<<
>>

Черные листовки и черные мысли

  В средствах массовой информации недавно прозвучали сообщения о «черных» листовках, призывающих к свержению власти. При этом имеется в виду, что авторы их неизвестны или что листовки созданы незаконно.
В связи с этим рассмотрим семантику черного цвета в рамках контрастивной лингвистической политологии.

Черный цвет одежды в общественной жизни обладает связью с торжественностью. Так, известно, что фраки в в. могли быть самых разных цветов, однако в торжественных случаях уместен (в XIX-XX вв. исключительно, а сегодня — как правило) черный фрак.

Откуда же ассоциация черного с мрачным, даже со злым, существующая не только в русской культуре, но и в европейской, и даже в неевропейских культурах? Ведь изначально у этого эпитета не было такого негативного значения.

Черный цвет исходно был цветом обыденности, невыделенное™. Отсюда черный монах — рядовой, не выслужившийся еще член братства; слово чернь первоначально также не имело такого оттенка «злого» — скорее значение «рядовой». Очернить кого-либо в переносном смысле значило первоначально, по-видимому, «сделать обыденным, ничем не выделяющимся». Затем — «свести с пьедестала, лишить высокого статуса» (ср. в речи уголовников опустить). Затем же, по инерции «ухудшения», черный начинает означать ‘плохой’ и даже ‘злонамеренный’, а не просто ‘посредственный’[141]. А место «черноты» в этом смысле сегодня занял серый цвет — ср. серость в значении ‘посредственность’.

Это «созначение» (коннотация) черного, то есть ассоциация с мрачным и даже со злым, характеризует не только русскую культуру, но и европейскую и даже неевропейские культуры. Например, по-турецки kara означает не только ‘земля’, но и ‘черный, цвета земли’. По переносу вполне обычно по-турецки употребить этот же эпитет в значении ‘тяжелый, мрачный’: напр., kara dti§tinceler «мрачные мысли», kara дйп «черный день, тяжелые времена», kara agizli — буквально, ‘обладающий черным ртом’ — имеет значение ‘клеветник’.

Вообще же по-турецки, как и в других тюркских языках, черным, то есть грустным и печальным, может стать практически все.

Созвучно это цветовым ассоциациям в европейских культурах, начиная с античности, особенно со словоупотребления в латыни. Так, и по-русски, и по-английски, и по- итальянски, и по-французски благодарность бывает черной (black ingratitude, пега ingratitudine, noire ingratitude). Поливая грязью, мы черним или очерняем и т. п.

По-немецки идут даже дальше, когда говорят о «черной» душе (schwarze Seele), о «черном» сердце (schwarzes Herz) и о «черном» поступке (schwarze Tat): по-русски в таких случаях чаще говорят о низкой душе, о злом сердце и о гнусном поступке. В европейских культурах, как и по-

русски, «чернеют», когда погружаются в заботы. Однако по-испански, по-итальянски и по-французски говорят о «черной судьбе» (suerte педга, пего destino, noire destinee), имея в виду горькую долю. А французским «черным предчувствиям» (noirs pressentiments) соответствуют все-таки русские тяжелые, а не черные предчувствия.

Возможно, в будущем мы по-русски будем еще говорить, как сегодня по-французски, о черном романе (roman noir) — романе ужасов, детективном романе — и о черном фильме (film noir) — фильме ужасов, детективном фильме.

Итак, в моральной области черный по-русски и во многих других языках значит одновременно и «плохой», и «злой», и «скорбный». В области ритуалов этот цвет символизирует нечто торжественное, не обязательно праздничное, но и не обязательно мрачное. В молодежной моде на протяжении последних 15 лет этот цвет, впрочем, не кажется столь же маркированным, как в 1970-1980-е годы.

Значительно меньше в русском языке представлена весьма распространенная в других языках и культурах ассоциация черного с незаконным и даже с прямым обманом. Русскому черный рынок находим соответствие и в тюркских языках (kara borsa, kara pazar), и в западноевропейских языках (ср. английское black market, немецкое Schwarzmarkt, французское marche noir). В словосочетании черные листовки эпитет черный связан скорее всего со значением «поддельный, незаконный», как в немецких Schwarzhorer «черный слушатель» (радиозаяц, владелец незарегистрированного радиоприемника), Schwarzfahrer «черный пассажир» («заяц», безбилетник), Schwarzkaufer «черный покупатель» (покупатель на черном рынке или из- под полы) ит. п. С этим оттенком в русском языке на протяжении последних веков о черном говорят все-таки значительно реже, чем с коннотацией «мрачный».

<< | >>
Источник: Г. Я. Солганик. Язык СМИ и политика. — М. Издательство Московского университета; Факультет журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова. — 952 с.. 2012

Еще по теме Черные листовки и черные мысли:

  1. ПОСЛЕ ФЕВРАЛЯ
  2. 2. Революционно-демократическое движение. Первые рабочие организации
  3. МАТЕРИАЛЫ К ГЛАВЕ УП
  4. Глава 2 ПРОПАГАНДА: ОТ ДРЕВНОСТИ ДО СЕГОДНЯ
  5. ГЕОПОЛИТИКА Г. КИССИНДЖЕРА
  6. РЕКЛАМА, ЖУРНАЛИСТИКА И ПАБЛИК РИЛЕЙШНЗ (СВЯЗИ С ОБЩЕСТВЕННОСТЬЮ)
  7. ВЛАДИМИРОВ Михаил Андреевич (1903 — после 1930)
  8. ШОРЧЕВА Любовь Львовна (1894 — после 1930)
  9. ИУДЕЙСКИЙ ВОПРОС В ТЕКУЩИХ СВИДЕТЕЛЬСКИХ ПОКАЗАНИЯХ
  10. Конструирование политического имиджа
  11. ГОД: XX СЪЕЗД И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ
  12. М. Л ФКДОТОП НЫЛ ЛИ РАЗРУШИМ «НОВЫЙ КАРФАГЕН»? (Из истории советского законодательства о цензуре)
  13. Великая Отечественная война
  14. ГГлава I «ЗАГОВОР» И ТАЙНЫЕ ОБЩЕСТВА: СООТНОШЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКОГО И МЕТОДОЛОГИЧЕСКОГО
  15. Черные листовки и черные мысли
  16. Имидж политического лидера иполитического руководителя