<<
>>

§ 9. Международно-правовой статус и режим использования пространств и ресурсов Антарктики

Материк Антарктида был открыт в 1820 г. русскими мореплавателя­ми под командованием М. П. Лазарева и Ф. Ф. Белинсгаузена.

Правовое положение южного полярного региона базируется на уста­новлениях Договора об Антарктике, принятого 1 декабря 1959 г.

по ре­зультатам Вашингтонской конференции, в которой участвовали Австра­лия, Аргентина, Бельгия, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, СССР, США, Южно-Африканский Союз, Франция, Чили и Япония. Созыв Конференции, заключение и быстрое введение в действие этого многостороннего международного соглашения (вступило в силу 23 июля 1961 г.) обусловливалось обострением противостояния между государст­вами, притязавшими на различные районы данной части земного шара, и другими странами, отвергавшими односторонние действия такого рода.

Известно, например, что с 1908 по г. Великобритания неодно­кратно издавала законодательные акты о распространении ее управлен­ческих правомочий или даже суверенитета на обширные пространства Антарктики, которые позднее были переданы в управление либо под су­веренитет Новой Зеландии и Австралии. Аналогичным образом поступа­ли Франция (1924—1955 гг.), Норвегия (1928—1939 гг.), Чили и Аргенти­на (1940—1948 гг.). С другой стороны, многие государства решительно выступали против практики самочинного поглощения указанными или другими странами весьма значительных антарктических территорий и акваторий без учета интересов остальных членов международного со­общества. В частности, еще в 1939 г. советское правительство указало на

§ 9. Международно-правовой статус и режим использования Антарктики 475

незаконность односторонних действий Норвегии в вопросе о лежности ей ряда антарктических земель, первооткрывателями которых были русские моряки. Накануне Вашингтонской конференции СССР заявил о том, что он «сохраняет за собой права, основанные на открыти­ях и исследованиях русских мореплавателей и ученых, включая право на предъявление соответствующих территориальных претензий в Антаркти­ке».

В то же время, как и ряд других стран, стремившихся к взаимопри­емлемому для всех решению возникшей проблемы, Советский Союз вы­сказался за то, что «следовало бы избежать включения в проектируемый договор каких-либо положений, затрагивающих вопрос о территориаль­ных претензиях в Антарктике, которые могли бы рассматриваться как ставящие одни государства в неравное положение по отношению к дру­гим государствам».

Таким образом, главной задачей Вашингтонской конференции был поиск компромиссного решения сложной проблемы определения юри­дического статуса Антарктики как территориальной сферы ввиду уже вьщвинутых либо возможных в будущем притязаний территориального характера. Фактором, благоприятствовавшим этому, явились успехи, достигнутые к этому времени в проведении рядом государств многоцеле­вых научных исследований в Антарктике. Важный результат междуна­родного сотрудничества в этой области состоял в том, что сообщество государств осознало необходимость продолжения и расширения совме­стных усилий в таком направлении, а не движение по пути утверждения здесь национальных приоритетов и притязаний.

Состоявшиеся на Вашингтонской конференции дискуссии увенча­лись преодолением упомянутого выше противостояния государств-уча­стников по территориальной проблеме. Итогом переговорного процесса явилась ст. IV Договора, которая гласит:

«1. Ничто, содержащееся в настоящем Договоре, не должно толко­ваться как:

отказ любой из Договаривающихся Сторон от ранее заявленных прав или претензий на территориальный суверенитет в Антарктике;

отказ любой из Договаривающихся Сторон от любой основы для претензии на территориальный суверенитет в Антарктике или сокраще­ния этой основы, которую она может иметь в результате ее деятельности или деятельности ее граждан в Антарктике или по другим причинам;

наносящее ущерб позиции любой из Договаривающихся Сторон в отношении признания или непризнания ею права или претензии, или основы для претензии любого другого государства на территориальный суверенитет в Антарктике.

2.

Никакие действия или деятельность, имеющие место, пока на­стоящий Договор находится в силе, не образуют основы для заявления, поддержания или отрицания какой-либо претензии на территориальный суверенитет в Антарктике и не создают никаких прав суверенитета в Ан­тарктике. Никакая новая претензия или расширение существующей пре­тензии на территориальный суверенитет в Антарктике не заявляются, пока настоящий Договор находится в силе».

Анализ текста ст. IV позволяет сделать выводы о том, что участники Договора:

476

в праве

— во-первых, не признают суверенитета ни одного из государств в каком бы то ни было районе Антарктики и. более того, не признают каких бы то ни было — вьщвинутых или могущих быть выдвинутыми со стороны любого государства — претензий, утверждающих здесь его тер­риториальный суверенитет;

— во-вторых, не требуют от любой из договаривающихся сторон от­каза от ранее заявленных ею территориальных претензий в Антарктике либо от имеющихся у нее оснований для выдвижения в будущем претен­зий на территориальный суверенитет;

— в-третьих, исходят из того, что ни одно из положений Договора не должно рассматриваться как наносящее ущерб позиции любой из дого­варивающихся сторон в части признания или непризнания уже заявлен­ных кем-либо из ее контрагентов прав или претензий на территориаль­ный суверенитет в Антарктике либо наличия у него оснований на такой суверенитет.

Иначе говоря, содержание ст. IV сводится, с одной стороны, к закре­плению положения, сложившегося в Антарктике до заключения настоя­щего Договора, в части уже заявленных претензий или прав на террито­риальный суверенитет, однако без реального воплощения таковых в жизнь, а с другой стороны, к признанию за государствами, имеющими основания для аналогичных претензий, права на выдвижение подобных претензий, однако без реального использования этого права. Следова­тельно, конструкция, созданная ст. IV Договора об Антарктике, может характеризоваться как утверждение фактического положения Антаркти­ки в качестве территориального пространства, открытого для беспрепят­ственного использования любым государством, в том числе не являю­щимся участником данного соглашения.

Это позволяет рассматривать Антарктику как международную территорию, т. е. имеющую юридиче­ский статус, сходный в определенной степени со статусом открытого моря, воздушного пространства над ним, а также космического про­странства.

К вопросу об объеме и характере территориальных прав государств в Антарктике примыкает вопрос об осуществлении ими здесь своей юрисдикции, принципиально поставленный ст. VIII, где, в частности, говорится:

«1. Для содействия осуществлению ими своих функций на основа­нии настоящего Договора и без ущерба для соответствующей позиции каждой Договаривающейся Стороны относительно юрисдикции над все­ми другими лицами в Антарктике наблюдатели, назначенные в соответ­ствии с положениями... <настоящего Договора. — М. В.> ... <включая научный персонал и сопровождающих его членов лиц>... находятся под юрисдикцией только той Договаривающейся Стороны, гражданами ко­торой они являются, в отношении всех действий или упущений, имею­щих место во время их пребывания в Антарктике для выполнения своих функций.

2. ... в любом случае спора относительно осуществления юрисдик­ции в Антарктике <Договаривающиеся Стороны> немедленно консуль­тируются между собой с целью достижения взаимоприемлемого реше­ния».

Из приведенного текста видно, что и по вопросу осуществления юрисдикции в Антарктике Вашингтонская конференция была вынужде­

§ 9. Международно-правовой статус и режим использования Антарктики

477

на согласиться с многообразием позиций и практики заинтересованных государств. Это означает, что государство — эксплуатант Антарктики бу­дет осуществлять юрисдикцию над лицами, направляемыми им для этой цели, в таком объеме и на основе таких принципов, которые будут для данного государства предпочтительными. Следовательно, государства могут осуществлять здесь как юрисдикцию над лицами (личная юрис­дикция), так и юрисдикцию, связанную с их территориальными притя­заниями (территориальная юрисдикция). Понимая неудовлетворитель­ность такого решения, участники Конференции включили в ст.

IX Дого­вора об Антарктике положение, согласно которому представители договаривающихся сторон будут собираться через определенные проме­жутки времени, в частности, для «разработки, рассмотрения и рекомен­дации своим правительствам мер, содействующих осуществлению прин­ципов и целей настоящего Договора, включая меры относительно: ...во­просов, касающихся осуществления юрисдикции в Антарктике...» (п. 1-е).

Важнейшим результатом Вашингтонской конференции явились раз­работка и закрепление в Договоре об Антарктике основных правовых принципов деятельности в этом районе. Первым из них следует назвать принцип мирного использования Антарктики, который не только про­возглашается, но и получает реальное подкрепление в виде запрещения любых военных мероприятий, включая «создание военных баз и укреп­лений, проведение военных маневров, а также испытания любых видов оружия» (п. 1 ст. I). Неисчерпывающий характер этого положения при­дает ему весьма широкий смысл, позволяющий трактовать данную ста­тью как основание для установления в Антарктике правового режима де­милитаризованной и нейтрализованной территории.

Такое понимание ст. 1 вытекает и из ее п. 2, где разрешение исполь­зовать военный персонал или военное оснащение для научных исследо­ваний или любых других мирных целей сопровождается установлением обязанности договаривающихся сторон информировать контрагентов о направлении в Антарктику своего военного персонала или оснащения с соблюдением условий, предусматриваемых Договором, в том числе, конечно, и п. 1 данной статьи. В настоящее время это положение, на­правленное на предотвращение возможных злоупотреблений, дополнено договоренностями относительно системы контроля, включая проведение инспекций, воздушного и наземного наблюдения, предоставление участ­никами Договора своевременной информации и другие меры, как это вытекает из ст. VII.

В качестве демилитаризованной и нейтрализованной территории Антарктика не может использоваться для размещения здесь воинских контингентов, служить театром военных действий или базой для ведения таковых где бы то ни было, не может быть полигоном для применения ядерного или обычного оружия.

Другим основополагающим принципом Договора об Антарктике яв­ляется принцип свободы научных исследований и международного со­трудничества в этой области, зафиксированный в ст.

II. Он означает, что указанная деятельность может осуществляться любым государством на равноправной основе с участниками Договора. В этих же целях ст. III предусматривает процедуру поощрения делового сотрудничества со спе­циализированными учреждениями ООН и другими межгосударственны-

478

Глава XVI. Территория в международном праве

ми организациями, «для которых Антарктика представляет интерес в на­учном или техническом отношении» (п. 2). Сама же процедура сотруд­ничества может выражаться в обмене информацией относительно планов научных работ, научным персоналом между экспедициями и по­лярными станциями, данными и результатами научных наблюдений и обеспечении свободного доступа к ним (п. 1).

Устанавливая в ст. V Договора запрещение проведения в Антарктике любых ядерных взрывов и удаление сюда радиоактивных материалов, его участники утверждают еще одно начало режима антарктической деятель­ности — принцип обеспечения экологической безопасности в регионе. Не случайно заключенная в 1980 г. Конвенция об охране живых ресур­сов Антарктики обязывает ее стороны независимо от их участия или не­участия в Договоре об Антарктике соблюдать, в частности, положения ее ст. V. Ядерный инцидент, имевший место на атомной электростанции американской антарктической базы Мак-Мердо, после которого США были вынуждены прекратить работу АЭС, указывает на действенность этого принципа.

Несомненная принципов, содержащихся в Договоре об Ан-

тарктике, опирается на солидный фундамент, который образует специаль­ный механизм обеспечения соблюдения установленного правового режи­ма деятельности в регионе. Краеугольным элементом такого механизма, описываемого в ст. VII и IX Договора, являются консультативные сове­щания договаривающихся сторон, созываемые, помимо специальных сес­сий, один раз в два года. Целью указанных консультативных совещаний является, помимо вопросов осуществления юрисдикции, разработка и дача правительствам государств-участников рекомендаций об использо­вании Антарктики только в мирных целях, содействии научным исследо­ваниям, научному сотрудничеству и осуществлению инспекционных ме­роприятий. Последние призваны способствовать достижению целей и обеспечению соблюдения положений Договора и реализуются в процес­се деятельности назначаемых сторонами наблюдателей, имеющих доступ в любые районы Антарктики, на все станции, установки, морские и воз­душные суда в любое время. Наблюдение может проводиться непосредст­венно с воздуха. Наконец, механизм обеспечения соблюдения правового режима Антарктики включает обязательные уведомления каждой из дого­варивающихся сторон всех ее контрагентов по Договору о всех экспеди­циях, совершаемых ее судами или гражданами либо организуемых на ее территории для исследования антарктического региона, о всех станциях, занимаемых ее гражданами, о любом военном персонале или оснащении, предназначенном для направления в Антарктику.

Что касается территориальной сферы действия Договора об Антарк­тике, то она определена ст. VI, согласно которой: «Положения настоя­щего Договора применяются к району южнее 60-й параллели южной широты, включая все шельфовые ледники...» Из этого следует, что в со­став конвенционного региона входят как сухопутные — материковые и островные, так и водные пространства, ограниченные с севера услов­ной линией — географической параллелью под 60° южной широты. При этом ст. VI содержит важную оговорку, указывающую, что Договор «не ущемляет и никоим образом не затрагивает прав любого государства или осуществления этих прав, признанных международным правом в отно­шении открытого моря, в пределах этого района». Данное положение

§ 9. Международно-правовой статус и режим использования Антарктики

479

еще раз свидетельствует о весьма значительном сходстве юридического статуса Антарктики со статусом упоминавшихся выше территориальных сфер с международным режимом. Характерно в этой связи отсутствие у побережья Антарктического материка и островных образований внут­ренних морских вод, территориального моря, прилежащей и исключи­тельной экономической зон, как это имело бы место, если бы сама Ан­тарктида и прилежащие к ней морские и сухопутные пространства под­падали под суверенитет или юрисдикцию той или иной страны.

Участие в Договоре об Антарктике имеет открытый для всех заинте­ресованных государств характер, однако членами консультативных, сове­щаний могут стать помимо первоначальных участников страны, прово­дящие в регионе существенную научную деятельность (экспедиционную либо постоянную).

Положения Договора об Антарктике, создающие фундамент для ме­ждународно-правового регулирования в этом регионе, получили разви­тие и дополнение в ряде других международных многосторонних согла­шений. Первым таким документом явилась Конвенция о сохранении ан­тарктических тюленей 1972 г., предусматривающая существенное ограничение добываемых их видов, а также устанавливающая допусти­мые уровни вылова, лимитирующая добычу по полу, размеру, возрасту, определяющая открытые и закрытые для охоты районы, регламентирую­щая применение различных орудий лова. Важнейшей составной частью созданной этой Конвенцией системы охраны тюленей Антарктики явля­ется проведение инспекций деятельности по их добыче.

В 1980 г. была заключена Конвенция о сохранении морских живых ресурсов Антарктики, представляющая собой первый международ­но-правовой документ, базирующийся на экосистемном подходе, т. е. исходящий из понимания необходимости комплексной защиты биоре­сурсов антарктических морей как единой, целостной системы. Поэтому объектом ее регулирования являются популяции плавниковых рыб, мол­люсков, ракообразных, всех других видов живых организмов (в том чис­ле птиц), находящиеся не только в пространстве к югу от 60-й параллели южной широты, но и вообще в районе «между этой широтой и Антарк­тической конвергенцией», т. е. в зоне более протяженной в широтном направлении, где происходит схождение (совмещение, перемешивание) сугубо антарктических природных факторов (океанологических, физиче­ских, био- и фитологических) с факторами более северного океаниче­ского региона.

Конвенцией учреждена Комиссия по сохранению морских живых ресурсов Антарктики, управомоченная выполнять научно-прикладные, информационные, организационные и контрольные функции, причем предпринимаемые ею меры по сохранению становятся обязательными для всех государств — членов Комиссии по истечении 180 дней после того, как о них последние надлежащим образом будут уведомлены.

Условия и порядок разработки ископаемых природных ресурсов Ан­тарктики определяются Конвенцией по регулированию освоения мине­ральных ресурсов Антарктики 1988 г. Ее основные принципы развивают, детализируют содержащийся в Договоре об Антарктике принцип обеспе­чения экологической безопасности региона, устанавливая правовой ре­жим разработки неживых природных ресурсов, при котором в первооче­редном порядке учитывалась бы необходимость защиты природной сре­

480

Глава XVI Территория в международном праве

ды, предотвращения причинения ей значительного уважения

прав и интересов других пользователей Антарктики. В качестве механиз­ма реализации положений Конвенции учреждены специальные орга­ны — Комиссия и Консультативный комитет, обладающие достаточны­ми правомочиями, чтобы осуществлять организационные и контрольные функции в отношении конвенционной деятельности эксплуатантов.

Конвенция 1988 г. в силу не вступила ввиду весьма отрицательного отношения к ней большинства членов международного сообщества, вы­разивших в принятой Генеральной Ассамблеей ООН резолюции сожале­ние в связи с позицией участников данного соглашения, недооценивших особую уязвимость экосистемы антарктического региона. Такая реакция была правильно воспринята государствами — членами Конвенции, кото­рые на XI специальной сессии Консультативного совещания в 1991 г. подписали в Мадриде Протокол по регулированию освоения минераль­ных ресурсов Антарктики об охране ее окружающей среды, являющийся дополнением к Договору об Антарктике 1959 г.1

Из числа прочих положений Протокола, направленных на укрепле­ние системы Вашингтонского договора и обеспечение исключительно мирного использования данного полярного региона, на то, чтобы Ан­тарктика никогда не стала объектом международных конфликтов, необ­ходимо выделить установление ст. 7, возлагающее на участников запрет в отношении любой деятельности, связанной с минеральными ресурса­ми, за исключением научно-исследовательской. Тем самым фактически замораживается проведение всех видов геологоразведочных (и, конечно, эксплуатационных) работ сроком на 50 лет, а сама Антарктида провоз­глашается международным заповедником. Каждая из договаривающихся сторон обязана осуществить все необходимые законодательные и иные меры, включая акции административного и принудительного порядка, в целях обеспечения соблюдения Протокола, а также предпринять надле­жащие усилия, совместимые с Уставом ООН, чтобы воспрепятствовать осуществлению в Антарктике любым государством деятельности, несо­вместимой с Протоколом.

Протоколом устанавливается процедура урегулирования возможных споров при толковании и применении его положений, а договариваю­щиеся стороны обязываются разработать Правила о материальной ответ­ственности за ущерб в случае нанесения такового в результате деятель­ности в Антарктике.

<< | >>
Источник: Бекяшев К.А, Л. П. Ануфриева, Устинов. Международное публичное право : учеб. — 4-е изд., перераб. и доп. — М. : ТК Велби, Изд-во Проспект. — 784 с.. 2005

Еще по теме § 9. Международно-правовой статус и режим использования пространств и ресурсов Антарктики:

  1. § 1. Концепция общего наследия человечества
  2. § 9. Международно-правовой статус и режим использования пространств и ресурсов Антарктики
  3. 16.2. Государственное управление в информационной сфере
  4. XII ТЕРРИТОРИЯ В МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ
  5. XVIII ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
  6. 9.2. Система Договора об Антарктике
  7. § 2. Источники международного морского права
  8. § 3. Принципы международного морского права
  9. § 5. Открытое море
  10. ТЕРРИТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНАЯ
  11. II Монографии, учебники и статьи на русском языке
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -