<<
>>

§ 1.2 Генезис развития правового института унификации норм, регулирующих трудовые отношения с участием иностранных лиц

Исследование унификации норм, регулирующих трансграничный труд, невозможно без определения особенностей и предпосылок исторического развития данного процесса. Специфика трудовых отношений определяется тем, что центральное место в них занимает работник.
Такая структура трудового правоотношения во многом обусловила генезис унификации регулирующих его норм. Правовой статус работников на протяжении многих десятилетий оставался очень ограниченным, особого внимания вопросам единообразного правового регулирования труда, а тем более трансграничного труда, долгое время не уделялось. Основным толчком в изучении проблемы унификации стала промышленная революция и распространение идей трудового гуманизма . На начальном этапе, национальное трудовое законодательство государств очень отличалось по уровню развития, объему предоставляемых работникам, в том числе иностранным, прав и гарантий, количеству регулируемых сфер трудового отношения. Увеличение значения трудовой миграции привело к тому, что особым направлением в процессе унификации норм, регулирующих труд с иностранным элементом, стало международное сотрудничество. Международные акты, как правило, двусторонние международные соглашения, должны были стать инструментом унифицированного регулирования трансграничного труда . Одним из первых значение международных соглашений в сфере труда подчеркнул Д. Легран, который вел активную деятельность, направленную на развитие идеи международного регулирования труда . Важную роль в работе по трансграничному регулированию труда играла международная конференция по 71 72 73 вопросам труда, которая впервые состоялась в Берлине в 1881 г. На данной конференции были сформулированы единые положения в отношении трудовых вопросов, адресованные 13 европейским государствам. Основными унификационными целями данной конференции были выработка международных соглашений о труде, анализ статистической информации, оценка перспектив работы будущих конференций .
Следующим шагом стала международная конференция по трудовому праву 1900 г., в повестке дня которой были вопросы регулирования рабочего времени, работы в ночное время, создание эффективных гарантий в сфере охраны труда. Наиболее значимым результатом работы конференции стало создание Международной ассоциации защиты трудящихся, которая впоследствии была преобразована в Международную организацию труда (МОТ) . Данная ассоциация не получила статуса международной организации, однако вела активную деятельность в сфере анализа национального законодательства участвующих государств по ключевым вопросам трудового права, что формировало основу для будущей международной унификации правового регулирования труда. В 1919 г. на основании Версальского мирного договора в качестве одного из подразделений Лиги Наций была создана МОТ74 75 76. Представляется, что данное событие является ключевым в процессе создания единообразного регулирования труда. Изучение вопросов унификации норм, регулирующих трансграничные трудовые отношения, начиналось с рассмотрения специфических вопросов, то есть шло по пути от частного к общему. Например, Ф. Лист, в своем труде Международное право в систематическом изложении, исследует вопросы унификации трудоправовых норм международного значения, анализируя вопросы международного запрета торговли женщинами и охраны рабочих77. В частности, ученый подчеркивает ценность заключенных между Италией и Францией «рабочих договоров» и торговых соглашений между Германской Империей и Италией, Швецией и Австро-Венгрией и др., в соответствии с которыми названные государства взяли на себя обязательство распространить национальный режим на трудящихся-мигрантов . В отечественной доктрине, наиболее общие теоретические вопросы унификации международного частного права затрагивались в работах В.П. Звекова, С.Н. Лебедева, Л.А. Лунца, О.Н. Садикова и других . Однако разработке проявления унификации в сфере трансграничного труда особого внимания не уделялось. Проведенный анализ доктрины показал, что изучение проблемы унифицированного регулирования трудовых отношений, осложненных иностранным элементом, необходимо через призму принципов международного права.
Применительно к трансграничным трудовым отношениям, одним из 80 фундаментальных начал является «принцип национально режима» . Данная концепция, по нашему мнению, является системообразующей в процессе унификации норм, регулирующих трансграничный труд. История развития национального режима в сфере международного труда складывалась постепенно и берет свое начало еще в период средневековья. Так, в своей работе «О праве войны и мира» Гуго Гроций («De jure belli ac pacis» («О праве войны и мира»), 1625 г.) закладывает основы содержания принципа национального режима, говоря о том, что существует «общее право согласно предположению относится к действиям, которые тот или иной народ предоставляет всем иностранцам наравне со своими гражданами...И если при этом один какой-нибудь народ исключается, то ему этим причиняется несправедливость. Так, если иностранцам дозволено где-либо охотиться, ловить рыбу, птиц, собирать жемчуг, наследовать по завещанию, продавать вещи, 78 79 80 заключать браки с женщинами даже тогда, когда в них не испытывается недостатка, то одному народу нельзя воспретить этого иначе, как вследствие совершения преступления». Гроций неоднократно обращает свое внимание на предоставление иностранцам возможности осуществлять свои права наравне с гражданами государства приема. Ученый пишет, что в государстве «существуют законы, существуют судьи и прочие необходимые вещи, дабы там иностранцы могли добиться того, что им следует по праву, не менее, чем частные лица о 1 взаимно между собой» . Кроме того, Г. Гроций определяет еще один существенный признак принципа национального режима, а именно возможность наличия изъятий из такого режима: «сказанное же нами о дозволениях следует понимать в смысле дозволений как бы в силу естественной свободы, которая не отменяет какого-либо закона, но не в смысле разрешения по снисхождению, то есть в результате смягчения строгости закона. Отказ в снисхождении не есть правонарушение» . Эмер де Ваттель, отводя в своем труде «Право народов, или Принципы естественного права, применяемые к поведению и делам наций и суверенов» целую главу правовому положению иностранцев, указывает, что фундаментом построения и регулирования отношений с иностранцами является соблюдение основ гуманизма и справедливости.
Он пишет, что «даже в тех государствах, на чью территорию иностранец может свободно вступить...суверен допускает его под тем молчаливым условием, что иностранец будет подчинен законам. Будучи подчинены местным законам, иностранцы, нарушившие их, должны быть наказаны в соответствии с местными законами государства» . И так же, как и Гуго Гроций очерчивает границы применения принципа национального режима, упоминая об изъятиях: «иностранец, действительно, не может нести повинности, которые непосредственно связаны с качеством гражданина; но все другие 81 82 83 повинности он должен в своей части выполнять. Хотя он и освобожден от военной службы и от платежа таких налогов, которые предназначены для поддержания прав нации, он должен платить пошлины, налагаемые на продукты питания, товары и т.д., одним словом, все пошлины, которые касаются пребывания в стране или тех дел, которые привели его в страну»84 85. Несмотря на то, что и Гуго Гроций, и Эмер де Ваттель в своих трудах приводили примеры и обосновывали применение принципа национального режима, практически в том его объеме, в котором он существует сегодня, ни один из них не давал определения данному принципу. Кроме того, для современного этим ученым времени возможность полного уравнивания иностранцев и граждан в правах была едва ли возможным. Потребность в регулировании правового статуса трудящихся-мигрантов в России появилась в XV веке, в связи с привлечением для работы в качестве мастеров большого количества подданных других государств. Как справедливо писал И.Е. Андреевский в своей работе «О правах иностранцев в России до вступления Иоанна III Васильевича на престол княжества Московского», решение вопроса определения правового статуса, и соответственно совокупности прав и обязанностей иностранцев на территории определенного государства зависит от множества косвенных факторов, и всегда зависит от местных государственных условий и поэтому определенность в данной проблематике достичь достаточно 85 сложно . В указанном труде, И.Е.
Андреевский проводит анализ правового положения иностранца, в том числе работника, в России, и указывает на то, что иностранным лицам, в целом, предоставлялись соизмеримые права с правами подданных Российской Империи, однако с большими ограничениями. Иностранные лица имели право свободного въезда, выезда на и с территории России, ряд имущественных прав, а также обязанности по отношению к Российскому государству. В Своде законов Российской империи, в главе о правах и обязанностях российских подданных, в ст. 40 закреплялось, что «правами российских подданных иностранцы, в России пребывающие, пользуются с соблюдением ограничений, установленных законом»86 87. Кроме того, ст. 43 говорила о том, что «сила законов равно обязательна для всех без изъятия российских подданных и для иностранцев, в Российском Государстве пребывающих» . Анализ приведенных выше норм показывает, что предпосылки нормативного закрепления принципа национального режима в России появились еще в XIX столетии, чего до этого времени ни в России, ни в Европейских государствах не было. До И.Е. Андреевского к вопросу определения правового статуса иностранного лица обращался также и В.Н. Лешков. Он проанализировал в своем труде современное ему законодательство об иностранных лицах России и аналогичные нормы, содержащиеся в актах европейских государств. В.Н. Лешков на основе сравнительного анализа выявил тенденцию общей заинтересованности России на протяжении всей ее истории в привлечении иностранных рабочих на свою территорию, в связи с чем, Россия всегда предоставляла более благоприятный режим для иностранцев, нежели чем другие государства88 89. Тем не менее, говорить о наличии и реализации в отношении иностранцев принципа национального режима в то время не приходится. Как отмечает в одной из своих работ Н.Г. Доронина, «предоставление национального режима никогда не означало полной идентичности в правах иностранных и отечественных 89 граждан» . В рассвет миграционной активности XIX века, появилась тенденция к естественной унификации правового регулирования различных аспектов взаимодействия местного населения и иностранных колонизаторов, а также правового положения рабочей силы из колонизированных государств.
Тем не менее, предлагаемое на территории колоний унификационное право применялось ~ 90 только в той степени, в которой оно не противоречило местным правилам . Кроме того, принцип национального режима был также максимально ограничен, особенно в индустриально развитых государствах, поток трудовых мигрантов в которые был наиболее высок90 91. Дальнейшее развитие принцип национального режима в зарубежных странах получает в конце XIX и начале XX вв., когда латиноамериканские страны в попытке привлечения рабочей силы и инвестиций в свои государства, обещают иностранцам предоставления им равного с гражданами государства отношения, которое давало бы им преимущество, выражающееся в обеспечении им гарантии равных гражданских и экономических прав с гражданами. Эта идея стала известна как доктрина абсолютного равенства, базирующаяся на концепции предоставления иностранцам прав не меньших, чем те, которые имеют сами граждане. Данная доктрина была подвергнута серьезной критике со стороны Эдвина Борчарда, американского юриста, профессора Йельского университета, по мнению которого такое равенство является сугубо теоретическим и не может найти объективного применения на практике, так как ни одно государство не способно гарантировать полное равенство иностранцев и собственных граждан.92 Его мнение обосновывалось тем, что всегда имеют место ограничения в отношении иностранцев. Одним из ярких примеров своеобразного ограничения принципа национального режима можно назвать ситуацию, которая сложилась в период существования германского Третьего рейха, когда в государстве существовала официальная дискриминация по религиозному и расовому признаку, и вместе с тем имело место равное отношения к собственным гражданам и иностранцам, правда, не подпадающим под дискриминируемые группы. Доктрина национального режима нашла отражение и в трудах Карлоса Кальво, аргентинского юриста, одного из основателей Института международного права, который стал известен тем, что в своей работе, опубликованной в 1896, подверг критике концепцию дипломатической защиты, под которой понимается дипломатическая процедура, с помощью которой государство защищает права своих граждан в случае их нарушения международно-противоправным деянием другого государства, в котором они не смогли добиться восстановления своих прав, исчерпав местные средства юридической защиты. По мнению Кальво, государства независимы и суверенны и, таки образом, должны быть не связаны внешним воздействием других государств, будь то дипломатическим или военным. Соответственно лица, проживающие в иностранных государствах, при возникновении юридических конфликтов должны обращаться в местные судебные органы, не прибегая к давлению на свое правительство с целью оказания дипломатических и военных санкций против соответствующей страны. Согласно доктрине Кальво, государство должно предоставлять иностранцам такие же права, что и собственным гражданам. В основе данного подхода лежат принципы территориального суверенитета государств: - принцип равенства резидентов и нерезидентов; - принцип регулирования правового положения нерезидентов и их собственности национальным законодательством; - принцип невмешательства других государств, в частности тех, гражданами которых являются иностранцы, при разрешении споров между последними и национальными правительствами в отношении правового положения нерезидентов и их собственности и прочее93. В дальнейшем доктрина Кальво проявилась в различных вариациях в трудах многих исследователей94. Последующее развитие и эффективная реализация принципа национального режима всецело принадлежит XX веку. Самой крупной мировой интеграцией ХХ века стал СССР, объединивший в рамках своей территории и юрисдикции 15 республик. Регулирование правового положения иностранцев в СССР основывалось на идее солидарности трудящихся масс95. Советский законодатель, базируясь на данном принципе, фактически определил, что вне зависимости от гражданства, трудящееся иностранное лицо наделяется равными правами с советскими гражданами. В Конституции РСФСР 1918 г. закреплялось предоставление трудящимся иностранцам, проживающим на территории РСФСР с целью осуществления труда и принадлежащим к рабочему классу или к не пользующемуся чужим трудом крестьянству, всех политических прав российских граждан96 97. В первую очередь, такой подход заложил основы применения принципа национального режима к иностранным лицам в сфере труда, а во вторую - определил развитие правового регулирования трудовых отношений в направлении унификации. Таким образом, за иностранцами были закреплены равные с советскими гражданами права в гражданской, трудовой и семейной сферах. Нельзя не согласиться с мнением Л.П. Белковец, что главным основанием для распространения национального режима на иностранцев в советской России стало установление «государства рабочих и крестьян» и критерия проживания на территории России «для трудовых занятий и принадлежащим к рабочему классу 97 или к не пользующемуся чужим трудом крестьянству» . Касательно унификации регулирования трансграничного труда в СССР, необходимо обратить внимание на труд С.И. Раевича, который, применительно к советской действительности высказывал мнение о том, что законодательство союзных республик изначально было очень близким, ввиду чего коллизий в регулировании не возникало . В начале XX века такая позиция среди советских цивилистов была главенствующей, ввиду чего особого внимания развитию механизмов унификации трансграничных трудовых правоотношений не уделялось. Данному положению дел также способствовало практическое отсутствие в СССР иностранной рабочей силы, даже несмотря на наличие значительных льгот для трудящихся иностранцев, например, упрощенного порядка получения советского гражданства, особых правил допуска к труду и пр. При этом советские граждане направлялись для работы заграницу только в рамках специальных командировок. Названная тенденция, сохранявшаяся в течение 70 лет, привела к тому, что в период формирования современного каркаса правового регулирования труда, законодатель не считал необходимым включать в трудовое законодательство коллизионные нормы и развивать систему материально - правовых норм прямого действия, регулирующих трудовые отношения с иностранцами. С распадом СССР и изменением политико-экономической ситуации в государстве возникла объективная необходимость регулирования открытого рынка труда, которое может осуществляться как через материально-правовые, так и через коллизионные нормы. Необходимым же инструментом в развитии нормативной регламентации трансграничного труда в России должна стать именно международная унификация. Как уже отмечалось выше, отечественные доктрина и законодательство ХХ столетия не уделяли особенного внимания вопросу унификации трудоправовых норм. При этом проблеме осмысления правовой природы принципа национального режима посвящались многие работы как в России, так и за рубежом. В частности, в теории права определение национального режима принимало различные терминологические формы. Так, в разное время национальный режим именовался равным и справедливым, режимом 98 недискриминации, международного минимального стандарта и пр. Необходимо, однако, сделать оговорку о том, что в зависимости от того, как именно назывался рассматриваемый правовой режим, в некотором роде менялось и его содержание99. Так, Фрэнсис А. Манн в своей статье 1981 г. высказывал мнение о невозможности отождествления режима международного минимального стандарта с равным и справедливым режимом, говоря, что «справедливое и равноправное отношение выходит далеко за пределы минимального стандарта для иностранцев, обеспечивает более значительный уровень защиты...и на более объективной основе»100. Осмыслению и анализу принципа национального режима, как одной из основ международных частных отношений в доктрине отводится отдельное место. Такое изучение проводится авторами в разной интерпретации и под разными углами рассмотрения. Одним из первых доктринальных упоминаний национального режима как принципа построения трансграничных отношений является работа В.Н. Дурденевского и С.Б. Крылова, изданная в 1947 г. В данном труде авторы говорят, что национальный режим - это «режим, в силу которого иностранцам.предоставляется за некоторыми исключениями почти весь комплекс прав, которые закреплены законами страны за ее гражданами.»101. Л.А. Лунц рассматривал принцип национального режима, применительно к наследственным отношениям, говоря, что принцип национального режима в отношении иностранных лиц предоставляется им вне зависимости от места их проживания102. Кроме того, Л.А. Лунц отдельно подчеркивает - «признание за иностранцем гражданской правоспособности является необходимой предпосылкой коллизионного вопроса: коллизионная проблема применительно к отношению с участием иностранца возникает потому, что данные отношения рассматриваются как правоотношения, а иностранец - как правоспособное лицо. В тех случаях, когда правоспособность его...ограничена...нет коллизионной проблемы, не возникает и вопроса о выборе закона для определения прав иностранца» . Л.П. Ануфриева, анализируя принцип национального режима, приходит к выводу о его принадлежности к одному из основных начал международного частного права. Автор определяет, что «принцип национального режима или иное ведущее положение, определяющее основы правового регулирования соответствующих отношений (правового статуса субъектов иностранных государств вообще, их прав и обязанностей в конкретных сферах и т.д.) в той или иной области МЧП, направлены на «сквозное» регулирование, т.е. пронизывают все или многие разновидности общественных отношений»103 104. Говоря о том, что принцип национального режима имеет «сквозное» действие, Л.П. Ануфриева, на наш взгляд, подчеркивает фундаментальность этого принципа, важность определения объема прав и обязанностей лица, меняющихся в зависимости от режима правового положения такого лица, который в дальнейшем влияет на построение общественных отношений. В процессе исследования существа принципа национального режима в доктрине нередко поднимался вопрос о его соотношении с концепцией взаимности. Так, И.В. Гетьман-Павлова подчеркивает, что «на практике национальный режим предоставляется в соответствии с положениями международных договоров или при наличии взаимности (если нет международного договора)»105. Данное утверждение представляется достаточно спорным в связи с некоторой неоднозначностью применения принципа взаимности, который всегда остается на усмотрение конкретного государства в большинстве случаев, как правило, разрешающего вопросы политического значения. Таким образом, связывать вопрос регулирования правового положения лица с не всегда обоснованным, с точки зрения права, намерением государства удовлетворить собственные интересы в конкретной сфере было бы не до конца верным. Подобная точка зрения рождается, на наш взгляд, в связи с ошибочным отождествлением принципов взаимности и национального режима. Необходимо заметить, что многие авторы связывают предоставления равного с гражданами государства положения иностранным лицам с взаимностью, как бы отодвигая на второй план, являющийся в данном вопросе первичным, принцип национального режима. Так, Г.Ю. Федосеева пишет, что «при формальной взаимности иностранцы пользуются теми же правами, какие имеют отечественные граждане и юридические лица, в том числе и теми правами, какими иностранцы не пользуются в своем государстве»106 107 108. В.А. Канашевский определяет, что именно взаимность, а не собственно закрепление национального режима, предоставляет «иностранным гражданам те 107 же права, которые предоставляются отечественным гражданам» . В.Л. Толстых представляет взаимность первоосновой, говоря о том, что она 108 представляет «собой равенство правовых режимов» . Несмотря на то, что обозначенная точка зрения поддерживается значительным количеством авторов, согласиться с ней трудно. По нашему мнению, регулирование трансграничных правоотношений на основе принципа национального режима продиктовано потребностью государств в сближении правового регулирования и не связано непременной необходимостью наличия взаимности. При этом вопрос применения в отношении иностранных лиц национального режима может рассматриваться с точки зрения формальной взаимности. Однако ее отсутствие не означает исключение национального режима. Более того, в РФ предоставление иностранцам национального режима имеет безусловный характер и не зависит от взаимности109. Необходимо отметить, что вопрос взаимосвязи принципа национального режима и процесса унификации норм, регулирующих трансграничный труд, в доктрине практически не разрабатывался. Однако системный анализ правовой теории и нормативных правовых актов разного уровня и характера свидетельствует, что принцип национального режима в силу своей специфики прямо способствует развитию единообразного правового регулирования трансграничных отношений. Кроме того, принцип национального режима одновременно раскрывает закономерности развития правовой системы и определяет правовое регулирование отношений с иностранными лицами110. В рамках настоящего исследования нами был выявлен ряд особенностей национального режима, проявляющихся в сфере регулирования отношений с иностранными лицами и обусловливающих его значение в процессе унификации. Так, национальный режим формирует формальное равенство, в результате чего сохраняется возможность наличия изъятий (как ограничительных, так и стимулирующих) и гибкости его применения. Принцип национального режима, выражая правовую сущность национального режима, не имеет единообразного нормативного оформления. Формы и способы обозначения принципа национального режима могут различаться в зависимости от конкретного государства. При этом, его сущность неизменна и всегда подтверждает нацеленность на уравнивание иностранцев и граждан государства приема, что и создает основу для унификации. Изучая генезис принципа национального режима, приходится констатировать наличие не только разности подходов определения его формулировок, но и его содержания и места в системе основ международного частного права. В связи с этим, наиболее удачным представляется определение, данное М.М. Богуславским, который под национальным режимом понимает «приравнивание иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц в том, что касается их прав и обязанностей, к отечественным гражданам и юридическим лицам. Поскольку на иностранных физических и юридических лиц распространяются те же права и преимущества, которыми в данной стране пользуются местные физические и юридические лица, все они ставятся в равное положение»111. Проблематика, связанная с применением принципа национального режима, представляется особенно важной в контексте того, что именно на фундаменте правового режима, принятого в конкретном государстве для целей регулирования правового положения иностранных лиц, определяется объем их прав и обязанностей, говоря иначе, формируется их правовое пространство, в котором такое лицо должно будет существовать, осуществлять деятельность, вступать в общественные отношения. В целом можно отметить, что принцип национального режима, его осмысление и применение в рамках трудовых отношений развивалось постепенно, под влиянием множества внешних факторов: политических, экономических, социальных и пр. Принцип национального режима в современном его виде формировался на основе отдельных схожих правовых доктрин (абсолютного равенства, справедливого режима; режима минимального международного стандарта и пр.), которые исходили из закрепления обязанности принимающего государства обеспечивать иностранным лицам на своей территории, минимальный уровень гарантий и защиты их прав, свобод, законных интересов, равного доступа к правосудию и к труду, однако, в разных объемах и с разными изъятиями. Вместе с тем, постепенно сложилось убеждение о том, что полное равенство возможно только теоретически, и не может найти объективного отражения на практике. Причиной такого положения является заинтересованность каждого государства в защите своих собственных интересов и безопасности, что с точки зрения унификационных процессов создает определенные сложности. Таким образом, история проблемы унификации норм, регулирующих трансграничный труд в российском праве насчитывает несколько столетий. От возникшей еще в XV веке потребности в регулировании правового статуса иностранцев в России, привлекаемых для работы в качестве мастеров, до проявления советской специфики отношения к гражданам других государств в XX веке - от установления национального режима в отношении трудящихся иностранцев до отсутствия какого бы то ни было коллизионного регулирования трансграничного труда.
<< | >>
Источник: Егиазарова Маргарита Владимировна. УНИФИКАЦИЯ НОРМ, РЕГУЛИРУЮЩИХ ТРУДОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ В МЕЖДУНАРО ДНОМ ЧАСТНОМ ПРАВЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук.. 2017

Еще по теме § 1.2 Генезис развития правового института унификации норм, регулирующих трудовые отношения с участием иностранных лиц:

  1. Комментарии
  2. Глава 1 ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА И ЕГО ВОЗДЕЙСТВИЕ НА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ
  3. Лекции по общей теории права
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. Введение
  6. § 1.2 Генезис развития правового института унификации норм, регулирующих трудовые отношения с участием иностранных лиц
  7. § 1.3 Принцип национального режима как основа унификации норм, регулирующих трудовые отношения с участием иностранных лиц
  8. Библиография
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -