<<
>>

ПОНЯТИЕ О МУНИЦИПАЛЬНОМИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРАВЕ

В древности, в эпоху натурального хозяйства и пережитков родового строя, а также несколько позднее, когда население любого города насчитывало максимально два-три десятка тысяч человек, когда классовая дифференциация была весьма несложной и организационно-государственные методы еще только зарождались, первоначальные города (го- рода-села, города-крепости и даже города-государства) нередко управлялись посредством всенародных собраний или сходов, без применения выбора уполномоченных.

Ни законов, определявших порядок этих собраний, ни каких-либо обязательных формальностей не существовало. Политические и хозяйственные дела города также не различались между собой. В опасных и затруднительных случаях, когда, напр., грозило нашествие врага, когда надо было «призвать князя» или предстояло предпринять какое-нибудь важное для города хозяйственное дело, раздавался, по чьей-либо инициативе, звук набата, после чего стар и млад, без различия сословий, сходились в привычном месте, - на площади, у церкви или на ледяном покрове реки, - бурно и беспорядочно совещались между собой и принимали то или иное единодушное решение. Если возникало непримиримое разногласие, то дело решалось не голосованием, а рукопашной схваткой. Такой характер носили, напр., новгородские, киевские и псковские веча, которые несомненно являлись не только примитивными верховно-политическими, но и хозяйственными органами управления.[470]

Вместе с ростом городского населения и классовых противоречий местное управление посредством всенародных собраний стало затруднительным. Зарождается принцип представительства и избирательного права.

С.М. Брод ович[471] утверждает, что «зародыш избирательных норм имелся еще в родовом строе, поскольку уже здесь возникают представительные органы и начинает, следовательно, складываться определенный выборный порядок». Последнее несколько сомнительно, но в античном мире - в древней Греции и особенно древнем Риме - к началу нашей эры избирательное право уже бесспорно существует как юридический институт, с соответствующим выборным производством, и самые термины «вотум», «баллотировка», урна, избирательная «курия», «депутат», «делегация» относятся к древнелатинскому языку.

Корпоративный дух средних веков и корпоративные выборы той эпохи, которые широко практиковались в сословных организациях и союзах, в цеха^, ганзах, церковных приходах университетах, выдвинули принцип представительства на первый план. Избирательное право

окончательно вырабатывается и крепнет, сначала как бытовой институт, а затем как развитая государственная система. Что же касается чисто муниципального избирательного права, то ни в городах-крепостях, ни в городах-государствах античного мира не было предпосылок к правотворчеству в данном отношении, но в средние века, с появлением и развитием городской общины, т.е. муниципия, естественно развивается и муниципальное избирательное право, особенно же в городах Англии, в вольных городах ганзейского союза, в южной Франции и в итальянских городских республиках, разветвляясь притом на целый ряд различных систем, в зависимости от тех или иных классовых отношений.

Мы понимаем под муниципальным избирательным правом совокупность юридических норм, определяющих порядок установления личного состава выборных органов в городском самоуправлении. Право данного лица участвовать в выборах, устанавливающих упомянутый состав, называется субъективным избирательным правом. К двум основным элементам выборного института принадлежат, как известно, активное избирательное право, которое заключается в праве выбирать, ипассивное избирательное право, состоящее в праве быть избранным, или, иначе говоря, совокупность положительных и отрицательных условий, при наличности которых данное лицо может подлежать избранию. В советском строе различий между активным и пассивным избирательным правом не проводится.

Избирательне право в конкретном его применении, вместе со всеми относящимися к нему распоряжениями власти и местными бытовыми условиями (напр., маневрами предвыборной пропаганды, борьбой партий, составлением кандидатских списков), мы будем называть выборной (или избирательной) системой. Полный контингент избирателей данного города носит название «избирательного корпуса».

Что же касается самого термина «выборы», то он общепонятен и едва ли требует подробной дефиниции. Этим термином обозначается акт, посредством которого данный социальный коллектив выделяет из своей среды одного или нескольких своих членов в качестве представителей интересов этого коллектива или же в качестве лиц, удовлетворяющих условиям, требуемым для занятия общественных должностей и для выполнения определенных общественных функций. В сущности своей выборы являются либо одним из способов создания власти, либо одним из способов перенесения прав, принадлежащих данному коллективу (в его целом), на более ограниченное количество лиц. Нет сомнения в том, что избирательные нормы развились не как результат логического развития какой-либо отвлеченной юридической идеи, а в видах экономии времени и сил, в процессе длительного социального приспособления и отбора.[472]

Значение избирательного права и выборных систем в городском хозяйстве и благоустройстве огромно. Ясно, что избирательная система, создающая распорядительный орган городского самоуправления, непосредственно определяет состав лиц, расходующих муниципальные средства и ведущих городское хозяйство. Следовательно, эта система предрешает характер, направление и вообще все содержание муниципальной деятельности, поскольку городскому самоуправлению предоставлена известная степень самостоятельности. В виду этого необходимо более подробно остановиться на избирательных системах, существовавших в последнее время и ныне действующих в главных государствах.

Однако мы не можем ограничиться, как это часто делается, описанием существующих избирательных систем и критикой их с точки зрения целесообразности. В каждом отдельном случае здесь следует поставить вопрос: cui prodest? (кому выгодна данная система?) Действительно, нигде так ярко, как именно в избирательных системах не наблюдается, по удачному выражению JI о р и а , «дьявольская улыбка экономического фактора». А так как экономические и классовые интересы могут быть легче всего обеспечены искусственными ограничениями избирательного права: то на практике выработался целый комплекс таких ограничений, которые применяются по самым разнообразным признакам.

Ограничения в муниципальном избирательном праве, играющие главную роль в характере соответствующей системы, разделяются на естественные и искусственные. К естественным ограничениям принадлежат: 1) ограничения по возрасту, 2) по слабоумию (прирожденный идиотизм, душевная болезнь и т.п.) и 3) по судимости и главным образом вследствие лишения гражданских прав судебными приговорами. Избежать перечисленных ограничений, конечно, невозможно. К искусственным ограничениям в капиталистических государствах относятся: 1) ограничения по полу (женщины лишаются избирательных прав, или же им предоставляются таковые только по доверенности), 2) по вероисповеданию (напр., лишаются избирательных прав лица, принадлежащие к нехристианским культам), 3) по классу или сословию (эти ограничения проводятся целым рядом разнообразных правил и способов), 4) по имущественному положению (напр., требуется уплата какого-либо налога или владение недвижимой собственностью), 5) по оседлости (исключаются лица, не прожившие в городе определенного срока), 6) по служебному стажу или профессии (напр., исключаются государственные чиновники, солдаты, духовенство), 7) по образовательному цензу (исключаются неграмотные), по брачности (ограничиваются в правах люди неженатые или несемейные).

При всем разнообразии признаков, по коим проводятся ограничения в капиталистических государствах, легко заметить, что почти все они преследуют одну цель: обеспечить представительство господствующих классовых интересов, а главным образом не допустить к участию в городском самоуправлении пролетарский класс.

/>У муниципальных авторов, оценивающих принцип ограничений, следует отметить два противоположных направления: французскую[473] и немецкую[474] (консервативную) школы. Первая в вопросах муниципального избирательного права опирается на определенные теоретические начала юридического и политического характера, вторая же апеллирует к узкохозяйственной целесообразности. С точки зрения немецкой школы, задача избирательной системы в городском самоуправлении сводится к «отбору способных», а именно к тому, чтобы обеспечить в нем наличный контингент знающих и опытных работников, одним словом - «хороших хозяев», так как городское дело будто бы всецело принадлежит к узко-хозяйственной деятельности, но отнюдь не к политике.

Таким образом оправдываются все ограничения, имеющие своей целью улучшить состав муниципальных деятелей с точки зрения их хозяйственного умения. Больше всего боится немецкая консервативная школа допустить к городскому делу «улицу», не подготовленную к ведению общественного хозяйства и в нем не заинтересованную. Заинтересованы же в правильном расходовании общественных средств, по мнению данной школы, лишь плательщики налогов, а особенно крупные плательщики. Отсюда взгляд, который упорно держался не только в Германии, но также в Англии, Австрии и дореволюционной России, сводясь к тому тезису, что «самоуправление тождественно с самообложением».

Несостоятельность аргументов немецких консерваторов бросается в глаза. Во-первых, самоуправление, как часть государства, отнюдь не может и не должно быть свободным от политики, с которой оно тесно связано во многих отраслях хозяйства. Во-вторых, «хозяйственное умение» может быть обеспечено приглашением специалистов на службу городу, а в задачу распорядительного органа входит главным образом справедливое распределение средств, что всецело зависит от классовой ориентации. В-третьих, так называемая «улица» и бедные слои населения больше заинтересованы в правильном ведении городского хозяйства, чем крупные плательщики налогов, обычно не пользующиеся городскими школами, больницами, ночлежными домами, не имеющие дела с городскими рынками и часто даже не заинтересованные в общественных средствах транспорта. Вся область социального обеспечения и общественного призрения для них также не существует, пожарная охрана имеет второстепенное значение, и даже общественная санитарная, при условии жизни в роскошных особняках, отступает на задний план, не говоря уже о благоустройстве фабричных окраин. В-четвертых, немецкая теория забывает, что муниципальная деятельность, как уже указывалось, является школой для низшего класса населения, в которой приобретается и хозяйственное умение.

По мере того как господство дворянского класса (в средневековом владельческом городе) сменялось господством буржуазии, а затем бур

жуазной демократии, в корне изменялись и выборные системы.

В общем и целом мы наблюдаем в течение всего XIX и в начале XX в. демократизацию избирательного права с приближением его к всеобщему, равному, тайному и прямому голосованию, при пропорциональном представительстве, каковая форма признается в капиталистических государствах наивысшим допустимым пределом демократизации.

Изложим муниципальные избирательные системы, двигаясь справа налево, т.е. от наиболее ограничительных узких систем к системам более широким, предоставляющим право выбирать и быть избранными значительному контингенту граждан, и закончим наш обзор действующим советским избирательным правом. Правда, некоторые из этих систем имеют в данный момент только исторический интерес, так как революционное движение 1919 г. их смело в большинстве государств без остатка, но они все-таки в высшей степени поучительны, как выражение тех законодательных препон, которыми буржуазия еще недавно успешно защищалась против пролетарского движения.

<< | >>
Источник: Велихов Л. А.. Основы городского хозяйства. 1996

Еще по теме ПОНЯТИЕ О МУНИЦИПАЛЬНОМИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРАВЕ:

  1. ПОНЯТИЕ О МУНИЦИПАЛЬНОМИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРАВЕ