Задать вопрос юристу

5. АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕЙНАЯ ТРАДИЦИЯ

Борьба против монополий занимала важнейшее место в социально-политической жизни США последней четверти XIX в., в этот же период начинает формироваться антимонополистическая идеология. Наиболее радикальную антитрестовскую альтернативу — обобществление крупной частной собственности предлагали социалисты.
В конце XIX в. удельный вес социалистических идей в американской общественной мысли существенно возрос. К этому времени наиболее значительные работы К. Маркса и Ф. Энгельса были хорошо известны в США. Опираясь на опыт первых американских марксистов И. Вейдемейера, Ф. А. Зорге, А. Дуэ и других, социалистическая партия сделала немало для пропаганды марксизма в США. Яркие памфлеты и брошюры Д. Де Леона, Ю. Дебса расходились в десятках тысяч экземпляров. Вместе с тем левые деятели социалистического движения не смогли в должной мере оценить глубокие изменения, происходившие в социальной структуре общества. Рассматривая проблему трестов, они были единодушны в том, что развитие их несет усиление эксплуатации рабочего класса и ущемление политических свобод (в этом коренное отличие их взглядов от оценок С. Гомперса и других правых лидеров АФТ, считавших, что тресты с их более продуктивной организацией производства предоставят рабочим лучшие условия труда). В то же время социалисты, прежде всего лидеры СРП, не выдвинули программы борьбы с трестами и оставляли без ответа вопрос, что же делать пролетариату в преддверии социалистических преобразований. Они полагали, что борьба за ограничение произвола трестов и установление над ними контроля была бы утопической попыткой «повернуть воды Миссисипи вспять» и возвратиться к временам мелкого предпринимательства. В результате отвергалась возможность сотрудничества с партиями и группами, которые принимали активное участие в антимонополистических выступлениях, но еще не осознали необходимости уничтожения капитализма. Между тем волны движений против трестов в стране вздымались необычайно высоко. Популистская партия объединила главные враждебные трестам силы, став первой в американской истории антимонополистической коалицией. Как справедливо отмечал советский исследователь, Омахская платформа, принятая популистской партией в 1892 г., подытоживала прежде всего идейно-политический опыт фермерских движений: грейнджеров, начавших борьбу против железнодорожных корпораций, гринбекеров с их идеей свободной чеканки серебра; единомышленников Г. Джорджа, выступавших с требованием единого налога на землю. Вместе с ними шли идеологи левого крыла антимонополистической кри- 86 Там же, т. 7, с. 86. тики Г. Д. Ллойд и Э. Беллами, обращавшиеся прежде всего к городским мелкобуржуазным слоям 87. В Омахской платформе, в выступлениях популистских лидеров И. Доннелли, Т. Уотсона, М. Лииз, У. Пеффера, Дж. Симпсона и других подчеркивалась связь принципов популизма с демократической традицией, берущей начало от Джефферсона с его враждебностью к специальным привилегиям и концентрации экономической власти в руках немногих. Хотя популисты обращались к политическим правам и свободам, записанным в Декларации независимости и конституции, в сущности они вкладывали в эти положения новое социальное содержание. «Много ли стоит свобода для человека, умирающего с голоду? Можете ли вы сохранить в комнате тепло зимой при температуре 30° ниже нуля по Фарренгейту чтением Декларации независимости?» — вопрошал главный автор Омахской платформы И. Доннелли88. Антимонополизм был основным принципом всех фермерских движений, становясь по мере развития все более радикальным: от старого полусредневекового понимания монополии как особых привилегий, которых домогаются владельцы крупных состояний, до бескомпромиссного осуждения в манифесте популистской партии «монополий, денежных воротил, гигантских трестов и железнодорожных корпораций, которые ради собственной выгоды погружают народ в нищету» 89. Популисты также показали связь деятельности правительства с интересами крупного бизнеса. «Наше правительство — это уже не правительство народа, для народа и при помощи народа, а правительство Уоллстрит, для Уолл-стрит и при помощи Уолл-стрит»,— восклицала М. Лииз 90, перефразируя слова из известной речи Линкольна. В свою очередь, Омахская платформа подвергала резкой критике многие звенья американской политической системы, обличала продажность и коррупцию при проведении избирательных кампаний, в законодательных собраниях штатов, конгрессе и судах. Вместе с тем для выступлений популистов типичны поверхностные суждения при оценке экономических явлений. Полагая, что отношения эксплуатации складываются прежде всего в процессе обращения и обмена товаров, популисты направляли острие своей критики против посреднических монополий. Постоянным объектом нападок идеологов фермеров была деятельность финансовых корпораций. И грейнджеры, и гринбекеры также делали акцент на обличение железнодорожных корпораций, а популистская платформа требовала их конфискации 91. Движение популистов подчас обращалось к социальным идеалам прошлого. Стремясь уничтожить монополии, они желали вернуться к временам laissez faire и свободного предпринимательства. Эти идеи ярко иллюстрировал Доннелли в романе «Колонна Цезаря». Нарисованное им утопическое общество напоминает фермерские мифы об аграрном прошлом Америки, в котором якобы господствовали отношения гармонии и равенства. 87Согрин В. В. Формирование антимонополистической идеологии в США в конце XIX в.— Вестн. МГУ. Сер. 8, История, 1970, с. 67—81. 88 St. Paule Representative, Sept. 13, 1893. 89 Hofstadter R. The Age of Reform. From Bryan to FDR. N. Y., 1955, p. 64. 90 Pollack N. Op. cit., p 81. 91 National Party Platforms, 1840—1972/Сотр. by D. Johnson, K. Porter. Urbana (111.), 1973, p. 91. 126 I. ОТ СВОБОДНОЙ КОНКУРЕНЦИИ К ГОСПОДСТВУ МОНОПОЛИЙ Вместе с тем средства борьбы, предложенные популистами, расходились с традиционными. Взамен идеи ослабления центральной власти, популярной во времена Джефферсона, они выдвинули мысль об ответственности правительства за общее благосостояние народа. Система государственных антимонополистических мероприятий, предложенная популистами, означала отход от принципов свободной конкуренции, а провозглашение «регулируемой конкуренции» выходило за рамки классических буржуазных верований. К главным антимонополистическим требованиям относились: государственное регулирование денежного обращения в интересах трудового народа, переход в государственную собственность всех средств транспорта, в первую очередь железных дорог, а также системы телефонной, почтовой и телеграфной связи; борьба с земельной монополией, возвращение железнодорожными и другими корпорациями земель, превышавших их практические нужды. В заключение популистская платформа многозначительно добавляла, что в случае их неэффективности «власть правительства, иными словами, народа должна быть расширена» 92. Год спустя, на антимонополистическом конвенте в Чикаго в 1893 г., автор этой формулировки И. Доннелли поставил точку над «и», подчеркнув: «Если все другие меры потерпят неудачу, следует прибегнуть к учреждению законов о конфискации собственности всех трестов и корпораций» 93. Идеи популистов получили выражение прежде всего в экономических воззрениях, но и в политической области они предложили программу широких демократических реформ. Атакуя монополии, показывая, что плутократия контролирует государственную власть, популисты конструировали модель правительства, ответственного перед народом. Они выдвинули программу «прямой демократии» как важной коррекции существующей в США политической системы. Программа включала народную инициативу и референдум по важнейшим вопросам, тайное голосование, прямые выборы сенаторов, вице-президента, президента. Одним из наиболее замечательных положений, выдвинутых популистами, была идея единства интересов и союза сельских и городских тружеников. Эта идея вырастала из самой жизни, общей антимонополистической борьбы. Она нашла выражение в образовании гринбекерско-рабо-чей партии, совместных действиях фермеров и «Ордена рыцарей труда». Идеи о необходимости государственного вмешательства в деятельность корпораций, контроле над железнодорожными компаниями, телеграфом, телефоном, вплоть до их национализации, записанные в программе ордена 94, перекликались с требованиями фермеров. На раннем этапе АФТ также поддерживала фермерское движение; лишь к началу 90-х годов, когда тред-юнионы все больше превращались в реформистскую организацию, их руководство выдвинуло положение о коренном отличии интересов рабочих и фермеров. В канун Омахского съезда Гомперс заявил: популисты большей частью — «фермеры-наниматели», в то время как рабочие — люди, «работающие по найму», поэтому им не по пути95. 92 Ibid. 93 Цит. по: Hicks J. D. Op. cit., p. 291. 94 Powderly Т. V. Thirty Years of Labor, 1859—1889. Columbus (O.), 1890, p. 389—391. 95 Gompers S. Organized Labor in the Campaign.—North American Review, 1892. July, vol. 155, p. 93. 127 АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ ФЕРМЕРОВ Co своей стороны популисты провозгласили, что их партия является «постоянным и вечным союзом трудящихся Соединенных Штатов», что фермеры и рабочие имеют одни и те же интересы и «одних и тех же врагов». Грозным предостережением прозвучали слова: «Богатства принадлежат тому, кто их создает; каждый доллар, изъятый без соответствующего возмещения,— это уже грабеж! Кто не работает, тот не ест!»96 Конечно, не следует преувеличивать радикальность фразеологии популистов. Тот же Доннелли, глубоко сочувствуя положению рабочих, рассматривал возможную пролетарскую революцию как своего рода апокалипсис, катастрофу человеческой цивилизации. Однако несомненно стремление популистов к совместным действиям с рабочими. В Омахской программе содержались требования 8-часового рабочего дня, запрещение использовать пинкертоновских наемников против стачечников и т. д. В формулировании ряда антимонополистических принципов немалая роль принадлежит Г. Джорджу. Его книга «Прогресс и бедность» (1879) привлекла внимание самой постановкой вопроса о росте нищеты народных масс в условиях стремительного экономического прогресса. Книга разошлась тиражом свыше 3 млн. экземпляров. Основную причину существовавших социальных зол он видел в несправедливом распределении земли, в земельной монополии. Отсюда возникновение ренты — паразитического по своей сущности налога на тружеников земли. Для уничтожения этого зла Г. Джордж предложил введение единого прогрессивного налога на земельную собственность, который поглотит все несправедливые прибыли. Этот акт, уничтожающий земельную ренту и фактически означающий национализацию земли, передаст землю тем, кто ее обрабатывает, позволит покончить с нищетой в стране. Таким образом, корень социальных противоречий Джордж видел лишь в частной собственности на землю, а не в частной собственности на все средства производства. К. Маркс и Ф. Энгельс тогда же вскрыли утопический и буржуазный характер теории единого налога. Они указывали на теоретическую беспомощность Джорджа и высмеивали его притязания выдавать себя за социалиста. В то же время К. Маркс и Ф. Энгельс, а позднее В. И. Ленин подчеркивали, что Г. Джордж не просто буржуазный идеолог, а «идеолог радикальной буржуазии» 97. На формирование экономических взглядов Джорджа оказали влияние представители английской классической политэкономии и французские физиократы, но, выступив за передачу земли тем, кто сам ее обрабатывает, Джордж продолжил старую американскую демократическую традицию борьбы за землю, важнейшим этапом которой было движение фермерства конца XIX в. Национализация земли, предложенная Джорджем, не выходила за рамки буржуазных реформ. Но в конце XIX в., когда, по выражению В. И. Ленина, буржуазия «сама себя территориализиро-вала» 98, т. е. укрепилась в собственности на землю, это требование звучало весьма радикально, нападение на один из видов буржуазной собственности ставило под вопрос законность и других ее видов. Смелое выступление против земельной монополии имело и другой аспект: оно не могло не привлечь внимание к критике монополий вооб- 96 National Party Platforms, p. 91. 97 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 15, с. 234. 98 Там же, т. 16, с. 300. 128 I. ОТ СВОБОДНОЙ КОНКУРЕНЦИИ К ГОСПОДСТВУ МОНОПОЛИЙ АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ ФЕРМЕРОВ 129 ще. И Джордж сам пошел по этому пути. Он не только выступил с критикой земельной монополии, но и обрушился с яростными нападками на железнодорожные компании, которые, «подобно разбойникам, объединяются в шайки для грабежа» ", прямо указывал на огромные богатства Ротшильдов, Асторов, Вандербилтов, Гульдов, Стэнфордов.
В годы, когда выступал Джордж, видное место в американской буржуазной мысли занимал социал-дарвинизм. Джордж отверг его положения, оправыдвавшие необузданную конкуренцию и образование монополий. «Господин Спенсер подобен тем, кто утверждает, что каждый должен переплыть реку своими силами, но не принимает при этом во внимание, что одни имеют пробковые спасательные пояса, а другие — свинцовые гири»,— писал он100. Джордж, прослушав страстное обличительное выступление известного социолога Е. Л. Юменса против бедности и коррупции, спросил его: «Что вы предлагаете сделать в борьбе с этим злом?» Последний ответил: «Ничего. Мы можем только надеяться на эволюцию. Возможно, через 4—5 тысячелетий эволюция приведет к изменению настоящего порядка вещей»101. Со своей стороны Джордж подчеркивал, что, хотя правительство должно в минимальной степени вмешиваться в экономическую жизнь (в данном пункте он следовал принципам классической политэкономии), это не относится к регулированию деятельности монополий 102. Мелкобуржуазные взгляды Джорджа оказали широкое и неоднозначное влияние. Его теория единого налога на какой-то момент была воспринята слабым в теоретическом отношении американским рабочим движением как панацея, а его доводы за примирение труда и капитала были позднее взяты на вооружение буржуазными реформаторами. С другой стороны, критика монополий Джорджем вливалась в общий поток формировавшейся антимонополистической идеологии. Видные популисты Дж. Симпсон, священник Макглинн и другие являлись сторонниками единого земельного налога. Требование отмены монополии на землю, записанное в Омахской платформе, было непосредственно навеяно идеями Г. Джорджа. Если социальные идеалы фермерства связаны со стремлением установить равные возможности для конкуренции, то левое крыло антимонополистов выступило за замену свободной конкуренции социальным сотрудничеством, имело ощутимую коллективистскую ориентацию. Эта исходная установка способствовала значительному углублению и расширению критики монополий. Черты нового направления наиболее ярко были представлены в идейных воззрениях Г. Д. Ллойда и Э. Беллами. На раннем этапе своей деятельности Ллойд видел в монополиях результат нечестного сговора, мечтал о возрождении laissez faire через регулируемую государством конкуренцию. К началу 90-х годов во взглядах Ллойда произошел перелом. В центре его анализа стала деятельность промышленных монополий. В книге «Богатство против общества» (1894) он не только дал историю развития нефтяной монополии «Стандард ойл», выступив как один из первых «разгребателей грязи», но и показал универсальность процесса 99 George H. Progress and Poverty. N. Y., 1929, p. 193. 100 George H. A Perplexed Philosopher. N. Y., 1892, p. 87. 101 Ibid., p. 163—164 102 George H. Social Problems. N. Y., 1966, p. 176. монополизации. Ллойд подчеркнул враждебность монополий интересам самых широких слоев населения Америки: «Монополии — это деловое предпринимательство в конце своего пути... Неотвратимый конфликт с монополиями также определенен, как недавний конфликт по вопросу о рабстве»103. Глубже, чем какой-либо другой американский социолог того времени, он проследил связь между монополизацией и усилением реакции в общественной жизни. Ллойд показал зависимость законодательной и исполнительной властей от монополистических объединений и предвидел еще большее усиление их влияния. Ллойд заявлял, что тресты не только уничтожают экономическую и политическую свободы, но и несут духовное порабощение, переходя «от контроля над рынком к контролю над умами» 104. В этом же исследовании Ллойд, рассмотрев laissez faire в историческом развитии, пришел к выводу, что эти некогда прогрессивные принципы исчерпали себя. Он считал, что государственное регулирование деятельности трестов ныне невозможно. Он указывал на неудачу междуштатного торгового акта, на антирабочую направленность закона Шермана 1890 г., акта Элкинса, приведшего к еще большей консолидации железнодорожных компаний. Несомненной заслугой Ллойда является то, что он объявил утопичным возвращение к временам свободного предпринимательства и высказался за установление общественной собственности на монополии как «единственного средства, с помощью которого народ может восстановить свои утраченные права» 105. Он писал: «Консерваторы воскликнут: ,,Вы хотите разрушить общество!" Но разве отмена рабства означала его разрушение? Консерваторы воскликнут: „Это революция!". Нет, это только лекарство» 106. Идеи «социальной кооперации» были естественным развитием идеалов радикальной антимонополистической мысли, но на их формирование оказали также влияние идеи фабианского социализма, с которым был знаком Ллойд. Ллойд обращался с идеями радикальной антимонополистической критики к низам американского общества. Он отказывался проводить различие между целями пролетариата, разоряющихся сельских и городских мелких собственников, которые, как полагал Ллойд, в равной степени заинтересованы в обобществлении монополий. На протяжении двух десятилетий он боролся за объединение всех антимонополистических сил: социалистов, фермерских альянсов, профсоюзов, «национализато-ров», сторонников единого налога. Ллойд резко критиковал Де Леона за сектантство, нежелание участвовать в широких антимонополистических движениях. Особенно успешно проходила деятельность Ллойда в Иллинойсе в 1894 г., где были заложены основы союза популистов и рабочих на уровне штата. В конце жизни Ллойд закономерно пришел к решению о вступлении в Социалистическую партию США. Социальная концепция Ллойда при всей ее радикальности не содержала альтернативы частному предпринимательству и частной собственности. Высшим достижением радикально-демократической мысли явилось творчество Э. Беллами, который связал решение проблемы монополий с упразднением самой капиталистической собственности. Социально-утопи- 103 Lloyd H. D. Wealth Against Commonwealth. N. Y., 1894. p. 512. 104 Ibid., p. 323. 105 Lloyd H. D. Lords of Industry. N. Y., 1910, p. 255. 106 Lloyd H. D. The New Consciens or Religion of Labor. 3rd ed. L., 1893. p. 17. 130 I. ОТ СВОБОДНОЙ КОНКУРЕНЦИИ К ГОСПОДСТВУ МОНОПОЛИЙ АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ ФЕРМЕРОВ 131 ческий роман Беллами «Взгляд назад» (1888) взбудоражил Америку, его по праву называли «Хижиной дяди Тома» капиталистического общества, он породил целое движение за национализацию. Впечатляюще даны в книге картины будущего коммунистического общественного устройства США. Беллами прошел этап критики «позолоченного века» с позиций, близких фермерским. Он писал о государстве новоявленных королей индустрии как о «феодализме нового времени», называл иллюзорной политическую демократию в США. О его политических взглядах свидетельствовал также исторический роман «Герцог Стокбридж», где с симпатией изображалось фермерское восстание Даниэла Шейса 1786 г. Позднее Беллами, подобно Ллойду, пришел к выводу о невозможности и даже нежелательности возвращения к временам свободной конкуренции. Он считал, что концентрация производства резко повышает его эко-номическую эффективность, и в своем романе подчеркивал, что экономические условия перехода к новому обществу подготавливаются самими развившимися трестами. В Новом Мире, описанном Беллами в утопическом романе, государство, превратившись по существу в общенациональный трест, становится собственником земли и средств производства. Оно контролирует всю экономическую жизнь общества. Ушли в прошлое губительная конкуренция, опустошительные кризисы, безработица, осуществлен главный принцип справедливости — полное экономическое равенство граждан. В новом обществе, подчас по военному регламентированном и уравнительном, резко возросли социальные функции государства: забота о здоровье, образовании и престарелых. Изображая Новый Мир, Беллами, несомненно, опирался на традиции утопического социализма, которые получили немалое развитие на американской почве (колонии оуэнистов, фурьеристов и т. д.). На него также оказали влияние принципы так называемого этического социализма, имевшего определенное родство с фабианством. Важнейшую идейную основу миропорядка общества будущего составляла «религия солидарности». Беллами принципиально расходился с социалистами в определении исторических сил, призванных сыграть решающую роль в переустройстве общества. Руководящую роль он отводил просвещенной интеллигенции. Беллами также верил в возможность мирного, эволюционного («без горя и слез») перехода к новому обществу. «Национализаторские» клубы, возникшие под влиянием идей Беллами и имевшие целью пропаганду принципов национализации, быстро распространились по стране. В начале 90-х годов, в пору наивысшего подъема движения, их было 150, а число членов — 500 тыс. В тесном взаимодействии с «национализаторами» выступали христианские социалисты. Общество христианских социалистов, созданное в 1889 г. в отличие от правого крыла движения — социального христианства, стремившегося сгладить наиболее вопиющие противоречия капитализма, ставило целью ликвидировать капиталистическую систему. Социализм, по их представлениям, логически вытекал из претворения в жизнь первоначальных принципов христианства. Большое место в деятельности общества занимал рабочий вопрос. Руководитель общества конгрега-ционалистский священник У. Блисс являлся также видным деятелем ОРТ, а позднее членом СРП. Общность взглядов «национализаторов» и христианских социалистов существовала не только в сфере конечных целей и средств борьбы, но и ближайших требований. В программе Общества христианских социалистов в качестве первого шага предусматривалась национализация железных дорог, телеграфа и телефона. Блисс был одним из организаторов первого «национализаторского» клуба в Бостоне и называл это движение социальным выражением христианства 107. В свою очередь, Беллами был членом редколлегии журнала «Дон» («Dawn»), печатного органа христианских социалистов. Хотя Беллами не анализировал аграрные проблемы, его идеи имели успех в регионах, ставших центрами популистского движения, на Среднем Западе и в Калифорнии. Сторонники Беллами горячо поддержали создание популистской партии, стали ее составной частью и способствовали ее радикализации. (Из немногим более 1300 делегатов съезда 1892 г. в Омахе 300 входили в клубы «национализаторов»108). Своей первоочередной задачей клубы провозгласили национализацию «естественных» монополии: железных дорог, телеграфа, телефона, банков, а также лесной и угледобывающей промышленности109. В 1892 г. главные требования «национализаторского» движения вошли в программу популистской партии. Общество христианских социалистов также приветствовало образование популистской партии и присоединилось к выдвинутой ею программе. Блисс полагал, что по мере развития движения программа популистов будет углубляться в социалистическом духе110. Белламисты составили левое, радикально-демократическое крыло в антимонополистическом движении, их основополагающие принципы имели социалистическую ориентацию. Сам Беллами отрицал какую-либо связь своих идей с марксизмом и никогда не употреблял термин «социализм», но среди его последователей было немало социалистов (вопреки установкам руководства СРП, запрещавшим членам партии участвовать в популистском и «национализаторском» движениях). Школу «национализаторского» движения прошли или испытали сильное влияние идей Беллами многие видные руководители социалистических партий: Д. Де Леон, Ю. Дебс, Дж. Гарриман, Дж. Уэйленд (редактор газеты «Эпил ту ризн»). При оценке антимонополистической тенденции конца XIX в. легко увидеть ее ограниченность. Мелкобуржуазные идеологи придерживались идеалистических взглядов и, следовательно, в мировоззренческом отношении были далеки от марксизма. Но в борьбе против монополий позиции марксистов и мелкобуржуазных критиков объективно совпадали. Американские антимонополисты подметили многие социально-экономические и политические последствия монополизации и дали толчок новому демократическому направлению в американской общественной мысли. 107 Nationalist, 1889. Aug.. p. 97. 108 Супоницкая И. М. Антимонополистические выступления в США конца XIX в.— В кн.: Американский ежегодник, 1974. М., 1974, с. 251. 109 Беллами 9. Общественное движение, возникшее в Америке под влиянием книги «Через сто лет». СПб., 1892, с. 227. 110 Dawn, 1891, Oct., p. 2; Nov., p. 3. 111
<< | >>
Источник: Г. П. КУРОПЯТНИК И. А. БЕЛЯВСКАЯ И.П.ДЕМЕНТЬЕВ А.А.КИСЛОВА. ИСТОРИЯ США том ВТОРОЙ 1877-1918. 1985

Еще по теме 5. АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯ ИДЕЙНАЯ ТРАДИЦИЯ:

  1. 3. АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ
  2. Глава пятая АНТИМОНОПОЛИСТИЧЕСКИЕ ВЫСТУПЛЕНИЯ ФЕРМЕРОВ И НАРОДНАЯ ПАРТИЯ
  3. В. Идейное содержание
  4. Идейно-стилистический центр политического текста
  5. Идейный кризис
  6. 1. ИДЕЙНЫЕ ТЕЧЕНИЯ
  7. 2. ПРОФСОЮЗЫ: ПОИСК ИДЕЙНОЙ ПОЗИЦИИ
  8. 1. В обстановке ленинской идейности, принципиальности и деловитости
  9. 1. Идейная эволюция К. Каутского
  10. 5. Внутрипартийная жизнь. Организаторская и идейно-политическая деятельность партии
  11. 6. Развитие КПСС. Организаторская и идейно-воспитательная деятельность партии
  12. Раздел II ОБНОВЛЕНИЕ РОССИИ: ИДЕЙНОЕ КРЕДО
  13. ЗАРОЖДЕНИЕ СЛОЯ ГАНЬБУ, ГРУППИРОВОК И ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕЧЕНИЙ В ИХ СРЕДЕ
  14. 3. Идейная близость жития Александра Невского и Слова о погибели Русской земли
  15. 3. МОЛОДЕЖЬ - ПРОТИВ «СИСТЕМЫ». «НОВАЯ ЛЕВАЯ» КАК ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ ТЕЧЕНИЕ
  16. РЕСПУБЛИКАНСКАЯ ТРАДИЦИЯ
  17. ТРАДИЦИИ ОВД.
  18. Традиция
  19. ТРАДИЦИИ ПОЛИТИЧЕСКИЕ