<<
>>

Условия для появления лидеров «демократического» толка

Если хотим идти до конца в социологическом рассуждении, мы не можем довольствоваться простой констатацией важности лидеров и способа осуществления ими лидерства. Если социально-политический контекст подталкивает к «неформальному выкручиванию», уходу в себя или подчинению господствующей модели власти, проблематичным представляется не только появление социальных движений — социологической загадки, которую мы уже отчасти раскрыли — но также существование лидеров, не соответствующих этой модели социально-политических отношений.

Нам следует попробовать, таким образом, понять, откуда берутся эти лидеры, что их толкает к тому, чтобы действовать вразрез с господствующими нормами. Вопросы таковы: как некоторые люди, очевидно наделенные сильной волей, втягиваются в коллективные действия (вместо того, например, чтобы заниматься собственной профессиональной карьерой), берут на себя лидерство, разделяя свою власть с другими, и насколько их ангажированность устойчива во времени?

Для того чтобы разобраться в этом, наиболее эффективным методом является изучение биографий лидеров, которое мы пока что осуществили в отношении весьма ограниченной группы лидеров. Несмотря на трудности, возникающие при подобном проникновении в глубины личной жизни активистов, которые с большей охотой говорят о своей общественной жизни, нам нужно продолжать анализ биографий.

К. Клеман. Новые социальные движения в России

Именно к этому нас призывают некоторые теоретики общественных движений[318].

На основе данных, которыми мы располагаем на данной стадии исследования, мы уже можем выделить определенные характеристики, общие для лидеров «демократического толка». Они появились или утвердились в качестве лидеров на волне мобилизации, а это означает, что лидерами их признала «улица», группа, занимающаяся коллективными действиями.

Поэтому первым источником их авторитета (или лидерства) стали «люди» (народ, если угодно), но люди не абстрактные и далекие, а коллективно действующие и близкие люди (те, кто в политической лексике именуется их «социальной базой»). Следует отметить, что подобная близость, являющаяся источником специфического авторитета местных лидеров, также создает трудности для возникновения более массовых движений, поскольку мешает появлению лидеров федерального уровня. Инициативная группа или активистская сеть — основной источник их общественного признания. Несмотря на то что указанные лидеры могут опираться и на другие организации, в которых они состоят или являются лидерами (общественная организация или партия), они не дают им такого признания или авторитета, которыми их наделяют более обширные активистские сети. Следует также отметить, что общественное признание таких лидеров обычно не ограничивается одними низовыми активистскими группами. Оно выходит далеко за пределы таких групп. Но если они могут вступать в публичные дебаты или на равных вести переговоры с представителями институционализированной власти, этим они снова обязаны, главным образом, власти, которую им обеспечивают активистские сети (а не их формальный статус внутри узкой организации, личные контакты или их материальные ресурсы). Лидеры, о которых мы ведем разговор, эмоционально зависимы от своей социальной базы, с которой они ведут общую борьбу, коллективно празднуют успех и «теснее смыкают ряды» в случае неудачи. В ходе интервью лидеры с удовольствием начинают пространный и романтизированный рассказ о том или ином эпизоде коллективных действий, который их впечатлил. Когда они об этом рассказывают, у них блестят глаза, эмоции бьют ключом; сразу видно, что они чувствуют радость, удовольствие и гордость. Наконец, опыт власти совместного действия становится источником самоутверждения. Это открытие — мочь сделать самому, но также «для» и «с» другими. Отсюда — самореализация, которая происходит совсем иначе, чем это предполагают господствующие нормы (делать деньги или занять место в институциональной политико-административной системе), более того, через вызов этим

нормам.

Чем больше длится эта ангажированность, тем больше лидеры привязываются к своей базе, тем меньше у них соблазна уйти в противоположный лагерь, вернуться к норме. Разрыв эмоциональных связей способен даже привести к тяжелому личному кризису. Лидерам этого типа свойствен рост их социального капитала. Их признает все больше и больше людей. Сначала это происходит на местном уровне, потом на региональном, и очень медленно - в рамках межрегиональных сетей. Их уважают, им доверяют. Взамен все они выражают готовность заслужить уважение, быть достойными доверия — что, таким образом, предполагает как обязанности, так и права.

Из этого короткого рассуждения мы можем вывести основные условия, дающие нам основание увидеть во власти, осуществляемой этими лидерами, предпосылки альтернативной модели властных взаимоотношений. Прежде всего, источником их власти являются организованные, активно действующие люди, которые отстаивают свои права и осознают свою власть «делать вместе», а потому, в принципе, способны контролировать лидеров. И последнее: власть для них не представляется самоцелью. Смыслом обладает участие в коллективных действиях, а не власть сама по себе. Именно власть «делать вместе» постепенно превращается в движущую силу их ангажированности. Главное — это открывающаяся перспектива освобождения от господствующей модели власти, возможность открыть дверь социальным преобразованиям.

<< | >>
Источник: А. Олейник  О. Гаман-Голутвина. Административные реформы в контексте властных отношений: А28 Опыт постсоциалистических трансформаций в сравнительной перспективе. 2008

Еще по теме Условия для появления лидеров «демократического» толка:

  1. КОНЕЦ «ЛИБЕРАЛЬНОЙ ЭРЫ»
  2. § 2. Взгляды политических партий на проблемы власти переходного периода: сравнительный анализ
  3. 4.3. ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ РЕЖИМ В РОССИИ
  4. 9.1. ПОНЯТИЕ И ТЕОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ЭЛИТ
  5. ВТОРОЙ ПРОВАЛ ВСЕОБЩЕГО ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ПРАВА
  6. § 1. Соотношение сил между СССР и США и проблемы двусторонних советско-американских отношений
  7. Двухпартийная система: согласие и соперничество
  8. Крестьянские партии в политической структуре Болгарии и Румынии в первой четверти XX в. Т. Ф. МАКОВЕЦКАЯ, Т. А. ПОКИВАЙЛОВА
  9. Условия для появления лидеров «демократического» толка
  10. Имидж политического лидера иполитического руководителя
  11. ОБЩЕСТВЕННОЕ РАВНОВЕСИЕ В УСЛОВИЯХ МНОГОПАРТИЙНОСТИ
  12. § 1. Структура и содержание политического сознания
  13. Оппозиционные политические партии
  14. 1. Гендерный анализ списков кандидатов в депутаты Государственной Думы
  15. Влияние информационных технологий на отношения власти и населения
  16. 1 ФЕВРАЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1917 ГОДА: ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ВЫБОРА ДЛЯ РОССИЙСКИХ ПАРТИЙ.
  17. ГЛАВА XII. РЕГИОНАЛЬНЫЙ ПАРТОГЕНЕЗ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ.
  18. 1.2 Правый радикализм в партийно-политической системе и политическом дискурсе современной Великобритании
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -