<<
>>

1.1. Зарождениеинститута акционерных соглашений в России

Россию традиционно принято относить к странам романо-германской правовой семьи. Многие положения и нормы российского законодательства были созданы посредством рецепции норм французского, немецкого права, а также римского права130.
В течение достаточно длительного периода в российской истории права институт акционерных соглашений отсутствовал. В конце XIX - начале XX веков в Российской империи начинает в значительной степени развиваться промышленное производство, создаются акционерные общества, появляются крупные монополии. Развивающиеся общественные отношения в данной сфере влекут появление потребности в создании института акционерных соглашений. Однако с высокой долей вероятности можно предположить, что череда различных внешних факторов, таких как Русскояпонская война, Революция 1905-1907 годов, Первая мировая война, а затем Февральская и Октябрьская революции 1917 года, помешали дальнейшему развитию указанных отношений и созданию правового института акционерных соглашений131 132. Начало Советской власти и смена парадигмы государственного управления и правовой политики не способствовали развитию деятельности акционерных обществ. В.И. Ленин в 1922 году в письме Д.И. Курскому писал о необходимости изменения «старого», «буржуазного» понятия о гражданском праве и создании «нового». В том же письме было отмечено, что «новое» гражданское право означает «новое отношение к “частным” договорам» и т.п. «Мы ничего ’’частного” не признаем, для нас все в области хозяйства есть публично-правовое, а не частное. Мы допускаем капитализм только государственный, а государство - это мы, как сказано выше. Отсюда - расширить применение государственного вмешательства в «частноправовые» отношения; расширить право государства отменять частные договоры; применять не corpus juris romani [Свод законов римского права - прим. моё, М.И.] к гражданским правоотношениям, а наше революционное правосознание» .
Задав идеологию для развития Советского государства такого характера, сложно было ожидать появления института акционерных соглашений в Советском Союзе133. Фактическое появление акционерных соглашений в России происходит после начала либерализации экономики и права в период перестройки. На появление в России первых акционерных соглашений в данный период указывают такие исследователи, как И.С. Шиткина134, М.В. Урсова135, Е.В. Балыкова136, H. Oda137 138. Это также подтверждается судебной и правоприменительной (договорной) практикой (проанализирована в дальнейшем по тексту настоящей главы). Таким образом, появляются общественные отношения в данной области. При этом, учитывая тот факт, что в соответствии с законодательством Российской Федерации судебная практика де-юре не является источником права, считаем, что вплоть до 2009 года правовой институт акционерных соглашений в Российской Федерации отсутствовал. В непосредственной взаимосвязи с вышеизложенным тезисом важно отследить отдельную правоприменительную практику и решения судов, которые были вынесены до закрепления правового института акционерных соглашений в гражданском законодательстве. Такие судебные решения имели если не прецедентное, то влияющее на правоприменение значение. Относительно правоприменительной (договорной) практики необходимо отметить, что акционеры крупных организаций воспринимали акционерные соглашения как необходимость при осуществлении управления данными организациями. Так, Е.В. Балыкова139 140 замечает, что крупные акционеры ОАО «ВымпелКом» (торговая марка «Билайн») - «Telenor» и «Altimo» заключили в 2001 году акционерное соглашение, согласно которому каждый из акционеров может выдвинуть в совет директоров сотового оператора по четыре человека. При этом один из четырёх от каждой стороны должен быть независимым директором, ещё один может выдвигаться «Telenor» только с согласия «Altimo». Позже, в январе 2002 года основные акционеры ОАО «Вимм-Билль-Данн» перед проведением IPO на Нью-Йоркской фондовой бирже заключили акционерное соглашение, согласно которому установили голосование акционеров на общем собрании акционеров единым блоком в пользу позиции, которую поддержало ! 140 участников акционерного соглашения .
Также обращает на себя внимание акционерное соглашение, заключённое между акционерами ОАО «МТС» (АФК «Система» и «Deutsche Telekom») в 2004 году, согласно которому в течение шести месяцев после проведения IPO «Deutsche Telekom» должна была не продавать принадлежащие компании акции ОАО «МТС» кому-либо, кроме АФК «Система». За что, в свою очередь, получила право назначать двух членов совета директоров по своему усмотрению141. Проводя анализ данного акционерного соглашения, необходимо подчеркнуть, что оно носило взаимовыгодный для акционеров характер. С одной стороны, обеспечивалось не уменьшение цен на акции только что размещённых на IPO, поскольку данная норма акционерного соглашения обеспечивала не увеличение предложения на рынке ценных бумаг на акции указанной компании. А с другой стороны, акционеры получали инструмент управления компанией в виде права назначения двух членов совета директоров. Кроме того, полагаем важным отметить соглашение акционеров, которое было заключено в 2008 году ОАО «ТНК-BP Холдинг». Благодаря закреплению в нём обязательств, необходимых для осуществления выхода на IPO, и введению в совет директоров указанной компании трёх независимых членов, удалось обеспечить необходимый уровень сдержек и противовесов в системе корпоративного управления и выйти из корпоративного конфликта142. Касательно судебной практики необходимо отметить, что в научной литературе и в юридических кругах143 много обсуждались и обсуждаются по сегодняшний день дела по иску трёх участников акционерного соглашения «Авеню Лимитед» («Avenue Limited»), «Сантел Лимитед» («Santel Limited»), «Джанао Пропертиз Лимитед» («Janao Properties Limited») в связи с осуществлением управления ОАО «Мегафон», о признании акционерного соглашения, заключённого 6 августа 2001 года между ними (далее - Акционерное соглашение ОАО «Мегафон») ничтожным144. Акционерное соглашение ОАО «Мегафон» регулировало порядок управления обществом, порядок продажи акций и некоторые другие вопросы, касающиеся правоспособности общества. При этом в соответствии с пунктом 15.1 Акционерного соглашения ОАО «Мегафон» был установлен порядок, предусматривающий применение иностранного (шведского) права к положениям данного Соглашения. Учитывая это, истцы по данному делу полагали, что некоторые положения Акционерного соглашения ОАО «Мегафон» должны быть признаны ничтожными в связи с нарушением публичного порядка, ряда норм Конституции и гражданского законодательства (Российской Федерации). Окончательное решение по данному делу было вынесено постановлением Федерального арбитражного суда ЗападноСибирского округа от 31 марта 2006 года, в соответствии с которым требования истцов были удовлетворены и Акционерное соглашение ОАО «Мегафон» было признано ничтожным в связи с содержащимся в нём положения о необходимости применения иностранного права к правоотношениям, вытекающим из указанного акционерного соглашения. В итоге из данного решения суда можно сделать следующие выводы: 1. При заключении акционерного соглашения, регулирующего взаимоотношения между акционерами по поводу управления акционерным обществом, может применяться исключительно гражданское законодательство (Российской Федерации). Иными словами, не может применяться иностранное право, даже если в самом акционерном соглашении содержится положение, согласно которому должно применяться иностранное право. Поскольку по состоянию на дату вынесения решения суда в гражданском законодательстве (Российской Федерации) отсутствовали положения о корпоративном договоре (акционерном соглашении) и стороны при заключении акционерного соглашения не могли ориентироваться на какой-либо механизм правового регулирования (ведь фактически, если они введут положение о применимости к соответствующим правоотношениям иностранного права, то это не будет соответствовать гражданскому законодательству Российской Федерации), обнаружилась, по нашему мнению, правовая неопределённость в системе корпоративного и договорно-правового регулирования, которая требовала устранения. 2. Учитывая также иные судебные решения и теорию гражданского права, стоит отметить, что гражданское законодательство (Российской Федерации) закрепляет принцип свободы договора (статьи 1 и 421 ГК РФ). Принимая это во внимание, теория и практика (последнее - в виде решений судов различных уровней судебной системы Российской Федерации) договорного права в целом сходятся на том, что возможно заключение договора, в том числе, не предусмотренного законом или иными правовыми актами. При этом, исходя из пункта 2 статьи 421 ГК РФ, не исключена возможность применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) к отдельным отношениям сторон по договору. Таким образом, формально с точки зрения закона и теории гражданского права нет очевидной целесообразности внедрения новых норм только для того, чтобы была возможность заключать акционерные соглашения. Необходимость создания новых норм, введение механизма правового регулирования акционерных соглашений связано со сложностью самой конструкции акционерных соглашений. Так, это связано с тем, что акционерное соглашение - это не просто договор, правовое регулирование которого схоже с договорами, содержащимися в части 2 ГК РФ, посвященной отдельным видам обязательств. Напротив, его правовая природа несколько иная. Полагаем, что акционерное соглашение является договором, регулирующим корпоративные правоотношения (отличие), но при этом для акционерного соглашения характерны общие положения, схожие с указанными отдельными видами обязательств. 3. Судом было установлено, что нормы акционерного соглашения, нарушающие положения законодательных актов или учредительные документы акционерного общества, являются ничтожными. Так, исходя из указанного решения суда, следует, что Акционерное соглашение ОАО «Мегафон» было признано ничтожным именно в связи с тем, что согласно ему было установлено положение о применении иностранного права к соответствующим правоотношениям. Стоит отметить, что данная позиция суда в этой части, возможно, была принята во внимание при реализации законодательной политики Российской Федерации, а именно определение в качестве ничтожного Акционерного соглашения ОАО «Мегафон» выявило необходимость внесения изменений в гражданское законодательство (Российской Федерации) при условии, что федеральный законодатель обеспечивает поддержание механизма правового регулирования договорных и корпоративных отношений, соответствующего сложившимся общественным отношениям. То есть, при осуществлении правовой (законодательной) политики, учитывает, в том числе, что субъектам права при невозможности использования иностранного права и при отсутствии соответствующих положений в гражданском законодательстве (Российской Федерации) не на что «ориентироваться» при заключении акционерных соглашений - отсутствует соответствующий механизм правового (законодательного) регулирования. Таким образом, при подготовке проекта федерального закона № 361887-4 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и статью 30 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» (далее - проект № 361887-4) ко второму чтению (внесен депутатами Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации: В.С. Плескачевским, А. А. Агеевым, Е.И. Богомольным, Д.В. Саблиным, А.С. Шибалкиным, Ю.В. Коганом, О.Д. Валенчуком) в расчёт было взято решение суда по делу об Акционерном соглашении ОАО «Мегафон». Проект № 361887-4, став Федеральным законом от 3 июня 2009 г. № 115-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и статью 30 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» (далее - Закон № 115-ФЗ), включил в Закон об акционерных обществах статью 32.1 «Акционерное соглашение». Также необходимо отметить, что данной точки зрения придерживаются некоторые исследователи. Так, в частности, в этой связи Д.И. Степанов указывает, что элемент мотивировочной части решения суда по делу Акционерного соглашения ОАО «Мегафон», признающий такое Акционерное соглашение ничтожным, «имел наиболее существенное значение, поскольку в данной части была подтверждена презумпция императивности российского корпоративного права»145. Дополнительно заметим, что до второго чтения в проекте № 361887-4 проектируемые положения о дополнении Закона об акционерных обществах статьей 32.1, посвященной акционерному соглашению, отсутствовали. Вместе с тем в соответствии с поручением Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации А.Д. Жукова, которое было дано 28 августа 2008 года, а также согласно обсуждению на совещании у Первого заместителя Председателя Правительства Российской Федерации И.И. Шувалова 5 ноября 2008 года, было принято решение включить в подготавливаемый на тот момент проект поправок положения об акционерных соглашениях. Стоит отметить, что уже в рамках данных поручений, а также в рамках работы Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти и Центрального банка Российской Федерации (Банка России) однозначно использовалась такая формулировка, как «проект федерального закона ”О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в части регулирования института акционерных соглашений”» [выделено - прим. моё, М.И.], а следовательно, уже начиная со второй половины 2008 года, можно говорить о создании или, по крайней мере, о процессе создания в Российской Федерации института акционерных соглашений и его закреплении на законодательном уровне. 4. Является неправомерным установление в акционерном соглашении следующих положений в силу их несоответствия гражданскому законодательству (Российской Федерации) (по состоянию на дату принятия решения суда по делу об Акционерном соглашении ОАО «Мегафон»): - об особом порядке подачи голосов акционерами на их общем собрании146 147; - об определении особого порядка проведения общих собраний акционеров 147 применительно к деятельности совета директоров ; - о запрете или ограничении конкуренции, в том числе, установление обязательства акционера по выходу из совета директоров, а также ~ 148 принудительная продажа акции . Схожее (с решением по делу о признании ничтожным Акционерного соглашения ОАО «Мегафон») решение суда было вынесено Арбитражным судом города Москвы по делу об оспаривании акционерного соглашения акционеров ЗАО «Русский Стандарт Страхование»148 149, которое было заключено 30 мая 2003 года между ООО «Русский Стандарт-Инвест», Рустамом Тарико и Компанией «Кардиф С.А.» («Cardif S.A»). В соответствии с пунктом 15 указанного Акционерного соглашения было установлено, что все вопросы толкования, действительности и исполнения этого соглашения регулируются правом Англии. В этой связи суд решил признать указанное Акционерное соглашение недействительным, поскольку оно не соответствует ряду норм гражданского законодательства (Российской Федерации), а также определил, что, поскольку данное Акционерное соглашение имеет все признаки договора о создании юридического лица с иностранным участием, ответчики не вправе были «подчинять» Акционерное соглашение действию права Англии. Вместе с тем в рамках данного решения суда также заслуживает внимания тот факт, что, по мнению суда, указанное Акционерное соглашение не соответствует гражданскому законодательству не только по той причине, что оно было подчинено праву Англии. Несмотря на то, что в большинстве решений судов подчинение акционерного соглашения иностранному праву являлось основной причиной признания такого соглашения недействительным, стоит отметить, что всё же имелись и другие решения, которые прямо указывали на невозможность регулирования прав и обязанностей акционеров акционерным соглашением. Так, в мотивировочной части указанного судебного решения отмечается: «согласно п. 1 ст. 67 ГК РФ [имеется в ввиду пункт 1 статьи 67 ГК РФ - прим. моё, М.И.], права и обязанности акционеров могут регулироваться Кодексом [имеется в ввиду ГК РФ - прим. моё, М.И.], ФЗ «Об акционерных обществах» [имеется в ввиду Закон об акционерных обществах - прим. моё, М.И.], учредительными документами. Закон не предусматривает возможности регулирования прав и обязанностей акционеров никакими иными документами, в том числе соглашениями акционеров» [выделено мною, М.И.]. Кроме того, полагаем важным отметить решение того же суда аналогичного характера о противоправности регулирования акционерным соглашением отдельных общественных отношений, которые возникают между акционерами, в связи с несоответствием гражданскому законодательству. Так, было принято решение о признании недействительным решения совета директоров об одобрении крупной сделки ЗАО «КМ Инвест»150. Таким образом, полагаем, что необходимость закрепления рассматриваемой правовой конструкции на законодательном уровне была обусловлена как сложностью и неоднозначностью самого института акционерных соглашений, так и существовавшей негативной судебной практикой, которая фактически сделала бесперспективным использование акционерного соглашения в качестве реального и действенного инструмента регулирования порядка осуществления прав участников акционерного общества. Стоит отметить, что непризнание института акционерных соглашений до его законодательного закрепления (при наличии фактически заключённых акционерных соглашениях) может являться специфической чертой российского правового регулирования. Так, в частности, Республика Колумбия, которая так же, как и Российская Федерации, заимствовала отдельные «детали» механизма правового регулирования из французского права, закрепила институт акционерных соглашений на законодательном уровне. Вместе с тем фактически существовали и признавались акционерные соглашения в Республике Колумбия до принятия Закона № 222 от 25 декабря 1995 года151 152 153, статьей 70 которого де-юре был закреплен институт акционерных соглашений. Фактически существовали и признавались акционерные соглашения в силу статьи 4 Торгового кодекса Колумбии от 27 марта 1971 г., закрепляющей автономию воли сторон при заключении договора, а также в соответствии со статьей 184 Торгового кодекса Колумбии от 27 марта 1971 г., позволяющей группе акционеров назначать представителя для того, чтобы он голосовал от их имени на собраниях акционеров . Примечательно, что в Российской Федерации при наличии принципов автономии воли сторон и свободы договора, правоприменительная практика «пошла другим путем». С учётом вышеизложенного, если придерживаться указанного ранее определения института права, данного Н.И. Матузовым и А.В. Малько , стоит отметить, что вплоть до 2009 года институт акционерных соглашений в гражданском законодательстве (Российской Федерации) отсутствовал. Отдельные акционерные соглашения, которые заключались акционерами крупных компаний и необходимость заключения которых «назрела», исходя из сложившихся общественных отношений, развития капиталистических отношений, некоторого экономического подъёма (по сравнению, например, с периодом «шоковой терапии» и 1998 годом), не пользовались или практически не пользовались судебной защитой. Из-за этого появилась154 необходимость внесения изменений в гражданское законодательство. И такие изменения сначала были внесены Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» в Закон об обществах с ограниченной ответственностью путём его дополнения положениями о договоре об осуществлении прав участников общества (корпоративном договоре), а затем в дополнение к этому внесены изменения Законом № 115-ФЗ в Закон об акционерных обществах в виде его дополнения новой статьей 32.1 «Акционерное соглашение». При этом, как уже было отмечено ранее, Закон № 115-ФЗ изначально вносился в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации с несколько иными целями. По нашему мнению, не стоит полагать, что внесение поправок к проекту № 361887-4 в части его дополнения положениями о создании института акционерных соглашений носили спонтанный характер. Немногим ранее внесения данных поправок Указом Президента Российской Федерации от 18 июля 2008 г. № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Указ № 1108) была утверждена Концепция развития гражданского законодательства. В соответствии с подпунктом «в» пункта 1 Указа № 1108 была определена необходимость сближения положений ГК РФ с правилами регулирования Европейского союза. Отдельные исследователи видят причинно-следственную связь между вынесением решения по делу об Акционерном соглашении ОАО «Мегафон» и другими схожими судебными решениями (как причина), с одной стороны, и подпунктом «в» пункта 1 Указа № 1108 (как следствие)155 - с другой. Так или иначе, изменения в гражданское законодательство в части дополнения Закона об акционерных обществах положениями об акционерном соглашении вступили в силу 8 июня 2009 года (Закон № 115-ФЗ). Вследствие этого риск того, что суд признает акционерное соглашение недействительным вне зависимости от того, какие права и обязанности для акционеров им предусмотрены, в значительной степени снизился. В соответствии с пунктом 1 статьи 32.1 Закона об акционерных обществах определено, что «акционерным соглашением признаётся договор об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) об особенностях осуществления прав на акции. По акционерному соглашению его стороны обязуются осуществлять определённым образом права, удостоверенные акциями, и (или) права на акции и (или) воздерживаться (отказываться) от осуществления указанных прав». Кроме того, в отличие от Закона об обществах с ограниченной ответственностью, которым было установлено только то, что понимается под договором об осуществлении прав участников общества, Закон № 115-ФЗ также определил ряд иных положений, устанавливающих механизм правового регулирования акционерного соглашения. Таким образом, начиная с данного момента, в гражданском законодательстве была определена небольшая относительно устойчивая группа норм, регулирующих сходные общественные отношения, связанные с акционерными соглашениями. А значит, с этого момента мы можем говорить о зарождении правового института акционерных соглашений. В результате законодательного закрепления данного института акционеры получили возможность регулировать свои взаимоотношения посредством установления взаимных прав и обязанностей в соответствии с условиями акционерного соглашения. Такое регулирование в соответствии со статьей 32.1 Закона об акционерных обществах» может осуществляться в отношении процесса голосования определённым образом на общем собрании акционеров; согласования подачи голосов на данном собрании с другими акционерами общества; покупки и продажи акций акционерного общества по заранее определённой акционерным соглашением цене; а также установления обязанностей воздержания от приобретения и (или) продажи акций в течение определённого периода времени, согласования действий при осуществлении управления деятельностью акционерного общества, при реорганизации и ликвидации акционерного общества и установления для акционеров общества, заключивших акционерное соглашение, иных, не запрещённых гражданским законодательством, прав и обязанностей. Важно также заметить, что акционерное соглашение - в соответствии с пунктом 4 статьи 32.1 Закона об акционерных обществах - является обязательным только для сторон, его заключивших, и не может устанавливать соответствующие права и обязанности для иных акционеров, не являющихся стороной акционерного соглашения, либо для всего акционерного общества в целом (за исключением случаев, когда акционерное соглашение заключено между всеми акционерами хозяйствующего общества155). В этой части стоит отметить сходство Закона № 115-ФЗ с положениями законодательных актов иных стран романо-германской правовой семьи, упоминавшихся ранее по тексту данного диссертационного исследования. Таким образом, считаем, что исполнение Указа № 1108 в этой части было надлежащим образом обеспечено. Также необходимо учитывать, что судебная практика с момента вступления в силу Закона № 115-ФЗ изменилась кардинальным образом. Если до этого момента, как было продемонстрировано ранее в ходе данного диссертационного исследования, суды «относились скептически» к признанию уже заключённых акционерных соглашений и признавали данные акционерные соглашения ничтожными, то после вступления в силу Закона № 115-ФЗ решения о признании акционерных соглашений ничтожными, имели место исключительно в случае, если грубым образом нарушались положения гражданского законодательства (Российской Федерации). Так, Арбитражный суд Самарской области по делу о признании недействительным акционерного соглашения ЗАО «Сатурно-ТП» принял решение о необоснованности требований истца156, требовавшего признания заключённого акционерного соглашения недействительным. Решение аналогичного характера о признании заключённого акционерного соглашения было вынесено по иску ОАО «Роснано» к ООО «Новые Технологии» . В случае же, если суды выносили решения о ничтожности заключённых акционерных соглашений, то это следовало из того, что положения таких акционерных соглашений не соответствовали нормам гражданского законодательства (Российской Федерации). Таковым, например, является оспаривание акционерного соглашения акционерного общества «АГРО Прогрессия» , которое было признано ничтожным на основании статьи 168 ГК РФ, поскольку его положения не соответствовали требованиям гражданского законодательства и учредительному документу указанного акционерного общества. Теоретические работы, посвящённые изучению данного вопроса, в частности работы Е.А Суханова157 158 159, С.И. Федорова160, подтверждают, что при создании института акционерных соглашений в России первоначально была взята за основу европейская модель акционерных соглашений. На наш взгляд, статья 32.1 Закона об акционерных обществах во многом схожа с системой регулирования акционерных соглашений, сложившейся в Германии и Швейцарии. Что же касается дальнейших изменений гражданского законодательства, направленных на совершенствование института акционерных соглашений, то Федеральный закон от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» (далее - Закон о внесении изменений в главу четвертую ГК РФ), который внёс значительное количество изменений в ГК РФ в части правового регулирования деятельности организаций различных организационно-правовых форм и установил в ГК РФ общие положения о корпоративном договоре161 (статья 67.2 ГК РФ), всё же вобрал в себя многие черты англо-американского правового регулирования института акционерных соглашений. По данному вопросу необходимо отметить позицию Е.А. Суханова, согласно которой первоначально «предполагалось непосредственно включение в текст ГК РФ общих правил о соглашениях акционеров, однако с ограничениями, что указанные акционерные соглашения не могут менять корпоративную структуру, порядок принятия корпоративных решений и иные корпоративные правила, устанавливаемые в расчёте на третьих лиц, которые не являются участниками таких соглашений»162. В результате принятия Закона о внесении изменений в главу четвертую ГК РФ первоначальная концепция была видоизменена в некоторой степени и появились отдельные заимствования из англо-американской модели. В частности, на это указывают такие исследователи, как М.В. Варюшин163 и Р.Г. Нуртдинов164. Очевидным примером такого заимствования может служить положение пункта 6 статьи 67.2 ГК РФ, согласно которому неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по корпоративному договору может являться основанием для признания недействительным решения органа управления хозяйственного общества по иску стороны данного корпоративного договора при условии, что на момент принятия указанным органом хозяйствующего общества соответствующего решения сторонами корпоративного договора являлись все участники хозяйственного общества. Необходимость введения данного уточнения представляется справедливой, поскольку акционерное соглашение (корпоративный договор) не должно ограничивать права тех лиц, которые не являлись его стороной, но которые при этом в силу наличия такого корпоративного договора могли бы понести некоторые лишения в виде отмены решения органа управления хозяйственного общества. Однако в этой связи стоит отметить тот факт, что решения коллегиальных органов управления хозяйственного общества принимаются большинством голосов (если иное не установлено учредительными документами общества), а следовательно, в ситуации, если бы ограниченные правом оказались в меньшинстве, для них бы представлялось справедливым подчиниться решению большинства вне зависимости от того, кто именно должен подчиниться такому решению. В связи с этим дополнительно отмечаем, что вопрос участия акционерного общества как стороны акционерного соглашения в России выходит за рамки настоящего диссертационного исследования. Кроме того, полагаем важным указать на позицию Е.А. Суханова: «каждая модель акционерных соглашений имеет свои сдерживающие механизмы, направленные на защиту кредиторов и акционеров, которые не участвуют в данном соглашении. В рамках англо-американской модели это требование о публичном раскрытии содержания корпоративного договора, которое меняет положения учредительных документов, а в рамках континентальной модели акционерных соглашений таким механизмом является принцип, согласно которому акционерные соглашения не могут влиять на права и обязанности третьих лиц, в том числе самого юридического лица и его органов»165. В рамках российского гражданского законодательства используются аналогичные иным странам романо-германской правовой семьи механизмы правового регулирования, но с определённой спецификой. Так, установлен запрет на отмену решений коллегиальных органов управления хозяйственного общества, если только сторонами корпоративного договора не являются все участники хозяйственного общества. 1.2. Место института акционерных соглашений в теории отечественного и зарубежного права В соответствии с пунктом 1 статьи 420 ГК РФ договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Согласно пункту 3 указанной статьи определено, что к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307-419 ГК РФ), если иное не предусмотрено правилами главы 27 ГК РФ («Понятие и условия договора») и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ (часть вторая ГК РФ). Исходя из указанного определения договора, явным образом следует, что акционерное соглашение признаётся гражданско-правовым договором, поскольку оно заключается между двумя или более сторонами, а его сущность направлена на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Вместе с тем, как следует из указанного пункта 3 статьи 420 ГК РФ, а также из положений части 2 ГК РФ, частью 2 ГК РФ установлены правила об отдельных видах договоров. При этом часть 2 ГК РФ не устанавливает таких правил применительно к акционерным соглашениям в частности и применительно к корпоративному договору в общем. Более того, часть вторая ГК РФ не содержит упоминаний корпоративного договора и акционерного соглашения вообще. В связи с этим можно отметить, что отсутствие корпоративного договора (или акционерного соглашения) в части 2 ГК РФ может быть связано, в том числе, с тем, что акционерное соглашение не является в «чистом» виде отдельным видом обязательства, характерным для гражданскоправовых отношений (как например, купля-продажа, мена, дарение и другие). Акционерное соглашение имеет также корпоративную природу. Таким образом, отмечаем двойственность правовой природы акционерного соглашения: с одной стороны, оно регулирует имущественные отношения в целом так же, как и иные отдельные виды обязательств, закреплённые в части 2 ГК РФ, с другой стороны, оно связано с упорядочиванием общественных отношений, определяющих участие в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения). В соответствии с пунктом 2 статьи 421 ГК РФ определено, что стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 указанной статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. Исходя из данной нормы, следует, что положения, устанавливающие правовое регулирования отдельных договоров и обязательств, из них вытекающих, могут быть установлены не только ГК РФ, но и иными правовыми актами. Такое правовое регулирование было установлено Законом № 115-ФЗ путём внесения изменений именно в Закон об акционерных обществах, а не в ГК РФ. На наш взгляд, данный факт связан с особым местом института акционерных соглашений в гражданском законодательстве. В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Закона об акционерных обществах определено, что данный Федеральный закон определяет порядок создания, реорганизации, ликвидации, правовое положение акционерных обществ, права и обязанности их акционеров, а также обеспечивает защиту прав и интересов акционеров. Заключение акционерного соглашения (что соответствует пункту 1 статьи 420 ГК РФ) влечёт возникновение прав и обязанностей акционеров, которые обеспечиваются и защищаются (в том числе, и путём установления мер ответственности и определения возможных способов обеспечения исполнения обязательств) в соответствии с положениями «специального» закона - Закона об акционерных обществах. А в случае отсутствия такого регулирования - в соответствии с «общим» законом - ГК РФ166. В связи с тем, что Законом об акционерных обществах определено специальное правовое регулирование, а институт акционерных соглашений во многом связан с определением порядка управления хозяйственным обществом (с корпоративными правоотношениями), полагаем, что институт акционерных соглашений занимает особое место в системе правового регулирования договорных и корпоративных правоотношений. Данный тезис, по нашему мнению, подтверждается закреплением положений о корпоративном договоре только в части 1 ГК РФ без включения соответствующих положений в часть 2 ГК РФ и установлением правового регулирования института акционерных соглашений в Законе об акционерных обществах, а не в части 2 ГК РФ. Говоря о месте института акционерных соглашений в системе правового регулирования, которая установлена гражданским законодательством, важно определить свободу, которую предусмотрел федеральный законодатель для сторон акционерного соглашения. В рамках данного направления исследования, на наш взгляд, явным образом прослеживаются заимствования из англоамериканской правовой семьи в российский механизм регулирования корпоративных договоров в общем и в механизм правового регулирования акционерных соглашений в частности. Так, по нашему мнению, проявляется некоторый отход от презумпции императивности корпоративного законодательства, который во многом характерен для стран романо-германской правовой семьи167. В этой связи, для раскрытия сущности императивности правового регулирования, важно отметить пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 г. № 16 «О свободе договора и её пределах»168. В соответствии с данным пунктом норма, определяющая права и обязанности сторон договора является императивной, если она содержит в себе явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренной этой нормой правила. Гражданское законодательство (пункт 1 статьи 32.1 Закона об акционерных обществах) прямо предусматривает возможность закреплять в акционерном соглашении положения о необходимости согласования определённых решений по управлению обществом, возможность закреплять обязанность акционеров голосовать определённым образом на общем собрании акционеров. Однако, как отмечают некоторые исследователи, например М.В. Варюшин, Р.Г. Нутрдинов169 170, предмет корпоративного договора в силу императивности корпоративного законодательства должен обладать определёнными границами. Следовательно, достаточно важным при определении законодательного механизма регулирования акционерного соглашения, кроме наличия императивных норм правового регулирования, является наличие принципа недопущения нарушения прав и законных интересов третьих лиц и интересов компании. Здесь также важно подчеркнуть, что пункт 4 статьи 66.3 ГК РФ устанавливает возможность акционеров непубличных обществ включать в содержание акционерных соглашений, заключённых всеми участниками общества, положения, которые не подлежат обязательному включению в устав общества. Более того, в соответствии с пунктом 7 статьи 67.2 ГК РФ установлено, что стороны корпоративного договора не вправе ссылаться на его недействительность в связи с противоречием положениям устава общества. Как отмечает Д.И. Степанов, это вполне логично. Поскольку в пункте 5 статьи 67.2 ГК РФ указано, что корпоративный договор не создает обязанностей для лиц в нём не участвующих . Данное положение о некотором отходе от презумпции императивности корпоративного законодательства в части установления акционерным соглашением иного правового регулирования, нежели чем это предусмотрено гражданским законодательством (пункт 3 статьи 66.3 ГК РФ) по широкому кругу вопросов, в том числе вопросам о передаче на рассмотрение наблюдательного совета или коллегиального исполнительного органа положений, отнесённых гражданским законодательством (Российской Федерации) к компетенции общего собрания акционеров (за некоторыми исключениями, указанными в подпункте 1 пункта 3 статьи 66.3 ГК РФ), было заимствовано из англо-американской правовой системы. Проводя исследование института акционерных соглашений, необходимо определиться с правовой природой акционерного соглашения. Ведь как было отмечено в определениях института права, делается акцент на присутствии совокупности относительно устойчивых правовых норм. А это означает, что сами нормы также должны быть подвержены анализу. Рассмотрение данного вопроса стоит начать с определения понятия акционерного соглашения. В соответствии с пунктом 1 статьи 32.1 Закона об акционерных обществах акционерным соглашением признаётся договор об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) об особенностях осуществления прав на акции. В английском праве под акционерным соглашением понимается договор между акционерами либо между акционерами и компанией, определяющий порядок прав в отношении компании, в соответствии с которым акционеры уменьшают возможность наступления конфликта . Во французском акционерном праве под акционерным соглашением понимается договор между всеми или частью акционеров, направленный на аккумулирование и организацию эффективного контроля над фирмой . В американском праве акционерные соглашения являются закрытыми от посторонних глаз контрактами (из-за принципа конфиденциальности любых 171 172 соглашений) и позволяют решать практически любые вопросы вплоть до определения структуры управления компанией, но с учётом обязательного субъектного состава при заключении соглашения . В немецком корпоративном праве акционерное соглашение также считается гражданско-правовым договором, устанавливающим обязательственные правоотношения заключивших его сторон- акционеров . Исходя из представленных определений акционерного соглашения по праву различных государств можно полагать, что правовая сущность акционерного соглашения выражается в том, что оно направлено на распоряжение уже имеющимися правами акционеров. Из-за наличия у них акций в форме их агрегирования (прав нескольких акционеров) в виде акционерного соглашения с одновременным установлением обязанностей действовать согласно договорённости, достигнутой акционерным соглашением. Иными словами, правовая природа акционерного соглашения состоит в том, чтобы закрепить осуществление согласованных между акционерами действий по управлению акционерным обществом. В связи с тем что принятие соответствующих решений может касаться интересов всех участников общества, пунктом 4.1 статьи 32.1 Закона об акционерных обществах установлена обязанность уведомления общества о факте его заключения не позднее 15 дней со дня его заключения. А в соответствии с пунктом 1 статьи 89 Закона об акционерных обществах для общества установлена обязанность хранения уведомлений о заключении акционерных соглашений, а также списков лиц, заключивших акционерное соглашение. Более того, сравнительно недавно, из-за изменений (в том числе, дополнение новой главой 71.1), внесённых в Положение о раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг, утверждённое Банком России 30 декабря 2014 г. № 454-П (Зарегистрировано Минюстом России 12 февраля 2015 г. 173 174 175 176 № 35989), указанием Банка России от 16 декабря 2015 г. № 3899-У «О внесении изменений в Положение Банка России от 30 декабря 2014 года № 454-П «О раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг» (Зарегистрировано Минюстом России 26 февраля 2016 г. № 41227) (далее - Указание Банка России)176, была установлена обязанность раскрытия публичными акционерными обществами информации о содержании каждого полученного ими уведомления о заключении его акционерами акционерного соглашения и (или) о приобретении лицом в соответствии с акционерным соглашением права определять порядок голосования на общем собрании акционеров по акциям публичного акционерного общества путём опубликования текста; полученного им уведомления об акционерном соглашении; на странице, предоставляемой одним из информационных агентств, которые в установленном порядке уполномочены на проведение действий по раскрытию информации о ценных бумагах и об иных финансовых инструментах, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Таким образом, в связи тем, что данная информация стала доступной широкому кругу заинтересованных лиц в соответствии с Указанием Банка России, полагаем, что его принятие подчёркивает публичный характер правовой природы акционерного соглашения. Говоря о правовой природе акционерного соглашения, важно также учитывать, что отдельные исследователи, в частности В.Н. Гурьев , 178 В.К. Андреев , отмечают, что акционерное соглашение не может рассматриваться как фидуциарный и смешанный договор, который бы включал в себя элементы комиссии, купли-продажи акций, поручительства, мены, залога и другие элементы. * 178 Гурьев В.Н. Акционерное соглашение как группа корпоративных договоров: автореф. канд. юрид. наук. М., 2012. С. 10-11. 1 Андреев В.К. Природа корпоративного соглашения // Право и бизнес. 2014. № 2. С. 2-6. Необходимо отметить, что многие авторы делают акцент на том, что правовая природа акционерных соглашений может быть различна в зависимости от того, в странах с какой именно экономической системой планируется заключение или уже заключаются акционерные соглашения. Вероятно, это зависит от степени развитости соответствующих экономик, наличия в них гражданских и политических свобод, создания условий для развития предпринимательства, то есть развития в них институтов в значении, придаваемом этому понятию новой институциональной экономической теорией177, а также от иных факторов. Так, в частности, ряд исследователей различают правовую природу заключаемых акционерных соглашений в различных странах в зависимости от структуры акционерного общества и (или) капитала в акционерном обществе, характерного для той или иной страны (дисперсная, концентрированная)178. Российская практика функционирования акционерных обществ характеризуется в подавляющем большинстве случаев концентрированной структурой капитала. Во многом это объясняется наличием институционально-экономической проблемы «принципал-агент»179, а также попыткой избегания корпоративных конфликтов между мажоритарными акционерами. Важно заметить, что эти вопросы обсуждались при подготовке изменении в гражданское законодательство , направленных на создание института акционерных обществ, а значит, институциональная структура положений Закона об акционерных обществах должна это учитывать, что подтверждается проведением анализа, с учётом данного предмета, статьи 32.1 Закона об акционерных обществах. Ещё одно отличие от законодательства зарубежных стран заключается в законодательной природе акционерного соглашения как гражданско-правовой сделки, закреплённой гражданским законодательством. В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности вытекают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. Типичные договорные конструкции, предусмотренные гражданским законодательством, содержат нормы права, устанавливающие общие правила поведения, и являются абстрактными типовыми правоотношениями с императивным или диспозитивным содержанием . При этом, как отмечает М.М. Агарков, юридический факт (договор) создаёт, изменяет или прекращает правоотношение в действительности между субъектами, у которых есть права и корреспондирующие с ними обязанности180 181 182. В свою очередь, договор основан на норме права или применительно к акционерным соглашениям на положениях статьи 67.2 ГК РФ и статьи 32.1 Закона об акционерных обществах. Исходя из этого в соответствии с гражданским законодательством (Российской Федерации) акционерное соглашение, как и любой другой договор, не может распространять своё действие на акционеров общества, не заключивших акционерное соглашение, а сторонами такого соглашения, как указано в пункте 1 статьи 67.2 ГК РФ, могут быть участники хозяйственного общества или некоторые из них. Вместе с тем данное обстоятельство в некоторой степени отличает правовую природу акционерного соглашения, заключённого в соответствии с гражданским законодательством (Российской Федерации) от акционерного соглашения, заключённого в соответствии с законодательством отдельных стран англоамериканской правовой семьи. Так, в частности, в доктрине английского права отмечается, что стороной акционерного соглашения могут являться также отдельные третьи лица, что недопустимо в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации, учитывая указанную формулировку ГК РФ. Так, например, в английском праве стороной акционерного соглашения может быть лицо, обеспечивающее исполнение договорных обязательств (поручитель - guarantor) . Учитывая это, а также принимая во внимание положения статьи 1 и 421 ГК РФ, полагаем возможным внесение соответствующего изменения в пункт 1 статьи 67.2 ГК РФ, изменив императивный характер формулировки указанной нормы, в целях обеспечения возможности третьих лиц (например, указанного ранее поручителя) выступать в качестве стороны акционерного соглашения, что, на наш взгляд, могло бы стимулировать экономический рост и экономическое развитие вследствие того, что возможность использования института поручительства в рамках акционерных соглашений (закрепление соответствующих норм в самих акционерных соглашениях) позволило бы контрагентам по соглашениям быть в большей степени уверенными в надлежащем исполнении обязательств по таким соглашениям, то есть привело бы к большей стабильности гражданского оборота. Проводя сравнительно-правовой анализ природы акционерного соглашения по российскому и немецкому законодательству, важно подчеркнуть, что в немецкой литературе в основном присутствует точка зрения, в соответствии с которой «Stimmbindungsvertrag» представляет собой вид сделки, модифицированной из гражданско-правового договора участников о создании общества в значении § 705 Германского гражданского уложения, который, если 183 184 проводить аналогии с гражданским законодательством (Российской Федерации), схож с договором, определяющим порядок осуществления совместной деятельности учредителями акционерного общества, установленный пунктом 1 статьи 98 ГК РФ. Вместе с тем немецкими правоведами отмечается, что не всегда соглашение участников корпоративного образования может быть подчинено правилам о совместной деятельности. Например, если один из участников при осуществлении права голоса подчиняется указаниям другого участника, отсутствуют признаки гражданско-правового соглашения участников о создании акционерного общества из-за того, что участники общества не преследуют единой цели Анализ научной литературы, законодательных актов, а также судебной практики зарубежных государств показывает, что акционерные соглашения как инструмент индивидуально-правового регулирования отношений акционеров с целью оптимизации их интересов, обеспечения дополнительной защиты прав акционеров, совершенствования существующих в конкретных условиях механизмов корпоративного управления признаются во многих правопорядках. Несмотря на это, важно подчеркнуть, что до настоящего времени ни в одной из проанализированных стран не появились механизмы правового регулирования института акционерных соглашений, которые бы носили универсальный характер. Для многих зарубежных стран (например, Французская Республика, ФРГ, Швейцарская Конфедерация) специальное правовое регулирование акционерных соглашений нехарактерно. Это связано с тем, что акционерные соглашения регулируются общими нормами договорного права, так же, как и многие иные гражданско-правовые сделки и договоры. При этом содержание и структура акционерных соглашений определяются сложившейся правоприменительной практикой. 185 Существование акционерных соглашений в указанных странах является скорее фактом, а не сложившейся и нормативно урегулированной юридической конструкцией. Отсюда и анализ акционерных соглашений носит казуистический характер, опираясь на догматические и практические данные. Вместе с тем, как было продемонстрировано ранее, в Российской Федерации практический подход, в соответствии с которым в силу существующих общественных отношений и потребностей экономических отношений заключались акционерные соглашения, в том числе используя право иностранных стран, не сложился. Решение по делу об Акционерном соглашении ОАО «Мегафон» и другие резонансные судебные решения продемонстрировали, что без законодательного закрепления правового института акционерных соглашений у сторон, заключающих акционерное соглашение, отсутствует возможность «опираться» на какие-либо нормы права, за исключением общих положений об обязательствах (договорах), которых явно недостаточно. А значит, полагаем, что институционализация акционерных соглашений стала возможна только в силу внесения соответствующих изменений в гражданское законодательство. В результате проведённого анализа зарубежной научной литературы по вопросам развития институциональных основ акционерных соглашений, считаем необходимым особо отметить тот факт, что появление акционерных соглашений является результатом формирования доктринальных основ допустимости и правомерности регулирования соглашений между участниками хозяйственных обществ. Так, в частности, это было связано с вопросом соотнесения установления обязательств в соответствии с заключённым акционерным соглашением по голосованию определённым образом, с одной стороны, и с требованием о свободе осуществления прав по своему собственному усмотрению - с другой. Применительно к появлению института акционерных соглашений в Российской Федерации стоит отметить, что, несмотря на накопившуюся судебную практику и даже появление отдельных научных исследований, посвящённых исследованию вопроса становления в Российской Федерации правового института акционерных соглашений, из-за особенностей правовой системы в России для институционализации акционерных соглашений потребовалось принятие Закона № 115-ФЗ. Таким образом, с учётом вышеизложенного необходимо сделать вывод о том, что зарождение института акционерных соглашений в различных странах проходило по-разному. Предпосылками для этого являлось развитие экономических и общественных отношений, которое в свою очередь требовало закрепления механизма правового регулирования. В европейских странах и в США это происходило во второй половине XIX века - начале XX веков, в том числе, как следствие развития в значительной степени экономики, науки и техники. В России в силу различных причин институт акционерных соглашений появился намного позже, чем в ведущих западных странах. Его появление можно отнести к 2009 году, когда Законом № 115-ФЗ были внесены соответствующие изменения в Закон об акционерных обществах. Только после этого произошло изменение судебной практики, которая до вступления в силу Закона № 115-ФЗ не признавала акционерные соглашения сделкой, влекущей правовые последствия. Также следует подчеркнуть, что в российской модели регулирования акционерных соглашений присутствуют как черты, заимствованные из романогерманской модели правового регулирования акционерных соглашений, так и заимствованные из англо-американской модели. При этом если первоначально, в момент создания института акционерных соглашений, предпочтение отдавалось романо-германской правовой семье, то в дальнейшем, в том числе, в Законе о внесении изменений в главу четвертую ГК РФ, по нашему мнению, наблюдается уклон в сторону англо-американской правовой семьи. Дополнительно применительно к части настоящего диссертационного исследования, посвящённой правовой природе акционерного соглашения, важно сделать вывод о том, что вне зависимости от того, право какой страны является предметом изучения, акционерное соглашение носит договорный характер. Данная точка зрения подтверждается и позицией уполномоченного на нормативно-правовое регулирование в соответствующей сфере федерального органа исполнительной власти, которая была направлена письмом Минэкономразвития России от 14 сентября 2009 года № Д06-2643 «О разъяснении изменений, внесённых в Федеральный закон «Об акционерных обществах»186. Содержание акционерного соглашения специфично для каждого конкретного случая, что обусловлено необходимостью использования различных инструментов при управлении компанией в различных ситуациях. Однако в силу прав, установленных для акционеров общества гражданским законодательством, по нашему мнению, возможно выделение двух типичных обязательств, которые могут быть включены в акционерное соглашение. Первое - установление обязанностей купить или продать определённое количество акций в случае наступления определённых акционерным соглашением условий. Второе - установление обязанности голосовать на общем собрании акционеров определённым образом. Из этого также следует, что предметом акционерного соглашения является согласование порядка и условий осуществления сторонами акционерного соглашения прав, удостоверенных акциями и (или) прав на акции. На основании вышеизложенного необходимо сделать общий вывод о том, что акционерное соглашение позволяет использовать при управлении компанией дополнительный инструмент, который в определённых ситуациях может сделать такое управление более стабильным и эффективным и, учитывая основную цель деятельности акционерных обществ, принести большую прибыль.
<< | >>
Источник: Иноземцев Максим Игоревич. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СТОРОН ЗА НАРУШЕНИЕ АКЦИОНЕРНОГО СОГЛАШЕНИЯ ПО ПРАВУ РОССИИ И ЗАРУБЕЖНЫХ ГОСУДАРСТВ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2017

Еще по теме 1.1. Зарождениеинститута акционерных соглашений в России:

  1. Соглашение о Партнерстве и Сотрудничестве Полный текст соглашения, подписанного 24 июня 1994 года на о. Корфу между Европейским Союзом и Российской Федерацией
  2. Эволюция торгово-экономических отношений между Россией и Габсбургской монархией в условиях мировых кризисов начала ХХ в.
  3. § 64. Акционерное общество. - Происхождение этой формы в России, нынешнее состояние закона и виды на будущее. - Сущность компании на акциях. - Предмет ее.
  4. Англо-русская конвенция 1907 г. и её влияние на тибетскую политику России
  5. История развития акционерных обществ и акционерного законодательства в России
  6. Тема № 1. История развития акционерных обществи акционерного законодательства в России и за рубежом
  7. Иноземцев Максим Игоревич. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СТОРОН ЗА НАРУШЕНИЕ АКЦИОНЕРНОГО СОГЛАШЕНИЯ ПО ПРАВУ РОССИИ И ЗАРУБЕЖНЫХ ГОСУДАРСТВ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук, 2017
  8. ОГЛАВЛЕНИЕ
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. ГЛАВА 1. ИНСТИТУТ АКЦИОНЕРНЫХ СОГЛАШЕНИЙ И ЕГО МЕСТО В ТЕОРИИ ОТЕЧЕСТВЕННОГО И ЗАРУБЕЖНОГО ПРАВА
  11. 1.1. Предпосылки зарождения института акционерных соглашений
  12. 1.2. Зарождение института акционерных соглашений в зарубежных странах
  13. 1.1. Зарождениеинститута акционерных соглашений в России
  14. ГЛАВА 2. ОСНОВАНИЯ ПРИВЛЕЧЕНИЯ СТОРОН АКЦИОНЕРНОГО СОГЛАШЕНИЯ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ
  15. 2.1. Теоретические основы выделения оснований привлечения сторон акционерного соглашения к ответственности
  16. 2.1. Отдельные основания привлечения сторон акционерного соглашения к ответственности по праву России и зарубежных стран
  17. 3.1. Меры ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, вытекающих из акционерного соглашения
  18. 3.2. Способы обеспечения исполнения обязательств, вытекающих из акционерного соглашения
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -