<<
>>

Глава 1 Проблема эксперимента в социологии

Целью всякого эксперимента является проверка гипотез о причинной связи между явлениями: исследователь создает или изыскивает определенную ситуацию, приводит в действие гипотетическую причину и наблюдает за изменениями в естественном ходе событий, фиксирует их соответствие или несоответствие предположениям, гипотезам.
У' Эксперимент как исследовательско-нреобразовательная деятельность является формой практики, поэтому его результаты ^применимы в качестве критерия истины. Но для достижения такой хилы доказательства эксперимент должен соответствовать требованиям, которые сформировались в естественных и технических науках. Удовлетворение этих требований в социальных науках, в частности в социологии, крайне трудно, а подчас и вообще невозможно. Мы должны быть уверены, во-первых, в том, что • именно изучаемый в данном эксперименте фактор, а не какой-либо і иной, является причиной зарегистрированного изменения (так называемая внутренняя валидность) и, во-вторых, в том, что [ выявленная зависимость закономерна в определенных условиях, что полученные выводы можно распространять на внеэксперимен- \тальные ситуации (т. е. внешняя валидность). / Эксперимент основывается на разработке определенной гипотетической модели рассматриваемого явления. В последнем выде- [ ляются основные параметры, их взаимосвязи и связи с другими I явлениями, а также причинно-следственная направленность свя- 1 зей. На основе этой модели, изучаемой в эксперименте, явление описывается как система переменных, среди которых выделяется независимая переменная (экспериментальный фактор), действие которой подчинено управлению и контролю экспериментатора и которая выступает в качестве гипотетической причины определенных изменений в зависимой переменной. Неэкспериментальными переменными признаются свойства и отношения, которые играют существенную роль в изучаемом явлении, но значения их в данном эксперименте не исследуются и поэтому должны быть нейтрализованы, т.
е. изолированы или поддержаны константными, или измерены с точки зрения их влияния на зависимую переменную. Описание исследуемого явления через выделение независимой, зависимой и неэкснериментальных переменных есть, несомненно, определенное упрощение реальности. Предпосылками выделения структуры переменных как основы эксперимента выступают, с одной стороны, фактические данные об изучаемом явлении, его эмпирическое описание, с другой — определенный уровень теоретической разработанности проблемы, позволяющий выдвигать концепцию функционирования и развития объекта исследования, сформулировать объяснительные гипотезы. Поэтому эксперимент | невозможен и нецелесообразен на начальных стадиях исследова- \ ния, до проведения некоторых разведывательных (зондирующих) и описательных (аналитических) исследований в данной области и теоретического обобщения их результатов. ^ Экспериментальное доказательство гипотезы основывается на логических схемах, разработанных еще Дж. С. Миллем. В своей книге «Система логики», впервые опубликованной в 1843 г., Милль сформулировал 4 метода доказательства причинных связей: метод единственного различия, сопутствующих изменений, единствен- / І ного сходства, остатков '. / В социальных науках наиболее часто применяется метод единственного различия, заключающийся в сравнении двух сложных явлений (систем, процессов), отличающихся лишь тем, что в одном из них присутствует некоторая гипотетическая причина, а в другом она отсутствует. Схематически это можно изобразить так: А, Б, В, Г, Д -? Е, Ж, 3 А, В, В, Г, Д'-> Е, Ж, 3' или: А, Б, В, Г, Д Е, Ж, 3 А, Б, В, Г Е, Ж Следовательно, изменение (или отсутствие) независимой переменной Д является, видимо, причиной изменения (или отсутствия) зависимой переменной З (А, Б, В, Г, Е, Ж являются константными неэкспериментальными переменными). Модификацией данной системы доказательства является схема сопутствующих изменений, которая отличается от вышеприведенной только тем, что действие независимой переменной производится много раз и с различной интенсивностью, что должно привести к соответствующим изменениям зависимой переменной: А, Б, В, Г, Д Е, Ж, 3 А, Б, В, Г, Д' Е, Ж, 3' А, Б, В, Г, Д" Е, Ж, 3" А, Б, В, Г, Д'" Е, Ж, 3"' Логика схемы единственного сходства иная — две сравниваемые системы различаются по всем параметрам, кроме эксперимен- тал ыі ых їїeремен н ы х: Л, Б, В, Г, Д Е, Ж, 3 И, К, Л, М, Д Н, О, 3 П, Р, С, Т, Д У, Ф, 3 Следовательно, Д является, видимо, причиной 3.
В изучении социальных явлений эта схема почти не используется, ибо доказать, что две системы различаются во всем, кроме действия экспериментального фактора, еще труднее, чем доказать, что они сходны во всем, кроме этого. Неприменимым в социальных исследованиях является и метод остатков, который основывается на уже доказанных причинных связях между переменными. В процессе Л, Б, В, Г, Д, Е, Ж, 3 заранее доказано, что А является причиной Д; 15 — причиной Е; В — причиной Ж. Отсюда следует полагать, что Г является причиной 3. Весьма мало применяются и сочетания вышеприведенных методов доказательств, например сочетание единственного сходства и различия; в другой системе произведем изменения во всех переменных, кроме независимой переменной, что должно бы привести к стабильности и в зависимой переменной: А, Б, В, Г, Д -> Е, Ж, 3 А', Б', В', Г, Д' Е', Ж', 3' Различные виды экспериментов реализуют эти общие логические схемы в различной конкретной форме и с различной степенью точности и строгости. Сам Дж. С. Милль, а за ним и О. Конт, Э. Дюркгейм, М. Вебер и другие отрицали возможность применения экспериментального метода в изучении социальных явлений — последние для этого слишком сложны и изменчивы, невозможно четкое выявление эффектов воздействия одного определенного фактора, а также однозначная интерпретация поведения человека или социальной общности. Поэтому эксперимент как метод эмпирического исследования применялся до 20-х годов нынешнего века практически лишь для изучения природных и искусственных объектов. Начиная с 20-х годов постепенно расширяется область применения экспериментов в социальных науках 2. Это связано, во-первых, с быстрым ростом эмпирических социальных исследований (в том числе в малых группах), с формированием и развитием процедур опроса, наблюдения, анализа текстов; а во вторых, с развитием математической логики, математической статистики и теории вероятностей. Но даже после проведения огромного множества экспериментов по изучению факторов деятельности личности и социальных общностей, не прекращалась дискуссия о правомерности и целесообразности эксперимента в социальных науках.
Основой этой дискуссии является специфика социальных явлений, ограничивающая возможности экспериментального метода. Сложность, многофакторность и многослойность социальных процессов; трудность, часто невозможность их формализации и количественного описания; целостный, системный характер зависимостей; опосредованность внешних воздействий через человеческую психику, в том числе через предрасположенность к определенному отношению к поведению — все это затрудняет эмпирическое выявление и доказательство причинных зависимостей. Ряд социальных процессов мало изучен для выдвижения объяснительных гипотез. И при их наличии реальный социальный эксперимент часто невозможен но политическим, экономическим, этическим и другим соображениям. Большинство важных социальных ситуаций не могут быть созданы по желанию исследователя, так же как в уже существующих ситуациях не могут быть экспериментально проверены причинные связи, реализация которых могла бы привести к нежелательным последствиям. Много проблем возникает в связи с репрезентативностью экспериментов, проведенных с определенной конкретной группой людей в определенных конкретных условиях. Весьма трудно установить границы возможного распространения результатов эксперимента на другие группы и условия, особенно тогда, когда испытуемые знают, что идет эксперимент и их реакции фиксируются. Довольно сложными и хлопотливыми являются организационные проблемы, связанные с проведением эксперимента. Исходя из этих трудностей, некоторые исследователи вообще отрицают возможность экспериментального метода в социологии, многие оставляют ему значение второстепенного, вспомогательного метода. Подобное отношение отражается в исследовательской практике: экспериментальных социологических исследований произведено крайне мало. Эксперимент в той форме, в какой он применяется в естествознании, в социальных науках, особенно в социологии, действительно невозможен, часто и нецелесообразен. Но это не означает, что следует отказаться от проведения исследований, направленных на эмпирическое доказательство объяснительных гипотез по описанной выше логике.
Для повышения степени научной обоснованности результатов подобного исследования необходимо проводить повторные эксперименты, используя при этом различные их виды (перспективным является, например, сочетание реального и мысленного экспериментов), и применять эксперимент в едином комплексе с другими методами исследования. Виды социальных экспериментов Социальные эксперименты различаются: 1) по характеру объекта и предмета исследования, 2) но специфике поставленной задачи, 3) по характеру экспериментальной ситуации, 4) по логической структуре доказательства гипотезы 3. По характеру объекта и предмета исследования следует различать социологические, экономические (хозяйственные), правовые, социально-психологические, педагогические, психологические, эстетические эксперименты. Различия между этими разновидностями экспериментов определяются спецификой соответствующих научных дисциплин, однако в некоторых случаях различные виды экспериментов могут быть тесно взаимосвязанными, базирующимися на одних и тех же процессах реальности. Например, чисто технологический эксперимент связан с изменениями в технологии, не приводящими к существенным социальным последствиям — к изменениям в условиях труда, в отношении к труду, во взаимоотношениях трудящихся, во взаимоотношениях данного предприятия как элемента экономической системы с другими предприятиями и т. д. Ксли же определенное технологическое изменение приведет, по предположениям его организаторов, к определенному изменению и в социальных параметрах, мы вправе его называть как технологическим, так и социальным экспериментом (точнее, экономическим, социально-психологическим или социологическим в зависимости от характера предполагаемых изменений и аспекта их анализа). Особого рассмотрения требует при этом специфика социологи- ческогоо эксперимента. Все другие, перечисленные выше, разновидности социального эксперимента направлены на проверку предполагаемых причинных зависимостей внутри определенной социальной сферы. Цель экономического эксперимента часто — выявление зависимостей между производительностью труда, с одной стороны, и системой управления (организации) труда или условиями труда — с другой.
С помощью педагогического эксперимента стремятся установить причинные зависимости между методами и результатами обучения и т. д. Социологический эксперимент направлен на проверку причинно-следственных связей между параметрами различных сфер, видов и аспектов деятельности, с конечной целью — выявить закономерности, обусловливающие всю деятельность данного социального субъекта. Вышеупомянутый технологический эксперимент является и социологическим экспериментом, если он, во-первых, по гипотезам организаторов, приведет наряду с ростом технологической эффективности к социальным последствиям, выходящим за рамки производственной сферы; например, к существенным изменениям в характере труда (повышение самостоятельности, ответственности в труде, что, в свою очередь, обусловливает изменения в отношении к работе и в системе ценностных ориентаций (возрастание значения труда в жизни). Во-вторых, если разрабатываются теоретически обоснованные эмпирические индикаторы вышеназванных понятий и фиксируются их значения до технологических измерений и в определенное время (например, несколько месяцев) после них, а также регистрируются все события и изменения, которые могли бы также влиять на зависимые переменные. Эксперимент будет корректным, если измерения тех же показателей производятся на контрольном объекте (в аналогичном предприятии в аналогичных условиях и с аналогичным составом работников, но без технологических изменений) или если удастся повторить его результаты, фиксировать в другом цехе или на другом предприятии аналогичные изменения в зависимых переменных, вызванные изменениями в технологии. По характеру объекта исследования различаются также реальные и мысленные эксперименты. Весь предшествующий анализ касался реального эксперимента, проверки объяснительных гипотез путем планомерного управления условиями социальной деятельности. В отличие от этого в мысленном эксперименте проверке гипотез подвергаются не реальные явления, а информация о них. В мысленных экспериментах отсутствует весьма важный признак экспериментирования — целенаправленное вмешательство в реальные процессы, преобразование объекта введением в действие экспериментального фактора. Поэтому многие исследователи не рассматривают мысленный эксперимент в числе разновидностей социального эксперимента4. Но поскольку в мысленных экспериментах используется описанная выше логика доказательства объяснительной гипотезы, можно их рассматривать в качестве определенного вида эксперимента, вернее экспериментоподобных (квазиэкспериментальных) методов исследования. Конечно, при этом нельзя забывать, что результаты мысленных экспериментов не имеют доказательной силы реального эксперимента как критерия истины. Поэтому они остаются гипотезами (хотя более обоснованными), требуют дальнейшего доказательства или реальными экспериментами, или другими формами практики 5. Как реальные, так и мысленные эксперименты можно дальше классифицировать но всем выделенным основаниям. Весьма распространенными разновидностями социального эксперимента являются, например, как реальные, так и мысленные экономические (хозяйственные) эксперименты, которые но специфике поставленной задачи (доминирующей функции) разделяются на научные и прикладные, но характеру экспериментальной ситуации — на более или менее контролируемые и т. д. По характеру и предмету исследования среди мысленных экспериментов можно различать эксперимент на знаковой модели, другие виды экспериментального (детерминационного, причинного) анализа ранее собранной информации, и эксперименты по схеме «экс-пост-факто». Прежде чем перейти к рассмотрению эксперимента на знаковой модели, несколько слов о модельном эксперименте вообще. Проверка гипотез производится здесь путем целенаправленной деятельности не на реальных объектах, а на их заменителях — на натурных, искусственных или знаковых моделях (аналогах). Модельный эксперимент в познавательном смысле сложнее обычного, потому что предварительно необходимо подобрать или создать модель, а после исследования — перенести результаты с моделями на действительный (или совокупный) объект исследования. Почти все социальные эксперименты, особенно социологические, производятся не на генеральной совокупности объектов исследования, а на натурной модели — выборке на основе наиболее существенных для данного исследования признаков. Репрезентативность выборки испытуемых является при этом предпосылкой репрезентативности результатов эксперимента. В качестве натурной модели могут в принципе быть не только группы испытуемых, представляющие все население или определенные социальные группы или слои, но и отдельные личности, представляющие определенные эмпирические социальные типы, образованные на основе типологического (таксономического) анализа результатов массового опроса. По определенному алгоритму можно выбрать типичных представителей исследуемой совокупности и провести с ними реальный эксперимент для проверки объяснительных гипотез, выдвигаемых на основе результатов анализа массового опроса. Если эксперимент по натурной модели (выборке) может являться как разновидностью реального, так и мысленного эксперимента, то эксперимент на знаковой модели относится всегда к мысленным экспериментам. В качестве знаковых моделей в мысленных экспериментах выступают математические, статистические, оптимальные, кибернетические модели. Отличительной чертой этих, проводимых на ЭВМ, экспериментов, является их многофакторность — исследователь может одновременно варьировать значения целого комплекса экспериментальных факторов в динамике их взаимодействия, а не значения отдельных факторов по очереди. Это позволяет ставить и решать задачи комплексного изучения сложных социальных процессов, перейти от уровня описания к уровню объяснения и далее к уровню прогнозирования. При этом обычно нет описанных выше трудностей, характерных для реального эксперимента (допустимость эксперимента, нейтрализация неэксиерименталь- ных переменных, сознательное участие испытуемых в эксперименте и т. д.). Но имеются другие трудности — эксперимент на математической модели возможен лишь там, где природа исследуемого процесса вообще допускает формализацию и количественное выражение и где исследуемый процесс достаточно изучен для того, чтобы формализовать интересующие нас связи и построить математическую модель. Подобная степень изученности до сих пор достигнута лишь относительно немногих социальных процессов, главным образом экономических и демографических. Сочетание математического моделирования социально-экономических процессов с реальными хозяйственными экспериментами можно считать наиболее целесообразным путем доказательства объяснительных гипотез в производственной сфере. Предварительное проведение мысленных экспериментов позволяет выдвигать более точные гипотезы для реальных хозяйственных экспериментов, проведение которых связано с немалыми затратами и риском. Изучение социально-экономического процесса на основе имитационной модели может сильно изменить представление о воздействии экспериментального фактора, иногда даже поставить иод сомнение целесообразность, своевременность реального эксперимента в данных условиях. С другой стороны, реальный эксперимент является существенной основой для мысленного эксперимента, для выработки более точной и обоснованной модели изучаемого процесса. Наряду с экспериментами на математических моделях более широкого распространения заслуживают и другие виды мысленного эксперимента на основе ранее собранной информации — различные приемы и процедуры экспериментального (причинного) анализа. К последним относятся различные варианты регрессионного анализа, детерминационный анализ, специально разработанный для социальной информации (в том числе данных по номинальной шкале) и др. Экспериментальный анализ как разновидность мысленного эксперимента предполагает при этом предварительное проведение теоретического анализа, четкое формулирование гипотезы, выделение структуры экспериментальных и неэксиериментальных переменных, формирование выравненных экспериментального и контрольного объектов. Деятельность по методу «проб и ошибок» как в реальном, так и в мысленном манипулировании различными факторами очень далека от экспериментирования, основывающегося на логической схеме доказательства объяснительных гипотез. Особой разновидностью мысленного эксперимента является так называемый эксперимент «экс-иост-факто». В отличие от описанных выше форм «чистого» мысленного эксперимента, основывающихся на уже собранной эмпирической информации, данный вид исследования предполагает сбор данных для проверки гипотез о причинных связях. Но это не означает проведения реального эксперимента — предполагаемая причинная связь уже осуществлялась (что дает основание рассматривать этот вид исследования как мысленный эксперимент), исследование направлено на сбор и анализ данных о свершившихся событиях, об условиях и предполагаемых причинах их свершения. Классическим экспериментом этого тина является проведенное в середине 30-х годов исследование американского социолога Э. Христиансен, направленное на проверку следующей гипотезы: чем выше уровень образования (количество оконченных классов), тем успешнее человек включается в экономическую деятельность (эмпирическим индикатором этой, зависимой переменной являлось повышение или сохранение уровня зарплаты при перемене места работы). Из 2127 человек, ушедших в 1926 г. из средних школ г. Сент-Пола (1130 из них окончили школу, 997 не окончили), в 1935 г. было разыскано и проинтервьюировано 1194 (671 с аттестатом зрелости и 523 без него). С помощью анализа документов были получены разносторонние введения о пребывании этих людей в школе. Результаты исследования подтвердили гипотезу: по мере увеличения количества оконченных классов росло число лиц, оказавшихся спустя 9 лет экономически более приспособленными — среди окончивших 7 классов их было 74 %, 8 классов — 85, 9 классов — 90 %. В целях более строгого выявления именно роли школьной подготовки в экономическом успехе были сформированы две максимально идентичные, по данным периода школьного обучения, группы (по 23 человека в каждой), различавшихся лишь по одному признаку (по независимой переменной) — наличию аттестата зрелости (у людей в экспериментальной группе она имелась, у людей второй группы — нет). Анализ данных интервью показал, что в экспериментальной группе за 9 лет, среди которых были годы жестокого экономического кризиса, повышали или сохранили свою зарплату 92 %, в контрольной группе — 58 %, что являлось достаточным доказательством исходной гипотезы. Известные специалисты в области социального эксперимента Ф. Чепин и Э. Гринвуд придавали большое значение исследованию Э; Христиансен и вообще эксперименту «экс-пост-факто», предсказав ему широкое распространение и видя в нем возможность социальных наук достичь равную с естественными науками точности в доказательстве объяснительных гипотез 6. Но эксперимент «экс-пост-факто» не нашел широкого распространения, этим методом исследования пользовались в единичных случаях. Тем не менее в идее доказательства объяснительной гипотезы через сбор информации о совершившихся событиях и анализ данных по строго выравненным группам заложены немалые возможности. Ведь для реализации и проявления многих причинно-следственных связей между социальными явлениями требуются годы, и реальный эксперимент для их изучения невозможен и нецелесообразен. По своему замыслу к данному виду исследования близки все лонгитюдные исследования. Последние можно называть экспериментами «экс-пост-факто», в случаях, когда выполняется требование строгой выравненности экспериментальной и контрольной групп и наличия четко сформулированной объяснительной гипотезы. По специфике поставленной задачи различаются научные и прикладные эксперименты. Научные эксперименты нацелены на приобретение новых знаний, прикладные же — на получение практического эффекта. В социальных экспериментах эти две функции тесно взаимосвязаны: один и тот же эксперимент является и элементом исследования, и элементом управления. Особенно ярко это проявляется в реальных экономических (хозяйственных), педагогических, пра вовых экспериментах. Но и в них все же преобладают или научные, или прикладные цели. В зависимости от этого основным критерием оценки результативности эксперимента будет или достижение достоверных научных знаний (и при этом требуется специальное доказательство надежности выводов исследования), или же достижение определенного эффекта в реальности (вопрос о том, вызван ли данный эффект действительно воздействием экспериментального фактора, стоит здесь менее остро, хотя критерием достоверности выводов нельзя пренебрегать и в прикладных экспериментах) . Наряду с прикладными экспериментами, выполняющими существенную научную функцию, проводятся эксперименты чисто прикладного характера, основывающиеся на теоретических положениях, истинность которых уже неоднократно доказана. Цель этих экспериментов — проверить, приведет ли определенное новшество и в данных конкретных условиях к определенным желаемым результатам. Проведение подобных экспериментов имеет и познавательную ценность, поскольку позволяет установить границы действия и формы проявления определенных причинно-следственных зависимостей. Познавательную ценность имеют и результаты других предпринимаемых новшеств, использования передового опыта и т. д., которые все же нельзя считать экспериментами. Отличительными чертами экспериментирования, в том числе и прикладного, остается всегда описание процесса через структуру переменных, точное формулирование гипотезы, целенаправленное манипулирование экспериментальными факторами. Наряду с теоретической и прикладной функциями, научный эксперимент имеет и методическую функцию, служащую средством проверки эффективности определенных процедур и приемов сбора и анализа эмпирической информации. В качестве разновидностей экспериментов следует выделить методический эксперимент, в котором эта функция доминирует. Научная ценность подобных экспериментов является очень высокой. Например, в зарубежной социологии существует большое количество экспериментальных исследований о влиянии различных особенностей опроса на его результаты. В нашей социологической литературе опубликовано очень мало данных по этому крайне важному вопросу 7. По специфике поставленной задачи можно различить проективные и ретроспективные эксперименты. Проективные эксперименты направлены в будущее: исследователь проектирует проявления предполагаемых следствий, вводя в действие гипотетические причины. Как особую разновидность проективных социальных экспериментов можно выделить созидательный эксперимент, нацеленный на проверку социального проекта, принципиально новых управленческих решений. Реальный эксперимент является всегда проективным, мысленный же — обычно ретроспективным, направленным в прошлое: исследователь манипулирует информацией о совершившихся событиях, пытается проверить гипотезы о причинах, вызвавших наличные следствия. Мысленные эксперименты могут быть и проективными, если они используются для прогнозирования будущих событий и если их выводы проверяются реальными экспериментами и другими методами исследования. По специфике поставленной задачи различаются одно- и многофакторные эксперименты. В однофакторном эксперименте проверяется гипотеза о следствиях воздействия одной независимой переменной, в многофакторном эксперименте — целого комплекса переменных в их взаимодействии. Реальные многофакторные социальные эксперименты проводятся редко, они для этого слишком сложны. Зато мысленные эксперименты являются часто многофакторными, в особенности же эксперименты на математических моделях. По характеру экспериментальной ситуации следует прежде всего различать контролируемые и неконтролируемые эксперименты. На результаты неконтролируемых экспериментов оказывают существенное влияние внеэкспериментальные факторы, характер и степень влияния которых неизвестны, часто остается неизвестной и сама природа этих факторов. Научно достоверный результат достигается в подобных экспериментах путем повторения опытов в различных условиях и с различными группами, чтобы привести к взаимному погашению (элиминированию) влияния побочных факторов. Контролируемый эксперимент часто называют идеальным, а также чистым и классическим экспериментом. Характерный для этого вида исследования контроль переменных означает выравнивание всех условий на экспериментальном и контрольном объекте, кроме воздействия экспериментального фактора, и периодическое измерение значений как экспериментальных, так и неэкспериментальных переменных. Контроль переменных означает и повторяемость эксперимента как данным исследователем, так и другим. Подобный эксперимент в социологии практически невозможен. Но возможным является приближение к нему, поэтому выделение этого типа эксперимента как идеала имеет существенное значение, хотя идеальным является контролируемый эксперимент лишь в смысле достижения внутренней валидности. Погрешности во внешней валидности, отклонения от характеристик всей совокупности, от всей сложности изучаемой реальности могут быть настолько большими, что полученный в контролируемых условиях «чистый» результат во многом теряет свое значение. Как правило, стремление к контролируемому эксперименту означает в социальных науках проведение эксперимента в лабораторных условиях. В лабораторном эксперименте пытаются искусственно создать условия, максимально приближенные как к задачам исследования, так и к реальной ситуации. Этим резко увеличиваются возможности контроля над переменными — элиминируются случайные обстоятельства и факторы, появляется больше возможностей фиксации значения переменных, вся ситуация становится более управляемой и повторяемой. Но выигрыш в обеспечении внутренней валидности может означать проигрыш во внешней валидности. С трудом добытый «чистый эффект» определенного фактора может оказаться довольно далеким от реальности, будучи получен в слишком стерильных условиях. Возможным источником ошибок при использовании метода наблюдения является осведомленность испытуемых о том, что они участвуют в эксперименте и их реакции фиксируются, что одни из реакций «правильнее», чем другие, и т. д. Поэтому одной из центральных проблем лабораторного эксперимента является правильное введение в эксперимент, правильный инструктаж: 1) объяснение целей эксперимента (для чего все это предпринимается); 2) объяснение задач испытуемых (что они должны делать); 3) призыв к нормальному, спокойному поведению «как всегда». Целями инструктажа является достижение однозначного понимания содержания проводимого опыта, создание положительной настроенности к нему и готовности к участию в нем. Для преодоления тенденции реагировать так, как ожидает экспериментатор, иногда предпринимается попытка замаскировать природу опыта, независимую переменную и основную гипотезу. Существует ряд специальных методик для маскировки ввода экспериментного фактора М измерения зависимой переменной, для создания фиктивного контекста опыта 8. Фиктивный контекст омыта должен включать в себя как независимую и зависимую переменные, так и всю процедуру опыта, должен быть убедительным для испытуемых и помочь в создании положительной мотивации в отношении участия в эксперименте. Создаваемый в ходе инструктажа фиктивный контекст опыта необходимо сохранить до конца эксперимента. Как с точки зрения надежности результатов, так и в этическом смысле очень существенно, чтобы у испытуемых не возникло подозрение, что их хотят ввести в заблуждение относительно природы эксперимента. ііаряду с созданием стабильного фиктивного контекста опыта весьма существенно (и весьма трудно) достичь того, чтобы поведение экспериментатора оставалось нейтральным, не выдавало бы его отношения к реакции испытуемых. Несмотря на все сознательные усилия экспериментатора, он часто ненамеренно подсказывает своим поведением, какие реакции испытуемых более «правильные», т. е. ближе к гипотезе исследования. Поэтому рекомендуется, чтобы лабораторный эксперимент проводил, по возможности, человек, который не знает исходной гипотезы. Нежелательное влияние непосредственного присутствия исследователя несколько меньше в игровой ситуации, обычно настолько эмоционально захватывающей, что настоящая цель эксперимента и вопрос о «правильности» реакций отодвигаются на задний план. В условиях лабораторного эксперимента испытуемые постоянно сознают различие между поведением в экспериментальной ситуации и в реальной жизни, поэтому возможности лабораторного эксперимента в выявлении закономерностей реального социального поведения меньше, чем закономерностей формирования и проявления устойчивых особенностей психики. Трудности в обеспечении внешней валидности результатов лабораторного эксперимента указывают на необходимость проверки выводов в повторных опытах, а также другими методами исследования. В полевом эксперименте ситуация воздействия экспериментального фактора гораздо более близка к естественным условиям, но вместе с тем и гораздо менее управляема и контролируема. Среди полевых экспериментов различаются активно направленные и естественные. Активно направленным является эксперимент, в котором исследователь активен: вводит в действие экспериментальный фактор, который, по его гипотезе, должен привести к определенным следствиям. Для большой естественности стремятся достичь того, чтобы испытуемые не знали о проводимом эксперименте, замаскировать ввод экспериментального фактора и наблюдений за зависимой и неэкспериментальными переменными (что создает немалые трудности для точной фиксации их значений). За 50 — 60 лет применения метода экспериментирования в социальных науках выработан целый ряд остроумных приемов проведения замаскированных, активно направленных экспериментов 9. В случаях, когда не удается предотвратить осведомленность испытуемых о проведении эксперимента, необходимо завуалировать цель эксперимента или дать правдоподобный фиктивный контекст опыта, чтобы уменьшить возможность сознательного «правильного» поведения. В естественном эксперименте изучаемый фактор не вводится экспериментатором, его воздействие вызвано естественным ходом событий. Исследователь разыскивает подходящую ситуацию, где экспериментальный фактор находился лишь в максимальной естественной изоляции от других факторов и лишь наблюдает за развитием событий до и после воздействия изучаемого фактора, фиксируя их, насколько это возможно. Для более надежных выводов относительно роли экспериментального фактора в наблюдаемых изменениях ситуации необходимо провести повторные исследования. Преимуществом этого вида исследования является полная естественность изучаемого процесса, а к недостаткам следует отнести сравнительную редкость и стихийность возникновения ситуации, соответствующей целям исследования, полную зависимость исследователя от хода событий, невозможность вмешательства, отсутствие возможности контроля над переменными (в том числе и точной фиксации их основных характеристик). Спорным остается вопрос, являются ли подобные исследования разновидностью эксперимента или наблюдения. Многие существенные признаки эксперимента отсутствуют (активность исследователя, контроль переменных), но сохраняется объяснительная гипотеза и логическая схема ее доказательства. ^ По логической структуре доказательства гипотезы различаются параллельные (симультанные) и последовательные (сукцессив- ные) эксперименты. В параллельном эксперименте доказательство опирается на сравнение состояний двух объектов, экспериментального и контрольного (в социальных исследованиях обычно экспериментальной и контрольной группы людей) в одно и то же время. Экспериментальной является группа, на которую оказал воздействие экспериментальный фактор, контрольной — где этого воздействия не было. Во всем остальном условия деятельности этих двух групп выравнены, выравнен и состав групп. Если в экспериментальной группе после воздействия исследуемого фактора наблюдаются определенные ожидаемые изменения, а в контрольной группе — нет, то гипотезу можно считать подтвержденной. Контрольных групп, конечно, может быть не одна, а две или три — тем более надежными будут результаты исследования. В последовательном эксперименте контрольная группа отсутствует. Одна и та же группа является контрольной до введения экспериментального фактора и в качестве экспериментальной после того, как этот фактор оказал (или мог бы оказать) предполагаемое воздействие. Доказательство гипотезы при этом типе эксперимента опирается на сравнение состояний исследуемого объекта до и после воздействия фактора.
<< | >>
Источник: В. Г. Андреенков, О. М. Маслова. Методы сбора информации в социологических исследованиях. Кн. 2. Организационно-методические проблемы опроса. Анализ документов. Наблюдение. Эксперимент - М.: Наука,. — 224 с. 1991

Еще по теме Глава 1 Проблема эксперимента в социологии:

  1. А.              Е. Кутейников ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ТРАДИЦИЯ В СОЦИОЛОГИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  2. Глава 13. СОЦИОЛОГИЯ БОЛТАНСКИ-ТЕВЕНО: МИРЫ И РЕЖИМЫ
  3. Глава 14.ЛАТУР: ПРАКТИКИ И СЕТИ
  4. ГГлава 2 ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ И «ТЕОРИЯ ЗАГОВОРА»
  5. ПРОБЛЕМЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ ЗА РУБЕЖОМ
  6. 5. СОЦИОЛОГИЯ В ГЕРМАНИИ , СОЦИОЛОГИЯ И НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМ
  7. 1. Что нам обещает социология
  8. Развитие российской социологии управления в довоенный период
  9. • Формирование социологии управления в послевоенный период
  10. Глава 1 Исторический очерк становления метода опроса