<<
>>

1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ КРИТЕРИИ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ

Ст. I. Конвенции оправах и обязанностях государств371, подписанной в Монтевидео, предусматривает, что «государство как субъект международного права должно обладать следующими признаками: а) постоянным населе нием; b) определенной территорией; с) правительством и d) способностью вступать в отношения с другими государствами».
Это краткое перечисление признаков государственности часто в целом принимается авторами372, но оно лишь основа для дальнейшего исследования. Как будет видно, не все указанные признаки являются обязательными, и, уж во всяком случае, для того чтобы получить практически полезное международно-правовое определение государства, необходимо ввести и другие критерии. Ниже рассматриваются перечисленные выше четыре признака, а также другие время от времени предлагаемые критерии. а) Население. Конвенция, подписанная в Монтевидео, говорит о «постоянном населении». Предполагается, что этот критерий должен применяться в связи с критерием территории и что он подразумевает наличие стабильного сообщества. Он важен постольку, поскольку при отсутствии физической основы организованного сообщества трудно говорить о существовании государства. б) Определенная территория. Налицо должно быть достаточно стабильное политическое сообщество, контролирующее определенную пространственную сферу. Из опыта прошлого ясно, что не требуется наличия точнейшим образом установленных границ, а важно наличие эффективно обосновавшегося политического сообщества373. В 1913 г. ряд государств признал Албанию, несмотря на отсутствие точно определенных границ; что касается государства Израиль, то оно было принято в ООН, несмотря на разногласия по вопросу о его границах. в) Правительство. Быть может, самым кратким определением государства для данных целей является следующее: государство — это стабильное политическое сообщество, поддерживающее правовой порядок и расположенное на определенной территории.
Лучшее доказательство стабильного политического сообщества — наличие эффективного правительства с централизованной администрацией и законодательными органами374. Однако в некоторых случаях наличие эффективного правительства либо необязательно, либо недостаточно для статуса государства. Некоторые государства возникали до образования хорошо организованного правительства; так было, например, с Польшей в 1919 г.375, а также с принятыми в ООН на XVII сессии Генеральной Ассамблеи Бурунди и Руандой376. В настоящее время концепции эффективно* го правительства противопоставляется принцип самоопределения \ в особенности если эта концепция используется как аргумент в пользу продолжения колониального правления. Теперь вполне уместна такая постановка вопроса: в чьих интересах и для какой правовой цели правительство является «эффективным»? Если государство уже основалось, то значительные гражданские беспорядки или нарушение правопорядка в результате иностранного вторжения либо стихийных бедствий не рассматриваются как факторы, затрагивающие правосубъектность. Наличие эффективного правительства не может служить достаточным критерием также и потому, что оно оставляет открытыми вопросы независимости и представительства, осуществляемого другими государствами, которые рассматриваются ниже. г) Независимость. В перечислении признаков государства, содержащемся в конвенции, подписанной в Монтевидео, концепция независимости представлена требованием способности вступать в отношения с другими государствами377. Многие авторы придают особое значение критерию независимости, считая его решающим при определении наличия статуса государства378. Гугенхейм379 проводит различие между государствами и иными правовыми порядками при помощи двух критериев, которые он рассматривает как количественные, а не качественные. Во-первых, государству свойственна такая высокая степень централизации своих органов, подобно которой нельзя найти в мировом сообществе. Во-вторых, на соответствующей территории государство — единственная исполнительная и законодательная власть.
Другими словами, оно должно быть независимо от других государственных правопорядков, и всякое вмешательство со стороны последних или со стороны международного органа должно быть санкционировано международным правом*. В обычных условиях независимость как критерий не порождает большого числа проблем. Однако положение не всегда ясно. Прежде всего критерий независимости может использоваться в тесной связи с требованием существования эффективного правительства380, что приводит к возникновению уже упомянутых выше затруднений. Кроме того, поскольку государство отчасти представляет собой правопорядок, появляется искушение основываться исключительно на формальных критериях. Конечно, если данное образование имеет свои собственные исполнительные и иные органы, через собственные органы осуществляет свои внешние сношения, имеет свою собственную судебную и правовую системы и — что особенно важно — свое собственное законодательство о гражданстве, тогда налицо презумпция доказательства наличия статуса государства. Однако было бы неправильно игнорировать доказательства наличия иностранного контроля, фактически осуществляемого через внешне независимый государственный аппарат. Проблема заключается в том, что иностранный контроль довлеет над процессом принятия решений в данном политическом образовании по широкому кругу вопросов высокой политики, причем систематически и на постоянной основе. На практике государства игнорируют, поскольку речь идет об установлении наличия статуса государства, различные формы политического и экономического шантажа и вмешательства, направленного против более слабых членов мирового сообщества. Хотя все это является вопросом оценки, существует различие между представительством и контролем, с одной стороны, и вмешательством и «со- ветами» по конкретным поводам — с другой. ti Зависимые государства. Иностранный контроль над делами государства может осуществляться с санкции международного права, например в силу договора о протекторате381, или в силу каких-либо иных видов согласия на представительство во внешних сношениях, либо же вследствие правомерной войны в порядке коллективной обороны и санкций, ведущих к оккупации территории агрессора и проведению мер по устранению источников агрессии.
Оккупация Германии союзниками в соответствии с Берлинской декларацией от 5 июня 1945 г. является примером последнего случая: верхорная власть была взята в Германии союзниками совместно382. Если представительство существует фактически и по праву, то нет никаких формальных причин, мешающих прийти к заключению, что критерий независимости реализован. К сожалению, в литературе существует неясность в этом вопросе в связи с тем, что, с одной стороны, независимость всегда выступает как аспект государственности, а с другой — говорится о «зависимых государствах», представляемых в качестве аномальной категории383. Здесь частные проявления правосубъектности недостаточно разграничиваются с самым наличием правосубъектности. Термин «зависимое» используется для обозначения наличия одной или нескольких ситуаций, когда: 1) отсутствует статус государства, поскольку данное образование в столь полной мере подчинено какому-либо государству, что находится у него под контролем, и такое подчинение проистекает не из наличия представительства; 2) государство пошло на такие уступки другому государству в вопросах юрисдикции и управления, что в известном смысле перестало быть суверенным *; 3) государство в законном порядке передало другому государству широкие права представительства во внешних сношениях384; 4) в дела государства фактически вмешивается другое государство и оно может в политическом отношении являться государством-«клиентом», но количественно не находиться под полным и постоянным контролем «патрона»; 5) речь идет о субъекте права особого рода, фигурирующем в международном плане лишь для некоторых целей, как это имеет место в случае подмандатных и подопечных территорий385 и некоторых протекторатов386; 6) государство не рассматривается как «независимое» для целей определенного правового документа. Категория независимости (или суверенитета как синонима независимости) может быть применена конкретно лишь с точки зрения той правовой цели, для которой исследуется данный вопрос, и только в свете конкретных обстоятельств.
По делу об австро-германском таможенном союзе (Austro-German Customs Union)387 Постоянная палата международного правосудия вынесла консультативное заключение по вопросу о том, противоречил ли предполагавшийся таможенный союз обязательствам Австрии по Протоколу 1922 г., в силу которого она должна была «не уступать своей независимости» и «воздерживаться от любых переговоров или любых экономических и финансовых соглашений, рассчитанных прямо или косвенно на то, чтобы скомпрометировать эту независимость». Большинством в восемь голосов против семи палата решила, что предполагавшийся таможенный режим был бы несовместим с этими обязательствами. В данном случае термин «независимость» относился к особому представлению об экономических отношениях, связанному с конкретным международным договором, и обязательства, о которых шла речь, не ограничивались обязанностью воздерживаться от фактической и полной уступки независимости. По делу о декретах о гражданстве в Тунисе и Марокко (Tunis and Marocco Nationality Decree)' Постоянная палата международного правосудия подчеркнула, что протектораты имеют «индивидуальные правовые особенности, определяемые особыми условиями, в соответствии с которыми они были созданы, и зависящие от стадии их развития». Государство-протекторат может представлять собой пример международного представительства, когда правосубъектность и государственность представляемого образования остаются незатронутыми, хотя в отношении атрибутов правосубъектности данное образование может быть «зависимым» в одном или более из упомянутых выше значений. По делу о гражданах США в Марокко (U. S. Nationals in Morocco)388 Международный суд, говоря о договоре, заключенном в Феце в 1912 г., и о создании французского протектората, указал: «По этому договору Марокко оставалось суверенным государством, но вступало в отношения договорного характера, в силу которых Франция приняла на себя обязательство осуществлять некоторые суверенные права от имени и по поручению Марокко и в принципе все международные сношения Марокко».
Следует отметить, что, по общему мнению, в данном случае имелись все основания считать эти отношения отношениями подчинения, а не представительства. Иногда говорят, что международная ответственность — необходимый коррелят или критерий независимости389. В целом это правильно, но данный принцип следует толковать ограничительно, когда возникает случай международного представительства и государство, осуществляющее протекторат, является единственным имеющимся ответчиком390. Федерации. Федеральное государство, как таковое, несомненно, обладает правосубъектностью, и проблемы возникают лишь в связи со статусом входящих в него государств-членов. Федеральная конституция может предоставлять членам федерации право заключать международные договоры и право вступать в самостоятельные дипломатические отношения. Обычно входящее в федерацию государство действует просто как представитель или агент федерации391. Однако в силу соглашения или признания государство — член федерации может приобретать самостоятельную правосубъектность в международном плане, аналогичную статусу государства. Так, Украинская ССР и Белорусская ССР, являющиеся членами Союза Советских Социалистических Республик, заключают международные договоры от своего собственного имени и являются членами Организации Объединенных Наций392. Ассоциации государств. Независимые государства могут вступать в различные формы сотрудничества по взаимному согласию и на равной основе. Основой сотрудничества может явиться конституция международной организации, например Организации Объединенных Наций или Всемирной организации здравоохранения. Однако в силу договора или обычая могут быть созданы и иные структуры для осуществления сотрудничества. Одна из таких структур, конфедерация, на практике в одних случаях распадалась, в других — оказывалась пре образованной в федерацию. Британское содружество наций 393 и Французское Сообщество394 служат примерами ассоциаций государств особого вида. Членство в этих двух ассоциациях необязательно затрагивает первичную правоспособность и правосубъектность государств-членов в большей мере, чем членство в какой-либо организации, например в Европейском экономическом сообществе, которому присущ некоторый федеральный элемент, хотя и на договорной основе. Однако в рамках Французского Сообщества существовали разнообразные отношения, причем одни из них были §олее тесными, чем другие. д) Некоторая степень перманентности395. Если основываться главным образом на концепции стабильного политического общества, то может показаться излишним говорить о какой-либо степени перманентности. Время, равно как и пространство, является элементом государственного статуса. Однако перманентность не представляет собой необходимый элемент государства как правового порядка, и государство, срок жизни которого весьма непродолжителен, может тем не менее оставить после себя целый ряд правовых вопросов, возникновение которых было связано с его существованием396. е) Готовность соблюдать международное право. В современной литературе такая готовность не часто упоминается как критерий существования государства397 и в качестве такового подвергается резкой критике398. В самом деле, деликтная и иная ответственность государств — следствие статуса государства, и логически неоправданно выдвигать в качестве критерия государственности условие, которое данное образование способно удовлетворить лишь в том случае, если оно является государством. ж) Некоторая степень цивилизации. Хайд399 указывает четыре признака государства (первые четыре из числа перечисленных выше), но добавляет к ним и пятый: «Необходимо, чтобы жители данной территории достигли такой ступени цивилизации, которая делает их способными соблюдать... те правовые принципы, которыми должны руководствоваться члены международного общения в своих взаимоотношениях друг с другом». Это несколько похоже на то, о чем говорилось в предыдущем пункте, но имеет более фундаментальный характер. Однако этот признак, который обычно не приводится в качестве одного из критериев, напоминает то время, когда европейские державы и США отказывали в равенстве неевропейским государствам. В современном праве невозможно рассматривать как res nullius (ничейную территорию) племенное общество, которое отказывается иметь дипломатические отношения с другими обществами400. з) Суверенитет401. Термин «суверенитет» может применяться как синоним независимости, представляющей собой, как уже говорилось выше, важный элемент статуса государства. Однако часто значительная неясность возникает из-за того, что термин «суверенитет» применяется для обозначения условий, при которых то или иное государство не осуществляет свою собственную правоспособность таким образом, что это создает права, полномочия, привилегии и иммунитеты в отношении других государств402. В этом смысле государство, предоставившее другому государству ведение своих внешних сношений или экстерриториальные права, не является «суверенным». Если понятию «суверенитет» придавать такое или аналогичное содержание и использовать его в этом значении как критерий наличия статуса государства403, то это будет снова означать, что государствен ность и правосубъектность смешиваются с их атрибутами. Так для положения Германии после 1945 г. было характерно значительное умаление германского суверенитета в этом смысле, и все же Германия продолжала существовать как государство404. Соображения такого рода заставили некоторых авторов отвергнуть суверенитет в качестве критерия405. Иной подход был проявлен Международным судом в деле о гражданах США в Марокко, в решении по которому о Марокко говорилось как о «суверенном государстве» в том смысле, что оно сохранило свою исходную правосубъектность, несмотря на наличие французского протектората406. Но любой суд вполне мог бы прийти к заключению, что то или иное государство, по частям раздавшее значительную часть своих правомочий, в результате прекратило свое самостоятельное существование. Совершенно очевидно, что как с правовой, так и с фактической точек зрения может оказаться затруднительным провести различие между отчуждением правомочий и наличием представительства. и) Функционирование в качестве государства. Остаются некоторые второстепенные проблемы. Опыт показывает, что могут существовать образования, которые трудно рассматривать как государства в политическом смысле. Мирный договор с Германией 1919 г. ооздал Вольный город Данциг, обладавший правовыми чертами государства несмотря на то, что он был поставлен под гарантию Лиги Наций, а право ведения его внешних сношений принадлежало Польше407. Мирный договор с Италией 1947 г. предусматривал создание Свободной территории Триест, которая должна была быть поставлена под защиту Совета Безопасности408. Характер правосубъектности в этих двух случаях создавал подобие государства. Однако специальные политические функции этих образований и их зависимость от международных организаций не допускают использования здесь категории «государство»409.
<< | >>
Источник: Я.БРОУНЛИ. МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО КНИГА ПЕРВАЯ. 1977

Еще по теме 1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ КРИТЕРИИ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ:

  1. § 1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ТАМОЖЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ГОСУДАРСТВ МИРОВОГО СООБЩЕСТВА
  2. § 1. ВСЕОБЩАЯ (ОБЩАЯ) СИСТЕМА ПРЕФЕРЕНЦИЙ - НАЧАЛЬНАЯ СТАДИЯ ГАРМОНИЗАЦИИ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫХ ФОРМ ТАМОЖЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ ГОСУДАРСТВ МИРОВОГО СООБЩЕСТВА
  3. 8.3. Согласование национального права с международно-правовой системой
  4. § 1. Международно-правовая классификация территорий
  5. Глава 4. Международно-правовые гарантии в отношении лизинга воздушных судов
  6. Понятие международно-правовой нормы.
  7. § 2. Международно-правовые основы борьбы с терроризмом
  8. Международно-правовая характеристика института признания государств
  9. 21.3. Международно-правовые аспекты разоружения
  10. 24.12. Международно-правовой режим морских природных ресурсов
  11. международно-правовые аспекты
  12. 1. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ КРИТЕРИИ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ
  13. Глава XXX МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ
  14. § 18.2. Источники международно-правового регулирования
  15. Международно-правовые аспекты исполнения уголовных наказаний
  16. 13.1. Международно-правовые гарантии безопасности национальным меньшинствам
  17. 2. Типология основных норм профессиональной морали сотрудников ОВД. Соотношение внутригосударственных и международных нравственно-правовых норм, регулирующих профессиональную деятельность сотрудников ОВД
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -