<<
>>

26 ГРАНИЦЫ СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Первая обязанность менеджмента: его институт — Потребность знать минимальные требования к прибыльности — Приносить пользу и хорошо делать свою работу ~ Границы компетентности — Ограничения системы ценностей — Сферы некомпетентности — Рамки полномочий — Никакой ответственности без полномочий — Когда надо сказать "нет" — Готовность выработать альтернативы — Границы социальной ответственности как центральная проблема менеджмента и общества организаций

Менеджер — это слуга.

Его господином является институт, которым он руководит, и, следовательно, его первостепенной обязанностью является преданность своей организации. Его основная задача заключается в том, чтобы способствовать выполнению миссии своей организации (будь то коммерческое предприятие, больница, школа или университет) и внесению вклада, ради которого она и была создана. Человека, который пользуется своим положением руководителя крупной организации, чтобы стать общественной фигурой и лидером в борьбе с социальными проблемами, в то время как его собственная компания или университет, брошенные на произвол судьбы, постепенно деградируют, нельзя считать хорошим политиком. Это безответственная личность, которая не оправдывает оказанного ей доверия.

Реализация конкретной миссии организации также является необходимостью и заданием менеджмента первостепенной важности. Общество не выиграет, а непременно проиграет, если работоспособность института при выполнении его основной задачи снизится или ухудшится. Выполнение возложенных на нее функций — это первая социальная обязанность любой организации.

Если она безответственно подходит к своей деятельности, то ничего другого она также не умеет. Обанкротившееся предприятие — нежелательное место работы, и вряд ли оно может стать приятным соседом для местного сообщества. Оно не в состоянии накопить капитал для обеспечения рабочих мест завтрашнего дня и благоприятных возможностей для сотрудников, которые будут на нем работать в будущем.

Университет, который не способен подготовить лидеров и профессионалов завтрашнего дня, нельзя считать социально ответственным институтом, в скольких бы добрых делах и начинаниях он ни участвовал.

Таким образом, первым ограничением социальной ответственности менеджмента следует считать повышенную ответственность за эффективную деятельность института, который является "хозяином" менеджера. Это в первую очередь относится к бизнес-компании, т.е. экономическому институту общества. Любое решение социальной проблемы, кроме превраще - ния ее в дополнительную бизнес-возможность и достижения конкретных результатов, приводит к дополнительным социальным накладным расходам. Эти расходы нельзя поддержать прибылями, что бы там ни утверждали популисты- теоретики. Они покрываются либо из текущих расходов (т.е. клиентом или налогоплательщиком), либо из капитала (т.е. за счет снижения заработной платы и ухудшения уровня жизни работников). Покрыть издержки и накопить капитал можно лишь благодаря успешной экономической деятельности. Удовлетворение всех других потребностей общества в любом случае оплачивается из разницы между текущими объемами производства и потребления, т.е. за счет избыточного продукта.

Это еще раз подчеркивает обязанность менеджеров предвосхищать возникновение проблем и находить компромиссные решения. На каком этапе решение становится непозволительно дорогостоящим для общества, потому что снижает эффективность уже существующих и необходимых институтов — будь то в сфере экономики, здравоохранения, образования или вооруженных сил? Что представляет собой оптимальное равновесие между потребностью преодолеть социальную проблему и потребностью сохранить высокие показатели деятельности существующих социальных институтов? И на каком этапе человек рискует перестать проявлять социальную активность и таким образом стать причиной новых и более серьезных проблем, отягощая уже существующие институты? В какой момент мы достигаем наиболее прочного равновесия между старыми затратами и новыми выгодами?

Менеджеры должны уметь осмыслить действительность через призму ограничений социальной ответственности, которые налагает их обязанность обеспечивать высокую работоспособность организаций, которыми они управляют.

Если речь идет о бизнес-предприятии, то для этого необходимо знать цели компании в основных областях (см. главы 8 и 9). Для этих целей устанавливают минимальные производственные задачи, которые должны быть выполнены в ходе реализации миссии корпорации. Пока эти задачи выполнимы, предприятие может функционировать нормально. Если же достижению цели в любой из сфер что-то мешает, то под угрозой оказывается эффективность всего предприятия.

Менеджменту прежде всего необходимо знать минимальные требования к прибыльности, которую необходимо обеспечить при любых возможных угрозах бизнесу. Предприятию эти данные необходимы для принятия правильных решений. Но организация также должна уметь объяснить суть своих решений и другим заинтересованным лицам: политикам, прессе, широкой общественности. Пока менеджеры будут оставаться заложниками собственного незнания главной цели и функции прибыли, т.е. пока они будут продолжать мыслить и приводить доводы с точки зрения "стимула к получению прибыли", они не смогут ни принимать рациональные решения относительно социальных обязательств, ни пояснять свой выбор другим людям как внутри компании, так и за ее пределами.

В настоящее время популярно следующее высказывание: "Бизнесу недостаточно хорошо делать свою работу, он также должен приносить пользу обществу". Но чтобы приносить пользу обществу, бизнес прежде всего должен хорошо делать свою работу (по сути, очень хорошо ее делать).

Каждый раз, когда компания игнорирует ограничения и берет на себя социальные обязательства, которые не может позволить себе с экономической точки зрения, она очень скоро сталкивается с

серьезными проблемами.

Компания Union Carbide не была социально ответственной, когда открывала свое предприятие в Вене (штат Западная Виргиния) с целью создания новых рабочих мест. В сущности, она проявила безответственность. Первым делом ей следовало признать, что такой завод будет неприбыльным, а используемый производственный процесс — устаревшим. Такое предприятие в лучшем случае с большим трудом могло некоторое время держаться на плаву, а это неизбежно вело к тому, что завод не мог нести социальную ответственность даже за свое собственное воздействие на окружение. Именно потому, что предприятие изначально было нерентабельным, корпорация Union Carbide так долго противилась всем требованиям относительно его модернизации и обновления. В конце 1940 -х годов, когда обеспокоенность общества нехваткой рабочих мест намного превосходила его беспокойство относительно загрязнения окружающей среды, компания не сумела предвидеть это требование. Но если быть внимательным, то требования подобного рода можно предсказать всегда. Поэтому действия, продиктованные экономически непозволительной и несостоятельной социальной ответственностью, всегда будут проявлениями безответственности. Это решения, основанные исключительно на чувствах. Следствием подобного поведения всегда являются большие убытки.

Точно так же, по всей вероятности, и корпорация Deltec в Буэнос-Айресе поступила скорее излишне чувствительно, чем социально ответственно, когда как все остальные крупные компании мясоперерабатывающей промышленности пришли к выводу, что у отрасли нет шансов на выживание. Компания взяла на себя обязательства, выходящие за рамки здравого смысла. Намерение было добрым и достойным уважения, как и в случае Union Carbide. Можно возразить также, что компания Deltec пошла на этот риск вполне обдуманно. Кроме того, печальный результат ее решения был обусловлен больше внутренней политикой Аргентины, чем действиями или бездействием компании Deltec. Однако руководство Deltec пошло на больший риск, чем предполагала истинная социальная ответственность.

Такое же ограничение социальной ответственности применимо и к неэкономическим институтам. В них менеджер также обязан поддерживать на нужном уровне эффективность организации, которой он управляет. Рисковать ею, какими бы добрыми ни были намерения менеджмента, безответственно. Институты данного типа также являются капитальными активами общества, и от их деятельности общество зависит так же, как от деятельности коммерческих компаний.

Понятно, что такая позиция будет очень непопулярной. Намного популярнее сегодня быть "прогрессивным". Однако менеджеры и особенно менеджеры основных организаций общества получают зарплату не за то, что становятся героями популярной прессы. Им платят за хорошую работу и за ответственные действия.

ГРАНИЦЫ КОМПЕТЕНТНОСТИ

Браться за выполнение задач, для которых вас не хватает навыков, не только безответственно, но и очень жестоко. Подобное поведение формирует ожидания, которые вы впоследствии ни за что не оправдаете.

Институт (и особенно бизнес-предприятие) должен обязательно обладать всеми компетенциями, необходимыми ему для того, чтобы должным образом нести ответственность за свои действия. Но в сферах социальной ответственности, выходящих за рамки оказываемого организацией воздействия, права и обязанности действия ограничиваются имеющимися компетенциями.

В частности, институту лучше отказаться от выполнения задач, не соответствующих его системе ценностей. Любые умения и знания приобрести довольно просто, но не так-то просто в одночасье изменить личность. Вряд ли кому-нибудь удастся добиться каких-то успехов в областях, к которым он не испытывает интереса. Если бизнес либо иной институт занимается проблемами одной из таких областей только потому, что существует соответствующая социальная потребность, он вряд ли поручит эту задачу своим лучшим кадрам и вряд ли будет должным образом их поддерживать. Он вряд ли сможет досконально понять, в чем суть этой задачи. С полной уверенностью можно утверждать, что многие действия в данном случае будут неверными. Следовательно, это может принести больше вреда, чем пользы.

То, как явно не следует поступать, наглядно продемонстрировали на своем примере американские университеты в 1960-х годах, когда они поспешили взять на себя социальную ответственность за проблемы крупного города. В университете работали компетентные специалисты из многих областей, которые могли помочь в их решении, но задания в основном носили политический характер. Речь шла о ценностях политического деятеля, а не ученого. Необходимы были умения и навыки в поиске компромиссных решений, мобилизации усилий и, прежде всего, установления приоритетов. А подобные навыки ученый вряд ли будет когда-либо продвигать, не говоря уже о том, чтобы стремиться проявить себя в этом деле. Они практически противоположны объективности и "поиску истины", которые непременно входят в основные ценности любого научного сообщества. Таким образом, подобные задания выходили за рамки компетенции университета и противоречили его системе ценностей.

Стремление университета взять на себя выполнение этих задач привело к неминуемому снижению эффективности и результативности их работы. Это также навредило репутации, престижу университета и снизило доверие общества к нему. Университеты так и не смогли помочь городу в решении его проблем, но своими действиями серьезно навредили собственной эффективности.

Крупные корпорации Нью-Йорка повели бы себя абсолютно безответственно, если бы отреагировали на призыв мэра Линдсея взять под опеку черное гетто. Сделав это, они могли только навредить и жителям гетто, и самим себе (что они, по всей вероятности, поняли сами).

Границы компетентности частично определяются обстоятельствами. Если у альпиниста в высокогорье Гималаев внезапно начался острый приступ аппендицита и можно с полной уверенностью утверждать, что без операции он погибнет, то любой врач, имеющийся в команде, обязательно станет оперировать в таких нелегких условиях, даже если он дерматолог и ему ни разу в жизни не приходилось делать операции. Однако любого дерматолога, каким бы квалифицированным врачом он ни был, сочтут безответственным, и против него могут выставить иск о профессиональной небрежности и даже обвинить в преднамеренном убийстве, если он будет оперировать человека в условиях, когда доступен квалифицированный хирург или хотя бы терапевт.

Следовательно, менеджеры, должны как минимум точно знать, в чем они и их институты явно некомпетентны. Бизнес-компании в положении абсолютной некомпетентности оказываются, как правило, в "нематериальной" сфере. Сила бизнеса — в его отчетности и измеримости. Этими проблемами занимаются в ходе пробного маркетинга, оценки производительности труда и выдвижения требований к рентабельности. Коммерческим предприятиям, в которых этим направлениям деятельности уделяется недостаточно внимания, не хватает глубины. Кроме того, они оказываются за рамками взаимопонимания, т.е. выпадают из собственной системы ценностей. Там, где критерии носят нематериальный характер, например политические мнения и эмоции, одобрение и порицание общества, мобилизация усилий сотрудников и структурирование соотношения сил, бизнес редко чувствует себя комфортно. Он редко уважает ценности данного типа и, следовательно, вряд ли будет обладать необходимой компетенцией.

Однако в этих областях зачастую возможно со всей четкостью и ясностью определить цели для конкретных частных задач. Как правило, можно преобразовать части проблемы, которые сами по себе выходят за рамки компетенции бизнеса, в работу, которая будет соответствовать этой компетенции и общей системе ценностей бизнес-предприятия.

Никому в Соединенных Штатах не удалось добиться серьезных результатов в привлечении к труду неработающих чернокожих подростков. Но бизнес в этой сфере проявил себя не хуже любых других институтов: школ, правительственных программ, общественных организаций. Эту задачу можно выявить и конкретизировать. Тут можно установить цели, оценить качество работы. И, следовательно, бизнес вполне может сделать свой вклад в решение такой задачи.

Прежде чем согласиться с требованием о необходимости взять на себя ту или иную социальную ответственность и приступить к решению той или иной проблемы, менеджменту следует подумать, с помощью какой части задания можно было бы сделать так, чтобы вся работа соответствовала компетенции его института. Существует ли вообще такая область, которую можно выделить с использованием материальных целей и измеримой эффективности, — в том смысле, в котором менеджеры понимают эти абсолютно неточные термины? Если ответ на этот вопрос положительный, то мысли относительно принятия на себя социальной ответственности будут оправданы. Но если ответ отрицательный, а во многих сферах именно таким он и будет, то бизнес-предприятию следует оказать сопротивление, какой бы серьезной ни была проблема и каким бы безотлагательным ни было требование, выдвигаемое его институту. В противном случае компания может только навредить себе и обществу. Она не сможет нормально функционировать, а значит, нести ответственность.

РАМКИ ПОЛНОМОЧИЙ

Самое важное ограничение социальной ответственности — это ограничение полномочий. Любой специалист в области конституционного права отлично знает, что такого понятия, как "ответственность", в политическом словаре не существует. Есть такое понятие, как "ответственность и полномочия". Тот, кто принимает на себя полномочия, автоматически несет определенную ответственность. И тот, кто берет на себя ответственность, должен иметь определенные полномочия. Это как две стороны одной медали. Следовательно, социальная ответственность изначально предполагает наличие определенных полномочий.

В данном случае вопрос полномочий как ограничения социальной ответственности опять возникает не в связи с конкретными воздействиями организации, ведь воздействие — это результат исполнения ею полномочий, даже если это происходит случайно или ненамеренно. А вот тогда наступает ответственность.

Но там, где бизнес или любой другой институт нашего общества организаций просят взять на себя социальную ответственность за одну из проблем общества и местного сообщества, менеджеры должны очень хорошо подумать о том, законны ли полномочия, которые несет с собой эта ответственность. В противном случае речь будет идти уже о неправомерном присвоении прав и, следовательно, о безответственности.

Каждый раз, когда перед бизнесом выдвигается требование взять на себя ответственность за что-либо, менеджменту необходимо задать вопрос: "Располагает ли компания необходимыми полномочиями, и надо ли ей вообще их иметь?" Если у бизнеса нет и не должно быть таких полномочий (а в большинстве сфер именно так и бывает), тогда к его готовности взять на себя ответственность необходимо отнестись с большим подозрением. Это уже не ответственность, а жажда власти.

Позиция Милтона Фридмана (см. главу 24), в соответствии с которой бизнес должен заниматься исключительно своим конкретным делом, т.е. ограничиться деятельностью в экономической сфере, вовсе не предполагает отрицания ответственности. В сущности, это единственная последовательная позиция в свободном обществе. Можно совершенно четко доказать, что любая другая позиция может лишь подорвать и скомпрометировать свободное общество. Любая другая позиция может означать только то, что бизнес возьмет на себя полномочия и ответственность за принятие решений в областях, выходящих за рамки сугубо экономической сферы, т.е. областях, которые являются либо должны являться сферами влияния правительства, человека или других организаций. Ведь, повторюсь, кто бы ни взял на себя ответственность, в скором будущем ему будут предоставлены соответствующие полномочия. В истории можно найти этому множество подтверждений.

С этой точки зрения современных критиков крупного бизнеса можно справедливо обвинить в попытке превратить крупный бизнес в нашего господина.

Американский общественный деятель Ральф Нэйдер считает себя врагом крупного бизнеса, и бизнес и широкая общественность воспринимают его именно в таком качестве. Поскольку Нэйдер требует, чтобы бизнес нес ответственность за качество и безопасность продукции, его, естественно, заботит вопрос законности бизнес -ответственности, т.е. ответственности организации за эффективность ее деятельности и за ее вклад. Единственный вопрос — помимо сомнений относительно точности фактов и стиля кампании Нэйдера — заключается в следующем: не обойдется ли требование безупречности бизнеса, выдвигаемое Нэйдером, потребителю намного дороже, чем те недостатки и пороки, с которыми он пытается бороться? Единственным решением тут являются компромиссы.

Но Ральф Нэйдер прежде всего требует, чтобы крупный бизнес взял на себя ответственность во множестве сфер, не имеющих отношения к его товарам и услугам. Если с ним согласиться, то это приведет лишь к превращению менеджмента больших корпораций во власть в последней инстанции во многих областях, которые, по сути, являются сферами влияния иных институтов.

На самом деле именно к этой позиции стремительно приближаются Нэйдер и другие сторонники неограниченной социальной ответственности бизнеса. В 1972 году одна из специальных комиссий Нэйдера выступила с резкой критикой в адрес Du Pont Company и ее роли в небольшом штате Делавэр, где расположена штаб-квартира корпорации, а сама компания является самым крупнейшим работодателем. В отчете даже не упоминалось об экономической эффективности организации; не достойным упоминания было признано и то, что компания Du Pont в период всеобщей инфляции постоянно снижала цены на свои продукты, которые зачастую являлись основными материалами для американской промышленности. Вместе с тем компания Du Pont подверглась жесткой критике за нежелание использовать свой экономический потенциал для принуждения жителей штата заняться решением многих социальных проблем — от расовой дискриминации и здравоохранения до муниципальных школ. Иными словами, Du Pont назвали совершенно безответственной организацией за то, что она не взяла на себя ответственность за общество, политику и правовую систему штата Делавэр.

Одним из главных парадоксов этой истории является то, что традиционная критика либерального либо левого толка в адрес Du Pont Company в течение многих лет утверждала как раз противоположное, т.е. то, что Du Pont благодаря своей известности в маленьком штате "господствует" в Делавэре и пользуется "незаконными полномочиями".

Линия Нэйдера — это всего лишь наиболее разрекламированная из позиций, которая под прикрытием краснобайства, направленного против бизнеса, в действительности защищает то общество, в котором крупный бизнес является самым влиятельным, господствующим институтом. Конечно, такой исход полностью противоречит намерениям Нэйдера. Но это далеко не первый раз, когда требования социальной ответственности приводят к совершенно противоположным результатам.

Скорее всего, такого результата применения его линии не хотел ни сам Нэйдер, ни менеджеры. Речь в данном случае идет либо о разрушении всех полномочий, т.е. о полной безответственности (здесь можно провести такую параллель: когда в раннем феодальном обществе было выдвинуто требование, чтобы бароны взяли на себя социальную ответственность, это привело к полному обесцениванию королевской власти на европейском континенте и бесконтрольному деспотизму крупных феодалов), либо о то - талитаризме — другой форме безответственности.

Однако "чистая" позиция Милтона Фридмана, суть которой заключается в воздержании бизнеса от любой социальной ответственности, также неразумна. Существуют поистине серьезные, безотлагательные и чрезвычайно важные проблемы. Прежде всего следует вспомнить о "болезни правительства", которая приводит к возникновению вакуума ответственности и эффективности — вакуума, который по мере роста значимости менеджмента приобретает все большие и большие масштабы. Бизнес и другие институты нашего общества организаций не могут существовать в чистом виде, как бы мы этого ни хотели. Это их собственные интересы заставляют их заботиться об обществе и местном сообществе и брать на себя ответственность, выходящую за рамки их бизнес-ответственности.

Но, поступая подобным образом, они должны отдавать себе отчет в опасности, которой подвергаются и они, и общество. Они должны помнить о риске. Ни одно плюралистическое общество, каковым уже стало и наше общество, не может нормально функционировать, если его основные институты не несут ответственности за общественное благо. Но в то же время неизменная угроза, нависшая над плюралистическим обществом, заключается в смешении понятий общественного блага и жажды власти отдельно взятого человека, характерной для большинства людей.

Нормы и репутации в данном случае можно выработать только в немногих областях. Бизнес-компания или университет не должны замещать высшую политическую власть и правительство в тех областях, которые явно являются объектами национальной политики. В свободном обществе бизнес, конечно, свободен не принимать участия в определенных акциях, несмотря на то, что они санкционированы или даже поощряются правительством. Он может оставаться в стороне. И он не может использовать свою экономическую мощь для навязывания обществу своих ценностей.

По этим критериям мудрый квакер, упрекнувший своего друга, генерального директора сталелитейного завода (см. главу 24), за использование экономического потенциала крупной компании для навязывания городу своих ценностей, был абсолютно прав. Последствия таких действий были совершенно очевидны, и цель (мораль) ни в коем случае не оправдывала средства, т.е. использования полномочий, не принадлежащих компании. Это такое же проявление "империализма", как и любое другое, против которого столь яростно выступает любой сторонник расового равноправия. Сталеплавильную компанию можно упрекнуть (и я считаю это вполне справедливым) за многолетнюю бездеятельность в деле восстановления расового равноправия, в которое, по ее же собственным, хотя и голословным, утверждениям она искренне верила. Ее также можно вполне справедливо обвинить в том, что она не нашла каких-либо возможностей восстановления расовой справедливости и не применила их на практике. Но две ошибки в сумме не станут правильным действием, а два случая безответственности не прибавят ей ответственности.

По этим критериям и требование, что любая шведская компания, например ЛБЕЛ, должна отказаться от участия в энергетическом проекте на территории португальской колонии в Африке, который получил поддержку шведского социалистического правительства, кажется весьма нелогичным и неэтичным. Не так давно "старые левые" (американские активисты левого толка, особенно социалисты и коммунисты в период между двумя мировыми войнами. — Примеч. ред) постоянно критиковали бизнес за аморальность и безответственность, поскольку он саботировал национальную политику, которую сами левые всецело одобряли. Со стороны бизнеса так же аморально и безответственно саботировать национальную политику правительств "старых левых", которые не одобрили "новые левые".

<< | >>
Источник: Друкер, Питер Ф.. Менеджмент: задачи, обязанности, практика. Пер. с англ, - М. : ООО "И.Д. Вильяме". — 992 с.. 2008

Еще по теме 26 ГРАНИЦЫ СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ:

  1. ГРАНИЦЫ СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
  2. СОЦИАЛЬНЫЕ ВОЗДЕЙСТВИЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  3. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СОЦИАЛЬНАЯ
  4. 3.2. Подходы к управлению социальной ответственностью
  5. 3.1. Понятие и виды социальной ответственности
  6. СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  7. 3.5. Особенности социальной ответственности в российских организациях
  8. ЗАДАЧИ В ОБЛАСТИ СОЦИАЛЬНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
  9. 4.1. Репутация, социальная ответственность, репутационные стратегии
  10. 2. ВЛИЯНИЕ НА ОБЩЕСТВО И СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
  11. Мотивация и социальная ответственность
  12. 3.7. Р. ОУЭН И СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ БИЗНЕСА
  13. Нравственный аспект социальной обусловленности норм, предусматривающих ответственность за множественность преступлени
  14. 31. За какие правонарушения при осуществлении социального партнерства установлена административная ответственность?
  15. ТЕМА 4. УПРАВЛЕНЧЕСКАЯ ЭТИКА И СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОРГАНИЗАЦИИ