<<
>>

§5. Корниловский мятеж

Летом 1917 года, видя, что государственное управление оказалось парализованным, все больше промышленников, деловых людей, представителей дворянства и офицеров, среди которых были не только консерваторы, но и либералы, а также представители союзников в России, приходили к заключению, что правительство второй коалиции не жизнеспособнее первой.
В Ставке в Могилеве стали концентрироваться наиболее влиятельные из оппозиционных правительству и Советам офицерских группировок. Весной и летом 1917 года военные и гражданские организации правых рассматривали кандидатуры нескольких известных военных деятелей, в том числе генералов М. Алексеева, А. Брусилова и адмирала А. Колчака, на роль диктатора. К концу июля, однако, явным фаворитом стал генерал Л. Корнилов. 18 июля он был назначен Верховным главнокомандующим на определенных им условиях. Прежде всего, он должен иметь полную свободу действий, без всяких предписаний сверху, и быть ответственным только «перед собственной совестью и всем народом». Он требовал абсолютной самостоятельности в вопросах оперативных распоряжений и при назначении высшего командного состава. В целях укрепления дисциплины в тылу и на фронте для солдат следовало учредить особые суды и ввести смертную казнь. Эти требования А. Керенский выполнить был не в состоянии, но и пойти на разрыв в такой момент с Корниловым тоже не мог, поскольку это, вероятнее всего, положило бы конец проходившим переговорам относительно формирования нового коалиционного правительства с участием кадетов. Ввиду этих обстоятельств Корнилов и Керенский пошли на компромисс. Корнилов обещал подчиняться правительству и не настаивать на немедленном выполнении других своих условий, а правительство в свою очередь обязывалось благожелательно рассмотреть требования генерала и без излишних проволочек принимать по ним решения1. Либералы, особенно кадеты, были готовы поддержать военных в их стремлении установить твердую власть. Член ЦК кадетской партии Оболенский признавал: «...перспектива военной диктатуры, которой сочувствовал Милюков, не пугала большинство членов ЦК». О том же говорят протокольные записи заседаний кадетского ЦК от 11 и 20 августа 1917 года1440 1441. Ставка в Могилеве превратилась в один из главных центров подготовки контрреволюционного заговора. Ряд офицерских и консервативных организаций подготовили детальный план правого путча, который должен был произойти при приближении к Петрограду фронтовых воинских частей. В случае необходимости заговорщики были готовы сами инсценировать левый мятеж, а двигающиеся на столицу войска призвать на помощь для восстановления спокойствия и утверждения нового, более строгого государственного порядка1442 1443. Правительство А. Керенского не только знало о подготовке Корниловского заговора, но и отчасти являлось его соучастником. Керенский надеялся использовать Корнилова для достижения своих политических целей. Премьер- министр пошел на сближение с Корниловым и при посредстве эсера Б. Савинкова договорился с генералом о совместных действиях. Согласованный план предусматривал вызов в столицу конного корпуса, подавление «беспорядков», распространение военно-диктаторского режима на тыл страны, при этом Керенский отводил Корнилову роль только военного исполни- 4 теля заговора .
А. Керенского и Л. Корнилова объединяло стремление продолжать войну, а для этого следовало навести порядок на фронте и в тылу. Керенский планировал использовать военных для ликвидации угрозы со стороны большевиков, которые, по его данным, планировали совершить государственный переворот в начале сентября; информации об этом была получена в середине августа из надежных французских источников. 19 августа это сообщение опубликовала газета «Русское слово»1. 21 августа была сдана немецким войскам Рига, появилась реальная угроза Петрограду, что явилось поводом для очередной кампании против большевиков, разлагавших армию. 25 августа Л. Корнилов по согласованию с А. Керенским двинул третий конный корпус под командованием генерала А. Крымова на Петроград, однако Керенский в последний момент представил выступление Корнилова как мятеж против правительства, а сам стал в позу о 2 защитника революционных завоеваний от посягательства реакции . Поздно ночью 26 августа Керенский, после консультаций со своим ближайшим союзником Некрасовым, а также с Савинковым и другими высшими чинами военного министерства, прервал заседание Кабинета министров и сделал сообщение об «измене» Корнилова, приведя в доказательство свои телеграфные переговоры с Верховным главнокомандующим. Затем Керенский попросил министров предоставить ему всю полноту власти для принятия в данной чрезвычайной обстановке таких мер, которые он сочтет нужными. Большинство министров поддержали премьер-министра и, чтобы предоставить ему полную свободу действий при формировании нового правительства, официально предложили свою отставку. После заседания правительства Керенский отправил Корнилову краткую телеграмму, приказывая передать свой пост начальнику штаба генералу Лукомскому и немедленно выехать в Петроград1444 1445 1446. В ответ Корнилов в опубликованной телеграмме заявил, что «Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского Генерального штаба, одновременно с предстоящей высадкой вражеских сил на Рижском побережье, убивает армию и потрясает страну внутри»1447. Заявление содержало открытый призыв к военному мятежу против Временного правительства. Поскольку отправленные Корниловым фронтовые части продолжали двигаться к Петрограду, то 27 августа Керенский начал составлять план обороны столицы и приказал объявить Петроград на военном положении. 28 августа о контрреволюционном выступлении Корнилова оповестили все газеты. За поддержкой Керенский обратился к ЦИКу Советов, Исполкому Всероссийского Совета крестьянских депутатов1. В тот же день Исполком по предложению меньшевиков решил создать Комитет по борьбе с контрреволюцией. А поскольку единственной силой, которую мог привлечь Исполком, была боевая организация большевиков, то именно большевики и оказались в роли руководителей вооруженных формирований Совета. Взбудораженные сообщениями о наступлении Корнилова, все политические организации левее кадетов, все более или менее значительные профсоюзные организации, солдатские и флотские комитеты всех уровней сразу же поднялись на борьбу с ним1448 1449. Керенский обратился к большевикам и напрямую попросил их оказать помощь в борьбе с Корниловым, используя значительно возросшее к тому времени их влияние в солдатской среде. Его агент, побывавший на крейсере «Аврора», призвал матросов, известных симпатиями к анархизму и большевизму, взять на себя охрану Зимнего дворца, служившего резиденцией Керенского и местом заседаний Временного правительства. Как утверждал впоследствии М.С. Урицкий, эти действия Керенского «реабилитировали» большевиков. Кроме того, Керенский дал возможность большевикам вооружиться, и рабочим было выдано 40 тысяч винтовок, значительная часть которых осталась в их распоряжении после того, как миновал кризис1450 1451. 28 - 29 августа в рабочих районах можно было видеть длинные очереди ожидавших зачисления в отряды, которые все чаще стали именоваться «Красной гвардией». После ускоренной подготовки часть красногвардейцев занимала спешно возведенные оборонительные сооружения в Нарвском и Московском районах, другие устанавливали колючую проволоку, рыли окопы, помогали разбирать железнодорожные пути, ведущие к столице, готовясь встретить наступающие части генерала Крымова. Аналогичным образом отреагировало на Корниловский мятеж и большинство солдат частично распущенного Петроградского гарнизона. Три тысячи хорошо вооруженных матросов прибыли в столицу рано утром 29 августа. После высадки на пристани Васильевского острова их отправили охранять железнодорожные станции, мосты, главные почтово-телеграфные и телефонные станции, Зимний дворец и другие клю- 4 чевые правительственные здания . Свою официальную позицию в отношении кризиса большевистская партия изложила в директивной телеграмме Центрального Комитета, переданной двадцати главным провинциальным комитетам большевиков 29 августа. В ней, в частности, говорилось: «Во имя отражения контрреволюции работаем в техническом и информационном сотрудничестве с Советом, при полной самостоятельности политической линии»1. Более подробно тактика большевиков в борьбе с корниловщиной была изложена Лениным в его письме в ЦК партии от 30 августа1452 1453 1454. В нем, наряду с обоснованием недопустимости блока с партиями меньшевиков и эсеров, формулировалась линия в отношении Временного правительства, которое оказалось в разрыве с Корниловым. Не отказываясь от свержения правительства Керенского, но и не призывая к этому немедленно, партия на первый план выдвигала необходимость разоблачения его слабостей и шатаний, усиления агитации за предъявление Керенскому «частичных требований» - арестовать Милюкова и других главарей заговора, вооружить питерских рабочих, вызвать в столицу революционные войска, 3 узаконить передачу помещичьих земель крестьянам и т. д. Огромное превосходство левых сил над прокорниловскими элементами было очевидным. В дни мятежа петроградские газеты сообщали об отдельных случаях агитации правых среди населения, которые, однако, ни разу не повлекли за собой крупных беспорядков, на что рассчитывали заговорщики. 28 августа воинские эшелоны с частями конного корпуса генерала Крымова растянулись на сотни километров по железным дорогам, ведущим к столице. Части Дикой дивизии представляли для столицы наибольшую угрозу, особенно подразделения Ингушского и Черкесского полков, которые достигли Вырицы и оказались очень близко от столицы. Но здесь железнодорожники блокировали путь вагонами, груженными бревнами, и разобрали многие километры рельсов. Войска не только не могли двигаться дальше по железной дороге - они были не в состоянии поддерживать надежную связь ни с другими подразделениями дивизии, ни с генералом Крымовым, ни со Ставкой, ни с Петроградом. «В то время как офицеры дивизии кипели от бессильной ярости, солдат обрабатывал целый рой агитаторов, среди которых были посланцы Комитета народной борьбы с контрреволюцией, петроградских районных Советов, ряда заводов и фабрик Петрограда, а также частей гарнизона, окопавшихся к северу от Царского Села. Действовала также группа примерно из сотни агитаторов, подобранных Центрофлотом из матросов 2-го Балтийского флотского экипажа, которые ранее были приданы Дикой дивизии в качестве пулеметчиков, и небольшая мусульманская делегация, посланная исполкомом Союза мусульманских Советов и включавшая внука легендарного Шамиля»1. Уссурийская конная дивизия оказалась в аналогичной ситуации. 29 и 30 августа толпы агитаторов из Нарвского и Ямбургского Советов, с заводов и фабрик, от воинских частей, массовых организаций Петрограда, а также делегация Комитета народной борьбы с контрреволюцией во главе с Церетели вели работу среди личного состава дивизии. Как и в случае с Дикой дивизией, уссурийских солдат быстро убедили не подчиняться распоряжениям офицеров и заявить о своей лояльности правительству. 30 августа Уссурийская казачья дивизия принесла присягу Временному правительству. Труднее всего было нейтрализовать 1-ю Донскую казачью дивизию, вместе с которой ехал генерал Крымов со своим штабом. Но и здесь агитаторы вскоре стали устраивать массовые митинги казаков прямо на глазах у Крымова. Без особых трудностей им удалось перетянуть на свою сторону солдатских представителей большинства частей. Получив от Корнилова приказ - продолжать движение на Петроград, невзирая на препятствия, Крымов взвешивал возможность пройти оставшиеся до столицы примерно 90 километров походным порядком, однако отказался от этой идеи, когда стало ясно, что солдаты Лужского гарнизона готовы силой воспрепятствовать этому, а казаки не пойдут против солдат. Фактически в течение всего мятежа почти не было вооруженных столкновений между войсками Корнилова и силами, стоявшими на стороне пра- 2 вительства . В борьбе с корниловщиной выявился подавляющий, прежде всего идейный, перевес сил революции над силами контрреволюции. При таком положении против корниловских войск даже не потребовалось применять вооруженную силу: достаточно оказалось развернуть среди них массовую агитацию, чтобы обманутые казаки и горцы отказались повиноваться своим генералам и офицерам. 1 сентября Корнилов и его ближайшие сподвижники были арестованы1455 1456 1457. Корниловский мятеж и его крах резко усилили распад партий меньшевиков и эсеров, их изоляцию от масс, кризис правящих верхов, дезорганизацию в стане правых и либералов, рост авторитета и влияния большевиков в массах1. В этот период большевики вновь заявили о себе как о политической силе. Рабочих, солдат и матросов возмущала нерешительность меньшевиков и эсеров, и они буквально толпами покидали их, переходя к большевикам, ибо не 2 видели альтернативы .
<< | >>
Источник: Герасимов Г.И.. Идеалистическая история России (середина XIX - начало XX вв.).. 2013

Еще по теме §5. Корниловский мятеж:

  1. 4. VI съезд партии. Курс партии на вооруженное восстание. Разгром корниловского мятежа
  2. Будущие мятежи
  3. Аргументация очерка №9 «Федералиста» : гарантия от партийных распрей и мятежей
  4. Г лава /4 МЯТЕЖ ПОД КРОМАМИ
  5. Муравьев Никита Михайлович
  6. § 4. Октябрьский этап революции 1917 г.
  7. Модернизация через революцию
  8. Альбер Камю
  9. 4. УНИЧТОЖЕНИЕ РАБСТВА
  10. ГЛАВА 11 „Казематы для патриотов"