<<
>>

2.2. Анализ неформальной занятости в России и в Тюменской области


Тема неформальной занятости на российском рынке труда начала рассматриваться в экономической социологии сравнительно недавно. И, несмотря на то, что число исследований по данной проблематике непрерывно растет, острая потребность во всесторонних, детальных обследованиях данного явления по- прежнему остается. Важно проанализировать неформальную занятость сквозь призму различных социально-демографических факторов. Понять логику появления и распространения неформальной занятости на рынке труда, а также ее роль при становлении рыночных отношений между работодателем и работником - это весьма непростая задача.
Основное внимание в данной работе уделено: выделению наиболее значимых факторов, оказывающих влияние на распространение неформальной занятости; определению влияния неформальной занятости на характер взаимоотношений работодателя и работника; анализу воздействия
неформальной занятости на развитие конкурентного рынка труда; а также исследованию распространения неформальных практик при формальной и неформальной занятости.
Хотя проблемой неформальной занятости в России, как уже было сказано, научная общественность заинтересовалась лишь в начале 1990-х годов, феноменом неформальных отношений в советской экономике западные советологи и ряд отечественных исследователей заинтересовались еще 1970-е годы. Одной из первых
78
работ в этой области была работа Г. Гроссмана «Вторая экономика в СССР»              .              В
качестве теневых экономических отношений выделены те, которые нарушали советское законодательство или были направлены на получение частной выгоды (последний критерий основывался на противоречии частной выгоды принципам социалистической экономики). Затем А. Каценелинбойген выделил несколько видов рынков, в той или иной степени поддерживавшихся или не поддерживавшихся
79
населением и правительством . Неформальность стала предметом пристального научного внимания. Однако проблема о неформальной занятости не поднималась. Отчасти это связано с распространением официальной доктрины о том, что каждый советский человек имеет место работы согласно своей квалификации и нуждам экономики. Как подчеркивает Саймон Кларк в своем исследовании российского рынка труда, рабочее место являлось основным звеном осуществления социальной интеграции в рамках советской системы. И политика партии была направлена на то, чтобы закрепить людей на их рабочих местах: так легче было регулировать и контролировать их жизнь [45]. При этом место работы являлось не только источником средств к существованию, но и показателем социального статуса. Отсутствие работы могло привести к тюремному заключению по обвинению в «тунеядстве». На предприятия налагалась ответственность по трудоустройству уволенных работников. Именно поэтому неформальная занятость изучалась преимущественно
в контексте западных стран. Например, статья Любимовой В. О. о некоторых
81
формах занятости рабочей силы в капиталистических странах . Но означает ли это, что данного явления не существовало на рынке труда в СССР?
Уже в конце 80-х появляются исследования, посвященные особенностям поведения советских трудящихся в сфере занятости. Гедди К., на основе опросных данных, статистически оценивает возможные масштабы предложения труда в так называемой «второй» экономике в СССР, вскрывает наличие элементов скрытого
рыночного механизма распределения труда между официальной и теневой
82
занятостью (понимается как занятость в теневой (неофициальной) экономике)              .

Общее мнение о советском рынке труда состояло в том, что предложение труда в СССР имеет жесткий характер и даже нормируется. Гарантируя каждому право на труд, социализм также делает труд обязательным для всех, делает обязательным для каждого участие в социалистическом производстве, что является священным долгом всех членов социалистического общества, независимо от их происхождения, пола, национальности и т.д. Согласно официальной доктрине, все не только обязаны трудиться, но и отработать одинаковое время. Продолжительность рабочей недели регулируется законом и в среднем составляет 40,6 часов для рабочих в промышленности и 39,7 часов для служащих. Сверхурочная работа тоже жестко регулируется: 120 часов в год или в среднем 2,5 часа в неделю. Аналогичные законодательные ограничения не позволяют работать неполный рабочий день. Однако Гедди К. не согласился с этой картиной негибкого рынка труда. Он считает, что, как и на Западе в СССР тоже имеются различные способы сделать предложение труда более гибким: выбор профессии, выбор предприятия, прогулы, отпуска, сверхурочные, работа по совместительству и т.п. [46] Оказывается, что все эти способы применялись в Советском Союзе и часто даже в большей мере, чем на Западе. Наиболее распространенным среди советских рабочих способом добиться более гибкого режима предложения труда был феномен «украденного времени» (что по сути можно отнести к неформальной практике). В своем исследовании К. Гэдди показал, что гораздо больше, чем очковтирательство или прямое безделье на работе (хотя они тоже принимали угрожающие размеры), «кража времени» относилась к практике использования официального рабочего времени в производственных целях. То есть работник либо покидал на какое-то время рабочее место (чтобы стоять в очереди, делать покупки и т.п.) или же использовал время на рабочем месте для деятельности, не связанной с официальной работой, включая тайное производство товаров и услуг для черного рынка [47]. Гораздо позже, анализируя неформальную экономику в СССР, Радаев дополняет, что все работники прибегали к использованию тех государственных благ, которые были в их служебном расположении, это было воровство «по чину», когда занимаемая должность несла с собой конкретные негласные привилегии, определявшие, в конечном счете,

85
материальные аспекты привлекательности той или иной работы . Причем, тесная связь неформальной деятельности с рабочим местом, должностью обусловливала, кроме того, ее предметную привязку (что производит работник, то он и крадет) и стратифицированный характер (во-первых, вышестоящему больше дозволено, во- вторых, если субъект неформальных отношений не имеет прямого физического доступа к ресурсам, но прямо или косвенно участвует в их распределении, он получает свою долю в виде регулярных подношений, доли в неформальном доходе и т.д.).
Таким образом, несмотря на формальность занятости, по сути, ей были присущи многие неформальные характеристики (черты).
С началом рыночных реформ распространение неформальных практик, которые проявились как способы адаптации к рынку, стало еще более широким. К таким способам адаптации относятся: работа в режиме

неполного рабочего времени, вынужденные административные отпуска, задержки заработной платы, теневая оплата труда, а также появление новых видов и форм занятости. Наиболее массовой из новых видов занятости является неформальная занятость, когда работник трудится без какого-либо оформления своего трудового статуса - на основе одной лишь устной договоренности. Первый этап исследований неформальной занятости характеризовался ориентацией на количественный анализ. То есть внимание ученых концентрировалось преимущественно на определении неформальной занятости, измерении ее уровня и масштабов, сфер распространения. Однако систематизировать и проанализировать эти данные достаточно сложно, поскольку:
Во-первых, очевиден недостаток достоверной информации о неформальной занятости в России. Несмотря на то, что проблемы неформальной занятости стали объектом пристального внимания специалистов, они остаются научно непроработанными. Елена Варшавская и Инна Донова очень точно в своей статье сравнивают неформальную занятость с «известной незнакомкой» [48], что точно отражает сложившиеся представления об этом феномене;
Во-вторых, применяются разные трактовки неформальной занятости. Происходит смешение понятий неформальная занятость и занятость в неформальной экономике, что является одной из причин сильного разброса в оценках неформальной занятости. Причем чаще рассматривалась именно занятость в неформальной сфере. Гораздо реже встречались исследования неформальной занятости как юридически не оформленной трудовой деятельности. Лишь в последнее время, учитывая распространение трудовых отношений, неконтролируемых государством и трудовым правом, и массовые нарушения трудовых прав россиян, социологи обращаются к данной проблеме. Причем, учитывая накопленный опыт, проводится более четкое разделение понятий неформальная занятость и занятость в неформальной экономике;
В-третьих, результаты разных исследований не свести воедино, поскольку используются различные оценочные методы. Так оценки доли «неформалов» в общей численности занятых колеблются в весьма широком диапазоне - от 15 до 45%.
Каковы же масштабы неформальной занятости в России? По оценкам Варшавской Е. около 3 млн. человек в 1998 г. и 4-4,5 млн. человек в 1999-2000 годах были неформально заняты по месту своей основной работы, а также 6,7-6,8 млн. в 1998-1999 годах и 8,9-9 млн. в 2000 году были неформально заняты на
87
дополнительной работе . По оценкам Дмитрия Чернейко, в целом масштаб нерегистрируемой занятости характеризуется цифрой 10-12 млн. человек [49]. Кубишин Е.С. называет еще более высокую цифру - 18-22 млн. человек [50]. Рывкина Р.В. приводит данные ВЦИОМа о том, что в неформальную занятость вовлечены 15-20% населения страны [51]. По результатам исследования проведенного летом 2004 года в г. Тюмени, опыт работы без официального оформления (т.е. неформальную занятость) имели 44% опрошенных, из них 14% регулярно вступают в нерегистрируемые контрактные отношения. Сложно дать точную оценку неформальной занятости, поскольку результаты расчетов могут оказаться совершенно различными в зависимости от того, какие категории населения учитываются, за какой период времени (за год, месяц и т.п.) и учитывается ли дополнительная занятость. Последний фактор является наиболее значимым.

Любая из представленных оценок может быть подвергнута сомнению и требует обоснования. Бесспорно одно - масштабы неформальной занятости в России велики, наблюдается ежегодный рост числа неформально занятых. Очевидно, что неформальная занятость оказывает заметное воздействие на экономику и жизненный уровень населения.
Возможно, именно поэтому в настоящее время гораздо большее внимание уделяется не столько масштабу неформальной занятости, сколько выявлению социально демографических характеристик неформально занятых. Анализ, проведенный Е. Варшавской и И. Доновой, показал, что мужчины имеют неформальную занятость несколько чаще, чем женщины [52]. Это относится как к основной, так и (еще в большей мере) к дополнительной работе.
Исследование в г. Тюмени, подтвердило данную тенденцию. Было выявлено, что мужчины, как правило, включаются в неформальную занятость несколько чаще, чем женщины. Данные по наличию опыта неформальной занятости в зависимости от пола были сгруппированы в таблицу сопряженности 2х2, причем обе переменные, входящие в таблицу, являются дихотомическими (см. таблицу 2.4)
Таблица 2.4.
              Опыт неформальной занятости в зависимости от пола ^


Нет опыта неформальной занятости

Есть опыт неформальной занятости

Всего

мужской

507 (47,6%)

558 (52,4%)

1065 (100%)

женский

842 (63,5%)

485 (36,5%)

1327 (100%)


Таким образом, из всех респондентов 558 мужчин (52%) и лишь 485 женщин (36%) имеют опыт неформальной занятости. Можно рассчитать относительную меру риска стать неформально занятым: 0,524/0,365=1,437. То есть риск стать неформально занятым у мужчин почти в полтора раза (1,437) выше, чем у женщин.
Применим и несколько отличный вариант расчета коэффициента, называемый «отношением шансов». Шансы попасть в неформальную занятость у женщин составляют 0,576, а у мужчин 1,101. Следовательно, соотношение шансов равно 1,101/0,576=1,911. Шансов стать неформально занятым у мужчин почти в 2 раза больше, чем у женщин.
На основе изучения соотношения возраста и участия в неформальной занятости (см. рисунок 2.3.) можно отметить, что наиболее вовлеченной в неформальную занятость является молодежь до 30 лет.

Рис. 2.3. Опыт работы с неформальной занятостью среди разных возрастных групп
4
2
0 ^              1              1              1              1              1              1              1              1
18-25              26-30              31-35              36-40              41-45              46-50              51-55              56-60              Поаб0а 60


Рис. 2.3. Опыт работы с неформальной занятостью среди разных возрастных групп
Свыше 50% (51%) молодых людей хотя бы иногда работали без трудового договора, причем 13% делают это регулярно. Столь высокий показатель не может быть объяснен только временными нерегистрируемыми подработками студентов во время учебы, поскольку среди студентов высок уровень тех, кто никогда не работал без трудового договора. Соответственно, это уже сигнал о том, что очень часто молодежь, начиная работать, вынуждена прибегать к неформальной занятости, чтобы хоть как-то закрепиться на рынке труда. Обухович Н. В., рассматривая занятость молодежи Тюменской области, говорит: «Молодые люди - носители огромного потенциала энергии, который реализуется преимущественно в сфере занятости. Тенденции занятости молодежи Тюменской области отражают общие тенденции занятости населения региона и формируются в ХХ веке под влиянием глобальных, национальных
92
и региональных процессов»              .
Таким образом, являются ли проблемой высокие показатели неформальной занятости среди молодежи, или это отражение общей тенденции, а молодежь выступает лишь как наиболее активная социальная группа? Думаем, что здесь можно согласиться с Эйхельбергом Е. А. в том, что «молодежь лучше приспособилась к
93
рыночным условиям и обладает более высоким адаптационным потенциалом»              .              Как
показали результаты, достаточно высока вовлеченность в неформальную занятость у людей до 40 лет (44%-45%), затем эти показатели сокращаются, но не слишком значимо, лишь до 31%-36%. Рассматривая опыт работы без трудового договора среди лиц трудоспособного возраста, можно отметить, что регулярнее всех в неформальную занятость вовлекаются люди до 30 лет: 16% 26-30 летних и 13% 18-25 летних (для сравнения: 31-35 летних регулярно работают без трудового договора 8%).
Примечателен факт, что среди респондентов старше 60 лет также очень высок показатель

регулярной неформальной занятости (16%), и это несмотря на то, что лишь 36% лиц старше 60 лет вообще имели опыт работы без трудового договора. Анализируя дополнительно распределение по роду деятельности (см. рисунок 2.4), можно увидеть, что неформальная занятость более распространена среди неработающих пенсионеров (в то время как среди работающих ее почти нет).
Можно сделать вывод о том, что, выйдя на пенсию, многие стараются подработать где- либо, чтобы обеспечить себе более приемлемый уровень жизни. При этом они, сохраняя статус пенсионера (официально неработающие), работают без соответствующего оформления своей деятельности, т.е. уходят в неформальную занятость.
По роду занятий чаще всего имели опыт работы без трудового договора предприниматели, торговые работники, рабочие. Реже всего государственные или муниципальные гражданские служащие и работники МВД, налоговой службы, суда, прокуратуры.
Таким образом, не выделяется какой-либо специфики неформальной занятости региона. В данном случае в Тюменском регионе неформальная занятость распространена примерно в тех же сферах, что и в других районах, это торговля, общественное питание, строительство, сфера услуг. Несколько выделяется высокий уровень частоты неформальной занятости среди предпринимателей и руководящих работников. Тем самым на рынке труда создается база для воспроизводства и распространения неправовых практик в сфере труда.
Показатели неформальной занятости по роду деятельности
alt="Рис. 2.3. Средние показатели занятости без трудового договора по сферам деятельности" />1,4
1,2
1
0,8 0,6 0,4 0,2 0
Рис. 2.3. Средние показатели занятости без трудового договора по сферам деятельности [53]
Было проведено сравнение полученных результатов в г. Тюмени с результатами исследований в других регионах. Е. Варшавская и Е. Донова, в своих исследованиях неформальной занятости в России, выделили закономерность: чем выше уровень образования, тем ниже доля имеющих неформальную занятость [54].
Данные исследования в г. Тюмени показали, что действительно некоторая тенденция существует, но она не принимает достаточно четких форм.
Так, среди людей имеющих специальное образование доля регулярно
работающих без трудового договора составляет 10%, а среди не имеющих образования 13%. При этом оказывается значимым не уровень образования (высшее или среднее специальное), а само его наличие.
Например, среди имеющих среднее специальное образование доля часто вступающих в неформальную занятость меньше, чем среди людей, имеющих неоконченное высшее образование (9,6% против 12%).
Протестирована частота участия в неформальной занятости на предмет значимости различия показателя «образование». Вычислив средние значения исходного показателя, получили результаты представленные в таблице 2.5.
Таблица 2.5.
Сводка результатов расчетов среднего значения показателя «образование»
по частоте участия в неформальной занятости

Работа без трудового договора

Среднее значение показателя «образование»

Стандартное
отклонение

Никогда

4,11

1,127

Очень редко

4,10

1,072

Время от времени

4,01

1,124

Часто

4,01

1,146

Постоянно

3,99

1,203


Оценивая влияние различных факторов на показатель частоты участия в неформальной занятости по критерию хи-квадрат, как наиболее значимые определены пол, возраст и форма собственности предприятия. Образование оказалось малозначимым фактором, что несколько не соответствует выводам Варшавской Е., отметившей, что образование является важным фактором определяющим уровень неформальной занятости.
Оценивая взаимосвязь между среднемесячным доходом на одного члена семьи и частотой неформальной занятости (см. рисунок 2.5), можно отметить, что из тех, кто имеет среднемесячный доход меньше 500 или выше 20000 рублей доля часто работающих без трудового договора (gt;15%) выше, чем среди тех, кто имеет доход в пределах от 501 до 20000 рублей на одного члена семьи (-10%).
о |_ о со о

Учитывая такой разброс, был проведен дополнительный анализ среди выделенных групп. Выяснилось, что часто работающие без трудового договора и имеющие среднемесячный доход менее 500 рублей это преимущественно неработающие пенсионеры и студенты (около 50%), по возрасту младше 25 и старше 55 лет (80%) и не имеющие высшего образования (100%), пол значения не имеет. Вторая группа (т.е. с доходом свыше 20000) представлена в основном предпринимателями (свыше 60%), до 45 лет (почти 90%), многие (62%) имеют высшее образование и это преимущественно мужчины (74%).
Но в целом различия между группами с разным уровнем доходов по частоте неформальной занятости все же весьма несущественны. При проведении однофакторного дисперсионного анализа, был сделан вывод о гомогенности дисперсий. Тест Дункана при максимальном уровне значимости показал, что все группы с разным уровнем доходов не обнаруживают значимого различия между собой по признаку участия в неформальной занятости.
Учитывая значительную дифференциацию между Тюменью и югом Тюменской области по уровню оплаты труда, возможностям трудоустройства и др. был проведен анализ связи между частотой работы без трудового договора и местом жительства (Тюмень и юг Тюменской области).
Для этого использовался непараметрический тест U-тест по методу Манна и Уитни (и-тест=339722,5, W Уилксона=406883,5, Z=-1,896, Sig.=0,058).
Выяснилось, что разница показателей частоты участия в неформальной занятости в Тюмени и по югу Тюменской области не является статистически значимой (lt;0,05). Это также можно увидеть и из перекрестной таблицы этих признаков (см. таблицу 2.6).
Таблица 2.6.
Перекрестная таблица признаков «место жительства» и «частота работы без трудового договора»

Место
житель
ства

Работали без трудового договора

Всего

Никогда

Очень
редко

Время от времени

Часто

Постоянно

Тюмень
/>1091
360

301

157

58

1967


55,5%

18,3%

15,3%

8,0%

2,9%

100%

Юг Тюме

213

76

40

20

8

357

нской обл.

59,7%

21,3%

11,2%

5,6%

2,2%

100%


Вместе с тем, проведя частотный анализ по группам:              (1) регулярно
участвующие в неформальной занятости в г. Тюмени и (2) регулярно участвующие в неформальной занятости жители юга Тюменской области, было выделено несколько отличительных особенностей.
Если в Тюмени это преимущественно мужчины (55%), то по югу области несколько преобладают женщины (55%). В Тюмени около 80% регулярно работающих без трудового договора люди до 45 лет, а по югу наблюдается относительно большая доля лиц старше 45 лет (26%).
Кроме того, в Тюмени неформально занятыми оказываются чуть чаще люди с высшим образованием, по югу области - без высшего образования, но это является

не только собственно характеристикой неформально занятых, но и становится следствием различия образовательного уровня в городской и сельской местностях.
Отмечены отличия в величине среднего дохода на одного члена семьи между этими группами. Но, опять же, отличия эти обусловлены не только участием в неформальной занятости, но и тем, что в сельской местности уровень доходов в целом ниже (и при формальной и при неформальной занятости), чем в Тюмени.
Несмотря на то, что область относится к числу благополучных регионов с точки зрения величины заработной платы, Гильтман М. А. отмечает проблему - это значительная дифференциация размера заработной платы по отраслям экономики, а также автономным округам и югу области [55].
Действительно, по югу области уровень доходов ниже, чем в г. Тюмени (см. показатели среднедушевых денежных доходов населения в месяц по Тюменской области на 2002 год в таблице 2.1)
Рассмотрев              социально-демографические              характеристики регулярно
работающих без трудового договора, можно отметить, что хоть и прослеживаются некоторые зависимости между частотой участия в неформальной занятости и такими характеристиками как пол, возраст, образование, форма собственности, все- таки неформальная занятость широко распространена практически среди всех социально-демографических и профессиональных групп.
Однако определяющими факторами работы без официального оформления являются все же не социально-демографические характеристики работников, а специфика самих отношений занятости. Так, согласно исследованиям Варшавской
97
Е., более 80% неформально занятых находят рабочее место в частном секторе. В частном секторе на условиях устной договоренности работает около 20% занятых; в государственном - не более 1%.
В малом бизнесе, т.е. на предприятиях с численностью менее 20 человек, работают 84 % общего числа неформально занятых. Причем более трети из них трудятся на микропредприятиях с численностью работников от двух до пяти человек. Интересно, что по мере увеличения численности работающих на предприятии доля тех, кто трудится на нем на условиях неформальной занятости, убывает. Так, в общем количестве работающих на микропредприятиях доля неформально занятых составляет 29%. Для предприятий с численностью персонала шесть - десять человек этот показатель равен 16%, для предприятий, на которых работают 11 - 20 человек, - 7%.
В исследовании неформальной занятости в Тюмени, эта тенденция также четко прослеживается.
Работники частных фирм гораздо чаще вступают в отношения неформальной занятости, чем работники государственных предприятий.
Например, среди первых опыт работы без трудового договора имеют 54% (причем свыше 15% регулярно), а среди вторых - 34% (лишь 6% регулярно).

Данные представлены в таблице 2.7.
Таблица 2.7.
Перекрестная таблица признаков «форма собственности» и
              «опыт работы без трудового договора»

Форма

Работали без трудового договора


собственности

Никогда

Иногда

Регулярно

Всего

государственная

710

309

65

1084


65 %

29 %

6 %

100 %

смешанная

135

80

26

241


56 %

33 %

11 %

100 %

частная

420

354

139

913


46 %

39 %

15 %

100 %


Среди часто или постоянно неформально занятых респондентов 60% это работающие в частных фирмах, 28% работники государственных организаций (вероятнее всего, что эта категория неформально занята на дополнительной работе). Для оценки зависимости между формой собственности предприятия, на котором работает респондент, и частотой участия в неформальной занятости использовался коэффициент сопряженности признаков Пирсона, который показал наличие связи между этими признаками.
Важным параметром при изучении неформальной занятости является занимаемая респондентом позиция на рынке труда, т.е. является ли он работодателем или наемным работником или вообще официально исключен из трудовых отношений. При анализе было выделено 4 позиции: 1) работодатели; 2) наемные работники с высшим образованием; 3) наемные работники не имеющие высшего образования; 4) официально неработающие (студенты, пенсионеры, домохозяйки, безработные). Соотношение частоты работы без трудового договора и занимаемой позицией представлено в таблице 2.8.
Таблица 2.8.
Частота работы без трудового договора в зависимости
              от занимаемой на рынке труда позиции

Работали без трудового договора

Позиция

Работо
датель

Работник с высшим обр

Работник без высшего обр

Нерабо
тающий

Никогда Очень редко Время от времени Часто Постоянно

162(42,5%)
96(25,2%)
75(19,7%)
35(9,2%)
13(3,4%)

603(62,5%)
157(16,3%)
121(12,5%)
59(6,1%)
25(2,6%)

439(56,4%)
149(19,2%)
107(13,8%)
61(7,8%)
22(2,8%)

144(55,2%)
40(15,3%)
47(18,0%)
22(8,4%)
8(3,1%)

Всего

381(100%)

965(100%)

778(100%)

261(100%)


Из таблицы видно, что работодатели, несколько чаще оказываются неформально занятыми на рынке труда, чем наемные работники, тем самым формируя стандарт неформальных взаимоотношений работодатель - работник.
К этому же выводу подводят и результат сравнения средних значений по группам (см. таблицу 2.9).

Таблица 2.9.
Среднее значение частоты неформальной занятости
в зависимости от занимаемой позиции


Среднее
значение

Стандартное
отклонение

Работодатель

2,06

1,139

Работник с высшим образованием

1,70

1,067

Работник без высшего образования

1,81

1,112

Неработающий

1,89

1,157

Всего

1,82

1,110


На втором месте по частоте неформальной занятости находятся, как можно было бы ожидать, официально неработающие. Из них 89% это люди старше 55 и младше 25 лет, т.е. студенты и пенсионеры. Данная таблица также подтверждает сделанные ранее выводы о том, что чем выше образование, тем ниже степень вовлеченности в неформальную занятость, так среднее значение частоты работы без трудового договора у работников с высшим образованием ниже, чем у работников не имеющих его. Проведенный непараметрический Н-тест по методу Крускала и 98
Уоллиса (х =39,770, df=3, Sig .=0,000              )              показал, что различия показателя частоты
работы без трудового договора по занимаемой на рынке труда позиции являются максимально значимыми.
Таким образом, сложно однозначно построить социально-демографический портрет по частоте неформальной занятости, поскольку в нее вовлекаются достаточно разнообразные субъекты по профессиональному статусу, полу, возрасту, образованию, месту жительства и месту работы и т.п.
Все респонденты по частоте участия в неформальной занятости разделены на: не имеющих опыта неформальной занятости; имеющих небольшой опыт неформальной занятости; регулярно работающих на условиях неформальной занятости.
Был проведен анализ по занимаемым на рынке труда позициям.
Все результаты анализа выделенных групп, обобщены и приведены в таблице
2.10.
Таблица 2.10.
Социально-демографические характеристики в зависимости                             от занимаемой на рынке труда позиции
Не имеющие опыта нефор. зан-ти Небольшой опыт нефор. зан-ти Регулярно работают на условиях нефор. зан-ти

РАБОТОДАТЕЛИ
N=381 162 (42,5%) 171 (44,9%) 48 (12,6%)
Сред. знач. 1,42 1,35 1,29
Пол Мода 1 (муж) 1 (муж) 1 (муж)
Сред. откл. 0,495 0,479 0,459



colspan="5">
НАЕМНЫЕ РАБОТНИКИ С ВЫСШИМ ОБРАЗОВАНИЕМ



Не имеющие опыта нефор. зан-ти

Небольшой опыт нефор. зан-ти

Регулярно работают на условиях нефор. зан-ти

РАБОТОДАТЕЛИ

Возраст

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,19 4(36-40лет) 1,643

4,15
3*(31-35лет)
1,677

3,69
2*(26-30лет)
1,788

Образование

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,54 5 (ВО.)
0,75

4,49 5 (ВО.) 0,844

4,27 5 (ВО.) 1,106

Среднемесячны й доход

Сред. знач. Мода Сред. откл.

7,14 8(10-20 тыс.)
2,002

6,87 8(10-20 тыс.) 1,981

7,08 8 (10-20 тыс.) 2,191

Пол

N=965

603 (62,5%)

278 (28,8%)

84 (8,7%)

Сред. знач. Мода Сред. откл.

1,65 2 (жен) 0,478

1,49 1 (муж) 0,501

1,49 1 (муж) 0,503

Возраст

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,09 5 (41-45 лет) 1,918

3,84 3 (31-35 лет) 1,911

3,54 2 (26-30лет) 2,125

Среднемесячны й доход

Сред. знач. Мода Сред. откл.

5,59 5 (3-5 тыс.) 1,519

5,94 6 (5-7 тыс.) 1,594

5,60 5 (3-5 тыс.) 1,638

НАЕМНЫЕ РАБОТНИКИ БЕЗ В

ЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

Пол

N=778

439 (56,4%)

256 (32,9%)

83 (10,7%)

Сред. знач. Мода Сред. откл.

1,63 2 (жен) 0,484

1,51
2 (жен) 0,501

1,46 1 (муж) 0,501

Возраст

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,13 6(46-50лет) 1,940

3,78 4(36-40лет) 1,926

3,61 4 (36-40лет) 1,956

Среднемесячны й доход

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,87 5 (3-5 тыс.)
1,596

4,99 5 (3-5 тыс.) 1,674

5,10 5 (3-5 тыс.) 1,715

НЕРАБОТАЮЩИЕ

Пол

N=261

144 (55,2%)

87 (33,3%)

30 (11,5%)

Сред. знач. Мода Сред. откл.

1,74 2 (жен) 0,442

1,51
2 (жен) 0,503

1,63 2 (жен) 0,490

Возраст

Сред. знач. Мода Сред. откл.

3,34 1 (18-25лет) 3,374

2,29 1 (18-25лет) 2,676

3,17 1 (18-25 лет) 3,415

Образование

Сред. знач. Мода Сред. откл.

3,25 3 (незак.ВО) 1,066

3,09 3 (незак.ВО) 0,948

3,14 3 (незак.ВО) 1,382

Среднемесячны й доход

Сред. знач. Мода Сред. откл.

4,50 3 (1-2 тыс.) 1,797

4,61 3* (1-2 тыс.) 1,826

4,60 4* (2-3 тыс.) 2,159


Подведем некоторые итоги.
Итак, среди работодателей преобладают мужчины (более 60%) и они оказываются неформально занятыми чаще, чем в любых других группах (см. рисунок 2.6).




муж

жен

муж

жен

муж

жен

муж

жен

работодатель

работник с ВО

работник без ВО

неработающий

? Не имеющие опыта НЗ ? Небольшой опыт НЗ ¦ Регулярно работающие с НЗ

Рис. 2.6. Участие в неформальной занятости в зависимости от пола и занимаемой на рынке труда позиции



Рис. 2.6. Участие в неформальной занятости в зависимости от пола и занимаемой на рынке труда позиции
Интересно отметить, что женщины предприниматели, напротив, меньше всех других групп работают без трудовых договоров.
В группе официально неработающих, противоположная тенденция, доля женщин значительно выше доли мужчин и они чаще вступают в неформальную занятость, чем другие группы. Основное же отличие работников женщин от работников мужчин не в том, что они реже работают в неформальной занятости (доля мужчин лишь чуть выше доли женщин), а в том, что они чаще обращаются к официальному рынку труда.
Влияние переменной «возраст» на частоту неформальной занятости также оказывается разным для работодателей, наемных работников и официально неработающих. Значимы различия показателя частоты работы без трудового договора между возрастными группами для наемных работников (независимо от образования), в то время как совершенно не значимы для работодателей и официально неработающих.
Это же подтверждают коэффициенты корреляции:              для              наемных работников характерна
максимально значимая, хотя и очень слабая обратная зависимость частоты участия в неформальной занятости от возраста, т.е. чем старше работники, тем меньше они склонны работать без официального оформления. Для работодателей и официально неработающих подобной зависимости не существует. Скорее всего, это связано с тем, что наемные работники соглашаются на неоформленную занятость, получая компенсирующую выгоду. В этом случае субъективно оцениваемая величина выгоды тем выше, чем дальше человеку до пенсии. А для работодателей неформальная занятость - это лишь способ преодолеть организационную неэффективность. Возможно именно поэтому у предпринимателей с неформальной занятостью среднемесячный доход ниже.
Среди работодателей наблюдается обратная зависимость между участием в неформальной занятости и среднемесячным уровнем доходов на одного члена семьи, т.е. те, кто часто работает без трудового договора, имеет доход ниже, чем те, кто всегда работает по трудовому договору. Скорее всего, это связано с тем, что период работы без трудового договора и официального оформления это только начальный этап становления бизнеса для предпринимателя. Развиваясь, они стремятся упорядочить и регламентировать деятельность, по возможности избегая неформальной занятости. Среди наемных работников тенденция обратная: у неформально занятых доход оказывается выше, чем у тех, кто работает всегда по трудовому договору. Во всем мире неформальная занятость - это ниша выживания для бедных слоев населения, где аккумулируются малоквалифицированные работники.
Парадокс в том, что в России в настоящее время зарплаты в бюджетной сфере настолько малы, что, в результате, даже невысокая оплата труда и отсутствие социальных гарантий со стороны

работодателя при неформальной занятости превосходят заработки официально занятых работников и для многих оказываются предпочтительней. Кроме того, часто более высокий доход достигается за счет дополнительной занятости без официального оформления.
Характерно, что официально неработающие имеют среднемесячный доход на одного члена семьи в целом ниже, чем работающие, притом, что среди них достаточно высок уровень тех, кто регулярно работает в условиях неформальной занятости. Также у данной группы самый низкий средний уровень образования. Эти данные отчасти подтверждают, что чаще всего в неформальную занятость вовлекаются люди с низким социально-профессиональным статусом, не нашедшие себе места на официальном рынке труда.
Важным моментом при изучении неформальной занятости является выяснение причин ее существования и распространения. На этот счет выдвигались различные предположения. Так распространение неформальной занятости объяснялось:
массовой дезорганизацией населения относительно кадрового учета;
нелюбовью к различного рода бумажным процедурам;
плохим информированием населения о принципах пенсионного обеспечения;
инфляцией, которая резко актуализировала вопрос заработка;
отсутствием навыков регистрации вторичной занятости, что приводило к массовому игнорированию юридического оформления таких видов деятельности;
распространением работ в частном секторе и т.п.
Учитывая, что с развитием рыночных отношений, неформальная занятость не только не уменьшается, но даже и растет, ученые стали искать более глубокие корни данного явления.
Прежде всего, была сделана попытка исследовать мотивы, побуждающие работающих к неформальной занятости.
Так, при проведении опроса среди специалистов-трудовиков [56], было выявлено, что многие на первое место ставят стремление заработать и поддержать или повысить уровень жизни свой и семьи (рисунок 2.7). Следом по значимости идут стремление работодателей снизить издержки и скрыть доходы от налогообложения. Значительно меньшую роль, по мнению специалистов, играет необходимость заполнения непрестижных рабочих мест и более гибкого использования рабочей силы. На это указали менее половины ответивших.

Рис. 2.7. основные мотивы распространения неформальной занятости
28%
¦ Стремление работодателей снизить издержки В Необходимость гибкого использования рабочей силы В Необходимость заполнения непрестижных рабочих мест Возможность сокрытия доходов от налогообложения Стремление заработать и повысить уровень жизни Другое


Рис. 2.7. основные мотивы распространения неформальной занятости
Обратим внимание на то, что большинство респондентов (28 %) отметили чисто рыночный мотив: «стремление заработать и поддержать или повысить уровень жизни свой и семьи».
Учитывая, что одной из основных причин распространения неформальной занятости называется потребность в заработках, т.е. люди нуждаются в деньгах, а сокрытие занятости позволяет уйти от налогов и тем самым увеличить заработок, был проведен дополнительный анализ. Респондентам в городе Тюмени предложили определить какое из суждений им ближе: 1) вместо отчислений в пенсионный фонд выплачивается более высокая заработная плата или 2) более низкая заработная плата компенсируется отчислениями в пенсионный фонд. Оценки распределились примерно поровну, лишь чуть сместившись к первому суждению. А вот на вопрос «Мне хотелось бы жить там, где 1) доход используется для будущего (т.е. это прежде всего источник для сбережений и накоплений) или 2) деньги зарабатывают, чтобы использовать их сегодня» ответы респондентов оказались значительно смещены ко второму суждению. Таким образом, неформальная занятость объясняется не столько стремлением к более высоким заработкам, сколько более низкой ценностью в глазах респондентов будущих социальных гарантий.
При изучении причин, способствующих развитию неформальных трудовых отношений, оказалось, что разброс точек зрения по этому вопросу достаточно значителен. Одной из важнейших причин (если не самой важной) ухода в тень российской экономики и сферы занятости назывались созданные государством высокие барьеры вступления на рынок (включая рынок труда). По мнению многих, главной причиной роста неформальной занятости в стране является несовершенство действующего законодательства, с одной стороны, открывающего достаточно возможностей уклониться от соблюдения законов, с другой - предусматривающего слишком слабые и недостаточные санкции за их нарушение.
Другими причинами распространения неформальной занятости в России назывались: готовность неформалов работать без оформления трудового договора,

гарантирующего соблюдение социальных гарантий, за низкую заработную плату; трудности для работодателей, связанные с соблюдением действующего законодательства (большие потери времени и денег, сложности формальных процедур и т п ); низкий уровень оплаты труда в формальном секторе экономики, общий низкий уровень жизни населения, толкающий на любые приработки. При этом необходимо отметить, что существует устойчивый стереотип мышления (в том числе и среди специалистов), когда на государство возлагается вся ответственность и функция принуждения к соблюдению законов.
Очень часто формальные отношения на рынке труда противопоставляются неформальным. При этом формальность экономического действия рассматривается как положительное явление, способствующее развитию рыночных отношений на рынке труда, а неформальные связи свидетельствуют о недоверии рыночным структурам или их неэффективной работе. Распространены стереотипы, например, формальная занятость дает работнику гарантии соблюдения его трудовых прав, противопоставление: устная договоренность говорит о его бесправии. Или официальный найм строится на оценке профессиональных качеств кандидата, выбирается наиболее достойный, противопоставление:              по знакомству
«пристраивают» на работу не самых лучших работников. Хотя это далеко не так. Отсутствие юридически оформленного контракта ставит работника в некоторую зависимость от работодателя, увеличивая вероятность нарушения трудовых прав работника. Подчеркиваем: увеличивается вероятность нарушения трудовых прав (поскольку гарантией является лишь слово работодателя), но это вовсе не означает, что трудовые права будут обязательно нарушены. Точно также трудовые права работника могут быть нарушены и при подписанном контракте (вспомнить хотя бы долги по зарплате, вынужденные отпуска и др.).
Значит ли это, что неформальная занятость на рынке труда не способствует установлению рыночных отношений между работодателем и работником? Большинство авторов согласны с тем, что российский рынок труда обладает всеми основными рыночными признаками, такими, как свободная трудовая мобильность, чувствительность к факторам спроса и предложения, конкуренция за вознаграждения. А вот роль неформальной занятости в отечественной экономике неоднозначна. С одной стороны, можно говорить о ее позитивном влиянии на расширение занятости и повышение доходов граждан. В современных условиях участие населения в неформальной занятости, по существу, является одним из элементов его защитной реакции, адаптации к меняющейся социальноэкономической ситуации. С другой стороны, распространение неформальной занятости ведет к массовым нарушениям трудового законодательства, дезорганизует кадровую ситуацию на предприятиях.
Влияние неформальной занятости на рынок труда, подробно исследовал Кубишин Е.С. изучая мнение специалистов [57]. Им были получены следующие результаты (представлены в таблице 2.11).
Таблица 2.11.

Распределение респондентов по ответам на вопрос: "Какое влияние (позитивное и негативное) оказывает, по вашему мнению, неформальная занятость на рынок труда               России?", человек

Всего ответивших

85

Из них считают:
Неформальная занятость оказывает серьезное влияние на рынок труда России

81

В том числе: * только негативное влияние *только позитивное влияние * влияет на рынок труда и позитивно, и негативно

48
12
21

Неформальная занятость не оказывает никакого влияния на рынок труда

2

Не определились с ответом

2

Источник: Кубишин Е. С. Неформальная занятость населения России // ЭКО, 2003, № 2. С. 169.


Из всех респондентов 95% не ставят под сомнение серьезность влияния неформальной занятости на рынок труда. Однако 26% ответивших не смогли точно определить это влияние, охарактеризовав его односложно как «позитивное» или «негативное».
Негативное влияние неформальной занятости на рынок труда заключается в следующем. Неформальная занятость представляет собой серьезную деформацию трудовых отношений. Отсутствие надлежащего оформления занятости ведет к игнорированию работодателями норм трудового права и бесправию работников, отсутствию для них социальных гарантий и правовой защиты. Это означает возможность эксплуатации рабочей силы, в частности, за счет заниженной оплаты труда, несоблюдения требований и норм охраны труда и его использования (высокая интенсивность и чрезмерная продолжительность труда, отсутствие выходных, оплачиваемых отпусков и т.п.). Заниженная оплата труда неформалов, в свою очередь, сокращает стимулы к совершенствованию производства и внедрению новой техники. Все это ведет к утрате здоровья работниками, деквалификации рабочей силы, снижению качества труда и производимого продукта, т.е. в конечном итоге - к снижению качества трудового потенциала России. Наконец, оплата труда из «черной кассы» ведет к сокрытию полученных доходов и недополучению социальных и налоговых платежей. Последнее, в свою очередь, ограничивает возможность повышения оплаты труда в бюджетной сфере.
Вместе с тем неформальная занятость имеет и существенные позитивные моменты. Такое мнение высказали почти 40% респондентов, причем свыше трети этой группы убеждены, что она оказывает на рынок труда только позитивное влияние.
Можно выделить следующие позитивные моменты неформальной занятости. Прежде всего неформальная занятость способствует сокращению фактической безработицы и снижению напряженности на рынке труда. Она дает населению возможность заработать, а для многих (в частности, для лиц с пониженной конкурентоспособностью на рынке труда) это нередко единственная возможность выжить в трудных условиях. Неформальная занятость способствует заполнению непрестижных рабочих мест, совершенно непривлекательных для работников на официально предлагаемых условиях занятости и особенно - официальной оплаты. Неформальная занятость, кроме того, открывает широкие возможности гибкого использования рабочей силы, что представляет интерес не только для работодателей, но и для многих категорий работников. А заработки неформалов, в свою очередь, ведут к увеличению спроса на товары и услуги, стимулируя тем самым их производство. Неформальная занятость, таким образом, способствует развитию конкуренции, в том числе и на рынке труда.
Интересный разворот теме неформальной занятости придали статьи Т.И. Заславской и М. А. Шабановой, С. Ю. Барсуковой, выполненные в рамках одного
проекта «Неправовые трудовые практики и социальные трансформации в России»
101.
В этих исследованиях неформальной занятости эмпирические выкладки сочетаются с хорошей теоретической концепцией. Впервые в отечественной научной литературе было показано соотношение формальных и неформальных практик на рынке труда с позиции правовых нарушений. Был сделан вывод о том, что распространение неправовых трудовых практик не является относительно автономным результатом таких факторов, как низкое качество трудового законодательства, слабый контроль законов о труде, недостаточная правопослушность россиян и т.д.
В действительности неправовые трудовые практики находятся в органической связи и тесной взаимозависимости с такими же практиками в экономической, управленческой и политической сферах. Иными словами, они представляют собой элемент системы неправовых социальных практик, распространившихся в последние годы на все сферы жизнедеятельности российского общества.
Сегодня чем чаще работники обращаются к неформальным способам правозащитного поведения (помощь друзей, знакомых и другие личные связи, подарки, сила и угроза силы), тем оно более успешно. Существенно повышает результативность правозащитного поведения в сфере труда сочетание законных и противозаконных (в зависимости от обстоятельств) стратегий.
Таким образом, обладание неформальными связями и готовность к неформальным способам протестного поведения - важный ресурс, повышающий шансы работников восстановить свои законные права в нынешних условиях.
Специфика современной ситуации в том, что неформальные трудовые практики активно проникают и успешно распространяются не только в сфере неформальной занятости, но также и официального найма.
Меняется также характер социального взаимодействия, т.е. работодатели и наемные работники не противостоят друг другу, а вступают во взаимовыгодные или компенсирующие отношения, при этом и работодатели и работники получают определенный выигрыш за счет государства.
Издержки подчинения закону при формальном найме противостоят издержкам избегания закона при работе по устной договоренности.
Именно поэтому неформальная занятость не просто сосуществует с официальным трудоустройством, но и компенсирует, сглаживает его проблемные зоны, расширяет узкие места, порождая при этом новые проблемы и новые очаги социальной напряженности.
<< | >>
Источник: Коллектив авторов Давыденко В. А., Ромашкина Г. Ф., Абдалова Ю. П., Мездрина Н. В., Тарасова А. Н. Захаров В.Г., Сухарев С.Я.. СОЦИОЛОГИЯ НЕФОРМАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ: ЭКОНОМИКА, КУЛЬТУРА И ПОЛИТИКА. 2005

Еще по теме 2.2. Анализ неформальной занятости в России и в Тюменской области:

  1. Особенности современного рынка труда в России и в Тюменской области
  2. ОПЫТ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ
  3. Коллектив авторов. РАЗДЕЛЕНИЕ ВЛАСТЕЙ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. 21 - 22 октября 2008 г. / Под ред. доктора юрид. наук, профессора М.С. Матейковича. Тюмень: Тюменская областная Дума, Тюменский государственный университет. - 244 с., 2008
  4. 3.2. Теневые практики хозяйствования в Тюменской области
  5. 10.5.2. Регулирование земельных отношений в Тюменской области при освоении нефтяных и газовых месторождений
  6. ГЛАВА 2 ФОРМАЛЬНАЯ И НЕФОРМАЛЬНАЯ ЗАНЯТОСТЬ
  7. 12.3. Неформальный анализ
  8. Культурологический анализ неформальных отношений
  9. 18.7. Системы поддержки неформального анализа текстов
  10. 5. Конвенция о дискриминации в области труда и занятий
  11. 1.3 Реальный пример неформальных отношений: использование рекламы в неформальных практиках на рынке недвижимости
  12. Глава 9. НЕДОПУЩЕНИЕ ДИСКРИМИНАЦИИ В ОБЛАСТИ ТРУДА И ЗАНЯТИЙ
  13. Полномочия Президента России, Правительства России и иных органов исполнительной власти, Центрального Банка, правоохранительных органов в области конкурентной политики (регулирования отношений конкуренции и монополии)
  14. Тюменская областная Дума