<<
>>

Раздел 1 РОССИЯ КАК ЦИВИЛИЗАЦИЯ

ЦИВИЛИЗАЦИЯ. В профессиональной среде нет ясного понимания ни того, что есть “цивилизация”, ни того, какими признаками она выражается. В качестве итога — отсутствие единого фокуса размышлений, не заражающий позитивом вкусовой подход, усвоение трафаретов, за которыми — ничего, кроме “урчанья брюха” (Сорокин) их поклонников.
Технология понимания определена глубиной понимаемого. Быстрота понимания — показатель тривиальности, недостижимость понимания — показатель трансцендентности понимаемого. Применительно к пониманию цивилизации вообще (а российской цивилизации в особенности) актуализируется, следовательно, проблема адекватного понимания: оно должно быть ясным и не быть низким. Проблема решается уточнением базовой рефлективной схемы цивилизации, поставляющей искомые условия понимания колоссальных объемов фактического. Происходя от “цивильности”, цивилизация, характеризуя выделение общества из природы, подчеркивает момент эмансипации одного от другого: у истоков цивилизации некий уровень ци- вильности, обеспечивающий развитие общества на собственной основе. Отправная точка цивилизации — упрочение цивильности со стадии замены родовой общины соседской (территориальной). Фикс-пункт цивильности — бытие, избыточное относительно срока органической индивидуальной жизни. По ходу эскалации цивильности воплощенность человечности в бытии нарастает. Последнее отвечает фундаментальной тенденции перенаправления родовой активности на выработку условий более или менее гарантированного существования. Усугубляемый тем самым поворот от естественно-потребительного к рукотворно-производительному существованию, от наличного универсума к универсуму, взятому под углом зрения возможных перемен, означает упрочение человека в собственно цивильной форме. Поскольку “цивильность” выражает поддержание жизни по искусственным, завязанным на гражданский эффект технологиям, постольку в ней радикализуются моменты целесообразности, кооперативности, свободы, обусловливающие рациональную пла- нируемость, общественность, самочинность, самоопределенность деятельности и ее продуктов.
В виде совокупного грандиозного резюме такого рода деятельности оформляется, оконтуривается “цивилизация” как состояние полной выделенности человека из природного царства в образе и подобии относительно автономного и рационального агента существования. Антипод цивилизации — хаос во всех его вариациях, от природных до социальных. Ресурс цивилизации определяет и опре- деливает, сводя до минимума, исключая неопределенность развития. Где надлежащего заслона ей (неопределенности) не устанавливается, инструмент цивилизации дает сбой, оказываясь заложником природной или социальной стихии. Подчеркивая, что нерв цивилизации — преодоление хаоса, проявляемого через игру неконтролируемых, слепых природных (землетрясения, наводнения, ураганы и т.д.) и социальных (произвол, беззаконие, безнарядье, анархия, безбрежная, безотчетная вольность и т.п.) сил, будем толковать “цивилизацию” с позиций поддержания жизнедеятельности. А именно: цивилизация есть 1) образ жизни, детерминируемый базовыми устоями существования; 2) воспроизводство способов воспроизводства жизни. Отличительная особенность “цивилизации” — жизневоспроизводительный уклад, техника обмена деятельностью, способ вершения исторического бытия, обеспечение выживания. Элемент “технологичности” отличает цивилизацию от культуры, которая в самом широком смысле, будучи механизмом порождения, закрепления, передачи, умножения выражающих достоинство и призвание ценностей, базируясь на творчестве, познании, через напряжение продуктивных возможностей объективирует субъективный порыв к высокому. Ориентиры цивилизации и культуры аутентичны. Цивилизация инструментальна (хлеб, мощь), культура гуманистична (высота нравственности, сознания). Мещанство подтачивает культуру; мягкотелость разрушает цивилизацию. Культура стремится к славе, цивилизация — к подвигу. Культура притязает, цивилизация вершит долг. Культура покоряет духовным, цивилизация материальным величием. Рычаг культуры — тщание духа, цивилизации — устроение. Развернутое сопоставление точек опоры одного и другого оставляет меньше места для нечеткостей в определении существа цела.
Представляется, что сказанное подрывает ложно-классичес- -ую интерпретацию природы цивилизации под углом зрения конфессионального фактора. Основа цивилизации не религия, а жиз- невоспроизводсгвенный механизм с фундаментальными социальными константами, продуктивными универсалиями. Так, Европа поликонфессиональна, но относительно едина. Едина по комплексной рецепции бытия, стимулирующей поддержание существования (инварианты в материальных, гражданских, духовных, приватных секторах общежития). Непреходящее для культуры концентрирует “откровенство духа” (Федотов) со своими столпами — такими, как ... возвышенные чувства, свобода, слава и любовь, и вдохновенные искусства. Столпы же цивилизации — технологии устроения, среди которых индустриальность, письменность, политичность, урбанизиро- ванность и т.д. Куда ни посмотришь, какие данности культуры ни возьмешь, — везде уникальность, сопутствующая ей разнообразность. В истоках своих культура многоразлична — этнична, географич- на. Напротив — цивилизация- проявляется как надэтничный, географически (территориально) нелокализуемый фактор. И в Старом, и в Новом Свете, равно как в известных точках Африки (ЮАР), Ближнего Востока (Израиль), система жизневоспроизвод- ства одна, поддерживается единым механизмом порядка сотрудничества и господства. Последнее подрывает позицию, намеченную Дюркгеймом и Литтре, о местоопределенности цивилизации. Ничего подобного нет. В Европе дают в долг под проценты. Это норма. В России, принадлежащей и Европе, ежели какой человек “берет даже самый малый процент, тот уже злодей. В таком человеке не может правда существовать”1. В России имеют дело с финальным. В Европе — с операциональным. Строй жизни, технологии обмена деятельностью задают контур реализации с набором производственных и воспроизводственных цепочек утилизации вещества природы, истории, человечности. Итак, возникая как оппозиция природному, варварскому, цивилизация становится ресурсом прогресса рода. В дальнейшем по мере уяснения, что человечество не обладает “единой причиной, единым опытом, единым прогрессом” (Морган), вследствие диверсификации способов, принципов прогрессивного родового развития, дифференцируется и некогда синкретичная цивилизация.
Структурообразующими ее признаками оказываются технологии и институты — организация вершения, поддержания жизни. Цивилизация с культурой соотносится как тело с духом. Цивилизация — материальное развитие, общественная организация — телесная оболочка социума, тогда как культура — духовная жизнь, душа его. Оттого цивилизация — сопоставимая с культурой типологическая единица истории крупного порядка, ценностная общность высокого социального ранга — в отличие от культуры выступает широчайшим уровнем лишь институционально-технологической идентичности людей. ХАРАКТЕР РОССИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ. Нельзя не признать: на оформление российской цивилизации оказал влияние блок вполне объективных причин. 1. Геоклиматический фактор. Россия — страна, отправляющая хозяйственные процессы в неблагоприятных природных условиях. Во-первых, сельскохозяйственный сезон в России — 4—6, тоща как в иных странах 8—10 месяцев. Во-вторых, по справедливой мысли П.Н. Першина, в России необычайно сильна амплитуда колебаний параметров естественной среды, вызывающая удручающее обстоятельство: вкладываемый труд не дает ожидаемого результата10. Анализируя статистические данные об урожаях по 500 уездам Европейской России (с 1891 по 1915 г.), автор выводит: уровень колебаний чисел максимума и минимума урожайности с единицы пашни за этот период составляет 2,014. По отдельным губерниям разброс более велик: в Самарской — 7,303; в Воронежской — 7,053; в Казанской — 5,667; в Симбирской — 6,246; в Пензенской — 4,503; в Херсонской — 3,47. Колеблемость урожайности, утверждает ГА Гольц, — “нельзя оторвать от ее абсолютного уровня, ибо при высоком уровне урожайности колеблемость ее уже не так страшна для пропитания, увеличивается товарная функция. В этом отношении в близких природных условиях находится Канада и колеблемость урожайности в ней такая же, как и в России, но абсолютный уровень урожайности больше там в 1,6 раза при значительно меньшем населении. В других странах абсолютная урожайность также больше, чем в России: Франция — в 1,5; США — в 2; Германия — в 3,9; Великобритания — в 4 раза.
Уровень колеблемости урожайности в этих странах достаточно близок и находится в диапазоне 1,36—1,44”11. Вы сокая негарантированность хозяйствования исторически осложнялась: а) 30-летней периодичностью выгорания деревянных построек по стране; б) систематическим голоданием населения в европейской части. Если за критическую точку принять суточную норму в 500 г пищевых веществ на душу населения, то меньше нормы получало в 1891 г. — 25,7%; в 1898 г. — 9,7; в 1901 г. — 6,6; в 1906 г. — 17,3; в 1911 г. — 14,9; в 1915 г. — 8,3%. Иначе говоря, за эти 25 лет в среднем голодало 5% населения. 2. Геополитический фактор. Социально-политическое пространство векторизовано. Колонизация идет на Восток, варвары идут на Запад. Поскольку вопросы мировой истории в недавнем прошлом решались на европейском театре действий, Россия оказывалась средостением перемещения политического вещества. Необходимость вести борьбу на два фронта обусловливала форсмажорность, милитаризованность, усугубляющих и без того сложную ситуацию затратного, экстенсивного производства. 3. Географический фактор. Россия — континентальная держава в массе своей с неосвоенной территорией, суровым климатом, имеет ограниченный доступ к благоприятным океаническим зонам с их дешевыми транспортными артериями. Оттого единица производимого и перевозимого продукта в стране всегда дороже, чем в иных частях света. Для сравнения: в России на душу населения в среднем 15 м2, в США — 49 м2 жилой площади. Однако, приняв в расчет качество материалов, степень капитальности, получим, что средств для обеспечения даже такого метража у нас требуется больше. 4. Державный фактор. Жесткая централизация (для обеспечения страновых нужд) получаемого на форсаже дефицитного прибавочного продукта, логика отправления экстенсивного роста (при проводимой колонизации) государственного дела имплицировали стратегию выживания: авторитаризм, абсолютизм, этакра- тизм вверху и общинность, коллективизм внизу. Подобное сочетание обостряло внутреннюю конфликтность, раскольность социального целого.
Как далеко должна идти рефлексия данного прецедента — проблема, вызывающая массу споров в россиеведении. В качестве нужного нам подчеркнем лишь крайнюю неблагопри- ятность взаимодействия верхов и низов на такой почве. Всякая инициатива сверху воспринималась низами как очередная антинародная кампания. Только один пример. Реформа П. Столыпина вызвала отчаянное сопротивление крестьян, лелеявших мечту “черного передела” (не выделение “крепких” хозяев на хутора и отруба, а передел земли по количеству ртов). В соответствии с этим коммунистическим принципом в 1907 г. развернута настоящая гражданская война. За 1907—1909 гг. сожжено 71% помещичьих усадьб и 29% хозяйств кулаков. В период с 1910 по 1913 г. сожжено 32% помещичьих усадьб и 67% кулацких хуторов. Вопрос, почему крестьяне всячески закрепляли экстенсивный путь развития в России, пока безответен (ср. ситуацию с борьбой с фермерскими хозяйствами в наши дни). В качестве аналитического резюме из сказанного примем: стержень российского цивилизационного космоса составляли нестабильность, патернализм, коллективизм, автократизм, вотчинность, усеченность правовой ответственности,12 персональной инициативы, деспотизм, волюнтаризм, централизм. Кристаллизовался социальный оксюморон: “антиобщественное государство — антигосударственное общество” (Струве). Российское дореволюционное общество, отмечает Вернадский, “не понимало и не ценило великого блага — большого государства”4 . Общество становилось государственным исключительно во времена смуты.
<< | >>
Источник: Ильин В.В., Ахиезер А.С.. Российская цивилизация: содержание, границы, возможности. 2000

Еще по теме Раздел 1 РОССИЯ КАК ЦИВИЛИЗАЦИЯ:

  1. ГЛАВА II ПОЧЕМУ ЕВРОПА ВРАЖДЕБНА РОССИИ?
  2. ГЛАВА III ЕВРОПА ИЛИ РОССИЯ?
  3. § 3. Юридическая антропология в России
  4. Глава 12 МЕХАНИЗМ ФОРМИРОВАНИЯ ПОЗИТИВНОГО ОБРАЗА РОССИИ
  5. 3. Росси
  6. § 4. Cтолкновение цивилизаций и границы
  7. М.К. Горшков СОЦИАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ НАЦИИ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  8. В.М. Михайлов К ВОПРОСУ ОБ ЭВОЛЮЦИИ ГОСУДАРСТВЕННО-ГРАЖДАНСКОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ РОССИЯН
  9. В.В. Трепавлов КАТЕГОРИЯ «РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ» И ФЕНОМЕН ПОЛИЭТНИЧНОСТИ
  10. Раздел II ПОНЯТИЕ ВИНЫ КАК СУБЪЕКТИВНОГО ОСНОВАНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ