<<
>>

ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 01.10.30 г.

По вопросу об участии моем в «Ордене Света», «Храме Искусств» я могу сказать только, что я не участвовал в этих организациях и ничего не знал об их деятельности. Если они питались такой же идеалистическо-мистической философией, о которой шла речь выше, то вероятные их задачи я представляю как задачи подъема морального значения искусства и художника.

Задачи очищения искусства и быта от лжи, эгоизма, лицемерия и т.д. — возможное отвлечение в область душевного и духовного совершенства человека и художника. Вот все, что я могу сказать с достоверностью на основании того, что я знаю. Иных целей и задач их я не представляю.

С кем и когда я разговаривал об «орденах» и в какой обстановке — я не помню. Дело в том, что, как известно, все «мистическое» знание имеет своими источниками всякие «орденские» предания, и, естественно, что вопросы мистики касаются вопросов всевозможных орденов. Ни в какие ордена, подобные перечисленным, я не посвящался.

Относительно того, предлагалось ли мне туда «посвящение» и кем — я ничего не помню, мне вообще представляется, что вся эта «орденская организация» если и существовала, то как нечто, повторяю, совершенно отвлеченное.

О НИКИТИНЕ я могу сказать, что последнее время — года два — я совершенно почти с ним не встречался и не беседовал по вопросам искусства. Раньше он в какой- то мере интересовался вопросами «чистого искусства», но, как мне казалось, при последней встрече и он стал уходить от этого. У него я бывал очень редко и ни на каких «пятничниках» я у него не бывал. Встречал я у него СМЫШЛЯЕВА, кого-то из его знакомых — не помню совсем кого; где встречал ШИШКО — не помню, его знаю очень мало.

НИКИТИН был давно знаком со СМЫШЛЯЕВЫМ на почве их совместной работы в театре.              Ю.Завадский

ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 05.10.30 г.

Прежде всего я должен сказать, что ни в каких организационно-обязательных зависимостях я ни от какой «орденской» организации не состоял.

Вопрос моего «посвящения» в мистику, в «орден» для меня сейчас совершенно ушел в прошлое. Я помню только, что я как-то исподволь с КАРЕЛИНЫМ подошел к этому вопросу, очень индивидуально. От него я слушал легенды, толкования их; через него я и был, так сказать, «посвящен», но этот момент прошел для меня незаметно — никакой торжественности или какой-либо особенности этого я не помню; название этого ордена было неопределенно, его сущность не вскрывалась через легенды.

Цель и задачи «Ордена Света» — я повторяю — я понимал так: только объективная передача известных мистических знаний, причем мне было интересно и важно только то, что касалось вопросов творчества, и всего, с этим вопросом связанного, т.е. вопросов этики художника, вопросов подъема душевного и духовной культуры и т.д.

«Борьба со злом» — эта формула мной расшифровывалась как прежде всего борьба, конечно, внутренняя, духовная, человека со своими недолжными качествами — борьба не уничтожением, а созиданием положительных вещей и качеств.

Подробное показание по существу дела я дам в следующий раз, т.к. сейчас чувствую — не буду конкретным, а следующий раз постараюсь припомнить по фактам.              Ю.Завадский

[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 4, л. 184]

ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 06.10.30 г.

В дополнение к уже сказанному и в разъяснение могу сообщить: я познакомился с КАРЕЛИНЫМ и заинтересовался им в тот период моей жизни, когда я вообще в поисках верного мировоззрения обращался к мистически-идеалистической философии — в этом смысле меня и заинтересовал КАРЕЛИН. Я знал, что он анархист, но принятый как друг Советского Союза. На мою заинтересованность он ответил мне сообщением некоторых мистически-философских знаний. Я с самого начала ему заявил, что меня интересует сущность его мистических знаний, но я никогда не входил и не войду ни в какую, связанную какими-либо обязательствами организацию. И мы договорились с ним, что он мне не ставит никаких связывающих условий, кроме условия молчания о всем рассказанном (объясненное мистическим значением молчания всякого мистического учения).

Таким образом, я был допущен к его мистике, источники которой меня мало интересовали. Беседовал он со мной одним, иногда присутствовал еще кто-либо, например СОЛОНОВИЧ, но я никогда не интересовался организационными моментами, возможными там. По содержанию рассказанного после нескольких бесед я понял, что это мистика «орденская» (потом я догадался и о названии — «Орден Света»), но кто входил в этот орден, я не знал, да и не спрашивал, потому что считал для себя не важным. Что КАРЕЛИН был старшим, исключительно знающим, было ясно, но никаких особых «признаков» этому я не видел. Роль и положение в этом смысле других мне были неизвестны.

У КАРЕЛИНА на этих беседах я встречал СМЫШЛЯЕВА, жену СОЛОНОВИЧА, мою сестру Веру Александровну ЗАВАДСКУЮ, АРЕНСКОГО и ряд лиц, которые, промелькнув, вовсе не остались в моей памяти.

В чем сущность этого «орденского» учения. Прежде всего, об организационном моменте. Я приблизительно, по догадке, скорей (по крайней мере я не помню, чтобы мне об этом говорилось что-либо), считал, что количеством прослушанных легенд определяется и старшинство мистическое (степень). Я понял еще, что от самого рассказывающего — от старшего — зависит и манера вести беседу. КАРЕЛИН вел ее чрезвычайно просто, без каких-либо условий (белая роза — это был вообще его любимый цветок — часто стояла на столе у него).

Беседы проводились в квартире КАРЕЛИНА — вместо КАРЕЛИНА вел беседы с нами СОЛОНОВИЧ, изредка у себя дома и у СМЫШЛЯЕВА.

Легенды КАРЕЛИН рассказывал, и потом слушавшие задавали вопросы и беседовали. Иногда заранее сговаривались с КАРЕЛИНЫМ о дне, когда к нему можно прийти, иной раз я забегал к нему в свободный час, случайно. Какого-либо особого порядка, торжественного, КАРЕЛИН не любил, как вообще не любил никакой особой конспирации.

Содержание легенд мне не по силам передать, оно туманно, путано, сложно. Я и тогда их тотчас забывал, а сейчас совершенно не помню. Общий их смысл был обращен к духовному подъему человека.

При мне никогда беседа по поводу рассказанного не переходила на обсуждение политических вопросов сегодняшнего дня и т.д.

В порядке помощи «Черному Кресту», который я считал всегда совершенно легальной организацией, я по просьбе КАРЕЛИНА, СОЛОНОВИЧА участвовал в концертах, сколько раз — не помню, но очень немного, где — я не помню, потому что в тот период времени я участвовал в бесконечном количестве всевозможных благотворительных концертов (в пользу гимназий, обществ, университетов и т.п.) с очень различными участниками, и сейчас у меня решительно спуталось где, кто и когда.

УЙТТЕНХОВЕНА я встречал у СМЫШЛЯЕВА, видел ли я его у КАРЕЛИНА — я не помню.

С НИКИТИНЫМ я познакомился у СМЫШЛЯЕВА и у КАРЕЛИНА, помнится, я его не видел; с ним, как мне помнится, я у КАРЕЛИНА легенд вместе не слушал.

После смерти КАРЕЛИНА я постепенно совсем отошел от мистики. Причиной тому — моя работа в театре, мое столкновение с жизнью и с искусством, понятом социально. Я понял, что никакая «мистика» мне не нужна и что мистика уводит в отвлеченное, замыкает искусство в самоцельное, отрешенное от строительства, а потому часто вредное явление. Вполне естественно, что я все реже и реже встречался с такими людьми, с которыми раньше встречался на почве этих «мистических» интересов. Ведь уже и тогда я, в сущности, переживал эту раздвоенность и неудовлетворенность, я чувствовал, что мистика идет «мимо жизни» — она мне не нужна.

И теперь, когда я три последних года проработал вплотную, рука об руку с советской и рабочей общественностью, я совершенно ушел и от прежних людей, и от прежних интересов.

На похоронах КАРЕЛИНА были белые розы (он, я уже говорил, любил эти цветы); относительно голубой звезды не помню и значения ее не знаю.

Относительно переплетной мастерской я сейчас совершенно ничего не помню — для чего, когда, кто ко мне с этим обращался.

Свои показания по существу вопроса об «Ордене Света» считаю исчерпанными.

Ю.Завадский

С УЙТТЕНХОВЕНОМ я знаком и встречался несколько раз, если не ошибаюсь — у СМЫШЛЯЕВА.

С Ириной УЙТТЕНХОВЕН я знаком очень мало — что она была анархо-мисти- чески настроена, я не знал.              Ю.З[авадский]

[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 4, л. 187—188об]

<< | >>
Источник: А.Л.НИКИТИНА. ОРДЕН РОССИЙСКИХ ТАМПЛИЕРОВ. 2003

Еще по теме ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 01.10.30 г.:

  1. Они лишь служат показанием к судебно-психиатрической экспертизе.
  2. К социальным показаниям к назначению принудительного лечения в психиатрических больницах с интенсивным
  3. В целях обеспечения достоверности свидетельских показаний ст.
  4. Общие принципы терапевтической тактики сходны с показаниями применения психотропных 194 Раздел III.
  5. ПОКАЗАНИЯ БОГОМОЛОВА Н.К. 26.09.30 г.
  6. ПОКАЗАНИЯ ГИРШФЕЛЬДА Ф.Ф. 21.09.30 г.
  7. ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 14.09.30 г.
  8. ПОКАЗАНИЯ ЗАВАДСКОГО Ю.А. 01.10.30 г.
  9. ПОКАЗАНИЯ КОРОЛЬКОВА П.Е. 22.09.30 г.
  10. ПОКАЗАНИЯ ЛЮБИМОВОЙ В.Н. 13.09.30 г.
  11. ПОКАЗАНИЯ ПОКРОВСКОЙ И.В. 20.09.30 г.
  12. ПОКАЗАНИЯ ПОЛЯ А.С. 09.10.30 г.
  13. ПОКАЗАНИЯ ПОЛЯ А.С. 30.11.30 г.
  14. ПОКАЗАНИЯ ПОЛЬ Е.А. 14.10.30 г.
  15. ПОКАЗАНИЯ УЙТТЕНХОВЕНА А.В. 04.10.30 г.
  16. ПОКАЗАНИЯ ШИШКО В.Ф. 05.10.30 г.
  17. Приложение 5 ПРОТОКОЛ ДОПРОСА ПОЛЯ А.С. 06.12.62 г.
  18. ПОКАЗАНИЯ ЗЕЛИКОВИЧА Э.С. 19.04.31 г.