<<
>>

Роль страха перед преступностью в детерминации преступности.

Указанное положение вплотную подвело нас к наиболее эксплуатируемой в последнее время проблеме места и роли связанного с виктимизацией страха перед преступностью в детерминации преступности на уровне социального целого.

Выше мы уже упоминали о влиянии страха перед преступностью на формирование защитной реакции граждан, состояние аномии и определения направлений уголовной политики, криминализации и декриминализации определенных деяний. Пожалуй, именно выделенные пол

ожения напрямую определяют роль страха перед преступностью и таких основных его форм, как:

- общее состояние страха перед преступностью;

- патологический страх перед преступностью;

- культурные состояния страха перед преступностью;

- детерминированные опытом виктимизации личностные виктимные фобии;

- острые состояния страха в критической ситуации.

За последние двадцать лет страх стать жертвой преступления стал важным предметом исследования криминологов во всем мире. Библиографический указатель Национального института юстиции США насчитывает более 2000 наименований работ, связанных с исследован

ием проблем страха перед преступностью [452].

Виктимологические опросы населения, проводимые на национальном и международном уровнях, свидетельствуют, что страх перед преступностью испытывает значительный процент населения в развитых и развивающихся странах.

Что нам известно о страхе стать жертвой преступления? Какие основные факторы определяют его существование?

Многие современные исследовательские работы пытаются показать связь между страхом стать жертвой преступления с такими индивидуальными социально-демографическими характеристиками, как пол, возраст, семейное положение, образование и заработок, а также

пережитый опыт виктимизации.

Лучшие из американских работ пользуются многовариантными статистическими технологиями и большим количеством примеров, в основном анализируя данные Национальных обзоров виктимизации и данные массовых опросов населения.

Эти труды в своем большинстве у

казывают на обстоятельство, что страх перед преступностью в США в большей мере испытывают женщины, старики, чернокожие, бедняки и лица, ранее подвергнутые виктимизации [453]. Работы в этом направлении являются полезными и требуют дальнейшего углублен

ия.

Вместе с тем более последовательной является точка зрения, согласно которой страх перед преступностью не может быть объяснен только ростом преступности, а также и иными социально-демографическими, социально-экономическими, социокультурными факторами,

способствующими виктимизации. В действительности его существование как своеобразной формы общественного сознания вызвано целой совокупностью причин. С социологической перспективы, на страх перед преступностью оказывают влияние социальные изменения в

обществе, структура общественных отношений, образ жизни, занятость, наличие развитой инфраструктуры, жилищные условия, экологические факторы, средства массовой информации [454].

Особый интерес вызывают исследования взаимосвязи страха перед преступностью и социокультурных установок общины, цивилизованности образа жизни. По мнению Г. Кури, чем больше грязи человек видит на улицах, чем больше людей вокруг него ходят в лохмотьях

, тем выше у него ощущение небезопасности и страха. Со страхом перед преступностью коррелирует низкий уровень дохода, плохие жилищные условия и сложные жизненные проблемы, в которых оказывается человек, не могущий обеспечить надлежащий уровень безопа

сности себе и своим близким [455]. При этом характеристики страха перед преступностью во многом зависят и от ощущения общественной безопасности в целом, тревоги за судьбы развития общества, вовлеченности граждан в деятельность по самоуправлению общин

ой и государством.

Показательны в связи с этим данные опросов населения США, проводимые Институтом Гэллапа. Так, в 1982 году среди проблем, наиболее тревожащих население США сегодня 61 % респондентов выделяли безработицу и 3 % - преступность. В 1999 году с ростом общес

твенного богатства, улучшением эффективности деятельности правоохранительных органов, стабильным снижением преступности на протяжении всего правления администрации Б.

Клинтона только 4 % респондентов выделяли безработицу среди проблем, наиболее трево

жащих население США, и 17 % - преступность, насилие. Интересно, что с ростом внимания администрации к проблеме обеспечения безопасности населения и постоянным освещением этой проблемы в средствах массовой информации проблема преступности, насилия ука

зывалась среди основных 2 % респондентов в 1991 году, 5 % - в 1992, 9 % - в 1993, 52 % - в 1994456, 27 % - в 1995, 25 % - в 1996, 23 % - в 1997, 20 % - в 1998 и 17 % американцев - в 1999 году [457].

Вместе с тем оценки американских граждан касательно роста преступности и обеспокоенности ею разительно изменились. Так, сотрудниками Инстиута Гэллапа респондентам был задан вопрос: <Стало ли больше или меньше совершаться преступлений в США по сравнен

ию с прошлым годом?>

Ответы респондентов сведены в таблицу 3.

Таблица 3.

??аж?ЄжЁЁ яї?аЁ¦я-ж?і относительно состояния преступности в стране

Годы Больше Меньше ОдинаковоЗатрудняюсь

ответить

198984556

199084376

199289344

199387454

1996711686

1997642565

1998523585

Соответственно, на вопрос <Стало ли больше или меньше совершаться преступлений вблизи от Вашего места жительства по сравнению с прошлым годом?> респонденты дали ответы, которые сведены в таблицу 4 [458].

'яІ<Ёжя 4.

??яі?фірр яє?яртя-і?ч относительно состояния преступности в регионе

Затрудняюсь

Годы Больше Меньше Одинаково ответить

19895318248

19905118248

19925419234

19964624255

19974632202

19983148165

Как видим, при общей тенденции сокращения страха перед преступностью на национальном и локальном уровнях наблюдается интересная социально-психологическая закономерность отторжения проблемы, дистанцирования от преступности и негативных эмоций, связанн

ых с ней.

Фактически большинство опрошенных (и эта особенность характерна не только для США) считают, что преступность возрастает в государстве, оставаясь неизменной в местах проживания. При этом считается, что насильственная преступность возрастает повсюду, т

огда как имущественная растет в основном в районах проживания.

Указанные обстоятельства отражаются и на установках граждан, напрямую связанных со страхом перед преступностью. Так, в 1977 году 45 % американцев опасались гулять в одиночку ночью рядом с местом проживания и 15 % - ощущали себя небезопасно находясь

дома. К 1997 году количество первых уменьшилось до 38, а вторых - до 9 % [459].

Практически при высоком уровне виктимизации преступность оценивается более как локальная, а не национальная проблема, мешающая жить, работать, забирающая больше сил и средств на обеспечение собственной безопасности, формирующая виктимные перцепции и

страхи. 42 % респондентов, опрошенных в 1998 году, показали, что они боятся преступности [460], в то время как улучшение состояния общественной безопасности обращает внимание и на государственные аспекты состояния данного вопроса при прагматичном при

нятии необходимых мер ситуативной профилактики. Так, 94,3 % респондентов в США запирают двери, боясь нападения, 78,9 % - действуют с определенными мерами предосторожности, 36,1 % - стараются не выходить из дому по ночам, 32,8 % - держат оружие в доме

, 29,9 % - содержат собаку, 21,2 % - участвуют в программах соседского контроля, 19,5 % - используют системы сигнализации, 18,6 % - носят баллончики со слезоточивым газом, 17,8 % - прошли курс самообороны, 11 % - берут с собой оружие, выходя из дома

[461].

Следует указать, что нам должно быть ясно, с применением каких данных исследуется страх перед преступностью. А именно, имеем ли мы в виду реальный либо официально зарегистрированный уровень преступности? Оба они могут вызвать страх стать жертвой прес

тупления, но процессы вызывания такого страха различаются.

Реальный уровень преступности, который лучше всего может быть измерен согласно данным о виктимизации, может вызвать страх стать жертвой преступления через физическое столкновение людей с преступлением. Следует отметить и то, что анализ, относящийся к

лицам, опрошенным о пережитом опыте виктимизации, открывает малые возможности по ослаблению связи между их опытом и страхом стать жертвой преступления.

Многие же люди формируют собственное видение проблем преступности на основе средств массовой информации, а не на базе реального пережитого опыта столкновения с преступлением (принимая во внимание, что большинство не имеет такого опыта вовсе).

Уровень преступности, установленный на основе предъявленных и официально зарегистрированных случаев, может вызвать страх стать жертвой преступления, влияя на репортажи о преступности в средствах массовой информации или при публикации квартальных, пол

угодовых и годовых отчетов о преступности.

Профессор Нью-Йоркского государственного университета Аллен Лиска с помощью многофакторного анализа [462] изучил влияние как реального уровня преступности в данных отчетов о виктимизации, так и уровня официально зарегистрированной преступности, а так

же отображения образа преступности в средствах массовой информации на страх стать жертвой преступления. Предполагалось, что различия в страхе стать жертвой преступления будут отражать прямой (физический) опыт столкновения людей с преступлением, измер

енный уровнем виктимизации, и косвенный (символический) опыт столкновения с преступлением, измеренный репортажами о преступности в прессе. Ожидалось также, что зарегистрированная преступность влияет на страх стать жертвой преступления только через св

ое влияние на репортажи о преступности в прессе и что уровень преступности, измеренный уровнем виктимизации, вызывает страх как прямо, так и опосредованно, через влияние на уровень зарегистрированной преступности.

Результаты исследования можно представить следующим образом. Прежде всего, в таблице 5 рассмотрим вариации или распределение страха от совершения преступления днем и ночью в 26 американских городах.

Таблица 5.

Распределение страха перед преступностью

і зависимости от времени суток

Процент чувствующих себя <очень неуверенно> ночью и днем

НочьюДнем

% города% города

30 - 3515 - 61

25 - 3074 - 52

20 - 25103 - 46

15 - 2072 - 37

10 - 1511 - 26

0 - 14

Приведенные данные в таблице отражают количество респондентов, чувствующих себя очень неуверенно ночью (первая колонка) и днем (вторая колонка).

Процент чувствующих <очень неуверенно> колеблется днем от 0,4 % до 5,3 % со средним значением 2,4 %, а пр

оцент чувствующих <очень неуверенно> ночью варьируется от 11,9 % до 32,1 % со средним значением 21 %. Страх стать жертвой преступления, очевидно, ночное явление, которое значительно различается от города к городу.

После осуществления статистического анализа преступности и данных виктимологических опросов, контент-анализа сведений о преступности в средствах массовой информации, используя при этом анализ сопряженности и регрессионные уравнения, исследователям

и были определены взаимосвязи между официальным уровнем преступности, уровнем виктимизации и характеристиками влияния на указанные факторы средств массовой информации. Соотношение между официальным уровнем преступности и уровнем виктимизации и страха

стать жертвой преступления представлено в таблице 6.

'яІ<Ёжя 6.

Корреляция между официальным уровнем преступности

и уровнем виктимизации

Официальный уровень Уровень виктимизации

преступности

Убийства

0,74

Кражи с отягчающими

обстоятельствами

0,72

Телесные повреждения

0,44

Изнасилования

0,27

Кража со взломом

0,03

Разбой

0,33

Кража автомобилей

32

Все уголовные дела

0,08

Становится ясным, что убийства и кражи с отягчающими обстоятельствами показывают самое сильное позитивное соотношение со страхом. Это же подтверждается и линиями регрессии. Из семи категорий исследуемых уголовных дел убийства и кражи с отягчающими об

стоятельствами стоят на первом и втором месте и сохраняют те же позиции при рассмотрении других уголовных дел. Что же касается уровня виктимизации, только кражи с отягчающими обстоятельствами показывают положительную связь со страхом [463].

Имеется слишком много переменных воздействия средств массовой информации на общественное сознание и мнение, чтобы все соотношения были представлены в этой работе. Тем не менее такие соотношения очевидны и обосновываются различными методиками статисти

ческого анализа.

Например, из числа исследованных А. Лиской уголовных дел только репортажи о местных убийствах и о кражах с отягчающими обстоятельствами находятся в корреляционном соотношении со страхом. Таким образом, хотя газеты пестрят репортажами о преступлениях,

выходит, что страх оказаться жертвой преступления лишь в малой мере находится под их влиянием. Официальный уровень убийств находится в корреляции 0,73 со страхом стать жертвой преступления; когда же рассматриваются и репортажи о местных убийствах, к

оэффициент опускается до 0,56. Очевидно, что влияние официального уровня убийств опосредовано газетными заметками о местных убийствах. Вместе с тем официальный уровень убийств и репортажи отражают 61 % вариаций между различными городами по поводу стр

аха стать жертвой преступления; официальный уровень убийств сводится к коэффициенту корреляции 0,58, а заметки о местных убийствах - к коэффициенту 0,30.

При установлении связи между страхом и репортажами о местных кражах официальный уровень краж с отягчающими обстоятельствами и уровень виктимизации (через кражи с отягчающими обстоятельствами) отражается в коэффициенте 0,55 для официального уровня пре

ступности и коэффициенте 0,28 для уровня виктимизации. Это предполагает, что прямое воздействие официального уровня в два раза превышает влияние уровня виктимизации.

Исследование А. Лиски подтвердило тот факт, что, в то время как репортажи о местных убийствах отражают официальный уровень убийств, репортажи о местных кражах не отображают официального уровня краж. Это объясняется тем, что кражи настолько часты, что

все преступления не регистрируются, а из зарегистрированных случаев лишь небольшая часть публикуется в печати. Следовательно, можно с уверенностью утверждать, что между американскими городами репортажи о местных убийствах важнее репортажей о местных

кражах для объяснения вариаций страха стать жертвой преступления.

Таким образом, опыт пережитой виктимизации вызывает страх независимо от газетных репортажей, а газетные репортажи о местных убийствах, а значит, символический опыт, вызывают страх стать жертвой преступления независимо от официального уровня и уровня

виктимизации [464].

Перечисленные примеры исследований страха перед преступностью в США позволяют сделать некоторые выводы.

Во-первых, страх перед преступностью на национальном уровне связан с состоянием национальной безопасности и уверенностью населения страны в стабильности охраны его законных прав и интересов.

Во-вторых, страх перед преступностью носит явно выраженный локальный характер, усугубляясь характеристиками условий жизнедеятельности субъектов, их образом жизни, опытом виктимизации, информацией о преступлениях и жертвах. Причем, страх перед престу

пностью опосредуется в определенной мере публикациями о локальных насильственных преступлениях.

В-третьих, общий уровень страха перед преступностью параллелен уровню виктимизации общества в целом.

Криминогенное значение страха перед преступностью выражается, соответственно, на нескольких уровнях.

На общесоциальном уровне: в формировании панических настроений и аномии при ощущении полной небезопасности существования граждан в обществе. Страх перед преступностью, ухудшая качество жизни, вынуждая граждан предпринимать защитительные меры, <демора

лизует общество, дезорганизует его и тем самым усиливает аномию> [465].

На уровне малых групп и сообществ: в формировании групп аутсайдеров, маргиналов, наиболее пораженных преступностью, и ответных враждебных реакциях аутсайдеров, стигматизируемых государством и культурой как <виновные> жертвы, <жертвы-провокаторы>.

Наконец, на индивидуальном уровне страх перед преступностью, негативно влияя на психику и моральные оценки личности, дестабилизирует психическое состояние субъекта, подталкивает его на необдуманные, аффективные поступки, снижая границы самоконтроля и

повышая импульсивность реакций. Не исключено также, что опыт виктимизации, кумулируя страх перед преступностью, в зависимости от особенностей психики субъекта, в состоянии понизить защитительные способности жертвы в криминогенной ситуации, тем самым

повышая самооценку преступника и провоцируя его на совершение антиобщественных действий.

<< | >>
Источник: Туляков В. А.. ВИКТИМОЛОГИЯ. социальные и криминологические проблемы. 2000

Еще по теме Роль страха перед преступностью в детерминации преступности.:

  1. ФАКТОРЫ, ПОБУЖДАЮЩИЕ К СОКРЫТИЮ ПРЕСТУПЛЕНИЯ И ВЛИЯЮЩИЕ НА ВЫБОР СПОСОБА И ВОЗМОЖНОСТЬ СОКРЫТИЯ
  2. 2.1.1. Негативные социальные отклонения в поведении несовершеннолетних и их криминогенное значение
  3. 2.1.4. Криминологическая характеристика преступности несовершеннолетних и проблемы ее профилактики в России
  4. Глоссарий и утверждения
  5. Генезис отклоняющегося поведения и классификация жертв
  6. 4.2.2. Виды виктимности
  7. 4.3.2. Криминогенность виктимности на макроуровне
  8. Роль страха перед преступностью в детерминации преступности.
  9. § 6. Адвокатская деятельность в экстремальных ситуациях
  10. «КЛАССОВЫЙ РАСИЗМ» Э. Балибар
  11. 13.3. Факторы, побуждающие к сокрытию преступления и влияющие на выбор способа и возможность сокрытия
  12. § 2. Преступность как системно-структурное явление
  13. § 2. Криминологический анализ социальной средыразного уровня
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -