процесс совершения в определенный момент каких-то действий нельзя четко отличить или отде лить от той или иной формы ретроспективного словесного сообщения, получаемого с помощью интервью и других косвенных методов сбора информации.
Метод прямого наблюдения не может не завести социолога в ловушку предлагаемых участниками вариабельных и зависимых от контекста реконструкций их социального мира, поскольку такая реконструкция — это неотъемлемый аспект формирования социального значения. Таким образом, размышления о природе непосредственного наблюдения только подкрепляют нашу идею о том, что методологически исходным пунктом должен быть анализ самих высказываний участников событий. Однако представители традиционных методологических подходов могут по- прежнему отвергать нашу аргументацию, подчеркивая, что, даже если все высказывания социально обусловлены, это еще не означает, что они не различаются по степени точности и социологической значимости. Говорят, например, что исполнение ученым популярной песни или выдранная наугад страница из его телефонной книжки, очевидно, содержат меньше информации о природе социального действия в определенной исследовательской сети, чем страница из подробной записи интервью или из переписки между учеными*0. Такой ход мыслей предполагает, что социологи могут почерпнуть много ценного даже из малосодержательных сообщений о действиях и взглядах, достоверность разного рода свидетельств с помощью приобретенного ими умения читать между строк21. Подобный взгляд на социологическое исследование совершенно неудовлетворителен для тех, кто разделяет изложенный выше вывод о том, что социальный мир не состоит из дискретных одномерных действий, которые могут быть более или менее точно описаны. Если мы мыслим социальный мир в терминах неопределенных рядов потенциально возможных языковых формул, которые могут быть реализованы многими сильно различающимися способами и к тому же постоянно переформулируются в ходе непрерывного интерпретационного процесса, то простая процедура отсеивания ценной информации из сообщений становится абсолютно непригодной. Но даже в рамках традиционных представлений о социальном действии эта линия аргументации все же страдает некоторыми слабостями. Например, тот факт, что все исследователи без труда различают относящиеся и не относящиеся к делу данные и видят разницу между перепиской ученых и телефонным справочником, ни в коей мере не означает, что анализ относящейся к делу информации может быть выполнен с той же легкостью.
Более того, явно допускается, что социологическая интерпретация действительно зависит от способности исследователя понимать и систематически учитывать социальную обусловленность суждений участников событий. Отвергается же мысль о том, что эта проблематика может или должна быть поставлена в самый центр социологического исследования. Нам кажется, нет серьезных оснований утверждать, будто нельзя существенно улучшить такую принципиально важную сторону мастерства социолога путем тщательного и подробного изучения этой проблематики. Кроме того, мы полагаем, что диапазон языковой вариабельности куда больше, чем подразумевает изложенная выше точка зрения, настолько больше, что, даже владея высшим профессиональным мастерством, социолог не в состоянии отсеять интерпретационный мусор в рассуждениях участников от социологически значимой информации.
<< | >>
Источник: Гилберт Д., Малкей М.. Открывая ящик Пандоры: Социол. анализ высказываний ученых. 1987

Еще по теме Прямое наблюдение и суждения участников событий:

  1. 3. Контроль выполнения управленческих решений.
  2. В ПРЕДДВЕРИИ ОКТЯБРЯ
  3. ПРАВИЛО (СТАНДАРТ) N 8. ПОНИМАНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АУДИРУЕМОГО ЛИЦА, СРЕДЫ, В КОТОРОЙ ОНА ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ, И ОЦЕНКА РИСКОВ СУЩЕСТВЕННОГО ИСКАЖЕНИЯ АУДИРУЕМОЙ ФИНАНСОВОЙ (БУХГАЛТЕРСКОЙ) ОТЧЕТНОСТИ (в ред. Постановления Правительства РФ от 19.11.2008 N 863)
  4. Глава 5 крещение княгини Ольги как факт международной политики (середина X века)
  5. 1. ЛИТЕРАТУРА
  6. Введение Историография проблемы и обзор источников
  7. Ценности и политическая социология
  8. Глава 5. НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ТЕОРИИ РЕЧЕВЫХ АКТОВ
  9. КОНФЕРЕНЦИЯ «ЧЕСТЬ И ДОБРОЕ ИМЯ. КОНФЛИКТ ЖУРНАЛИСТИКИ И ЮРИСПРУДЕНЦИИ»
  10. § 7. Допрос потерпевших и свидетелей
  11. 10.2.  Проблемные  вопросы  установлениямеханизма  события  с  помощью  следственных (судебных)  действий
  12. Прямое наблюдение и суждения участников событий
  13. КОНТЕКСТЫ ВЫСКАЗЫВАНИЙ УЧЕНЫХ
  14. КОНКРЕТНЫЕ МЕТОДЫ СБОРА ДАННЫХ
  15. Глава 1 Понятие наблюдения в социологии
  16. Опыт использования метода наблюдения при исследовании собраний
  17. 5. Виды доказательств
  18. Тема 7. Метод фокус-групп
  19. 1. Причинная связь в криминалистике.