<<
>>

1. ЛИТЕРАТУРА

Период между двумя мировыми войнами занимает совершенно особое, примечательное место в истории американской литературы. Это время отмечено значительными достижениями во всех художественных жанрах: в поэзии, драме, новеллистике, в области художественно-документальной литературы.
Исключительным богатством форм отличается роман как в его психологической, так и в социальной жанровой разновидности. Никогда, ни до ни после, американская литература не была представлена столь счастливой россыпью талантов, находившихся именно в эти годы в поре высшего творческого расцвета 1. Литературу 20-х годов характеризуют щедрое разнообразие художе- ственно-эстетических школ, стремление писателей к поискам новых форм, к эксперименту, а лучшие произведения — сила критического па- фоса, направленного на обнажение внутренней пустоты, духовного убо- жества буржуазно-собственнического существования, культа прагматиче- ской «выгоды» и бездушного техницизма. В 30-е годы, в «красное десяти- летие», заметно было смещение акцентов в сторону политизации и социологизации литературы. Возрастает общественная активность писа- телей. Как определенный этап выделяется начало 40-х годов, период вто- рой мировой войны, когда в литературе главенствуют военная и антифа- шистская темы. Великая Октябрьская социалистическая революция, строительство со- циализма в СССР, подъем рабочего движения в первые годы после войны 1914—1918 гг. стали важными факторами, воздействовавшими на литературный процесс в США, особенно в начале 20-х годов. Теодор Драйзер говорил: «Вступление России на путь социализма озарило суще- ствующее в Америке социальное неравенство таким ослепительным све- том, что наряду с книгами, имеющими единственной целью развлечь читателя и старательно обходящими социальные проблемы, неизбежно должны были появиться другие, показывающие необходимость изменения общественного строя» 2. Замечательной страницей истории литературы США стала литера- турная и общественно-политическая деятельность Джона Рида, Альбер- та Риса Вильямса, близкой к ним группы литераторов, журналистов и публицистов, очевидцев победы социалистической революции в России, друзей молодой Советской республики3. Приезд в Россию летом 1917 г., в канун Октября, знаменовал начало 1 Литература США XX века: Опыт типологического исследования. М., 1978. 2 Драйзер Т. Собр. соя.: В 12-ти т. М., 1955, т. 12, с. 196. 3 Глазами иностранцев, 1917—1932. М., 1932; Гиленсон Б. А. Октябрь в литератур0 США, 1917—1920 гг. М., 1968; Друзья Октября и мира. М., 1977; Мы видели Ок- тябрь. М., 1977. Т. 1, 2; Глазами друзей. М., 1982. нового, самого блистательного этапа в жизни Джона Рида4, ставшего основоположником социалистического реализма в литературе США, ху- дожником нового типа, органически соединившим художественное твор- чество с революционной деятельностью. Рид был свидетелем победы со- циалистической революции в Петрограде, видел В. И. Ленина на трибуне II Всероссийского съезда Советов, работал в Бюро революционной про- паганды при Наркоминделе, приняв всем сердцем правду большевиков. Вернувшись в США в мае 1918 г., Рид совершает лекционное турне по стране, пишет серию статей в левой прессе, рассказывая правду о Ленине, большевиках и Советах, опровергая мифы антисоветизма.
Его публицисти- ка 1918—1919 гг.— своеобразный пролог к прославленной книге «Десять дней, которые потрясли мир», вышедшей в свет 19 марта 1919 г. Она получила высокую оценку В. И. Ленина, увидевшего в ней «правдивое и необыкновенно живо написанное изложение событий, столь важных для понимания того, что такое пролетарская революция, что такое диктатура пролетариата» 5. В этом произведении проявилось высо- кое искусство и новаторство Рида, его темперамент, страсть, ясная идей- ная позиция. Сама История с большой буквы, творимая революционны- ми народными массами, руководимыми партией Ленина, стала героем его книги. Рид стремился, чтобы американский читатель не только увидел происходившее, но и поверил в него, опираясь на документы, наконец, понял его смысл. Это определило наличие в «Десяти днях» трех планов: изобразительного, публицистического и документального. Самый принцип «интеграции» документа в художественный текст, а также прямых пуб- лицистических отступлений, впервые широко использованный Дж. Ри- дом, получил широкое развитие в литературе США (у Дос Пассоса, Стейнбека,' Льюиса). В «Десяти днях», произведении, представляющем оригинальный худо- жественный сплав, сказался талант Рида очеркиста, документалиста, драматурга и поэта, автора уитменовской по духу поэмы «Америка 1918». Художник-новатор, Рид сумел показать народную революцию во всей ее подлинности, запечатлеть картины массовых движений, нелегкий, порой мучительный процесс рождения нового сознания у вчера еще заби- тых, неграмотных людей. Летом 1919 г. Рид принимает участие в создании Коммунистической рабочей партии США, осенью тайно приезжает в Москву, начинает рабо- тать в Коминтерне, неоднократно встречается с В. И. Лениным. Его жизнь и творчество стали действенным примером для революционных писателей США, особенно в пору «красных тридцатых», когда в США были созданы «Клубы Джона Рида». В первые послевоенные годы тема Октябрьской революции заняла существенное место в американской литературе, прежде всего в художе- ственно-документальной. В книге «Ленин. Человек и его дело» (1919) Альберт Рис Вильямc (1883—1962) 6, соратник Дж. Рида, нарисовал многогранный образ вождя Октября, «величайшего реалиста». Затем он 4 О начале литературной деятельности Дж. Рида см.: История США: В 4-х т. М., 1983.—, т. 2, с. 479—480. 5 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 40, с. 48. 6 Киреева И. В. Альберт Рис Вильяме: Очерк творчества. Горький, 1973; Вильяме А. Р. Жизнь доказала нашу правоту. Избранная публицистика. М., 1983; Гиленсон Б. А. Альберт Рис Вильяме.— Новая и новейшая история, 1984, № 1. 500 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 501 пишет книгу о народе, разбуженном к борьбе и новой жизни,— «Сквозь русскую революцию» (1921). Советская тема стала определяющей в твор- ческих исканиях Вильямса, испытанного друга Страны Советов (книги «Русская земля», 1928; «Советы», 1937; «Русские. Страна, народ, за что они сражаются», 1943). В последние годы жизни он вновь вернулся к незабываемым для себя событиям 1917—1918 гг. (книга «Путешествие в революцию», 1969). Симпатией к большевикам была проникнута и книга жены Джона Рида, прогрессивной журналистки Луизы Брайант (1890—1936) «Шесть красных месяцев в России» (1918). Итогом ее второй поездки в Россию (1920—1921) стала книга «Зеркала Москвы» (1923), серия портретов видных партийных и государственных деятелей (А. В. Луначарского, М. И. Калинина, Ф. Э. Дзержинского и др.); сюда же был включен осно- ванный на личных впечатлениях очерк о В. И. Ленине. События в рево- люционном Петрограде в 1917—1918 гг. нашли отражение и в книге Бесси Битти (1886—1947) «Красное сердце России» (1919). Другом Страны Советов проявил себя прогрессивный публицист Пак- стон Гиббен (1880—1927), автор книги «Реконструкция в России» (1925), которого в США даже привлекали к суду за «проболыпевистские симпа- тии». Октябрь, Ленин оказали решающее влияние на судьбы целой груп- пы левых рабочих лидеров, оставивших интересные образцы мемуаристи- ки («Книга Билла Хейвуда» У. Хейвуда (1927); «Страницы из жизни рабочего» У. 3. Фостера (1939); «Нас много» Э. Р. Блур (1940) и др.). Пролетарское течение в американской литературе этого десятилетия представлял Майкл Голд (1894—1967), один из ветеранов коммунисти- ческого движения в США, всю жизнь при самых нелегких обстоятель- ствах хранивший верность его идеалам. Метод Голда-художника отличал- ся известной прямолинейностью, открытой тенденциозностью, его симпа- тии были отданы тем, кто не смирялся с униженной долей, не оставил борьбы (рассказы «Проклятый агитатор», «Свободны!»). Голд-поэт про- должал традиции Уитмена, использовал белый стих, широкую оратор- скую интонацию (сборник «120 миллионов», 1927). Голд явился одним из предшественников и глашатаев новой литера- турной эпохи «красных тридцатых». Его известный автобиографический» роман «Еврейская беднота» (1930), в центре которого — изображение- духовного роста юного героя, имел широкий резонанс и стал одним- из первенцев пролетарской литературы послекризисного десятилетия. В 30-е годы Голд много сил отдавал партийной, организаторской работе в сфере культуры, вел колонку «Изменим мир» в газете «Дейли уоркер», активно поддерживал революционные тенденции в американской лите- ратуре. Наиболее значительные и интересные явления в литературе 20-х го- дов связаны с творчеством мастеров критического реализма 7. В это деся- тилетие характерно не только усиление обличительного пафоса, но и на- стойчивые поиски позитивных ценностей. Представители этого направле- ния, будучи весьма различны по своим идейно-эстетическим убеждениям, испытывали настоятельную потребность в объединении, в совместных усилиях. Своеобразным центром радикально настроенных литераторов стал журнал «Севен артс» (1916—1917). Журнал стоял на антипмпериа- 7 Зверев А. Американский роман 20—30-х годов. М., 1982. лиcтических позициях, в нем сотрудничали Т. Драйзер, У. Фрэнк, Ю. О'Нил, Ф. Делл, К. Сэндберг, критик Ван Вик Брукс и др. В 1922 г. увидел свет отмеченный социально-критическим пафосом коллективный сборник статей «Цивилизация в Соединенных Штатах» (под редакцией публициста либеральной ориентации Гарольда Стирнса). Его авторы рисовали удручающее положение дел в разных сферах духовной жизни США, будь то искусство, образование, наука, журналистика, философия и пр., пропитанных духом вульгарного бизнеса. Неприятие «долларовой цивилизации», самой атмосферы, враждебной творческому труду, стимулировало «исход» значительной группы амери- канских литераторов, покинувших родину и ставших «экспатриантами» в Париже (Э. Хемингуэй, Ф. С. Фицджеральд, Дж. Дос Пассос, Г. Мил- лер, М. Каули, Э. Э. Каммингс, У. Лоуенфелс и др.). Важной особенностью литературного процесса в первые послевоенные годы стал своеобразный «документальный взрыв», предвестник бурного развития публицистики в 30-е годы. В жанре очерка, эссе, социологиче- ского исследования успешно работают Т. Драйзер, Э. Синклер, Г. Мен- кен, У. Фрэнк и др. Это позволяло им оперативно, непосредственно вы- ступать с остро критическими оценками «долларовой цивилизации». В 20-е годы рядом с писателями старшего поколения, заявившими о себе на заре столетия (Драйзер, Синклер, Сэндберг, Андерсон п др.), выступили и более молодые художники слова, расцвет творчества кото- рых падает на послевоенное десятилетие (С. Льюис, Э. Хемингуэй» У. Фолкнер, Т. Уайлдер, Дж. Дос Пассос и др.). Социально-критический пафос в творчестве некоторых из них, например Сэндберга, Синклера, Льюиса, Андерсона, О'Нила, во многом определялся той «социалистиче- ской закалкой», которую они получили в молодые годы. Наряду с представителями «социологической» разновидности реализ- ма, такими, как Т. Драйзер, Э. Синклер, С. Льюис, стремившимися дать широкую, социально насыщенную панораму американской действитель- ности, в это десятилетие выдающихся успехов достигли художники сло- ва, которых можно отнести к психологической школе (Фолкнер, Фицдже- ральд, Андерсон, Фрэнк и др.). В их книгах открылись неведомые прежде глубины внутренней жизни человека. Плодотворным тяготением к новаторству и эксперименту, богатством художественных форм отмечено творчество таких художников слова, как Андерсон, Хемингуэй, Фолкнер, Фицджеральд, Дос Пассос, которые дали образцы новой прозы, новой стилистики. Таковы тонкая передача психо- логической атмосферы у Андерсона, подтексты в диалогах Хемингуэя, использование приемов кинематографа у Дос Пассоса, внутренний моно- лог и особенно поток сознания у Фолкнера и Фрэнка, языкотворчество Каммингса и др. Несомненным творческим ростом отмечен путь Эптона Синклера в первое послевоенное десятилетие8. Всегда живо откликавшийся на актуальные проблемы современности, он создает ряд публицистико-со- циологических памфлетов, составивших серию «Мертвая рука». В них он поистине ведет атаку против социальных зол на широком плацдарме: обличает зависимость церкви от финансовых интересов, превращение священнослужителей в платных агентов монополий («Выгоды религии», 8 О начале творческого пути Э. Синклера см.: История США, т. 2, с. 474—476. 502 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 503 1918), подкуп «свободной прессы» («Медная марка», 1920), деградацию писателей, поставивших свой талант на службу «денежному мешку» («Искусство Маммоны», 1922), опошление искусства, переродившегося в коммерческую псевдокультуру («Деньги пишут», 1927). От его внима- ния не укрывается и положение в школах и колледжах, где также осу- ществляет свой диктат крупный капитал («Гусята», 1922; «Гусиный шаг», 1923). В романах 20-х годов Синклер продолжил свою главную тему, обна- жая природу капиталистической эксплуатации. Каждое из этих произ- ведений становится своего рода «путешествием» в какую-то сферу аме- риканской жизни, воспроизводимую с завидным богатством социально- экономических деталей. Здесь полиция и ее тайная агентура в рабочем движении («100%», 1921), индустрия «черного золота» («Нефть», 1923), механизм антидемократического классового судопроизводства, жертвами которого становятся Сакко и Ванцетти («Бостон», 1927). Путь Эптона Синклера, однако, отличался неровностью. В начале 30-х годов он переживает очевидный творческий спад. Его романы «Маунтен-Сити» (1930) и «Римские каникулы» (1931) явно уступают прежним произведениям. Они бледны, маловыразительны. Обнаруживают иллюзорность и реформистские идеи Эптона Синклера, обнародовавшего свой известный план ЭПИК («Покончим с нищетой в Калифорнии», 1934) (см. гл. 10 в этом томе). Развернувшееся в середине 30-х годов антифашистское движение в США пробуждает писателя. Синклер откли- кается на гражданскую войну в Испании повестью «Они не пройдут» (1936), пронизанной призывом к единству всех сил, противостоящих «коричневой» угрозе. Значительным явлением литературы военных лет стали первые тома обширного 10-томного цикла романов о Ланни Бэдде (1940—1953), над которыми Синклер начал работать как раз в канун второй мировой войны («Крушение мира», 1940; «Меж двух миров», 1941; «Зубы дракона», 1942; «Жатва дракона», «Широкие врата», 1943; и др.). Под пером рома- ниста оживали важнейшие вехи политической, дипломатической истории после первой мировой войны; в серии наряду с вымышленными героя- ми — и это придавало повествованию особый интерес — действовали живые герои современности. К сожалению, атмосфера и настроения «хо- лодной войны» с ее антисоветизмом дали себя знать в заключительной части этой серии («Возвращение Ланни Бэдда», 1953). Послевоенное десятилетие — важнейший этап творческого пути Тео- дора Драйзера9. В это время происходит постепенная, нелегкая пере- стройка его миросозерцания: он отходит от спенсерианских и фатали- стических воззрений, растет его убеждение в антигуманной природе американского капитализма (сборник публицистики «Бей, барабан», 1919). Углубление социальных взглядов писателя сказалось в томе рас- сказов «Двенадцать» (1919), в автобиографической книге «Газетные дни» (1922) и очерковом цикле «Краски большого города» (1923). Художе- ственным обобщением огромной силы явилась «Американская трагедия» (1925), одно из ключевых произведений не только 20-х годов, но и всей литературной истории США. Судьба Клайда Грифитса предстала под пером Драйзера исполненной огромной обобщающей силы, свидетельством 9 О творчестве Драйзера до 1918 г. см.: Там же, с. 469—471. краха «американской мечты». В этом произведении Драйзер-художник проявил себя в полной мере: были изжиты сугубо натуралистическая мотивировка характеров, равно как и ошибочные философские коммента- рии, отличавшие его ранние романы. Логика развития писателя предопределила то, что Драйзер обратил свои взоры к иной общественной системе. Итогом его поездки в СССР стала книга «Драйзер смотрит на Россию» (1928), написанная с симпа- тией к Советской стране. В его творчество входит новый герой, комму- нистка Эрнита из одноименной новеллы (1929). Тридцатые годы стали значительной вехой в идейно-художественной эволюции Драйзера. В это десятилетие он много работал как публицист. От «Американской трагедии», романа о горестном уделе индивида, гиб- нущего в капиталистических джунглях, он пришел к «Трагической Аме- рике» (1931), документальному свидетельству о трудовом народе в годы кризиса, оказавшемся под пятой монополий. И здесь Драйзер сыграл «пионерскую» роль, проложив путь серии документально-публицистиче- ских книг (Андерсона, Фрэнка, Колдуэлла и др.), появившихся на заре «красного десятилетия». Обличение международной реакции, призыв к поддержке СССР определили пафос его публицистической книги «Амери- ку стоит спасать» (1941). В годы второй мировой войны Драйзер активно выступает в пользу открытия второго фронта, выражает неизменные симпатии к героической борьбе Советского Союза. В последних, уже посмертно изданных рома- нах — «Стоик» (1947, остался незавершенным) и «Оплот» (1946)— Драйзер подводит своеобразные итоги своим художественным и философ- ским исканиям. В «Оплоте», давая своеобразную хронику трех поколений квакерской семьи Барнсов, деградацию ее морально-нравственных устоев, писатель показывает, как всепоглощающая жажда денег, господствую- щая философия частнособственнического стяжательства становятся источ- ником зла. В «Стоике», заключительном томе «Трилогии желания», вы- носится окончательный приговор Каупервуду и каупервудовской фило- софии. Развитие Драйзера, особенно исторический опыт, обретенный писателем в послеоктябрьский период, привели его в конце жизни к ре- шению вступить в Коммунистическую партию, о чем свидетельствует его знаменитое письмо У. 3. Фостеру (июль 1945 г.), названное им «Логика моей жизни». Своеобразным учителем для мастеров психологического реализма, например для Фолкнера, был наряду с Генри Джеймсом также Шервуд Андерсон (1876—1941). Он дебютировал романом «Сын Уинди Макфер- сона» (1916), рисовавшим историю возвышения героя, его обогащения, а также разочарования в бизнесе. В другом романе — «Марширующие люди» (1917) — Андерсон обратился к теме рабочего движения, поста- вив в центр несколько романтизированную, не лишенную схематизма и плакатности фигуру Мак Грегора, вожака пролетариев. В полной мере Андерсон-художник нашел себя как мастер малой формы, новеллы, построенной на тонких психологических нюансах. Славу Андерсону принес его новеллистический сборник «Уайнсбург, Огайо» (1919), который знаменовал его становление как оригинального художника слова. Этот сборник и последовавшие за ним два других — «Торжество яйца» (1921) и «Кони и люди» (1923) — очертили, в сущ- ности, главенствующую андерсоновскую тему: человеческое одиночество. 504 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 505. неприкаянность, ущербность в мире бездушного делячества и бизнеса. Его новеллы, а также романы 20-х годов — «Бедный белый» (1920), «Темный смех» (1924) — с их новеллистической структурой отразили увлечение Андерсона психоанализом, вообще весьма популярным в СШA в 20-е годы. В начале 30-х годов Андерсон заметно левеет, выступает в защиту бастующих горняков (знаменитая статья «Побольше бы нам „преступ- ного синдикализма"», 1932). Растущий интерес писателя к жизни трудя- щихся, к «другой Америке» нашел отражение в романе «По ту сторону желания» (1932), исторической основой которого стала знаменитая за- бастовка в Гастонии в 1929 г. Не был глух Андерсон и к социальным процессам, происходящим в стране в пору депрессии: это сказалось в ючерково-публицистической книге «Озадаченная Америка» (1935). Одним из значительных явлений американской реалистической лите- ратуры 20-х годов стало творчество Синклера Льюиса (1885—1951). Именно на это десятилетие падает наиболее плодотворная полоса в его творчестве10. Роман «Главная улица» (1920), один из провозвестников новой литературной эпохи, сделавший его автора знаменитостью, не только запечатлел духовное убожество провинциального захолустья, но и показал провинциализм всей американской жизни. За ним последовали знаменитые романы Льюиса, образующие широкую и емкую панораму Америки «среднего класса», воссоздающие целый мир узколобого, кон- сервативного мещанства. В центре романа «Бэббит» (1922) герой, имя которого сделалось нарицательным, инфантильный, стандартизированный бизнесмен. Фигура эта явилась выдающимся художественным открытием Люьиса. В «Эрроусмите» (1925) главным героем был уже «антибэббитов- ский» характер — медик, ученый, человек творческий и честный, зады- хающийся в среде карьеристов и дельцов от науки. В романе «Элмер Гентри» (1927) представлен во весь рост «торговец словом божьим», бес- стыдный лицемер в рясе священнослужителя. «Анатом американской культуры», как назвал его известный литера- турный критик Г. Менкен, Льюис в своих лучших сатирических и со- циально-критических романах 20-х годов выставлял на всеобщее обозре- ние пороки и язвы «долларовой цивилизации». Он одним из первых художественно запечатлел то, что позднее философы определили поня- тиями «массовая культура», «массовое общество», «отчуждение личности». Путь Льюиса был сложным, противоречивым. Уже в конце 20-х го- дов в его творчестве обозначился известный спад, о чем свидетельство- вал роман «Додсворт» (1929). В 30—40-е годы подъемы и спады обозна- чились с еще большей резкостью. В известном смысле Льюис пошел вперед, его сатира приобрела политическую направленность. В центре романа «Энн Виккерс» (1933) — женщина, сильная, волевая, вдохновлен- ная идеалами гуманности и справедливости. Однако уже в романе «Про- изведение искусства» (1934 ), явно неудачном, Льюис выступил с аполо- гией честного, добропорядочного бизнесхмена, противопоставляемого «бо- геме». Затем писатель вновь переживает творческий взлет. Необычайно чуткий к пульсу общественной жизни, Льюис в антифашистском сатири- ко-утопическом романе-предупреждении «У нас это невозможно» (1935), появившемся в преддверии президентских выборов 1936 г. и ставшем 40 Начало творческого пути С. Льюиса см.: Там же, с. 479. подлинной общественной сенсацией, выступил как пионер антифашист- ской темы, привлек внимание к опа- сности «коричневой» угрозы в ее американской разновидности. В ро- мане «Гидеон Плениш» (1943) с присущим ему сатирическим блес- ком и остроумием он высмеял бур- жуазного карьериста, паразитирую- щего на ниве педагогики и «филант- ропии». Большой резонанс имел и его широко известный антирасист- ский роман «Кингсблад — потомок королей» (1947). CИHКЛЕР ЛЬЮИС Романы С. Льюиса рассматрива- ют иногда как своего рода беллет- ристическую параллель к книгам Генри Менкена (1880-1956), кри- тика и публициста, одного из куми- ров либеральной интеллигенции 20-х годов. В сборниках статей «Кни- га предисловий» (1917), «Предрас- судки» (6 серий, 1919-1927) Мен- кен издевался над ограниченностью американского мещанина, «буба» (от boob — глупец), «каталогизиро- вал» в виде документальных пасса- жей образчики невежества и пош- лости провинциальной журналисти- ки («Американа», 1926). В середине 20-х годов приходит известность и к Ринголду Уилмеру Ларднеру (1885—1933), талантливому новеллисту, сатирику, умевшему показать «столпов» и «кумиров» «американского». образа жизни» с их воинствующей пошлостью, грубостью, мещанским эгоизмом (рассказы «Чемпион», «Гнездышко любви» и др.). В 20-е годы выдвинулась группа писателей, которых называют худож- никами «потерянного поколения»: Э. Хемингуэй, Дж. Дос Пассос, Ф. С. Фицджеральд, У. Фолкнер. В раннем творчестве этих очень раз- ных мастеров слова, пути которых в дальнейшем разошлись, имелись существенные общие точки соприкосновения. Пройдя сквозь горький опыт первой мировой войны, осудив ее как бессмысленную бойню, они выразили чувство глубочайшего разочарования в буржуазном обществе- и его идеалах. Участник первой мировой войны Эрнест Миллер Хемингуэй (1899— 1961), подобно многим его собратьям по перу, начал как репортер, жур- налист в Канаде (1920-1921), затем в Европе (1922-1923). Очерки, публицистика составляют вообще важный пласт его творчества. Обосно- вавшись в Париже, в художественной среде «экспатриантов» (эта пора его жизни была позднее воссоздана в книге воспоминаний «Праздник, который всегда с тобой», 1964), Хемингуэй полностью отдается литера- турному творчеству, дебютировав книгой рассказов «В наше время» (1925). В 20-е годы формируется неповторимый хемингуэевский стиль, 506 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 507 лаконичный, простой и прозрачный, отличающийся двуплановостью когда объективное, наглядное изображение событий слито с подтекстом, образующим весьма емкую подводную часть его знаменитого «айсберга». Этими особенностями уже отмечены сборник рассказов «Мужчины без женщин» (1927) и первый роман «И восходит солнце» («Фиеста», 1926). Подлинным триумфом Хемингуэя-художника стал антивоенный роман «Прощай, оружие» (1929), произведение редкой гармоничности и цель- ности, вызвавшее всемирный резонанс. Место рядом с Хемингуэем в 20-е годы по праву занимает Фрэнсис Скотт Фицджеральд (1896—1940), художник, продолживший традиции романтизма, создавший своеобразную повествовательную манеру, соеди- нившую в себе лиризм, поэтичность, пластичность и тонкий психологизм. В ранних произведениях он не только запечатлел безумную жажду на- слаждений, овладевшую «золотой молодежью» в пору послевоенного бума, «века джаза», но и силой своего острокритического, «второго зре- ния» увидел пустоту, ущербность «сладкой жизни». Эти мотивы присут- ствуют в ранней повести «Первое мая» (1920), в романах «По ту сторо- ну рая» (1920) и «Прекрасные и проклятые» (1922). Одним из самых впечатляющих художественных свидетельств эпохи явился знаменитый и лучший роман Фицджеральда «Великий Гэтсби» (1925), классический образец американской прозы, своеобразный вариант «американской тра- гедии». Его главный герой — Джей Гэтсби — не только делец, нувориш, но и романтик, охваченный сильным чувством к холодной красавице Дейзи Бьюкенен, олицетворяющей бездушие мира богачей. Кризисное десятилетие было нелегким для Фицджеральда, продук- тивность которого снизилась, однако писатель не остался глух к пульсу общественной жизни11. К началу 30-х годов относится его интерес к марксизму. Роман «Ночь нежна» (1934), отмеченный поэтичностью и психологизмом, говорит о возросшем критицизме Фицджеральда к «очень богатым людям». Во второй половине 30-х годов Фицджеральд, пережи- вающий творческий кризис, был занят поденной работой в Голливуде, что отразилось в оставшемся незавершенным романе «Последний магнат» (посмертно издан в 1945 г.). Расцвет поэзии США, начавшийся как раз в канун первой мировой войны и обычно называемый «поэтическим Ренессансом» (1912—1925), продолжался и в начале первого послевоенного десятилетия. К. Сэнд- берг12 выпускает ряд новых поэтических сборников: «Дым и сталь» (1920), «Доброе утро, Америка» (1928), «Народ, да» (1936); последний одушевлен верой поэта в светлое будущее страны, в неодолимую мощь народа. Много сил отдает он созданию шеститомной биографии Линколь- на (1926—1939), который предстает как государственный деятель ярко выраженного демократического склада, приверженный прогрессивным идеалам. Демократизм, органически присущий и самому Сэндбергу, ска- зывается в его активной работе по собиранию американского фольклора, в особенности народных песен. В годы второй мировой войны он занимал четкую антифашистскую позицию. Как и Сэндберг, традицию реализма в поэзии развивал в послевоен- 11 Фицджералъд Ф. С. Портрет в документах. Письма. Из записных книжек. Воспо- минания. М., 1984. 12 О начале творческого пути Сэндберга см.: История США, т. 2, с. 485—486. ные годы Роберт Фрост 13, художник- гуманист. Его поэтические сборники «Hью-Гэмпшир» (1923), «Ручей, те- кущий к западу» (1928), «Дальний хребет» (1936), «Дерево-свидетель» (1942) и др.—подтверждение широ- кого светлого взгляда на мир, любви к природе, вере в человека. Мастер пейзажной лирики и философской медитации, Фрост в отличие от Сэндберга, мастера свободного стиха, более традиционен, использует бе- лый, реже рифмованный стих. В 1962 г. 88-летний поэт посетил СССР, где был тепло принят совет- скими писателями 14. РОБЕРТ ФРОСТ 20—30-е годы — время активной работы Уильяма Карлоса Уильямса (1883—1963), который стремился передать самый ритм, дух, глубин- ный смысл своего времени, воспро- изводя его в образах, осязаемых и пластичных (сборники «Кора в аду», 1920, «Кислый виноград», 1921, и др.). Поэма «Патерсон» (1946— 1958) была задумана им как современные «Листья травы». «Поэтический Ренессанс» дал импульс развитию (не без влияния европейских, особенно французских, образцов) различных авангардист- ских, модернистских течений и школ. Среди авангардистов в 20-е годы выделялся Эдуард Эстлин Каммингс (1894—1962), автор антивоенного романа «Громадная комната» (1922), ряда поэтических сборникoв («Тюльпаны и труба», 1926; «Будет пять», 1927; и др.), в которых oн увлекался экспериментальным языкотворчеством. Одним из влиятельныx теоретиков авангардистских новаций в области стилистики была Гертрy- да Стайн (1874—1946), культивировавшая самодовлеющее слово и фрa- зу, нередко оторванные от реальной жизни. Некоторые ее приемы иc- пользовал молодой Хемингуэй. Признанным лидером американского модернизма был поэт Эзpa Лумис Паунд (1885—1972), у которого ироническое отношение к мещан- ским ценностям соединялось с аристократическим снобизмом и презрe- нием к народу, толпе. Паунд стремился «реанимировать», оживить омертвелые, как он считал, стиховые формы, создать «новую поэзию», эли- тарную, рассчитанную на «посвященных», но при этом многие его поиckи обретали формалистический характер. Антигуманизм и антидемократизм привели Паунда на реакционные позиции: в 30-е годы он уезжал в Итa- лию, увлеченный социальной демагогией Муссолини, в годы вторoй мировой войны обращался к войскам союзников по радио с профашист- скими воззваниями. 13 О начале творческого пути Фроста см.: Там же, с. 485. 14 Фрост Р. Из девяти книг. М., 1962. 15 508 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 509 Видную роль играл в эти годы влиятельный англо-американский кри- тик, «мэтр» поэтического модернизма XX столетия Томас Стернз Элиот (1888—1965), лауреат Нобелевской премии (1948). Художник большого таланта, Элиот оказал сильнейшее воздействие на развитие англо-амери- канской поэзии. Оригинально передал он трагический удел индивида, за- терянного в хаосе жестокого, безжалостного мира, но при этом пессими- стически оценивал будущее, осуждал революционные перемены. Широкую известность приобрела его символико-аллегорическая поэма «Бесплодная земля» (1922): уловив кризисные явления буржуазного мира, Элиот рас- пространил свою пессимистическую концепцию на всю современную цивилизацию. В русле модернизма развивалось и творчество талантливого поэта Харта Крейна (1899—1932), автора поэмы «Мост» (1930), испол- ненной смутных видений и аллегорий, посвященной Бруклинскому мосту как символу американской цивилизации. Кризис 1929—1933 гг., потрясший до основания здание капитализма, оставил неизгладимый след во всех сферах американской жизни, в том числе и в сфере культуры, искусства, литературы. 30-е годы называют «голодными», «злыми», «грозовыми», но выразительнее всего — «красные тридцатые». В это время впервые в национальной истории миллионы аме- риканцев, в том числе и мастера культуры, обратились к научному со- циализму: так, 20-е годы прошли под знаком увлечения фрейдистским психоанализмом, а 30-е отмечены решительным поворотом в сторону марксистской философии. Само отношение к наследию «красных тридцатых» стало своеобраз- ным барометром, указывающим на общественно-политический климат в стране в разные исторические периоды. После многих лет откровенного поношения и тенденциозного подхода в 60—70-е годы проявилось новое отношение к литературе «грозового десятилетия», в частности более объективная ее оценка. В последние годы заметен интерес к выявлению художественного вклада, сделанного в это десятилетие. Кризис и последовавшая за ним депрессия обострили, сделали рельефным процесс поляризации сил в литературе. В то самое время, когда многие писатели повернули влево, происходило оживление различ- ных буржуазно-охранительных течений. Своеобразным противовесом марксистской и социологической критике стало выдвижение группы ли- тературоведов и философов эстетско-формалистического толка во главе с И.. Бэббитом, Н. Форстером и П. Э. Мором, которые обнародовали свой манифест «Новый гуманизм» (1930). В нем под флагом защиты «эстети- ческих ценностей» от «натуралистической грубости» велась откровенная атака на литературу критико-реалистической направленности и жизнен- ной правды 15. Еще в 20-е годы консервативно настроенные писатели-южане создали группу «Фыоджитивс» («Беглецы»); в нее входили Аллен Тейт, Джон Кроу Рэнсом, Клинт Брукс и другие, которые в программном манифесте «Моя позиция» (1930) резко осуждали «северный индустриализм» как источник всех социальных зол. Многие из них образовали формалисти- ческую критико-эстетическую школу, так называемую «Новую критику», задававшую тон в университетах в 40—50-е годы. В произведениях писателей-модернистов порой содержалась критика 15 Гиленсон Б. А. Американская литература 30-х годов XX в. М., 1974, с. 31—39. буржуазно-мещанского мира, но в то же время фетишизировалось тем- ное, биологическое начало в человеке. Примером этого было творчество Генри Миллера (1891—1980), выразившего анархо-индивидуалистический протест против бездуховности, прагматизма и серости американской дей- ствительности. Однако его бунт вылился лишь в осмеяние морально- нравственных норм мещанской среды, проповедь эгоцентрической свобо- ды от общественного долга (романы «Тропик Рака» (1934) и «Тропик Козерога» (1939)). Критик-коммунист Сидней Финкельстайн, характери- зуя творчество Генри Миллера, писал: «Мрак заслоняет от Миллера горящие в мире путеводные огни прогресса, и писатель видит лишь поро- ки, которые осыпает бранью. Это губит в нем поэта» 16. Однако определяющим в «красное десятилетие» стало развитие лите- ратуры радикальной, а то и революционной ориентации. Социальный опыт, накопленный писателями в 30-е годы, знаменовал, по словам М. Голда, «становление новой философии, нового взгляда на материал и саму страну» 17. Это сказалось в новой концепции человека. В лите- ратуре 30-х годов акцент делался на социально-классовой характеристикe героев, ее привлекал человек в сфере трудовой деятельности, обществен- еой активности, находящийся в процессе духовного, нравственного роста. Для литературы этого десятилетия характерно также обращение к меж- дународной проблематике, интерес к социалистическому строительству в СССР (Т. Драйзер, А. Р. Вильямc, Э. Уилсон, Л. Хьюз, У. Фрэнк и др.), к антифашистской борьбе в Германии (Л. Хелман, Э. Райе), к войнe и революции в Китае (П. Бак, А. Смедли, Э. Сноу). Меняется сама позиция писателей, все острее ощущающих прямую личную причастность к судьбам миллионов соотечественников. Пафоc коллективизма, утверждение героя, ищущего единения с другими людьми {у Стейнбека в «Гроздьях гнева», Фрэнка в «Смерти и рождении Дэви- да Маркенда», Трамбо в «Джонни получил винтовку», во многих образ- цах пролетарского романа),— замечательная и совершенно новая чертa этой литературной эпохи. Она весьма удачно выражена в словах Гарри Моргана — героя романа Хемингуэя, ставших крылатыми: «Человек один не может ни черта» 13. Известный критик М. Каули, участник литера- турного движения 30-х годов, так характеризовал новый психологиче- скии климат десятилетия: «В это время говорили не ,,я", а „мы", не ,,мое" а „наше"» 19. Критики-коммунисты возглавили движение «Клубов Джона Рида», первый из которых был создан в Нью-Йорке осенью 1929 г. К 1934 г. их число достигло 35, они объединяли литераторов-рабочих, рабкоров, художников, графиков, стихийно возникавшие на предприятиях художe- ственные и театральные коллективы. После роспуска «Клубов Джонa Рида» в 1934 г. в апреле следующего года состоялся первый учредитель- вый конгресс Лиги американских писателей, представивший фактичесkи весь цвет прогрессивной американской литературы. Центральное местo заняла на конгрессе дискуссия о путях развития пролетарского романa. Второй съезд лиги (июнь 1937 г.) прошел под знаком испанских собы- тий; на нем с большой силой прозвучали призывы к защите культуpы 16 Финкелъстайн С. Экзистенциализм в литературе США. М., 1967, с. 224. 17 Писатели США о литературе: В 2-х т. М., 1982, т. 2, с. 165. 18 Хемингуэй Э. Собр. соч.: В 4-х т. М., 1968, т. 2, с. 632. 19 New York Times Book Review, 1964, Dec. 13, p. 4. 20 510 IV. НАУКА II КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 511 от «коричневой» угрозы, осуждение позиции «нейтрализма» и ухода oт борьбы. Гражданская активность писателей, особенно в начале 30-х годов, стала важным фактором общественной жизни в стране. В 1932 г. была издана брошюра «Культура и кризис», под которой стояли подписи более 50 деятелей американской литературы, в том числе Андерсона, Дос Пас- соса, Стеффенса, Колдуэлла, Фрэнка и др. Тогда же группа писателей выступила с поддержкой кандидатов Компартии на президентских выбо- рах — У. 3. Фостера и Дж. Форда. Писатели не ограничивались печатными заявлениями и декларациями. В 1931 г. группа литераторов (Дос Пассос, Каули и др.) во главе с Драй- зером расследовали условия жизни бастующих шахтеров в Харлане (штат Кентукки). Итогом стал коллективный сборник «Говорят горняки Харлана» (1932). Гражданственная позиция писателей США нашла свое- наиболее яркое выражение в прямом участии многих из них в защите республиканской Испании в качестве корреспондентов и солдат-интер- бригадовцев. Вместе с тем ряд сложных политических событий конца 30-х годов, наступление реакции, известное ослабление классовой борьбы вызвали замешательство у некоторых литераторов; иные из них оказались попут- чиками прогрессивного движения (Г. Хикс, Дж. Фримен, Дж. Фаррел, Дж. Дос Пассос и др.). В то же время конец 30-х годов отмечен и иной позитивной тенденцией — взлетом литературы, имеющей критико-реали- стическую направленность: появляются «Гроздья гнева» Стейнбека,. «По ком звонит колокол» Хемингуэя, «Деревушка», первый том трилогии о Сноупсах Фолкнера, «Сын Америки» Райта и др. Существенную роль в литературном движении 30-х годов сыграла левая, марксистская критика. Ее становление было нелегким процессом,. связанным с преодолением детской болезни «левизны», разного рода вуль- гарно-социологических, сектантских наслоений (особенно на раннем эта- пе), борьбой с вульгаризаторами марксизма, с троцкистами типа Макса Истмена, с консервативными эстетическими течениями («новым гуманиз- мом», «новой критикой»). Ощутимый вклад внесли такие критики, как М. Каули, Г. Хикс, Э. Уилсон, Дж. Фримен, бывшие в 30-е годы в рядах прогрессивного движения. Важным итогом деятельности левой критики стал выход антологии «Пролетарская литература в Соединенных Штатах» (1935). В это время началось целеустремленное изучение демократической, революционной традиции прошлого, писателей — предшественников современной проле- тарской литературы — Джо Хилла, поэтов ИРМ, Дж. Лондона. Пример Дж. Рида, художника нового типа, революционера (о нем также писал М. Голд), был в эти годы исключительно актуальным. Выдающуюся роль сыграл в эти годы руководимый коммунистами журнал «Hью мэссиз» — наследник журналов «Мэссиз» (1911—1947) и «Либерейтор» (1918— 1924),— ставший с января 1934 г. еженедельником. Он сумел привлечь на свои страницы широкий круг писателей левой, демократической ориентации. В нем печатались Э. Хемингуэй, Т. Вулф, Р. Райт, Д. Пар- кер и др. Тридцатые годы отмечены также бурным развитием документальной литературы, трудно найти такого писателя, который не пробовал свои силы в жанре репортажа, очерка, публицистического эссе. В этом сказа- лось стремление писателей живо, отчетливо отзываться на происходив- шие в стране сложные, интенсивно развивающиеся социально-политиче- ские процессы. Появляются документально-публицистические книги, тяготеющие к общеамериканской масштабности: «Трагическая Америка» Драйзера, открывшая серию произведений 30-х годов, запечатлевших раз- ные лики огромной страны, таких, как «Американские перекрестки» Уилсона (1932), «Озадаченная Америка» Андерсона (1935), «Некоторые американцы» Колдуэлла (1934), «В американских джунглях» Фрэнка (1937) и др. В это время происходят разнообразные процессы «диффу- зии» жанров, обновление традиционных форм повествования в результате «сплава» беллетристики и публицистико-документальных элементов (на- пример, в трилогии Дос Пассоса «США», в «Гроздьях гнева», в романах Э. Синклера, С. Льюиса и др.). Большим мастером «литературы факта» был Джордж Линкольн Стеффенс (1866—1936), автор знаменитой «Автобиографии» (1931), написанной, по его словам, «в свете русского опыта». Духовная «одис- сея» Стеффенса предстает в мемуарах как процесс постепенного разоча- рования в буржуазном реформизме, освобождения от либеральных иллю- зий, признания необходимости революционных преобразований. В «рус- ских» главах «Автобиографии» впервые появляется тема народа; обретает законченность искусство политического портрета (фигуры Каррансы, Керенского, Вильсона). Этим буржуазным деятелям противопоставляет Стеффенс вождя нового типа — В. И. Ленина. «Автобиография» Стеффенса, вызвавшая широкий общественный ре- зонанс, занимает выдающееся место в ряду мемуаров, в которых повест- вуется о судьбах разных людей, пришедших к коммунизму,— рабочих лидеров, ученых, журналистов (У. Хейвуда, У. 3. Фостера, Э. Р. Блур, Э. Г. Флинн, Дж. Норта, У. Э. Б. Дюбуа, А. Дэвис и др.). В 30-е годы произошло, по выражению М. Голда, «второе открытие Америки»: жизнь рабочих, их труд, классовые устремления впервые сделались полноправ- ным объектом художественного исследования. При этом приходилось пре- одолевать схематизм, прямолинейную тенденциозность. Так, в литературе начала века трудящиеся представали как «люди бездны», как жертвы вызывающие сострадание, а в 30-е годы (у Конроя, Стейнбека, Мальщ и др.) появляется фигура пролетария — человека, исполненного чувств; собственного достоинства, готового к борьбе с миром эксплуатации. Вторгаясь в сферу производства, классового конфликта, будучи раз ведчиками новых тем, пролетарские писатели зачастую добивались опту тимых художественных результатов. «Земля изобилия» (1934) Р. Кен туэлла стала удачным опытом так называемого «коллективного романа» герой которого — рабочая масса на заводе. А. Халпер в романе «Слово литня» (1934) не только увлекательно и живо запечатлел работу типо графии, саму технологию производства, но и нарисовал колоритные обра зы хозяев и рабочих. Исторический угол зрения на современность от четливо обнаруживается в трилогии Джозефины Хербст (1897—1969 «Жалости недостаточно» (1933), «Расплата близка» (1934) и «Золота Цепь» (1939). В центре трилогии — хроника состоятельного буржуазног семейства Трекслеров, трех его поколений. Процесс распада этой семь символизирует, по мысли писательницы, кризис капиталистического мирг сужение исторических перспектив буржуазии. Особую разновидность пролетарского романа 30-х годов составил 512 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 513 произведения, посвященные «людям дна», беднякам, изгоям, тому со- циальному слою, который был характерен для периода кризиса и депрес- сии (Э. Дальберт «Люди дна», 1930; Г. Рот «Зовите это сном», 1935; Н. Олгрен «Некто в сапогах», 1935; и др.). Среди этих книг выделяется трилогия Джеймса Томаса Фаррела (1904—1979) о Стадсе Лонигэне (1932—1935). В этих романах, рисовавших грязь трущоб (действие в не- которых из них происходило в Чикаго) и процессы деградации личности, нередко проявлялись натуралистические черты. Развитие пролетарского романа в пору «красных тридцатых» было связано с обретением им все большей художественной убедительности, тематическим и стилевым разнообразием. Альберт Мальц (р. 1908), дебю- тировавший как драматург, приобрел известность сборником новелл «Та- кова жизнь» (1938), за который ему была присуждена премия О. Генри. В центре его известного романа «Глубинный источник» (1940) стойкий коммунист Принси, павший от рук американских фашистов, один из наи- более интересных образов революционеров в литературе 30-х годов. Наряду с лучшими антивоенными произведениями Барбюса, Ремарка, Хемингуэя следует отметить и роман Дальтона Трамбо (1905—1976), прогрессивного сценариста, впоследствии одной из жертв маккартистского судилища в Голливуде, «Джонни получил винтовку» (1939). Он имел огромный успех, был удостоен премии Ассоциацией книгопродавцов как «самый оригинальный роман года» 20. В центре произведения не баталь- ные сцены, а изображения трагической, страшной жертвы войны, калеки, превратившегося в «думающую вещь», внутренний монолог которого — страстное обличение империалистической бойни и тех, кто в ней повинен. Роман публиковался на страницах коммунистической газеты «Дейли уоркер»; в кратком вступлении к публикации, в частности, говорилось: «С каждой страницы книги Трамбо звучит гневное проклятие империа- листической войне. Это роман, подобного которому не создавала еще литература» 21. В русле пролетарской литературы развивается в 30-е годы творчество Ричарда Райта (1908—1960), ставшего классиком американской прозы XX. в Выходец из бедной негритянской семьи, Райт дебютировал как публицист и поэт, печатавшийся в левых периодических изданиях, всту- пил в Компартию. Тепло был принят его сборник рассказов «Дети дяди Тома» (1938), где героями были негры, живущие в условиях «южного образа жизни», которые не смиряются со своей участью и дают отпор расистам. Выход «Сына Америки» (1940) Райта, этого «романа-бомбы», имевшего общеамериканский резонанс, стал событием не только литера- турного, но и общественного значения. В нем Райт проявил немалую писательскую cмелость, поставив в центр произведения образ обитателя черного гетто Биггера Томаса, который предстает одновременно и как жертва, и как порождение расистского общества, которое морально ка- 20 Цит. по: Сибирские огни, 1983, № 9. 21 Цит. по: Интернациональная литература, 1940, № 10, с. 261. К. Симонов подчер- кивал, что написанный в преддверии второй мировой войны роман «не потерял ни своего значения, ни своей художественной силы», что он «был и остается кни- гой сильной, чистой и, что очень любопытно, начисто лишенной физиологизма». Он характеризовал Трамбо как «одного из последовательных антифашистов и од- ного из самых злейших врагов Маккарти и маккартизма» (Из письма К. Симоно- ва переводчику романа И. М. Шрайберу). лечит людей, убивает в них чувство собственного достоинства, прививает комплекс неполноценности, психологию загнанного зверя. В 1941 г. Райт выпускает документально-публицистическую книгу «12 миллионов черных голосов», очерк истории негритянского народа, его борьбы за лучшую долю. Большой успех выпадает на долю автобио- графической повести «Черный» (1945), в центре которой мужание и ду- ховный рост юного Ричарда, живущего в тяжких условиях южного ра- сизма. В начале 40-х годов в значительной мере под влиянием браудеризма Райт порывает с Компартией. В то же время он сохраняет резко крити- ческое отношение к буржуазной Америке. Не в силах «сосуществовать» с расистским обществом, он в 1947 г. покидает США и переселяется во Францию. В 30-е годы выступает плеяда поэтов, связанных с рабочим движе- нием (Женевив Тэггард, Эдвин Ролф, Сол Фунарофф и др.). В целом для поэзии этого периода характерен отход от узкокамерной тематики, переход к общественно значимой, гражданской проблематике. Арчибальд Мак-Лиш (1892—1982), начинавший в 20-е годы в рядах парижских «экспатриантов», в сборнике «Публичное выступление» (1936) осваивает социальную тему, выступает с утверждением высокой общественной мис- сии поэта. Его знаменитое стихотворение «Слово к тем, кто говорит „товарищ"» — взволнованное утверждение коллективизма, характерный художественный документ эпохи. Один из основателей радиотеатра — Мак-Лиш привлек внимание соотечественников к фашистской опасности в радиопьесе «Падение города» (1937). В период «красных тридцатых» социалистический реализм, у истоков которого стоял Джон Рид, становится направлением в литературе США. Он представлен в творчестве писателей, находившихся на последователь- ных марксистских позициях, таких, как М. Голд, Дж. Норт, У. Лоуен- фелс, Дж. Г. Лоусон и др.22 При этом следует учитывать и художест- венные явления переходного порядка, тяготение к новому методу ряда крупных художников-реалистов в отдельных произведениях, таких, как «Гроздья гнева» Стейнбека. В 30-е годы проходил очень важный процесс развития, обогащения критического реализма под воздействием рабочего- движения и социалистических идей. И действительно, высшие литературные достижения десятилетия свя- заны с творчеством крупных художников-реалистов, которые по-разно- му, но отозвались на общественно-политические проблемы, волновавшие1 миллионы американцев. Джон Говард Лоусон, драматург и критик, став- ший в 30-е годы коммунистом, писал: «Идеи Ленина оказывают воздей- ствие на искусство и жизнь 30-х годов сложным, еще не до конца изу- ченным образом. Наверно, главная заслуга Ленина состояла в том, что- oн вернул нам чувство истории» 23. Этим чувством, по словам Лоусона, обладали Стейнбек, Дос Пассос, Фицджеральд, Вулф, Фолкнер. В их творчестве социальный роман обрел новые идейно-художественные черты, 22 В 20—30-е годы, до того как термин «социалистический реализм» получил рас- пространение на Западе, левые критики пользовались такими понятиями, как «пролетарская литература», «пролетарский роман». В 1930 г. М. Голд в одной из статей писал о «пролетарском реализме», имея в виду искусство, одушевленное Революционными идеями. 23 New World Review, 1970, Winter, p. 216. 514 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 515 большую широту и масштабность. Это было связано с углубившимся историзмом, концепцией человека — носителя нравственного примера, с возросшим сознанием слитности «судьбы человеческой и судьбы народ- ной» (Том Джоуд и Ма у Стейнбека, Дэвид Маркенд у Фрэнка, Дормэс Джессэп у Льюиса, Роберт Джордан и Филип Ролингс у Хемингуэя и др.). В начале 30-х годов в литературу вошла группа талантливых, инте- ресных художников слова, которые в той или иной мере были связаны с рабочим, радикальным движением. «Красные тридцатые» — это лучшая творческая пора Эрскина Колдуэлла (р. 1903). В новеллистических сбор- никах («Американская земля», 1931; «На коленях перед встающим солн- цем», 1935; и др.), в первых романах, имевших сенсационный успех («Табачная дорога», 1932; «Акр господа бога», 1933), а также в публи- цистико-очерковых книгах («Некоторые американцы», 1935; «Вы видели их лица», 1936) Колдуэлл заявил о себе как художник, сочетающий гро- теск, юмор с натурализмом. Америка Колдуэлла, как правило, глухой американский Юг, край табачных и хлопковых плантаций, истощенной земли, ветхих хижин, край, в котором процветают насилие, жестокость, расизм, где линчуют негров, а бедняки низведены до полуживотного су- ществования. Лирико-эмоциональной тональностью и одновременно ярко выражен- ным автобиографизмом характеризуется творчество Томаса Клейтона Вулфа (1900—1938), художника «одержимого», страстного, лиричного, путь которого оборвался рано, на подъеме, в момент четко обозначив- шегося поворота влево, перехода на антифашистские позиции. Мировая известность пришла к нему с выходом романа «Оглянись на дом свой, ангел» (1929), произведения, выросшего из воспоминаний о детстве и юности писателя, прошедших в маленьком южном городке. Последовав- шие за ним романы «О Времени и Реке» (1935), «Паутина и скала» (1939) и «Домой возврата нет» (1940) (два последних вышли посмерт- но) образуют автобиографический цикл, тетралогию. Это эпически объем- ное, вдохновенное полотно свидетельствовало о постепенном расширении социальных горизонтов романиста. Роман «Домой возврата нет» явился своеобразным художественным завещанием Вулфа, утверждающего в патетическом финале произведения веру героя в возможность победить и уничтожить социальное зло, «совершенно перестроить современное об- щество» 24. Тридцатые годы — время становления и одновременно высших дости- жений одного из самых ярких художников этого десятилетия, Джона Эрнеста Стейнбека (1902—1968), классика американской литературы XX в. Дебютировав серией романов, не имевших особого успеха, Стейн- бек к середине 30-х годов обретает свою тему, свой характерный стиль, в котором сочетались юмор с натуралистической броскостью деталей, романтическим порывом и эмоциональностью. Таковы роман «Квартал Тортилья-Флэт» (1935), повесть «О людях и мышах» (1937). Знаменитый роман «Гроздья гнева» (1939) стал «главной книгой» Стейнбека и выдающимся художественным памятником «красного деся- тилетия». В центре романа, остро драматичного, новаторского по фор- ме,— судьба трёх поколений фермерской семьи Джоудов, согнанных тре- стами с земли. Посреди колоритных стейнбековских характеров выделя- ются две фигуры — матери и Тома Джоуда. С образом Ма Джоуд связана горьковская тема материнства, громко прозвучавшая в прогрессивной литературе Запада XX в. Том Джоуд также по-своему выражает это присущее героям «красного десятилетия» тяготение, употребляя извест- ное выражение П. Элюара, к «горизонту всех людей». Пафос коллективизма в романе выражен самой логикой взаимоотно- шений героев произведения, бедняков, сплачивающихся перед лицом обрушившейся на них беды. Типичность, «всеобщность» судьбы Джоудов подчеркнута с помощью введения в роман второго, «внесюжетного» пла- на, серии публицистических глав, вобравших в себя прямые авторские оценки и комментарии. В них звучит осуждение Банкоз и Трестов, ко- торые «дышат прибылью», «едят проценты с капитала», высказано глу- бокое сочувствие к людям, измученным голодом и холодом и которые «берут силой то, что им нужно» 25. Само стремление к эпическому раз- маху, к полноте жизненной картины, отличающее роман Стейнбека,— замечательная особенность прогрессивной литературы 30-х годов. Роман имел сильнейшее общественное звучание, был экранизирован, вызвал международный резонанс. Глубокие сдвиги происходят в это десятилетие и в творчестве писа- телей старшего поколения, той плеяды реалистов, «людей 20-х годов»* (Фрэнк, Дос Пассос, Хемингуэй, Паркер), которые выступили в после- военное десятилетие. Уолдо Фрэнк (1889—1967), художник широкого- жанрового диапазона, романист, публицист, философ, культуролог, играл заметную роль в литературном процессе между двумя мировыми вой- нами. В годы войны Фрэнк стоял на антимилитаристских позициях; одной из первых ласточек, возвестивших наступление новой литературной эпохи, стала его книга «Наша Америка» (1919), публицистико-социоло- гическое исследование, которое сам Фрэнк охарактеризовал как «атаку против нашей капиталистической системы, рассматриваемой в аспекте- культуры». В серии «лирических романов» («Рахаб», 1922; «Праздник», 1923; «Бледное лицо», 1924), написанных в экспериментальной манере, внимание концентрировалось на изображении в духе фрейдистских кон- цепций внутренней жизни героев — людей одиноких и мятущихся. Воз- вратившись к публицистике в книге «Новое открытие Америки» (1929), Y. Фрэнк с еще большей резкостью выразил свои критические воззрения на американскую культуру. Фрэнк был одним из первых, кто уже в 20-е годы наряду с С. Льюисом уловил в облике Америки черты «массового общества», дух стандарта, обезлички, шаблона. В начале 30-х годов Фрэнк заметно левеет. Это сказалось в его очер- ковой книге «Заря над Россией» (1932), написанной в результате поездки в СССР, и особенно в романе «Смерть и рождение Дэвида Маркенда» (1934). Философская направленность этого произведения определила наличие в нем двух планов: реально-событийного и символико-аллегори- ческого. Герой романа Дэвид Маркенд, поначалу процветающий делец, осознает пустоту своего существования, «автомата, делающего деньги», проходит мучительную «одиссею» духовно-нравственных поисков. Глу- бинная тема романа — смерть буржуазного сознания и рождение нового 24 Вулф Т. Домой возврата нет. М., 1982, с. 679. 25 Стейнбек Дж. Квартал Тортилья-Флэт. Гроздья гнева. Жемчужина. М., 1977, с. 398. 516 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 517 человека через приобщение его к животворным силам пролетариата «Свидетельством высокого общественного авторитета Фрэнка явилось его избрание первым президентом Лиги американских писателей в 1935 г. В период депрессии в прогрессивном лагере литераторов заметную роль играл Джон Дос Пассос (1896-1970), один из тех, кто в после- военное десятилетие выражал настроения «потерянного поколения». Опыт войны, антимилитаристские настроения отразились в его раннем творче- стве, в частности в романе «Три солдата» (1921). Среди наиболее при- мечательных явлений литературы 20-х годов стал известный эксперимен- тальный роман Дос Пассоса «Манхэттен» (1926), в котором изображалась многообразная жизнь огромного современного города Нью-Йорка и его сердца — Манхэттена. Рубеж 20—30-х годов был временем значительной радикализации взглядов Дос Пассоса. Важную роль в его судьбе, как и ряда других литераторов (К. Э. Портер, Д. Паркер, К. Сэндберга, Э. Синклера и др.), сыграло участие в движении за спасение Сакко и Ванцетти. Казнь двух рабочих лидеров не только обнажила бесчеловечие буржуазного лжепра- восудия, но и дала Дос Пассосу ощущение «двух Америк», расколотых классовым антагонизмом. Общественно-политический опыт, накопленный Дос Пассосом, отразился в одном из наиболее значительных и интерес- ных произведений «красного десятилетия» — трилогии «США» (в нее вошли романы «42-я параллель», 1930; «1919», 1932; «Большие деньги» 1936). Этот значительный образец экспериментальной прозы был построен как своеобразная художественная хроника американской истории от испано-американской войны 1898 г. до кризиса 1929 г. Опираясь на опыт документальной литературы (в частности Дж. Рида), достижения кине- матографического монтажа (у С. М. Эйзенштейна, Дзиги Вертова), иска- ния в поэзии (у французского поэта Блэза Сандрара), живописи (П. Пикассо, французских кубистов), музыки (у И. Ф. Стравинского), Дос Пассос создает смелый, оригинальный художественный сплав. В три- логии прочерчиваются два главных стилистико-изобразительных плана: -беллетристический (содержащий рассказ о развертывающихся одновре- менно судьбах 12 главных действующих лиц трилогии) и документально- публицистический, дающий исторический фон (он состоит из трех эле- ментов: «киноглаза», «экрана новостей» и «портретов»). Однако и в этом лучшем произведении писателя, исполненном со- циально-критического пафоса, рисующем противостояние «двух Америк», -сказались некоторые органичные недостатки творчества Дос Пассоса: фатализм, увлечение фактографией, прямолинейный детерминизм. Идей- ная неустойчивость и индивидуализм привели Дос Пассоса в конце 30-х годов на реакционные позиции, обусловили его полную художественную деградацию в книгах 40—60-х годов. В рядах прогрессивного движения 30-х годов находилась Дороти Пар- кер (1893—1967), «самая остроумная женщина Америки», как ее иногда называли, поэтесса, критик, драматург, внесшая особо значительный вклад в литературу как оригинальный мастер сатирико-психологической новеллы. Находясь в русле той сатирической традиции, которая представ- лена в творчестве С. Люоиса, Р. Ларднера, Г. Менкена, Паркер сделала объектом своей злой иронии и язвительной насмешки мещанство с его духовной скудостью, алчностью, двуличием, бездушием, скрываемыми за видимой благопристойностью (сборники «Оплакивая живых», 1930; «Пос- ле таких удовольствий», 1933 и др.). Паркер участвовала в кампании зa спасение Сакко и Ванцетти26, поддерживала «новый курс» Рузвельта, высказывала свои симпатии к коммунистам как защитникам всех обез- поденных (за что ее позднее преследовали маккартисты), была коррес- пондентом в Мадриде в 1937 г. (очерк «Солдаты республики»). Мастером сатиры выступил в эти годы Натанаэл Уэст (1903—1940), широко использовавший гротеск, карикатуру, резкое сгущение красок. Среди лучших произведений Уэста повесть «Подруга скорбящих» (1933) — сатира на буржуазную журналистику. В романе «День саран- чи» (1939) дана гротескно-ироническая картина жизни Голливуда, этой «фабрики грез». Несколько обособленную, даже подчеркнуто аполитичную позицию занимал в эти годы Торнтон Нивен Уайлдер (1897—1975) —довольнo редкий для США тип писателя-философа и моралиста, эрудита. Тонкий интеллектуал, мастер отточенного, изящного стиля, обретший при жизни статус классика, Уайлдер в своем творчестве тяготел к постановке уни- версальных, общечеловеческих, вневременных нравственно-этическиx проблем. Широкую известность принес ему роман «Мост короля Людо- вика Святого» (1927), сюжет которого строился как философская притчa об изменчивости человеческой судьбы. Притчевое, аллегорическое началo определяло структуру и других романов Уайлдера. При этом аристокра- тизм и эстетизм, отличавшие раннего Уайлдера, были своеобразной фор- мой неприятия вульгарности и торгашеского духа мещанско-собственни- ческого общества. И хотя в 30-е годы Уайлдер прямо не отозвался нa политическую злободневность, атмосфера эпохи, безусловно, на негo влияла. Создав роман «Женщина с Андроса» (1930), действие в котором происходило в античной Греции, Уайлдер от исторической архаики пере- ходит на американскую почву в романе «К небу наш путь» (1934). Тридцатые годы характеризуются расцветом так называемой «южной школы», представленной плеядой художников слова (У. Фолкнер, 3. Глазгоу, К. Мак-Каллерс, Р. П. Уоррен, Ш. Э. Грау, Ф. О'Конноp и др.), общим для которых были и некоторые особенности поэтики: склонность к гротеску, романтическая приподнятость стиля, ораторская риторика, резкое сгущение красок, изображение сцен жестокости, наси- лия, драматического накала страстей, а также погружение в психологи- ческие глубины, порой патологические. Писатели-«южане» не так прямo, как многие их коллеги, «выходили» в мир текущей социально-политиче- ской борьбы. Наиболее выдающейся фигурой среди них был Уильям Фолкнеp (1897—1962), один из классиков мировой литературы XX в., ярчайший представитель субъективно-психологического течения в американской 26 Как свидетельствуют историки Л. Джугин и Э. Морган в монографии «Наследиe Сакко и Ванцетти» (The Legacy of Sacco and Vanzetti / Ed. by L. Joughin, E. Mor- gan. N. Y., 1948), трагическая судьба двух невинно казненных вызвала сильней- ший резонанс в литературе США. К концу 40-х годов насчитывалось около полy- тораста стихотворений, восемь романов, три пьесы, сотни статей и очерков, пред- ставлявших в той или иной степени отклик на это событие. В их числе роман Синклера «Бостон», заключительная часть трилогии Дос Пассоса «США» — «Бoль- шие деньги», драматургическая дилогия М. Андерсона «Громовержцы» и «Воцa- рение зимы», стихи М. Голда, Л. Ридж, Э. С.-В. Миллей, мемуары К. Э. Портеp «Нескончаемое зло» и другие произведения. 518 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 519 УИЛЬЯМ ФОЛКНЕР прозе. Ведущее реалистическое на- чало осложнялось у него порой мо- дернистскими тенденциями, а глу- бокое проникновение во внутренний мир героев и гуманизм «сосущество- вали» с картинами хаотического ми- ра. В начале своего пути Фолкнер был близок к мироощущению пи- сателей «потерянного поколения». Его первым крупным произведением стал роман «Солдатская награда» (1926), герой которого — вернувший- ся домой солдат, страшно искалечен- ный на фронте. В романе «Сарторис» (1929) Фолкнер нащупывает «ма- гистральную» тему своего творчест- ва. В нем — исток серии романов, образующих своеобразную сагу об Йокнепатофе, месте действия боль- шинства фолкнеровских книг. Они населены целыми династиями героев, жизненные истории которых, неред- ко насыщенные мрачными тайнами, жестокостями, преступлениями, ухо- дящими в эпоху плантаторского Югa, прослеживает писатель. Йокнепатофа сделалась своеобразным фолкнеровским микрокосмом, моделью «большого мира». Eгo романы 30-х гoдoв («Шyм и ярость», 1929; «На смертном одре», 1930; «Святилище», 1931; «Свет в августе», 1932; «Авессалом, Авесса- лом!», 1936) — произведения сложные, причудливые, многоплановые, написанные в необычной манере, в них действуют белые бедняки, ферме- ры, негры, плантаторы, происходят события неожиданные, драматиче- ские, кипят бурные страсти, а порой обнаруживаются и психические аномалии. На исходе десятилетия Фолкнер приступает к работе над тpилогией о Сноупсах («Деревушка», 1940; «Город», 1957; «Особняк», 1959), которая свидетельствовала об укреплении реалистических тенден- ций в творчестве писателя, углублении его обличения мира бесчеловечно- го собственничества. В иной, традиционной, реалистической манере, избегая нарочитого сгущения красок, «брутальности», свойственной «южной» стилистике, развивалось творчество Элен Глазгоу (1873-1945), плодовитой рома- нистки, начавшей путь еще в 1890-е годы27. Тонкий психолог, близкий к манере Генри Джеймса, Глазгоу живописала Юг безо всякой романти- зации и идилличности, видя всю порочность старого плантаторского уклада. Такова серия романов «Романтические комедианты» (1926), «Они подчинились безумию» (1929), «Тепличная жизнь» (1932). В глухих южных городках развертывается действие в произведениях Карсон Мак-Каллерс (1917-1967), дебютировавшей романом «Сердце- одинокий охотник» (1940), в котором проникновенно раскрыта столь 27 О начале пути Э. Глазгоу см.: История США, т. 2, с. 477—478. важная для всей литературы США тема неизбывного человеческого оди- ночества. Роберт Пени Уоррен (р. 1905), поначалу близкий к группе так называемых «беглецов», приобрел известность как поэт и критик. Его прозаический дебют, одно из его наиболее удачных произведений, роман «Ночной всадник» (1939) — повествование о войне между ферме- рами-табаководами и предпринимателями в штате Кентукки в начале 1900-х годов. Тема следующего романа — «У райских врат» (1943) — обличение политической коррупции и стяжательства дельцов, процветаю- щих на Юге. Близка к традициям «южной школы» и Маргарет Митчелл (1900— 1949), автор единственного и знаменитого романа «Унесенные ветром» (1936), который был издан в 40 странах более чем в 8 млн. экземпляров. Митчелл создала увлекательное полотно, воссоздающее жизнь южной аристократии в штате Джорджия в период войны Севера и Юга и Ре- конструкции, она захватывала читателя драматичным, интригующим, не лишенным, однако, мелодраматизма сюжетом, а также галереей инте- ресных характеров. Среди них выделялась главная героиня, незабывае- мая Скарлетт О'Хара. Талантливый, броский роман Митчелл был, однако, пронизан консервативной тенденцией, идеализацией «южного уклада». Правда, при этом писательница стремилась оттенить то низкопробное делячество, вульгарность, дух спекуляций, которые принесли с собой победители-северяне. Заметную роль играла в 30-е годы Перл Бак (1892—1973), удостоен- ная в 1938 г. Нобелевской аремии по литературе. Дочь миссионера, дол- гое время прожившая в Китае, она в своих лучших произведениях, используя «местный колорит», раскрыла американскому читателю свое- образие этой огромной страны в пору глубоких социальных потрясений, показала нелегкую долю ее трудового народа. Широкая известность при- шла к Перл Бак с выходом романа «Земля» (1931), переведенного поч- ти на 30 языков и ставшего первой частью трилогии «Дом земли», в ко- торую вошли также романы «Сыновья» (1932) и «Разделенный дом» (1935). Образ женщины-труженицы, исполненный символического зна- чения, был создан Бак в романе «Мать» (1934). В годы второй мировой войны Бак выступала как последовательный антифашист (роман «Посев дракона», 1944), поборник сотрудничества между народами СССР и США (книга «Разговор о России», 1945). В середине 30-х годов Бак была за пределами США наиболее широко читаемым американским писателем. Ее многочисленные романы, написанные после войны и основанные уже на американском материале (в эти годы П. Бак выступала под псевдо- нимом Джон Седжес), особого успеха не имели. Высоким финалом литературы «красного десятилетия» стало едино- душное выступление передовых писателей США в защиту Испанской республики в 1936—1939 гг. Ни одно событие за пределами США не вызывало в литературе более горячего, искреннего отзвука. Испанская тематика не только властно вошла в литературу. Среди добровольцев, отправившихся в Испанию, были писатели, журналисты; война стала для них реальным, трагически пережитым опытом. Антифашистские на- строения своих коллег выразил Хемингуэй в июне 1937 г. в знаменитой речи «Писатель и война», произнесенной на Втором конгрессе Лиги аме- риканских писателей. Многие писатели побывали в Испании: участника- ми антифашистского конгресса в Барселоне в 1937 г. были Драйзер и 520 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 521 известный литературовед М. Каули. В осажденный Мадрид приезжали поэт Ленгстон Хьюз, новеллистка Дороти Паркер, драматург Лиллиан Хелман. Значительную роль в распространении правды об Испании, мобилиза- ции общественного мнения в пользу республики сыграли писатели и пуб- лицисты, сотрудники левой прессы Джозеф Норт, Роберт Майнор, Apт Шилдс и др. Естественно, что прежде всего события на далеком Пире- нейском полуострове получали отражение в репортажах и очерках, при- сланных из самых горячих точек. Джозеф Норт (1904—1976), бывший в 30-е годы одним из редакторов «Нью мэссиз», в качестве корреспондента коммунистической прессы ос- вещал заключительный период войны, боевые действия в Каталонии в 1938—1939 гг. Позднее он рассказал о своем пребывании в Испании в книге мемуаров «Нет чужих среди людей» (1957). О последних трагиче- ских днях Мадрида, контрреволюционном мятеже в испанской столице в марте 1939 г. писал в репортажах Арт Шилдс (р. 1888). Летом 1937 г.. в Нью-Йорке увидела свет маленькая книжка «Из окопов Испании», сборник писем добровольцев, отправившихся в Испанию, чтобы фашизм «не прошел». В числе наиболее впечатляющих книг, рисующих войну «изнутри», стали «Люди в бою» (1939) Алвы Бесси (р. 1904), прогрессивного писа- теля и публициста, солдата-интербригадовца. Близкой по духу к книге «Люди в бою» была также книга «Батальон Линкольна» (1939), напи- санная Эдвином Ролфом (1909—1954), поэтом, коммунистом, интербрига- довцем. Позднее к судьбам линкольновцев вернулся в книге «Добро- вольцы» (1953) Стив Нельсон, также участник гражданской войны, по- литкомиссар, активист рабочих-сталелитейщиков в 30-е годы. Знаменательно, что большинство писателей, принявших «испанский закал» (если не считать немногих «разочаровавшихся», отступников вроде Дос Пассоса, оклеветавшего коммунистов в романе «История од- ного молодого человека», 1939), не изменили антифашистскому братству. Активно развивает испанскую тему Алва Бесси в таких произведениях, как роман «Антиамериканцы» (1957), мемуарах «Инквизиция в раю» (1964), путевом дневнике «И снова Испания» (1975). Однако, безусловно, наиболее полное идейно-философское и художест- венное воплощение испанские события получили в творчестве Хемин- гуэя. В первой половине 30-х годов он пребывал в состоянии нелегкого творческого поиска: стремясь писать «простую, честную прозу о чело- веке», свободную от идеологического комментария, он оставался в кругу своих опробованных тем: бой быков, охота, спорт, жизнь матадоров- (книги «Смерть после полудня», 1932; «Зеленые холмы Африки», 1935). Его волновали проблемы литературы, художественного творчества, пози- ции писателя в мире, что нашло, в частности, отражение в знаменитой новелле «Снега Килиманджаро». В середине 30-х годов у Хемингуэя на- чал пробуждаться интерес к социальной, антифашистской теме (очерки «Кто убил ветеранов во Флориде?», 1935; «Крылья всегда над Африкой», 1936). Получив известие о фашистском мятеже, он вскоре отправился в Испанию; всего он приезжал туда четыре раза. В Испании Хемингуэй участвовал в киносъемках и писал сценарий фильма «Испанская земля». В это же время он завершил роман «Иметь и не иметь» (1937) — свидетельство углубления социального кругозора писателя. Книга эта замечательна не только художественно прочерченным контрастом двух социально враждеб- ных миров «иметь» и «не иметь», но и фигурой главного героя, Гарри Морга- на, бедняка, жертвы социального не- равенства. ЭРНЕСТ ХЕМИНГУЭЙ Для Хемингуэя с его живым инте- ресом к поведению человека в решаю- щей жизненной ситуации, в «момент истины», перед лицом смерти Испания открыла высокие примеры мужества, самопожертвования, героики, о чем взволнованно сказано в лирическом реквиеме «Американцам, павшим за Испанию» (1939). В это время расши- рились идейные горизонты писателя: страстно осуждавший империалистиче- скую войну, он признает справедли- вость антифашистской борьбы. Обога- тилась, стала свободней, раскованней его художественная манера. В Испании Хемингуэй увидел героизм целого на- рода, отстаивающего свободу. Его Ип- полито из рассказа «Испанские шоферы» сделался для него олицетво- рением лучших черт национального, народного характера. Традицион- ный хемингуэевский герой, прежде нарочито скованный, как-то внутрен- не раскрепощается, душевно обогащается: это антифашист Филип Рол- лингс, герой пьесы «Пятая колонна» (1937), Рэвен из новеллы «Амери- канский боец», Эл Вагнер из рассказа «Ночь перед боем» и др. Стремление запечатлеть события в Испании во всей их сложности и противоречивости определяет пафос его прославленного романа «По ком звонит колокол» (1940), произведения, созданного уже после поражения Испанской республики. Роман с его «спрессованностью» во времени и локализацией действия построен как бы в духе трех единств античной трагедии. В то же время экскурсы в прошлое героев, их «образы памя- ти», выходы за пределы Сьерры придают этому произведению необходи- мую масштабность и глубину. Сама гражданская война предстает у Хе- мингуэя во всем ее трагизме. Рисуя широкую жизненную картину, Хемингуэй остается в романе «По ком звонит колокол» художником лирического склада. Он умеет в частном, индивидуальном видеть общее: для него партизанский отряд Эль Сордо — это микромир всей Испании. Роберт Джордан — очередное звено в типологии хемингуэевских героев; но он уже существенно отли- чен от своих предшественников. Джордан — человек несравненно более Духовно богатый, интеллектуальный, постоянно размышляющий над про- исходящим. В романе художественно осознается связь судьбы героя с ве- ликими событиями века. Найдя эстетическое выражение своей филосо- фии стоицизма, Хемингуэй создал неповторимый стиль, который можно было бы определить: мужественная простота. 522 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 523 Межвоенное двадцатилетие характеризуется также успехами в лите- ратурной сфере различных этнических групп, прежде всего негров. В это время литература «черной» Америки впервые вышла на общена- циональную сцену, а такие писатели, как Ленгстон Хьюз, Ричард Райт У. Э. Б. Дюбуа, выросли в художников общенационального масштаба, что отразило рост этнического самосознания негритянского населения. Наиболее значительное явление в литературе черных 20-х годов — это так называемый «негритянский» или «гарлемский Ренессанс». Он означал качественно новые явления в художественной жизни негров, этап «этнического открытия», разрыв с некоторыми шаблонами прош- лого, довлевшими над негритянской литературой XIX — начала XX в. Впервые деятели негритянской культуры и литературы стали осозна- вать себя самобытными художниками, разрабатывающими свой специфи- ческий этнический материал; началось освоение негритянского фолькло- ра, в частности музыкального, таких его форм, как спиричуэле и блюзы. В 1925 г. под редакцией А. Локка вышла известная антология «Новый негр», содержащая эстетическую программу «гарлемцев». Настроения «протеста, бунта, отчаяния» отозвались в поэзии Клода Маккея (1890— 1948), связанного в начале 20-х годов с рабочим движением. Он был первым черным поэтом, который горячо и страстно выразил негодование против расовой дискриминации («Изгой», «Ваши двери», «Америка» и др.). Джин Тумер (1894—1967) удачно дебютировал сборником поэти- ческой прозы «Тростник» (1923), предисловие к которому написал У. Фрэнк. Каунти Каллен (1903—1946), поэт лирического склада, пи- савший в традиционной манере, близкий к английским романтикам, вы- пустил в 1925 г. сборник стихов «Цвет». Наиболее значительным писателем «негритянского Ренессанса», пред- ставлявшим в нем демократическое крыло, был Ленгстон Хьюз (1902— 1967), заявивший о себе первыми сборниками стихов «Усталый блюз» (1926) и «Хорошие вещи в закладе» (1927). В поэзии Хьюз, воспевший простых людей Гарлема, органически соединил уитменовскую традицию свободного стиха с элементами и формами негритянского фольклора, в частности с блюзом. Резко повернувший влево в 30-е годы, Хьюз наи- более отчетливо представлял те новые черты, которые обрела прогрессив- ная негритянская литература в пору «красного десятилетия». На смену «новому негру», выдвинутому «гарлемским Ренессансом», во многом еше условной фигуре, пришел «новый новый негр» (если употребить выраже- ние критика Дж. Янга). Им стал пролетарий, испольщик, бедняк и тру- женик, взятый из самой «глубинки», не «ниггер», добивающийся благо- склонности белого человека, а личность, способная постоять за себя. Хьюз, сблизившийся в это десятилетие с рабочим движением, пере- живает большой творческий подъем: его автобиографический роман «Смех сквозь слезы» (1930) рисует картины детства писателя, автобио- графическая книга «Открытое море» (1940) содержит интересные зари- совки художественной жизни 20-х годов, в частности «гарлемского Ренес- санса». Горячим протестом против дискриминации был пронизан извест- ный сборник новелл «Нравы белых» (1934). Много сил отдал Хьюз орга- низации негритянского театра, писал пьесы прямой агитационной направленности (среди них наиболее известная «Скотсборо», 1932). В 1932—1933 гг. Хьюз совершил поездку в Советский Союз, итогом ко- торой стала брошюра «Негр смотрит на Советскую Среднюю Азию» (1934). В его стихах звучат призывы к солидарности со всеми борю- щимися народами мира, славится героика классовой и стачечной борьбы, осуждается эксплуататорская сущность капитала. Поэт-интернациона- лист, Хьюз первым в негритянской литературе воспел единение черных и белых рабочих. Героическая, социальная тема с наибольшей силой вы- пажена в его известном сборнике «Новая песня» (1938). В 30-е годы писатели-негры впервые обратились к героическим стра- ницам истории освободительной борьбы своего народа: поэт и критик Стерлинг Браун (р. 1901), отдавший много сил изучению фольклора, вос- пел Ната Тернера; Роберт Хейден (1913—1970)—Туссена Лувертюра (вождя восставших негров на Гаити) и Фредерика Дугласа; Арна Бон- там (1902—1973), поэт, критик, прозаик, посвятил роман «Черный гром» (1936) Габриэлю, стоявшему во главе восстания невольников в 1800 г. и мужественно встретившему смерть от рук рабовладельцев. Но, безусловно, «ключевой» фигурой в истории негритянской литера- туры 30—40-х годов был уже упоминавшийся Ричард Райт: осваивая «этнический», негритянский материал, используя элементы негритянско- го фольклора, он придал ему универсальное, общеамериканское звуча- ние, явился «духовным отцом» для писателей «новой волны», выдвинув- шихся в условиях «негритянской» революции 60-х годов, для Дж. А. Бол- дуина, Лоррейн Хенсберри, Дж. Килленса и др. Годы второй мировой войны очерчиваются как определенный этап в истории американской литературы. В это время большинство прогрессив- ных писателей занимают последовательно антифашистские позиции, вы- ражают симпатии Советскому Союзу, присоединяют свой голос к требо- ваниям открытия второго фронта. Одни писатели работают военными корреспондентами (Э. Хемингуэй, Э. Колдуэлл, Дж. Херси), другие тру- дятся в Голливуде, содействуя выпуску военных фильмов патриотическо- го, антифашистского содержания (Л. Хелман, А. Бесси, Д. Трамбо и др.). Даже У. Фолкнер, работавший в кино, пишет сценарий, посвященный •французскому Сопротивлению, который, однако, не был принят. Неко- торые писатели (Стейнбек, Сароян) по заданию военных ведомств пуб- ликуют пропагандистские материалы, содействуя мобилизации усилий на борьбу с нацизмом. Среди первых произведений, непосредственно отразивших героику антифашистской борьбы, стала повесть Стейнбека «Луна зашла» (1942), Действие в которой развертывается в одной европейской стране (очевид- но, Норвегии), подвергшейся нацистской оккупации. Свою повесть Стейн- бек переработал в одноименную пьесу. Процесс нравственного прозрения человека, героический поступок рядового немца Вилли Веглера, освобож- дающегося от нацистского дурмана, бросающего ценой жизни вызов фа- шизму,—в центре романа А. Мальца «Крест и стрела» (1944), действие в котором происходит в Германии в 1942 г. Антирасистскую тему продолжает Э. Колдуэлл (повесть «Случай в июле», 1940). Наиболее значительной книгой, созданной им в это время, стала повесть «Мальчик из Джорджии» (1943), носящая автобиографи- ческий характер: сквозь призму восприятия 12-летнего подростка он рис^г- eт драму семьи тружеников. Элементы натурализма отличают роман «Тра- гическая земля» (1944), рисующий быт поселка, выросшего рядом с по- роховым заводом. Среди немногих художественных произведений о войне выделяется роман Джона Ричарда Херси (р. 1914) «Колокол для Ада- 524 IV. НАУКА И КУЛЬТУРА ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО 525 но» (1944), действие которого происходит на итальянском фронте, где автор был военным корреспондентом. В период войны Фолкнер, оставаясь верным главным идейно-художе- ственным мотивам своего творчества, намеченным в 30-е годы, выпускает сборник новелл «Сойди, Моисей» (1942), куда вошла знаменитая повесть «Медведь», философская притча о столкновении девственной природы с жестокой всесокрушающей цивилизацией. Масштабность жизненных картин, ясность социального анализа и сме- лость обобщений, касающихся американской действительности, стремле- ние показать человека в его многообразных общественных связях, бо- гатство художественных форм и плодотворные эстетические поиски наконец, критический пафос — таковы наиболее привлекательные особенности реалистической литературы США рассматриваемой эпохи. Творчество таких писателей, как Хемингуэй и Фолкнер, Льюис п Стейн- бек, Вулф и О'Нил, Колдуэлл и Райт, получило международное призна- ние. Идейно-художественные достижения особенно значительны в облас- ти «высокой прозы», социального романа США, который стал фактором мирового художественного процесса. «Красные тридцатые» остались как уникальная эпоха в истории на- циональной литературы, вдохновленной широким общественным движе- нием и борьбой масс. Для Драйзера, Хемингуэя, Фолкнера, Льюиса,, Стейнбека, Колдуэлла, Райта эти годы были временем их высших творческих успехов. После 1945 г. литературе США не удалось поднять- ся до' тех социальных обобщений, которые отличали ее в межвоенный: период. Однако в лучших произведениях Уоррена, Стайрона, Воннегута, Чивера, Гарднера, Джонса, Мейлера и других в новых исторических ус- ловиях были продолжены традиции реализма и социальной критики. Не иссякла и социалистическая традиция, пережившая взлет в пору «крас- ного десятилетия».
<< | >>
Источник: Г. Н. СЕВОСТЬЯНОВ И. В. ГАЛКИНА Л. В. ПОЗДЕЕВА Е. Ф. ЯЗЬКОВ. ИСТОРИЯ США ТОМ ТРЕТИЙ 1918-1945. 1985

Еще по теме 1. ЛИТЕРАТУРА:

  1. 1. КОЛОНИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА
  2. 1. ЛИТЕРАТУРА
  3. 25. Литература
  4. Литература
  5. Литература
  6. ЛИТЕРАТУРА И НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ
  7. Литература
  8. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  9. ОБЩАЯ ЛИТЕРАТУРА ПО КУРСУ
  10. Литература
  11. ЛИТЕРАТУРА
  12. Литература
  13. III Отделенеие и литература