<<
>>

§2. Имперская идея и практика российского империостроительства

Падение Византии возложило на молодую Россию нелегкую задачу сохранения и распространения православной веры. Именно этой идеей руководствовались народ и власть, обустраивая государство, расширяя его границы.
Русское православное государство не имело союзников, потому что почти все окружающие ее соседи были населены идейно враждебными народами, проповедовавшими ислам, католичество, протестантизм и пр. Историк А. Корнилов пишет: «Взглянув на карту, нетрудно понять, насколько неустойчиво и непрочно было в XV в. положение только что сложившегося тогда Московского государства. С востока и юга и по свержении татарского ига Москве не переставали грозить постоянные нашествия и набеги кочевников, сгруппировавшихся после разложения Золотой Орды в три царства, в три беспокойных хищных гнезда: казанское, астраханское и крымское. На западе и юго-западе к этому времени сложилось сильное польско-литовское государ- 445 ство, поглотившее остатки днепровской и западной Руси и грозившее поглотить и остальные русские земли. Границы этого грозного соседа в XV в. подошли близко к самой Москве»1. Россия со времен своего основателя Ивана III была озабочена идеей обеспечения безопасности веры и жизни русских православных, населяющих территорию страны. В борьбе за осуществление этой идеи у России не было ни одного постоянного союзника, а были только враги, готовые в случае ее слабости отторгнуть территорию, покорить, а то и поработить население841 842. Речь шла о жизни и смерти, причем не только физической, но и, что гораздо страшнее, духовной. Находясь на огромной равнине, русский народ не чувствовал себя в безопасности до тех пор, пока не дошел до естественных рубежей этой равнины на юге, севере и востоке. На западе граница устанавливалась текущим соотношением сил объединенной Европы и России, поэтому была самой опасной и уязвимой. Российская империя843 как государство, состоящее из разных народов, созданных различными религиозными идеями, берет свое начало от завоевания Казани Иваном IV. Татарское ханство было разгромлено, мусульмане, за малым исключением, изгнаны из Казани, в которой были построены православные храмы, а город заселен русскими. Затем периодически приступали к обращению мусульман в православие, но желаемого результата так и не достигли: поволжские татары остались в большинстве своем верны исламу. Власти постепенно «встроили» регион в структуру империи, отказываясь при этом от интеграционных мер, которые вызывали излишнее сопротивление мусульман. Волжский регион служил своеобразным полигоном: испытанные там методы - административные и экономические, за которыми следовала культурная и религиозная интеграция, - впоследствии применялись в других районах империи. Сокрушая своих врагов, царь конечной целью видел их обращение в православие и включение в состав русского народа, в состав Святой Руси. Эту идею поддерживал и русский православный народ. Опыт Повольжья показал, что полностью «обрусить» мусульманское население невозможно, однако попытки все же обратить мусульман в православие миссионеры предпринимали еще не раз. Завоевание Волжско-Камского бассейна, имевшее само по себе огромное значение, также послужило исходным пунктом для невиданной экспансии. Решающим в деле создания Российской империи является покорение и заселение Сибири и Дальнего Востока до самого Тихого океана.
Процесс, хотя и поддерживался правительством, проходил без его прямого вмешательства. Инициатива исходила от охотников, звероловов, купцов, заинтересованных в расширении торговли пушниной, а также от полукочевого казачества1. Распространение русского влияния на Восток было вызвано незначительностью сопротивления, оказываемого русской экспансии на этом направлении. Изначально, создавая государство, населенное многими народами, русские цари не думали об империи. Россия строилась не как империя, а как расширяющееся православное царство. Империей Россию назвал Петр I, когда она уже сложилась в своих основных чертах. А. Корнилов пишет: «...к концу XVIII в. могли считаться выполненными те государственные задачи, которые были поставлены ходом вещей еще при Иване III. Только с тех пор, когда Россия раздвинула свои пределы до берегов Черного и Каспийского морей на юге и до берегов Балтийского моря на западе, сформирование государственной территории великого царства могло считаться законченным, по крайней мере в главных чертах, и настало наконец время, когда возможно стало главные силы и 2 средства страны сосредоточить на удовлетворении нужд самого народа» . Инициатором присоединения и захвата новых территорий было самодержавие, которое исходило из собственного понимания интересов православного государства. Чаще всего в качестве аргумента выдвигалась идея защиты границы от реальной или предполагаемой угрозы. Русский народ в лице крестьянства и помещиков поддерживал борьбу за безопасность и территориальные приобретения, видя в них запас земель для нынешних и будущих поколений. Земля для русского человека была той ценностью, которая не могла обесцениться, могла бесконечно долго ждать крестьянина, не теряя при этом своих плодородных свойств. Значение новых земель было понятно и крестьянскому большинству, и дворянскому меньшинству. В XVIII - XIX веках промышленники также высказывали интерес к новым территориям как объектам возможной экономической эксплуатации. Завоевывая и присоединяя новые народы и территории, русское правительство главное внимание уделяло распространению веры. Поскольку православная идея распространялась в уже существующем религиозном пространстве, то ей нужно было представить преимущества православия сравнительно с другими религиями и конфессиями. Это в основном удалось сделать в отношении языческих культов, но слабо - в отношении мусульманства, католичества, протестантства. Насаждение русского языка и русской культуры стало значимой целью только в условиях распространяющегося влияния ра- 844 845 ционалистических ценностей, а в период господства религиозного мировоззрения решающим фактором была вера. Российская империя была сформирована идеей обеспечения безопасности страны, располагавшейся на самой большой в мире равнине и потому не имевшей естественным образом защищенных границ в виде гор, морей, непреодолимых пустынь и т.п. Эта идея была реализована к концу XVIII века, когда уже ничто не угрожало православной вере и жизни русского христианина. Тем не менее завоевания не закончились, теперь их вдохновляли геополитические идеи Нового времени: борьба за районы, имеющие геополитическое и стратегическое значение, противоборство с Турцией, Англией, Францией и другими державами. Эти цели порой не имели внятного объяснения для русского православного человека, тем не менее Россия вела победоносные войны, в которых ее войска, сформированные из православных крестьян, воевали за чуждые и непонятные для них цели. Народом войны велись исключительно за царя, воля которого была освящена православием. В Европе империя имела только одно значение - универсальной монархии, совпадавшей во времени и пространстве со всем христианским миром. Империя дублировала и дополняла вселенскую церковь и была неразрывно связана с ней. Образование Российской империи могло бы означать создание (вернее, воссоздание, если учесть преемственность России от Византии) еще одного христианского мира, построенного на православной вере, однако в реальности основатели империи опирались на рационалистические идеи Нового времени, а вовсе не на религиозные санкции. Причиной смены титула объявлялось не новое состояние государства и общества, а личные заслуги Петра I, при этом инициаторы поднесения императорского титула Петру I - Сенат и Синод - действовали, как провозглашалось, от «общего всех верных подданных лица». Таким образом, источником имперского звания царя признавалась воля народа, «всех чинов»1, то есть с санкции народа, а не православной религии. Однако для народа император так и остался прежде всего царем, имевшим санкцию от Бога. Православному человеку было непонятно, как подданные могли наделить какими-то правами или властью своего господина. Изменение названия государства с царства на империю не вытекало из каких-либо внутренних перемен и было нужно лишь для повышения внешнеполитического статуса России. Новый императорский титул имел большое значение для внешнеполитических дел и сношений и значительно меньшее - для внутреннего потребления. Создание империи имело определенный алгоритм и последовательность. Включая в свой состав ту или иную территорию на востоке, правительство начинало прежде всего его властное освоение, интегрируя в имперское поли- тико-административное пространство и последовательно используя окраины как военно-экономический плацдарм для дальнейшего имперского расширения (Охотско-Камчатский край - для Северной Америки, Забайкалье - для Приамурья, Приамурский край - для Маньчжурии, Западную Сибирь и Оренбургский край - для Казахстана и Средней Азии и т.п.)1. Проводя работу, направленную на политико-административную и экономическую интеграцию азиатских окраин в единое имперское пространство, самодержавие придерживалось определенной последовательности при переходе от военно-административного надзора за традиционными институтами власти к замене их общероссийской бюрократической системой государственных учреждений. Этот процесс довольно точно обозначил в начале 1880-х годов восточносибирский генерал-губернатор Д.Г. Анучин: «При всяком увеличении нашей территории, путем ли завоеваний новых земель или путем частной инициативы, вновь присоединенные области не включались тотчас же в общий состав государства с общими управлениями, действовавшими в остальной России, а связывались с Империей чрез посредства Наместников или Генерал-губернаторов как представителей верховной власти, причем на окраинных наших областях вводились только самые необходимые русские учреждения в самой простой форме, сообразно с потребностями населения и страны и нередко с сохранением многих из прежних органов управления. Так было на Кавказе, в Сибири и во всей Средней Азии...»846 847 Присоединенные территории становились полноправными составными частями империи, как только для этого складывались политические условия. Стабильность поддерживалась за счет силы, интегрирования местной элиты в российскую знать и бюрократию, а также обрусением населения. На массовом уровне самые плохие отношения складывались между кочевыми и оседлыми народами, а также между исламистами и христианами на Кавказе848. Российское общество в XIX веке напряженно искало ответ на вопрос о смысле приобретения новых азиатских владений. Идеология движения на Балканы и Ближний Восток, проникнутая славянофильскими мотивами освобождения братьев-славян от мусульманского ига и исторического права на Царьград-Константинополь, не могла быть востребована на Дальнем Востоке. Идеологическое обоснование дальневосточной политики включило наряду с традиционными утверждениями о стихийном движении русских на восток, «к морю-океану», собирание земель, или выполнение православной христианской миссии, и новые геополитические мотивы. Создаются или заимствуются рационалистические теории о «естественных границах», о континентальном характере Российской империи, колониальной политике, национальных интересах, стремлении нести европейскую цивилизацию азиатам, пророчества о «желтой опасности» или новом монгольском иге, и даже расистские заявления1. В идеале российский имперский проект предусматривал постепенное поглощение имперским ядром окраин за счет русской крестьянской колонизации, развития коммуникаций и экономической интеграции. Реализация этой концепции приводила к тому, что правительство вынуждено было больше, чем внутренним губерниям, уделять внимание окраинам, где Россия соприкасалась с другими империями, где она имела возможности для своего расширения и откуда ей грозила опасность. На практике проект постепенного поглощения имперским ядром окраин за счет русской крестьянской колонизации и экономической интеграции начал в полной мере осуществляться только в конце XIX - начале ХХ вв. Именно русские переселенцы должны были духовно скрепить империю, являясь «живыми и убежденными проводниками общей веры в целостность и неделимость нашего отечества от невских берегов до Памирских вершин, непроходимых хребтов Тянь-Шаня, пограничных извилин Амура и далекого побережья Тихого океана, где все, - в Азии, как и в Европе, одна наша русская земля, - од- 2 но великое и неотъемлемое достояние нашего народа» . Во второй половине XIX века движение русского населения на имперские окраины начинает сознательно восприниматься и в правительстве, и в обществе как целенаправленное политическое конструирование империи. Территория за Уралом осознается уже не только земельным запасом или стратегическим тылом, благодаря которому Россия, бесконечно продолжаясь на восток, становится несокрушимой для любого врага с запада. Поэтому было так важно, чтобы зауральские земли были не просто освоены экономически, но и заселены по возможности однородным и единоверным с Россией населением849 850 851. Сделать империю преимущественно русской можно было, лишь сохраняя темпы прироста населения, которые были высокими во второй половине XIX века, а также широко применяя насилие для обеспечения русским переселенцам из центральных областей благоприятных условий на окраинах. Основной проблемой империи в XIX веке становится обеспечение единства центральных и окраинных районов, создание «единой и неделимой России». До середины века эта задача решалась методом обрусения, и считалось, что со временем ее можно будет решить, однако рационализация сознания в значительной степени девальвировала процесс распространения православия и выдвинула новые вызовы в виде угрозы формирования наций на основе единства языка и исторического прошлого присоединенных народов. Сначала этот процесс начался на западе, но со временем он распространился и на Сибирь, создав движение сибирского сепаратизма и областничества. В основе действий русского народа до XIX века лежала идея сохранения и распространения православной веры. Пришедшее ей на смену рационалистическое мировоззрение ставило иные цели и обесценивало прежние достижения либо наполняло их новыми смыслами. Огромное государство, созданное православным народом во главе с самодержавным царем, стало рассматриваться как колониальная империя. Формирование наций на основе рационалистических идей привело к созданию права наций на самоопределение. Это право отвергалось российскими властями, но было важнейшим принципом националистов, а также представителей либеральных и социалистических идейных течений. В политической сфере конфликт религиозных и рационалистических идей воплотился в противостояние самодержавия и либерально-демократического республиканского строя. Позднее к нему присоединился конфликт социализма и либерализма. Все это вело к тому, что сохраниться в прежнем виде Российская империя не могла - она должна была либо распасться, либо наполниться новым содержанием. Именно это и произошло. Сначала империя распалась в результате победы либерализма, а затем коммунистическая идея вновь объединила разошедшиеся по национальным квартирам народы в Советский Союз.
<< | >>
Источник: Герасимов Г.И.. Идеалистическая история России (середина XIX - начало XX вв.).. 2013

Еще по теме §2. Имперская идея и практика российского империостроительства:

  1. ИМПЕРСКАЯ ПРОГРАММА РОССИЙСКОЙ СОЦИО-КУЛЬТУРНОЙ СИСТЕМЫ (С НАЧАЛА XVIII ВЕКА ДО 1917 ГОДА)
  2. глобальные тренды самоорганизации аналитических сообществ и российские практики
  3. Шайхутдинова Гульнара Раифовна. Международное право в российской юридической практике: электронный конспект лекций., 2013
  4. 3.2. Основные препятствия в практике применения норм Конвенции российскими судами
  5. Глава 3 Компенсация морального вреда в российской правоприменительной практике
  6. 4.1. Почему российский суд должен применять статью 10 Конвенции и практику Европейского суда
  7. Вставка 2.1 Практика маркетинга Объем российского рынка маркетинговых исследований и консалтинга
  8. ИМПЕРСКИЙ РАСИЗМ
  9. Имперский дискурс
  10. Глава 5. Современная практика двустороннего регулирования международных воздушных сообщений Российской Федерации
  11. Н. Ю. Беляева. сообщества в публичной политике:              глобальный феномен и российские практики, 2012
  12. Глава IV.ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ
  13. II Некоторые итоги практики Роспатента по признанию товарных знаков общеизвестными в Российской Федерации
  14. —Имперская подать.
  15. Задорина Мария Андреевна. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО НА СРЕДНЕЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ВОПРОСЫ ТЕОРИИ. И ПРАКТИКИ, 2018
  16. Имперский дискурс
  17. 2.6 имперский суверенитет
  18. ЛАНКО Д. А.. РЕГИОНАЛЬНЫЙ ПОДХОД» В МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКЕ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РОССИЙСКОЙ И АМЕРИКАНСКОЙ ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ 2000-2008 гг. Диссертация, СПбГУ., 2015
  19. РАЗДЕЛ 1 ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ КОНВЕНЦИИ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ОСНОВНЫХ СВОБОД В РОССИЙСКИХ СУДАХ
  20. ЗАКРЫТИЕ ИМПЕРСКОГО ПРОСТРАНСТВА