<<
>>

терроризм 90-х

В этой главе особое внимание будет уделено ситуации в США - возможно потому, что из-за событий самого последнего времени складывается впечатление, что именно на эту страну пришелся главный удар терроризма.
Это, скорее всего, не так - во всяком случае, по числу терактов и жертв события на Ближнем Востоке и в Индии намного превосходят американские. Но там они, за редким исключением, мотивационно однородны - а то, что происходило в последнее десятилетие в США, позволяет задуматься о многоликости терроризма. Среди стран, которые становились жертвами политического или религиозно-политического террора в девяностых годах, Соединенные Штаты постепенно оказывались все более и более пострадавшими. Наследники террористических организаций конца шестидесятых продолжали действовать в Европе, хотя масштабы уже заметно уступали прежним - но гораздо громче зазвучали выстрелы и взрывы в Северной Ирландии и в Испании, в Стране Басков. На Ближнем Востоке продолжалась террористическая война против Израиля; некоторые эпизоды её - скажем, взрыв в молодежной дискотеке заставляли содрогнуться даже тех, кто уже начал "привыкать" к терроризму как постоянному спутнику общественной жизни. Откровенно террористический характер приобрели режимы в Ливии и Ираке, а во всех без исключения странах Северной Африки и Магриба развернулась террористическая война мусульманских экстремистов против "светских" режимов. Серьезные проблемы с терроризмом возникли в России - сепаратизм в самопровозглашенной "республике Ичкерии" быстро перерос в терроризм во всех спектрах, от захвата заложников с целью получения выкупа до партизанской войны; очень скоро к "местным" террористам присоединились группировки арабских радикальных фундаменталистов. Одним из вожаков террористической войны стал "Черный Араб" Хаттаб, близкий помощник Бин Ладена. Весьма серьезные вызовы терроризмом были брошены правительствам Индии, Индонезии, Филиппин, Малайзии.
В соответствии с новыми "правилами игры" Интерпол оказывал необходимую помощь по запросам соответствующих национальных агентств; сделано было достаточно много - вплоть до того, что впервые удалось поставить перед международным судом организаторов взрыва авиалайнера в небе над Локерби (другое дело, что расследование не пошло по пути, подсказанному спецслужбами Израиля и перед судом предстали, вероятно, не прямые виновники). Но все же после событий 11 сентября 2001 года наиболее интересно обратиться к проблеме терроризма и антитеррористической борьбе в США; это позволит придти к некоторым существенным выводам, которые смогут завершить наш разговор об Интерполе. Волна терроризма, поднимающегося во всем мире с приближением конца двадцатого века, стала одним из самых серьезных испытаний для правительства и народа США. Наиболее "громкими", резонансными делами были проявления политического терроризма, с которыми США непосредственно столкнулись достаточно поздно. Американские военные и гражданские лица страдали и погибали от акций МТ намного раньше - достаточно вспомнить взрывы в Бейруте и других городах Ливана, ряд крупных террористических акций арабских и мусульманских экстремистов в Северной Африке и на Ближнем востоке, многочисленные случаи ранения и гибели американских граждан во время диверсий, взрывов и перестрелок с "воздушными террористами", угонщиками самолетов. Во время первого за четверть века захвата пассажирского судна в открытом море (1985 год, итальянский морской лайнер "Ахилло Лауро) боевиками Фронта освобождения Палестины был расстрелян пожилой турист-инвалид из США. Еще раньше американский гражданин, морской пехотинец, отправлявшийся в отпуск, стал вообще одной из первых жертв международного терроризма как такового (его застрелили на борту угнанного самолета палестинские боевики и выбросили тело в ливанском аэропорту) - и его гибель, кстати, была заметным толчком для преодоления Интерполом "барьера неучастия", который в свое время едва не привел к расколу организации и утрате её значения в быстроменяющемся мире.
Как однажды заметил Р. Кендалл, "Понадобилось 15 лет со дня нашего позора на Олимпийских Играх в Мюнхене в 1972 году, чтобы сделать то, что можно было сделать за один-два года". Общее число американцев, гражданских лиц и особенно много военных, которые погибли от рук террористов за пределами Америки, приближалось к тысяче человек. Но достаточно серьезных акций международного политического терроризма37 на американской территории было в общем-то немного - заметно меньше чем, например, в Италии или во Франции, и совершенно не шло ни в какое сравнение с происходящим в Израиле, где настоящая война с терроризмом шла непрерывно с шестидесятых годов (хотя отдельные столкновения происходили и раньше, но именно после оглушительного поражения в Шестидневной войне и мусульманские радикалисты, и поддерживающие их правительства, режимы и группировки избрали это подлое и трусливое оружие). Первая значительная акция политического терроризма нового времени непосредственно в США произошла 26 февраля 1993 года: мощное взрывное устройство сработало в подземном автогараже Всемирного торгового центра в Нью-Йорке (того самого, до которого все-таки дотянулись "руки" Аль-Кайды почти восемью годами спустя). Шесть человек погибли, несколько десятков получили ранения; жертв могло быть намного больше, но выдержали высококачественные строительные конструкции из напряженного железобетона. Расследование проводило ФБР; по данным прессы, в нем участвовали более 200 агентов, была задействована мощная база данных, а на заключительном этапе была осуществлена координация действий с ЦРУ. Привлекалась и информация, получаемая по каналом Интерпола. Работа велась по отработанным полицейским схемам: анализ вещественных доказательств, собранных на месте преступления, сужение круга возможных причастных к делу и использование тайных агентов и информаторов. Исходными зацепками были автомашина, развороченная и искореженная взрывом - в ней было заложено взрывное устройство, - и мельчайшие фрагменты самого взрывного устройства, которые дали основание для заключения о типе взрывчатки и некоторых конструктивных особенностях адской машины.
Остов автомобиля, на котором все-таки удалось обнаружить достаточно данных для идентификации, привел следователей в небольшую контору автопроката. Оказалось, что фургон был взят напрокат неким Мохаммедом Саламе. Так появилось первое имя подозреваемого, а также основание направить самое серьезное внимание на анализ арабской группы населения США, её части, склонной к радикализму и особенно располагающей международными связями. Тщательное изучение журналов регистрации продаж, накладных и чеков многочисленных магазинов и компаний, которые продавали химические компоненты, из которых могла быть изготовлена взрывчатка, примененная в Всемирном торговом центре (далее - ВТЦ), вывело на след ещё одного подозреваемого, Нидал Айяда. Он приобретал все химикаты, которые могли бы понадобиться для изготовления взрывчатки, в соответствующих пропорциях - и в количествах, которые заставляли предположить, что готовятся новые взрывы. Личности подозреваемых стали указателем для сбора информации о круге их знакомых и друзей. Вскоре было собрано более двухсот документальных свидетельств об их связях, контактах и совместных действиях, и десятки запротоколированных показаний самых различных лиц (служащие мотелей и компаний, охранники, соседи и т. д.), что дало основание для ареста ещё двух подозреваемых - Махмуда Абдухалима и Ахмада Аджайя; первые аресты были произведены спустя полтора месяца после теракта. Многодневные интенсивные допросы, с оперативной проверкой всех, даже косвенных свидетельств, полученных в их ходе, позволили определить, что заговор террористов возглавляет египетский эмигрант, воинствующий противник умеренного каирского режима Хосни Мубарака, шейх Омар Абдель Рахман. Слепой проповедник шейх Рахман, достаточно заметный политико-религиозный противник Мубарака, достаточно давно находился под контролем служб безопасности США: проповеди и высказывания шейха содержали риторику, весьма близкую к риторике мусульманского фундаментализма и были исполнены проклятий и угроз в адрес и египетского светского строя, и египетских "умеренных", и естественно Израиля и прочих неверных, оскверняющих арабские земли своим присутствием.
Нахождение "под контролем" предполагало не только внимание к публичным высказыванием и действиям шейха и его окружения: ФБР завербовало (за гонорар 7 тысяч долларов ежемесячно) личного секретаря шейха - отставного полковника египетской разведки Эмада Салема. Он, используя спецтехнику, предоставленную ему ФБР, организовал прослушивание и записи многочисленных переговоров в окружении шейха. За четыре месяца Эмад Салем записал более сотни кассет переговоров (записывающие устройства были установлены им в телефонных аппаратах, в деталях мебели, в своем портфеле и костюме, в автомобиле) 38. Правда, он не атрибутировал записи, просто пряча кассеты в тайник, оборудованный им в ванной комнате - это несколько осложнило их использование в суде ("Ваша честь, - говорил Салем в суде, - у меня очень плохая память на числа; этот разговор велся, я его записывал, но когда именно это было, вспомнить не могу"), хотя в конечном итоге не позволило террористам уйти от ответственности. Действия террористов были квалифицированы как "месть американскому народу за поддержку США Израиля и Египта". Показания Салема и аудиозаписи переговоров позволили установить, что террористическая группа в составе 15 человек планировала осуществить целую кампанию террористических актов: например, взрывы в туннелях под Гудзоном, соединяющим Нью-Йорк и Нью-Джерси, уничтожение Эмпайр Стейт Билдинг и статуи Свободы, взрывы в самых людных местах мегаполиса - на Таймс-сквер, у вокзала Гранд Сентрал, на Манхэттене и так далее. Серия обысков и арестов в мусульманском квартале Квинса ознаменовалась раскрытием подпольной лаборатории, целой фабрики по изготовлению взрывчатки и взрывных устройств. Но главный террорист, мастер взрывного дела и непосредственный исполнитель ряда терактов, иорданец Рамзи Ахмед Иосеф, на момент арестов находился за пределами США. С помощью Интерпола и ЦРУ Рамзи Иосефа выследили и арестовали в Пакистане. Процесс его экстрадиции затянулся надолго: судебный процесс, на котором он стал главным обвиняемым, состоялся только в марте 1995 года, то есть два года спустя после теракта в МТЦ.
Но в распоряжении следствия к тому времени было достаточно доказательств непосредственной причастности Рамзи Иосефа к ещё ряду террористических актов - в частности, ко взрыву на борту филиппинского авиалайнера в 1994 году. Удалось установить и важнейший факт, который, к сожалению, не стал основанием для немедленных действий на уровне правительства: финансовая поддержка этой группы террористов осуществлялась "международным преступником №1" - Усамой Бин Ладеном, а в непосредственной подготовке и инструктаже принимал участие египтянин Али Мохаммед (по некоторым данным, оказавшийся в свое время в США при содействии ЦРУ). Тогда, в 1995 году, впервые была озвучена трагическая связка: МТЦ и Бин Ладен. Но ещё не были предприняты достаточные меры - на то время ещё достаточно простые - чтобы довести дело до конца, выследить и уничтожить и Бин Ладена, чье участие и в этом теракте, и во взрыве американского посольства в Кении, и в других акциях, и возглавляемую им организацию "Аль-Каида". А у террористов оказалось достаточно терпения и дьявольской изворотливости, чтобы все-таки уничтожить МТЦ (только ли его?), в полной мере учитывая все "проколы", допущенные при организации теракта в 1993 году. Несомненно, что работа ФБР в раскрытии организаторов этого преступления, а тем самым и предотвращение ещё целой серии терактов, высокопрофессиональна. И выявление террористов, и сбор доказательств для суда произведены с точностью и скрупулезностью, которые в полной мере оправдывают благодарности американского правительства и признательность общественности США. Кстати, кроме признательности, широкое освещение прессой этого дела привело к расцвету в стране антиарабских настроений, временами доходящих чуть ли не до истерии. Впрочем, питательного материала для этого хватало не только в связи с диверсией в МТЦ, но и в связи с множеством акций по отношению к американцам в разных странах мира, с постоянными происками Пакистана, Ирака, Ливии и других мусульманских недругов США. Сами по себе антиарабские (равно как направленные против любого национального меньшинства в любой стране) настроения не повлияли и не могли повлиять в достаточной мере на противодействие террору. Точно так же не сказались (если не наоборот) в плане снижения террористической опасности антиалжирские настроения во Франции, или "антикавказские" - в России. Требовалась значительная перестройка практики полицейских и контрразведывательных служб; в известной мере даже - изменение традиций "свободного общества", повышение социальной бдительности. Меры против террора не могут никогда сводиться к мерам против какой-то нации или национального меньшинства. Кстати, организаторами ряда терактов в России были не непосредственно чеченцы или арабы, а привлеченные ими "к делу" представители других этнических групп. Специалисты Интерпола неоднократно отмечали, что терроризм многолик, что по одному "направлению" (скажем, левацкому) "работали" представители не только разных наций, но и рас; а уж представителей и правого экстремизма, и религиозного вообще нельзя подразделять по национальному признаку. Какая-то жуткая пародия на древнюю сентенцию "несть ни еллина, ни иудея...". Даже "повышенное внимание" к арабской диаспоре не стало гарантией от последующих терактов. Один из них произошел в то самое время, когда судили террористов, взорвавших бомбу в МТЦ - 19 апреля 1995 года, в Оклахома-сити, и оказался делом рук совсем иной разновидности терроризма. Это был крупнейший на то время террористический акт в истории США39. Взрыв мощной бомбы (около полтонны взрывчатки), заложенной в автомобиль, припаркованный рядом с административно-культурным центром, значительно повредил девятиэтажное здание, на втором этаже которого находился детский сад, и привел к гибели 168 человек (в том числе 12 детей в возрасте от одного до 7 лет) и ранению свыше двухсот человек. Более сотни людей были освобождены спасателями из-под обломков здания. К участию в расследовании были привлечены более 200 детективов, полиция Оклахома-сити, Интерпол, агентура с США и за рубежом; правительство назначило награду в 2 миллиона долларов за информацию, которая приведет к аресту и последующему обвинению террористов. Первые результаты расследования заставляли предполагать, что в оклахомской трагедии не замешаны мусульманские террористы, которые к тому времени в массовом сознании, в СМИ и кинотелепродукции США стали пользоваться репутацией главного (что, возможно, заслуженно - в свете трагедии 11 сентября 2001 года) врага общественного спокойствия; но серьезные аналитики и криминологи уже давно четко указывали, что враг этот - далеко не единственный. Возникли серьезные основания предполагать, что теракт совершен тоже религиозными фантиками, но не исламскими. В федеральном здании в Оклахома-сити располагался, в числе прочих служб, региональный филиал Бюро по контролю за спиртными напитками, табачными изделиями и оружием. Весной 1993 года Бюро разгромило в Уэйне, штат Техас, экстремистскую, а во многих проявлениях просто преступную секту "Ветвь Давидова", возглавляемую бывшим военным Кёшем. В бойне, в которую вылилась операция, погибли 70 человек, включая более десяти детей, но несколько участников секты остались на свободе. Однако достаточных доказательств того, что сектантами был организован теракт как месть за гибель "духовного отца" и братьев по вере, получить не удалось; многочисленные допросы сектантов ни к чему не привели - многие высказывали свое недовольство действиями властей, разговоры о всевозможных обидах, в том числе и на Бюро, в среде сектантов велись, но намерения произвести насильственные действия, по-видимому, так и не сформировались. Не ограничились, как выяснилось позже, просто разговорами другие правые экстремисты. Подозрения полиции и федеральных агентов упали также на членов полувоенного формирования "Первая бригада региональной милиции Северного Мичигана" - организации крайне правого толка, исповедующей идеи расовой чистоты американцев и права белых на применение силы. По подозрению в причастности к теракту был арестован член организации, бывший военный, участник операции "Буря в пустыне" в Ираке и Кувейте, Тимоти Маквей (его внешность соответствовала фотороботу, созданному по описаниям свидетелей, видевших, как начиненное взрывчаткой авто парковалось у административного центра) и привлечены в качестве свидетелей братья Терри и Джеймс Николс. К тому времени выяснилось, что братья посещали собрания "Первой бригады милиции...", но их экстремизм, по словам руководства формирования, показался даже весьма не смиренным пастырям и проповедникам "белого дела" чрезмерным, и в члены организации Николсы не были приняты. Расследование продолжалось и скрупулезная работа следователей начала приносить все более весомые плоды. Дали показания несколько свидетелей того, как Тимоти Маквей возмущался "бойней в Уэйне" и говорил о необходимости как следует проучить федералов. Постепенно собиралось все больше улик и документальных свидетельств подготовки к взрыву. Совершенно точно были установлены и тип взрывчатого вещества - это была самодельная мощная взрывчатка, основой которой являлись удобрения (именно те, которые применяли Николсы) и дизельное топливо, и тип детонатора; в причастности подозреваемого к теракту оставалось все меньше сомнений. Наконец и от них самих были получены решающие признания. Бравый ветеран Тимоти Маквей и его бывший однополчанин Терри Николс показали, что они действительно решили отомстить за разгром секты и вообще ущемление свобод белых американцев, и однажды наготовили адскую смесь из нитратного удобрения и солярки, загрузили ею как следует старенький фургон и подогнали его к зданию в Оклахома-сити... Судебный процесс длился ещё несколько лет и был ознаменован вынесением смертного приговора. Сразу после этого произошло ещё одно процессуальное затруднение: президент Клинтон отправил в отставку многолетнего директора ФБР Луиса Фри (поводы, как всегда в таких случаях, находятся непременно, а причиной была поддержка Фри независимого расследования скандалов, связанных с личной жизнью и бизнесом Клинтона); сразу же после отставки "выплыли" некоторые документы по Маквэям, не приобщенные в свое время к делу. Адвокаты Маквэя тут же ухватились за эту возможность с целью пересмотра смертного приговора, но документы оказались настолько малозначительными, что результатом дополнительного рассмотрения стала только отсрочка исполнения приговора. Надо отметить, что внимание к деятельности правых радикалов стало серьезно возрастать с восьмидесятых годов. Аналитики ФБР, также как многие социологи и политики, верно оценили антигосударственную направленность движения "фрименов" (правоанархистская организация, в которой множество белых мелких фермеров и люмпенов), сознательно противопоставляющих себя существующей социально-политической системе. "Фримены" отказываются признавать все действия властей, от уплаты налогов до регистрации автомобилей, создают собственную юстицию и службы охраны порядка и так далее; столкновения с представителями официальных властей в девяностые годы стало оборачиваться кровопролитием, а попытки судебного вмешательства (например, осуждение в Аризоне Ричарда Уэйна, который убил еврея-торговца и негра-полицейского) стали выливаться в настоящие массовые беспорядки. К числу правых радикалов относятся и американские нацисты (например, организации "Арийская нация", "Айдентити". Время от времени ФБР и полиция предпринимают попытки разгрома этих формирований - и иногда это выливается в настоящие военные действия. Так, группа белых "ультра" (13 человек) больше года продержалась в осаде в укреплениях близ Джордана (штат Мичиган); в хорошо оборудованных бункерах и дотах у них было достаточно запасов пищи, а оружия и боеприпасов хватало на добрую армейскую роту. Причем по-настоящему решительные действия власти не могли предпринимать - хотя бы потому, что не меньше десятка "серьезных" правых организаций и группировок заявили о своей решительной поддержке осажденных и пригрозили настоящими военными действиями, если их "не оставят в покое". Косвенной поддержкой "осажденных из Джордана" стал взрыв в Олимпийском парке в Атланте. Там, практически в единственном месте, более-менее свободном от жесточайшего контроля, организованного спецслужбами на время проведения Олимпийских игр (директор ФБР Луи Фри заявлял по телевидению, что на время Игр Атланта - самый безопасный город в мире), в ночь с 26 на 27 июля 1996 года была взорвана самодельная бомба - три обрезка труб, начиненные пироксилиновым порохом, часовой механизм с детонатором и пластиковый контейнер со шрапнелью собственного изготовления, сделанной из обрубков гвоздей. Один человек (темнокожая туристка Алиса Хэуфорн) был убит на месте, 11 человек ранены, в том числе более тридцати достаточно серьезно. Жертв могло быть намного больше, если бы не оперативность полиции и спецподразделений, получивших анонимное предупреждение по телефону за полтора часа до взрыва. За это время удалось разыскать мину - она была спрятана в неприметный армейский вещмешок40, - и оттеснить большую часть толпы веселящихся и подвыпивших гуляк, которые собрались на концерт популярной рок-группы. Освобождения зоны вокруг подозрительного предмета продолжалось всего 11 минут, но эти минуты спасли не один десяток жизней. Пострадали в основном те, кто не успел отойти подальше от взрывного устройства - и шестеро полицейских, расчищавших зону. Но террористические акции, как это ни печально, не всегда являются результатом действий политических, религиозных или криминальных группировок; большую опасность и предмет самого серьезного внимания и спецслужб, и специалистов, от криминологов до психиатров, и конечно же общественности представляют собой террористы-одиночки. В общем-то очевидно, что все они без исключения страдают психическими расстройствами. Каким бы туманным не оставалось определение "нормы", ясно, что решение человека убивать других, как правило совершенно незнакомых и лично перед ним ни в чем не повинных людей, уже есть психопатология. Некоторые ученые и практики убедительно доказывают, что большинство маньяков и террористов можно было "распознать" уже в детстве; к сожалению, если даже они и совершенно правы, трудно представить себе систему организационных мер по тщательной проверке и тестированию парочки миллиардов детей. Пока что приходится обходиться комплексом традиционных мер безопасности и усилиями, иногда экстремальными, для раскрытия и пресечения деятельности маньяков-террористов. Практически невозможно в наше время предотвращать случаи, когда одиночки с отклонениями в психике берут винтовку иль пистолет и начинают палить по прохожим; подобного рода сообщения оказываются чуть ли не ежемесячно сенсациями выпусков новостей. Чаще всего это происходит именно в США и на то есть серьезные причины: как ни в одной стране, там облегчен доступ к оружию, кроме того, многолетняя практика "массовой культуры" привела к заметному изменению представлений о допустимости насилия; важно так же, что важнейшие парадигмы американского общества, свобода и личный успех, вовсе не предполагают такого большого уважения к истинно человеческим ценностям, как в ряде других, более "традиционных" стран, как например в западной Европе. Сексуальные маньяки-преступники были и есть и в Англии, и в Германии, и в Скандинавии, но в истории этих стран за последнее время что-то не припоминается случая, когда бы школьник из папиного пистолета палил в толпу одноклассников или взрослый мужчина открывал снайперский огонь по прохожим из стремления оказаться в центре внимания газетчиков и тележурналистов. Самая "знаменитая" европейская террористическая группировка, или "банда Баадера-Майнхоф", при всех жестокости своих деяний - достаточно типичный случай криминально-политического терроризма; то же относится и к итальянским "Красным бригадам". Сексуальные преступления, увы, естественно, в европейских странах есть, известны случаи (в частности, в Восточной Европе), когда страдающие душевными отклонениями личности совершили более десяти убийств прежде, чем были идентифицированы и изолированы от общества. Но это действия не террористического плана, хотя некоторые из них, скажем Оноприенко из Украины, повергли целый регион в состояние ужаса. В США же деяния маньяков-террористов, увы, рутинная сенсация и до реальной профилактики этого явления пока что очень далеко. В тех случаях, когда приходится сталкиваться не с разовой вспышкой безумия, которая вылилась в террористический акт, а с систематическими действиями, - предпринимаются значительные усилия для выявления маньяков и прекращения дальнейших терактов. В Интерполе накоплен значительный опыт расследования таких дел; многие наработки, связанные, например, с воссозданием психологического портрета преступника, определением направленности его действий, отработки розыска по выявленной или предполагаемой мотивации (а в каждом безумии, отметил ещё Шекспир, есть своя система), признаны во всем мире и используются в практике служб безопасности многих стран. Весьма часто удается "вычислить" маньяка-террориста после первого же преступления; ключевую роль здесь играет анализ мотивации преступления на основании требований террориста. Точно так же надо отметить, что в Интерполе высоко ценят и внимательно изучают опыт российских и украинских коллег, которые раскрыли и нейтрализовали ряд опаснейших маньяков-преступников. 11 сентября 2001 года стало поворотным моментом в отношении мирового сообщества к проблеме международного терроризма. Фабулу произошедшего напоминать нет смысла - недавние события очень широко освещались в средствах массовой информации. Можно выделить только несколько моментов. Это: - весьма точный учет террористами особенностей "американской свободы", что дало возможность нескольким группам террористов достаточно долгое время находится в США и проводить практическую подготовку к акции; - недостаточное внимание к предупреждениям извне, прежде всего от Израиля; - медленную реакцию на сообщения из европейских стран, прежде всего из Германии, где фактически и сформировалась основная группа арабов-террористов; - а в стратегическом плане - неумение предвидеть, во что может вылиться долгое потакание террористическим организациям и фундаменталистским движениям, слепота, которую можно отнести к печальному наследию "холодной войны". Наверняка очень многие люди и в американском правительстве - впрочем, и в европейских тоже, - и в руководстве специальных служб делают серьезные выводы из своего стратегического просчета. Он заключается в том, что на протяжении предшествующих десятилетий оказывалась поддержка практически любым режимам и организациям, если они демонстрировали или хотя бы декларировали "антикоммунистическую" направленность. Весьма неккорректно это выглядело и с рядом африканских режимов, и с поддержкой всевозможных "контрас" в Центральной и Южной Америке - а они, захватив власть, устанавливали жесткие тоталитарные режимы, не говоря уже о том, что моментально "включались" в крупный наркобизнес. Наиболее печально это выглядело на примере Афганистана, когда финансировались и вооружались любые группировки моджахедов, а затем и фундаменталистские движения - и в результате экстремистско-фундаменталистская организация "Талибан" установила на большей части страны мрачный средневековый режим, приютила опаснейшую организацию международных террористов, активно помогала сепаратистам-террористам, воюющим против правительств Индии и других сопредельных государств, и "естественно" активизировала наркоторговлю. Кстати - об этом подробнее было сказано в соответствующем разделе - почти все "базы" мировых поставок героина контролируются и эксплуатируются режимами и группировками, появление или становление которых впрямую связано с военными и политическими действиями "свободного мира" в период холодной войны. Старая схема: "Он, конечно, сукин сын, но это наш сукин сын". Но и это сожаление, и очевидный пересмотр позиций, связанных с превращением борьбы с международным терроризмом в гласную и едва ли не основную парадигму политики ведущих стран Запада и Востока (к ней присоединились Россия, Китай и Япония), не решают важнейшие проблемы, которые со всей наглядностью проявились на переломе тысячелетий. Международный терроризм, как, надеюсь, вполне очевидно из очень краткого обзора, приведенного здесь, неоднороден. Спектр достаточно широк. Здесь и "левацкие" группировки, всевозможные маоисты, троцкисты, леворадикалы из обширной палитры коммунистических и анархо-синдикалистских движений; здесь и "правые", организации неофашистов и тому подобных правых националистов; к ним, как правило, примыкают сепаратисты - иногда в их "окраску" примешиваются и религиозные "тона"; здесь весьма многочисленная и, возможно, наиболее опасная ветвь религиозного, прежде всего исламского радикализма, на основе ортодоксии или позднего сектантства; здесь и "уголовный" в традиционном понимании терроризм - преступления против правительств, организаций и личностей с прямой материальной корыстью (похищения и шантаж с целью получения выкупа); здесь и действия маньяков они редко, но все же имеют и международный характер... Сама многочисленность направлений терроризма указывает, что существуют некие глубинные социально-политические закономерности его появления и распространения. К сожалению, автор не настолько владеет аппаратом метаисторического анализа, чтобы найти всему этому краткое и выразительное объяснение. Поэтому придется использовать традиционную терминологию. Во все времена существовало, равно как "обычная" преступность, стремление отдельных лиц и их сообществ к изменению если не существующего в соответственной стране строя, то по крайней мере того соотношения властных и финансовых структур, которое составляло реальность государства. Повторяю - это было во все времена; бунтари, смутьяны, заговорщики, мятежники и так далее появлялись всегда, во всех государствах и во всех формациях. Всю историю шла борьба против них - или их борьба против тех, кто занимал "несправедливое", с их точки зрения положение, обладал "несправедливыми" привилегиями и так далее. Форм этой борьбы было и есть множество - бунты, смуты, заговоры, дворцовые и теневые перевороты, тайные и явные организации, вплоть до гражданских войн. По большому счету, коммунистическая система (не идеология, здесь сложнее) есть тоже механизм перераспределения "по справедливости" (как поется в гимне коммунистов, "кто был никем, тот станет всем) - и её происходящая в наше время трансформация в неразвитый государственно-олигархический социализм знаменует завершение переворота старой "пирамиды" собственности и власти. Весьма разнообразны и способы общественной или групповой (клановой, государственной и т. д.) самозащиты: всевозможные механизмы "высылки" потенциальных смутьянов, кастовые и цеховые системы, клерикальная поддержка социальных иерархий, общественное призрение и социальное обеспечение и так далее. Наиболее оптимальной на сегодняшний день представляется социальная организация социал-демократического толка - не случайно, наверное, в странах "европейского социализма", в Скандинавии в частности, уровень терроризма самый невысокий. В то же время ни эти страны, ни тем более "обычные" демократии, скажем США, Франции, Италии, и такая своеобразная, как Японии, в большей степени подвержены опасности терроризма.
<< | >>
Источник: ИОСИФ ДАЙЧМАН. ИНТЕРПОЛ. ВСЕМИРНАЯ СИСТЕМА БОРЬБЫ С ПРЕСТУПНОСТЬЮ. 2003

Еще по теме терроризм 90-х:

  1. 4. Международный терроризм
  2. Терроризм.
  3. § 1. Терроризм: понятие и виды
  4. § 2. Международно-правовые основы борьбы с терроризмом
  5. § 3. Деятельность универсальных международных структур по борьбе с терроризмом
  6. § 5. Содружество Независимых Государств в борьбе с терроризмом
  7. § 6. Российская Федерация: борьба с терроризмом, двустороннее сотрудничество
  8. 5.6. Терроризм как опасное социально-политическое явление
  9. 22.6. Борьба с международным терроризмом
  10. §2. Криминологическая характеристика, детерминанты и предупреждение терроризма
  11. 5.6. Терроризм как опасное социально-политическое явление
  12. Угрозы наукоёмкого терроризма
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -