§ 5. Открытое море

  Открытое море — это морское пространство, находящееся за пределами территориального моря прибрежных государств, на которое не распространяется суверенитет какого-либо государства. Для определения понятия «открытое море» необходимо, таким образом, наличие двух признаков: географического и правового.
Из- за разногласий государств, придерживавшихся на III Конференции ООН по морскому праву различных мнений по поводу статуса открытого моря, вышеизложенное определение не было включено в Конвенцию 1982 г. Как известно, одна группа государств, в которую входил и СССР, придерживалась совершенно справедливой позиции, заключавшейся в том, что прилежащая и исключительная экономическая зоны — это части района открытого моря со специфическими режимами. Другая группа, в основном развивающихся государств, еще со времен проведения ими своих региональных конференций и на III Конференции ООН по морскому праву стремилась к тому, чтобы 200-мильная морская зона имела либо статус территориального моря (допуская признание действия в ней некоторых свобод открытого моря), либо самостоятельный статус зоны национальной юрисдикции с широким кругом прав прибрежного государства.
В результате интенсивной работы всех делегаций, стремившихся к максимально сбалансированному и взаимоприемлемому решению этого вопроса, была разработана Конвенция ООН по морскому праву 1982 г., анализ статей которой показывает, что, не
смотря на отсутствие в ней определения понятия «открытое море», фактически прилежащая[35] и исключительная экономическая зоны рассматриваются как районы открытого моря со специфическими режимами. Подробно аргументы в пользу такого утверждения будут приведены в § 6 настоящей главы. Пока же достаточно указать на то, что в соответствии со ст. 55 Конвенции 1982 г. исключительная экономическая зона представляет собой район, находящийся за пределами территориального моря и прилегающий к нему. Ко всему открытому морю, в том числе к исключительным экономическим зонам, применяется, таким образом, и ст. 89 Конвенции[36].
В основе режима открытого моря лежит принцип свободы открытого моря. Открытое море открыто для всех государств, как прибрежных, так и не имеющих выхода к морю. Свобода открытого моря включает, как уже было сказано в гл. I, свободу судоходства, свободу полетов, свободу прокладывать подводные кабели и трубопроводы, свободу рыболовства, свободу научных исследований, свободу возводить искусственные острова, установки и сооружения.
Свобода открытого моря не имеет абсолютного характера. В Конвенции подчеркивается, что она осуществляется в соответствии с настоящей Конвенцией и другими нормами международного права. Свобода открытого моря исходит из принципа разумного совмещения различных видов деятельности государств при пользовании открытым морем. Все государства должным образом учитывают заинтересованность других государств в пользовании свободой открытого моря, а также права, предусмотренные Конвенцией в отношении деятельности в международном районе морского дна. При этом в международном морском праве не предусмотрен приоритет одной свободы над другой.
Поскольку принцип свободы открытого моря является императивным принципом международного морского права, совершенно прав английский международник Я. Броунли, утверждающий, что государства не могут по соглашению изменять статус открытого моря[37]. Императивный характер свободы открытого моря определяется тем огромным значением, которое имеет этот принцип для решения одной из важнейших глобальных проблем современно
сти — исследования и использования Мирового океана в интересах всего человечества, обеспечения всемирных экономических связей государств и их сотрудничества в самых различных областях. Императивное значение свободы открытого моря основано также на том, что в этом принципе находят выражение применительно к морской деятельности государств такие общепризнанные принципы общего международного права, как суверенное равенство государств и их равноправие, невмешательство одного государства в дела другого. Все государства имеют равное право извлекать из открытого моря многообразную пользу, которую оно может им дать. В связи с признанием всеми государствами института исключительной экономической зоны в Конвенции 1982 г. сфера действия некоторых элементов свободы открытого моря ограничена лишь теми пространствами открытого моря, которые расположены за пределами исключительных экономических зон.
В современных условиях принцип свободы открытого моря служит надежной правовой гарантией против любых попыток прибрежных государств распространить свой суверенитет на обширные морские пространства за пределами территориальных вод.
Свобода судоходства означает, что каждое государство независимо оттого, является ли оно прибрежным или не имеющим выхода к морю, обладает правом на то, чтобы суда под его флагом плавали в открытом море. Свобода судоходства в равной степени распространяется и на невоенные суда (торговые, рыбопромысловые, научно-исследовательские), и на военные корабли и другие государственные суда, состоящие только на некоммерческой государственной службе, а также на суда, плавающие под флагом ООН, ее специализированных учреждений и МАГАТЭ.
Поскольку в открытом море никакое государство не осуществляет своего суверенитета, международный правопорядок обеспечивается путем добровольного соблюдения всеми государствами своих обязательств по международным договорам, включая Конвенцию 1982 г. В ней предусматривается, что каждое государство определяет условия предоставления своей национальности судам, регистрации судов на его территории и права плавать под его флагом. С учетом того, что между государством и судном должна существовать реальная связь, суда имеют национальность того государства, под флагом которого они осуществляют плавание.
При определении статуса судов Конвенция устанавливает, что судно должно плавать под флагом только одного государства и,
кроме исключительных случаев, прямо предусматриваемых в ней или в других международных договорах, подчиняется его исключительной юрисдикции (ст. 92). При этом в административных, технических и социальных вопросах каждое государство осуществляет юрисдикцию и контроль независимо от местонахождения судна.
Исключительную юрисдикцию государства флага в открытом море следует выводить не из теории о судне как «плавающей территории» государства флага, подвергнутой справедливой критике в российской юридической литературе, а из принципа свободы судоходства и из самой природы морского судна как производственной единицы торгового или военного флота, созданной и организованной по законам государства флага[38].
Характерным признаком военных кораблей или иных государственных судов, состоящих только на некоммерческой государственной службе, является их полный иммунитет в открытом море от юрисдикции какого бы то ни было государства, кроме государства флага (ст. 95 и 96 Конвенции).
В Конвенции 1982 г. дано следующее определение военных кораблей: «Для целей настоящей Конвенции «военный корабль» означает судно, принадлежащее к вооруженным силам какого-либо государства, имеющее внешние знаки, отличающие такие суда его национальности, находящееся под командованием офицера, который состоит на службе правительства данного государства и фамилия которого занесена в соответствующий список военнослужащих или эквивалентный ему документ, и имеющее экипаж, подчиненный регулярной военной дисциплине» (ст. 29).
В Конвенции 1982 г. решен также вопрос об уголовной ответственности в случае столкновения судов в открытом море или какого-либо другого навигационного инцидента. Если такой инцидент происходит в открытом море и влечет уголовную или дисциплинарную ответственность капитана или какого-либо другого лица, служащего на судне, уголовное или дисциплинарное преследование против этого лица может быть возбуждено только перед судебными или административными властями государства флага или того государства, гражданином которого является данное лицо. Отобрать документы судоводителя или свидетельство о квалификации может после должной процедуры лишь государство, их вы
давшее, даже если их владелец не является гражданином этого государства. Несколько статей части VII «Открытое море» Конвенции посвящено обязанности государств сотрудничать между собой в открытом море в пресечении пиратства, незаконной торговли наркотическими средствами или психотропными веществами, осуществляемой судами в открытом море в нарушение действующих международных конвенций по этому вопросу, и в пресечении несанкционированного вещания из открытого моря.
В Конвенции 1982 г. перечислено несколько исключительных случаев, когда в плавание торговых судов в открытом море имеют право вмешиваться военные корабли и летательные аппараты, а также другие государственные суда и летательные аппараты, состоящие на правительственной службе и специально уполномоченные на это. Подобные случаи являются изъятиями из принципа исключительной юрисдикции государства флага. К ним относятся: право на осмотр (ст. 110); захват пиратского судна или пиратского летательного аппарата (ст. 105); пресечение несанкционированного вещания из открытого моря (ст. 109); право преследования по горячим следам иностранных судов, нарушивших законы и правила прибрежного государства (ст. 111).
Военные корабли и летательные аппараты, а также другие государственные суда и летательные аппараты, состоящие на государственной службе и должным образом уполномоченные, вправе подвергнуть в открытом море осмотру иностранное судно, не обладающее полным иммунитетом (т. е. в основном торговое судно), если у них есть разумные основания считать, что: это судно занимается пиратством, работорговлей, несанкционированным вещанием. не имеет национальности; или хотя на нем поднят иностранный флаг или оно отказывается поднять флаг, это судно в действительности имеет ту же национальность, что и данный военный корабль.
Акт вмешательства в случае осмотра заключается в том, что подозреваемое судно останавливают военные корабли, летательные аппараты и другие государственные суда, уполномоченные на это, спускают шлюпку с группой членов экипажа во главе с офицером и поднимаются на борт судна для его осмотра. Если после проверки документов подозрения остаются, то офицер может произвести дальнейший досмотр на борту судна. Если подозрения оказываются необоснованными, подозреваемому судну возмещаются любые
причиненные убытки или ущерб (например, связанные с невозможностью выполнить рейс по расписанию).
Другие упомянутые случаи связаны с совершенными на море правонарушениями, в том числе преступлениями международного характера. Одним из таких преступлений является пиратство: любой неправомерный акт насилия, задержания или любой грабеж, совершаемый с личными целями экипажем или пассажирами какого-либо частновладельческого судна или частновладельческого летательного аппарата и направленный против другого судна или летательного аппарата либо против лиц или имущества, находящихся на их борту, в открытом море или в месте вне юрисдикции какого бы то ни было государства (например, в воздушном пространстве над открытым морем).
Пиратским судном являются судно или летательный аппарат, если они предназначены лицами, имеющими над ними власть, для совершения одного из указанных выше действий.
К указанным пиратским действиям приравниваются те же действия, совершенные военным кораблем, государственным судном или государственным летательным аппаратом, экипаж которого поднял мятеж и захватил контроль над этим кораблем, судном или летательным аппаратом (ст. 102 Конвенции).
Военные корабли и летательные аппараты либо другие государственные суда и летательные аппараты, специально уполномоченные и состоящие на правительственной службе, в открытом море или в любом месте вне юрисдикции любого государства могут захватить пиратское судно или пиратский летательный аппарат либо судно или летательный аппарат, захваченные посредством пиратских действий и находящиеся во власти пиратов, арестовать находящихся на этом судне или в летательном аппарате лиц и захватить находящееся на нем имущество. Судебные учреждения государства, которое совершило захват, могут выносить постановления о наказаниях, определять меры, которые должны быть приняты в отношении таких судов, летательных аппаратов и имущества (ст. 105, 107 Конвенции).
В Конвенцию 1982 г. была включена ст. 109 о несанкционированном вещании из открытого моря, которой не было в Женевской конвенции об открытом море 1958 г. Несанкционированное вещание определяется как передача в нарушение международных правил звуковых радио- и телевизионных программ с судна или установки в открытом море, предназначенных для приема населением,
за исключением, однако, передачи сигналов бедствия. Любое лицо, занимающееся несанкционированным вещанием, может быть привлечено к ответственности в суде: государства флага судна; государства регистрации установки; государства, гражданином которого является это лицо; любого государства, где могут приниматься передачи; любого государства, санкционированной радиосвязи которого чинятся помехи.
Таким образом, установлена «конкурирующая юрисдикция». Конфликт юрисдикции должен решаться, очевидно, на основе соглашений государств о правовой помощи по уголовным делам и соглашений о выдаче (экстрадиции).
В открытом море любое государство, имеющее соответствующую юрисдикцию, с помощью своих военных кораблей и летательных аппаратов и других должным образом уполномоченных судов, состоящих на государственной службе, может подвергнуть сначала осмотру судно или установку, подозреваемые в несанкционированном вещании. Если подозрения оказываются обоснованными, любое лицо или судно, занимающиеся несанкционированным вещанием, могут быть арестованы, а передающая аппаратура — конфискована.
Целесообразность включения в Конвенцию ООН по морскому праву такого дополнительного изъятия из принципа исключительной юрисдикции государства флага была обусловлена тем, что участились случаи распространения так называемого радиопиратства — радиовещания на территории государства без его разрешения и в нарушение установленных правил с судов и установок, находящихся в открытом море. Радиопиратство наносило большой вред политике разрядки международной напряженности, использовалось нередко в идеологических целях и тем самым препятствовало развитию сотрудничества между государствами. В связи с отсутствием в международном морском праве норм, предоставляющих государствам право пресекать деятельность иностранных судов, занимавшихся радиопиратством из открытого моря, многие государства (например, Дания, Нидерланды, Швеция) пошли по пути распространения в одностороннем порядке своей юрисдикции на такого рода действия. Однако подобные меры оказались недостаточными для эффективной борьбы с несанкционированным вещанием.

Изъятием из исключительной юрисдикции государства флага в открытом море является также установленное Женевской конвенцией об открытом море 1958 г. и модифицированное Конвенцией 1982 г. право прибрежных государств осуществлять преследование по горячим следам иностранных судов в открытом море за нарушение законов и правил прибрежного государства. Такое преследование может быть предпринято, если у компетентных властей прибрежного государства есть достаточные основания считать, что судно нарушило законы и правила этого государства.
Есть три необходимых условия правомерности такого преследования: преследование должно начаться тогда, когда у прибрежного государства имеются достаточные основания считать, что иностранное судно нарушило законы и правила прибрежного государства; преследование должно начаться тогда, когда иностранное судно или одна из его шлюпок находятся во внутренних морских водах, в архипелажных водах, в территориальном море или в прилежащей зоне преследующего государства; преследование может продолжаться в открытом море только в том случае, если оно не прерывается.
Если иностранное судно находится в прилежащей зоне, то преследование может начаться только в связи с нарушением прав, для защиты которых установлена эта зона.
Право преследования по горячим следам применяется mutatis mutandis к нарушениям в исключительной экономической зоне или на континентальном шельфе, включая зоны безопасности вокруг установок на нем, законов и правил прибрежного государства, применимых в соответствии с Конвенцией в отношении исключительной экономической зоны или континентального шельфа, включая такие зоны безопасности.
Преследование по горячим следам считается начатым только тогда, когда преследующее судно удостоверилось с помощью находящихся в его распоряжении средств, что преследуемое судно или одна из его шлюпок находятся в пределах территориального моря или в зависимости от случая в прилежащей зоне, или в исключительной экономической зоне, или над континентальным шельфом. Преследование может быть начато только после сигнала остановиться, зрительного или звукового, с дистанции, позволяющей иностранному судну увидеть или услышать этот сигнал.

Право преследования по горячим следам прекращается, как только преследуемое судно входит в территориальное море своего государства либо какого-либо третьего государства.
В Конвенции 1982 г. подчеркиваются особенности преследования по горячим следам летательными аппаратами. Предусматривается, что летательный аппарат, отдающий приказ об остановке судна-нарушителя, должен сам активно его преследовать, пока какое-либо судно или другой летательный аппарат прибрежного государства, вызванный первым летательным аппаратом, не прибудет на место, чтобы продолжить преследование, если только летательный аппарат сам не может задержать судно, нарушившее законы и правила прибрежного государства. Таким образом, если судно-нарушитель не получило приказа остановиться и одновременно не преследовалось этим летательным аппаратом либо другими летательными аппаратами или судами, продолжавшими непрерывное преследование, то для оправдания задержания судна вне территориального моря нельзя признать достаточным, чтобы судно было просто замечено летательным аппаратом как совершившее нарушение или как подозреваемое в его совершении.
Право на вмешательство в плавание торговых судов в качестве изъятия из исключительной юрисдикции государства флага судна установлено также в Международной конвенции относительно вмешательства в открытом море в случаях аварий, приводящих к загрязнению нефтью, 1969 г.[39]
Следующая свобода открытого моря — свобода полетов летательных аппаратов[40] над открытым морем. В этом пространстве каждое воздушное судно подчиняется только юрисдикции регистрации судна. В соответствии с Чикагской конвенцией о международной гражданской авиации 1944 г. в пространстве над открытым морем действуют Правила полетов над открытым морем, установленные Международной организацией гражданской авиации (ИКАО) (Приложение 2). Формально воздушные суда не обязаны здесь соблюдать какие-либо маршруты, но согласно установившейся практике полеты совершаются по маршрутам обслуживания воздушного движения, которые определяются на аэронавигационных совещаниях ИКАО.

Основные правила Чикагской конвенции и Приложения 2 к ней не распространяются на государственные воздушные суда. Однако Ассамблея ИКАО рекомендовала, чтобы полеты таких судов осуществлялись, насколько возможно, с учетом Приложения 2 «путем согласования этого вопроса с государствами, осуществляющими обеспечение воздушного движения в определенном районе открытого моря».
Вне рамок Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. некоторые государства (Канада, США, Филиппины, Япония и др.) установили вдоль своего побережья воздушные зоны безопасности (в пределах 200—300 морских миль) для идентификации воздушных судов и контроля за их полетом в целях обеспечения национальной безопасности. К воздушным судам предъявляются требования сообщить данные о самом судне и направлении его полета.
В 1984 г. на чрезвычайной сессии ИКАО Чикагская конвенция была дополнена ст. 3 bis, согласно которой государства-участники приняли на себя обязательства при перехвате иностранного воздушного судна, нарушившего государственную границу какого- либо государства или уклонившегося от авиатрассы, действовать таким образом, чтобы не ставить под угрозу жизнь пассажиров и безопасность самого воздушного судна, воздерживаться от применения силы в отношении его.
Свобода прокладки подводных кабелей и трубопроводов действует в открытом море с соблюдением части VI «Континентальный шельф» Конвенции 1982 г. В этой части необходимо обратить внимание на следующие положения. Во-первых, в ст. 78 указано, что осуществление прав прибрежного государства в отношении континентального шельфа не должно ущемлять свободу судоходства и иные права и свободы других государств, предусмотренные в Конвенции, или приводить к любым неоправданным помехам их осуществлению. Во-вторых, в ст. 79 Конвенции указано, что все государства имеют право прокладывать подводные кабели и трубопроводы на континентальном шельфе прибрежных государств.
Прибрежные государства, осуществляя право на разведку и разработку природных ресурсов своего континентального шельфа и принимая разумные меры для предотвращения, сокращения и сохранения под контролем загрязнения от трубопроводов, не могут препятствовать прокладке или поддержанию в исправности подводных кабелей и трубопроводов. Однако определение трассы для
прокладки таких кабелей и трубопроводов на континентальном шельфе осуществляется с согласия прибрежного государства. Последнее сохраняет за собой право определять условия прокладки кабелей и трубопроводов или юрисдикцию в отношении кабелей и трубопроводов, проложенных или используемых в связи с разведкой им ресурсов континентального шельфа и их разработкой. Прибрежное государство не должно препятствовать их возможному ремонту.
Таким образом, в Конвенции 1982 г. содержатся в достаточной мере сбалансированные нормы, направленные на разумное совмещение суверенных прав прибрежного государства на разведку и разработку ресурсов его континентального шельфа со свободой судоходства и свободой прокладки подводных кабелей и трубопроводов, которыми вправе пользоваться в открытом море все государства.
Свобода рыболовства — один из важнейших элементов свободы открытого моря. Она осуществляется с соблюдением разд. 2 «Сохранение живых ресурсов открытого моря и управление ими» части VII. Согласно ст. 116 все государства имеют право на то, чтобы их граждане занимались рыболовством в открытом море при условии соблюдения их договорных обязательств, прав, обязанностей и интересов прибрежных государств и положений разд. 2.
Из указания на необходимость соблюдения договорных обязательств следует, что свобода рыболовства является регулируемой, т. е. не может быть реализована без заключения государствами дополнительных соглашений. В условиях усовершенствования рыбопромысловых судов, орудий лова, масштабов промысла районы плавания таких судов стали фактически неограниченными. В связи с опасностью перелова рыбы и тем самым опасностью для ее воспроизводства возникла необходимость упорядочить в рамках международных соглашений рыбный промысел, особенно в районах интенсивного действия рыбопромысловых судов различных стран. Ученые отвергли теорию неисчерпаемости биологических ресурсов Мирового океана. Возникла потребность в заключении не только соглашений об условиях рыбного промысла, в том числе о сезонах лова, допустимых квотах для договаривающихся государств, но и соглашений о сохранении живых ресурсов Мирового океана. Было признано, что любая свобода является не абсолютной, а ограниченной и должна быть предметом заключенных международных соглашений о ее регламентации и реализации. Свобо
да рыболовства поэтому предполагает сотрудничество государств при использовании живых морских ресурсов и их сохранении. Общая тенденция сводится к заключению международных соглашений либо о видах живых ресурсов (например, Международная конвенция по регулированию китобойного промысла 1946 г.), либо о рыболовстве в отдельных районах Мирового океана. В качестве примеров можно назвать Конвенцию о будущем многостороннем сотрудничестве в области рыболовства в северо-западной части Атлантического океана 1978 г., Конвенцию о сохранении морских живых ресурсов Антарктики 1980 г.
Указание в ст. 116 Конвенции 1982 г. на необходимость соблюдения прав и интересов прибрежных государств означает, что свобода рыболовства в полном объеме действует в настоящее время лишь за пределами исключительных экономических зон, в которых установлен особый режим использования живых морских ресурсов.
В ст. 117 Конвенции предусмотрено, что все государства принимают такие меры или сотрудничают с другими государствами в отношении принятия для своих граждан таких мер, которые окажутся необходимыми для сохранения живых ресурсов открытого моря. Эта норма обязывает договаривающиеся государства принять соответствующие национальные законы.
В Конвенции 1982 г. подтверждается практика сотрудничества государств в сохранении живых ресурсов и управлении ими в районах открытого моря. Государства, ведущие промысел живых ресурсов в одном и том же районе или одних и тех же ресурсов, вступают в переговоры в целях принятия мер, требуемых для сохранения этих живых ресурсов, а в необходимых случаях сотрудничают в создании для данной цели субрегиональных и региональных организаций по рыболовству. Такая практика, обусловленная жизненными потребностями всех государств, получила уже широкое распространение.
Конвенция 1982 г. обязывает государства при определении размера допустимого улова и других мер по сохранению живых ресурсов открытого моря принимать на основе имеющихся научных данных меры в целях поддержания или восстановления популяции вылавливаемых видов на уровне, обеспечивающем максимальный устойчивый улов; передавать имеющуюся в их распоряжении информацию, статистические данные об уловах и другие данные, относящиеся к сохранению рыбных запасов, и обмениваться такой
информацией и данными на регулярной основе через компетентные международные организации (универсальные, региональные и субрегиональные).
Свобода научных исследований — одна из свобод открытого моря, которая не упоминалась в Женевской конвенции 1958 г., хотя существовавшая уже в 1950-е гг. практика давала основания утверждать, что в то время она сформировалась как обычная норма международного права. Сейчас эта свобода открытого моря является и договорной нормой, поскольку была включена в Конвенцию 1982 г. При рассмотрении вопроса о реализации данной свободы необходимо учитывать часть XIII «Морские научные исследования» Конвенции 1982 г., а также ее части, которые посвящены исключительной экономической зоне и континентальному шельфу.
В ст. 238 указано, что все государства независимо от их географического положения и компетентные международные организации имеют право проводить морские научные исследования при соблюдении прав и обязанностей других государств, предусмотренных в настоящей Конвенции[41]. С учетом того, что прибрежные государства осуществляют юрисдикцию в отношении морских научных исследований в своей исключительной экономической зоне и на своем континентальном шельфе (п. If ст. 87, ст. 246), свобода научных исследований действует в районах открытого моря за пределами исключительных экономических зон и континентального шельфа.
Морские научные исследования в международном районе морского дна осуществляются исключительно в мирных целях и на благо всего человечества в соответствии с частью XIII Конвенции. Морские научные исследования могут проводиться государ- ствами-участниками и Международным органом по морскому дну, который тоже может заключать контракты с этой целью (ст. 143 Конвенции).
В перечень свобод открытого моря была включена новая свобода открытого моря — свобода возводить в открытом море искусственные острова, сооружения и установки. Провозглашение этой свободы было вызвано потребностями все более глубокого и детального исследования и использования Мирового океана. Такие искусственные острова и установки необходимы как для проведения морских научных исследований, так и для разработки живых и

минеральных морских ресурсов. В открытом море государства и межправительственные организации могут воздвигать установки, которые допускаются международным правом, т. е. соответствуют его основным принципам. Как известно, уже были построены на возведенных искусственных островах суперпорты, нефтехранилища, функционирует значительное число установок для проведения научных исследований и для разработки минеральных ресурсов. Искусственные острова и установки не должны препятствовать осуществлению государствами других свобод открытого моря, например не должны создавать помехи использованию международных морских путей для судоходства либо использованию рыбопромысловых районов. Искусственные острова не обладают статусом островов и потому не имеют ни территориального моря, ни исключительной экономической зоны, ни континентального шельфа. Вокруг установок, сооружаемых для различных целей, должны создаваться зоны безопасности.
В связи с тем что в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе согласно Конвенции 1982 г. прибрежное государство осуществляет юрисдикцию в отношении создания и использования искусственных островов, сооружений, установок, свобода их возводить и использовать без получения чьих-либо разрешений действует только в пространствах открытого моря за пределами указанных выше его районов со специфическим режимом.
Конвенция 1982 г. содержит часть IX «Замкнутые или полузамкнутые моря». В ст. 122 указано, что «для целей настоящей Конвенции «замкнутое или полузамкнутое море» означает залив, бассейн или море, окруженное двумя или более государствами и сообщающееся с другим морем или океаном через узкий проход, или состоящее полностью или главным образом из территориальных морей и исключительных экономических зон двух или более прибрежных государств». К ним относятся Красное, Балтийское, Черное и некоторые другие моря. Государства, омываемые такими морями, сотрудничают между собой непосредственно или через международную организацию, координируя управление живыми ресурсами моря, их сохранение, разведку и эксплуатацию, осуществление своих прав и обязанностей в отношении защиты и сохранения морской среды, политику проведения морских научных исследований и осуществление в случае необходимости совместных программ таких исследований в данном районе.
<< | >>
Источник: Гуреев С. А.. Международное морское право. 2011

Еще по теме § 5. Открытое море:

  1. 24.9. Открытое море
  2. Открытое море
  3. Открытое море
  4. 11.5. Открытое море
  5. § 8. Открытое море
  6. ПОДДЕРЖАНИЕ ПОРЯДКА В ОТКРЫТОМ МОРЕ
  7. ЮРИСДИКЦИЯ НАД СУДАМИ В ОТКРЫТОМ МОРЕ
  8. Уголовная и гражданская юрисдикция в открытом море.
  9. ЧАСТЬ VII. ОТКРЫТОЕ МОРЕ
  10. § 2. Право государств на вмешательство в открытом море в случаях аварий судов, угрожающих загрязнением морской среды
  11. § 4. Морские научные исследования в открытом море за пределами исключительных экономических зон и в международном районе морского дна
  12. Территориальное море 1. ВВЕДЕНИЕ
  13. МОРЕ
  14. § 2. Территориальное море
  15. Территориальное море
  16. Территориальное море
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальная юстиция - Юридическая антропология‎ - Юридическая техника - Юридическая этика -