<<
>>

4. «НОВАЯ ДЕМОКРАТИЯ» В. ВИЛЬСОНА

Вильсон, ставший президентом в результате раскола республиканской партии, вошел в Белый дом как «президент меньшинства» (собрал всего 41,8% общего числа голосов). Зато умело составленная программа демократов и выступления Вильсона обеспечили демократической партии прочное большинство в обеих палатах конгресса.
К этому надо добавить что республиканская партия, занявшая теперь место оппозиции, была разделена на две фракции, и демократы могли рассчитывать на поддержку прогрессистов. «Новая демократия» Вильсона схематически укладывалась в три пункта: индивидуализм, свобода личности и свобода конкуренции. С этих позиций Вильсон объявил себя врагом трестов, но предлагал, как уже говорилось, не уничтожение трестов (чего требовали прогрессисты-«мятеж-ники») и не контроль над трестами (это провозглашал Рузвельт), а регулирование конкуренции. Он убеждал своих сторонников, что такой курс приведет к ограничению роста крупных корпораций. Идейным вдохновителем «новой демократии» был юрист Л. Брандейс, прогрессист по убеждениям, автор серии статей о финансовой элите («денежном тресте»), вышедших затем отдельной книгой52. Брандейс оперировал материалами комиссии Пьюджо, исследовавшей связи различных групп финансистов. На примере банкирского «дома Морганов», создавшего гигантский «Стальной трест»,, Брандейс доказывал, что зло заключается в «нечестной» конкуренции, перекрывающей все пути для мелкого и среднего бизнеса и вынуждавшей к сдаче позиций даже крупные некорпорированные предприятия (например, фирму Карнеги и Шваба). Брандейс и вслед за ним Вильсон (как и Рузвельт) отошли от идеи запрещения крупных корпораций. Требование уничтожения трестов было характерно для идеологов мелкобуржуазного антитрестовского движения (в XIX в.— популистов, а в XX в.— Лафоллетта и других «мятежников»). Брандейс и Вильсон объявили себя врагами не крупного бизнеса, а монополии как результата «нечестной» конкуренции.
Вильсон заявил об этом еще до вступления на пост президента, на встрече с группой промышленных и финансовых магнатов в Чикаго в январе 1913 г. Он произнес де- 51 Итоги выборов: Вильсон получил 6286,2 тыс. голосов и 435 голосов выборщиков, Рузвельт соответственно — 4126 тыс. и 88, Тафт — 3483,9 тыс. и 8, Дебс — 897 тыс. См.: Encyclopedia of American History, p. 325—326. 52 Brandeis L. Other People's Money and How the Bankers Use It. N. Y., 1914. магогическую речь, в которой признал ведущую роль бизнеса в жизни cтраны, предложил бизнесменам сотрудничать с ним, заявил, что все гpaждане США имеют равное право на использование национальных peсурсов и что предпринимательская деятельность должна быть избавлена от всяких признаков монополии 53. Деловые круги встретили это зaявление с тревогой, но дальнейшие действия президента доказали, что иx опасения были неосновательными. Вильсон окружил себя людьми, через которых мог связываться с пред- ставителями различных группировок и течений. Первый пост в его каби-нете — государственного секретаря — занял У. Дж. Брайан, поддержавший на предвыборном съезде кандидатуру Вильсона. Опираясь на него, Вильсон мог рассчитывать на поддержку Среднего Запада. Генеральный почтмейстер О. С. Берлесон представлял интересы лидеров южных штатов. Личный секретарь нового президента Дж. Тэмелти, ирландский католик, имел тесные связи с политическими боссами Севера. Наиболее близким к президенту лицом был полковник Э. Хауз из Техаса, завоевавший неограниченное доверие Вильсона. Этот богатый южанин находился в контакте с влиятельными представителями мира бизнеса. Хауз отказался войти в кабинет, оставаясь на протяжении всех лет администрации Вильсона «всего лишь» негласным советником президента, но его мнение значило больше, чем мнение кабинета. Перед Вильсоном, главой партии, выступившей с программой реформ, теперь стояла задача приступить к выполнению предвыборных обещаний. В инаугурационной речи, в которой республиканцы обвинялись в расточительности и забвении интересов народа, новый президент очертил программу будущих мероприятий: пересмотр закона о тарифах, реорганизация банковской системы и денежного обращения, законодательство по регулированию конкуренции между предпринимателями (видоизмененный антитрестовский пункт), меры по охране природных ресурсов и некоторые другие.
Первым вопросом на очередь дня была поставлена ревизия тарифов, которые Вильсон называл искусственными возбудителями конкуренции и искусственными узами предпринимательства. Билль о тарифах, подготовленный конгрессменом О. Андервудом при непосредственном участии Вильсона, был поставлен на обсуждение сразу после открытия сессии конгресса в начале апреля 1913 г. Сравнительно быстро (через месяц) он был утвержден палатой представителей и передан в сенат. Как и в прежние годы, именно в сенате началась длительная и упорная борьба за каждый раздел, за каждый пункт билля. Сенаторы были атакованы массой лоббистов, которые съехались со всех штатов на защиту интересов различных групп предпринимателей. Президент ооъявил законопроект «партийным мероприятием» и публично выступил c осуждением действий лобби54. «Мятежные республиканцы» оказали ему поддержку, потребовав расследования связей лоббистов с сенаторами и конгрессменами. Созданная комиссия действительно раскрыла контакты многих законодателей с лобби, их финансовую заинтересованность в различных мероприятиях. Под угрозой политического скандала демократический коку с сената уступил и объявил долгом каждого демократа под- 53 Life and Letters of Woodrow Wilson: Vol. 1—8/Ed. by R. S. Baker. N. Y., 1927—1939, vol. 3, p. 432. 54 Wilson W. The New Democracy. Presidential Messages, Addresses and Other Papers (1913—1917): Vol. 1, 2 / Ed. by R. S. Baker, W. E. Dodd. N. Y.; L., 1926, vol. 17 p. 36. 292 II. НАЧАЛО ЭПОХИ ИМПЕРИАЛИЗМА «ПРОГРЕССИВНАЯ ЭРА» — БУРЖУАЗНЫЙ РЕФОРМИЗМ В ДЕЙСТВИИ 293 держать обещанный во время выборов тарифный законопроект. Билль был утвержден конгрессом и подписан президентом в первых числах ок-тября 1913 г. Новый закон снижал пошлины в среднем с 42 до 27%, так что и он оставался протекционистским; но все же ставки были снижены более чем на 900 наименований и 356 наименований были внесены в список свобод ного ввоза, хотя на многие товары (например, на табак и табачные изделия) сохранялись высокие тарифы. Снижение и отмена пошлины на сахар должны были проводиться в несколько сроков 55. Кроме ревизии тарифов, закон Андервуда определил размер подоходного налога согласно XVI поправке к конституции, поправке, принятой конгрессом еще при Тафте в феврале этого же года. Под давлением прогрессистов обеих партий добавочный налог на доход свыше 500 тыс. долл был доведен до 6% 56. Следует отметить, что тариф Андервуда устанавливал наиболее низкие тарифные ставки по сравнению с предыдущим законодательством. Однако о его воздействии на американскую экономику трудно сказать что-либо определенное: помешали сначала начавшийся в 1913 г. экономический кризис, а затем война в Европе, нарушившая налаженные торговые отношения между странами. После войны пришедшая к власти республиканская партия вернулась на старые позиции бескомпромиссного протекционизма. Тарифный законопроект еще обсуждался в сенате, когда Вильсон выступил на объединенном собрании палаты представителей и сената с предложением о реорганизации кредитной и банковской системы США. Вильсон заявил, что деловые круги должны получить эластичную банковскую и денежную систему, которая обеспечила бы свободу предпринимательства и индивидуальной инициативы, однако добавил, что «контроль над банковской системой и выпуском денег ...должен носить общественный характер, а не частный, должен возлагаться на само правительство, с тем чтобы банки стали инструментами, а не хозяевами бизнеса, индивидуального предпринимательства и инициативы» ". Эти слова были данью, которую президенту пришлось воздать прогрессистам, сторонникам государственного регулирования экономики и децентрализации банковской системы. Несмотря на заявление Вильсона о правительственном контроле, первоначальный вариант законопроекта о банковской реформе, подготовленный лидером консервативных демократов палаты К. Глассом, полностью исключал государственный контроль и предлагал создать 15 национальных банков. Вильсон и Хауз были сторонниками сильной централизованной системы, но считали, что открыто проводить такую линию невозможно, ибо это вызовет отпор со стороны различных группировок в конгрессе и в банковских кругах. Дабы избежать конфликта с финансовыми магнатами, к работе над биллем, обсуждение которого затянулось до конца года, были привлечены видные финансисты. Связь с ними президент осуществлял через полковника Хауза, постоянно встречавшегося с П. Уорбергом, Дж. П. Морга- 55 Complete Table of the New Tariff Duties Compared with Old.— New York Times, 1913, Sept. 30. 56 Link A. S., Catton W. B. Op. cit., vol. 1, p. 116. 57 Wilson W. Op. cit., vol. 1, p. 39—40. ном-младшим, К. Доджем, Ф. Вандерлипом, Г. Фриком и др.58 В результате этого сотрудничества в конце концов был выработан акт о создании федеральной резервной системы (ФРС), подписанный президентом 23 декабря 1913 г. Закон предусматривал создание 12 федеральных резервных банков, капиталы которых образовывались из взносов национальных, штатных и промышленных банков соответствующего района . Во главе всей системы стояло Федеральное резервное управление в Вашингтоне. В него входили (ex oficio) министр финансов, контролер денежного обращения и пять членов, назначаемых президентом с согласия сената. Помимо административного руководства системой, в функции управления входил выпуск банкнот, которые имели значение денежных знаков. Важно отметить, что федеральные банки выполняли роль фискальных агентов правительства. В первый состав федерального управления вошли крупнейшие банкиры, юристы: П. Уорберг, У. Дж. Хардинг, Ч. С. Хэмлин, Ф. Делано. Если прибавить, что места в так называемом консультативном совете, предусмотренном законом, заняли известные магнаты Дж. П. Морган-младший, Дж. Форган (Чикаго), Д. Винг (Бостон) и др., то становится понятным, что федеральный резервный акт обеспечил монополистической олигархии руководящую роль в финансовой системе страны. Вместо банковской реформы в пользу мелкой и средней буржуазии и ожидаемой прогрессистами децентрализации правительство Вильсона ввело искусно замаскированную централизацию банковской системы, прикрытую делением на 12 федеральных банков. Кстати, финансисты, особенно Уорберг, настаивали на уменьшении числа финансовых центров с 12 до 8 и даже 4, но Вильсон и министр финансов У. Г. Макаду воспротивились этому. Следует также отметить, что в рамках федеральной системы нисколько не уменьшилась роль Нью-Йорка в качестве финансового центра страны. Более того, уже в 1916 г. К. Гласc подчеркнул возросший «престиж Нью-Йорка как финансовой метрополии этого (т. е. Западного.—Авт.) полушария», а также не скрыл, что творцы федерального резервного акта надеялись, что он поможет «сокрушить могущество Лондона и превратить Нью-Йорк в финансовый центр мира» 60. В реформы «новой демократии» Вильсона входят два акта, дополнявшие и коррегировавшие антитрестовское законодательство: создание Федеральной промышленной комиссии и закон Клейтона. Оба акта, которые были задуманы и в первоначальных вариантах спроектированы прогрессистами (например, билль о Федеральной промышленной комиссии), пройдя через горнило комитета сената, потеряли, можно сказать, все свое прогрессивное содержание. Демократы должны были выполнить обещание, данное ими в 1912 г. о борьбе с монополией. Вильсон, высказывавшийся на эту тему весьма туманно, много раз повторявший, что он против монополии, но за крупный бизнес (последнее положение наглядно подтверждалось федеральным резервным актом), в конце концов подписал 58 The Intimate Papers of Colonel House: Vol. 1—4. L., 1926—1928, vol. 1, p. 166—167, 169—171. 59 An Act to Provide the Establishment of Federal Reserve Banks, to Furnish an Elastic Currency and so on. Wash., 1913. 60 Цит. по: Kolko G. The Triumph of Concervatism, p. 254. 294 II. НАЧАЛО ЭПОХИ ИМПЕРИАЛИЗМА «ПРОГРЕССИВНАЯ ЭРА» — БУРЖУАЗНЫЙ РЕФОРМИЗМ В ДЕЙСТВИИ 295 оба законопроекта именно потому, что из них были выхолощены про-грессистские идеи о регулировании экономической жизни. Федеральная промышленная комиссия, создававшаяся по закону от 26 сентября 1914 г., не получила права регулировать деятельность корпораций. Ее функции ограничивались сбором информации и привлечением к суду лиц и корпораций, замеченных в применении «нечестных» методов, объявленных незаконными (ст. 5) б1. Таким образом, и этот акт так же как и закон Шермана, передавал окончательное решение всех исков в руки судебной власти. Почти одновременно с указанным актом увидел свет закон Клейтона (15 октября 1914 г.), целью которого, как предлагал президент, было «внесение ясности» в существующие антитрестовские законы, ясности, необходимой для предпринимателей. О том, что Вильсон проявлял заботу именно о бизнесе, свидетельствуют его постоянные заявления о необходимости дать деловому миру страны, «страдающему» от неопределенности антитрестовского законодательства, точные и ясные указания на возможную сферу деятельности. В этом плане и был составлен текст закона Клейтона, уточнявший некоторые формулировки для определения законности или незаконности действий корпораций. Однако вынесение окончательного вердикта возлагалось опять-таки на суды. Единственной мерой, в какой-то степени стеснявшей свободу действий корпораций, было запрещение практики перекрещивающегося директората. Законодатели не могли игнорировать сенсационных разоблачений деятельности «денежного треста», опубликованных комиссией Пыоджо. Акт Клейтона получил известность не своими антитрестовскими статьями, а тем, что в него были включены две статьи о рабочих союзах. Профсоюзы уже давно выступали против применения закона Шермана к рабочим организациям, якобы нарушающим «свободу торговли», а также против «инджанкшнз», к которым прибегали власти при любом конфликте рабочих с предпринимателями. Лидеры демократической партии и президент решились сделать уступки рабочему классу и выполнить обещания, данные перед выборами. К этому их вынудил подъем рабочего движения 1912—1914 гг. Среди стачек этих лет особенно широкую известность получили трагические события в Колорадо (см. гл. 9). Однако на полное изъятие рабочих союзов из юрисдикции закона Шермана президент и конгресс не согласились. Статьи нового закона гласили, во-первых, что их смысл не следует истолковывать как запрещение рабочих союзов и, во-вторых, что суды не должны безоговорочно применять «инджанкшнз», но при этом предпринимателям разрешалось обращаться в суд с жалобами на профсоюзы в случае нанесения последними «материального ущерба» владельцам предприятий 62. Из сказанного вытекает ограниченный характер рабочего законодательства «новой демократии»; тем не менее лидеры АФТ считали эти уступки администрации Вильсона огромным достижением. Гомперс даже назвал закон Клейтона «великой хартией труда». Будущее показало, что расплывчатые формулировки закона оставляли судам и юристам корпораций достаточно возможностей для его обхода. Таковы 61 Antitrust Laws with Amendments, 1890—1937. Wash., 1938, p. 14—21. 62 Ibid., p. 23—31. были уступки, впервые сделанные рабочему классу федеральными органами власти. Законом Клейтона президент Вильсон завершил выполнение програм-мы «новой демократии», или «новой свободы». Главным стержнем этой программы был акт о создании федеральной резервной системы, и даже американские буржуазные историки признавали, что Вильсон в течение всех этих месяцев стойко удерживался в рамках ограниченной реформистской программы и осуществил свое намерение «не поддаваться нажиму общественного движения, требовавшего от федерального правительства прогрессивного социального и экономического законодательства» 63. В частности, он упорно сопротивлялся требованиям введения законодательства о контроле над применением детского труда на производстве. Прогрессистам пришлось снять такой билль с повестки дня палаты представителей, так как президент заранее сказал, что считает его неконституционным. Отрицательное отношение Вильсона к получению женщинами избирательного права было широко известно в обществе. Кроме того, с приходом его в Белый дом в государственных учреждениях открыто начали проводить политику сегрегации в отношении негров. Увольнение или понижение в должности черных служащих было разрешено сперва в министерствах финансов и связи, а затем в других департаментах. Подводя итоги внутриполитических мероприятий администрации Вильсона за первые полтора года ее деятельности, нетрудно увидеть, что реальным содержанием «новой демократии» было укрепление связей правительства с крупным капиталом и проведение важной для финансовой олигархии банковской реформы. Частичные, весьма ограниченные реформы в области социального законодательства проводились с целью снизить политическое напряжение в стране и поднять престиж демократической партии. Но к осени 1914 г. президенту и его ближайшему окружению казалось, что наступило время покончить с реформами. В Европе разразилась война, и перед американским империализмом обозначились совсем иные цели: как извлечь выгоду из сложившейся в мире ситуации, как приспособить американскую экономику к новым условиям. Влияние европейской войны на хозяйственную жизнь и политический режим в Соединенных Штатах возрастало день ото дня. 63 Link A. S., Catton W. В. Op. cit., p. 119.
<< | >>
Источник: Г. П. КУРОПЯТНИК И. А. БЕЛЯВСКАЯ И.П.ДЕМЕНТЬЕВ А.А.КИСЛОВА. ИСТОРИЯ США том ВТОРОЙ 1877-1918. 1985

Еще по теме 4. «НОВАЯ ДЕМОКРАТИЯ» В. ВИЛЬСОНА:

  1. Новая концепция демократии Й. Шумпетера
  2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ. НОВАЯ МОДЕЛЬ ДЕМОКРАТИИ?
  3. СУВЕРЕННАЯ ДЕМОКРАТИЯ КАК НОВАЯ СТРАТЕГИЯ РОССИИ
  4. 1. «14 ПУНКТОВ» ВИЛЬСОНА
  5. ИМПЕРСКАЯ ГЕОПОЛИТИКА США ВИЛЬСОНА
  6. НОВАЯ ПОЛИТИКА - НОВАЯ ВОЕННАЯ ДОКТРИНА
  7. ПРОСТО ДЕМОКРАТИИ, ПРОГРЕССИВНЫЕ ДЕМОКРАТИИ, НАРОДНЫЕ ДЕМОКРАТИИ
  8. 1. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КУРС В. ВИЛЬСОНА
  9. 13. Просто демократии, прогрессивные демократии, народные демократии
  10. 13. Просто демократии, прогрессивные демократии, народные демократии
  11. Новая возрастная структура Новая структура времени жизни поколений
  12. 1. ИТОГИ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. ПОЛИТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВА ВИЛЬСОНА
  13. Сущностные черты и признаки демократии. Теории и модели демократии
  14. § 4. Демократия унитарная и демократия плюралистическая
  15. 7. Агрегативная демократия классическая демократия
  16. 7. Политико-правовое учение и правовые взгляды Джеймса Меди-сона, Джона К. Калхуна, Вудро Вильсона и Оливера Холмса.
  17. А.А. Гусейнов. Демократия для России — Россия для демократии, 2008
  18. ДЕМОКРАТИЯ ДЛЯ РОССИИ, РОССИЯ ДЛЯ ДЕМОКРАТИИ
  19. Новая эпоха