<<
>>

Л. Л. Хорошие вин ВЫВОЗ ВОСКА ИЗ ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА в XIV-XV веках

Внешняя торговля средневекового Новгорода была подчинена основной экономической цели — производству потребительных стоимостей Это видно как из ассортимента товаров, так и из социального состава поставщиков и потребителей экспортных и импортных товаров.

В развитии торговли воском нашло отражение своеобразие средневековой экономики.

Господство церковной идеологии вызывало огромный спрос на чистый воск, который считался наиболее угодной жертвой богу, поскольку не являлся продуктом человеческого труда. Из воска изготовлялись свечи, различные восковые фигурки, изображавшие больные части тела (последний обычай был широко распространен у католиков) и т. д. —

Несмотря на существование бортного, а затем и пасечного пчеловодства в Центральной и Северной Европе2, собственного воска все же там не хватало. Недостаток его покрывался главным образом за счет ввоза из восточных районов Европы, преимущественно из Восточной Прибалтики. Уже задолго до изучаемого времени русский воск через посредство ганзейского купечества поступал на рынки всех европейских стран. Среди товаров, ввозимых ганзейцами в Англию в XIV в., одно из первых мест занимал воск3. В 1309 г. восемь ганзейских купцов из вестфальских городов были обвинены англичанами в нарушении торгового обязательства: они якобы не выполни-

1 К. Маркс. Формы, предшествующие капиталистическому производству. М., 1940, стр. 16.

2 Fr. Berger. Von Biene, Honig und Wachs und ihrer kultur-histoci-schen und medizinischen Bedeutung. Z?rich, 1916, S. 8.

8 K. Kunze. Hanseakten aus England 1276 bis 1413. «Hansische Geschichtsquellen», Bd. V. HaMe a. S., 1691, № 39 (1309, 16.11), № 260 (1389, 12.X), № 270, 272, 273 (1393, 5.X).

278

ли своего обещания поставить довольно большую партию воска, стремясь поднять на него цены, а кроме того, будто бы заключили между собой соглашение, запрещавшее кому-либо из них привозить воск в Англию.

Ганзейские купцы решительно отвергли это обвинение и объяснили нарушение своего обещания только тем, что воск, который обычно привозят из Руси во Фландрию ко времени пасхи, в этот год не был туда доставлен. Поэтому купцы, закупавшие его во Фландрии для дальнейшей продажи в Англии, оказались в безвыходном положении 4.

Следовательно, налицо широкое развитие и систематический характер экспорта русского воска на рынки Северной Европы уже в самом начале XIV в.

Одним из важнейших каналов, через которые на североевропейские рынки поступал воск, была торговля с Великим Новгородом, крупнейшим центром транзитной торговли Руси.

Трудами русских дореволюционных, советских, а также зарубежных буржуазных историков выяснено, что главными статьями новгородского экспорта за границу в XIV—XV вв. были предметы охотничьего_пррмысла и бортничества.. Однако обычно о~сновное~внимание уделяется экспорту пушнины, о вывозе же воска в исторической литературе говорится лишь в самой общей форме5. Первым, кто обратил серьезное внимание на торговлю воском, был прибалтийский историк-экономист Г. Гильдебранд, в связи с изданием Рижской долговой книги конца XIII — начала XIV в. поставивший ряд вопросов о происхождении экспортируемого из Риги воска, его качестве, цене и т. д.6 Отдельные указания об этой отрасли торговли находятся во введении В. Штиды к публикации ревельских (таллинских) таможенных книг второй половины XIV в.7 До появления работы Л. К- Гетца 8 разрозненные данные источников, характеризующих ганзейскую торговлю, не подвергались

* Ibid., S. 35—36, № 40 (1309, 2.VII—9.VII): «Dicunt tarnen, quod ubi cera venire solebat de parttibus de Russhye et allis partibus longinquis usque in Flandriam quolibet anno circa festum pasche, quo tempore provi-dencia regis facta fuit pro toto dimidio anno sequenti, nulla cera adhuc ibidem venit, propter quod iidem mercatores, qui soliti sunt ceram in dictis par-tibus Flandrie emere et 5 В книге «Очерки истории СССР.

Период феодализма. IX — XV вв.» (ч. II. М., 1953, стр. 170) этот предмет новгородского экспорта упоминается лишь мельком.

6 H. H i 1 d eb г a n d. Das Rigaische Schuldbuch (1286—1302). SiPb., 1672, S. L — LX.

7 W. S t i e d a. Revaler Zollb?cher und Quittungen des XIV. Jahrhunderts. Halle a. S., 1887, S. CXII — CXV.

8 L. K. Goetz. Deutsch-russische Handelsgeschiohte des Mittelalters. L?beck, 1922, S. 259—272.

279

систематическому изучению. На основе скрупулезно собранных материалов Л. К. Гетц пришел к выводу о значительном развитии торговли этим товаром, изучил ее условия и взаимоотношения русских и ганзейцев. Однако вопросы изменения условий производства, сбыта воска и цен на него не получили в работах Л. К. Гетца достаточного освещения.

Одновременно с исследованиями ганзейских историков внешней торговли Руси производилось специальное изучение социально-экономического развития Руси этого периода, подвергались рассмотрению и вопросы развития бортничества на Руси, его роль в крестьянском хозяйстве, особенности положения бортников и т. д.9 Наибольший интерес в этом отношении представляет труд Н. Я. Аристова, которому принадлежит и первая попытка определения (на основе русских источников) размеров экспорта воска через Новгород 10.

В последней по времени появления работе В. А. Мальм несколько расширен по сравнению с Н. Я. Аристовым круг источников по данной теме: привлечены не только письменные, но и этнографические материалы 11.

Изучением экспорта воска в советской историографии занимался лишь М. П. Лесников. На основе торговых книг Тевтонского ордена он определил объем экспорта воска в начале XV в. орденскими приказчиками 12.

Однако, в нашей историографии еще не выяснены источники экспортируемого воска ,3. В монографиях Л. В. Черепнина и А. Д. Горского очень интересно поставлен вопрос о специализации в области сельского хозяйства и выделении добывающих промыслов, в том числе и бортничества 14.

Немногочисленность советских работ, хотя бы косвенно касающихся истории новгородского вывоза воска, вызвана не только тем, что проблемам внешней политики и торговли Руси, в частности Новгорода, уделялось недостаточно внимания, но

' А. И. Н и к и т с к и й. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893.

10 Н. Я. Аристов. Промышленность Древней Руси. СПб., 1366.

11 В. А. Мальм. Промыслы древнерусской деревни. В кн.: «Очерки по истории «русской деревни X —XIII вв.», М., 1966, стр. 123—137.

12 М. П. Лесников. Торговые сношения Великого Новгорода с Тевтонским орденом в конце XIV в. и -начале XV в. «Исторические записки», юн. 39, 1952, сир. 259—278.

13 Л. В. Данилова полагает, что на внешний рынок поступал воск новгородского 'происхождения (Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяйства в Новгородской земле в XIV — XV вв. М., 1955, стр. 96).

14 Л. В. Череп нин. Образование Русского централизованного государства. М., 1960, стр. 297—299; А. Д. Г о рс к-и й. Очерки1 экономического -положения крестьян Северо-Восточной Руси XIV—XV вв. М., 1960, стр. 75-^82.

280

и объективными условиями. Изучение вощаной торговли на* талкивается на большие трудности. Если в письменных источниках, непосредственно касающихся внешней торговли Новгорода |5, экспорт воска, хотя и слабо, все-таки отражен, то в русских источниках почти нет данных ни о производстве воска, ни об организации внутренней торговли им. Для изучения этих аспектов темы вполне правомерно привлечение, разумеется, с большой осторожностью и оговорками, разнообразного этнографического материала XIX и даже XX в.

Ряд вопросов, связанных с историей торговли воском, еще не ставился вовсе. Это прежде всего вопросы динамики экспорта воска, по которой можно было бы судить о развитии промыслов русской деревни XIV—XV вв. и росте экономических связей Великого Новгорода с другими русскими землями. Представляет также интерес изучение организации внутренней торговли воском, качества и степени обработки экспортируемого воска, его поставщиков на внешний рынок.

Бортничество, как и охота, издавна было подсобным занятием русского крестьянского населения. В XIV—XV вв. оно было распространено .во всех районах Руси, где географические условия позволяли заниматься этим промыслом: в прилегающих 1< Москве лесах ,6, около Коломны,17 Можайска 18, Звенигорода, ,9, Рузы 20, Дмитрова 2|, Вышгорода 22, Серпухова, Боровска, Ярославля ^."Хостромы 24,"- Ржева 25, Переяславля26,

15 См. ГВНП; ШВ, АЫ. I, Во\ I — XII; АЫ. II, Во\ I — II; НИ, АЫ. I, Во\ I —VIII; АЫ. II, Во*. I —VII; АЫ. III, Во\ I —VIII; Нив, В<1. I —XI.

16 ДДГ, № 2, стр. 11 (Добрятинская борть); № 12, стр. 33; № 17, стр. 47; № 20, стр. 65; № 21, стр. 58 (Васильцев стан); К» 1, стр. 8; № 4, стр. 16; № 61, стр. 494; № 89, стр. 354; № 104, стр. 433. См. также: АИ, т. 1, № 15, стр. 24; АСЭИ, т. 2, № 342, стр. 339; № 347, стр. 344; № 352, стр. 347; № 355, стр. 349.

17 ДДГ, № 3, стр. 13; № 12, стр. 33; № 20, стр. 55.

18 Там же, № 3, стр. 13; № .12, стр. 34; АСЭИ, т. 2, № 395, стр. 401; Л« 399, стр. 404.

19 ДДГ, М 4, стр. 15, 17; № 12, стр. 33.

20 Там же, № 8, стр. 24; № 29, стр. 73; АСЭИ, т. 2, № 346, сур. 343. 31 ДДГ, № 12, стр. 34; № 29, стр. 74; АФЗХ, ч. ,1, № 34, стр. 85;

С. Шумаков. Обзор «грамот коллегии экономии», вып. 3. М., 1912, № 144, стр. 45; АСЭИ, т. 2, № 343, стр. 340; № 387, стр. 389.

22 ДДГ, № 8, стр. 24; № 12, стр. 35; № 29, стр. 74; № 71, стр. 250.

23 Там же, № 47, стр. 46.

24 Там же, № 21, стр. 58; № 22, стр. 61.

* Та* же, № 61, стр. 195; № 77, стр. 291; АСЭИ, т. 2, № 417, стр. 450. 26 АСЭИ, т. 1, № 193, стр. 138; № 195, стр. 140; М* 340, агр. 246; № 560, стр. 437; АСЭИ, т. 2, № 354, стр. 348.

281

на Клязьме 27, на Средней Волге28 и Оке29. Гораздо меньше сведе1ши^1-богяни,ч?с.тве .в пределам,Новгородской, земли30, где оно из-за суровости климата не занимало такого места, как в хозяйстве более южных районов. Бортничеством занимались лишь в некоторых волостях Деревской, Шелонской и Водской пятин31. Наибольшего развития в пределах Новгородской земли бортничество достигло в Деревской пятине32.

Главными же районами развития бортничества были Среднее и Верхнее Поволжье, Ока, Муромская, Рязанская, Смоленская и Полоцкая земли33. Эти же земли выступали и поставщиками экспортного воска: в конце XIII — начале XIV в. главную роль играют Смоленская^Пс^оцкая_земли, а позднее — районы Нижнего й Среднего Поволжья34, которые с конца XV в. стали снабжать воском и медом всю страну и

27 АФЗХ, т. 1, № 213—216, стр. 187—189. Разъезжая грамота на опорную землю у реки Клязьмы в Гороховском уезде: «Временник МОИДР», кн. 18. М., 1854, смесь, стр. 27—29.

28 АСЭИ, т. 1, № 155, стр. 115. Уже в «Слове о погибели Русской земли» XIII е. читаем: «...буртаси, черемиси, вяда (водь) и мордва борт-ничаху на князя великого Володимера» («Хрестоматия по древней русской литературе XI — XVI веков», составитель Н. К. Гудзии. М., 1947, стр. 154). Районы Средней Волги и позднее, в XVI в., отличались большим количеством леса, а население некоторых из них не знаао земледелия даже в конце XVI в. (Н. А. Рожков. Сельское хозяйство Московской Руси в XVI веке. М., 1899, стр. 17—20, 99). В Казанской области в XVI в. пчеловодством занималось главным образом местное население — татары, черемисы, чуваши, которые платили ясак медом вместо денег. Г. П е р е-тяткович. Поволжье в XV и XVI веках. (Очерки по истории края и его колонизации.) М., 1877, стр. 255—256.

29 АИ, т. 1, № 2, стр. 2; № 13, 14, стр. 23; № 80, стр. 130; А. Юшков. Акты XIII — XVII >вв., представленные в Разрядный приказ представителями служилых фамилий после отмены местничества. М., 1898. № 7, стр. 8; № 8, стр. 9; № 13, стр. 15; № 26, стр. 25.

30 Мед изредка упоминается в составе .владельческого дохода в Шелонской пятине, например в Лосицах и Лядах на р. Плчоссе (НПК, т. VI, стр. 332—338). Бортничество существовало в качестве отрасли собственного владельческого хозяйства в Софийской волости Белой Никольского погоста Бежецкой пятины (НКП, т. VI, стр. 1—16).

31 Л. В. Данилова. Указ. соч., CTD. 36.

32 В черносошной волости Велия оно занимало большое место в хозяйстве крестьян (НПК. т. II, стр. 736—784). Бортища упоминаются и в рядной грамоте XV IB. Федора Акинфовича с Матвеем Ивановичем относительно ©отчины й Деревской пятине -(«...а тых сел полевым земле, и леший, и ловища, и хмелища, и бортища».— ГВНП, № 122, стр. 180).

33 О размерах и развитии этого промысла в Рязанской земле можно получить некоторое представление по жалованной грамоте князя Олега Ивановича Ольгову монастырю на Арестовское село с девятью бортными землями и пятью погостами на этой территории, общее население которых составляло свыше тысячи семей (АИ, т. 1, № 2, стр. 2, 1356—1387 гг.).

34 Однако даже для раннего времени не следует ограничиватьмрайоны-поставщики воска исключительно этими двумя последними, как это делает В. А. Мальм (указ. соч., стр. 137).

282

сохранили свое значение вплоть до XVII в.35 Д^гЯЖИ^ому, роль_Новго^од^^вод^лась основном к транзитной торговле воском/~Дог6вор Новгорода с ганзейскими городами относительно условий торговли этим товаром, заключенный б января 1342 г., в качестве поставщиков воска называет низовцев (ЬШо^ёТп) —жителей районов Средней Волги, Оки, Муромской и Рязанской земель, а также карелов (СариЛегп) 36.

Несколько более ПОЗДНИЙ русский источник—«Рукописание князя Всеволода Мстиславовича» — при перечислении величины пошлин, взимаемых за взвешивание воска, указывает низовского, полоцкого, смоленского, новоторжского и новгородского гостей37. Клиру церкви Ивана на Опоках дана пошлина с юго-восточных земель Новгорода, где проходили пути, соединявшие Новгород с Низовской землей 38. Гостей из тех же земель называет и таможенная грамота Новгорода 1571 г.— смольнян, москвичей и новгородцев39.

Некоторые сомнения вызывает общепринятый перевод немецкого слова Сари1егп в договоре 1342 г. Трудно предположить, чтобы карелы, о занятиях которых бортничеством ни в изучаемое, ни в более позднее время ничего не известно, могли в середине XIV в. выступать в качестве поставщиков воска на внешний рынок. Поскольку сохранилась лишь одна копия договора в тексте устава немецкого двора в Новгороде, то вполне вероятна ошибка переписчика.

Для того, чтобы выяснить те социальные слои, которые поставляли воск на внутренний и внешний рынки, необходимо обратиться к изучению. пo^(щeJ^я_бopтнилecJвaJB„общей системе русского хозяйства XIV—XV вв.

В XIV—XV вв. шел процесс специализации сельских промыслов. Одним из наиболее рано выделившихся промыслов было бортничество. Уже в XIV в. часто упоминаются «бортники», «деревни бортничьи», бортные старосты40.

35 С. В. Бахрушин. Научные труды, т. 1. М., 1952, стр. 159. По сообщениям Родеса и Кильбургера, воск в XVII в. -получали из Нижегородской, Казанской и Мордовской земель (Б. Г. К у р ц, Состояние России в 1650—1655 годах по донесениям Родеса. М., 1914, стр. 169; его же. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствование Алексея Михайловича. Киев, 1915, стр. 117).

36 ГВНП, №41, стр. 74.

37 «Памятники права феодально-раздробленной Руси XII — XV вв.», составитель А. А. Зимин. М., 1953, стр. 176, § 5.

38 Там же, стр. 182.

39 ААЭ, т. 1, К» 282, стр. 322.

40 Бортники упоминаются уже в духовной грамоте Ивана Калиты (ДДГ, № 1, стр. 8), его детей (там же, Кг 2, стр. 11, № 4, стр. 15) и в большей части грамот, касающихся взаимоотношений русских князей XIV — XV вв. (там же, К> 8, стр. 24; № 12, стр. 33, 35; К> 17, стр. 46, 48; Кг 21, стр. 58: № 29, стр. 73, 74; № 55, стр. 165; № 61, стр. 194, 198; № 84,

283

Выделения бортничества в качестве отдельной отрасли сельского хозяйства настоятельно требовали сами условия ухрда за пчелами, организацию которого можно представить по этнографическим материалам XIX в. и некоторым археологическим находкам 41.

В лесу на расстоянии не менее 50 сажен в больших стоячих деревьях выдалбливаются борти глубиной от 5 до 6, а шириной от 4 до 5 вершков42. В зависимости от величины леса таких бортей бывает от 100 до 500, однако пчелами занято бывает лишь 5—10%, в остальных поселяются осы. Бортничество требует огромных усилий и большого количества времени. Для того, чтобы осмотреть хотя бы 50 бортей, необходимо пройти расстояние от 5 до 20 верст. Большая сноровка и опыт нужны для выдалбливания бортей довольно высоко над землей, охраны меда от непрошенных лакомок — медведей, для весенней чистки бортей от мертвой пчелы, паутины, заплесневелой вощины и т. д. Большую опасность представляло лазанье по деревьям. Об опасности этого промысла наиболее выразительно сказано в «Повести о Петре и Февронии» XVI в., где Феврония заявляет: «Есть бо у меня и брат, но поиде чрез ноги в нави (смерть) зрети... Отец же мой и брат древодельцы суть; в лесе бо от древня мед емлют; и ныне иде брат мой на таковое дело, яко лезти ему древо в высоту: чрез ноги долу зрети, еже бы не оторгнутися и не ли-шитися живота своего»43.

Однако это утомительное и трудное занятие по сравнению с пасечным пчеловодством малодоходно. Частая гибель пчел холодной весной от недостатка корма почти неизбежна, так как средств спасти пчел, находящихся в бортях на большом расстоянии друг от друга, нет. Кроме того, в связи

стр. 334, 336). См. также АФЗХ, т. 1, № 213—215, стр. 187—189; АСЭИ, т. 1, № 106, стр. 85; № 485, стр. 366; № 616, стр. 527 (1497—1498 гг.); АИ, т. 1, № 15, стр. 24 (1404 г.).

41 С. Кожемякин. Практическое -пасечное и бортевое пчеловодство, основанное на 60-летних опытах и наблюдениях с присовокуплением обработки воска по новым 'простым способам и сбыта его с хорошей пользою. М., 1865, стр. 105—113; А. К. Сержиутовский. Бортничество <в Белоруссии. «Материалы по этнографии России», т. II. Пгр., 1914, стр. 19—30; С. И. Руденко. Башкиры. М.—Л., 1955, стр. 97—101; В. А. Мальм. Указ. соч., стр. 134—135.

42 Устройство борти описано А. И. Покорским-Журавко. i(A. П о-корский-Журавко. Опыт словаря терминов, употребляемых в пчеловодстве. М., 1851, стр. 5—6). Приношу глубокую благодарность П. М. Комарову за его консультации по вопросам пчеловодства.

43 «Хрестоматия по древней русской литературе», стр. 273, 274. Смерть бортников во время промысла была настолько частой, что нашла даже отражение в феодальном праве. Ом. «Архив П. М. Строева», т. 1. Пгр., 1915, № 55, стр. 74 (март 1488 г.); ААЭ, т. 1, № 144, стр. 117 (9.IV 1506 г.); АСЭИ, т. 2, № 109, стр. 67 (1448—1469 гг.).

284

с тем, что бортники обычно вырезают почти весь запас, оставляя пчелам для выпложивания небольшое количество старых, забитых грязью сот, бортные пчелы очень мелки. Нередки случаи, когда все предыдущие труды идут насмарку при добывании меда. Чтобы усмирить диких пчел, обычно очень злых, суют в борти горящую головню, причем пчелы гибнут, а соты прокапчиваются.

Постепенно наряду с использованием естественного дупла начинали все в больших размерах создавать специальные борти. Этот процесс нашел отражение в источниках. В 1404 г. Савво-Сторожевский монастырь получил от Юрия Дмитриевича «борть по реке по Иневе», а также «бортника Ондрейка Телицина..., и он те борти монастырские делает»44. В записи о покупке Троице-Сергиевым монастырем бортного леса читаем: «... прикуплен Лушок с лесом с бортным, а дерев выделано бортей и старых и новых полторы тысячи»45.

Во время тяжбы бортника великого князя Фомы Михайлова Талшанина и его брата с князем Федором Федоровичем бортник заявил: «...отнял у нас... в чашничи пути Талицкии пустоши великого князя и лесы бортные на реце на Уготи... да впускал... своих бортников и его бортники старые борти ходят, а новые борти делают» 46.

В это же время начался, пока еще в незначительных размерах, переход к пасечному пчеловодству, представляющему собой огромный шаг вперед сравнительно с бортным. В центральных районах Руси пасеки и ульи упоминаются уже в начале XIV в., а в Новгороде только в конце XV в.47 Не случайно Кампензе, описывая богатство «Московии» медом, сообщает сведения не только о меде, «который пчелы кладут на деревьях без всякого присмотра», но и о специальном разведении пчел. «Поселяне... держат пчел около своих жилищ и передают в виде наследства из рода в род...» 48.

К сожалению, в нашем распоряжении нет данных, харак-

44 АИ, т. 1, № 15, стр. 24 (1404 г.).

45 АСЭИ, т. 1, № 333, стр. 241 (1462—1505 гг.).

46 «Описание актов собрания гр. А. С. Уварова. Акты исторические, описанные Й. М. Катаевым и А. К. Кабановым». М., 1905, № 6, стр. 5—6 (середина XV в.).

47 В. А. Мальм. Указ. соч., стр. 132. Первым этапом этого перехода было применение специальных лубяных кузовов, которые подвешивались .на деревьях: «Да в том ухожае борти ему себе и иные делати и кузовы ставить в тот же оброк» (НПК, т. III, СПб., 1868, стр. 6). Одновременно в новгородских писцовых книгах упоминаются и ульи: «а у пчел улей и из бортей из меду половъе...» (НПК, т. II. ОШ., 1862, стр. 312), «из меду улейного и из бортей половье» (там же, стр. 301).

48 А. Кампензе. Письмо к папе Клименту о делах Московии. «Библиотека иностранных писателей о России» В. Семенова, т. I. СПб., 1836, стр. 30—31.

285

теризующих повышение выхода меда и воска от одной пчелиной семьи в связи с установлением пасечного пчеловодства. Известны лишь некоторые материалы о получении воска и меда на пасеке49. В специальной литературе по пчеловодству принято считать, что в СССР зимовалая семья дает около 300 г воска50. Для XIV—XV вв. эту цифру необходимо увеличить, так как сейчас удаляют часть гнезда, а при бортном пчеловодстве всё гнездо. Значит, выход воска был в три-четыре раза больше.

Большая часть источников характеризует процесс обособления вотчинных бортников. По состоянию источников трудно выяснить, существовали ли черносошные 'бортники5|. Известно, однако, что бортники из крестьян владели деревнями. Так, в Переяславском уезде около 1432—1445 гг. бортник продал свою деревню: «Се яз, Мартин да Леваш, купили есмя у Гриди у бортника деревню...»52.

По-видимому, большинство бортников были вотчинными крестьянами. О важной роли бортников в хозяйстве крупных феодалов, прежде всего князей, свидетельствует ставшая традиционной формула жалованных грамот: «А волостель мой в его уезд не въеждает, ни боровник, ни бобровник, ни закосник, ни бортник»53.

Несмотря на существование специальных бортников-профессионалов, эпизодически для этого промысла в хозяйстве феодалов привлекались в качестве вспомогательной силы и крестьяне. В жалованной грамоте Ивана Васильевича Спасо-Евфимьеву монастырю (17 октября 1472 г.) читаем: «...и мои бобровники и бортники по рекам и по лесом ходят, а в их селах в монастырских их крестьян на дело не емлют, ни кормов, ни подвод у них не емлют же»54.

В хозяйстве крупных феодалов бортники получали в свое

49 П. С. Щербина. Как «а пасеке 'получить больше воска. 1944, стр. 62, 12. В районе Перми в 40-х годах XX в. от одной перезимовавшей «а пасеке пчелиной семьи получали в среднем около 480 г воска, хотя некоторые пчеловоды добивались гораздо лучших результатов — от 1,5 до 2 кг воска и от 60 до 90 кг меда.

50 П. М. Комаров, А. Ф. Губ и и. Пчеловодство. М., 1937, стр. 430.

51 Предположение об их существовании подтверждается и этнографическим материалом. Так, в Белоруссии, в отдаленных районах Полесья, вплоть до самого конца XIX в. многие крестьяне сами захватывали земли, пользовались бортями, не платя никакого оброка (А. К. Сержпутов-ский. Указ. соч., стр. 18).

52 АСЭИ, т. 1, № 106, стр. 85.

53 А. Ю ш к о в. Акты XIII — XVII вв., № 7, стр. 8; № 26, стр. 25.

54 АСЭИ, т. 2, № 466, стр. 506.

286

распоряжение отдельные леса, деревни и т. д.00, за пользование которыми они были обязаны поставлять феодалу — владельцу земли — натуральный оброк56. Единственной формой натурального оброка имеющиеся в нашем распоряжении источники называют мед. В берестяной грамоте № 136, устанавливающей величины различных повинностей Мысловых детей, указан размер «дара»: «3 кунницы да пуд меду»57. Духовная грамота Ивана Калиты предусматривает: «А об-рокомь медовымь городскимь Василцева веданья поделятся сынове мои»58. Почти то же самое мы находим и в духовной Ивана Ивановича: «И что мед оброчный Василцева стану..., то им все на трое»59. Такое же положение было и монастырских бортников60. Наиболее подробно о положении бортников сообщают жалованные грамоты митрополитов Троице-Сергиевой лавры бортникам С. Улыбашеву с товарищами (1478 и 1490 гг.). Согласно этим грамотам, бортники получали две деревни, три пустоши, пожни с бортными лесами за Клязьмой. Митрополит предоставлял им судебный и податной иммунитет, бортники же были обязаны поставлять в качестве натурального оброка мед и привозить его в Москву61. Очень важно указание на качество меда: пресный мед — это мед уже без сотов. Жалованная грамота княгини Анны Васильевны устанавливает ту же форму оброка62. Судя по этой гра-

56 Отдельные 'бортники владели довольно значительными земельными участками. Так, Иван Васильевич отдал своему ібортнику Гриде три десятины пожен и 12,5 десятин пашенной земли, обмененных им у Опасо-Евфимьева монастыря (АСЭИ, т. 2, № 486, стр. 527). Некоторые бортники занимались одновременно рыболовством и имели собственные жеребьи в реках и озерах. Так, бортник великого князя рязанского Василия Ивановича Сатя претендовал на право пользования озерами. Он обвинял некоего Остафия: «...отнял, господине, у нас, у твоих великого князя бортников у Михальки у Федусова да у меня с товарищи, во озерех рыбные жеребьи и земецкие во озерех в Бокине да в Боровом озере». (А. Юшков. Акты XIII—XVII вв., N9 13, стр. 15).

56 ДДГ, № 1, стр. 8—10; Кя 4, стр. 15; № 84, стр. 334 (1496 г.—«борт-кики с оброки»).

57 А. В. Арциховский, В. И. Борковский. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1953—1954 гг.). М., 1968, стр. 76.

58 ДДГ, № 1, стр. 8.

59 Там же, № 4, стр. 15.

60 Косвенным указанием на получение Юрьевым монастырем меда <в качестве натурального оброка может служить появление меры меда, происходившей от названия монастыря «22 ситива Юрьевские сотки» (НПК, т. V, стр. 332—338).

61 «А дают те христиане Семенко з детьми да Оладко с тех земель и з бортей с всех на мой погреб оброком з году на год на рожество христово пять 'пудов меду пресного весчих, а .привозят тот мой оброчный мед на мой погреб в Москву сами» (АФЗХ, т. 1, № 213, стр. 188; № 214 стр. 188).

62 Анна Васильевна предоставляет Солотчинскому монастырю «борть на Михайлове горе... с борьтником, и с луги, и с перевесьи и с истоки,

287

моте, в конце XV в. монастырь, получивший бортный лес, должен был поставлять княгине значительно больше меда, чем в предшествующее время. В связи с этим можно высказать предположение, что увеличение размеров натурального оброка в какой-то степени было обусловлено повышением производительности труда в бортном промысле.

По-видимому, Троице-Сергиева лавра и другие феодалы получали в качестве натурального оброка только мед. О получении же ими воска нет никаких свидетельств. Хотя именно духовные феодалы должны быть больше всех заинтересованы в получении воска, он, судя по письменным источникам, не входил в состав натурального оброка—даже во владениях церкви. В XV в., как и позднее — в XVI в., воск нередко покупался отдельными церквами и монастырями. В жалованной грамоте белозерского князя Михаила Андреевича Череповско-му Воскресенскому монастырю о сборе на Белоозере возничей и померной пошлин специально указывалось: «А сия пошлина придана к Великому Воскресению на воск да на темьян»63. В конце XVI в. один из северных монастырей — Никольский Карельский — также покупал воск в Москве64. Практика покупки воска была весьма распространена65. Даже в новгородских берестяных грамотах воск упоминается лишь в связи с торговлей (№ 129) или ростовщичеством (№ 63) 66. Обязанность крестьян поставлять той или иной церкви воск была исключением и обычно специально оговаривалась67.

а шло деи с тое вотчины к Зачятью «по пяти :пуд 'рязанских; и игумену с братьею ведать та вотчина, но старине, самим: а давает игумен к Зачятью с году «а год, на сам иразник на Зачятье, «по осми пуд рязанских» 1АИ, т. 1, № 80, стр. 130 (1464—1501 гг.)].

63 ААЭ, т. 1, № 100, стр. 78 (1473—1486 гг.).

64 РИБ, т. XIV. СПб., 1894, № 77, стб. 146—147 (19.111 1995 г.).

65 В «Изустной лашти» Аграфены, жены князя И. С. Ростовского, относительно вкладов в многочисленные церкви во всех концах Руси значится: «Да по тем же церквам на мед и на воск и на просвиры дати по полуполтине» (АФЗХ, т. 2, № 332, стр. 350 (9.ХП 1568 г.). В «данной грамоте» на треть земли от начала XVII в. записано: «...а пахать та земля зятю моему Кирилу исполу да половина хлеб отдавати старосте церковному на воск да на темьян» [РИБ, т. XIV, № 103, стб. 203 (26.Х 1609 г.)].

66 А. В. Арциховский, В. И. Борковский. Указ. соч., стр. 66; А. В. Арциховский. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1952 г.). М., 1954, стр. 63.

г>7 Специальный пункт относительно обязанностей крестьян доставлять церкви воск включен в «данную грамоту» Ф. Б. Бороздина игумену Иоси-фо-Волоколамского монастыря Гурию «а с. Кузьмодемьяиское с деревнями в вол. Дмитрокове Старицкого уезда: «А что моя деревня Новая, ...и' яз ту деревню дал пречистой жа в Осифов монастырь, а игумену и братие велети с тое деревни к церкви довати воск на свечи...» (АФЗХ, ч. 2, № 202, стр. 203, 1547—1548 иг.). То же (повторено в его духовной (там же, № 253, стр. 257, 1554—1555 >гг.).

288

Таким образом, в качестве основных поставщиков воска как на внутренний, так и на внешний рынок в течение XIV— XV вв. выступали крестьяне. Этот вывод основан на отрывочных данных актового материала и поэтому не может претендовать на абсолютную точность. В связи с общим характером .феодального хозяйства можно было бы предположить, что наряду с крестьянами в качестве поставщиков воска на внутренний рынок выступали и феодалы. Однако это не подтверждается материалом источников.

Рост производительности труда в сельском хозяйстве Руси XIV—XV вв., вызывавший выделение бортничества в особый промысел, создавал предпосылки для развития товарного производства. Торговля воском — одна из немногих отраслей русской торговли этого времени, в которую поступала не только избыточная часть прибавочного продукта, а излишки самого крестьянского хозяйства. Поэтому экспорт воска неразрывно связан с развитием товарного производства внутри Руси. С другой стороны, экспорт воска был мощным фактором втягивая крестьян в товарные отношения, способствуя производству воска непосредственно на рынок 66.

Вероятно, торговля воском уже задолго до изучаемого времени основывалась на крестьянских поставках этого товара на внутренний рынок. На внешние же рынки воск поступал при посредстве купцов или гостей, ведших иноземную торговлю. По-видимому, благодаря тому, что торговля воском с ранних пор оказалась в руках купцов, раньше других создали свою организацию купцы-«вощники», упоминавшиеся уже в «Уставе князя Ярослава о мостех»69. Именно в их руках концентрировалась крупная оптовая торговля воском. Особенности торговли воском создали предпосылки для длительного и прочного существования этого объединения.

Особенности происхождения воска и пушнины, экспортировавшихся Новгородом, вызвали различие в организации самой внешней торговли этими товарами. Если относительно торговцев пушниной сохранились лишь отдельные свидетельства, то существование, причем уже с начала XII в., организации купцов-вощников не вызывает ни малейшего сомнения70. Она объединяла торговлю воском ие только Новго

68 В наименьшей степени это относится к Новгородской земле, где бортничество развито слабо. Поэтому вряд ли для крестьян Новгородской земли экспорт 'воска являлся главным источником приобретения денег (Л. В. Данилова. Указ. соч., стр. 171—172).

69 НПЛ, стр. 507.

70 М. Н. Тихомиров. О купеческих и ремесленных объединениях в Древней Руси (XI — XV века). ВИ, 1945, № 1, стр. 23—24.

19 Международные связи России 289

рода, но и некоторых других земель. Привозом воска из других земель определялась и странная на первый взгляд позиция новгородских купцов, занятая ими в отношении порядка торговли воском в начале XV в. Несмотря на существование сильной и крепкой организации купцов-вощников, новгородцы отказались удостоверять качество воска своей печатью. Это можно объяснить лишь огромным привозом уже перетопленного в других землях воска, за доброкачественность которого новгородцы не могли поручиться.

Вопрос о степени обработки воска и в связи с этим о его сортах поддается изучению с трудом. Неизвестно даже, в чьих руках находилось воскобойное дело71: в руках горожан-ремесленников или купцов, торговавших воском, или в руках самих крестьян. Судя по молчанию источников как XIV— XV вв., так и более позднего времени, характеризующих в целом очень полно разнообразные занятия городского населения, ни в Новгороде72, ни в других русских городах не существовало ремесленников, занимавшихся пробойкой (перетопкой) воска. Воскобойное дело, очевидно, всецело сосредоточивалось в сельской местности. Пробойка была вполне доступна отдельным крестьянам, так как она не требовала никаких сложных приспособлений. Наиболее примитивным способом топки воска являлась печная топка. Для нее необходимы лишь два глиняных горшка различной величины, укрепленные друг над другом. В верхний, меньший, с отбитым дном, на слое соломы помещался воск, который под действием тепла расплавлялся й капал вниз в воду, где застывая, образовывал круг.

Не менее распространен был другой способ пробойки — прессы. Расплавленный в котле с водой воск выливался

71 Выбивка, пробойка воска необходима для очищения его от различных примесей. «Ярый» (чистый и белый) воск получается не только из новых вощин, пробывших в улье или борти несколько дней, но и из старых, неперечеренных (служивших лишь для складывания запасов) и перечеренных вощин, в течение нескольких лет служивших для выведения черви. Последний сорт вощин обычно бывает коричневого или даже черного цвета, но при перетапливании он дает чистый желтый воск и большое количество 1Мервы, воска с большим количеством примесей.

72 Даже в конце XVI в. в Новгороде Великом из общего числа людей, занимавшихся сельским хозяйством и подсобными промыслами (851), только трое названы воскобойниками (А. П. П р о н ш т е й н. Новгород Великий в XVI веке. Харьков, 1957, стр. 51, 246). Полную противоположность составляло свечное дело, по-видимому, концентрировавшееся в монастырях и городах. Так, в Новгороде, по подсчетам А. П. Пронштейна. в конце XVI в. насчитывалось 85 свечников (там же, стр. 250).

290

в волосяные или холщевые мешки, помещался под пресс, причем воск вытекал, а воскобоина оставалась73. Однако в результате пробойки этим способом воск сохранял некоторые примеси. Более чистый воск желтого цвета получался в результате вытапливания в специальных воскотопках — в ведрах или чанах, где укреплен жестяной кружок с дырками, через которые чистый воск всплывает наверх. Все перечисленные выше устройства крайне просты, они почти не требовали особых затрат и, вероятно, были вполне доступны крестьянскому населению Руси.

Эволюцию производства воска можно проследить по качеству этого товара, поступавшего на внешний рынок.

В Рижской долговой книге конца XIII — начала XIV в. строго различался воск:cera soluta, resoluta, liquida, liquefacta, smolten cera, smolt was и вощина: cera non resoluta, non liquefacta, unsmolten cera, ungesmolten was.

Русский воск поступал в ливонские города в обоих видах, так как уже в конце XIII в. в Риге продавался воск кругами74 (в такую форму отливался только воск после перетопки) 75. По мнению Г. Гильдебранда, однако, ливонские города получали часть русского воска в виде вощин, перетапливали его и затем отправляли дальше76. Экспорт вощин был категорически запрещен.

73 В. П. П о п о в. Воск, его добывание, свойства, употребление и т. п. Пенза, 1о88, стр. 9—10. Этот способ существовал в Белоруссии (А. К. С е р ж и у т ов с к и й. Указ. соч., стр. 30) и в Сибири вплоть до начала XX в. Сибирский способ был несколько сложнее. В землю между двумя столбами вкапывалась колода с углублением, в которое вкладывалась распаренная сорная вощина в холсте. 'После прессовки воска деревянной втулкой воск и горячая вода -через специальное отверстие вытекали в приготовленный чан, причем сор оставался в холсте. Операция повторялась обычно два раза (см. Н. И. Казанский. Сибирская -воскобойня. «Опытная пасека», 1914, № 2, стр. 45—46).

74 Отзвук этого «аходим и в одном немец-ком названии, сохранившем, по-видимому, следы русского происхождения («crogwas» — от слова «круг»). См. И. Hildebrand. Ор. dt., S. 72, № 1072 (1291, 22.IV).

75 Т. В. Кован. Воск. Его история, добывание, фальсификация и тор-ювое значение. СПб., 1912, стр. 54, 66 и др. При раскопках мордовского могильника X — XIИ вв. близ с. Муранки В. И. Поливановым был обнаружен такой круг (В. А. Мальм. Указ. соч., стр. 137, прим. 1). Изображение этих кругов находится в Радзивилловской летописи (см. А. В. А р-циховский. Древнерусские -миниатюры как исторический источник. М., 1944, стр. 27). Та же форма сохранилась и позднее. Так, в Казани в XVI в. воск после перетопки «лили в круги большие в землю» (М. В. Фехнер. Торговля Русского государства со странами Востока в XVI в. М., 1956, стр. 62).

76 Н. Hildebrand. Ор. cit., Einleitung, S. LI. Кругами продавался воск в Москве и в XVI в. Например, около 1541 т. Иван Гаврилин из Литвы купил 11 кругов воска (Сб. РИО, г.'59. СПб., 1887, стр. 107; С. В. Бахрушин. Научные труды, т. 1, стр. 179), а в царской грамоте

19*

В конце XIII — начале XIV в. воск в основном, вероятно, вывозился в виде вощин. В этом убеждает и название одного из сортов воска77, и существование в конце XII в. котла для перетопки воска на немецком дворе в Новгороде78. Позднее порядок торговли изменился. В XIV—XV вв. основным видом экспортного воска стал воск в кругах. Наряду с воском продолжалась и торговля вощинами. Даже в конце XVI в. в Новгород ввозились вощины. Таможенная откупная грамота новгородцу Пятому Андрееву (от 1 сентября 1587 г.) о сборе номерной и покоренной пошлин содержала следующее указание: «А имати ему номерное со всякого жита... так же и с хмелю и с вощин...» 79.

Круги воска имели приблизительно одинаковый вес, изменявшийся в различные периоды, что было связано со сдвигами в воскобойном деле. В Рижской долговой книге не встречалось кусков воска, превышавших У2 шиффсфунта (80 кг) 80. К концу XIV — началу XV в. вес одного куска достигал уже одного шиффсфунта81, а в конце XV в.— даже 2—21/2 шиффс-фунтов82.

Чистый воск, составлявший основную часть общего экспорта воска, строго выделялся но качеству. Уже в Рижской долговой книге обычно различались cera cum pede (cera gevo

двински.м таможенным целовальникам, читаем: «...кто учнет купить или продавать рогозинами, и кадми, и кругом и возом и пудом в вес соль, мед, воск, рыбу, масло, сало и всякой весчей товар...» '.(ААЭ, т. 1, № 338, стр. 4Ш, 29.Ш 1558 г.).

77 «Medewas» — неперетоиленные вощины с остатками меда — единственный раз упоминаются в Рижской долговой книге 18.IV 1294 г. (Н. Hildebrand. Op. cit., № 355, S. 27). Неперетопленная сушь всегда сохраняет приятный медовый запах.

78 Немецкий двор, судя шо первой редакции его устава (скры), располагал собственным котлом для перетопки воска (W. Schl?ter. Die Nowgoroder Schra in sieben Fassungen von ХНІ. bis XVII. Jahrhundert. Dorpat, 1914, Red. I, § 9a). Позднее -в скре ничего не говорится о котле, так как, вероятно, в нем отпала необходимость: с середины XIV в. воск поступал в Новгород уже в перетопленном виде. Перетапливание воска в конце XIV — начале XV в. стало лишь мерой наказания в тех случаях, когда качество покупаемого воска внушало какие-либо сомнения.

79 ААЭ, т. 1, № 335, стр. 404.

80 <Н. Hildebrand. Op. cit., Einleitung, S. LH.

81 >C1. Nordmann. Die Veckinhuseuschen Handelsb?cher. Zur Frage ihrer Edition. HGbll, 65—66. J., 1940-1941, S. 104, 106.

82 Впрочем, до самого конца XVI в. встречался и воск мелкими кусками. В Новгородской таможенной грамоте от 17 марта 1571 г. записано: «А повезет новгородец городской человек и окологородец из Новагорода воск и кто нибуди, и им имати у таможников узолки, сколко кругов, стол-ко узолков, за таможничею печатью; а таможником у них имати с круга по три денги по новгородскую; а яісівезет кто воску мелкого пуд, или два, или три, и таможником v них не имати ничего» .(ААЭ, т. 1, № 282, <^тр. 321). "

292

tet, votet was) и cera sine pede 83. По-видимому, эти наименования соответствуют современным понятиям о воске второго сорта и воске первого сорта. Воск первого сорта, вытопленный на солнечных воскотопках, белого цвета, чистый, без каких-либо примесей84. Воск второго сорта — темно-желтый или светло-коричневый, без посторонних примесей, но с отстоем, носившим в старонемецком языке название vot (Fu?), не превышавшим Уз высоты круга. Наконец, воск третьего сорта — темно-коричневый, бурый или серый, с отстоем около '/г высоты круга (прессовый воск из вытопков) 85.

Первое постановление немецкого двора в Новгороде относительно торговли воском 1315 г. касается чистого воска86. Под угрозой штрафа в К) марок серебра ганзейцам запрещалась покупка «branden valschen voet von d?me vasse»87, т. е. воска, частично испорченного при перетопке. Этому постановлению предшествовали переговоры ганзейцев с русскими.

Новгородцам были поднесены богатые дары, в ответ на что русские обещали продавать только чистый воск. Однако постановление 1315 г. не выполнялось, как, впрочем, и следующее постановление 1332 г. и договор 1342 г.88, требовавшие покупки только чистого воска «геупе was also, als it got gevet, mit sines selves vote»89. He помогло и создание в 30-х годах XIV в. специальной должности was?inder'a на немецком дворе в Новгороде, в обязанности которого входило проверять воск

83 Н. « i 1 (1 е b г a n d. Op. ей., № 277, 278, S. 21.

84 Этому же понятию соответствовало и выражение «klares Wachs» (HUB, Bd. XI, №.1253, S. 807).

85 II. С. Щербина. Указ. соч., стр. 52—-53.

86 Постановления Ганзы относительно качества воска были приняты почти на 20 лет раньше, чем относительно других товаров, в частности пушнины; возможно, что торговля воском, не являясь более ранней или более -развитой, чем торговля мехами, имела для Ганзы в то время более важное значение, и потому фальсификация воска «путем добавления сала, смолы и т. д., приносившая убыток ганзейским купцам, постоянно привлекала их внимание.

87 W. S с h 1 й t е г. Op. cit., Red. IV, § 96, S. 155; Red. V, § 98—99, S. 153 -155. «Vot» — см. ibid., Register, S. 72.

88 Уже через три года, в 1335 г., ганзейские купцы в число своих требований по отношению к русским включают: «§ 6. Item de cera videlicet de falso ipede» .(HUB, ,Bd. II, № 669, § 6, S. 250). В договоре указывалось: «...•после дня святого Петра и святого Павла им (немцам) больше не брать от новгородцев воска с примесями, который был бы смешан с маслом или с желудями, или со смолой, или с горохом ни в Новгороде, ни в Пскове, ни в Полоцке, ни в Юрьеве, ни в Риге, ни в Колывани, ни на Готском береге. Немцам брать у новгородцев чистый -воск таким, каким бог его дает, с его собственной ятодсадой, таким, какой он есть» (ГВНП. № 41, стр. 73—74, январь 1342 т.).

89 W. S с h 1 й t е г. Op. cit., .Red. IV, § 96, 97, S. 153—155.

293

до его покупки ганзейцами и удостоверять его доброкачественность наложением печати. Вывоз воска, не имеющего печати, запрещался под страхом денежного штрафа и конфискации товара90.

Представляют интерес указания на так называемую фальсификацию воска. Обычно исследователи останавливаются на грубых способах обмана — добавлении в воск чечевицы, гороха, иногда даже целых кирпичей 91, больший интерес представляют подделки воска, связанные с его производством (добавление сала, смолы и т. д.).

Воск продавался исключительно по весу 92. Наряду с ливонскими мерами веса (шиффсфунтами, лисфунтами, марк-фунтаїми) существовали и русские — капь (cap, cap Ruthe-nica, frusta Ruthenica93) и тысяча. Особенно часто встречалась именно последняя единица. Тысяча воска была равна по весу двум берковцам 94.

Воск упаковывался в отдельные «stro»95, состоявшие из нескольких кругов (bodem) воска. Как установил Л. 1\. Гетц, число отдельных кругов и их величина были весьма различны96.

В штро входило от одного до семи кругов, каждый весом от одного до трех с лишним шиффсфунтов.

90 Ibid., Red. IV, § IUI, 99, 97. То же требование выставляли купцы Любека в переговорах ганзейских и ливонских городов с Новгородом при восстановлении торговых отношений с последним в 1442 г. [§ 3. Item па utwisinghe der schraa, so schulde me dat valsohe was bernen.— HR, Abt. II, Bd. II, № 602, S. 501 (1442, V)]. ;

91 L. K. G о e t z. Op. eil. S. 263—264.

92 В уставной грамоте смоленского князя Ростислава Мстиславича и епископа Мануила смоленской епископии читаем: «А се дань на лосвет святей іБогородици нз двора своего осмъ копии воску и «а горе .огород» [ДАИ, т. 1, СПб., 1846, № 4, стб. 6 (1150, 30.IX)]. Договор 1407 г. Риги с Полоцком требовал: «...у Полоцку соль весити на скалвах тым же весом, что воск весят, тыми же колоколы» (ААЭ, т. 1, № 16, стр. 12). Коломни-чн на пути из Пути-вля в Брянск потеряли 40 іііудов воску {Сб. РИО, т. 35, стр. 26, № 7, (1489, III)], а Кари Кошурников около Вильны — полтора безмена воску [там же, стр. 45, № 11, (1400, V)].

93 Капь возникла из практики русско-ганзейской вощаной торговли. Величина ее определяется в договоре 1269 г.: «В кани должно быть весу 8 лнвеких фунтов» (ГВНП, № 31, стр. 61).

94 Я. К. Зв'мзарис. Метрология Латвии в период феодальной раздробленности и развитого феодализма (XIII —XVI вв.). ПИ, вып. IV. М., 1955, стр. 214. Эта мера впервые упомянута в первой половине XIV в. См. \V. Schl?ter. Op. cit., Red. IV, § 96; Red. V. § 98.

95 Происхождение этого термина неизвестно. 9d L. К. G о е t z. Op. cit. S. 269.

294

В связи со значительной ролью вощаной торговли в общем русско-ганзейском товарообороте особое внимание привлекает порядок взвешивания воска й платежа пошлин. Договор 1262—1263 гг. знает обязанность ганзейских купцов платить по две куны от капи, в том числе и воска 97. Как фактически производилось обложение пошлиной, неизвестно. Когда в конце XV в. вновь встал этот вопрос, никакой ссылки на прежний порядок или указания на его изменение не было сделано98. В 1489 г. великий князь установил, что весовщики при церкви св. Ивана должны взимать три пфеннига с каждого шиффсфунта товара ".

Взвешивание воска было источником постоянных разногласий между новгородцами и ганзейцами. Ганзейцев не удовлетворяло качество взвешивания воска в Новгороде, в связи с чем съезд ганзейских городов в Любеке обратился к Новгороду с просьбой исправить весы, на которых взвешивается воск 10°. Новгородцы же в своем договоре 1481 г. с магистром Ливонского ордена выдвинули требование о том, чтобы «в Ругодиве (Нарве) вощаной вес, капь, сиустити с новгородскими капьми, а весити... по крестному целованию» 101.

При изучении размеров торговли воском Новгорода исследователь вынужден пользоваться данными о торговле ливонских городов. Трудность разделения торговли Новгорода п Смоленска, также поддерживавшего тесные экономические связи с ливонскими городами, главным образом с Ригой, как и неполнота и условность самих материалов делают наблюдения относительно размеров торговли весьма приблизительными. Тем не менее ио ним, хотя и условно, можно все-таки определить и размеры торговли, и ее эволюцию.

97 ГВНП, № 29, стр. 57.

98 Н. А. Казакова утверждает, что в предшествующий период весчее взималось независимо от веса товара (II. Казакова. Из истории торговой политики Русского централизованного государства XV в. «Исторические записки», к«. 47, .1954, стр. 282). В уставе торгового объединения три церкви, св. Ивана, где перечисляются •источники его дохода, поступление пошлин от немецких купцов не указано. Вероятно, товары членов Иван-ского ста и их контрагентов не подлежали таможенному обложению, как это было в XVI в. «А .воск, и мед, и< олово, и свинец, и квасцы, їй ли дон, и темьян весить по старине, на юркж, у Ивана Святого под церковью на Пет-рятине дворище; а томоженнком в то .не вступатися ни во что» (ААЭ, т. 1, № 282, стр. 324),

99 Щ; Ш. III, Всі. II, .N1? 266, Б. 305—306 (письмо «немецкого двора Деритскому городскому совету от 3.VIII 1489 т.).

100 НИ, АЫ. И, Всі. 7, № 338, § 223, Б. 548 (1476. 25.V-20.VI); № 361, 5. 586, (1476, 15ЛП).

101 АЗР, т. 1. СПб., 1846, № 75, стр. 96.

295

ь В конце XIII в. и самом начале XIV в. количество воска, русского и литовского, купленного только в кредит в Риге и отправленного во Фландрию или в Англию, колебалось между 25—30 шиффсфунтами, т. е. 4—5 т ежегодно, редко поднимаясь до 70 шиффсфунтов (11,2 т) 102.

Конечно, данными долговой книги не исчерпывается весь вывоз воска: воск, приобретенный за наличный расчет и в обмен на другие товары, в книгу не попадал. По-видимому, весь вывоз из Риги раза в два-три превышал указанные в книге размеры. В этом убеждают данные о величине убытков немецких купцов в конце XIII в.: только за один 1292 г. в результате ограбления они потеряли 26 шиффсфунтов без одного лис-фунта, т. е. 4152 кг, а в 1298 г.— 2,5 шиффсфунта, т. е. 400 кг103.

Ежегодный вывоз воска отдельными ганзейскими купцами в середине XIV в. достигал иногда 4—5 шиффсфунтов, т. е. 700—800 кг.

Хотя, вероятно, закупки воска купцом среднего достатка были несколько ниже этих цифр, они, однако, показательны, поскольку в Новгород в этот период приезжало много ганзейских купцов. Так, Хинрик де Бохольт в 1335 г. вывез из Новго

102 Судя по Рижской долговой книге, было продано в кредит (по годам): 53 лф 2 мф (2344,8 кг 11,5 » (3452 * 3 (4104 » 1287-1289 . . 15 э 1 » 11,5 » (2412,6 » 1289...... , 27,5 » 33 » 8 » (4667,2 » 1290...... . 33,5 » 14,5 » 12 » (5450,8 » , 72 » 17,5 » 24 » (11621,6 » , 29 » 71,5 » (5212 » 12УЗ...... 19 » 8 8,5 » (3107,4 » 1294 ...... . . 15,5 . 4 » (2512 » 1295 ...... , 10 » 13 » (1704 » 24,5 » 3 » (2739,2 » (5760 > 1298 ...... (1200 » 5 лф 10 мф ( 684 » 1300 ...... , , 1« » (2560 » 8 » 1 » (3424,4 » 10,5 » 24 (2253,6 » При переводе в метрическую систему условно примято равенство: 1 шф — 160 кг, 1 лкр—8 кг, 1 мф— 400 гр. Резкое падение вывоз* в самом конце XIII — наиале XIV в., устанавливаемое по Рижской' долговой книге, объясняется не столько фактическим его сокращением, сколько неполнотой записей самой книги.

т ШВ, В<1. II, № 620, Б. 565—566.

296

рода 4 шнффсфунта 12,5 лисфунтов воска, т. е. 740 кг104. И. Виттенборг с помощью своих агентов вывозил несколько больше. Вероятно, за один только 1355 г. он и его компаньон вывезли из Новгорода около 5800 кг. 17 июля 1355 г. его компаньон Готшалк Визе продал в Любеке воск на сумму в 240 любекских марок, т. е. около 6 шиффсфунтов; сам И. Виттенборг продал три партии воска общим весом в 30 шиффсфунтов 3,5 лисфунта 105. Приблизительно на том же уровне остались размеры вывоза отдельными купцами в конце XIV в. Так, в 1389 г. у ревельского купца Грота Гримме была партия воска в 10 штук, а у Иоганна ван дер Молле — 8 бодемов (кругов) 106. Помимо этого, значителен был и вывоз воска самими русскими купцами, торговавшими преимущественно в Ревеле.

О размерах вывоза воска из Ревеля и Риги—основных портов, через которые он экспортировался из Новгорода 107, можно судить по Ревельской таможенной книге 1368— 1369 гг. В 1368 г. был вывезен 231 кусок (st?cke) воска108, или 2310 лисфунтов, т. е. 18,5 т 109.

В 80-х годах XIV в. вывоз воска из Новгорода, как и вывоз пушнины, упал в связи с прекращением дипломатических и торговых отношений Новгорода с Ливонией и Ганзой110. Весной (26 марта) 1391 г., в пору наибольшего обострения отношений немцев с Новгородом, только у двух ревельских купцов из двадцати трех, имевших так называемые «русские» товары из Новгорода, Пскова и соседних с ними райо

104 HU?, B<1. II, № 569, S. 251, Апш. 1.

100 С. М о 11 w о. Das Handlungsbueh von Hermann und Johann Wittenborg. Leipzig, 1901, Teil II, § 147, 163, 177, 181, 183, 188. 106 HR, Abt. I, Bd. ЛІ, № 438, S. 451- 452.

197 В. Штида отмечает, что вывоз воска из Ревеля указан в 11 из 72 квитанций об уплате таможенных пошлин в 1368 г., а из Риги — в 13 из 48 (W. S t і е d а. Qp. cit., Einleitung, S. CXH).

108 G. Lechner. Die Hansische Pf undzol listen des Jahres 1368 (18.H1 1368 bis 10.111 1360) jnit einem Vorwort von Fr. R?rig. «Quellen und Darstellungen zur hansischen Geschichte», N. F., Bd. X. L?beck, 1935. В 1358 r. воск вывозился не только через ливонские города, но и через Выборг. Известный "ревельский купец Гобель обменяіл там 20 ластов соли на воск (К. Kunze. Ор. cit., S. 130). У одного только Тиле Падзе в 1368 г. имелось пушнины и воска на 8665 любекских марок (G. Lech пег Ор. cit. S. 387, № 5).

109 По аналогии о Рижской долговой книгой (Н. Hildebrand Ор. eilt., Einleitung, S. LH) считаем вес одного кускаї равным 0J5 шнффсфунта.

1,0 Не случайно в 1389 г. после кратковременного разрешения торговли в Новгороде из 10 ревельских купцов лишь у двоих оказались такие ничтожные количества воска, как 10 штук и 8 бодемов (HR, Abt. І, Bd. II, № 438, S. 451—459).

297

нов, оказалось небольшое количество воска: 11,5 лисфунтов у одного и 4 шиффсфунта 7,5 лисфунтов у другого111 — в общей сложности 792 кг112. Нарушение торговых отношений в результате сложившейся политической обстановки, по-видимому, повлияло на размеры экспорта воска. Пушнина, вывоз которой также значительно сократился, поступала не только из русских земель, но и из соседних шведских и финских. Кроме того, в связи с небольшим объемом пушнины возможен был тайный провоз ее в ливонские города. Иначе обстояло дело с воском.

Основным источником экспортного воска наряду с самой Прибалтикой были русские земли, и прекращение торговли с ними вызвало резкое падение его вывоза пз. Вывоз его через другие города, в том числе Выборг и Або114, не мог, разумеется, компенсировать закрытия главных экспортных каналов.

Нормализация отношений Великого Новгорода с его северо-западными соседями привела к увеличению торговли воском.

Уже в 1393 г. на одном только судне Якоба Дуббельсо-на, следовавшем из Ревеля во Фландрию, находилось 55 кусков воска п5, но подсчетам В. Коиие116, весом около 15 тыс. маркфунтов (т. е. около 6 т). Как и прежде, еще больше воска вывозилось из Риги 117.

Общие размеры экспорта воска из Новгорода можно представить по данным о торговле Тевтонского ордена, лиггеры (приказчики) которого в 1399, 1400, 1401 и 1404 гг. вывезли из самого Новгорода и из Пруссии 271 шиффсфунт новгород-

111 HR, Abt. I, Bd. IV, Ks 22, S. 16, § 14, 20.

112 Вряд ли можно объяснить этот факт случайным характером самой записи о вывозе воска, как это делал Л. К Гетц (L. G о е t г Ор. cit., S. 271).

113 Западный рынок болезненно реагировал на изменения торговли на востоке Европы. Движение цен на брюггском рынке в конце XIV в. вероятно указывает ;на это. Саяиая высокая цена на воск за период 1393— J398 гг. падает именно на Ш93 г., когда брюггский рынок еще переживал последствия предыдущего разрыва торговли с русскими. М. П. Лесников. Балтийско-нидерландская торговля хлебом в конце XIV — начале XV в. Сб. «Средние века, VII, 1955, стр. 291.

1,4 Об экспорте русского воска оттуда известно в 1386 г. [HUB, Bd. IV, № 870,-S. 366'(1386, 3 V)].

пь HR, Abt. I, ?d. V, № 442 443, S. 345—349.

116 W. Kopp e. Revals Schiffsverkehr und Seehandel im Jahre 1378— 1384. HGbll, 64—65. Jg., 1940-1941, S. 136-137.

117 HR, Abt. I, Bd. VIII, № 960. В 1404 г. на судне рижского бюргера Энгельбрехта Бон-нита было вывезено 2 тыс. кусков воска,— по K?nne, около 63 тыс. маркфунтов (около 25,2 т).

298

ского воска, (т. е. около 43 т) 118. Если предположить, что вывоз новгородского воска Тевтонским орденом составлял, как и пушнина, 7б—Vs часть всего экспорта этого товара, то общий его вывоз будет колебаться между 60 и 80 т в год.

Представляет интерес сопоставление этой цифры с итогом подсчета Н. Я- Аристова119. Он пытался определить размеры вывоза воска по русскому источнику — «Рукописанию» князя Всеволода Мстиславича 12°. Условно признавая правильным ход его рассуждений, получаем 4125 пуда, или 66 т, что значительно ниже итоговой цифры самого Н. Я. Аристова ?23750 пудов). Н. Я- Аристов принимает пошлину за взвешивание одного берковца воска равной 1,5 гривнам кун, хотя пошлины с купцов из разных городов значительно различались (с низовского гостя взималось lU гривны серебра, с полоцкого и смоленского — 2 гривны кун, с новоторжского — 1,5 гривны кун, наконец, с новгородского — 6 мордок). Таким образом, для получения одной гривны серебра необходимо было взвесить 5 берковцев воска, а для получения около ?2,5 гривен, указанных в «Рукописании» в качестве ежегодного расхода, —412,5 берковцев, т. е. 4125 пудов, а не 23750. Ошибка Н. Аристова была повторена во многих других трудах 121.

Торговля воском, происходившая в XV в. уже не только через старые центры вощаной торговли — Ревель и Ригу, значительно увеличилась. Русские купцы в 1414 г. вывезли среди других товаров 14 шиффсфунтов 8 лисфунтов воска

1,8 М. П. Лесников. Торговые сношения Новгорода, стр. 272. По данным М. II. Лесникова, вывоз новгородского воска по годам распределялся следующим образом. Перевод в метрическую систему произведен автором статьи. 1 оды Числя кусков Шиффсфуиты

64 92 75 37 Лисфунты Марк-фунты Всего в кг 1399 1400 1401 (404 »3 125 65 43 17 19 5

19 8 11

5 5 10379,2 14876,4 12042,0 6074,0 Итого 316 271 1 9 43191,6 119 Н. Я. Аристов. Указ. соч., стр. 39—40.

120 ПРО, вып. 2, отр. 175—177.

121 А. Ф. Селиванов. Исторический очерк развития пчеловодства ь России. СПб., 1896, стр. 24; В. А. Мальм. Указ. соч., стр. 137.

299

(2362 кг) 122 на корабле, который к январю потерпел крушение, в результате чего указанная партия оказалась в Вис-маре. Партию воска почти такой же величины отправил через Нарву новгородец Нерон со своими товарищами —13,5 шиффсфунтов 8 лисфунтов любекского веса (2124 кг).123.

В это время европейские контрагенты Новгорода и Пскова предъявляли все более высокий спрос на русский воск. В 1419 г., вскоре после завершения войны с Тевтонским орденом, из Або был вывезен «русский» воск без всякого клейма и освидетельствования (II. st?cke Ruschses wasses, de umbesegelt und ungemerket sint...), хсгя порядок покупки воска, проверенного немецким двором, строго соблюдался с самого начала русско-ганзейской торговли. Отправка этих двух штук русского воска в Любек вызвала там нарекания, тем более что воск был захвачен у русских (dat den Russen latest geno-men ward) I24.

Товарищество купцов Фекингузенов за один только 1418 г. вывезло в Брюгге 31 шиффсфунт 15 лисфунтов 10 маркфун-тов воска 125.

Размеры партий воска отдельных немецких купцов в это время остаются приблизительно такими же, как и в XIV в. В 1429 г. Фридрих фон Совеникен отправил в Любек Ламберту Фролинку но поручению Тидемана Фосса из Дерпта 3 штро воска, состоявшие из семи бодемов (весом в 4 шиффсфунта без 28 фунтов — 628,8 кг) 126.

Приблизительно в тех же размерах экспортировали воск и русские купцы. Только трое русских--Макарий, Матвей и Кропанюк (Kroppanuce) — продали К) «тысяч» воска, а кроме того, Микула — 4,5 «тысячи», Василий Зоска (Zoske) — 5,5 «тысяч», Лука—10 лисфунтов воска127. Русские купцы Мирон, Терентий и Трифон в 20-х годах XV в. вывезли свыше 14 шиффсфунтов 8 листфунтов любекского веса, т. е. более 8 тонн 128.

В 40-х годах XV в., несмотря на неблагоприятную внешнюю и внутреннюю обстановку, вывоз воска из Новгорода продолжался. 14 марта 1441 г. Ламберт фан Бодекен отправил во Фландрию через Герда Сузинка в Любеке небольшую

122 LU.B, Abt. I, .Bd. V, № 1982, S. 33—35 (1414, 15.VIII).

123 Ibkl., Abt. I, Bd. VII, № 419, S. 291 (1426. 28.1 — I.II).

124 LUB, Abt. I, Bd. V, № 2351, S. 517 (l.XII 1419).

125 Cl. Nordmann. Op. dt., S. 106-107.

120 LUB, Abt. I, Bd. VIII, № 258, S. 149 (24.VII 1430).

127 HUB, Bd. VI, № 234, S. 130 -131 (письмо Клауса Дока Ревелю •до 8.VIII 1419 г.).

128 ГВНП, № 62, стр. 103 (8.ІІ 1423 г.) (договор Новгорода с ганзейскими городами).

300

партию воска (две бочки) 129. В том же 1441 г. (an dessem vorjare) из Пскова были вывезены в Нарву две ладьи с воском (gecrucede was mit vorsate) 130. Первоначально русские привезли этот воск в Дерпт. Немецкие купцы, обнаружив, что воск недоброкачественный (valsch und wanderbaer), предложили его перетопить (ummesmelten), однако русские отказались это сделать. Продав небольшую часть воска в Дерите, остальной они отправили в Нарву. В январе 1441 г. съезд ливонских городов в Вольмаре рассматривал дело ре-вельского купца Ганса Берзекампа, надушившего запрет кредитной торговли с русскими и купившего в Нарве у русского в обмен на соль и мед 14 «тысяч» (4400 кг) воска 131.

В годы прекращения торговли ливонских городов с Новгородом воск оттуда вывозили данцигские132 или шведские купцы. Так, в 1443 г. (до 21 апреля) Клаус Петере из Выборга купил в Новгороде 3 или 4 шиффефунта воска 133.

В середине XV в. торговля 'воском возросла. Г. Генден, постоянно торговавший в Новгороде, отправил из Риги ласт воска в Любек134. Только на двух кораблях, севших на мель около Готланда в 1458 г., ревельские и любекские купцы везли из Ревеля свыше 19 тонн воска (92 шиффефунта 17 лис-фунтов 1,5 маркфунтов, 22 штро) 135.

Одновременно с экпортом новгородского воска через Ревель вывозился литовский и смоленский воск через Ригу.

В том же 1458 г. из Риги на трех кораблях, принадлежавших Герману Мейеру, Борстелю и Бертольду Ханен, одни только штральзундские купцы вывезли 16,5 шиффефунтов 29,5 лисфунтов и 4 штро (свыше 3,5 т) воска,36. Разумеется, этим не исчерпывается фактический вывоз воска, тем более что данные о его вывозе даже на этих трех кораблях не полны: они приводятся в связи с захватом Данцигом товаров штральзундских купцов, поэтому указан груз лишь этих последних.

В конце XV в. Ливония и русские города Новгород н Псков оказываются единственными поставщиками воска на

129 ШВ, В<1. IX, № 755, S. 526-527.

130 Ibid., Bd. IX, № 750, S. 524 (l.VIII 1441) (Дерпт — Ревелю).

131 Ibid., Bd. IX, № 687, § 7, S. 483 (22.1 1441); № 737, S. 518 (23.V1 1441) (письмо любекского совета ревельскиму); № 817, § 7, S. 560 <20.П 1442).

132 HR, Abt. II, Bd. III, № 103, S. 50 (30.VII 1443) (письмо ревель-ского совета данцигскому).

133 ШВ, Bd. XI, № 997, S. 656 (15.VIII 1443) (письмо Карла Кнутс-сона ревельскому городскому совету).

134 Ibid., Bd. IX, № 600,'S. 473 (28.VII 1456).

135 HUB, Bd. XI, № 1253, S. 807—810 (IX —X 1458). ,3S Ibid., Bd. VIII, № 715, S. 449—450 (13.VII 1458).

301

европейский рынок. Судя по любекским таможенным книгам 1492—1496 гг., кроме Ливонии, воск поступал лишь из Стокгольма (один кусок в 1492 г.) и с Готланда (1,5 шиффсфунта в 1492 г. и 16 шиффсфунтов в 1493 г.) 137. Однако это, по-видимому, также реэкспорт русского или ливонского воска.

В это же время вывоз воска из ливонских городов составлял по сведениям того же источника: из Риги:

1492 — 1,5 шиффсфунта, 38 штро, 63 куска, 1 маленький кусок и 1 маленькая бочка.

1493 — 5,5 шиффсфунта, 23 лисфунта, 167,5 кусков, 3 небольших куска.

1494 — 3,5 шиффсфунта, 12 лисфунтов, 151 кусок, 1 кусок весом в 12 лисфунтов, 2 маленьких куска, 1 маленький кусок весом в 6 лисфунтов.

1495 — 21 шифсфунтов, 12 лисфунтов, 145 кусков, 16 маленьких кусков, 1 бочка.

1496 — 31,5 шиффсфунтов, 25 лисфунтов, 124 штро, 15 кусков;

из Ревеля:

1492 — 2 шиффсфунта, 45 штро, 64 куска,

1493 — 8,5 лисфунта, 803 куска, 1 небольшой кусок, 1 бочка и 1 бочка разбитого воска,

1494— 16 лисфунтов, 822 куска.

1495 — 3,5 шиффсфунта, 1, штро, 308 кусков.

1496 — 3 штро.

Хотя эти данные отнюдь не являются исчерпывающими 138, они все-таки характеризуют объем новгородского; экспорта воска. Если принять вес одного куска равным от 1 до 1,5 шиффсфунтов, а величину штро условно за три куска (в действительности от одного до семи), то объем вывоза воска окажется таковым (см. таблицу).

137 Fr. Bruns. Die l?beckischen Pfundzollb?cher von 1492—1495. HGbM, 1908, S. 366—371, 372—3-76, 405.

138 Известно, например, что в 1494 г. значительная часть вывоза -воска и кожи из Новгорода шла через Нарву: «De Narvesschen eren handeL unde kopenschop driven mit grossen wasses» (LUB, Abt. I, Bd. XI, Ms 19„ S. 11. Середина августа 1494). В 1494 г. Данциг захватил небольшое нагруженное русскими товарами судно (schute), принадлежавшее пяти куп-иам из Выборга. Там же находился и кусок воска (eyn stucke was vart tween schippunden) (LUB, Abt. II, Bd. I, Ms 7, S. 4 16.VI 1494) (письмо данцигского совета ревельскому). В 1496 г. двое русских продали Генриху Вегезаку 9 «тысяч» воска, т. е. 2880 кг (LUB, Abt. II, Bd. I, Mb 425, S. 309. 7:X 1496). На корабле, потер-певшем кораблекрушение у о. Готланд « 1493 г., находилось 129,5 шф. 146 «лф. 122 мер. (свыше 20 тонн) воска. (W. Stieda. Ueber die Quellen der'Handelsstatistik im Mittelalter. Berlin,. 1903, S. 46—52). Вывоз и этого воска не машел отражения в любекских книгах, так как корабль не дошел до Любека.

302

Вывоз воска из Риги и Ревеля в конце XV в. Годы Вывоз из Риги Вывоз из Ревеля Общий вы- 1 воз, г(минимальные '

; цифры) 1 в шиффсфунтах в тоннах в шиффсфунтах в тоннах 1492 1493 1494 1495 1496 От 178,5 до 313 » 175 » 277 » 157,5 » 226 » 19,86 > 252 » 419,75 » 615 От 28,56 до 50,08 » 28,00 » 44,32 » 25,056 » 36,12 » 29,76 » 40,32 » 67,2 » 98,40 От 201 до 300,5 » 804 » 1206,0 » 822,8 » 1233,75 » 314,5 » 470,0 » 9 » 13,5 От 32,16 до 48,08 » 128.64 » 192,96 » 131,64 » 197,4 » 50,32 » 75,2 » 1,44 » 2,16 60,720 156,640 156.696 80,0 68.lt' Значительная разница между размерами экспорта воска из Ревеля и Риги еще раз показывает, насколько велики были экспортные возможности Новгорода и Северо-Восточной Ру-т!и, снабжавших другие страны Европы в XIV—XV вв. этим, по выражению самих немцев, «драгоценным» товаром.

Передвижение в конце XV в. центра тяжести торговли воском из Риги, являвшейся в начале XIV в. главным экспортером воска, в Ревель, представляет большой интерес. По-видимому, весь воск, вывозившийся из Ревеля, попадал туда из Новгорода и Пскова. Никаких данных о поступлении в Ревель воска из других районов нет.

Если в начале XIV в. главными поставщиками экспортного воска были районы, близко расположенные к ливонским городам (Смоленская и Полоцкая земли), то к концу XV в. на первое место выходит воск из более удаленных районов, а Рига, торговля которой питалась в основном поставками из районов Полоцка и Смоленска, уступает место Ревелю, теснее связанному с центром транзитной русской торговли — Великим Новгородом.

Сравнение с предшествующим временем показывает значительные изменения в размерах экспорта воска из Новгорода в конце XV в. Судя даже по неполным данным любекских таможенных книг 1492—1496 гг. и несколько дополняющим их сведениям других источников, на протяжении XV в. он увеличился по крайней мере в два раза. Это тем более интересный факт, что воск поставлялся в Новгород из всех русских земель.

Это увеличение вывоза воска является достаточно красноречивым свидетельством развития и укрепления экономических связей между Новгородом и другими русскими землями,, связей, подготовивших и обусловивших вхождение Новгорода в состав Русского централизованного государства. Возможно,

303

эти данные характеризуют и первые экономические последствия присоединения Новгорода.

Несмотря на ряд неблагоприятных условий и даже на закрытие немецкого двора в Новгороде, экспорт воска сократился не особенно значительно.

Точную цифру абсолютных размеров экспорта воска установить трудно. Наши материалы недостаточно полны, а единственные сопоставимые цифры 139 Дж. Флетчера несколько преувеличены: для 1588 г. он считает вывоз воска равным 10 тыс. пудов (160 т), а для более раннего периода — 50 тыс. пудов (800 т) ш. Однако из Новгорода даже в конце XV в. не вывозилось более 300 т. Трудно предположить, чтобы в других направлениях в это время могло вывозиться 500 т.

Итак, в XIV — XV вв. экспорт воска из Новгорода достиг значительных размеров. В качестве главных производителей и поставщиков воска на внутренний рынок выступали крестьяне, в связи с чем объем экспорта воска может характеризовать развитие товарного производства и товарного обращения внутри Руси. Несомненно, именно с этим процессом следует связывать по крайней мере двукратное увеличение экспорта воска через Новгород. Внешняя торговля несколько стимулировала развитие этого сельского промысла.

Торговля русским воском составляла одну из основ процветания Ганзы. Через ганзейских купцов русский, в том числе и экспортировавшийся через Новгород, воск поступал на рынки Северной Европы, где пользовался широким спросом.

* * #

Cet article est consacr? ? l'examen l'une des branches les plus ?volu?es du commerce ext?rieur de Novgorod. Se fondant essentiellement sur le t?moignage des sources ?crites, l'auteur montre le caract?re transitaire du commerce de cire. Novgorod recevait la cire des r?gions centrales de la Russie. Le d?veloppement

139 Б. Г. Курд. Сочинение Кильбургера..., стр. 117. Данные XVII в. для сравнения с XIV—XV вв. уже не подходят. В XVII в., но утверждениям Кильбургера, воска в России имелось недостаточно, т. к. спрос на него внутри страны все время возрастал, что привело к полному .прекращению его экспорта, даже такого незначительного, как 3500 пудов (56 т).

140 Дж. Ф л е т ч е р. О государстве Русском. СПб., 1905, стр. 12. О размерах вывоза воска в XVI в. можно судить по величине партий воска у одного купца: «А с кем зговорить, имайся за 100 берковеск; да спросити по скольку пуд в крут делают...> (И. Н. Шмелева. Русская торговая книга XVI в. Рук. кандид. диссертации. Л., 194в, стр. 92). .

304

de l'agriculture en Russie cr?a les conditions n?cessaires pour l'exportation de la cire par Novgorod. Vu la parcimonie des sources, il est difficile de dire a vec certitude quelle classe de la population de la Russie fournissait la cire destin?e au march? ?tranger. Voici une des versions possibles: les paysans, principaux producteurs de la cire et fournisseurs du march? int?rieur, fournissaient ?galement le march? ext?rieur par l'interm?diaire des marchands en gros.

L'auteur s'applique ? ?tudier le volume et la dynamique de l'exportation de cette marchandise. Malgr? le caract?re approxi-malif de ses donn?es statistiques le d?veloppement de l'exportation de la cire par l'interm?diaire de Novgorod au cours des XIV—XV-e si?cles ne fait pas le moindre doute. Il prouve le renforcement des relations ?conomiques de Novgorod avec les autres terres russes, ce qui est, dans une certaine mesure, ? l'origine de l'inclusion de la ville dans l'Etat russe centralis?.

20 Международные связи России

<< | >>
Источник: Зимин А.А., Пашуто В.Т.. Международные связи России до XVII в. Сборник статей. 1961

Еще по теме Л. Л. Хорошие вин ВЫВОЗ ВОСКА ИЗ ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА в XIV-XV веках:

  1. Часть 2 Общественная организация «Новый Акрополь» против газеты «Новгород» и журналиста Анны Тар (Великий Новгород)
  2. августа 1471 г. КОРОСТЫНСКИИ ДОГОВОР ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА С ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ ИВАНОМ ВАСИЛЬЕВИЧЕМ О МИРЕ а) Грамота новгородская
  3. 4 7 0 — 1 471 гг. ПРОЕКТ ДОГОВОРА КОРОЛЯ ПОЛЬСКОГО И ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ЛИТОВСКОГО КАЗИМИРА IV С ВЕЛИКИМ НОВГОРОДОМ
  4. 1264—1270 гг. ДОГОВОРНЫЕ ГРАМОТЫ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ЯРОСЛАВА ЯРОСЛАВИНА С ВЕЛИКИМ НОВГОРОДОМ
  5. ПАМЯТНИКИ ПРАВА ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА XII -XV в.в.
  6. ПЕРВАЯ ДОГОВОРНАЯ ГРАМОТА НОВГОРОДА С ВЕЛИКИМ КНЯЗЕМ ЯРОСЛАВОМ ЯРОСЛАВИЧЕМ
  7. 1470—1471 гг ДОГОВОРНЫЕ ГРАМОТЫ ВЕЛИКОГО НОВГОРОДА С ИВАНОМ III И С КАЗИМИРОМ IV
  8. СРЕЗ ТРЕТИЙ: “Не то хорошо, что хорошо, а что к чему подходит...”
  9. Религиозный статус иностранцев в России в 15-18 веках
  10. § 5. Развитие мировой адвокатуры в XVI-XIX веках
  11. Вывоз капитала.
  12. 27.4. Вывоз капитала за рубеж
  13. 8.1. Таможенный режим "Временный вывоз"
  14. 12. Таможенный режим временного вывоза товаров
  15. ВЕЛИКИЕ ИСТОРИИ, ВЕЛИКАЯ РЕКЛАМА
  16. ВЫВОЗ КАПИТАЛА
  17. НОВГОРОД - ОРДА: 1:0
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -