<<
>>

Наука в условиях стабильного и нестабильного производства

Д. Бернал, П. Блэккет, а также А. Маккей, Т. Кун,

С.              Дедьер, Р. Мертон и другие* рассматривают науку как момент единого исторического процесса познания, в котором время от времени происходят резкие сдвиги в схеме (парадигме) познания и соответствующие изменения в способе производства.

В рамках этой гипотезы часто используются биологические модели. Появление науки именно в Европе, по этой гипотезе, в значительной степени обязано сдвигу в установившейся христианской парадигме по причине ее жестокости и несоответствия действительности, «Разные цивилизации обладают раз-

личными теоретическими схемами. В Европе долгое время существовала аристотелевская, или догматически-ре- лигиозная, схема: христианская картина вселенной. Противоречия между этой картиной и действительностью пытались разрешить спорами и обращением к эксперименту. В Индии же !*удо не представлялось противоестественным, и реакция на необычное нередко получала форму: «Да, это—чудо. Ну и что?» Между необычным и принятой схемой не ощущалось никакого противоречия»

Под схемой или парадигмой понимают ряд общих принципов и методов познания, в число которых на правах метода может включаться и само производство. Схема задает «колею», двигаясь по которой, познание рано или поздно приходит в противоречие с действительностью, что заставляет схему меняться. Выполняя двойную функцию, схема; с одной стороны, позволяет различать новые явления, которые не поддаются освоению в ее пределах и создают возрастающий эффект отрицания, приводящий в конечном счете к «научной революции» — к слому существующей схемы. С другой стороны, парадигма (схема) систематизирует освоенные явления, сводя их в картину мира, «космос».

До этого пункта, мы, собственно, не покидаем почвы объединенных гипотез Нидама и Эйнштейна — Прайса: христианско-аристотелевский космос был заменен новым, н новая схема создавала аовую «колею»—идею бесед с природой на языке эксперимента.

Но в гипотезе Бернала—Блэккета содержатся еще два момента: ускорение смены парадигм й их связь с производством, —Аристотелевский космос существовал около двух тысячелетий, космос И. Ньютона — только двести лет, а в наше время картины мира редко существуют десяток- другой лет. И так не только в теории; тот же эффект наблюдается в производстве. Если, например, представить производство списком наличных технологий и таким способом выделить схему (парадигму) производства, то в донаучный период мы будем, как правило, получать малоподвижные, стабильные формы, а в научный период-— нестабильные и постоянно меняющие состав производства технологии. Ту же картину можно наблюдать в распределении человеческой деятельности по профессиям, в типах бытового окружения человека, в распределении традиционных и новых элементов в преемственном опыте поколений и т. д. и т. п.

Возникает общая картина нестабильности, где устойчивым, остающимся в изменениях, выступает лишь само познание, сама научно-техническая революция. Революция захватывает все стороны общественной жизни, но наибольшее влияние она оказывает на форму производства и через него на экономику и на предметное содержание жизни человека. Поэтому смысл научно-технической революции, ее факторы и степень автономности этих факторов мЬгут быть вскрыты через анализ движения производства и составляющих его технологий. В ¦этом пункте Гипотеза смыкается с марксизмом, движется по намеченному К. Марксом лути: «Дарвин интересовался историей естественной техники, т. е. образованием растительных и животных- органов, которые играют роль орудий производства в жизни растений и животных. Не заслуживает ли такого же внимания история образования производительных органов общественного человека, история этого материального базиса каждой особой общественной организации?» *. Это следование К. Марксу позволяет избежать простого .перечисления орудийного арсенала той или иной социально-экономической формаций. Такой подход ставит проблему шире, заставляя исследовать степень стабильности той или иной формы производствav долю человеческого участия в производстве, распределение н движение этого распределения человеческого участия в производстве по энергетическим, кибернетическим и кумулятивным (накопление и освоение нового) функциям, тип представленных в форме производства технологий.

Такие исследования, вскрывают общий закон движения человеческого познания, который можно было бы выразить в таком виде: устойчивость теоретической парадигмы находится в прямой зависимости от стабильности формы производства и ^обратно пропорциональна длительности жизни технологий,’ входящих в данную форму производства. Закон, исходит из невозможности для общества существовать стабильно и неизменно в меняющихся условиях окружения по тем же причинам, по которым не может неизменно и стабильно существовать биологический вид в меняющихся условиях среды. Приспособление может быть пассивным или активным, но в любой модификации оно суть проявление развития: накопление нового, видоизменение наличного способа существования и передача этого изменения по наследству. Любые формы приспособления предполагают традиционно-наследственное основание и «мутационный шум» (некоторый набор различных изменений), утилизация которых через ту или иную форму отбора меняет наследственность в зависимости от условий среды.

Такая теоретическая модель позволяет выделить два вида производства: донаучно-стабильный и научно-нестабильный.

Первый характеризуется тем, что изменения происходят только в области технологий (профессий, каст), выступающих как долгоживущие сущности (типа биологических видов) и включающих в себя переданный по наследству навык .и индивидуальные отклонения от нормы (личное мастерство). В таком производстве человек — обязательный участник^ совмещающий несколько функций. Он несет в технологии функцию регулирования (как наследник и субъект наследственной информации), функцию совершенствования технологии данного вида и функцию обучения (как агент наследственности, передающий информацию следующим поколениям), Так как изменения идут только внутри технологических (профессиональных, кастовых) схем и не ведут к замене их новыми, производство (мозаика наличных технологий, про фессий, каст) остается неизменным, и общенациональная схема существования имеет вид застывшей матрицы профессионального распределения.

Такие матрицы профессионального распределения характерны для многих обществ и цивилизаций.

Они могут строиться либо на общесоциальном отборе претендентов на должности-профессии (обряды посвящения у первобытных племен, конкурсы у цивилизованных народов), либо на наследственном принципе (родовой строй, касты Востока, европейский феодализм), либо на политической основе (античное рабовладение), либо на общесоциальных нормах отбора таланта (бюрократический феодализм Китая), ио в любом варианте матрицы практически непроницаемы для нового. Поскольку мат

рицы не содержат информации о внешнем мире, их нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть: основная функция матрицы не накопление знания, а нравственная ориентация людей, стабилизация наличной структуры самого общества. Построенные на основе матриц картины мира суть сотворенные космосы, в которых каждому указано место и объявлен смысл жизни, причем сама история творения мира (гео- и космогонии) является для каждого человека своего рода анкетой « удостоверением личности. Прежняя история не только ориентирует человека в обществе, ко и служит основанием для различного рода притязаний. Ф. Корнфорд замечает по этому-поводу: «Во всех, разновидностях гимна генеалогия составляет важную часть. Она — дидактический элемент, сохраняющий то, что считается наследственностью рода, и часто она воссоздает, действительную родословную влиятельных семей, служит законным (в Полинезин, например) поводом для имущественных притязаний» .

К- Маркс и Ф. Энгельс называли этот матричный способ существования общества «привилегированным» и противопоставляли его буржуазному «анархическому» существованию.

В гипотезе Бернала — Блэккета центр тяжести сме- -щен к анализу форм технологий, а также к рассмотрению связи их с типом общесоциальной матрицы профессий или привилегий, что и порождает идею качественно новой, научно-нестабильной формы существования производства и других социальных явлений.

Наука и связанный с ней технический прогресс возникают тогда, когда функция порождения нового и функ ция обучения вытесняются из рамок технологий.

Это вызывает изменение формы производства и матрицы профессионального распределения, порождает общую социальную нестабильность. Функция обучения получает автономию в системе, народного образования, а функция порождения нового — в системе науки. Загадка вытеснения или исчезновения из технологин функций порождения нового и обучения толкает к исследованию истории технологии под углом зрения, несколько отличный от традиционного, i Существующие исследования страдают серьезным, с точки зрения генезиса науки, не-

достатком: упор в них делается на «черепкн и кремни», на вещные включения в технологию и ее продукты. А интересно было бы показать динамику жизни отдельных технологий, которые существуют множество поколений не только как бесконечность идентичных циклов, «мил-[XIII] лиардных повторений», сложившегося комплекса связей, но и как инструмент накопления нового знания. Пока же можно указать лишь на общую тенденцию движения. В исходе технология состоит только в деятельности группы людей, и человек здесь — монополист во всех функциях:              энергетической,              регуляторной,              кумулятивной.

Включение вещных и инородных элементов (орудия и животные) можно, видимо, рассматривать как появление в технологических структурах стабилизирующих моментов, затрудняющих накопление нового и изменение технологических связей. Вместе с тем пока живые и создаваемые человеком для нужд момента связи (сельское хозяйство, например, до его механизации) не перешли в жесткие механические связи (машина) и работы не потеряли годовую цикличность, функция порождения нового, способность человека создавать новые и изменять наличные связи оставалась существенным элементом технологии. '

Появление машин может поэтому рассматриваться как начало становления научно-нестабильного способа, а появление машин-автоматов — как его полное торжество.

Процессы омертвления технологий в машине и связанные с ними проблемы частичного человека, отчуждения, свободного времени, поставленные еще К.

Марксом, начинают сейчас оживленно обсуждаться в марксистской литературе. Но позиций авторов здесь далеки еще от ясности, и в оценках тенденций не всегда учитывается тот факт, что какую бы великую и решающую роль ни сыграла технология в жизни человека, в историческом плане путь из животных в люди ведет через технологию, а не кончается в ней.

Как видно, гипотезы не противоречат друг другу в главном. Они дополняют друг друга в движении от абстрактной модели к ее насыщению конкретным содержанием. Переход познания к новой форме существования действительно имел место и в теории и в практике. В теории он связан с требованием конкретного исследования природы и дает в результате три теоретических устоя

нэуки: причинное понимание факта, построение предмета науки как бесконечной возможности новых фактов, каузальную гомогенность накопленного н возможного знания как основание для логического формализма. Причинность, факт, эксперимент, технология — лишь термины для разных способов существования одного и того же. Науку можно было бы назвать по генезису технологическим творчеством, а по функции—«генератором изобилия технологических инноваций».

<< | >>
Источник: М. М. Карпов А. В. Потемкин. Социология науки. 1968

Еще по теме Наука в условиях стабильного и нестабильного производства:

  1. 2.2. Факторы и условия, определяющие кризисные ситуации и функционирование организационно-экономического механизма антикризисного управления предприятием
  2. 3.1.4. Качество трудовой жизни
  3. КОММЕНТАРИИ
  4. Раздел VII СУЩНОСТЬ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА И ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ЕГО РЕАЛИЗАЦИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
  5. 3.1.4. Качество трудовой жизни
  6. СУВЕРЕННОЕ ГОСУДАРСТВО В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ: демократия и национальная идентичность
  7. Список использованной литературы и источников
  8. Понятие организации Условия
  9. ГЛАВА 4 Социальные науки: муравьи, лавины и сложные системы
  10. Стабильное и нестабильное состояния системы управления
  11. Механизм смены режимов функционирования системы управления
  12. Неизбежность импорта идей и образцов
  13. Деградация нестабильной фазы в стабильную
  14. Компромисс между системой и людьми
  15. Перспективы
  16. Пранаука н наука