<<
>>

ПРОТИВОРЕЧИЯ нэпа

Состоявшийся 8—16 марта 1921 г. в Москве X съезд РКП (б) принял резолюцию «О замене разверстки натуральным налогом», с которой начался отсчет новой экономической политики. Экономическая политика партии периода гражданской войны и иностранной военной интервенции — «военный коммунизм» — была признана специфической, вызванной чрезвычайными обстоятельствами, тогда как новая экономическая политика — закономерной и целесообразной, хотя и не стыкующейся с установками официальной партийной программы, принятой на VIII съезде РКП (б).
Последнее обстоятельство, конечно, не могло не волновать вождей большевизма, которые поначалу решили именовать нэп временным отступлением от задач непосредственного перехода к социализму, обусловленным преимущественно мелкобуржуазным характером экономики страны и замедлением темпа развития мировой пролетарской революции. Существующий же в стране экономический порядок В.И. Ленин предложил назвать «государственно-капиталистическим», указывая тем самым на то, что капиталистические производственные отношения в Советской России развиваются под контролем государства, воплощающего, однако, «диктатуру пролетариата».

Выборы делегатов на X съезд РКП (б) в первый и в последний раз в истории коммунистической партии Советского Союза проходили по платформам, сформировавшимся в период дискуссии «о профсоюзах»: платформа «десяти» во главе с Лениным, «буферная» платформа во главе с Бухариным и другими, платформа «демократических централистов» во главе с Осинским и Сапроновым, платформа «рабочей оппозиции» во главе с Шляпниковым и Коллонтай и др. Убедительную победу на выборах делегатов съезда одержали сторонники платформы «десяти». Гораздо больший смысл имело то, что сплотившаяся вокруг Ленина группа ответственных партийных работников почти целиком вошла в избранный на съезде Центральный Комитет, способный действовать без особых трений и разногласий в соответствии с последними указаниями Ильича.

Тот же, памятуя о вреде, нанесенном партии последней общепартийной дискуссией, предложил съезду принять резо

427

люцию «О единстве партии», фактически запрещавшую появление впредь каких бы то ни было политических платформ и фракций и дававшую ЦК полномочия «применять в случае (-ях) нарушения дисциплины или возрождения фракционности все меры партийных взысканий вплоть до исключения из партии, а по отношению к членам ЦК перевод их в кандидаты и даже, как крайнюю меру, исключение из партии». Хотя в своих пояснениях о цели данной резолюции Ленин несколько раз упомянул слово «временная», на деле это означало существенное ограничение внутрипартийной демократии, т.е. той относительной свободы, которой пользовались высокопоставленные партийные и государственные работники в борьбе за лидерство в партии, за привлечение на свою позицию (по тому или иному вопросу партийной политики) потенциальных единомышленников. Теперь такая борьба могла быть истолкована руководством ЦК или партийного комитета как проявление фракционности со всеми вытекающими из этого определения оргвыводами.

Прийятие резолюции «О единстве партии» серьезно затруднило осуществление решений IX Всероссийской конференции РКП (б), направленных против бюрократического централизма и социального неравенства членов партии, хотя X съезд подтвердил справедливость этих решений и даже ввел ряд положений насчет «рабочей демократии». Для успешной борьбы с бюрократическим централизмом требовалась, как минимум, добрая воля ЦК, который, однако, решил сделать ставку на замену «плохих» чиновников «хорошими» методами назначений и перемещений, игнорируя демократические выборы и демократический контроль. Новый генеральный секретарь ЦК РКП (б) И.В. Сталин (до него ответственным секретарем был В.М. Молотов) получил наряду с должностью члена Политбюро также и должность члена Оргбюро, т.е. фактически возглавил организационно-политический аппарат ЦК. В первые же дни своей работы И.В. Сталин произвел замену нескольких десятков ответственных партийных работников на местах, в дальнейшем все более тщательно перетасовывая номенклатурную колоду по одному принципу: личной ему преданности.

В.И. Ленин и другие члены Политбюро (Л.Д. Троцкий, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, Н.И. Бухарин) в перемещения ответственных партийных работников (секретарей губкомов и горкомов) не вмешивались ввиду «рутинности», как им казалось, этого вопроса. Лишь в конце 1922 г. В.И. Ленин с ужасом обнаружил, что «товарищ Сталин сосредоточил в своих руках необъятную власть...»

Ограничение внутрипартийной демократии под предлогом укрепления организационно-политического единства РКП (б) сопровождалось дальнейшим сужением рамок и возможностей советской демократии. В течение 1921 г. Политбюро ЦК РКП (б) приняло несколько решений, направленных даже не столько на ликвидацию организаций партий меньшевиков и эсеров, сколько на изоляцию

428

самих носителей социал-демократических и социал-революционных идей, предоставляя ВЧК широкие полномочия по проведению массо-шх арестов, административной ссылки на окраины России и в Сибирь, ьыдворению за границу. Всем советским учреждениям было рекомендовано не принимать меньшевиков и эсеров на работу, пока они официально не заявят о своем выходе из меньшевистских и эсеровских организаций. На Украине, Северном Кавказе, в Сибири и Центральночерноземном районе вплоть до конца 1922 г. сохранялось военное положение, при котором власть на местах осуществлялась военно-революционными комитетами и разного рода «чрезвычайными штабами». Поиск чекистами контрреволюционных элементов по-прежнему велся не через доказательство вины, а по социальному признаку. Под предлогом изъятия на нужды голодающих Поволжья церковных ценностей начались гонения на православную церковь (закрытие приходов, аресты священников, поругание христианских символов и святынь).

Слабо сдвинулась с места провозглашенная в 1919 г. на VII Всероссийском съезде Советов реформа государственного аппарата, в частности более точное разграничение функций управления между партийными комитетами и Советами. Все ограничилось лишь увеличением количества сессий ВЦИК до трех в год и «на более продолжительный срок» (до 2—3 недель).

23 марта 1922 г. в записке к секретарю ЦК В.М. Молотову В.И. Ленин еще раз напомнил о том, что «необходимо разграничить гораздо точнее функции партии (и Цека ее) и Соввласти, повысить ответственность и самостоятельность сов-работников и совучреждений, а за партией оставить общее руководство работой всех госорганов, без теперешнего слишком частного, нерегулярного, часто мелкого вмешательства». Комиссия ЦК так и не выработала определенного решения по данному вопросу, хотя он уже был включен в повестку дня сессии ВЦИК. 26 мая 1922 г. ВЦИК отложил рассмотрение вопроса о советском строительстве до следующей сессии, которая состоялась в декабре 1922 г., однако и эта, и все последующие сессии ВЦИК так и не объявили гражданам страны, где конкретно кончаются функции партийных органов и начинаются функции исполкомов и пленумов Советов.

Как же сами лидеры большевизма объясняли причины того, что, дав народу экономические свободы (свободу торговли и частного предпринимательства), не дали ему свобод политических? В своем выступлении на X Всероссийской конференции РКП (б) 26 мая 1921 г. В.И. Ленин указывал, что при определении меры и характера уступок (экономических и политических) крестьянству следует руководствоваться соображениями революционной целесообразности. «...Мы вам, товарищи-крестьяне,— говорил он,— целый ряд уступок сделаем, но только в таких-то пределах и в такой-то мере, и, конечно, сами будем следить, какая это мера и какие пределы. Но если вы хотите политического соглашения, т.е. перехода власти от рабочего класса к кресть

429

янству, тогда потрудитесь воевать и нас победить, ибо классовая борьба есть классовая война... Одно из двух: или война с нами до конца, или соглашение на тех условиях, которые мы предлагаем».

Выступлению Ленина на X конференции РКП (б) (в той его части, где говорилось о соотношении экономических уступок политическим и гражданским свободам) созвучен доклад К. Радека «О роли социалистов-революционеров и меньшевиков в переживаемый период».

В нем прозвучали слова о том, что большевики не считают гражданскую войну в России законченной по крайней мере до тех пор, пока сохраняется опасность «оформления движения мелкобуржуазных масо> партиями меньшевиков и эсеров. В отношении этих партий, заявил Радек, «есть только тактика беспощадной борьбы».

На состоявшейся в декабре 1921 г. XI Всероссийской конференции РКП (б) один из ведущих теоретиков большевизма — Н.И. Бухарин еще раз напомнил, что «весь курс новой экономической политики взят нами всерьез и надолго, но отнюдь не навсегда», что «есть вещь, дальше которой не перейдешь... это — перспектива коммунизма», а следовательно, нэп есть не более чем «громадный стратегический маневр». Это положение из речи Бухарина как нельзя лучше объясняет последующее отношение большевистской власти к «нэповской экономике», которую она с самого начала стремилась «подмять под себя», подчинить целям организации социалистического производства в параметрах прежней идейно-теоретической программы, т.е. приближенных к «военно-коммунистической» экономической модели. Для этого большевистская власть должна была максимально затруднить выход всех других социально-экономических интересов «нэповской России» на уровень политического представительства в системе органов государственной власти и управления, т.е. интересов крестьянства, рабочего класса, интеллигенции, мелкой и средней буржуазии. Поскольку же эти интересы существовали объективно и столь же объективно проявлялись в определенных политических настроениях членов РКП (б), руководство последней должно было позаботиться и о том, чтобы столкновение этих различных социальных интересов не разорвало партию на фракции, группировки и платформы. В конечном счете именно поэтому внутрипартийная демократия была ограничена до такой степени, что основная масса членов РКП (б) не принимала никакого реального участия в управлении страной.

И без того высокая концентрация власти в руках организационно-политического аппарата ЦК РКП (б) стала еще более значительной, следовательно, более централистски-бюрократической и в то же самое время менее «поворотливой» в смысле реагирования на о|5ъективно складывавшиеся в экономике страны кризисы и диспропорции. Если и до перехода к нэпу аппарат ЦК РКП (б) систематически опаздывал

430

: рассмотрением актуальных вопросов политики и экономики, то юсле 1921 г. это опоздание становилось уже очевидным.

Осознание неэффективности режима однопартийной диктатуры дентралистски-бюрократического типа, с одной стороны, и невозмож-10сти демократических реформ, пока этот режим существует,— с другой, приводило к утрате внутренней связи между партийно-государственной бюрократией и партийной массой, к превращению ее в «надклассовую» бюрократию, т.е. в новый руководящий класс. В начале 20-х годов в правящей партии большевиков закладываются эсновы того ее краха, который неминуемо должен был произойти и произошел в начале 90-х годов.

<< | >>
Источник: Н.Г. Думова, Н.Д. Ерофеев, СВ. Тютюкин и др. История политических партий России: Учеб. Для студентов вузов, обучающихся по спец. «История».— М.: Высш. шк.— 447 с.. 1994

Еще по теме ПРОТИВОРЕЧИЯ нэпа:

  1. Основы экономической политики в переходный период от капитализма к социализму.
  2. Глава 11 о путях и рубежах построения ФУНДАМЕНТА СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ экономики
  3. ПРОТИВОРЕЧИЯ нэпа
  4. 3. Первые успехи нэпа. XI съезд партии. Внешняя политика Советского государства. Образование СССР
  5. § 1. Правосубъектность граждан
  6. Глава 11 о путях и рубежах построения ФУНДАМЕНТА СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ экономики
  7. НЭП - АЛЬТЕРНАТИВА ИЛИ ПРОДОЛЖЕНИЕ?
  8. МЕСТО ГЕНСЕКА «В РАБОЧЕМ СТРОЮ»
  9. СЕКТАНТСКИЕ ПОПЫТКИ ИЗВРАТИТЬ СМЫСЛ НЭПА И СОЗДАТЬСВОЮ СОБСТВЕННУЮ КООПЕРАЦИЮ
  10. НЭП и реставрация традиционной системы бухгалтерского учета (1921—1929)
  11. Советская Россия.
  12. Успехи и противоречия нэпа.
  13. § 2. Периодизация, лозунги, цели и противоречия Перестройки
  14. От «военного коммунизма» — к нэпу
  15. 1. ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС В СТРАНЕ НА РУБЕЖЕ 1920-1921 г. И ПОИСК ВЫХОДА ИЗ НЕГО. БОЛЬШЕВИКИ И НЭП.