<<
>>

ОДИН ГОД Ю. В. АНДРОПОВА. К. У. ЧЕРНЕНКО И ЗАКАТ ТОТАЛИТАРИЗМА

Медведев Р. Генсек с Лубянки /Политическая биография Юрия Андропова. М., 1993. С. 210-222. Андропов, с одной стороны,— продукт советской системы, с другой- один из творцов ее современного облика.
Так что оценивать его личность следует не по аналогии с лидерами Запада, а в контексте коммунистической действительности. В ней и через нее- можно найти понимание его противоречивого характера и незаурядной натуры. Он несомненно умен, образован, хорошо- по советским понятиям, конечно,- воспитан. В этом смысле он не исключение среди нынешних партийных работников. Во втором эшелоне власти в Кремле- среди многочисленных советников и помощников Генерального секретаря, заместителей и заведующих отделами ЦК КПСС, главных редакторов партийных газет и журналов- таких, как он, большинство: эрудированных, с солидной академической подготовкой, со знанием языков, основательно разбирающихся в современных политических проблемах и неоднократно бывавших на Западе. Они- не профессиональные партийные работники, а ученые... или партаппаратники новой формации, проведшие ряд лет на дипломатической работе или в университетах, где обзавелись степенями и званиями. Сталин эксплуатировал ум и знания ученых, щедро одаривал их премиями и дачами, но к активной деятельности в аппарате ЦК КПСС не допускал. Хрущев хоть и открыл перед (некоторыми.- Р.М.) учеными мир большого политического бизнеса в ЦК (Румянцев, Константинов, Францев), но относился к ним с недоверием. Брежнев был щедрее- членами ЦК стали его советники, профессора и академики Егоров, Афанасьев, Иноземцев. Однако Брежнев полностью полагался только на « социально близких »... И лишь с приходом к власти Андропова у «второго эшелона» появилась возможность выдвинуться на верхушку партийной иерархии... Можно согласиться с Земцовым, что у Андропова была достаточная сила власти, политическая воля. Андропов, по его мнению, «старается расположить людей в свою пользу, внушить им уважение и доверие к себе.
Но там, где необходимо, он проявляет твердость, жесткость и решительность, умеет заставить бояться себя, не внушая ненависти.»... Публицист Лев Корнешов писал в еженедельнике «Союз»: «Несомненно, Юрий Владимирович Андропов, получив гниющее брежневское наследство... выдвигал новых людей к руководству партией и страной, пытался расшатать окрепшую при Брежневе после критики Хрущева сталинскую систему казарменного, лагерного «социализма». Смею утверждать, что Ю.В. Андропов понимал: если эту систему своевременно не демонтировать, она рухнет, и под ее обломками будет похоронено действительно немало ценного и полезного. Логицнб и то, что он пытался подобрать и выдвинуть людей, которые разделяли бы это понимание и необходимость такой трудной работы, сумели бы ее выполнить. Было ли это началом перестройки? Анализ основных документов партии этого периода дает все основания для совершенно однозначного ответа- нет. Речь шла об исправлении ошибок давнего и недавнего прошлого, о новой, честной политике, о попытках вывести партию и страну на дорогу цивилизованного развития и, наконец (будем откровенными), о стремлении подремонтировать Систему, не затронув ее устои... Ю. В. Андропов не смог многое сделать из задуманного- помешала преждевременная кончина. Он был тяжело болен, это знали все, и (тоже будем откровенными) совсем по-иному, нежели траурное сообщение о смерти Брежнева, встретила страна весть о том, что Ю.В. Андропова не стало. С ним, с его именем связывались серьезные надежды ». Журнал «Октябрь»счел возможность опубликовать в 1990 г. книгу А. Авторханова «От Андропова к Горбачеву», первое издание которой вышло в свет в Париже в 1986 г. ... «Андропов умер через 16 месяцев после прихода к власти, не успев ничего совершить.. Он был полнокровным, волевым, изобретательным и холодным политиком кристально чистой сталинской закваски без всяких посторонних примесей, моральных или эмоциональных... Он старался навести полицейский порядок внутри страны, а^коллективное руководство постепенно убрать.
Во внешней политике он был опаснее Сталина, ибо располагал текг, чем не располагал Сталин,- Ракетно-ядерным превосходством над остальным миром. Это не означало, что он это оружие безоглядно пустит в ход. Оружием часто побеждают, не стреляя, во многих случаях достаточно им только угрожать, чтобы добиться цели. Чем страшнее и больше оружие, тем вернее победитель без войны... Приписывая Америке намерение начать атомную войну, Андропов сознательно культивировал стах перед атомной войной как у своего народа, чтобы он и дальше продолжал работать на сверхвооружение, живя впроголодь, так и у европейцев, чтобы оторвать Западную Европу от Америки»... Я не собираюсь полемизировать здесь с Авторхановым, который сам признает, что Андропов остается «загадочным сфинксом в политике», и который тем не менее уверенно формулирует якобы присущие ему личные качества и политические цели. Более верной является оценка Андропова и его внутренней политики, которая содержится в статье А. Похмелкина и В. Похмелкина, опубликованной в журнале «Нева». Примечательно, что Андропов,- пишут эти авторы,- единственный после Ленина руководитель государства, о котором в массовом сознании сохранилось в целом положительное мнение, не очень, похоже, поколебленное официальным сообщением о его причастности к развязыванию афганской войны...Внутренняя политика Андропова, по крайней мере видимая ее часть, была направлена на борьбу с хищениями, взяточничеством, коррупцией, на укрепление законности и дисциплины... «Андроповский»период- золотое время для работников правоохранительных органов, вспоминаемое сегодня многими из них с ностальгической грустью. Впервые за долгие годы застоя у них оказались развязанными руки. Появилась наконец возможность добраться до «обнаглевших торгашей», подпольных нуворишей, мздоимцев из партийногосударственного аппарата. ... Возникает вопрос: как поступил бы Андропов, убедившись в том, что инъекция насилия (других действенных сил административно-командная система не имеет) лишь встряхнула общество, но не вернула ему жизнеспособность? Сумел бы он, отбросив идеологические догмы, осознать необходимость кардинальных реформ? Уверены, что нет.
Человек, сформировавшийся в условиях сталинского режима, непосредственно причастный к событиям в Венгрии, Чехословакии, Афганистане, возглавлявший нашу тайную полицию, короче говоря, верой и правдой служивший системе, не смог бы ей изменить. Поэтому возможны были только два варианта: дальнейшее «закручивание, гаек»до полного «срыва резьбы», то есть террор..., либо отступление и продолжение мирного загнивания. Осуществляемая при Андропове политика не получила логического завершения и была свернута после его смерти. Однако бесперспективность избранного им пути получила бесспорное подтверждение уже после апреля 1985 г. ... Вариант Андропова и сегодня имеет немало сторонников в партийном и государственном аппарате, особенно в системе правоохранительных органов... Вместе с тем было бы грубой ошибкой полагать, что тоска по «андроповскому времени»мучает только управленческую элиту. Этой тоской, к сожалению, заражены самые широкие соци-' альные слои. Причин здесь несколько. Во-первых, Андропов действовал более решительно и последовательно, чем нынешнее руководство страны. Во-вторых, его политика не посягала на основы общественной системы, не нарушала привычного жизненного уклада и не задевала интересов многочисленных социальных групп. Наконец, в-третьих, в социально-психологическом плане эта политика не разрушала стереотипы массового сознания, а опиралась на них... Ход перестройки показывает, что массовое сознание оказалось гораздо более подготовленным к усилению давления на общество со стороны государства, чем к демократизации общественной жизни» (Нева, 1990, № 8. С. 159-160). Легенда гласит: новый руководитель, интеллигент и умница, требовательный и внешне сдержанный, жесткий, но при том и демократичный, даже по-своему обаятельный человек и руководитель, он вырвал бы нашу страну из «застоя», если бы только успел осуществить задуманное. Но не успел: поздно пришел к власти и с разрушенным здоровьем. Откуда вязалась эта легенда об Андропове и что она, собственно, отражает, чем питается? Истоки легенды, несомненно,- в той талантливой консультативной группе, что была создана Андроповым и поддерживалась им на протяжении длительного времени...
Другой исток легенды- общественные ожидания перемен. И с точки зрения личности у руля, и в плане наведения элементарного порядка и ответственности, и в более широкой перспективе поворота общества с пути скатывания под уклон, по которому оно целеустремленно и для всех думающих людей очевидно шло с конца 60-х годов...-v Третий источник- искренняя и сильная тоска немалой части общества по «сильной руке». Эти люди приветствовали приход и первые меры Андропова откровенно и заинтересованно... Коль скоро речь идет о политическом портрете, никуда не уйти от вопроса: была ли, есть ли правовая альтернатива перестройке? Попытка выехать только за счет большей жестокости и требовательности, наведения по-казарменному понятного порядка- что, собственно, и начал реально делать Андропов и за рамки чего он не вышел ни практически, ни интеллектуально. «Дальнейшее совершенствование развитого социализма», то есть более или менее широкий круг оправданных, целесообразных, но в общем-то частных мер йекардинального характера. В сочетании с попытками первого рода или без. Некий либерализм, идущий и теоретически, и практически, во всех или многих отношениях, дальше такого «совершенствования», но все же не осмеливающийся сам, по собственной инициативе и ответственности, дойти до идеи перестройки, как мы ее знаем ныне. Первое было бы реакцией, второе- консерватизмом, третье- либеральным консерватизмом. Но все эти варианты были в принципе возможны после Брежнева... Наше Отечество. Опыт политической истории. Т. 2. С. 540-543. Избрание К.У. Черненко Генеральным секретарем ЦК вызвало уныние. Трудно было представить на высшем посту более неподходящую фигуру. В который раз за историю страны проблема лидерства встала во всей ее драматичности. Черненко обладал неплохими человеческими качествами, большой работоспособностью. Не разделял он и надежд его предшественника на блицкриг против коррупции и безответственности. Не быд он и рвачом, его дети не продвигались на высокие посты, вели довольно скромный образ жизни.
Однако сам К.У. Черненко как был, так и остался так называемым «кадром среднего звена», лишенным не только широты государственного мышления, но и сколько-нибудь систематической образованности и культуры... Однако тут мы наталкиваемся на удивительный парадокс советской политической жизни: слабость генсека может обеспечить силу и устойчивость режима.’ Для того чтобы существовать и воспроизводить себя, система в начале 80-х годов совсем не нуждалась во властном и жестком правителе, она вполне довольствовалась руководителем номинальным, проявлявшим лояльность к правам и привилегиям партийной верхушки. Для того чтобы руководить ею, вовсе необязательно было верить в догмы, достаточно было их просто использовать в идеологической работе. Появление самостоятельного и инициативного руководителя- Андропова- грозило режиму кризисом и вело к расшатыванию его тоталитарных устоев. Черненко поэтому лучше, чем он, вписывался в рамки системы в период ее деградации. Но К.У. Черненко пришел к власти слишком поздно и для себя- одряхлел и стал беспомощным, и слишком поздно для системы- заканчивалась стадия ее «продуктивности». Советское общество стояло на пороге неотвратимых перемен: ломки устаревших институтов и отказа от архаичных доктрин. Отсюда были сила .и бессилие Черненко. Вступление на высший пост К.У. Черненко было отмечено сдержанным ликованием ультраконсервативных сил. Но надеяться им было собственно не на что. Надо было считаться с соотношением сил в высшем эшелоне и настроениями номенклатуры. А здесь симпатии склонялись в пользу умеренного реформаторства. Поэтому не случайно Черненко проявил известную инициативу в определении в качестве второго лица в партийной иерархии М.С. Горбачева, хотя на это место претендовал и Г.В. Романов, и даже В.В. Гришин... Вместо престарелого Б.Н. Пономарева, который “сидел на идеологии” после XXI съезда КПСС, куратором этой отрасли стал в целом секретариат ЦК, заседания которого, по предложению К.У. Черненко, было поручено вести М.С. Горбачеву. Все, казалось, шло по наторенной дорожке. Консервативные круги в высшем эшелоне бюрократии, казалось, могли праздновать успех. Мыслящие люди снова впали в апатию, количество анекдотов о новом “вожде” множилось в геометрической прогрессии. Острота проблем экономики и социальной жизни нарастала. На исходе 1984 г. от имени К.У. Черненко была опубликована платформа, как следовало предполагать, к предстоящему партийному форуму под многообещающим названием «На уровень требований развитого социализма. Некоторые актуальные проблемы теории, стратегии и тактики КПСС». Кардинальный вывод этого документа был таков: прежде чем решать задачи, связанные непосредственно со строительством коммунизма, необходимо цройти исторически длительный этап развитого социализма. То, что было совершенно ясно для советских людей, которые ежедневно на каждом шагу могли видеть и реально оценивать степень «зрелости»социализма, выдавалось аппаратными мыслителями за крупнейшее теоретическое марксистское достижение, .рднако для оторвавшихся от масс бюрократов и это было весьма здравым суждением. Центральной проблемой объявлялось в документе достижение высшей производительности труда. В связи с таким подходом, хотя и нехотя, с оговорками, признавалось существенное отставание СССР от ведущих индустриальных держав по этому показателю. Но тем не менее оптимистично заявлялось: нет никаких оснований отодвигать преодоление дистанции на далекое будущее... И далее заявлялось, что с каждым новым историческим этапом, и это, мол, подтверждено и опытом уже проделанной работы по совершенствованию развитого социализма, руководящая роль партии возрастает, ибо такова объективная закономерность. Шли мартовские дни 1985 года. Страна жила в предчувствии крутых перемен, ходили упорные слухи о тяжелейшем недуге Черненко и его близкой кончине... В ходе избирательной кампании в Верховный Совет РСФСР чуть ли не из реанимационного отделения правительственной клиники транслировалась передача, где генсек опускал бюллетень в избирательную урну, а через несколько дней показывалось по телевидению вручение ему временного удостоверения об избрании депутатом в высший орган власти. К.У. Черненко прочитал благодарственную речь, и видно было, каких усилий ему это стоило. Он.до конца выполнял свой долг перед аппаратом, взрастившим его. В народе говорили: «И умереть спокойно не дадут!»... Но застой не был вечным, его время истекало.
<< | >>
Источник: Верба И.А., Бледный С.Н. и др.. История России: Люди. Нравы. События:взгляды и оценки. 1881 - 2005 гг.. 2005

Еще по теме ОДИН ГОД Ю. В. АНДРОПОВА. К. У. ЧЕРНЕНКО И ЗАКАТ ТОТАЛИТАРИЗМА:

  1. О ЯДРАХ, СЕТЯХ И ТЕНИ
  2. ОДИН ГОД Ю. В. АНДРОПОВА. К. У. ЧЕРНЕНКО И ЗАКАТ ТОТАЛИТАРИЗМА