<<
>>

международно-правовые аспекты

В Определение субъектов международного права

стандартном и наиболее распространенном понимании субъектности в международном праве субъектами и объектам правовых отношений являются государства.

Конвенция о правах и обязанностях государств (Монтевидео, 26 декабря 1933 г.) в своей первой статье содержит юридическое определение "государства", считающееся классическим:

"Государство как субъект (a person) международного права должно обладать следующими квалификациями:

(a) постоянным населением;

(b) определенной территорией;

(c) правительством;

(d) способностью вступать в отношения с другими государствами".

Между тем, анализ международно-правовой практики показывает что реально в качестве субъектов в этой сфере деятельности выступают не только государства и международные организации (другой общепризнанный тип субъекта в международном праве), но и различные квазигосударственные структуры и образования. Сама типология государств, претендующая на охват всех реальных государственных устройств, остается весьма сложной для того, чтобы дать универсальный и однозначный перечень субъектов и объектов международного права. Традиционными атрибутами субъектности в международном праве являются независимость и свобода действий этих субъектов, обобщаемые понятием "суверенитет". для целей данного рассмотрения достаточно заметить, что далеко не все государственные образования могут характеризоваться как безусловно свободные и независимые. Более того, в определенных сферах человеческой деятельности (главным образом - в различных секторах экономической деятельности) сегодня можно говорить о существовании глобальной взаимозависимости государств. Суверенность государств в определенном выше смысле ограничивается равной суверенностью других государств, системой их взаимных договоров и обязательств, наличием международных организаций и блоков, как регионального, так и глобального уровня, поэтому юристы говорят сегодня о неабсолютном, "ограниченном" суверенитете [Наппит 1992:15], или "суверенитете в рамках закона" (т.е.

международного права -С.С.) [Larson e.a. 1965:11].

Некоторыми специалистами назывались и другие критерии государственности (и, следовательно, правосубъектности в области международного права): например, необходимая для поддерживания международных отношений степень цивилизованности (сегодня безусловно устаревший принцип, отражавший европоцентричность международного права начала века) [Hyde 1922, 1:17], или принцип, в соответствии с которым правительство государства должно было прийти к власти в соответствии с принципом самоопределения [Crawford 1979:26-27]. Применение последнего критерия ограничено контекстом деколонизации; именно в соответствии с этим принципом международное сообщество отказывалось признать южно-родезийское правительство Яна Смита в период с 1965 по 1980 гг., то есть вплоть до установления правления большинства. Многие авторы подчеркивают внутренний аспект суверенитета, под которым подразумевается верховная власть на определенной территории, куда не распространяется законодательная, исполнительная и судебная юрисдикция Других государств за исключением международного законодательства [Brierly 1949:48-49; Crawford 1979:26-27]. Однако следует помнить, что внутренний аспект суверенитета должен быть дополнен внешним, для того, чтобы с полным основанием говорить о независимости (субъектности) государства. Собственно говоря, внешний аспект суверенитета как раз и заключается в принципе равенства и независимости государств, что конституирует их в качестве субъектов международного права. При этом свободное решение о делегировании определенных властных функций другим государствам не наносит ущерба суверенности, но соответствует так называемой "конституционной независимости" |7ат«Д98б:1]. Реально существующий спектр государственных образований с ограниченной суверенностью довольно широк, и о таких образованиях обычно говорят как об "обладающих определенной степенью международной субъектности' [Willoughby, Fenwick 1919; Наппит 1992:16]. В числе основных типов таких образований можно назвать следующие:

1.

Гарантированные или нейтрализованные государства. Это независимые государства, чье существование или нейтральный статус обусловлены международным договором. Их суверенность ограничена лишь статусом нейтральности по отношению к военным державам и подразумеваемыми этим статусом ограничениями тех внешнеполитических действий, которые способны нарушить статус нейтральности. Примерами гарантированных государств в истории международного права могут служить Черногория, Сербия и Румыния по условиям берлинского договора 1878 г. Нейтрализованные государства включают Швейцарию, начиная с 1815 г. (т.е после Венского конгресса), Бельгию в 1839 г. и Норвегию в 1907 г.

2. Защищаемые независимые государства. К ним относятся те государства, которые делегировали часть своей власти защищающему, или опекающему государству (guardian state), но сохраняющие но сохраняющими полный контроль над внутренними делами и внешней политикой, за исключением оговоренных соглашением ограничений. Некоторые юристы относят этот тип государственного устройства к протекторату, отмечая, что протекторат характеризуется более высокой степенью международной субъектности, чем вассальное государство и никогда не является частью защищающего его государства, а также не оказывается ipso facto связанным договорами, заключаемыми его защитником с другими государствами [Oppenheim 1905, 1:137-139]. В числе таких государств можно назвать Андорру, Лихтенштейн, Сан Марино, Монако, а также Кубу времен действия поправки Платта и Ионийские острова в период с 1815 по 1862 гг.

3. Ассоциированная государственность. Это понятие было сформулировано в ходе дискуссий в ООН относительно самоопределения несамоуправляемых территорий. По содержанию оно почти совпадает с предыдущим понятием, отличаясь от последнего тем, что ассоциированное государственное образование может в любое время в одностороннем порядке прекратить отношения ассоциации с другим государством [G.A.Res. 1541 (XV) Annex, 15.12.1960; UN Doc.A/4684 1960:29].

4. Международная территория. Это государственное устройство аналогично положению гарантированного государства, но оно создается под международным наблюдением или контролем при особых политических обстоятельствах. Некоторые специалисты определяют такие территории как особые государственные образования, суверенитет которых принадлежит группе государств или международной организации [Ydit 1961:20-21]. Такое образование может или не может выступать как государство, но сохраняет внутреннее самоуправление и ограничивается лишь своим международным статутом. Кроме Кракова и Данцига, примерами международных территорий были Иерусалим в конце 1940-х гг. и Западный Берлин. Можно упомянуть также неосуществленный план интернационализации Триеста в 1954 г.

5. Вассальным государством называется такое государство, которое в большей степени контролируется другим государством (сюзереном), чем, например, защищаемое государство. Статус такого государства может определяться договором, или традиционно сложившимися отношениями, берущими свое начало в феодальном порядке. Отличительной чертой отношений между сюзереном и вассалом с политико-правовой стороны является то обстоятельство, что источником легитимизации правительства вассального государства является правитель государства-сюзерена, который предоставляет вассалу право самоуправления. Кроме того, международные договоры, в которые вступает сюзерен, становятся обязательными и для государства-вассала, хотя вассал и обладает определенными возможностями независимого действия в сфере международных отношений. Примерами могут служить война Болгарии против суверенной Сербии в то время когда Болгария состояла в номинальных вассальных отношениях с Турцией. Кроме Оттоманской империи примерами вассальных государств в истории международного права являются некоторые штаты Индии во времена британского правления, Внешняя Монголия и Тибет до 1911 г.

6. Кондоминиум. Это понятие относится к территории, находящейся под объединенным суверенитетом двух или более государств. Хотя национальное законодательство не распространяется автоматически на территорию кондоминиума (совладения), такая территория не имеет независимой субъектности в международном праве. Примерами могут служить Андорра и Новые Гебриды до 1980 г., когда они обрели независимость.

7. Защищаемое зависимое государство. Такое государство имеет весьма ограниченную международную субъектность и в значительной степени зависит от государства-защитника. Реальное положение таких образований широко варьирует, и в современный период эволюционирует в сторону все более полного суверенитета (примером может служить Бруней).

8. Несамоуправляемые территории, или территории под международной опекой. Под международной опекой находилось 11 территорий. Хартия ООН признавала существование подопечных территорий, "на которых народы еще не достигли полной меры самоуправления". Соглашения между подопечными территориями и державами-опекунами были одобрены и осуществлялись под надзором Генеральной Ассамблеи ООН и ее Опекунского Совета. Последней опекаемой территорией была "стратегическая" подопечная территория тихоокеанских островов (опека США). До 1988 г. в этом статусе существовали также Северные Марианские и Маршалловы острова, Палау и часть Микронезии.

9. Колониальный протекторат. Государственное устройство, подобное подопечной территории, однако здесь государство-защитник обладает ничем не ограниченной властью, несмотря не то, что граждане протектората не имеют гражданства метрополии. Граждане колонии, как известно, зачастую являлись также гражданами метрополии [Наппит 1992:16-18].

Приведенный спектр государственных устройств не охватывает всего поля потенциальных субъектов международного права, но лишь отражает наиболее исследованный его сектор. Юристы продолжают дискуссии относительно того, кто является источником суверенитета на внутригосударственном уровне: правительство, парламент, или народ (нация). Поскольку именно народ является субъектом самоопределения и деколорации, и,, в известном смысле, "предшествует" государству, часть из них склонна видеть именно в народе источник и основу суверенитета [Barsh1987]. Такая логика заставляет включить в число субъектов международного права народы. Следует обратить внимание на условность границ между понятиями "народ" и "меньшинство" (особенно показательны случаи малочисленных народов, а также правовое положение коренных и племенных народов как оно определяется контекстом Конвенции № 169). В соответствии с Уставом ООН и многими последующими документами народ является субъектом самоопределения и деколонизации. В соответствии с принципом самоопределения, одним из возможных его исходов может быть образование самостоятельного государства. Таким образом, народы, добиваясь независимости и свободы, осуществляя свой выбор и создавая избираемую ими форму правления, которая узаконивает этот выбор, по существу, а также в соответствии с обсуждаемыми выше критериями международной субъектности (независимость и свобода действий), выступают в качестве таких субъектов, а обретая независимость, сливаются с классическими субъектами международного права - государствами. У меньшинств также существуют собственные пути к полноценной международной субъектности. Первым из них является утверждение собственной группы в глазах общественного мнения в качестве самостоятельного народы. Сложившиеся нации-государства неохотно идут на такого рода признание; в результате даже самоназвание такой группы проходит целый ряд ступеней на пути к международному признанию: от известности в узком кругу этнологов и антропологов, изучающих данный регион, через использование в официальных публикациях и документах сначала, обычно, в качестве наименования подгруппы какой-либо уже официально признанной группы или народа, и, наконец, к статусу группы с именем (этнонимом), не воспринимаемом как субкатегория, но понимаемом как обозначение отдельного, пусть небольшого народа. В СССР такой путь проходят значительное число этнических и религиозных меньшинств и малочисленных народов. Здесь достаточно вспомнить историю признания в качестве самостоятельной этноконфессиональной группы меннонитов, считавшихся в зависимости от политической конъюнктуры то немцами, то голландцами Ипатов 1978; Соколовский 1985, 1987], или так и не вполне состоявшееся официальное признание целой группы народов Памира (шугнанцев, рушашев, бартангаев, язгулямцев, ваханцев и хуфцев и др.), числящихся как " горные таджики", и народов Алтая (губаларов, кумандинцев, лебединцев, маймаларов и др.), традиционно учитываемых как "алтайцы". В социологии власти этот тип власти известен как власть номинации. Этот вид контроля со стороны государства часто воспринимается как законный и в силу этого, оставаясь "невидимым" для социальной критики, является особенно опасным. Другим, менее используемым, но вполне возможным путем выхода к международному признанию является создание международных организаций, позволяющих эффективно влиять на принимаемые международным сообществом решения, касающиеся таких групп.

Многочисленные ассоциации коренных народов, межгосударственные региональные ассоциации (например, ассоциация, объединяющая скандинавских саамов), демонстрируют эффективность этого пути. Все эти факты дают основание для рассмотрения меньшинств - если не сегодня, то в недалеком будущем - в качестве субъектов международного права, неизбежное появление которых существенно усложнит поле международной политики. Это заставляет еще раз рассмотреть существующие сегодня подходы к определению меньшинств и проблемы, связанные с таким определением. Как известно, дискуссии по проблеме определения понятия "меньшинство" в специальной Подкомиссии ООН длились более 40 лет без удовлетворительного результата. Такая ситуация объяснялась неконструктивной позицией правительств ряда государств, не заинтересованных в признании и наделении особыми правами групп на их территориях и видевших в самом факте признания таких групп угрозу целостности государства. Работа специальной Подкомиссии в составе Комитета по правам человека в ООН началась в связи с подготовкой Международного пакта о гражданских и политических правах, в который, как известно, была включена особая статья о меньшинствах в следующей редакции:

"В тех странах, где существуют этнические, религиозные и языковые меньшинства, лицам, принадлежащим к таким меньшинствам, не может быть отказано в праве совместно с другими членами той же группы пользоваться своей культурой, исповедовать свою религию и исполнять ее обряды, а также пользоваться родным языком".

На 24-ой сессии в 1971 г. Подкомиссия приняла резолюцию, в которой назначила Специального докладчика для проведения исследования в соответствующей области. По просьбе Специального докладчика ф.Капоторти 24.10. 1972 г. Генеральный Секретарь ООН направил вербальную ноту правительствам государств-членов ООН с просьбой о помощи Специальному докладчику в сборе материалов по разработанной программе. В ответ на вербальные ноты 46 стран прислали свою информацию. С учетом этой информации и привлечением данных специализированных учреждений ООН и неправительственных организаций было подготовлено 76 монографий о положении этнических, языковых и религиозных групп в 75 странах мира. На их основе были разработаны предварительный доклад и его проект, а на своей 30-й сессии Подкомиссия рассмотрела окончательный доклад, который был опубликован в 1979 г. [Капоторти 1979]. В этом докладе большое внимание было уделено анализу теоретических и понятийно-терминологических аспектов использования понятия "меньшинство" в международно-правовой практике, анализу понятия "меньшинство". Специальный докладчик подчеркивал, что цель предлагаемого им определения ограничена; оно предназначалось для использования в узких рамках применения статьи 27 Пакта и выглядело следующим образом.

" по сравнению с остальной частью населения государства это меньшая по численности, не занимающая господствующего положения группа, члены которой - граждане этого государства - обладают с этнической, религиозной или языковой точек зрения характеристиками, отличающимися от характеристик остальной части населения, и проявляют, пусть даже косвенно, чувство солидарности в целях сохранения своей культуры, своих традиций, религии или языка" [Капоторти '1979:109-110].

Данное определение учитывало опыт предыдущей работы Подкомиссии. Одним из первых рабочих определений, подготовленных Подкомиссией ООН по предупреждению дискриминации и защите меньшинств в 1950 г., было следующим:

I "термин "меньшинство" включает только те недоминирующие группы населения, которые имеют и хотят сохранить устойчивые этнические, религиозные и языковые традиции и характеристики, явным образом отличающиеся от тех, которые имеет остальное население;

II - такие меньшинства должны включать в себя число людей, достаточное для сохранения таких традиций и характеристик; и

III - такие меньшинства должны быть лояльными по отношению к государству, гражданами которого они являются" [UN Doc.E/CN. 4/641 Annex I, Resolution II].

Вариант этого определения был представлен в Подкомиссию канадским юристом Жюлем Дешеном (Jules Deschenes), где меньшинство определялось как

"группа граждан одного государства, составляющая численное меньшинство и находящаяся в недоминирующем положении в этом государстве, наделенная этническими, религиозными или языковыми характеристиками, которые отличаются от тех, которые имеет большинство населения; члены этой группы обладают чувством солидарности друг с другом, мотивированные, если даже имплицитно, коллективным желанием сохраниться как группа и чьей целью является достижение равенства с большинством фактически и юридически" [UN Doc E/CN.4/Sub.2/ 1985/31, para. 181].

Между определениями Капоторти и Дешена нет существенных различий. Ключевым в обоих является сочетание объективных характеристик с субъективным намерением сохранить именно эти характеристики. "Меньшинство" ограничивается гражданами данного государств С nationals' - у Капоторти, citizens' - у Дешена). Такие группы как беженцы, иностранцы, лица без гражданства, рабочие-мигранты и сезонные рабочие не включаются в объем понятия.

Оба определения подчеркивают недоминирующее положение меньшинства, поскольку доминирующее меньшинство поднимает другие вопросы признания или отрицания самоопределения большинства (как например африканеры в Южной Африке). Оба определения сходятся в том, что необходим определенный количественный показатель меньшинства. В обоих определениях имплицитно подразумевается существование еще какого-то другого меньшинства: группы, которая не хочет сохранить себя как целое, а предпочитает раствориться в более широком обществе. Проблемой международного права долгое время было то, что меньшинства рассматривались именно с позиций ассимиляции, идеи превосходства доминирующей культуры, достижения однородности внутри данного государства за счет отказа группами меньшинств от своей культуры в пользу доминирующей культуры [Thornberry 1991:6-7]. Документы международного права, включая новейшие, не содержат операционального определения понятия "меньшинство", что существенно затрудняет их применение в конкретных случаях правового регулирования. Из-за гигантского разнообразия групп, по отношению к которым употребляется термин "меньшинство", в также разнообразия ситуаций, в которых эти группы находятся, выработка универсального определения понятия вряд ли возможна. Между тем, если задаться вопросом, возможна ли эффективная защита прав меньшинств при отсутствии универсального определения и обратиться к историческому и региональному опыту, то ответ не будет обязательно отрицательным. Учет опыта Лиги Наций, в котором при определении меньшинств применялись так называемые остенсивные определения (то есть определения, в которых не приводились характеристики групп, но перечислялись заранее согласованные списки таких групп), открывает еще одну, сегодня практически забытую возможность разрешения проблемы определения. Другим средством, позволяющим смягчить сопротивление некоторых правительств, является выработка ни одного единого для всех типов меньшинств правового инструмента (типа принятой ООН Декларации), а пакета конвенций, регулирующих права разных типов меньшинств (этнических, религиозных, языковых и др.). Движение к единой международной норме при существующем недоверии правительств должно быть постепенным и должно осуществляться через иерархию региональных консенсусов (как относительно объектов, так и относительно объемов прав; например, государства-члены ОАЕ могут в результате согласительной процедуры выработать собственный список признаваемых ими групп меньшинств на территориях этих стран, и самостоятельно определить тот объем прав, которые их правительства согласны гарантировать этим группам). Такие меры позволят обеспечить права большего количества групп, чем это возможно при попытке внедрения глобальной универсальной нормы.

Права человека: либерально-демократическая доктрина о соотношении прав индивида и группы

Нахождение баланса между правами индивида и группы относится к числу наиболее сложных проблем, стоящих перед демократическими государствами. Особенно острой эта проблема становится для полиэтнических государств, в которых групповые права народов и меньшинств должны удовлетворяться так, чтобы их осуществление не ущемляло индивидуальные права их собственных членов. Всеобщие права человека, основанные на принципе признания фундаментально равенства всех людей, устанавливают положительные права всех управляемых; в них формулируются права людей по отношению к государству, что является универсальным принципом уже в силу того обстоятельства, что в современном мире все люди живут в государствах, а отношения между индивидом и государством, а также между определенными коллективами и государством характеризуются неравенством [Burghers 1990:64-65]. Неотъемлемой частью понятия о правах человека является убеждение в том, что государство существует чтобы служить людям, а не для того, чтобы люди служили государству и суверену. Идея прав человека становилась все более популярной в течение последних сорока пяти лет с ростом влияния ООН после подписания в 1948 г. Всеобщей декларации прав человека и ратификации двух Международных Пактов и Факультативного протокола к Декларации в 1966 г. Всеобщая декларация, оба Пакта и Факультативный протокол обычно обозначаются в своей совокупности как Международный Билль о Правах и признаются в качестве авторитетного источника для толкования уставных обязательств членов ООН.

Некоторые из условий Декларации вошли в состав обычного права и стали таким образом обязательными даже для государств, их не ратифицировавших. Первый из Пактов, касающийся гражданских и политических прав, ставит вне закона рабство, жестокость, бесчеловечное и унижающее человеческое достоинство обращение с людьми, устанавливает, что каждый человек равен перед законом и не может быть произвольно арестован, задержан или выслан, что каждый имеет право свободного перемещения и проживания в пределах своего собственного государства и может пользоваться другими подобного рода политическими и гражданскими правами. Пакт по экономическим, социальным и культурным правам предусматривает обеспечение права каждого на достаточное питание, охрану здоровья, получение работы и образования, права вступать в профсоюзы, создавать семью, а также других прав, гарантирующих человеческое достоинство. Факультативным протоколом учреждена Комиссия ООН по правам человека. ООН создан также ряд рабочих групп, учреждены должности специальных наблюдателей и экспертов, следящих за нарушениями прав человека.

Разделение всего объема прав человека на две категории в соответствии с двумя указанными Пактами: гражданские и политические права, с одной стороны, и экономические, социальные и культурные - с другой, было обусловлено не в последнюю очередь обострившейся конкуренцией между супердержавами в период холодной войны: на Западе приоритет отдавался первым, а в бывшем Советском Союзе и в восточноевропейских государствах - вторым. С точки зрения либерально-демократической доктрины, господствовавшей на Западе, государство должно нести ответственность за обеспечение гражданских и политических прав своих граждан, но не за их экономические, культурные и социальные права, которые многими государствами, в том числе и в первую очередь Соединенными Штатами, не признаются в качестве прав человека вообще. Уместно заметить, что США до сих пор не ратифицировали Международный Пакт по экономическим, социальным и культурным правам. Более того, Пакт по гражданским и политическим правам был ратифицирован США только в мае 1992 г. со многими оговорками, которые по мнению некоторых экспертов весьма существенно ограничивают сферу его применения [Eide 1990]. Однако такой подход не является характерным для мирового сообщества в целом, и другие государства, даже при том, что они не могут обеспечить выполнение всех условий, предусмотренных Пактом по экономическим, социальным и культурным правам человека, продолжают рассматривать статьи этого Пакта в качестве целей, к которым им следует стремиться.

После 1966 г. государствами - членами ООН были подписаны и другие договоры и конвенции, включая Конвенцию против пыток, Конвенции против геноцида, против расизма и по правам ребенка.

Помимо рассмотренных выше прав, являющихся в общем индивидуальными, существует ряд прав, называемых "коллективными" или, более точно, правами коллективов. Особую важность в связи с рассматриваемой темой представляют собой следующие две стороны прав этого рода: первое - роль нормативных прав человека в защите "меньшинств" и, второе, -природа права коллективов на самоопределение. Следует отметить, что на международном уровне до сих пор отсутствует какое-либо согласие по вопросу о том, обладают ли коллективы как таковые правами человека, поскольку, по мнению юристов, они не укладываются ни в рамки международных юридических норм, ни в определение того, что является правами человека. Более того, делаются утверждения, что субъектом в вопросе о защите прав человека всегда должен быть индивид и что невозможно возлагать ответственность за соблюдение коллективных прав на государство. В соответствии с такой точкой зрения в той мере, в которой коллективные права все же существуют в каком бы то ни было виде, они не должны называться правами человека, ибо это затемняет и осложняет последнее понятие. С другой стороны, возможно утверждение о том, что в некоторых случаях защита прав индивида оказывается невозможной без обеспечения прав группы. Таковые случаи ограничиваются обычно правом на свободу ассоциаций или правом на брак, где по определению присутствует более чем один индивид [Нагенгаст 1994]. Противоположная точка зрения состоит в том, что понятие "права человека" не является статичным, но требует все новых определений по мере изменения самого мира. Коллективные права являются правами человека лишь до тех пор, пока отражаемые в них потребности могут переводиться на язык юридических норм, которые можно признать и провести в жизнь. Этот принцип основан на той посылке, что права человека, будучи изначально задуманы главным образом для защиты индивида от произвола со стороны государственной власти, никогда не означали свободы большинства использовать имеющуюся у контролируемого им государства силу принуждения по собственному усмотрению, то есть в ущерб "меньшинствам". Другими словами, международные нормы имеют своей целью в той же мере защиту от произвольного применения "демократии" со стороны большинства и от "демократической" власти государства, как и защиту каждого отдельного индивида от государства [Нагенгаст 1994].

Большинство документов международного права относится к сфере регулирования прав так называемых корпоративных субъектов - государств и международных организаций. В предыдущем разделе уже отмечалось, что в число такого рода субъектов могут быть включены и квазигосударственные политические образования (государства in statu nascendi, то есть "рождающиеся государства"), а в контексте определенных прав - народы и меньшинства, хотя внесение обоих последних понятий в число субъектов международного права спорно. Корпоративные субъекты характеризуются как юридические лица, но не имеют "физической субъектности"; за корпоративной юридической субъектностью скрываются реальные люди, осуществляющие функции государственных институтов и именно их права, фигурирующие как права государств, опосредованно обеспечиваются существующими международными нормами. Помимо этих косвенно реализуемых через права государств и квазигосударственных образований прав человека, в международном праве существует особый корпус прав человека, реализуемых непосредственно - как коллективных, так и индивидуальных. В отличие от индивидуальных прав, которые предоставляются персонально каждому человеку (свобода религии и свобода слова, например), коллективные права предоставляются людям в сообществах, группах, то есть в связи с их отношениями в группах, или сообществах (среди народов, меньшинств и т.п.). При этом коллективные права сохраняют свой характер прямых непосредственно предоставляемых прав. Разница в контроле за осуществлением коллективных и индивидуальных прав проявляется особенно ярко в случае их нарушения: если при нарушении индивидуальных прав статистика не играет роли и всякое нарушение может быть законным

образом опротестовано, то в случае нарушения коллективных прав именно общая картина - правовое ущемление целой группы, а не ее представителей - учитывается при анализе правового режима государства [Dinstein 1976:103]. И хотя массовое нарушение индивидуальных прав может вызвать коллективный протест, само наличие такой коллективной реакции не превращает индивидуальные права в коллективные, даже если, например, свобода слова конкретного человека ограничивалась именно вследствие его принадлежности к определенному этническому, или религиозному меньшинству. Здесь мы сталкиваемся со случаем дискриминации на основе этнической или конфессиональной принадлежности при соблюдении индивидуальных прав человека.

С другой точки зрения, коллективные права в реальности не столь уж резко противопоставлены правам личности. Многие индивидуальные права имеют коллективные измерения - например, предоставление особого статуса каждому члену (индивидуальное измерение) какой-либо общности (коллективное измерение). Кроме того, осуществление индивидуальных прав зачастую предполагает и основывается на коллективных действиях (например, право использования родного языка в какой-либо сфере). Индивидуальные права могут предполагать право пользования коллективным достоянием (например, территорией, чистой окружающей средой и т.п.) [Линдхолъм 1991:95]. Достаточно часто соблюдение конкретных прав индивида становится невозможным при нарушении коллективных прав его группы: например, свобода вероисповедания в некоторых религиях обеспечивается наличием специальных помещений (храмов, культовых сооружений и т.п.), или особым способом обработки и приготовления пищи, при отсутствии которых (государственном запрете, или необеспечении этого коллективного права религиозного меньшинства) становится проблематичным обеспечение индивидуальных прав его членов.

Важнейшей категорией коллективных прав в международном праве являются права народов. Современное международное право закрепляет и предоставляет в числе таких прав право на физическое существование народа (Конвенция о предотвращении и наказании за преступление геноцида 1948 г.), право на самоопределение (первые статьи обоих Пактов по правам человека 1966 г.) и право пользования природными ресурсами (первые статьи упомянутых Пактов и статьи 25 Пакта об экономических, социальных и культурных правах и 47 Пакта о гражданских и политических правах). В международном праве понятия "народ" и "нация" различаются следующим образом: как уже отмечалось во Введении, большинство используемых дефиниций констатируют наличие объективных (культурно-исторических, языковых) и субъективных (желание быть вместе, прокламируемая принадлежность) связей, что, как уже замечалось, не позволяет разграничить понятие "народ" и понятие "этническая группа"; под "нацией" же понимается совокупность граждан одного государства, то есть согражданство. Поскольку каждое государство в соответствии с таким пониманием является "обладателем" единственной "нации", то термины "нация" и "государство" оказываются в ряде контекстов взаимозаменимыми - известный пример, название "Организация Объединенных Наций", членами которой являются государства. При использовании термина "многонациональное государство" по существу подразумевается, что население данного государства составляют несколько народов и групп меньшинств.  

<< | >>
Источник: С. В. Соколовский. ПРАВА МЕНЬШИНСТВ: антропологические, социологические и международно-правовые аспекты. 1995

Еще по теме международно-правовые аспекты:

  1. Юхно Александр Сергеевич. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ВЫПЛАТЫ КОМПЕНСАЦИИ ПРИ РАЗРЕШЕНИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ ИНВЕСТИЦИОННЫХ СПОРОВ ГОСУДАРСТВ .Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук, 2015
  2. Международно-правовые аспекты исполнения уголовных наказаний
  3. 21.3. Международно-правовые аспекты разоружения
  4. Глава I.ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ПРАВОВЫХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ РОССИИ
  5. § 2. Исторические и международно-правовые аспекты создания Европейского Союза
  6. С. В. Соколовский. ПРАВА МЕНЬШИНСТВ: антропологические, социологические и международно-правовые аспекты, 1995
  7. Глава 3. ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ДЕЙСТВИЯ И РЕАЛИЗАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫХ НОРМ В ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  8. в) Конституционно-правовой аспект
  9. 3. RES JUDICATA В АСПЕКТЕ СООТНОШЕНИЯ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОГО И МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА
  10. ПРАВОВОЙ АСПЕКТ ГАРАНТИЙ
  11. 7.5. Правовые и морально-этические аспекты туризма
  12. Обязательственно-правовые аспекты ипотеки
  13. 1. ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В СТРОИТЕЛЬСТВЕ
  14. ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ИНВЕСТИЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  15. Вещно-правовые аспекты ипотеки
  16. Правовые аспекты отношений собственности
  17. ОБЩИЕ ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ СНОШЕНИЙ
  18. Тема 7. Международные организации в системе международно-правовых отношений.
  19. Этические и правовые аспекты бенчмаркинга
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -