<<
>>

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Комплексное изучение вопросов, касающихся применения международных норм в российском уголовном процессе, подтвердило актуальность, значимость этой тематики, выявило ряд теоретических и практических проблем.
Проведенное исследование позволяет сформулировать несколько наиболее важных выводов. Основную роль в процессе взаимодействия суверенных государств в сфере уголовного судопроизводства выполняет развитое национальное уголовно-процессуальное законодательство, придающее позитивный характер межгосударственным правоотношениям в уголовной юстиции и определяющее эффективность взаимодействия судебно-следственных органов с зарубежными странами. Декларативность конституционного положения об общепризнанных принципах и нормах международного права как части российской правовой системы, с одной стороны, допускает их произвольное толкование, а с другой — исключает возможность применения этих принципов и норм в уголовном процессе, поскольку они не сформулированы в законодательных актах. Конституция Российской Федерации не обеспечила идейную и правовую основу сотрудничества во внешней сфере и не сформулировала ее конкретных принципов. Абстрактное обозначение несформулированных принципов «общепризнанные» и признание их частью правовой системы России привели к произвольному их толкованию. Предпочтение коллизионных международных норм российским создало трудности для применения на практике. При оказании правовой помощи по уголовным делам это конституционное положение вступило в противоречие с базовыми основами сотруд ничества, согласно которым несоответствие просьбы иностранного государства российскому законодательству исключает взаимодействие и влечет отказ в помощи. Исследованием выявлено фактическое применение в уголовном процессе России иностранного и прецедентного права при полной неурегулированности этих вопросов в отечественном законодательстве. Введение прецедентов в уголовное судопроизводство несовместимо с установленной ст.
1 УПК РСФСР единой процедурой производства по делу, которая обеспечивает законность и правопорядок в соответствии с требованиями российского уголовного процесса. Согласно ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР любое нарушение формально предписанного процессуального действия влечет непризнание установленного факта доказательством и исключает его для обоснования других фактических данных и обстоятельств совершения преступления. Конституция России принятие уголовно-процессуального законодательства относит исключительно к ведению Российской Федерации (п. «о» ст. 71) и ее законодательного органа — Государственной Думы (п. 1 ст. 105). Полномочиями по ратификации и денонсации международных договоров наделена также Государственная Дума. Правоприменительные органы не вправе определять, является ли то или иное положение международного права общепризнанным и, соответственно, входит ли оно в правовую систему страны. Общепризнанные принципы и нормы международного права — это нормы общего значения, они находят закрепление в международных договорах Российской Федерации, которые являются составной частью правовой системы России. Действие и применение общепризнанных принципов и норм международного права на территории Российской Федерации осуществляется через признание их внутригосударственным законодательством. Ратифицированный международный договор Российской Федерации как федеральный закон определяет статус содержащихся в нем общепризнанных принципов и норм и относит их также к федеральным законам. Общепризнанные принципы и нормы международного права не могут иметь преимущества перед национальным правом уже в силу их неопределенности и несформулированности в законодательстве. Необходимость установления самого понятия общепризнанности принципов и норм международного права и их содержания препятствует их применению, поскольку неопубликованный закон применению не подлежит согласно предписанию Конституции (ч. 3 ст. 15). Исходя из этого конституционного положения, общепризнанные принципы международного права должны содержаться в основополагающих действующих международных договорах РФ, регламентирующих сферу уголовного судопроизводства.
Международное сотрудничество РФ по уголовным делам базируется на совокупности принципов: принципах международного права, регулирующих сотрудничество государств в целом; принципах, изложенных в международных договорах РФ об оказании правовой помощи; принципах внутреннего законодательства РФ (уголовного, уголовно-процессуального, государственного права и др.). Эти принципы — основа взаимодействия при оказании правовой помощи в сфере уголовного судопроизводства, их необходимо включить в российский Уголовно-процессуальный кодекс. Действие каждого принципа определяется присущей только ему функцией. Принципы российского уголовного процесса не противоречат ни принципам межгосударственных правоотношений, ни принципам международных договоров Российской Федерации. Они распространяются на каждого участника уголовного процесса, обеспечивают легитимность сотрудничества судов и органов следствия договаривающихся сторон, способствуют реализации задач межгосударственной политики и оказания помощи в сфере уголовной юстиции. В этом проявляется взаимодействие норм международного права и национального уголовного процесса. При этом действие одних норм не исключает действия других. Они дополняют друг друга согласно функциональному предназначению. Принципы международного права носят общий характер и не могут заменить внутригосударственные процессуальные правила. Международные договоры РФ о правовой помощи по уголовным делам должны заключаться только от имени Российской Федерации. Иные соглашения, в том числе межправительственные и межведомственные, не могут рассматриваться как международные договоры Российской Федерации и в качестве источников уголов ного процесса. Они не входят в правовую систему страны и в сфере уголовного судопроизводства применяться не должны. Международные договоры РФ вступают в силу после их ратификации, признания внутренними и международными правовыми актами и опубликования в установленном порядке в официальных изданиях России. Применение норм международных договоров РФ должно базироваться на концептуальной идее действия и применения отраслевого права Российской Федерации с разграничением предмета регулирования на частное и публичное право.
Предмет и субъект регулирования разграничивают право на отрасли, каждая из которых имеет свое функциональное назначение и в известном смысле противопоставляется другой. Классическая доктрина разделения права на отрасли не позволяет рассматривать функциональное различие между отраслями права как основания, дающие возможность приоритета одной отрасли права по отношению к другой. Наделение права международных договоров РФ превосходством для применения при расхождении с нормами российских законов влечет нарушение концепции разделения права на отрасли и правил их применения. Происходит соподчинение отраслей права, которые в силу различия предмета регулирования не предназначены для конкуренции. Слияние функций международного и внутригосударственного права недопустимо, ибо лишает государство собственной правовой системы и ставит в полную зависимость от международного права. Международные договоры Российской Федерации, являясь частью международного права и составной частью внутригосударственного права, должны действовать и применяться по правилам отраслевого законодательства Российской Федерации. Решение в случае коллизий между положениями национальных нормативных правовых актов и правилами международных договоров должно приниматься на основе ст. 4, ч. 1 и 3 ст. 15, ст.ст. 16, 71 и 76 Конституции РФ. Вступившие в силу международные договоры Российской Федерации об оказании правовой помощи по уголовным делам действуют и применяются на территории Российской Федерации по правилам федеральных законов РФ. Анализ международных договоров Российской Федерации выявил их несовершенство, бланкетный характер, неспособность восполнить пробельность национального уголовного процесса. В уголовном судопроизводстве федеральному закону, каковым является Уголовно-процессуальный кодекс, предпочитаются не однозначные по статусу международные договоры, как ратифицированные так и нератифицированные (иные правовые акты). Конституция имеет верховенство на всей территории Российской Федерации и высшую юридическую силу, которой не наделен никакой другой закон (ч.
2 ст. 4). Ни один закон, любой нормативный акт, применяемый в Российской Федерации, не может противоречить Конституции (ч. 1 ст. 15). Федеральные законы не могут противоречить и федеральным конституционным законам (ч. 3 ст. 76 Конституции). Статус международных договоров РФ определяет их ратификация. В силу иерархии законов и верховенства Конституции международные договоры РФ не могут противоречить Конституции, подчиняются ей. Они должны действовать и применяться согласно своему статусу: ратифицированные — по правилам федеральных законов, нератифицированные — как иные правовые акты федерального значения на всей территории России. Ратифицированные международные договоры РФ занимают более высокое место относительно нератифицированных международных правовых актов, а также законов и иных правовых актов субъектов Федерации, но не могут противоречить федеральным конституционным законам. Международное сотрудничество Российской Федерации с другими государствами в сфере оказания правовой помощи по уголовным делам без национального уголовного процесса осуществляться не может, поскольку реализация международных договоров по условиям самих же договоров возложена на уголовное законодательство исполняющей страны. В силу этого национальное законодательство является основой для создания, средством и движущей силой для применения международных договоров. Международное право выполняет вторичную роль и носит дуалистический характер. В современной России наметилась тенденция к переориентации доктринальных направлений в применении национального права, внедрению в него иностранного и международного права. Происхо дит расширение отраслевых функций международных норм и их доминирование над внутренними законами. Преобладают теории, переоценивающие значимость международного права. Утрачивается единство уголовно-процессуального закона, наблюдается произвольное расширение его источников, замена кодифицированной процессуальной формы многообразными прецедентами по образцу иностранных систем. Нет единообразия в практике применения международных договоров.
Изученная практика подтверждает, что применение международных договоров не следует установленному Конституцией Российской Федерации приоритету международных норм над российскими, а в ряде наиболее важных правил сотрудничества входит в противоречие с данным конституционным положением. Непосредственная зависимость создания, действия и применения международного договора в целом и его норм от внутреннего права, различие их функций приводит к выводу о приоритете применения национального законодательства России в процессе сотрудничества по уголовным делам. Генеральное правило оказания правовой помощи по уголовным делам — обязательность применения собственного уголовного процессуального законодательства и соответствие просьбы зарубежного государства законам исполняющей страны — не отражено в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, что препятствует развитию национального уголовного процесса. Основой для позитивного взаимодействия сторон и выполнения ими обязательств, вытекающих из международных договоров, является непротиворечив сути просьбы иностранного государства законодательству исполняющей страны, соблюдение ее суверенитета и безопасности, точное следование установленным правилам договора ходатайствующей страной. Даже предположение об угрозе безопасности и суверенитету запрашиваемой стороны может повлечь прекращение сотрудничества. В международном сотрудничестве исполняющая сторона занимает ведущее место, и роль ее велика. Национальное законодательство Российской Федерации не предусматривает действия иностранных законов на своей территории. Однако иностранный уголовный процесс на территории России применяется с целью получения доказательств, но только по пись менной просьбе запрашивающей страны. Эта позиция связана с ключевым положением сотрудничества о взаимном применении собственного уголовного процесса стран при исполнении поручений. Вместе с тем, результаты исполнения международного поручения на основе зарубежного законодательства будут использованы в уголовном процессе России, что и позволяет говорить о применении уголовно-процессуального законодательства других стран как о необходимом элементе взаимодействия российских судебно-след- ственных органов с иностранными учреждениями юстиции. Правовая помощь другой страны используется для получения доказательств на территории иностранных государств и принятия окончательного решения при расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел, а также реализации функции уголовного преследования государством. Применение внутреннего законодательства при выполнении поручений иностранных государств влечет за собой и другое следствие— применение российского процессуального закона распространяется на территорию других стран при наличии не только их добровольного на то согласия, но и письменной просьбы. Неурегулированность применения иностранного уголовно-процессуального законодательства требует внесения дополнений в Конституцию и в УПК Российской Федерации. Такое дополнение возможно в следующей редакции: «В Российской Федерации иностранное законодательство применяется по просьбе судебно-следственных органов России на основе международных договоров РФ и вне договорных отношений в порядке, определенном законодательством РФ». В целях соблюдения законности получения доказательств с применением иностранного уголовного закона уголовно-процессуальное законодательство России следует дополнить ориентировочно следующим положением: «В Российской Федерации допускается применение уголовно-процессуального законодательства иностранного государства, исполняющего письменное поручение су- дебно-следственных органов Российской Федерации на основе международного договора Российской Федерации или на условиях взаимности, в порядке, определенном соответствующей статьей УПК Российской Федерации. Факты, установленные за рубежом с применением уголовно-процессуального законодательства страны, испол няющей письменное поручение российских судебно-следственных органов на основе международного договора или на условиях взаимности, в порядке, установленном УПК РФ, признаются доказательствами наравне с полученными на территории Российской Федерации». Закономерности и особенности в применении норм международного права и внутренних законов договаривающихся стран при расследовании уголовных дел зависят от таких факторов, как вид правовой помощи, особенности внутреннего законодательства, наличие договора о правовой помощи и специфика установленных им процедур, обстоятельств, возникающих по конкретным уголовным делам, взаимодействие вне договорных отношений. При этом четко прослеживается приоритет применения внутреннего законодательства исполняющих стран перед нормами международных договоров. Субъектом международного права выступает только суверенное государство, что установлено основополагающей Венской конвенцией о праве международных договоров 1969 г. Никакие государственные органы не названы в качестве субъектов международного права. Российская Федерация как суверенное независимое государство также наделена правоспособностью заключать международные договоры с другими суверенными странами и международными организациями. МВД, Генеральная Прокуратуры РФ и иные правоохранительные органы и суды не являются субъектами международных отношений, и заключенные ими межведомственные соглашения не подпадают под понятие международного договора РФ. В сфере уголовного судопроизводства при оказании правовой помощи по уголовным делам они применяться не должны. Признание международным договором межправительственных и межведомственных договоров находится в коллизии с положениями в ч. 4 ст. 15, пп. «о» и «п» ст. 71, ч. 1 ст. 76 Конституции РФ. Расширительное толкование понятия, сферы действия и применения международного договора без учета заключившего его субъекта и способа утверждения не согласуется с принципом международного права об обязательности выполнения международных договоров и ответственности за невыполнение этого предписания. Единственным субъектом ответственности при нарушении данного прин ципа международных отношений является только государство, что вытекает из правосубъектности государства в международных отношениях и исключает ответственность органов государства при нарушении обязательств. В сфере уголовного судопроизводства международный договор занимает самостоятельное место, обусловленное регулятивной функцией, вытекающей как из природы договора, так и его назначения, исходя из предмета регулирования — международных отношений. В уголовном процессе международный договор как акт международного права регламентирует общие вопросы оказания правовой помощи государствами по уголовным делам. Расследование преступлений и рассмотрение уголовных дел при этом является прерогативой договаривающихся стран, реализующих право на уголовную юрисдикцию, и осуществляется их полномочными органами с применением внутренних законов и соблюдением условий применяемых договоров, которые на практике не конкурируют между собой и не восполняют пробелов УПК РСФСР, а выполняют предназначенную им функцию и должны подчиняться правилам применения публичного национального отраслевого права. Анализ международных договоров РФ в сфере уголовной юстиции показывает их ограниченные регулятивные возможности. Правила договоров носят общий характер, не предусматривают детализации процедур оказания правовой помощи и расследования уголовных дел, не могут без национального уголовного процесса обеспечить эффективность взаимодействия или восполнить его пробелы. Вместе с тем, несовершенный международный договор оказался основным регламентирующим сотрудничество правовым актом как следствие отсутствия регулятивных механизмов в национальном российском законодательстве. Правовые системы развитых государств отдают предпочтение в процессе сотрудничества в сфере уголовной юстиции собственным специальным законам, что полностью отвечает их национальным интересам и совпадает с обязанностью применения внутригосударственного права. По такому пути идут Финляндия, Нидерланды, США, Япония и другие государства. При этом широко применяется принцип целесообразности, который базируется на экономических возможностях. Исходя их общих идей сотрудничества, взаимодействие РФ с другими государствами в уголовном судопроизводстве вне договорных правоотношений возможно на равных согласованных условиях и взаимности в полномочиях и выборе предмета сотрудничества. Порядок обращения за помощью в иностранное государство может быть следующим: в случае необходимости направления поручения о производстве отдельных процессуально-следственных действий в иностранное государство, с которым РФ не имеет международного договора, следователь, дознаватель, прокурор обращается с таким ходатайством в форме постановления в суд общей юрисдикции. Поручение оформляется в соответствии с УПК РФ; судья единолично рассматривает ходатайство и выносит решение в виде определения, а также предусматривает возможность признания полученных за рубежом доказательств допустимыми по данному конкретному уголовному делу; если такая необходимость возникает в ходе судебного разбирательства уголовного дела, то суд по собственной инициативе или по ходатайству потерпевшего, его представителя, подсудимого, защитника, прокурора выносит определение о направлении поручения о выполнении необходимого следственного действия. По исполнении поручения суд дает оценку полученным за рубежом доказательствам в соответствии с процедурой, установленной ст. 69 УПК РСФСР, дополненной специальным пунктом, признающим такие факты допустимыми в качестве доказательств. Окончательное решение в части признания доказательствами фактов, полученных за рубежом с применением иностранного уголовно-процессуального закона исполняющей страны, принимает суд первой инстанции в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу. Отсутствие всеобъемлющего процессуального регулирования в международном и национальном праве порождает правовые коллизии на практике и препятствует нормальному развитию международного сотрудничества в сфере уголовной юстиции. Не имеющая единообразия практика применения международных норм отягощена множеством разноречивых, противоречащих мировому опыту ведомственных указаний и инструкций, стремящихся восполнить пробелы сотрудничества и несовершенство меж дународных договоров. За сорокалетний период действия УПК РСФСР для восполнения нормативной базы, регламентирующей взаимодействие российских следственных органов и суда с зарубежными, не внесено ни одной нормы. Полное отсутствие в УПК РСФСР норм, регулирующих оказание правовой помощи по уголовным делам иностранным государствам, исключает уголовно-процессуальное законодательство России из объектов сравнительного анализа с процедурами международных договоров. Под воздействием Конституции именно этот фактор способствует активному проникновению в российский уголовный процесс несовершенного международного и иностранного уголовного процесса, прецедентного права и процедур, не относящихся к правовым нормам. Закрепленная в Конституции концепция не отражает общей идеи международного права о значении национального законодательства как средства, предназначенного сформировать специальную нормативную внутреннюю базу, обеспечить процессуальную реализацию деятельности государства во внешней сфере и выполнение международных обязательств. Принятие такого законодательства является обязанностью РФ в силу ст. 46 Венской конвенции о праве международных договоров. Распад СССР повлек широкомасштабные изменения мирового значения, последствия которых обнаруживаются лишь с течением времени с доминированием негативных. Существенным образом они коснулись и базовых основ межгосударственных отношений, особенно в сфере уголовной юстиции. На волне демократизации и защиты прав и свобод личности возродилась и нашла сторонников и в России отвергнутая еще Гуго Гроцием космополитическая идея регулирования общественномеждународных отношений и решения внутригосударственных проблем. Резко снизилась значимость международного права на фоне приоритета национальных интересов отдельных государств. Мировой опыт применения и развития международного права как универсального позитивного средства разрешения международных проблем в борьбе с преступностью и соблюдения интересов государств практически не учитывается. Странами с развитой экономикой нередко используются двойные стандарты в ущерб третьим странам. Игнорируются базовые принципы правоотношений государств. У си- ливается тенденция необоснованного расширения уголовной юрисдикции отдельных стран. Международное право уступает место применению силы для достижения собственных целей. При этом международное право нередко выступает лишь прикрытием игнорирования интересов этих государств. Право как средство урегулирования внешних и внутренних проблем подменяется иными неправовыми категориями. Вместо сотрудничества заинтересованных государств в борьбе с преступностью на основе международного права как универсального и обязательного средства реализуется давно отвергнутая идея Иеринга о применении силы и угрозы применения силы. Происходит переориентация правовых принципов международных отношений. Так один из наиболее проблемных вопросов, связанных с принципом самоопределения наций, провозглашенным Уставом ООН единственным правомерным средством приобретения независимости, подвергается ревизии и рассматривается в новом аспекте с использованием двойных стандартов и исключительно для иных, но не собственных, стран. Еще в 70-е гг. прошедшего столетия действия членов национально-освободительных движений не рассматривались противоправными, что нашло отражение в отечественной и зарубежной литературе177. Развитие двусторонних международных связей между государствами замедлилось, что характерно и для Российской Федерации. Вместе с тем, активизировались интеграционные процессы европейского континента и сотрудничество в рамках международных организаций, посредством которых возможно подчинение воле большинства стран, не согласных с условиями конвенционных договоров. Тревожным симптомом является политизированность права, особенно заметная в уголовном судопроизводстве, что может способствовать обострению межгосударственных дискуссий и одновременно ограничению возможностей для развития внешних связей в борьбе с преступностью. Продолжается тенденция к повышению криминогенности самой преступности и ее дальнейшей интернационализации, коррумпиро ванности власти. Среди множества причин таких процессов в Российской Федерации наряду с политическими и социально-экономическими можно условно выделить ряд факторов. Российская Федерация вступает в третье тысячелетие при отсутствии правовых основ сотрудничества во внешней сфере с конституционным установлением о предпочтении коллизионных правил международных договоров нормам собственных законов. В публичное международное право внедряются базовые традиционно доминирующие основы частного международного права. Это порождает рассогласованность и неразрешимые коллизии российской конституционной иерархии нормативных правовых актов и их применения, препятствует формированию и развитию отраслевых источников права публичного характера, подменяет их кодифицированные процессуальные формы прецедентами и иностранным законодательством. Судебная власть в России предпринимает активные и небезуспешные усилия для расширения судебной юрисдикции в уголовном процессе, что также не способствует укреплению устоев правовой системы страны и размывает конституционные разграничения между законодательной и судебной властями, вторгается в компетенцию органов правоохранительной системы с акцентом на сужение их деятельности. Предпринимаются настойчивые попытки максимально ограничить полномочия российской прокуратуры в уголовном судопроизводстве по образцу европейских стран и США. Практически полностью изменен порядок обжалования действий и решений должностных лиц, полномочных осуществлять следствие, дознание и прокурорский надзор, путем передачи большинства функций суду. Функция правосудия, которую суд осуществляет в судебной стадии уголовного судопроизводства, произвольно расширена и совмещена с рядом других, присущих органам предварительного следствия и прокурору на досудебной стадии уголовного процесса. Слияние в органе правосудия одновременно функций предварительного следствия и суда происходит при не отмененных нормах Уголовнопроцессуального кодекса РСФСР, только на основе постановлений Конституционного суда РФ. Постановления Конституционного суда РФ, имеющие статус иных нормативных правовых актов, стали фактически преобладать над действующими федеральными законами, ибо Конституционный суд претендует на равное с конституционными положениями действие собственных решений, что входит в противоречие с установлениями Конституции о верховенстве ее норм. При этом деятельность органов предварительного следствия поставлена в прямую зависимость от принятых Конституционным судом новелл бланкетного характера, которые создают неразрешимые правовые тупики и препятствия для дальнейшего производства по уголовному делу, подменяют федеральный закон иным правовым актом, принятым не органом законодательной власти, а судом. Этим нарушается конституционное положение о разделении властей, верховенстве закона и Конституции. Происходит внедрение в уголовный процесс в качестве источников судебных прецедентов, в уголовном судопроизводстве применяется некодифицированное право, что также противоречит ст. 1 УПК РСФСР. Совокупность названных факторов может привести к разрушению кодифицированных, четко сформулированных базовых принципов для защиты прав участников уголовного процесса и необходимых ограничений прав — обязательного института мер принуждения и важного элемента противодействия преступности и обеспечения процедур для расследования конкретных преступлений. В условиях роста преступности и ее интернационализации совмещение судом функций, осуществляемых на предварительном следствии и в судебной стадии одновременно с фактически неограниченной судебной юрисдикцией, подчинение федерального законодательства судебным решениям, предпочтение коллизионных международных правил нормам российских законов в совокупности с другими факторами могут привести к необратимым негативным последствиям, окончательному разрушению кодифицированных основ уголовного судопроизводства и других отраслей публичного права. Складывающаяся ситуация не способствует сохранению суверенитета Российской Федерации, ущемляет ее интересы в мевдународ- ных отношениях и создает угрозу ее национальной безопасности. Изученная практика сотрудничества России по оказанию помощи по уголовным делам даже с учетом несовершенства уголовной политики государства и полной неурегулированности взаимодействия в сфере уголовной юстиции подтверждает способность кодифицированного формализованного уголовно-процессуального закона России обеспечить реализацию международных договоров. Конкретность формулировок российских процессуальных норм предполагает их точное исполнение, позволяет судить о соблюдении законности и создает преимущество перед процессуальными прецедентами, где право подстроено под ситуацию. Особое значение кодифицированной процессуальной формы проявляется в области соблюдения и обеспечения прав участников уголовного судопроизводства. Решение проблем формирования нормативной базы для применения в сфере оказания правовой помощи иностранным государствам по уголовным делам требует единого подхода на основе единой концепции. В целях сохранения кодифицированного уголовно-про- цессуального законодательства и предусмотренных им процессуальных форм необходимо привести в соответствие со ст.ст. 71, 76 Конституции и ст. 1 УПК РСФСР источники уголовно-процессуального законодательства, ограничить их рамками УПК и исключить применение правил, не включенных в УПК. Хочется надеяться, что Российская Федерация будет осуществлять уголовную политику во внешней сфере с соблюдением собственных национальных интересов на основе обновленного законодательства, в котором найдут отражение традиционные доктрины и тенденции кодифицированного российского уголовного процесса, позитивная мировая и национальная практика сотрудничества с иностранными государствами.
<< | >>
Источник: Волженкина В. М.. Нормы международного права в российском уголовном процессе. 2001

Еще по теме ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  1. § 3. Окончание предварительного следствия с обвинительным заключением
  2. § 5. Действия и решения прокурора по уголовному делу, поступившему с обвинительным заключением (обвинительным актом)
  3. § 5. Заключение экспертов
  4. Консультативное заключение Международного Суда от 1951 г.
  5. г) Иные случаи допустимости доказательств - допустимость экспертного заключения
  6. § 2. АКТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ, НЕПОСРЕДСТВЕННО ПОРОЖДАЮЩИЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВО, ИСПОЛНЕНИЕ КОТОРОГО СВЯЗАНО С ЗАКЛЮЧЕНИЕМ ДОГОВОРА
  7. 8.1. Заключение эксперта-почерковеда как объект оценки субъектом доказывания
  8. Процессуальные и тактические средства исследования и проверки заключения эксперта-почерковеда
  9. 23.1. Направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору
  10. § 4. Заключение эксперта как средство доказывания. Требования, предъявляемые к заключению эксперта
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -