<<
>>

4. МЕТОДОЛОГИЯ КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКИ

Методология как учение о методе достижения нового знания берет начало в глубоких исторических временах, когда древние греки ввели в научный оборот термин «метод», которым обозначался способ познания, исследования явлений, процессов окружающего мира, в том числе и общественной жизни.
Методологию можно представить как вид научного познания и учение о принципах, методах, процедурах криминологического познания в понимании, определении, описании, объяснении и прогнозировании исследуемых явлений предмета криминологии и самой криминологической науки. Методология криминологии - это основа криминологического мышления как разновидности «социально-правового мышления» в сфере борьбы с преступностью, концепция которого в особенности хорошо разработана профессором А.Э. Жалинским95. Методология как общетеоретическое учение о методах познания и преобразования действительности предполагает разработку, во-первых, основополагающих подходов, приемов формирования и развития криминологической теории, а во-вторых, рассмотрение совокупности специальных, или частнонаучных методов, применяемых в криминологической деятельности, например, в проведении конкретных исследований. Можно рассматривать три уровня методологии: а) уровень всеобщей научной методологии, для которого свойственны положения высшего (философского) уровня; б) уровень общенаучный; в) уровень конкретно-научной методологии, предполагающий применение специальных и частных методов, например в криминологической отрасли научного знания. Таким образом, можно рассматривать соответствующие виды методологии. Всеобщая методология как система наиболее общих (философских) понятий, принципов, законов, категорий. В основе данного уровня методологии лежит диалектический принцип или метод, содержание которого определяют такие известные категории, как сущность и явление, содержание и форма, связь количественных и качественных изменений, единство и борьба противоположностей и др.
Кроме того, следует выделить еще один, наиболее распространенный и научно продуктивный принцип - системного познания. Эти два метода познания (чаще их именуют как диалектический метод и системный подход) оцениваются как универсальные или почти универсальные96. В целом оба эти метода составляют диалектико-материалистический метод, или принцип всеобщей связи, на основе которого и развертывается общенаучная методология. Общенаучная методология, которая рассматривается на уровне особенного, или в определенной области (общественных, естественных, технических) научных знаний и включает в себя помимо универсальных методов и методы конкретных наук. В результате в общенаучной методологии проявляются новые, интегрированные качества, или особенности. Например, в социологии, правоведении, криминологии, политологии и некоторых других науках используются одни и те же методы: конкретно-социологический, моделирования, сравнения, формальнологический, системно-структурный и др. Конкретно-научная методология предполагает интегрированные знания об универсальных и о специальных методах познания, которые применяются в той или иной науке, в том числе в криминологии в целях изучения ее предмета. При этом универсальные методы (всеобщей методологии) в большей мере используются в исследовании теоретического характера, включая разработку, или более глубокого изучения понятийных категорий, частных концепций. И в этом случае можно говорить о методологии науки (криминологии) в широком смысле97. Методология науки в узком смысле может быть определена как система методов получения анализа, интерпретации и объяснения (криминологической) информации. Используемые в методологии науки методы классифицируются по разным критериям в зависимости от цели, которые определяет исследователь. Например, в криминологии можно определить следующие группы методов: 1) методы, используемые в анализе преступности (уголовностатистические и др.); 2) методы, используемые в выявлении и изучении причин преступности (приемы изучения эмпирических зависимостей и др.); 3) методы изучения лиц, совершивших преступления, потерпевших (субъективные методы и др.); 4) методы криминологических исследований (по обнаружению явлений, процессов, их обобщению и первичному анализу, теоретической интерпретации и др.); 5) методы криминологического прогнозирования (экстраполирование, моделирование и др.).
При этом следует иметь в виду, что многие методы имеют универсальный характер, то есть используются в различных сферах криминологической деятельности. Классификация может быть и более общей, например: 1) методы эмпирические и теоретические, или индуктивные и дедуктивные; 2) методы объективные, то есть отражающие реальные явления, процессы, и субъективные - отражающие эти явления, процессы через мнения, оценки специалистов или экспертов; 3) методы прямые - отражающие явления непосредственно, например, зарегистрированную преступность, и косвенные - отражающие явления через корреляционную зависимость и др. На основе принципиальных теоретических положений и специальных приемов или способов, используемых в криминологическом познании, формируется основополагающий исследовательский подход субъекта научного познания (криминолога), который можно назвать судьбоносным для его концептуальной модели криминологического познания (парадигмы). Эта модель, по существу, отображает его индивидуальную методологию. При этом следует учитывать исторические условия, в которых формируется криминологическое мышление ученого и осуществляется процесс такого рода моделирования. Очевидно, поэтому можно говорить о «полисемичном» характере концептуального моделирования. Тому свидетельство - история науки: с самого начала («эмбриональной») криминологии, в ходе развития и современном ее состоянии никогда не существовало «единственно правильного» или «непоколебимого» методологического подхода к пониманию и изучению преступности. Например, научные изыскания основоположников учения о преступлении XVIII-XIX вв., основывались на «позитивной философии» Огюста Конта, исходным тезисом которой являлось «требование, чтобы наука ограничилась описанием внешнего облика явлений»98. Например, представители туринской, или антропологической, школы в объяснении природы преступления исходили из описания внешнего облика преступника, таким образом, напрямую объясняли причину деяния, в частности, антропологическими особенностями индивида.
Представители классической школы уголовного права (криминологии) подходили к пониманию преступления как индивидуальной формы выражения преступности, т.е. общественной опасности наказуемого деяния. В оценке генезиса преступления они исходили из «лежащей на поверхности» свободы воли (выбора) преступника и рассматривали преступление как продукт «элементарного» рационального выбора (принцип индетерминизма). Вопрос о причинах, условиях криминальной мотивации, решения индивида переступить запрет не интересовал правоведов. На протяжении многих десятилетий методологию криминологической науки в России традиционно определял диалектико-материалистический метод. «Глубоко и верно познавать социальные явления, - подчеркивали ведущие советские криминологи, - позволяет марксистско-ленинская теория диалектического и исторического материализма»99. При этом авторы «Курса советской криминологии» обращали внимание на то, по их убеждению, важное обстоятельство, что диалектический метод «еще недостаточно широко и успешно используется криминологами. Не полностью преодолено влияние факторного (то есть «одномерного», упрощенного) подхода, влияние «ползучего» эмпиризма».100 В отличие от «буржуазной» криминологии (из которой вышла «советская» криминология), в которой констатировались расплывчатость и неопределенность взглядов буржуазных криминологов во всех основных вопросах теории, «советская» криминология обладала единственной верной методологией, которая определялась марксистско-ленинской теорией диалектического и исторического материализма101. В политизированной советской криминологии считался недопустимым буржуазный «плюрализм» в оценке одного и того же явления, каким определялась преступность, «Отмеченный «плюрализм», - указывали советские ученые, - служит главной цели - избавить авторов от необходимости дать единственно верный ответ: что преступность - это порождение эксплуататорских классов... бесчеловечных отношений, построенных на отношениях частной собственности.. .»102. В криминологической теории того времени обосновывалась идея комплексного познания изучаемых объектов: «Комплексный метод исследования предполагает именно разумное отграничение от несущественных подробностей, выделение так называемых системообразующих факторов»103.
Еще в конце 80-х - начале 90-х годов прошлого столетия криминологи, основываясь на материалистической диалектике, соответствующей индивидуальной методологии, доказывали возможность познания закономерностей предупреждения и, по мере совершенствования советского общества, искоренения преступности. «В конечной перспективе с победой коммунистических общественных отношений, - утверждалось в криминологических прогнозах, - она будет полностью искоренена»104. Сегодня исходные основы (принципы) криминологического познания по своей объективной сущности (т.е. независимо от индивидуальных методологий) являются диалектико-материалистическими105. Вдумчивый исследователь-криминолог, интеллектуальная деятельность которого направлена на получение более глубоких предметных знаний об объекте, в частности, преступности, не может не обратить внимания на многообразие, структуру, характер внутренних и внешних ее связей. Преступность рассматривается уже не как собирательное понятие, уголовно-статистическая совокупность преступлений, изучение которой и есть изучение преступности, а как социальное явление, социальная система. При этом явление - не преходящее, с перспективой искоренения, а явление закономерное, следовательно, необходимое для общественной жизни, выражающее одно из состояний общества106. Некоторые ученые, к которым отношу себя, находят преступность нормальным (от слова «норма»), или закономерным для общества явлением: «общество без преступности совершенно невозможно»107, или «общество без преступности утопично»108. Анализируя идею нормальности, закономерности и даже, по мнению Э. Дюркгейма, в определенной мере полезности преступности для общества, проф. В.В. Лунеев признался: «Много лет с кафедры юридического вуза я критиковал эти идеи. Очень хотелось верить и верилось... что действительно преступность - явление классовое, исторически преходящее, обусловленное несовершенством социальных отношений, обремененных пережиточными процессами дикого эксплуататорского прошлого, и что если их последовательно устранять, то будет «отмирать» и преступность»109.
И далее ученый констатирует: «Итак, общество не в силах искоренить преступность, но оно в состоянии удерживать ее на более или менее социально терпимом уровне»110. Известный российский ученый проф. Д.А. Шестаков, имя которого хорошо известно в Европе, пишет: «Реальной перспективной для России может выступать построение правового государства в условиях сосуществования с преступностью как с неизбежным злом, предполагающего формирование процесса реагирования на преступность на цивилизованной основе»111. Увы, но такой, нетрадиционный подход к пониманию преступности нельзя назвать полностью конвенциональным. В среде криминологов по-прежнему можно встретить упрощенный подход к «судьбе» преступности. Идея искоренения преступности остается в индивидуальной методологии некоторых правоведов, которые с уверенностью утверждают: «В современных условиях предупреждение преступности является одним из важнейших направлений государственной политики и общества в целях реализации главной стратегической задачи - ликвидации преступности (выделено мной. - Авт.) как социального явления. В данном случае предупредительная деятельность должна рассматриваться как одно из средств социального регулирования общественных отношений в целях устранения причин преступности...»‘ (выделено мной. - Авт.). Очевидно, не без подобного теоретического обоснования утопические (недостижимые) по сущности цели получают формальное закрепление в качестве реально достижимых. Так безусловные успехи органов внутренних дел в борьбе с преступностью побуждают их руководителей к уверенным заявлениям о возможности полной ликвидации преступных сообществ (в частности, 450 крупных формирований, насчитывающих 12000 человек) в России, где «стереотип бессмертия так называемой мафии уже разрушен»112 113. Такого рода высказывания можно рассматривать как проявление популизма. Хуже, если в этих высказываниях выражено убеждение в реальности таких целей. Оно не основано на научных выводах и положениях современной криминологии, исходя из которых, в частности, профессор Д.А. Шестаков пишет: «Имеет смысл намечать, очевидно, только такие цели, которые реально достижимы, и браться только за то, что выполнимо»114. Напомню, что научный подход определяется как совокупность приемов, способов в изучении чего-либо, в воздействии на кого-то или на что-то. Однако я бы определил подход как основополагающую установку исследователя (криминолога) на понимание сущности объекта и методов его изучения. Такого рода установка предполагает потребность в знаниях, прежде всего, методов, или способов, с помощью которых можно рассчитывать на достижение целей и решение задач исследования. Такого рода потребности вызывают необходимость в соответствующих фундаментальных и эмпирических знаниях, получение которых, в частности, может обеспечить метод понимания, или понимающая социология (автор термина - М. Вебер) как течение в современной философии и методология общественных наук115. Понимающая социология определяется как «теоретико-методологическое направление, подчеркивающее важность понимания субъективного смысла действия, т.е. смысла, который вкладывается в действие самим действующим индивидом для познания социальной жизни»116. Понимающая социология имеет различные трактовки, одна из которых является самой влиятельной в науке; она именуется феноменологической социологией. Ее специфика обусловлена предметом познания, которым охватываются, во-первых, универсальные структуры понимания и интерпретации факторов, явлений, которые обнаруживаются в ходе социальных взаимодействий, и, во-вторых, субъективно значимые образы социокультурной действительности, которые складываются в процессе интерпретации. При этом общество как бы отождествляется с совокупностью человеческих представлений о нем117. В криминологическом познании важно выделить из феноменологической социологии такую ее разновидность, как этнометодология. Предметом данной научной отрасли определены этнометоды, или способы интерпретации, которые применяют участники взаимодействия (представители различных социальных общностей) в целях понимания актуальных факторов, явлений118. Изучая возможности метода понимания в криминологии, проф. Л.В. Кондратюк предлагает собственную теоретико-методологическую концепцию криминологической герменевтики, исходя при этом из философской герменевтики как одной из основных методологических процедур философии. Данный специфический метод призван, в частности, обеспечивать «понимание»... общественных событий исходя из субъективных намерений деятелей»119. Термином «криминологическая герменевтика» (hermeneutike, hermeneia - толкование, объяснение) обозначается особый, криминологический вид толкования преступности, ее понимания, уяснения, объяснения, исходя из текстов, в которых отражена соответствующая информация. При этом профессор Л.В. Кондратюк предлагает два сочетаемых способа познания преступления и преступности - эмпирыологический и метаэмпириологический120. Эмпириологический способ предполагает познание - путем наблюдения, эксперимента, измерения, оценки преступности, криминологической ситуации в целом. Данный способ отличает рациональный эмпиризм, чего нельзя сказать о втором способе. Метаэмпириологический способ познания путем философского, теологического осмысления, объяснения преступности, путем религиозного, художественного миросозерцания. В качестве инструментария данного способа исследователь использует познавательные возможности: интуицию, воображение, сходство, фантазию и т.п. Очевидно, что определение (выбор) того или иного подхода в криминологическом познании обусловлено индивидуальной методологией. И классификация их осуществляется по-разному, в соответствии с разными критериями оценки. Например, С.М. Иншаков указывает на четыре подхода: правовой, социологический, антропологический, теологический121. Можно определить и иные подходы: философский122 культурологический, управленческий123, метод юридической фикции1, синергетический подход124 125 и др. Через метод исследования преломляется теоретикомировоззренческое мышление ученого, формируется, по выражению Г.Ф. Хохрякова, его «исследовательская ориентация»126 127. Унификация научного мышления, исследовательской ориентации невозможна, более того, как показывает исторический, в том числе и отечественный, опыт, она губительна для науки вообще и криминологии в частности. Но вместе с тем мыслительная деятельность криминолога не может быть реализована с помощью какого-то одного-единственного метода. В противном случае это может привести к порочным выводам. Поэтому в основу формирования криминологического инструментария должен быть положен комплексный подход. Учение о преступности с самого его зарождения имело интегрированный характер: систематизация знаний осуществлялась на основе трех подходов, которые были обусловлены тремя специальными методами уголовно-правовой доктрины, на которые, в частности, указывал А.А. Герцензон.128 Имеются в виду: 1) догматико-юридический метод, который был детально разработан представителями классической школы уголовного права (криминологии) (Ч. Беккариа и др.); 2) естественнонаучный метод, который был активно использован представителями другой, уголовно-антропологической школы (Ч. Лом- брозо и др.); 3) социологический метод (Ф. Лист и др.). Отсюда, очевидно, и неизбежность терминологической интеграции. Однако каждый из названных методов, применяемый криминологом- правоведом в его «чистом» виде, неминуемо ведет к порочным выводам об исследуемом объекте как (социо-биологическом) правовом явлении. Преступность содержит в себе множество социо-биологических компонентов, генезис которых имеет соответствующий им характер. Поэтому юридическое учение о закономерностях преступности не может быть основано исключительно на догматико-юридическом методе. Понятие криминологии как учения о преступности {явлении), но не о преступлении {факте) ориентирует на понимание предмета исследования (преступности) именно как социально-правового явления. А это означает возможность и перспективность рассмотрения преступности с позиции системного подхода. И сегодня этот подход находит широкое применение в криминологической науке. Понятие «системный» основывается на категории «система» (с гр. systema - целое, составленное из частей), которая определяется как «нечто целое, представляющее собой единство закономерно расположенных и находящихся во взаимной связи частей»129. Данное понятие может быть конкретизировано путем рассмотрения следующих основных системных свойств. 1. Система есть совокупность относительно однородных элементов (преступлений - для преступности). 2. Наличие существенных связей между этими элементами и их свойствами, которые определяют интегрированные свойства всей системы как целостного объекта. 3. Наличие организации элементов, отражающей в себе их иерархию и целенаправленное функционирование130. Таким образом, система представляет собой целостную, упорядоченную совокупность элементов, взаимодействующее функционирование которых порождает новое, не присущее им самим качество. Например, из множества взаимодействующих преступлений (лиц, их совершающих), формируется преступность, которая может иметь разные виды. В общественных науках системный подход позволяет создавать структурно-логическую модель изучаемого явления, которая служит своеобразным инструментом для наиболее полного понимания, описания и объяснения этого явления, в частности, преступности. С помощью системного подхода активизируются многосторонние связи между науками, стимулируется процесс интеграции научных дисциплин, создаются новые (комплексные) науки, рождаются новые принципы, или подходы и методы исследования, которые дают плодотворные результаты131. Системе свойственны не только внутренние связи - между элементами, но и - внешние связи, с окружающей средой, окружающими системами. Например, известно, что преступность, так или иначе, связана практически со всеми сколько-нибудь значимыми элементами социума, его явлениями, процессами (экономического, политического, социального и иного характера). Изучение этих связей чрезвычайно важно для объяснения сущности и значения причинных факторов преступности, ее видов, а также для определения мер противодействия преступности, точнее - криминогенным факторам. При этом важно классифицировать связи по разным критериям оценки, что позволяет более конкретно их описывать, объяснять и прогнозировать. Что касается сложных явлений (систем), то их изучение возможно с помощью структурного анализа, или структурного исследования. Структуру можно определить как аспект системы, ее устойчивую модель отношений элементов (преступлений, групп, категорий, их видов) целостного объекта (преступности). В любом случае, на первом этапе познания системного объекта, например, той же преступности, объект необходимо расчленить, описать составляющие его части в их взаимоотношениях. Структурирование преступности имеет множество вариантов, каждый из которых определяется исследователем в зависимости от цели и задач исследования. Однако на этом структурный анализ не заканчивается; процесс познания идет уже от понятия части (например, насильственного вида преступности) к понятию ее элементов (виду насилия, применяемым средствам, поведения жертвы и др.). Именно «эта элементность частей дает первую структурную характеристику системы»132. Структура наряду с организацией (т.е. организованностью, продуманным устройством и дисциплиной) выступают важными элементами упорядоченности системы и направленности этой упорядоченности. Например, четкая структура, продуманное внутреннее устройство по всем правилам современного социального управления и строжайшая дисциплина в организованной преступности определяют и обеспечивают ее функционирование в различных направлениях - наркобизнеса, порнобизнеса, торговли оружием, людьми, рейдерства и т.д. Помимо изучения строения системного объекта важно понять другое свойство системы - ее функциональность, точнее, различные аспекты функционирования. Таким образом, в изучении объекта применяется функциональный подход. В криминологии он может быть осуществлен как для простых систем (преступления, механизма его совершения), так и для сложных систем - видов преступности и в целом преступности как явления. Слово «функция» (от лат. functio - исполнение, осуществление) имеет несколько значений, в частности: а) деятельность, обязанность, внешнее проявление определенных свойств; б) роль, которую выполняет определенная система, социальный институт133; в) круг деятельности, назначение134 135. При этом означенное следствие может быть или не быть преднамеренным. Применительно к преступности как социальной системе можно рассматривать такие ее преднамеренные функции, как (само)организация, конспиративная функция, или функция мимикрии, регенеративная (восстановительная) функция и др. К числу непреднамеренных можно отнести социально-деструктивную функцию, которая заключается в том, что преступность как социальный процесс, противоправная общественно опасная деятельность (особенно посредством коррупции) выводит социальные системы управления из состояния устойчивости. Функционирование системы невозможно без опоры на ее структурное оформление и организацию, поэтому методологически оправданным является структурно-функциональный подход. Особенности и возможности данного подхода можно объяснить, в частности, с помощью таких социологических теорий, как структурализм (социальный анализ с точки зрения социальной структуры)5 и функционализм (объяснение социальных учреждений, прежде всего, выполняемых ими функций)136. Так, с позиции структурно-функционального подхода можно рассматривать преступность как социальный институт, т.е. устойчивую форму организации совместной деятельности людей, которая определяется совокупностью норм, ценностей (криминальной культурой, криминальной идеологией, политикой и др.), регулирующих отношения этих людей, направленных на достижение целей, задач. В индивидуальную методологию исследователя можно включить конструктивно-критический подход к анализу и оценке частных криминологических теорий и в целом науки криминологии. Данный подход требует от ученого наличия у него особых профессиональных качеств (в частности, глубоких знаний в области науки в целом и предмета критики) и других личностных свойств (уважительного отношения к критикуемому лицу, его позиции, тактичное выражение суждений и др.). Такими качествами обладают многие криминологи: Я.И. Гилин- ский, А.И. Долгова, С.У. Дикаев, С.В. Изосимов, С.Ф. Милюков, В.А. Номоконов, С.Л. Сибиряков, Д.А. Шестаков и др. На мой взгляд, любая (новая, старая ли) точка зрения имеет право на ее изложение. Наше право - обратить или не обращать на нее внимание. И здесь важно иметь в виду (особенно критикам), что в соответствии с одним из принципов своеобразного кодекса чести ученого, сформулированного американским профессором Р.К. Мертоном, ученый должен как можно быстрее делиться своим научным открытием (а как распорядиться открытием - уже задача общества)1. Ученый, поступающий именно так, должен обладать уверенностью и смелостью, готовностью к дискуссии. И это качество первооткрывателя достойно высокой оценки. Например, не в моих правилах подменять конструктивную критику уничижительной оценкой, осуждать автора как не справившегося с задачей или заблудившегося в поисках, тем более сокрушаться, что его работу вдруг прочитает несмышленый студент, осиливающий дистанционное обучение, которое изолирует учащегося от живого общения с преподавателем, развивает механистическое мышление, «высушивает» в его восприятии дух закона. Полагаю, что расхождения между криминологами могут быть минимизированы, если озарение ученых будет продиктовано не карьеристскими интересами, не выгодностью своих суждений, а искренним стремлением бескорыстного поиска истины (опять же - принципы кодекса чести ученых по Мертону) и оценки того, что в результате этого процесса открывается и предлагается научной общественности. В основу таких отношений (между криминологами и наукой и между самими криминологами) следует закладывать глубокую теоретическую подготовленность, исследовательский профессионализм, который, без сомнения, консолидирует ученых в поисках решений научных проблем. В настоящей работе используются некоторые подходы и методы, позволяющие в определенной мере по-новому осмыслить понимание некоторых положений относительно предмета криминологии и способствующие развитию системного мышления исследователя.
<< | >>
Источник: Г.Н. Горшенков. Криминология: научные инновации: Монография.. 2009

Еще по теме 4. МЕТОДОЛОГИЯ КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЙ НАУКИ:

  1. ДОКТРИНАЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ НАУЧНО-ПРАВОВОГО НАПРАВЛЕНИЯ «ЮВЕНАЛЬНАЯ ЮСТИЦИЯ» И УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ «ОСНОВЫ ЮВЕНАЛЬНОЙ ЮСТИЦИИ»
  2. § 1. Предварительные замечания. К вопросу о методе советской науки уголовного права
  3. § 5. О «междисциплинарной» науке уголовной политики
  4. 1. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ МЕТОДОЛОГИИ
  5. §3. Методология науки криминологии
  6. §1. Понятие, цели и направления криминологических исследований
  7. § 4. История отечественной криминологии
  8. § 6. Иные методы криминологических исследований
  9. Паракриминалистика как отрасль околонаучных знаний
  10. § 3. Методологические проблемы юридической психологии
  11. § 2. Основные характеристики методологического подходав криминологии
  12. § 5. Значение юридической статистики для юридической науки и практики
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -