<<
>>

3.1 Афганистан в политике Джорджа Буша-младшего.

Как вспоминал директор ЦРУ с 1997 по 2004 Джордж Тенет, американское правительство уже 12 сентября 2001 года знало, что за террористическими атаками на США стояла «Аль-Каида». И в тот же день началась разработка стратегии ответных действий в отношении членов «Аль-Каиды» в Афганистане.

Фактически атаки на Соединенные Штаты создали для американской внешней политики благоприятную ситуацию. Во-первых, Белый дом получил широкую поддержку и одобрение своих планов «по нанесению ответного удара» со стороны большинства стран мира. Во-вторых, он получили моральное право на осуществление «возмездия» виновным в терактах 11 сентября и проведения военной операции против «Талибана» и «Аль-Каиды» в Афганистане. В-третьих, создавалась возможность усиления военного присутствия американских войск по всему земному шару под предлогом борьбы с террористическими организациями, ячейками «Аль-Каиды», угрожавшим безопасности Соединенных Штатов.

212 Tenet, G. and B. Harlow, 2008. At the Center of the Storm: The CIA During America's Time of Crisis. Harper Perennial, pp: 174.

12 сентября 2001 года Совет Безопасности ООН решил одну из проблем американской внешней политики - легитимировал военную операцию США в Афганистане, приняв резолюцию №1368. Несомненно, американская администрация осуществила бы операцию даже без резолюцию СБ ООН, но ее принятие уничтожало вопросы о легитимности американской военной кампании.

Внутри самих США наблюдалось единодушие и сплоченность, как среди политиков, так и рядовых граждан, поэтому в Конгрессе и Палате представителей резолюция, санкционирующая применение военной силы в отношении лиц, «ответственных за террористические акты», была принята единодушно и

Л 1 л

подписана 18 сентября 2001 года.

20 сентября президент Буш выступил с обращением к Конгрессу и нации. Основным лейтмотивом его речи стала декларация начала «большой войны против терроризма».

Г оворя о большой войне, он говорил о нанесении удара по Афганистану, правительство которого укрывало ответственного за атаки на Нью- Йорк и Вашингтон Усаму бен Ладена. На «Талибан» президент Буш возложил ответственность за попустительство терроризму и укрывательство членов «Аль­Каиды». Буш заявил: «Наша война с терроризмом начнется с Аль-Каиды, но этим она не ограничится».[148] [149] [150]

В своем обращении президент потребовал от движения «Талибан» выдать бен Ладена и уничтожить все тренировочные базы организации на территории страны. Но Вашингтон уже начал активную подготовку к военному вторжению в Афганистан, поэтому старался сделать все, чтобы условия, предъявляемые «Талибану», были фактически не выполнимыми. Так американская администрация потребовала выдать бен Ладена в течение 24 часов, но учитывая его серьезную охрану и частые перемещения, руководство «Талибана» запросило недельный срок для выдачи его американской стороне, на что предсказуемо получила отказ.216

Дальнейшие действия американской администрации также демонстрировали желание провести «быструю и победоносную войну». Как мы упомянули выше, 20 сентября в своей речи президент Буш выдвинул условия лидерам талибов. Но еще 13 сентября Государственный секретарь Колин Пауэл и его заместитель Ричард Армитаж встретились с директором пакистанской межведомственной разведки Махмудом Ахмедом и передали ему американские требования к Пакистану. Они включали прекращение всяческих взаимоотношений с «Талибаном», прекращение поставок топлива и оружия, прекращение взаимоотношений с «Аль-Каидой» и уничтожение всех тренировочных лагерей на афгано-пакистанской границе.217 Таким образом, уже 13 сентября американская администрация понимала, что не пойдет на переговоры с «Талибаном», и даже срочная выдача бен Ладена не смогла бы предотвратить войну.

В дальнейшем Белый дом начал разрабатывать «опорные точки» своей политики в Афганистане. Так 15 сентября в Кэмп-Дэвиде прошла встреча американской администрации во главе с Дж.

Бушем, на которой обсуждались конкретные ответные действия Соединенных Штатов. Основным «выступающим» стал директор ЦРУ Дж. Тенет, который представил презентацию, озаглавленную как «Вступление в войну».218 Его выступление было сконцентрировано вокруг ключевых элементов борьбы с терроризмом в Афганистане. Во-первых, прямая поддержка Северного Альянса. Тенет подчеркивал, что при поддержке Соединенных Штатов Северный Альянс может начать действовать уже в ближайшее время и начать освобождение севера страны. Кроме того, последние несколько лет ЦРУ активно налаживала связи с Северным

216 Bums J. F. A nation challenged: last chance; Taliban Refuse Quick Decision Over bin Laden. 18 Sep. 2001. [Электронный ресурс] // The New-York Times. - Режим доступа: http://www.nytimes.com/2001/09/18/world/a-nation- challenged-last-chance-taliban-refuse-quick-decision-over-bin-laden.html.

217Rashid, A., 2009. Descent into Chaos: The U.S. and the Disaster in Pakistan, Afghanistan, and Central Asia. Penguin Books, pp: 28.

218 Woodward, B. and D. Balz, 2002. At Camp David, Advise and Dissent, Bush, Aides Grapple With War Plan. 31(A01). Date Views 24.06.2013 [Электронный ресурс] // The Washington Post. - Режим доступа: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/content/article/2006/07/18/AR2006071800702.html.

Альянсом и другими противостоящими талибам силами. Во-вторых, получение ЦРУ разрешения на проведение секретных операций более, чем в 80 странах

219

мира. Данный документ получил название «Мировая Атакующая Матрица».

Мы уже упоминали выше, что теракты 11 сентября администрация Буша решила использовать в качестве причины ответных действий, фактически, под прикрытием которых планировалось осуществить военное вторжение в Афганистан, то, на что раньше Соединенные Штаты не решались пойти. Одновременно американская администрация разрабатывала возможность решения «своих международных проблем» в других регионах. Так 15 сентября на встрече с ближайшими советниками Д.

Буш сообщил, что следующей целью после Афганистана станет Ирак. Но вернемся к Афганистану.

В то же время глава пакистанской межведомственной разведки М. Ахмед вернулся в Пакистан, где принималось решение о позиции Пакистана в отношении ультиматума США и дальнейших действий. Как неудивительно, но первоначально он, а также ряд высокопоставленных чиновников, пытались убедить президента Первеза Мушаррафа в необходимости поддержки «Талибана» и отказе Соединенным Штатам в их требованиях. Несмотря на то, что пакистанский президент был с ними согласен, он воспринимал сложившуюся ситуацию с другой точки зрения: «Мушарраф понимал, что для Пакистана это новый 1979 год. Мы должны оказать помощь». Говоря о 1979 годе, Мушарраф подразумевал ввод советских войск в Афганистан, когда Пакистан получил финансовую помощь от США, что позволило ему серьезно развить свой экономический и военный потенциал. Поэтому Пакистан принял условия Вашингтона и поддержал его в Афганистане. Но от поддержки «Талибана» и его членов пакистанский президент не отказался, что подтвердил в обращении к нации 19 сентября.[151] [152] [153] [154] Более того, его речь преподносила союз с Соединенными

Штатами как временную необходимость. Позже Мушарраф, комментирую свое высказывание относительно афганского вопроса, отметил, что таким образом он смог сохранить «исламистскую воинственность в Кашмире». Пакистанское правительство, согласившись помочь США в проведении операции в Афганистане, не отказалось от связей с «Талибаном». Более того, в дальнейшем стало известно, что пакистанская межведомственная разведка предоставляла данные о планах военных операций США и их союзников. По некоторым данным в дальнейшем её глава предоставлял данные талибам о местах расположения командных пунктов, систем наблюдения, типах вооружения американских и натовских солдат. Несомненно, Мушарраф понимал, что в случае отказа содействовать Соединенным Штатам в Афганистане, вероятнее всего Пакистан будет обвинен в пособничестве терроризму и может сам стать целью для западных стран.

Тем более что пакистанское правительство получило несколько отчетов разведки, согласно которым Индия и Израиль, разочарованные неопределенностью пакистанской стороны, готовились нанести удары по ядерным объектам Пакистана. Поэтому, дабы избежать тяжелых последствий, он согласился на условия Вашингтона. Также это согласие сулило значительную выгоду, как для пакистанских военных, так и для экономики страны. Таким образом, был заложен один из основных «подрывных» факторов, которые в дальнейшем сильно ударит по самим Соединенным Штатам. Недооценка связей Пакистана с «Талибаном» и принуждение выступить против последнего заложили не только камень недоверия к США в рядах пакистанских кругов, но и дали возможность пакистанской разведке работать на две стороны конфликта.

17 сентября Джордж Буш подписывает секретный документ о военной операции в Афганистане. Дополнительным пунктом в документ было включено предписание для Министерства обороны о подготовке к операции в Ираке.[155] [156] [157] [158]

Одновременно с принятием решения о проведении военной кампании в Афганистане решался вопрос о режиме талибов в стране. Изначально декламировалось, что среди американских целей нет свержения режима и замены его на какой-либо другой вид управления. По некоторым данным, США передали своим союзникам по НАТО секретный документ, в котором предлагалось обсудить взгляд на устройство страны после свержения режима «Талибана».[159] [160] В таком контексте можно говорить о том, что американская администрация давно планировала силовое решение афганской проблемы, суть которой заключалась не только в присутствии бен Ладена в Афганистане, а была гораздо более многогранной и затрагивала американские геополитические и экономические интересы в регионе. А режим «Талибана» рассматривался как не отвечающий американским интересам, поэтому его свержение и приход к власти проамериканского режима был вполне уместен.

20 сентября Буш выступил перед нацией на общей сессии Конгресса. В своей речи он «дал старт» глобальной войне с терроризмом, более того, он отметил исключительное право Соединенных Штатов использовать любые средства по всему миру, где они сочтут это необходимыми, для борьбы с терроризмом. Фактически американская администрация открыто заявила о милитаризации своей политики и использовании военных средств в любой точке мира и без согласия других стран или санкций ООН. Таким образом, началось перераспределение геополитического равновесия на карте мира. Еще в 1990-е гг. американское правительство хотело с помощью талибов установить мир в Афганистане и начать лоббировать свои интересы через них. Афганистан дает широкий просто для расширения влияния, в первую очередь, на Иран и Россию, а также на других крупнейших международных акторов - КНР и Индию.

7 октября 2001 г. Соединенные Штаты Америки и их союзники по ННАТО начали в Афганистане военную операцию «Несокрушимая свобода». После начала военной операции представители талибов выступили с повторным заявлением о готовности выдать бен Ладена в обмен на прекращение бомбардировок страны.[161] [162] Но, как и в предыдущие разы, предложение было отвергнуто президентом Бушем как «не обсуждаемое».

Учитывая специфику дальнейших событий, а именно военной кампании, в этом параграфе мы бы хотели остановиться на рассмотрении основных целей американской политики и стратегии, применяемой в Афганистане для достижения поставленных задач. Перед собой мы ставим задачу выявить ключевые кратковременные и долговременные цели, которые собиралась достичь американская дипломатия, а также выявить проблемы, с которыми столкнулось американское командование при проведении военной операции в Афганистане.

Основной долгосрочной целью новой американской политики, по заявлениям администрации Буша, было покончить с международным терроризмом, лицом которого на тот момент являлись «Аль-Каида» и «Талибан». В краткосрочный период американская политика ставила себе несколько задач: свержение режима талибов и уничтожение Афганистана как «спасительной гавани» для исламских террористов; уничтожение членов «Аль-Каиды»; уничтожение или привлечение к суду ответственных за террористические акты в Нью-Йорке и Вашингтоне; борьба с террористическими организациями по всему

230

миру, угрожающими безопасности Соединенных Штатов.

Первоначально стратегия США в Афганистане строилась по принципу сетецентричности, то есть основными целями американских военных являлись линии обеспечения, инфраструктура и тренировочные базы движения Талибан. Данный подход используется в крупномасштабных военных операциях, когда противник виден, существует четкая линия фронта и прослеживается вся система коммуникаций противника. Основу этой стратегии составляли: крупномасштабные военные операции, обеспечение соблюдения законности проводимых мероприятий, замораживание всех финансовых средств террористов и международное сотрудничество.

Несомненно, важное преимущество американским войскам обеспечило современное вооружение, в первую очередь беспилотные летательные аппараты (БПЛА), но более важным фактором явилась помощь, которую Соединенным Штатам удалось получить от Северного Альянса, с которым американская сторона начала налаживать отношения еще в конце 1990-х годов, готовясь поддержать силы Альянса в их борьбе против талибов.

На первом этапе использование данной стратегии полностью себя оправдало. Американские ракетные удары и удары ВВС по позициям талибов лишили их систем ПВО и авиации, которые являлись серьезным преимуществом талибов перед силами Северного Альянса, а также уничтожили крупные базы, укрепления и линии снабжения. В ноябре активизировались войска Северного Альянса, начав наступления на позиции «Талибана» при поддержке американской авиации. Уже в конце ноября в Афганистане высадился первый наземный контингент Соединенных Штатов, к тому времени под контролем талибов оставался лишь Кандагар, являвшийся «колыбелью» движения. Но и он пал 7 декабря 2001 г., оставшимся талибам пришлось бежать в Пакистан в

неконтролируемую приграничную зону племен, либо укрываться в горной системе Тора-Бора. В результате первого этапа операции Вашингтону удалось добиться одной из важнейших целей - свержение режима «Талибана». В тоже время одна из основных декларируемых целей США и их союзников Усама бен Ладен бежал из укрепленной горной системы Тора Бора, где укрывался до этого. Как утверждалось, вероятнее всего террорист № 1бежал на территорию Пакистана. Неоднократно после этих событий критики американской администрации задавались вопросом, почему американские войска не принимали более активного участия в его поимке, что существенно повысило бы шансы

231

захватить его еще в 2001 г.

В начале декабря в Бонне под эгидой ООН открылась конференция, призванная урегулировать ряд важнейших вопросов, связанных с устройством Афганистана. Так решался вопрос о создании временного правительства, принятия конституции и дальнейшего хода операции. Вопрос о новом правительстве был разделен на три этапа. Первый - выбор временного правительства, главой которого был избран Хамид Карзай. Второй - Лойа Джирга выбирала представителей в переходное правительство Афганистана. И третий этап - ратификация Лойей Джиргой конституции Афганистана. Усилия США по созданию нового правительства получили название «построение нации» и были активно поддержаны как ООН, так и американскими союзниками. Для Вашингтона ключевым элементом данного процесса являлось создание проамериканского правительства, которое бы способствовало продвижению американских интересов не только в стране, но и в регионе. Сами же США преподносили свои действия в Афганистане не только как борьбу с терроризмом, но и как деятельность по демократизации и освобождению афганского народа. Очень интересная параллель - в 1980-е гг. американские политики тоже заявляли, что помогают афганскому народу добиться свободы и демократии в борьбе против СССР и его марионеточного правительства. Что из этого получилось, мы уже говорили в предыдущей главе.

На конференции в Бонне также обсуждался вопрос создания в Афганистане международных сил безопасности, призванных помочь новому афганскому правительству в обеспечении мира и стабильности в стране. 20 декабря 2001 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию № 1386, согласно которой в Афганистане была развернута военная миссия НАТО, получившая название «Международные силы содействия безопасности». В зону

Weaver M. A. The War On Terror: Four Years On; Lost at Tora Bora. 11 Sep. 2005. [Электронный ресурс] // The New-York Times. - Режим доступа:

http://query.nytimes.com/gst/fuUpage.html?res=940CE2D81531F932A2575AC0A9639C8B63&sec=&spon=&pagewanted =all.

ответственности международных сил входила лишь столица страны - Кабул. Лишь позднее зона ответственности была распространена на всю страну. Первоначальное «урезание» зоны ответственности было продиктовано желанием представителей Северного Альянса, которые настаивали на уменьшении численности иностранных войск в стране. Тем самым они надеялись как можно больше сократить влияние иностранных сил.

Как уже упоминалось, стратегия сетецентричности, используемая на первом этапе в Афганистане Вашингтоном, предусматривала военные действия в отношении крупных целей (баз, сетей коммуникации, крупных скоплений моджахедов) и была эффективна на первом этапе операции. Но так как данная стратегия игнорировала другие важнейшие составляющие - работа с населением, построение общественных и гражданских институтов, развитие инфраструктуры в стране, разработка долгосрочной стратегии по укреплению мира и безопасности, - ее результативность на последующих этапах оставалась низкой. Кроме того, данная стратегия была мало эффективна в условиях изменения боевых действий, которые перешли в русло ассиметричной войны, где враг не занимает крупные плацдармы и его нельзя отметить на карте. Все больше талибы и члены «Аль­Каиды» стали использовать ячеистую структуру, которую отличала самостоятельность и небольшая численность.

Одним из серьезных негативных факторов являлось отсутствие у американской политики внятных целей на долговременный период. Кроме уничтожения боевиков, американские силы не преследовали никаких целей, что вызвало первую крупную проблему - недовольство присутствием американских войск в Афганистане со стороны местного населения. Фактически, Вашингтон добился своей цели - ему удалось закрепиться в Афганистане и свергнуть режим талибов, в дальнейшем его интересы перемещались в Ирак. Забывая об Афганистане, оставляя его в «подвешенном состоянии» Соединенные Штаты сами себе серьезно осложнили дальнейшее проведение кампании. [163]

Концентрация на краткосрочных целях сделала американскую политику в Афганистане неэффективной. Так, проводимая совместно с афганскими военными в марте 2002 года операция «Анаконда», несмотря на то, что она являлась самой крупной после свержения талибов операцией в горной системе Тора-Бора, не продемонстрировала расширения усилий западных союзников в афганской кампании. Кроме того, подтвердилась информация, появившаяся в феврале 2002 года, о начале переброски военных сил и разведки из Афганистана для подготовки к войне в Ираке. В условиях быстрого затухания действий союзников в Афганистане и переключения на Ирак стало понятно, что Афганистан не являлся основной целью политики Вашингтона. А американской администрации и президенту Бушу было достаточно свержения режима «Талибана» и установления проамериканского правительства. В остальном же Белый дом не утруждал себя планированием долгосрочной стратегии и нормализации ситуации в стране. В таких условиях становится понятно, что «Талибан» как и «Аль-Каида» не уничтожены, им предоставлялась возможность перегруппироваться и продолжать действовать, просто не так явно.

Джордж Буш сравнивал действия Соединенных Штатов в Афганистане с действиями Д. Маршалла. Напомним, «План Маршалла» - это обширная программа помощи западной Европе после Второй мировой войны. Но действия американцев в Афганистане нельзя было сравнивать с «Планом Маршалла». Во- первых, абсолютно несопоставимы финансовые вливания. Во-вторых, «План Маршалла» затрагивал фактически все сферы жизни западноевропейских стран. В-третьих, разница в целях и их первостепенности также оставалась очень значительной. Если помощь в восстановлении Европы была для Вашингтона первостепенной задачей, на реализацию которой не жалели средств и сил, то в Афганистане он довольствовался лишь свержением «Талибана». В подтверждение

233

Senator Bob Graham Remarks to the Council on Foreign Relations. 26 Mar. 2004. [Электронный ресурс] // The Council on Foreign Relations. - Режим доступа: http://www.cfr.org/terrorism/senator-bob-graham-remarks-council- foreign-relations/p6905.

Gellman B., Linzer D. Afghanistan, Iraq: Two Wars Collide. 22 Oct. 2004. [Электронный ресурс] // The Washington Post. - Режим доступа: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/articles/A52673-2004Oct21.html.

233 President Bush Speaks at VMI, Addresses Middle East Conflict. 17 Apr. 2002. [Электронный ресурс] // The CNN. - Режим доступа: http://transcripts.cnn.com/TRANSCRIPTS/0204/17/se.02.html.

этих слов можно сказать, что с 2001 по 2009 гг. Конгресс США одобрил на гуманитарные нужды и помощь в реконструкции порядка 38 миллиардов долларов. Вообще американская политика довольно часто прикрывается «мессианской миссией» по распространению демократии и свободы в мире. Так было в Афганистане в 1980-е гг., в Югославии в 1990-е гг., примеров множество. Проблема в том, что к демократии зачастую действия США имеют очень опосредованный характер.

В сентябре 2002 г. президент Буш представил свою первую Стратегию Национальной Безопасности, в которой давалось объяснение необходимости продолжения кампании в Афганистане даже после свержения «Талибана» и прихода к власти нового правительства. Фактически, декларируемый документ можно назвать идеологическими реверансами на тему «строительства глобального мира на принципах свободы», «борьбы с терроризмом и тиранией», «защиты ценностей от врагов».[164] [165] Но важно другое - данная стратегия возлагала ответственность за свободный мир на плечи Соединенных Штатов. Снова «мессианская миссия». Другими словами, Стратегия Национальной Безопасности представила миру США как международного защитника и миротворца, в то же время эти «звания» дают и права для создания этого «свободного мира», то есть права на использование любых средств, в том числе военных, против тех, кого Вашингтон посчитает террористом или же тираном. Уровень демократичности и свободы того или иного государства Соединенные Штаты также определяли самостоятельно. Несмотря на то, что причиной для создания данного документа стала военная операция в Афганистане, про стратегию, цели в нем не было ни слова. Другими словами, Стратегия национальной безопасности 2002 г. оформила милитаризацию внешней политики США и ее нацеленность на перераспределение политической расстановки сил в мире и отдельных регионах. Здесь

прослеживается попытка вернуть упущенную возможность начала 1990-х гг., когда Соединенные Штаты являлись единственной супердержавой в однополярном мире, где Белый дом мог диктовать свою волю остальному миру. В дальнейшем именно Стратегия национальной безопасности стала

основополагающим документом президентства Дж. Буша, в котором нашли отражения «оправдательные меры» для других военных операций, проводимых под прикрытием борьбой с терроризмом.

Несмотря на свержение «Талибана», в Афганистане он не был полностью уничтожен. Как мы упоминали выше, большая часть членов движения скрывались на территории Пакистана, где их поддерживало местное население. Это создавала для Белого дома еще одну проблему - Пакистан не желал проводить активных военных действий в Федеральной зоне племен, так как это грозило дестабилизацией внутри страны. Кроме того, мы помним, что пакистанские военные активно поддерживали «Талибан». Поэтому Исламабад и Вашингтон договорились о проведении секретных операций силами американских и пакистанских военных. Но довольно быстро под давлением официального Пакистана эти операции были прекращены. В первую очередь это было обусловлено опасениями Исламабада, что в скором времени американские военные операции могут привести к оккупации Федерально управляемых племенных территорий. Эти опасения лишь усиливались на фоне слухов об активной подготовке к военному вторжению американских сил в Ирак. Как вспоминал заместитель госсекретаря Ричард Эрмитаж: «Мы довели пакистанское

~ ~ 237

правительство до крайней точки».

Проблема американского подхода к операции «Несокрушимая свобода» заключалась в непродуманной стратегии и неготовности быстро реагировать на меняющуюся обстановку в стране. Об отсутствии долгосрочной, продуманной и гибкой стратегии говорит и тот факт, что до 2003 г. стратегия американского [166]

правительства не предусматривала гражданского характера операции. Более того, на первых порах отсутствовала даже четкая стратегия военных действий, о чем говорил министр обороны Дональд Рамсфельд. Лишь в 2003 году Рамсфельд заявил о прекращении основных боевых действий и фокусировании на развитии государственных структур и гражданского общества.[167] [168] [169] [170] Это заявление было отчасти рассчитано на привлечение стран, не пославших свои войска в Афганистан, с надеждой, что те примут активное участие в развитии правительственных органов и гражданского общества.

Американские политики не рассматривали общество как важный фактор в достижении победы над «Аль-Каидой» и «Талибаном»: ликвидация поддержки террористов со стороны местного населения, гарантии безопасности мирному населению, построение органов государственного управления - все это могло дать американским войскам серьезное преимущество. Слабость стратегии США подчеркивало и сформированное в 2002 году новое правительство Афганистана, в котором большая часть этнических групп не была представлена, особенно это коснулось пуштунов. Результатом этого «промаха» стала усилившаяся поддержка террористов со стороны пуштунов, что позволило им укрепить свои позиции в Афганистане после свержения режима талибов. Серьезным недостатком стало ослабление внимания к афганской кампании со стороны американского правительства, которое с начала 2003 года сфокусировалось на начавшейся военной операции в Ираке. 1 мая 2003 года Дональд Рамсфельд заявил, что основные боевые действия в Афганистане завершены и именно в этот день Дж. Буш-младший в своей речи заявил: «Миссия выполнена», говоря о завершении войны в Ираке. Переключение основного внимания на Ирак и, соответственно, уход Афганистана на второй план продиктовал передачу контроля Международным силам безопасности НАТО.[171] [172] Таким образом, Соединенные Штаты Америки решили частично переложить ответственность в Афганистане на силы НАТО, но американские силы по-прежнему осуществляли руководство операцией. Но этот шаг ярко демонстрирует новую политическую концепцию США в действии - Соединенным Штатам удалось закрепиться в Афганистане, усилить свое влияние, после чего не доведя до логического конца операцию, они переключились на другой регион.

К 2003 г. тактика американских военных сил и сил Североатлантического альянса свелась к редким вылазкам во время спецопераций и оставлению подразделений, которые были «забаррикадированы» на своих базах. Использование данной тактики принесло гораздо больше негативных результатов, нежели положительных. Основным результатом к концу 2003 г. стало то, что погоня лишь за тактическими победами во время наземных операций привела к полному недопониманию американских войск и афганского населения. Непонимание основных причин выступления афганского населения в массовых антиамериканских собраниях со стороны американского командования вело к неправильной тактике и неверной оценке стратегических составляющих. В основном население участвовало в массовых выступлениях против коалиционных сил не по идеологическим соображениям, а из-за недостатка безопасности и экономической стабильности, племенного соперничества, зачастую банального принуждения со стороны талибов, а также отсутствия местного,

некоррумпированного правительства, способного обеспечить безопасность населения. В виду того, что большую часть времени западные военные силы проводили на своих защищенных базах, а также в виду слабости местного правительства «Талибану» удалось восстановить прежде утраченный институт

243

теневого «губернаторства» и назначить в ряде провинций своих губернаторов.

Это не только подчеркивало несостоятельность местных властей и еще больше отпугивало население от сотрудничества с ним, но также демонстрировало несостоятельность иностранных военных в обеспечении безопасности и борьбе с талибами.

Доказательством неэффективности американской стратегии в Афганистане является отчет отставного полковника Хи Розштейна, который по поручению Министерства Обороны проводил исследование о планировании и проведении операции в Афганистане.[173] По его оценке американские действия были, фактически, провальными, так как каждая операция сопровождалась большим количеством жертв среди гражданского населения. Автор отчета указывал и на тесную связь американских военных и их афганских коллег с коррумпированными чиновниками, а последних с талибами. Как подчеркивал сам Розштейн, картины того, как американское командование описывало кампанию и то, как она проходила на самом деле, сильно отличались друг от друга.

Январь 2004 г. ознаменовался принятием Конституции Афганистана. В стране устанавливалась сильная президентская система, которая, как декларировалось, призвана была сплотить различные этнические группы страны. На деле же конституция, фактически созданная западными специалистами, создала систему, при которой президент имел всю полноту власти и мог использовать ее по своему усмотрению. Этот вариант вполне устраивал и Соединенные Штаты, и страны Североатлантического альянса. Основным их требованием к президенту была его полная прозападность по всем вопросам.

Вместе с тем в 2004 г. , учитывая негативные результаты предыдущего года, американское командование решило изменить тактику. Новая стратегия была направлена на работу с местным населением, дабы лишить террористов общественной поддержки. Исходя из этого, основным «действующим лицом» становилось афганское общество (народ). Именно народ становился центром антитеррористической борьбы и на него были направлены усилия американского командования и администрации. Для нормализации отношений с гражданским населением и недопущения оказания поддержки террористам с их стороны американское правительство увеличило численность экспертов по афганской культуре и Афганистану, направляемых в страну. Основная работа экспертов заключалась в работе с мирным населением по разъяснению им действий коалиционных сил и местного правительства. Проводились также и разъяснительные работы с солдатами США и коалиции о правилах поведения с местным населением, их традициях и культуре. Изменение стратегии также коснулось и военной его составляющей - Пентагону пришлось отказаться от нанесения массированных ударов с помощью БПЛА по боевикам, так как основным результатом этого становились многочисленные жертвы среди мирного населения, что и являлось одной из основных причин массовых антиамериканских выступлений.

В конечном итоге изменение стратегии привело к временной стабилизации взаимоотношений мирного населения с американскими и коалиционными войсками и обеспечило укрепление авторитета не только местной власти, но и расквартированных в Афганистане иностранных военных.

В 2005 г. все очевиднее становится поддержка пакистанскими властями талибов. Так появляется информация, что пакистанская межведомственная разведка создала на территории Пакистана сеть тренировочных лагерей для членов движения «Талибан».[174] Эта информация подняла на поверхность серьезные противоречия между Вашингтоном и Исламабадом, основа которых лежит в недопонимании пакистанских целей американскими политиками. Пакистан, считавший Афганистан территорией своего прямого влияния, не желал так запросто лишиться союзника в лице талибов. А учитывая, что именно Пакистан стоял у истоков создания движения «Талибан», то наивно было полагать, что он бросит на произвол судьбы свое «детище». Кроме того, напомним, что исламские террористы использовались Пакистаном для борьбы с Индией, в частности в Кашмире.

Информация о связях Пакистана с «Талибаном» появилась на фоне подписания Соединенными Штатами и Афганистаном Соглашения о стратегическом партнерстве двух стран.[175] [176] Официальные цели соглашения: укрепить американо-афганские отношения, помочь афганскому правительству укрепить безопасность и демократию. Но кроме этого, что на наш взгляд более важно, соглашение давало полный доступ американским войскам к афганской военной инфраструктуре для «борьбы с международным терроризмом и экстремизмом». Также согласно подписанному документу, Вашингтон должен был обеспечить организацию, обучение и оснащение афганских сил безопасности, чтобы в дальнейшем передать им ответственность за обеспечение безопасности в стране. Для американской стороны большое значение имел вопрос доступа к афганской инфраструктуре. Фактически Соглашение означало юридическое право закрепления американских войск в стране.

К 2006 г. в администрации Дж. Буша происходит осознания невозможности достижения успеха в Афганистане собственными силами. Поэтому Белый дом решил изменить свою тактику. В 2006 г. американская администрация заявила о передаче командования коалиционными силами НАТО в Афганистане, а также о начале частичного вывода американских войск из страны. А в марте американский президент выступил с новой Стратегией Национальной Безопасности. Именно здесь можно найти основные черты пересмотренного подхода к действиям США за рубежом, в частности в Афганистане. Ключевыми моментами Стратегии стали все тот же идеологический подтекст, но особый акцент был сделан на коалиции Западных стран и на совместной работе по противодействию терроризму.[177] Если с первым мы знакомы еще по предыдущему его выступлению, то второе было продиктовано попытками разделить ответственность со своими союзниками. В отношении Афганистана Соединенные Штаты выступали по-прежнему лидерами всей кампании, но демонстрировали большую открытость для международного сотрудничества. Это было обусловлено неудачами афганской кампании и необходимостью изменений, которые могли бы привести к перелому в ситуации. Но в целом документ соответствовал линии администрации Буша, и большая его часть была посвящена Ираку. Это подтверждают и слова Ричарда Кларка, специалиста по борьбе с терроризмом, за свою деятельность он даже получил прозвище «царь контртерроризма».

Летом 2006 года свет увидел секретный отчет о связях «Талибана» и пакистанской межведомственной разведки, созданный совместно американской, афганской и натовской разведывательными службами. В отчете упоминалось о важнейшей роли пакистанской стороны, которая предоставляет талибам свободу действий по обе стороны афгано-пакистанской границы, оплачивает все их расходы. Кроме того, отмечалось, что именно пакистанская разведка проводила набор новых боевиков и вела переговоры с террористическими исламистскими организациями в других странах.[178] [179] Интересным моментом является то, что американская разведка участвовала в создании данного ответа, соответственно руководство Соединенных Штатов было проинформировано о связях Пакистана и «Талибана». Но, не смотря на данную информацию, администрация Буша не приняла никаких ответных действий. Более того, Джордж Буш поддержал подписание соглашения между пакистанским правительством и лидерами Вазиристана. Несмотря на то, что Вазиристан является частью Пакистана, центральное правительство не имеет там влияния. Именно на территории Вазиристана сконцентрировались талибы, а лидеры региона активно поддерживали «Талибан» в борьбе против Соединенных Штатов. Почему американский президент приветствовал заключения данного соглашения остается загадкой. Но всего спустя три месяца Г осударственный департамент США назвал подписание данного соглашения провалом американской политики. Кроме того, в 2006 г. увидел свет отчет Министерства обороны Великобритании, в котором отмечалась уже известная информация о двойной игре Пакистана, его тесных

Л ГЛ

связях с «Талибаном» и «Аль-Каидой».

Таким образом, к слабости и непродуманности американской стратегии добавляется двойная игра одного из важнейших союзников Соединенных Штатов в регионе. При том, что согласно отчетам американскому правительству было известно о деятельности пакистанских военных и их связях с талибами, остается непонятным почему США не захотели пересмотреть свои взаимоотношения с Исламабадом и в целом его роль в афганской кампании. Необходимо отметить еще один фактор, сыгравший важную роль в неудачах американской стратегии - слабость местного правительства и афганских сил безопасности, которые не могли обеспечить безопасность на всей территории Афганистана. Некоторые эксперты даже стали говорить о «коллапсе афганского правительства». Эти факторы привели к активизации талибов. Так увеличилось число атак смертников: в 2003 г. - 3 атаки, в 2004 г. - 4 атаки, в 2005 г. - 17 атак, в 2006 г. - 123 атаки, за первое полугодие 2007 г. - 77 атак.253 С учетом давления на местных жителей со стороны боевиков, у гражданского населения образовался вакуум доверия, вызванный ощущением небезопасности и незащищенности, который довольно быстро заполнили террористы. Талибы более тесно работали с местным населением методом «кнута и пряника», кого-то они подкупали, а кому-то угрожали, и те, и другие в итоге сотрудничали с Талибаном. Также Талибан старался представить афганские силы безопасности как неспособные обеспечить защиту мирного населения, а США как оккупантов, которые манипулируют

251 Mazzetti M., Rohde D. Amid U.S. Policy Disputes, Qaeda Grows in Pakistan. 30 Jun. 2008. [Электронный ресурс] // The New York Times. - Режим доступа: http://www.nytimes.com/2008/06/30/washington/30tribaLhtml?_r=0.

252 Musharraf defends his spy service. 28 Sep. 2006. [Электронный ресурс] // The BBC News. - Режим доступа: http://news.bbc.co.uk/2/hi/south_asia/5387344.stm.

253 Suicide Attacks in Afghanistan (2001-2007) [Электронный ресурс] // The United Nations Assistance Mission to

Afghanistan. - Режим доступа: http://www.securitycouncilreport.org/atf/cf/%7B65BFCF9B-6D27-4E9C-8CD3-

CF6E4FF96FF9%7D/Afgh%202007SuicideAttacks.pdf.

центральным правительством в Кабуле. Таким образом, к 2006 г. Соединенные Штаты и их союзники столкнулись с серьезными проблемами, которые на тот момент используемая стратегия не могла решить. Среди них рост количества терактов, активизация талибов, слабость местного правительства и его коррумпированность, слабое развитие общественных институтов и рост наркопроизводства.

На саммите НАТО в Риге, проходившем в ноябре 2006 г., между союзниками по коалиции возникли разногласия. Так, Генеральный секретарь Ян де Хооп Схеффер заявил, что рассчитывает, что в 2008 г. афганская армия начнет брать ответственность за безопасность на себя. Также страны-участницы скорректировали условия использования войск. Страны НАТО не хотели еще глубже ввязываться в афганскую проблему и предпочли переложить ответственность на Соединенные Штаты и на афганские силы безопасности. После саммита Министр обороны Гейтс подверг критике позицию своих союзников по Североатлантическому альянсу, сказав, что нежелание разделить риски может привести к потере всех положительных результатов, достигнутых к тому моменту. В то же время критика Вашингтона вызвана пониманием невозможности единоличного присутствия в Афганистане. Становится все очевиднее, что американские политики все больше желали не просто разделить риски, которые несет афганская кампания, но и втянуть туда новых участников.

В дальнейшем американская стратегия не претерпела никаких серьезных изменений вплоть до прихода в Белый дом нового президента. Но в отличие от мессианства, которое пропитывало президентство Буша, новая администрация избрала другой подход. Понимая, что в Афганистане невозможно создать джефферсоновскую демократию, она решила отказаться от декларируемой Бушем в 2008 г. концепции оказывать помощь в создании процветающего, мирного и

255

демократического Афганистана «столько, сколько потребуется». [180] [181]

Учитывая подходивший к концу второй президентский срок, Д. Буш не стал вносить каких-либо серьезных корректировок в афганскую стратегию. Основная причина этого в том, что Ирак стал для 43-го президента основной целью. После ввода войск в Ирак Афганистан был отодвинут на второй план и отчасти забыт. Вероятнее всего Буш не понимал, что делать с Афганистаном, фактически, все меры, предпринимаемые его администрацией на протяжении последних 5 лет, не привели к кардинальному изменению ситуации в стране и регионе.

Американская военная кампания в Афганистане с одной стороны стала ответом на террористические атаки на Нью-Йорк и Вашингтон, а с другой давно планировалась американским правительством, так как режим «Талибов», который был поддержан в 1994 г., более не отвечал американским требованиям и не служил их целям в регионе и стране. Атаки 11 сентября стали во многом лишь поводом, создавшим не только оправдание военного ответа с американской стороны, но и привлекли на сторону Вашингтона большое количество союзников. В целом же афганская кампания стала первым шагом в новой американской милитаризированной внешнеполитической концепции.

Дальнейшее развитие событий показало, что Белый дом готов был к полномасштабной войне, в которой Соединенные Штаты, несомненно, выиграли. Эта победа принесла им свержение «Талибана», установление прозападного правительства в Афганистане и создание сетей военных баз на территории страны. Но, посчитав, что основное дело сделано, американская политика сконцентрировалась на Ираке, где американская сторона имела серьезные интересы в энергетической сфере. Проблема незавершенности операции - талибы нашли убежище на пакистанской территории; непонимание разных интересов с Пакистаном, считавшим Афганистан территорией своих национальных интересов и сделавшим все для поддержки талибов, чтобы в дальнейшем они могли вернуться к власти; слабости стратегического подхода и невозможности его быстрых изменений в соответствии с меняющейся внешней ситуацией, - все это сделало американскую политику в Афганистане, если не провальной, то, как минимум не эффективной. В результате промахи американских дипломатов создавали новые проблемы, с которыми им приходилось справляться в дальнейшем, вместо того, чтобы сконцентрироваться на основных целях. Г оворя о целях, необходимо отметить и их «призрачность» и общность. Повторимся, во многом эта непродуманность была связана с «переключением» американского внимания на иракский фронт.

На наш взгляд необходимо отметить, что американская администрация рассматривала силовой вариант как единственно верный, что не соответствовало действительности. Во-первых, как мы смогли убедиться, силовой вариант не всегда гарант результата. Во-вторых, другие страны, сталкивающиеся с терроризмом, не прибегают к полномасштабным военным операциям и не оккупируют другие страны. Это также может служить в пользу нашей мысли, что теракты в Соединенных Штатах Америки были лишь использованы как предлог для милитаризации американской внешней политики и реализации давно запланированных шагов. Так было с Ираком. Напомню, что в 1994 г. США поддержали приход к власти талибов, так как рассчитывали решить энергетический вопрос, что серьезно позволяло им укрепить свою энергетическую безопасность и усилить влияние в регионе. США оккупировали Ирак под предлогом борьбы с терроризмом, хотя до сих пор нет неопровержимых доказательств, но это позволило американским нефтяных корпорациям получить контроль над богатыми иракскими нефтяными месторождениями.

Анализ стратегии лишь подтверждает вышесказанное. При администрации Дж. Буша ее изменение проходило очень вяло, что не отвечало динамично развивающейся ситуации на афганском фронте. Использование разработанной стратегии было актуально лишь в начале операции, когда проводились полномасштабные операции против талибов. В дальнейшем данная стратегия проявила свою несостоятельность в условиях ассиметричных боевых действий. А дальнейшее изменение стратегии и попытка привлечь союзников дабы разделить с ними ответственность и затраты в Афганистане были запоздалыми и не принесли ожидаемого результата. Если же говорить об успехах, то, фактически, единственным успехом Буша в Афганистане стало свержение талибов, их отстранение от власти и приход нового прозападного правительства. Учитывая серьезную асимметрию военного потенциала противоборствующих сторон, успех американских военных вообще не заметен, а точнее сказать, его нет.

Приход в Белый дом Барака Обамы ознаменовался пересмотром американской политики в Афганистане и его возвращением в качестве одного из важнейших пунктов американской внешнеполитической повестки.

<< | >>
Источник: Чернышков Алексей Владимирович. Политика Соединенных Штатов Америки в Афганистане от Саурской революции до окончания первого президентского срока Б. Обамы.. 2014

Еще по теме 3.1 Афганистан в политике Джорджа Буша-младшего.:

  1. Факторы многополярности в современном мире.
  2. ОРГАНИЗАЦИОННО-УПРАВЛЕНЧЕСКИЕ И АНАЛИТИЧЕСКИЕ СТРУКТУРЫ НОВОЙ БРИТАНСКОЙ ИМПЕРИИ (НБИ) «THINK TANKS»
  3. 2.2. "Равноудаленностъ" в межлидерских отношениях (1979-1991)
  4. Долгая имперская война Америки
  5. БЕДНЫЕ ЛЮДИ
  6. ДУЭЛЬ
  7. Хронологическая таблица
  8. МЕЧ ЛЕВИАФАНА
  9. ПЕРЕХОДНАЯ ПРОГРАММА
  10. Историографическая база исследования.
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -