<<
>>

1.3. Правоприменительная практика противодействия религиозному экстремизму

В соответствии с Международной конвенцией о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 21 декабря 1965 г. государства-участники обязуются принять позитивные меры, направленные на искоренение всякого подстрекательства к такой дискриминации или актов дискриминации.

В связи с этим в 2002 г. в Российской Федерации принят Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», ставший основополагающим источником права в деле организации борьбы с этим опасным преступлением, которое по своему содержанию зачастую является крайним проявлением расовой нетерпимости. В целях защиты прав и свобод человека и гражданина, основ конституционного строя, обеспечения целостности и безопасности Российской Федерации названным Законом определяются правовые и организационные основы противодействия экстремистской деятельности, устанавливается ответственность за ее осуществление.

В частности, согласно ст. 1 Закона под экстремистской деятельностью понимается:

— деятельность общественных и религиозных объединений, либо иных организаций, либо средств массовой информации, либо физических лиц по планированию, организации, подготовке и совершению действий, направленных в том числе на: возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию; унижение национального достоинства; осуществление массовых беспорядков, хулиганских действий и актов вандализма по мотивам идеологической, политической, расовой, национальной или религиозной йена- висти либо вражды, а равно по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы; пропаганду исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности; пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения; публичные призывы к осуществлению или совершению экстремистской деятельности; финансирование указанной деятельности либо иное содействие ее осуществлению или совершению, в том числе путем предоставления помимо финансовых средств недвижимости, учебной литературы, полиграфических и других материально-технических средств.

В течение последних 10-15 лет отдельные экстремистские проявления на почве ксенофобии, расизма и религиозной нетерпимости стали представлять достаточно организованные действия экстремистских организаций, прежде всего молодежных, использующих в своих целях националистические , политические и конфессиональные лозунги.

Наиболее аргументированно об обострении ситуации в области борьбы с экстремизмом свидетельствует статистика, в соответствии с которой в последние годы в Российской Федерации происходит неуклонный рост преступлений экстремистской направленности. Если в 2004 г. было совершено 130 актов экстремизма, а в 2005 г. таких преступлений зарегистрировано 152, то в 2006 г. их совершено уже 230, в 2007-м - 356, а в 2008-м - 460 [11]. Более того, экстремистские проявления становятся все более многообразными. Так, до 2000 г. национальное уголовное законодательство насчитывало 15 составов преступлений экстремистского характера, в 2008 г- их стало 32 [12].

В число экстремистских действий входят избиения и убийства иностранных граждан, погромы на рынках, вандализм на кладбищах, нападения на верующих и священников и другие подобные преступления. Все чаще члены экстремистских организаций — скинхеды и др. — стали проявлять себя в акциях против своих идеологических противников (в частности, убийство в Москве активиста антифашистского движения А. Рюхина тремя скинхедами, членами организации «Сити-Хантерс-38», или городские охотники).

Значительно расширилась география экстремистских проявлений, они отмечаются не только в городах-миллион- щиках, но и в иных регионах Урала, Сибири, Дальнего Востока, Поволжья-По данным МВД, насчитывается до 15С группировок экстремистской направленности, в составе которых около 10 тыс. человек. По сведениям неправительственных организаций (НПО), число участвующих в подобных группах может достигать 50 тыс. человек [131-

Результаты исследования националистических настроений в современной России показали следующее: доля россиян, питающих антипатию к «иностранцам», постепенно сокращается: если в 2002 г.

почти каждый третий участник опроса (32%) заявлял, что испытывает «раздражение или неприязнь по отношению к представителям той или иной национальности», то в 2004 г.- 29%, а сейчас - 21 %. При этом доля уверяющих, что они не испытывают подобных эмоций, постепенно растет; в 2002 г. - 65%, в 2004 г — 67%, сейчас - 75%.

Однако большинство опрошенных (58%) сегодня считают нужным ограничить въезд «представителей некоторых национальностей» в свой регион или населенный пункт, только около трети (32%) высказываются против этого. Половина респондентов, не испытывающих, по их словам, неприязни к «инородцам» (49% этой группы), выступает за подобные антиконституционные ограничения, тогда как против — только 39% этой «интернационалистической» части наших сограждан.

Если бы было принято решение о «депортации» представителей некоторых национальных групп, то такое решение одобрили бы 42% опрошенных, не одобрили бы - 41% (остальные затруднялись с ответом) [14].

Наряду с социально-экономическими и религиозными корнями распространения идей национализма (социальное расслоение, смена идеологических ориентиров, незанятость молодежи и др.) в числе обстоятельств, способствующих активизации экстремистских групп, можно выделить: широкое распространение материалов экстремистского содержания в Интернете - от набора пропагандистских материалов до методик проведения акций и видов используемых при этом снаряжения и оружия, детальное освещение в СМИ акций молодежи за рубежом (поджоги тысяч автомашин, разбитые витрины, разграбленные магазины, сопротивление полиции и войскам и др.) и диктат условий властям (изменение законодательства, льготы и др.); неконкретность и неполнота законодательных актов в сфере противодействия экстремизму, что снижает эффективность правоприменительной деятельности; отсутствие государственной программы мер по противодействию экстремизму и ксенофобии (Федеральная целевая программа «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе (2001-2005 годы)» была досрочно завершена, новой программы нет); мягкость назначаемого судами наказания за совершение преступлений, связанных с возбуждением ненависти или вражды, организацией экстремистского сообщества или организации и участием в их деятельности (ст.

282,282*,2822 УК РФ).

Вряд ли российское общество может оставаться в стороне от такой сложной проблемы, как противодействие религиозному экстремизму, который в значительной степени проявляет себя в скрытой и завуалированной форме. В связи с этим Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» призван не только служить определению степени наказания по разжиганию национальной розни, но и содействовать формированию ценностных ориентиров в обществе, формированию толерантных отношений между народами, достижению гражданского согласия. При этом должна решаться главная задача - воспитание культуры межнационального общения. В сфере конфессиональных отношений должен быть принцип равноправия, создания одинаковых условий обитания, возможностей доступа к работе, образованию и т.д.

Тенденция нарастания религиозного экстремизма во многом обусловлена существующими противоречиями во взаимоотношениях между конфессиями, активизацией деятельности иностранных религиозных, благотворительных И ИНЫХ организаций, практическая деятельность которых формально не противоречит положениям российского законодательства, а на деле нередко способствует появлению напряженности на религиозной почве. Особую обеспокоенность вызывают их попытки, направленные на внесение раскола в традиционные для России религиозные объединения (православные, мусульманские, иудейские и другие общины).

Неуважительное отношение к российским традиционным конфессиям способствует формированию предпосылок к экстремистским проявлениям религиозного характера, в том числе и на бытовом уровне, возбуждению религиозной розни и антиобщественным действиям по религиозным мотивам, влияет на состояние межгосударственных отношений.

Религиозная экспансия на территорию России привела к значительному росту новых религиозных движений. Количество зарегистрированных в Российской Федерации конфессиональных направлений возросло за десятилетие с 20 до 90. Интенсивный рост религиозных новообразований нарушает сложившийся в стране этноконфессиональный баланс, вызывает возрастание межконфессионального соперничества и недовольства основной части населения.

В этих условиях органы исполнительной власти не всегда правильно выстраивают свои отношения с религиозными организациями, а нередко и уходят от новых проблем, не обеспечивая соблюдения законности, не налаживают взаимодействия в решении общих задач [15].

Одной из традиционных религий в России является ислам. По оценкам экспертов, в Российской Федерации проживают 14—15 млн граждан, относящихся к мусульманской культуре. А с учетом миграции это число может увеличиться. Росту экстремистских проявлений на фоне обостряющихся социально-экономических проблем способствуют попытки со стороны ряда зарубежных исламских организаций активизировать распространение на территории России радикальных форм исламской идеологии, в том числе путем финансирования деятельности экстремистских группировок. Духовные управления мусульман часто оказываются не в состоянии эффективно противостоять организованному наступлению экстремизма под знаменами ислама.

Особую опасность представляют попытки экстремистов расширить свою социальную базу за счет молодежи. В этих целях зарубежные эмиссары направляют усилия на формирование в Российской Федерации своего кадрового резерва, организуют направление молодых российских граждан на обучение в зарубежные исламские центры. По оценкам экспертов, в настоящее время более 4 тыс. российских граждан обучается в исламских учебных заведениях Алжира, Турции, Сирии, Саудовской Аравии, Катара, Иордании, Египта, Туниса, Пакистана, Малайзии и других стран арабского мира [16]. Большинство обучающихся там россиян, пройдя подготовку в духе чуждых российскому исламу установок, после возвращения служат проводниками исламского экстремизма и радикализма.

В вопросе об экстремизме, использующем исламские лозунги, очевидно, следует исходить из того, что это — долговременный фактор мировой политики, и преодолеть его, а также сопряженную с ним террористическую угрозу, в обозримой перспективе вряд ли удастся. Поэтому необходимо выстраивать политику таким образом, чтобы, вписываясь в целом в рамки международных усилий по преодолению так называемого исламского экстремизма, устранению его коренных причин, не допустить превращения Российской Федерации в главную мишень терроризма под исламским флагом.

Этим задачам отвечает политика России по четкому соблюдению принципов Устава ООН при осуществлении силовых действий в контексте противодействия международному терроризму и экстремизму.

В этой связи следует распространять и пропагандировать исторический опыт добрососедского сосуществования в мно-

гонациональной России последователей различных культур и религий, показывать глубокое различие между ваххабизмом и традиционным российским исламом.

Однако, как показывает практика, требуется комплексный подход к осуществлению противодействия экстремизму, при котором предусматривались бы меры не только регулирующего и запретительного, но и превентивного характера. Определенное место в работе по предупреждению такого опасного социально-политического явления, как экстремизм, должны занять общественные институты и религиозные объединения.

В соответствии с Федеральным законом от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ экстремистская организация представляет собой общественное или религиозное объединение либо иную организацию, в отношении которых по основаниям, предусмотренным указанным Федеральным законом, судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

Указанные положения Федерального закона имеют важное значение для судебной практики, поскольку предусматривают понятия, содержащиеся также в нормах УК РФ, которыми устанавливается уголовная ответственность за преступления, связанные с проявлениями экстремизма.

Согласно данным официальной судебной статистики судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, за 2003-2005 гг. [ 17] по ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства) было осуждено 8 лиц, в 2004 г. - 11, в 2005 г. - 40. По ч. 1 ст. 2821 УК РФ за организацию экстремистского общества в прошлом году осуждено одно лицо, по части второй этой статьи за участие в таком сообществе осуждено два лица. По ч. 1 ст. 2822 УК РФ за организацию деятельности экстремистской организации в 2005 г. осуждено одно лицо, за участие в такой организации по ч. 2 этой статьи осуждено 17 лиц.

До 2005 г. в судебной практике отсутствовали случаи осуждения по ст. 2821 и 2822 УК РФ. Отмечается резкое увеличение числа уголовных дел о вандализме. Так, в 2003 г. за это преступление по ст. 214 УК РФ было осуждено 96 лиц, в 2004 г. — 162, а в 2005 г. — 289. Количество осужденных по ст. 243 УК РФ, напротив, продолжает оставаться на прежнем уровне: в 2003 г. в уничтожении или повреждении памятников истории и культуры признано судами виновными 14 лиц, в 2004 г. - 10, в 2005 г. - 15. За указанный период практически на прежнем уровне осталось количество лиц, осужденных за совершение преступления, предусмотренного ст. 244 УК РФ (надругательство над телами умерших и местами их захоронения): в 2003 г. было осуждено 191 лицо, в 2004 г. — 182, в 2005 г. - 180.

Относительно применения уголовно-правовых норм, устанавливающих ответственность за преступления, связанные с проявлениями экстремизма и ксенофобии, необходимо отметить, что с вступлением в силу Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ максимальное наказание, предусмотренное ч. 1 ст. 282 УК РФ, было снижено с четырех до двух лет лишения свободы. С точки зрения степени общественной опасности указанное деяние было отнесено законодателем к категории преступлений небольшой тяжести, что обусловливает практику назначения судами мер наказания по ст. 282 УК РФ. В 2005 г. наказание в виде реального лишения свободы назначено 25,8% осужденных из числа лиц, признанных виновными по ст. 282 УК РФ, и 15,4®с — по ст. 2822 УК РФ. Всего в 2005 г. расследовалось 199 уголовных дел экстремистской направленности (в 2004 г. — 133 дела). В суды направлено 122 дела. Наибольшее количество экстремистских преступлений зарегистрировано в г. Санкт-Петербург (19), в Москве (13). Свердловской области (13). Республике Татарстан (12).

Из материалов судебной практики усматривается, что существенно изменилось социальное содержание такого ранее широко распространенного преступления, как хулиганство. Акты грубого нарушения общественного порядка, выражающие явное неуважение к обществу, все чаще направлены на демонстрацию националистических убеждений, презрения и ненависти к представителям других рас и

народов. Всего в 2005 г. по ст. 213 УК РФ осуждено 6338 лиц, однако диспозиция этой статьи не предусматривает соответствующего квалифицирующего признака и не позволяет назвать число лиц, совершивших указанное деяние на почве национальной, расовой или религиозной нетерпимости.

Тем не менее уже сейчас можно сказать, что экстремистская подоплека проявляется во многих хулиганских действиях групп социально дезориентированной молодежи, возглавляемой более взрослыми носителями «убеждений» расового превосходства, заимствованных из литературы фашистского и национал-социалистического толка. Вызывает тревогу рост экстремистских проявлений в молодежной и подростковой среде. Прокурорские проверки свидетельствуют о наличии во многих субъектах РФ неформальных молодежных группировок и организаций экстремистской направленности: скинхеды, «Русское национальное единство» (РНЕ), Национально-державная партия России (ЛДПР), Национал-болыневистская партия (НБП), идеологической основой деятельности которых является пропаганда расовой и национальной исключительности, стремление к вытеснению, а в ряде случаев и к физическому уничтожению неславянских национальностей на территории России [181-

Легкость, с которой распространяются идеи экстремизма, особенно среди молодежи, во многом объясняется тем, что подобные убеждения позволяют их сторонникам почувствовать свое превосходство над другими людьми и преувеличенную личную значимость при явном отсутствии каких- либо объективных предпосылок для этого.

Особую опасность представляют проявления экстремизма и ксенофобии, посягающие на гарантированные ст. 28 Конституции Российской Федерации свободу совести, свободу вероисповедания, включающую право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и рас- ЗУ пространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними.

Такие же гарантии закреплены в ст. 3 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», предусматривающей, что право человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания может быть ограничено только федеральным законом. Из этих правовых норм следует, что Российская Федерация, являясь светским государством, гарантирует право каждого действовать в соответствии со своими религиозными убеждениями в пределах, ограниченных федеральным законом.

Кроме того, преступлениям против конституционных прав и свобод человека и гражданина в УК РФ посвящена гл. 19. Права человека в России охраняются также и другими федеральными законами и иными нормативными актами (Кодекс об административных правонарушениях, Семейный кодекс, Кодекс законов о труде, законы «Об общественных объединениях», «О политических партиях», «О средствах массовой информации», «О противодействии экстремистской деятельности». Приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 17 мая 2004 г. № 13 «О повышении эффективности прокурорского надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремистской деятельности » и др.).

Гарантированная Конституцией Российской Федерации свобода вероисповедания является объектом уголовно-правовой охраны. В УК РФ имеется ряд статей, предусматривающих ответственность за нарушение равноправия граждан по признаку пола, расы, национальности, отношения к религии и т.д. Это ст. 136 (нарушение равноправия граждан), 148 (воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповедания), 282 (возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды), 2821 (организация экстремистского сообщества), 2822 (организация деятельности экстремистской организации), 357 (геноцид). В частности, в 2002 г. по ст. 148 Уголовного кодекса Российской Федерации за незаконное воспрепятствование деятельности религиозных организаций и общественных объединений было осуждено два человека. В последующие годы случаев осуждения за совершение указанного преступления не было.

Вместе с тем, исходя из положений ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Следовательно, реализация гражданами своих конституционных прав, в частности права на свободу вероисповедания, должна осуществляться таким образом, чтобы не нарушать других охраняемых законом прав и интересов граждан, общества и государства.

Поэтому создание религиозного объединения, деятельность которого сопряжена с посягательствами на личность и права граждан, а также участие в таком объединении запрещены под угрозой применения уголовного наказания, предусмотренного за совершение указанных деяний ст. 239 УК РФ. По данным официальной судебной статистики, в течение 2002—2003 гг. было осуждено три человека за создание религиозного или общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами либо с побуждением граждан к отказу от исполнения гражданских обязанностей или к совершению иных противоправных деяний, а равно за руководство таким объединением. В 2004 г. за организацию объединения, посягающего на личность и права граждан, по ч. 1 ст. 239 УК РФ осуждено 4 лица, в 2005 г. за совершение указанного преступления осуждено 7 лиц и еще одно лицо — за участие в деятельности такой организации (ч. 2 ст. 239 УК РФ).

В областные, краевые, городские, межрайонные, районные суды и иные суды уровня субъектов Российской Федерации уголовные дела вышеуказанной категории крайне редко поступают на рассмотрение, что объясняется причинами, которые относятся к сфере выявления и расследования такого рода преступлений.

Обеспокоенность вызывает ситуация с преступностью, связанной с насильственными преступлениями в отношении 36 граждан иностранных государств (включая жителей СНГ), совершенными по мотиву национальной, расовой и религи-

озной вражды. Всего таких преступлений в 2005 г. совершено 13, из них 4 — предусмотренные п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ, 2 - п. «е» ч. 2 ст. 111 УК РФ, 1 - п. «е» ч. 2 ст. 112 УК РФ и 6 - ст. 213 УК РФ. Наиболее тревожное положение сложилось в г. Санкт-Петербург и Воронеж, где в 2005 г. совершены убийства иностранных студентов, вызвавшие большой общественный резонанс и повлекшие в указанных городах массовые выступления молодежи с протестами против насилия на почве национальной и расовой ненависти и вражды. Из общего количества совершенных в г. Санкт-Петербург экстремистских преступлений (19) лишь по семи установлены виновные лица, что составляет 36,8*с. По этим делам привлечены к уголовной ответственности 35 лиц [19].

Кроме этого, продолжают совершаться преступления антисемитской направленности. Например, преступления, связанные с публикациями в средствах массовой информации, изданием и распространением литературы и листовок антисемитского содержания, а также преступления, связанные с провозглашением в общественных и иных местах антисемитских лозунгов, осквернением еврейских кладбищ и различного рода насильственными действиями в отношении лиц еврейской национальности.

Однако работники правоохранительных органов России, особенно в некоторых регионах, испытывают постоянные трудности с подбором квалифицированных специалистов в области социально-психологического исследования печатных и озвученных материалов, в которых усматриваются признаки экстремизма, национальной, расовой и религиозной вражды. Обеспечивая проведение указанных исследований, следственные работники зачастую вынуждены обращаться к специалистам, не имеющим достаточных знаний и опыта работы в данной сфере, что отражается на сроках исследования, результатах проверки, а также на объективности принятого процессуального решения

В связи с этим актуальным является вопрос о создании при экспертных учреждениях независимых экспертных групп, в состав которых были бы включены деятели науки в области философии, психологии, лингвистики, истории, социологии, что способствовало бы своевременному принятию максимально обоснованных решений по фактам экстремистских проявлений [20].

Не способствует, по нашему мнению, в деле борьбы с экстремизмом и мягкость назначаемого судами наказания за совершение преступлений, предусмотренных ст. 282, 2821, 2822 УК РФ: в ряде случаев это 1 год лишения свободы условно (Республика Коми, Хабаровский край. Орловская, Кемеровская области) или малозначительный штраф (Республика Татарстан, Владимирская область).

Изучение судебной и прокурорской практики позволяет сделать вывод, что число поступающих в суды дел, связанных с проявлениями религиозного экстремизма, количество и общественная значимость инкриминируемых преступных деяний вряд ли адекватно отражают фактическую распространенность общественно опасных проявлений расовой и религиозной нетерпимости. При этом решение законодателя (ФЗ от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ) снизить наказание за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 282 УК РФ, с четырех до двух лет лишения свободы (возбуждение национальной, расовой и религиозной ненависти, подстрекательство к вражде или насилию) представляется малообъяснимым с криминологической точки зрения, особенно в условиях распространения явлений экстремизма и возрастания опасности международного терроризма.

Возможны следующие пути борьбы с явлениями религиозного экстремизма: разработка концепции государственно-конфессиональных отношений, положения которой в своей основе должны базироваться на приоритетных направлениях государственно-церковных отношений в национальной политике (сохранение стабильности конституционного строя, институтов государственной власти, нейтрализация причин и условий, способствующих возникновению конфликтов на религиозной почве и др.); постоянное исследование проблемы психолого-культурного регулятора общественных отношений, возникающих в процессе общения разных этносов, с учетом психологического, социального, культурологического, политического, экономического, правового и других аспектов;

— проведение активной воспитательной и просветительской деятельности, направленной на формирование позитивно-толерантного отношения у населения к представителям других национальных, религиозных и социальных групп; формирование, в первую очередь, в молодежной среде патриотического самосознания нации как средства профилактики и борьбы со страхом иноземного; содействие появлению на экранах телевидения, в печатных органах правдивого и содержательного материала по противодействию экстремизму и идеологии насилия; активное привлечение представителей различных религиозных конфессий к работе по воспитанию толерантности, укреплению межконфесеио- нального мира и согласия в обществе.

Целесообразно дополнить Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» понятиями о разграничении «экстремизма» и «экстремистской деятельности»; нормами, регулирующими координацию деятельности субъектов противодействия экстремистской деятельности, а также предусматривающими усиление роли культуры, воспитательной работы с детьми и молодежью как основных превентивных мер в противодействии экстремизму; положением о государственной религиоведческой экспертизе, определив ее права и основания проведения. Кроме того, сформулировать и законодательно закрепить путем внесения соответствующей поправки в УК РФ квалификационный признак, позволяющий определять хулиганские действия на почве национальной, расовой или религиозной нетерпимости. 

<< | >>
Источник: Хромов И.Л. Противодействие преступности в убеждениях, исполняющих наказания криминологические и оперативно-розыскные аспекты. 2011

Еще по теме 1.3. Правоприменительная практика противодействия религиозному экстремизму:

  1. Глава 5. Центральная Азия как региональная подсистема международных отношений
  2. НЕДЕЙСТВУЮЩИЕ ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА: ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА
  3. Глава 3 Компенсация морального вреда в российской правоприменительной практике
  4. 19. Постановление Конституционного суда РФ от 4 февраля 1992 г. № 2-П «По делу о проверке конституционности правоприменительной практики расторжения трудового договора по основанию, предусмотренному пунктом 1.1 статьи 33 КЗоТ РСФСР» (извлечения)
  5. Глава I. Законодательство и правоприменительная практика
  6. Глава 1 ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ РЕЛИГИОЗНОМУ ЭКСТРЕМИЗМУ
  7. 1.2. Тоталитарные секты как форма осуществления религиозного экстремизма
  8. 1.3. Правоприменительная практика противодействия религиозному экстремизму
  9. 1.4. Религиозный экстремизм как уголовно-n равовая и криминологическая категория
  10. 1.6. Меры противодействия преступлениям, связанным с религиозным экстремизмом
  11. 10.1. Религиозный экстремизм и вызовы национальной безопасности
  12. Сужение понятия и способов помощи адвоката-защитника в правоприменительной практике
  13. ПРЕДМЕТ И ПРЕДЕЛЫ, ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ПРОКУРОРСКОГО НАДЗОРА
  14. Лекция 5. Международное право и российская правоприменительная практика.
  15. СПИСОК НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫХ АКТОВ, ИСПОЛЬЗОВАННОЙ СПЕЦИАЛЬНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И МАТЕРИАЛОВ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ
  16. 17.2. Современное право Узбекистана и традиции просвещенного Ислама
  17. СПИСОК нормативно-правовых актов, специальной литературы и правоприменительной практики
  18. 3.2. Механизмы противодействия праворадикальным организациям в российской политической практике
  19. Судебная и правоприменительная практика
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -