<<
>>

§ 3. Дела, возникающие из правоотношений при оспаривании прав и обязанностей члена избирательной комиссии

Право члена избирательной комиссии на особое мнение и корреспондирующая ему обязанность комиссии рассмотреть это мнение, отразить его в протоколе и приложить к протоколу заседания комиссии не зависят от уровня избирательной комиссии.
Верховный Суд РФ не согласился с позицией Тульского областного суда, что правом высказывания особого мнения наделены члены нижестоящих избирательных комиссий по отношению к вышестоящим соответственно уровню выборов, по этому, например, на выборах губернатора области члены избирательной комиссии Тульской области не имеют права на особое мнение66. В соответствии с определением Верховного Суда РФ от 14 февраля 2002 г. (дело № 86-Г02-1) М. правомерно отказано в ознакомлении с избирательными бюллетенями, поданными за кандидата в депутаты, победившего на выборах, потому что ко времени обращения в избирательную комиссию его полномочия как члена избирательной комиссии с правом совещательного голоса истекли. В связи с нарушением права Г., члена избирательной комиссии субъекта РФ, на получение копий актов комиссии и приложений к ним решением Волгоградского областного суда от 5 марта 2002 г. действия председателя облизбиркома по непредставлению копий документов признаны незаконными. С избирательной комиссии Волгоградской области взыскана в пользу заявителя денежная компенсация в размере 500 рублей. Определением Верховного Суда РФ от 3 июня 2002 г. (дело № 16- Г02-8) решение суда оставлено без изменения. Верховный Суд РФ в определении от 19 ноября 2004 г. (дело № 16-Г04-30) указал, что при принятии избирательной комиссией решения о регистрации кандидата в случае равного числа голосов членов комиссии с правом решающего голоса, поданных «за» и «против», при открытом голосовании голос председателя комиссии является решающим. Оренбургский областной суд 9 февраля 2006 г. отказал в удовлетворении заявления об отмене постановления избирательной комиссии Оренбургской области от 27 января 2006 г.
«Об отказе в регистрации областного списка кандидатов в депутаты Законодательного Собрания Оренбургской области четвертого созыва, выдвинутого избирательным объединением политической партии «Родина» по областному избирательному округу». Как отмечено в определении Верховного Суда РФ от 2 марта 2006 г. (дело № 47-Г06-1), суд установил, что согласно протоколу избирательной комиссии по вопросу о регистрации выдвинутого региональным отделением политической партии «Родина» в Оренбургской области списка кандидатов в депутаты Законодательного Собрания Оренбургской области члены комиссии голосовали дважды. Суд правильно не признал повторное голосование по одному вопросу нарушением действую щего законодательства, являющимся основанием для отмены принятого решения, поскольку прямого запрета на это нет. Повторное голосование проводилось без участия представителей регионального отделения политической партии «Родина», что действительно является нарушением их прав, предусмотренных п. 1 ст. 30 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав. Вместе с тем, как правильно указал суд, данное обстоятельство не является основанием для отмены принятого решения, так как решение избирательной комиссии может быть отменено только в случаях, предусмотренных законом. Такого основания для отмены решения избирательной комиссии закон не содержит. Суды признают право члена избирательной комиссии на ответ заявителю, минуя коллегиальный орган. Первоначально это право было признано за членами ЦИК РФ. Так, П. обжаловал бездействие Председателя ЦИК РФ, к которому он обратился с предложением, однако ответ получил за подписью члена ЦИК РФ. Верховный Суд РФ в определении от 29 мая 2001 г. (дело № ГКПИ2001-894) не нашел оснований для удовлетворения жалобы П., так как направление ответа заявителю за подписью члена ЦИК РФ предусмотрено регламентом ЦИК РФ. В определении от 13 июля 2000 г. (дело № КАС00-250) Верховный Суд РФ, проанализировав Федеральный закон от 19 сентября 1997 г. и регламент ЦИК РФ, объявил правомерным вывод суда первой инстанции о том, что «принятие решений по существу жалобы является правом, а не обязанностью комиссии».
Далее поясняется, что ЦИК РФ не обязана рассматривать жалобы и давать ответы на них исключительно в форме решений. Достаточно спорен вывод суда о том, что рассмотрение жалоб по существу является правом, а не обязанностью избирательной комиссии. Поскольку избирательная комиссия является государственным органом или наделяется государственно-властными полномочиями в сфере выборов, ее права являются одновременно и обязанностями. Кроме того, федеральный закон прямо закрепляет как обязанность комиссии рассмотреть жалобу, так и предписывает варианты поведения. Выше уже отмечалась появившаяся на практике без изменения законодательства тенденция к минимизации вопросов, выносимых на коллегиальное рассмотрение и решение избирательной комиссии. Поэтому большинство жалоб и обращений граждан, государственных органов, политических партий, кандидатов, депутатов и других должностных лиц в избирательные комиссии на заседаниях комиссий не рассматриваются. Ответы на них даются председателями или по их поручению другими членами избирательных комиссий. Судебная практика по делам о защите трудовых прав членов избирательных комиссий претерпела изменения под влиянием правовой позиции Конституционного Суда РФ. В определении от 16 января 2007 г. № 160-О-П Суд не согласился с приданием абсолютного характера предусмотренного избирательным законодательством запрета на увольнение работника — члена избирательной комиссии по инициативе работодателя. Конституционный Суд РФ констатировал, что «судебная практика исходит из того, что для признания увольнения работника незаконным достаточно лишь подтвердить его членство в избирательной комиссии с правом решающего либо совещательного голоса, не давая оценки совершенного им правонарушения». Конституционный Суд РФ квалифицировал такую практику, как освобождение работников от ответственности в виде увольнения с работы. Конституционный Суд РФ считает, что п. 19 ст. 29 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав «не исключает возможность увольнения по инициативе работодателя лица, исполняющего полномочия члена избирательной комиссии с правом решающего голоса, по такому предусмотренному законом основанию расторжения трудового договора, как грубое нарушение трудовых обязанностей, в случае если увольнение не является результатом преследования лица за исполнение возложенных на него публично-значимых функций». В итоге судебная практика сложилась так, что работник — член избирательной комиссии для отмены решения об увольнении по инициативе администрации должен доказать в суде факты преследования его на самом деле за работу в избирательной комиссии. Это резко ослабило гарантии трудовых прав членов избирательных комиссий и осложнило формирование избирательных комиссий. Думается, исходя из соотношения рассматриваемых ценностей следовало бы все-таки скорректировать и позицию Конституционного Суда РФ, и судебную практику, придав запрету увольнения членов избирательных комиссий по инициативе работодателя абсолютный характер, по крайней мере на период избирательных кампаний. Судебная практика идет по пути весьма ограничительного толкования предусмотренного п. 23 ст. 29 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав права члена избира тельной комиссии на обжалование решений и действий (бездействия) избирательной комиссии. Член избирательной комиссии Новгородской области И. оспорил в суде законность положения регламента избирательной комиссии области, которое разрешает проводить закрытые заседания. Решением Новгородского областного суда от 25 июля 2006 г. заявление И. было удовлетворено. Однако Верховный Суд РФ определением от 18 октября 2006 г. (дело № 84-Г06-6) решение областного суда отменил и производство по делу прекратил. Верховный Суд РФ полагает, что указанное право члена избирательной комиссии является одной из гарантий его прав, поэтому «при решении вопроса о том, имеются ли основания для принятия заявления, судья должен проверить, затрагивают ли обжалуемые действия избирательной комиссии непосредственно права заявителя». Верховный Суд РФ сделал и два других достаточно спорных вывода. Во-первых, он полагает, что у И. не было оснований утверждать, что принятый в установленном порядке регламент нарушает его права и законные интересы других лиц. Думается, что подобная логика лишает права на судебную защиту при любом содержании оспариваемого акта. Трудно согласиться, что проведение закрытых заседаний избирательной комиссии не нарушает ничьи законные интересы. Во-вторых, по мнению Верховного Суда РФ, «в заявлении И. оспариваются акты, которые не относятся к актам, регулирующим выборы, следовательно, не могут нарушить избирательные права граждан». Верховный Суд РФ заявил, что у суда не было оснований для принятия заявления к производству. Следует заметить, что избирательные комиссии и регламент их деятельности сами по себе должны выступать определенными гарантиями избирательных прав граждан. С помощью избирательной комиссии и регламента ее деятельности можно и нарушать избирательные права граждан. В итоге Верховный Суд РФ распространил на члена избирательной комиссии конструкцию определения подсудности дел по признаку нарушения избирательных прав конкретного избирателя-заявителя. Между тем п. 23 ст. 29 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав не содержит никаких условий права на судебное обжалование решений, действий (бездействия) избирательной комиссии, т. е. такое право носит абсолютный характер и распространяется на любые решения, любые действия (любое бездействие) избирательной комиссии. Суд общей юрисдикции, по сути дела, изменил закон, сформулировав условия, при которых у члена комиссии возникает право на судебное обжалование. Такая позиция противоречит существу зафиксированного в законе права и превращает его в фикцию. При определении пределов полномочий избирательных комиссий следует учитывать определение Верховного Суда РФ от 4 декабря 2001 г. (дело № 51-Г01-27). Верховный Суд РФ оставил без изменения решение Алтайского краевого суда, который признал недействующими ряд положений Кодекса Алтайского края «О выборах, референдуме, отзыве депутатов и выборных должностных лицах». При этом Верховный Суд РФ заявил, что в федеральном законе не определены непосредственно случаи существенного нарушения порядка сбора подписей, создания избирательного фонда и расходования его средств. Однако по смыслу закона «существенность нарушений в каждом случае определяется избирательной комиссией либо судом с учетом конкретных обстоятельств спора (в одной ситуации они могут быть расценены как существенные, а при других обстоятельствах эти же нарушения — как несущественные)». Следует учитывать, что хотя такое толкование относится к утратившему силу федеральному закону, но имеет значение применительно к некоторым нормам действующего федерального закона. Центральная избирательная комиссия Республики Северная Осетия — Алания превысила свои полномочия, приняв 14 мая 2003 г. решение о повторном подсчете голосов за пределами установленных сроков. Верховный Суд РФ в определении от 27 октября 2003 г. (дело № 22-Г03-9) отметил следующее. В силу п. 9 ст. 69 Федерального закона об основных гарантиях избирательных прав такое решение возможно не позднее чем за один день до истечения установленных законом сроков определения результатов выборов. Поскольку результаты выборов в Парламент Республики Северная Осетия — Алания в силу республиканского закона должны быть определены не позднее чем через три дня со дня голосования, которое состоялось 11 мая, то решение о повторном подсчете голосов можно было при наличии на то оснований принимать не позднее 13 мая. Центральная избирательная комиссия Республики Адыгея превысила свои полномочия, поручив правоохранительным органам произвести «проверку сведений о лицах, производивших сбор подписей». В определении Верховного Суда РФ от 28 февраля 2002 г. (дело № 24-Г02-1) указано, что Центральная избирательная комиссия Республики Адыгея направила министру внутренних дел Республики сведения о лицах, собиравших подписи избирателей, и просила произвести проверку: где и когда собирались ими подписи; сколько и в поддержку какого кандидата собраны ими подписи; заключался ли кандидатом с лицом, собиравшим подписи, договор о сборе подписей; каким образом и в каком размере произведена оплата за собранные подписи. Верховный Суд РФ исходя из положений действовавшего тогда федерального закона посчитал, что «избирательная комиссия вправе обратиться с представлением о проверке тех данных, которые относятся непосредственно к кандидатам и предоставляются или указываются ими. Сведения о лицах, собиравших подписи избирателей, и о порядке сбора подписей не относятся к таким данным, поэтому комиссия не обладает правом поручать проведение правоохранительными органами проверки этих сведений». Следует заметить, что действующее законодательство ввело обязанность представления в комиссию списка сборщиков подписей, поэтому избирательная комиссия вправе поручать проверку достоверности представленных сведений о сборщиках подписей. Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав содержит отсылочную норму (п. 3 ст. 38), позволяющую федеральным и региональным законами регулировать процедуру проверки соблюдения порядка сбора подписей. Однако ни федеральный, ни региональный законодатели этого не делают, предоставляя соответствующим избирательным комиссиям право проверять соблюдение порядка сбора подписей. В итоге у избирательных комиссий имеются большие возможности в этом вопросе. В Республике Ингушетии 2 июля 2000 г. многие члены участковых избирательных комиссий сложили свои полномочия в день голосования и не явились на дополнительные выборы депутата Государственной Думы, сорвав голосование. Избирательная комиссия Республики Ингушетии постановила считать невозможным проведение выборов в связи с тем, что в день голосования не открылись избирательные участки и участковые избирательные комиссии не приступили к работе. Это постановление было оспорено в судах как принятое с превышением полномочий комиссии. Верховный суд Республики Ингушетии, а впоследствии Верховный Суд РФ в определении от 19 февраля 2001 г. (дело № 26-В01пр-2) не усмотрели в решении избирательной комиссии отмены выборов, указав, что комиссией не отменялись выборы, а лишь констатировался факт невозможности их проведения и это доводилось до сведения избирате лей. Целесообразно заметить, что фактически срыв голосования произошел по инициативе тогдашнего руководителя Республики, а действия членов низовых избирательных комиссий были отнюдь не добровольными. Однако никаких мер юридической ответственности ни в отношении официальных организаторов выборов, ни в отношении организатора их фактической отмены не последовало. Избирательная комиссия субъекта РФ не может выступать истцом в спорах, касающихся финансовых интересов казны субъекта РФ. Как разъяснено судом, такими правами обладает главное финансовое управление либо прокуратура субъекта РФ67.
<< | >>
Источник: Е. И. Колюшин. Выборы и избирательное право в зеркале судебных решений. 2010

Еще по теме § 3. Дела, возникающие из правоотношений при оспаривании прав и обязанностей члена избирательной комиссии:

  1. 4. ДЕЛА О ЗАЩИТЕ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ ГРАЖДАН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  2. § 3. Особенности гражданского судопроизводства по делам, возникающим из избирательныхправоотношений
  3. § 3. Дела, возникающие из правоотношений при оспаривании прав и обязанностей члена избирательной комиссии
  4. § 4. Дела, возникающие из правоотношений при расформировании избирательных комиссий
  5. § 3. Дела, возникающие из правоотношений при регистрации и отмене регистрации кандидатов, списков кандидатов
  6. § 2. Дела, возникающие из правоотношений при финансировании избирательных кампаний кандидатов, политических партий
  7. Эволюция государственного строя Великобритании
  8. § 2. Суд и исполнительная власть
  9. § 1. Участие прокурора в рассмотрении судами общей юрисдикции гражданских дел
  10. ГЛОССАРИЙ
  11. Заключение
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Акционерное право - Бюджетная система - Горное право‎ - Гражданский процесс - Гражданское право - Гражданское право зарубежных стран - Договорное право - Европейское право‎ - Жилищное право - Законы и кодексы - Избирательное право - Информационное право - Исполнительное производство - История политических учений - Коммерческое право - Конкурсное право - Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право России - Криминалистика - Криминалистическая методика - Криминальная психология - Криминология - Международное право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Образовательное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право интеллектуальной собственности - Право собственности - Право социального обеспечения - Право юридических лиц - Правовая статистика - Правоведение - Правовое обеспечение профессиональной деятельности - Правоохранительные органы - Предпринимательское право - Прокурорский надзор - Римское право - Семейное право - Социология права - Сравнительное правоведение - Страховое право - Судебная психиатрия - Судебная экспертиза - Судебное дело - Судебные и правоохранительные органы - Таможенное право - Теория и история государства и права - Транспортное право - Трудовое право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия права - Финансовое право - Экологическое право‎ - Ювенальное право - Юридическая антропология‎ - Юридическая периодика и сборники - Юридическая техника - Юридическая этика -