<<
>>

Тема 2. Соглашение о применимом праве - основополагающий коллизионный принцип регулирования гражданских правоотношений международного характера

Определенной самостоятельностью обладает способ регулирования международных частноправовых отношений, основанный на «соглашении о применимом праве» и выступающий одним из центральных институтов международного частного права, получившего название «автономия воли сторон» (lex voluntatis).
Данный институт служит для реализации права сторон выбирать правопорядок (право какой-либо стороны), подлежащий применению не только к договорным, но и к внедоговорным правоотношениям, а также для определения допустимости такого выбора согласно коллизионному праву страны суда. «Автономия воли» по сути есть один из приемов определения применимого права в рамках коллизионно-правового способа регулирования. В этом случае контракт может содержать следующее условие: «Настоящий контракт подчиняется материальному праву страны N». Внешнеэкономический контракт может содержать и условие о международной подсудности. Это может быть выражено как в арбитражной оговорке, так и в пророгационном соглашении (соглашении о юрисдикции судов конкретного государства). «Выбор сторонами материального права, подлежащего применению к контракту, имеет целью и решает (если, конечно, суд признает сделанный выбор действительным) коллизионную проблему. Именно допустимость выбора материального права сторонами и признание такого выбора судом, при отказе от обращения к другим коллизионным нормам, есть суть реализации автономии воли сторон»1. Каковы пределы такой автономии? Как показывает мировой опыт, третейские суды весьма либерально относятся к выбору сто- ронами права, подлежащего применению, что относится в равной мере и к российской практике (МКАС при ТПП РФ признает принцип автономии воли сторон). Вместе с тем вопрос о возможных пределах выбора права, подлежащего применению, нередко возникает в судах государственной юрисдикции. Возможные ограничения в применении иностранного права, выбранного сторонами, в судебной практике касается обычно двух групп вопросов.
Это вопросы о допустимости применения иностранных публичноправовых норм и о применении права третьего государства, не имеющего какой-либо разумной связи с рассматриваемым правоотношением. Соглашение о применимом праве имеет нормативное закрепление и в российской правовой системе (ст. 1210 ГК РФ), более того, российская доктрина МЧП допускает возможность применения данного коллизионного принципа и к внедоговорным отношениям. Но в последнем случае автономия воли сторон ограничивается возможностью выбора права страны суда (п. 4 ст. 1219 ГК РФ). Согласно ст. 1210 ГК РФ стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору. Выбранное право применяется к возникновению и прекращению права собственности и иных вещных прав на движимое имущество. При этом данное соглашение имеет обратную силу. Важно подчеркнуть, что в указанных случаях российское законодательство исходит из допустимости применения иностранного права для регулирования собственно гражданско-правовых отношений, а не связанных с ними иных, например, валютных отношений. Выбор сторонами права государства, не имеющего разумной связи с правоотношением, случается чаще всего, когда стороны не могут достичь разумного компромисса и обращаются к равноудаленному от каждой из них правопорядку. Обычно степень и форма сдержанности иностранных судов по отношению к выбору в пользу законодательства третьей страны иллюстрируются на примере Великобритании, ФРГ и Франции. Так, суды Великобритании, не рассматривая выбор права, подлежащего применению, как безусловно действительное условие контракта, тем не менее, не выработали прецедентов, свидетельствующих об ограничениях и тем более об основаниях для ограничений в признании автономии воли сторон. Немецкая практика также достаточно либеральна к выбору сторон, считая, что факт связи правоотношения более чем с одной правовой системой является основа нием для признания выбора в пользу «нейтрального» правопорядка действительным.
Вместе с тем тесная связь правоотношения с единственной правовой системой может поставить под сомнение необоснованный выбор. Суды Франции также признают автономию воли сторон. Однако особенностью рассмотрения дел является то, что при наличии оговорки контракта о применении права третьего государства сторона, ссылающаяся на это право, вынуждена обосновывать причины, побудившие стороны сделать такой выбор. Характерно то, что факт недостижения сторонами компромиссного варианта относительно права, имеющего разумную связь с правоотношением, рассматривается как обоснованный довод в пользу признания оговорки о применении права третьего государства. Таким образом, существующие различия в подходах признания соглашения о применимом праве в практике коммерческого арбитража и судов государственной юрисдикции «сводится по существу к презумпции, лежащей в основе решения проблемы»1. В международном коммерческом арбитраже автономия воли признается непосредственно, без исследования проблемы разумной связи между сделанным выбором и правоотношением. Следует иметь в виду, что к настоящему времени в российской правовой системе сложился достаточно либеральный подход к выбору права, подлежащего применению. Однако анализ действующего законодательства в области МЧП приводит к выводу о том, что оно в ряде случаев не предусматривает возможности выбора права, подлежащего применению. Так, в п. 2 ст. 1213 ГК РФ не содержится указание на принцип автономии воли сторон и предусматривается, что «к договору в отношении недвижимого имущества, земельных участков, водных объектов, участков недр, находящихся на территории Российской Федерации, применяется только российское право». Аналогично ст. 1214 ГК РФ предусматривает применение к договору о создании юридического лица с иностранным участием право страны, в которой согласно договору подлежит учреждению юридическое лицо. Приведенные положения (ст. 1213, 1214) следует определять как императивные коллизионные нормы, ограничивающие автономию воли сторон.
Таким образом, стороны при создании общества в России не могут избирать иное право, чем право страны учреждения общества (товарищества). Ограничение автономии воли может вытекать из содержания самой оговорки контракта о применимом праве. И, наконец, доктрина МЧП знает универсальное основание, по которому суд отказывает в признании сделанного сторонами выбора. Данное правило было выработано и применяется на практике судами государственной юрисдикции и имеет в теории МЧП название «обход закона в международном частном праве». Применение судами данного правила связано с конкретными ситуациями, когда стороны преднамеренно избирают иностранный правопорядок с целью избежать применения императивных норм законодательства, которое имеет с правоотношением эффективную связь и/или применялось бы в силу коллизионной нормы страны суда. Важно подчеркнуть, что для отказа суда в признании сделанного сторонами выбора со ссылкой на попытку «обхода закона» суд устанавливает в первую очередь неразрывность таких признаков, как преднамеренность выбора и наличие императивных норм гражданского законодательства, применение которых стороны пытаются избежать. Эта теория легла в основу соответствующей статьи части третьей Гражданского кодекса РФ (п. 5 ст. 1210), согласно которой, если из совокупности обстоятельств дела, существовавших на момент выбора подлежащего применению права, следует, что договор реально связан только с одной стороной, то выбор сторонами права другой страны не может затрагивать действие императивных норм страны, с которой договор реально связан. Эта же теория изначально получила законодательное закрепление в ст. 1192, имеющей более общий характер, нежели п. 5 ст. 1210 ГК. Согласно ст. 1192 императивные нормы законодательства Российской Федерации, которые имеют особое значение, регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права (теория «сверхимперативных» норм). При этом суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющие тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы должны регулировать соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права.
Способы заключения соглашения о применимом праве следующие: 1) в виде единого документа, подписанного сторонами; 2) обмен письмами; 3) обмен сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других средств электросвязи. Соглашение считается заключенным и тогда, когда в договоре или корреспонденции сторон имеется ссылка на документ, содержащий условие о применимом праве. Признается наличие такого соглашения и на том основании, что истец в исковом заявлении ссылался в качестве применимого права на нормы законодательства определенного государства, а ответчик в отзыве на иск не оспаривал этой позиции, а также в том случае, когда такое соглашение достигалось в ходе процесса и фиксировалось в протоколе заседания арбитражного суда. Например, при разрешении спора по делу № 1/1994 МКАС установил, что в контракте, заключенном между российской организацией и шведской фирмой, имеется указание на то, что во всем остальном, что не предусмотрено контрактом, действуют Общие условия поставок (ОУП) СЭВ — Финляндия 1978 г. МКАС применил в этом случае предписание шведского закона в связи с тем, что ОУП СЭВ — Финляндия (п. 162.1), на которые имеется ссылка в контракте, предусматривают по неурегулированным контрактом вопросам и ОУП применение материального права страны продавца, т.е. Швеции1. Исходя из вышеизложенного, алгоритм реализации общего метода регулирования международных частноправовых отношений с учетом соглашения о применимом праве можно выразить следующим образом. 1. Изначально разрешаются вопросы: 1) существует ли вообще коллизионный вопрос, т.е. есть ли надобность в определении применимого национального права, с учетом правил о действии императивных норм; 2) имеется ли международный договор Российской Федерации, регулирующий соответствующие отношения, и в этой связи необходимо выяснение соотношения норм, унифицированных посредством международного договора, и норм внутригосударственного закона. 2. При наличии соглашения сторон о применимом праве оно определяется в соответствии с данным соглашением по правилам ст. 1210 ГК РФ. 3. При отсутствии соглашения сторон о применимом праве и наличии международного договора Российской Федерации, регулирующего соответствующие отношения, применяется международный договор Российской Федерации согласно п. 1 ст. 1186 ГК РФ. 4. При отсутствии соглашения сторон о применимом праве и международного договора Российской Федерации, регулирующего соответствующие отношения, применимое право определяется на основе коллизионных норм. 5. На основе установленных норм материального права соответствующего государства отношения, осложненные иностранным элементом, регулируются по существу.
<< | >>
Источник: К.К. Гасанов, В.Н. Шмаков, А.В. Стерлигов, Д.И. Ивашин. Международное частное право. Курс лекций: учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция». 2012

Еще по теме Тема 2. Соглашение о применимом праве - основополагающий коллизионный принцип регулирования гражданских правоотношений международного характера:

  1. § 2. ТИПЫ КОЛЛИЗИОННЫХ ПРИВЯЗОК 1
  2. § 1. Понятие международного публичного права
  3. Функции норм международного права в правовой системе страны
  4. § 2. Источники международного торгового права
  5. § 6. Средства правовой защиты и ответственность сторон за нарушение обязательства по договору международной купли-продажи товаров
  6. 14.2. Международно-правовое регулирование внедоговорных отношений
  7. 15.1. Международные платежно-расчетные отношения и валютные операции
  8. 17.2. Международно-правовое регулирование условий труда иностранцев
  9. 19.2. Международная подсудность
  10. Глава 1 ПОНЯТИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА И ЕГО ВОЗДЕЙСТВИЕ НА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВ
  11. 3. Применение иностранного права в случаях, предусмотренных коллизионными нормами
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -