Задать вопрос юристу
 <<
>>

ЛЕОНТЬЕВ Константин Иванович (1889 — после 1960)


Леонтьев Константин Иванович родился в мае 1889 г. в г. Владиславе Варшавской губернии. В 1916 г. окончил Петроградский университет, был мобилизован, находился на фронте под Якобштадтом. В феврале-марте по делам службы приезжал в Петроград, развозил оружие восставшим, нес караульную службу в Таврическом дворце, распространял листовки Совета рабочих и солдатских депутатов, после чего выехал обратно на фронт.
В октябре 1917 г. лежал в лазарете в Петрограде. По излечении был командирован в Москву на Школьно-инструкторские курсы, затем в 1918—1921 гг. учительствовал в г. Бахмуте. Окончательно переехал в Москву в 1921 г. С 1922 по 1929 г. работал в Госбанке, с начала 1930 г. перешел экономистом на работу в Гос. акционерное общество «Трансстрой». К моменту ареста был женат на Надежде Алексеевне Леонтьевой, урожденной Шиманович, и проживал по адресу: Москва, ул. Станкевича, д. 11, кв. 17. Из родственников в 1930 г. был жив отец, Иван Михайлович Леонтьев, 1856 г. рожд., инвалид, и сестры — Екатерина

Ивановна Покровская, 1884 г. рожд., учительница, и Софья Ивановна Драницына, 1885 г. рожд.
Леонтьевы были связаны тесной дружбой с В.О.Нилендером, А.А.Солоновичем, Л.А.Никитиным, В.С.Смышляевым, а через них и с широким кругом московской интеллигенции, собиравшейся на заседаниях ГАХНа, в Кропоткинском музее и других подобных местах.
Арестован К.И.Леонтьев был в ночь с 11 на 12 сентября 1930 г. на своей квартире, когда Н.А.Леонтьева находилась на курорте. При обыске были изъяты тетради с записями, адреса, переписка и две «схемы». 25.09.30 г. Леонтьеву было предъявлено стандартное обвинение: участие в контрреволюционной организации, создание подпольных кружков и руководство таковыми. Содержался во время следствия в Бутырской тюрьме. Постановлением Коллегии ОГПУ 13.01.31 г. по делу «Ордена Света» К.И.Леонтьев был приговорен к заключению в концлагерь сроком на три года.
Как явствует из воспоминаний В.Р.Никитиной, К.И.Леонтьев вместе с женой были направлены сначала на строительство Беломорканала, а вскоре переведены на Свирьстрой, откуда К.И.Леонтьев был освобожден 27.11.33 г.[§§§§§]
После возвращения в Москву Леонтьевы развелись, по-видимому, сначала de juro, чтобы прописаться, а затем и de facto: Н.А.Леонтьева вышла замуж за В.О.Ни- лендера, а К.И.Леонтьев женился на ее сестре, Евгении Алексеевне Шиманович. Последнее, как и дальнейшая судьба Леонтьева, выясняется из «Жалобы Верховному Прокурору СССР» К.И.Леонтьева от 22.06.40 г., подшитой в архивно-следственное дело «Ордена Света». Вот она.
ВЕРХОВНОМУ ПРОКУРОРУ СССР
приготовленного к этапу и осужденного ОСО ЛЕОНТЬЕВА Константина Ивановича, находящегося в Бутырской тюрьме
ЖАЛОБА
Пока не поздно, прошу Вашего срочного вмешательства и объективного рассмотрения моего дела, законченного после 2-годичного следствия приговором ОСО НКВД от 03.06.40 г., осуждающим меня к 5 годам заключения в лагерях, так как я совершенно не виновен в предъявленном обвинении. Дело мое за № 6808 с обвинением меня в антисоветских разговорах по ст. 58 п. 10 проходило след. стадии. Первоначальное следствие 1938 г., совершив ряд беззаконных действий, принуждая меня при помощи мордобоя и других приемов насилия подписать заранее без моего участия, а не с моих слов составленный в вопросах и ответах протокол допроса от 28.10.38 г., а также под их впечатлением искажающих сущность моих показаний формулировки следователя в других протоколах, было закончено 20.12.38 г.
На заседаниях Мосгорсуда от 3 и 11 февраля 1939 г., на которых рассматривалось мое дело, я самим ходом вопросов вынужден был заявить правду об упомянутых обстоятельствах следствия и о признании себя невиновным в предъявленном мне обвинении. Единственные свидетели, предъявленные следствием со стороны обвинения, моя жена и шурин — Евгения и Александр Алексеевич ШИМАНОВИЧИ, заявили об искажении следствием их показаний и установили мою невиновность. Наконец, и 3-й свидетель на суде, гр. ТУПИНГ, один разговор с которым мне инкриминировался, будучи следствием искажен по существу, также вполне реабилитировал меня своими показаниями как на суде, так, очевидно, и письменными, которые предварительным следствием к делу не приложены. Горсуд 20.02.39 г. вынес решение передопросить меня и свидетелей и дело направить в Спецпрокуратуру. 04.04.39 г., не будучи передопрошен, я был извещен Таганской тюрьмой, что дело мое направлено опять в Горсуд. После этого, не дождавшись ни вызова в суд, ни передопроса, я обратился в январе 1940 г. к Верховному прокурору РСФСР за содействием, от которого получил сообщение, что им сделано распоряжение об объективном расследовании моего дела. Только после этого, спустя

почти год после решения суда, 27.01.40 г. я и свидетели были передопрошены в присутствии спецпрокурора ГРИГОРКОВА. Но здесь, как и на суде, моя невиновность была подтверждена вторично. Тем не менее в поисках дополнительных материалов обвинения следствие приобщило к моему делу статьи и показания лиц, привлекавшихся в 1930 г. по делу группы анархистов-мистиков, связанных с Музеем Кропоткина, большинство которых мне неизвестно, равно как и размеры деятельности. Мне инкриминировалось участие в одном кружке этой группы, за что я был осужден Тройкой ОГПУ в лагеря на 3 года, хотя мое участие в этом кружке, изучавшем вопросы этики анархизма, относилось только к 1924-25 гг. (давность 5-6 лет) и объяснялось моим чисто теоретическим интересом к этике в разрезе тех требований, которые предъявляет социалистическая культура к человеку как нравственной личности. Подчеркиваю, что вопросы политики анархизма меня не занимали и разговоры о ней при мне не происходили. Я и тогда считал анархизм как социальное учение совершенно утопичным, ненаучным и бессильным разрешать большие социальные проблемы, как это делает марксизм-ленинизм. Я давно, с 1926 г., порвал всякие связи с анархистами; не являясь таковым по своим убеждениям, я не мог нигде и ни с кем высказывать анархических мыслей — ни на службе, ни в ближайшем окружении, ни с гр. ТУПИНГОМ, при содействии которого я по договоренности занимался в последние месяцы перед арестом переводами с иностранных языков статей для «Бюллетеня» Центрплодовощ. Следствие инкриминировало мне хранение нескольких книг в моей библиотеке по анархизму, как хранение контр-рев[олюционной] литературы, и составило акт об их сожжении, не позволив в протоколе допроса перечислить их. Это потому, что они имеются до сих пор в продаже и даже в школьных библиотеках. Это след. книги: проф. Корнилова «Молодые годы М.Бакунина», «Сочинения М.Ба- кунина» и две книги по анархизму — Эльцбахера и Борового. В последней редакции обвинительного заключения, которое было мне зачитано 27.05.40 г., мне был приклеен нелепый ярлык «неразоружившийся анархист», не обоснованный ни одной ссылкой на факты или свидетелей. Хотя в результате 2-годичного пребывания в тюрьме мои силы изрядно истощены, я не теряю все же надежды, что в конце концов правосудие и правда восторжествуют над злой нелепостью, которая, к сожалению, реализовалась в приговоре ОСО от 03.04. с.г. Почему нарушается законный и нормальный путь разрешения моего дела? Если нет в моем деле криминала — а это так, — то освободите меня; если же есть — пусть разрешит вопрос об этом та нормальная инстанция — Горсуд, — куда оно было первоначально направлено.              К.              Леонтьев
22.06.40 г.
[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 2, л. 43-43об]
Отсюда следует, что в 1938 г. К.И.Леонтьев был снова арестован и приговорен ОСО НКВД 03.04.40 г. к пяти годам заключения в исправительно-трудовых лагерях.
Этот документ не был передан по назначению, и, как следует из приложенной к делу справки, В.К.Леонтьев был освобожден только 26.06.43 г. из ИТЛ Иркутской области, что примерно определяет дату его ареста — 26.06.38 г.
Судя по сохранившимся в архиве В.О.Нилендера письмам К.И.Леонтьева к Н.А.Леонтьевой-Нилендер [РГБ, Рукописный отдел, ф. 83, ед. хр. 5-8], а также по воспоминаниям дальних родственников Леонтьева, после возвращения из заключения он жил в Москве и умер в середине 60-х гг.
Реабилитирован по делу «Ордена Света» определением судебной коллегии по уголовным делам ВС РСФСР от 02.09.1975 г.

ную совесть человека. К соввласти отношусь вполне сочувственно и всемерно поддерживаю ее строительство. Обнаруженные у меня схемы греческого мифа мне не принадлежат, а принесены ко мне моим знакомым, филологом по образованию, НИЛЕНДЕРОМ Владимиром Оттоновичем, служащим в Румянцевской библиотеке. Мне кажется, что схема эта есть попытка связать греческий миф с мифом христианским. Взятые у меня «арканы» написаны рукой моей жены при моем участии. Представляют они из себя выдержки или основные мысли из книг, в которых давались комментарии к картам Таро. Смысл этих карт, выраженный в изображениях, — основные взгляды древнего человека на мир, бытие и вселенную. Изучением этих арканов я занимался вдвоем с женой. Из анархистов я знаю СОЛОНОВИЧА по Музею Кропоткина, слышал фамилии БЕМА и БОГОМОЛОВА. Из Толстовского музея знаю ЧЕРТКОВА, ПОПОВА[******]. ПОЛЬ Александр Сергеевич — знакомый по ГАХНу. По мировоззрению он социалист, но какого течения — не знаю. У меня на квартире он бывал, я у него — тоже.
Я еще исповедую христианские идеи, заключающиеся в той проповеди любви, которая изложена в Евангелии, но не в церковном толковании, а в моем собственном, именно: Церковь истолковывает учение Христа для поддержки власть имущих, а в моем истолковании учение Христа является попыткой построить на земле братство на основах любви и равенства. Пропагандой учения Христа я не занимаюсь и считаю это бесполезным навязывать каждому. Преобразовывать общество считаю идеальным в виде образования свободных анархических коммун, основанных на началах любви. В записной книжке жены 2-46-33 (телефон) принадлежащий, как значится в книжке, ЗАВАДСКОМУ Юрию Александровичу, помещен там для обращения к нему с просьбой предоставить помещение для устройства утра детской гимнастики. Схема, состоящая из кругов с линиями, принадлежит к тексту записок об «арканах».              Леонтьев
[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 5, л. 270-271об]

По своим взглядам я считаю себя анархистом мистического толка, с каковой точки зрения склонен разрешать вопросы мировоззрения.
С 1927 г. наши встречи почти прекратились и мы встречались изредка друг с другом большей частью в ГАХНе. С 1925 г. я посещал лекции, происходившие в столовой им. Л.Н.Толстого и Музее П.А.Кропоткина. В столовой мне приходилось слушать выступления ЧЕРТКОВА, ПОПОВА, ГУСЕВА и др., в Музее Кропоткина — СО- ЛОНОВИЧА, БЕМА, БОРОВОГО. О докладах в Музее Кропоткина впервые узнал по объявлениям, вывешиваемым на стенах Толстовской столовой.
Из выступлений, имевших место в Музее Кропоткина, казались оригинальными, смелыми и охватывающими большой круг вопросов выступления СОЛОНОВИЧА, которые в значительной степени соответствовали моим воззрениям.
НИКИТИНА знал по его выступлениям в ГАХНе с лекциями о Врубеле и книге Воррингера о египетской культуре. Бывая у СМИРНОВА, встречал П.Е.КОРОЛЬ- КОВА и А.С.ПОЛЯ.
Факт существования анархо-мистической организации «Орден Света» не отрицаю.              Леонтьев
[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 5, л. 275-275об]
ПОКАЗАНИЯ ЛЕОНТЬЕВА К.И. 15.11.30 г.
Кружок мистико-анархического направления, именуемый «Орденом Света», который существовал, как мне помнится, с декабря 1924 по осень 1925 г., ставил своей задачей ознакомление с этикой мистического анархизма. В основе ее лежала христианская этика, очищенная от примесей церковного догматизма. В образе так наз. «рыцаря» мыслился человек самоотверженный, осуществляющий любовь и добро в жизни. Одним из основных положений этой этики было то, что как в жизни личной, так и общественной — в политике, цель не может оправдывать средства. Это значит, что, как бы ни была высока цель, она не может осуществляться нечистыми средствами, как, например, ложь, насилие над совестью, спекуляция на народной темноте и дурных человеческих инстинктах.
Занятия этого кружка и заключались в том, что во время встреч, которые происходили раз или два раза в месяц, разбирались те или иные вопросы этики, возникавшие при чтении или рассказывании легенд и лекций А.А.СОЛОНОВИЧА.
Именование членов этого кружка «рыцарями» имело чисто символическое значение и связывалось с воспитанием в себе начал христианской этики. Существование степеней объяснялось ростом этического характера. Количество всех степеней мне неизвестно, т.к. за время своего кратковременного пребывания в этом кружке я числился только рыцарем 1-й степени. Так называемой обрядовой стороны здесь не было, по крайней мере мне она почти неизвестна, кроме того, что при слушании чтения садились в круг. Мое посвящение происходило на квартире у Е.Н.СМИРНО- ВА в декабре 1924 г. На этом собрании присутствовали действительно все те лица, т.е. СМИРНОВ Е.Н., ДЕЙКУН, БЛАГОНРАВОВ, СМЫШЛЯЕВ, КОРОЛЬКОВ, ИВАКИНСКАЯ, ПОЛЬ, НИКИТИН и какой-то по имени Феликс[††††††]. Посвящение производили НИКИТИН и СМЫШЛЯЕВ. Заключалось оно в том, что перед посвящением произносились слова, смысла такого: «Вы, такой-то (имярек), посвящаетесь в рыцари «Ордена Света», и рукой его ударяли по плечу.
Собрания этого кружка, за исключением ПОЛЯ и СМЫШЛЯЕВА, происходили в квартире у СМИРНОВА и у ИВАКИНСКОЙ — иногда один раз, иногда два раза в месяц. Легенды в кружках читал НИКИТИН. Моя жена, Надежда Алексеевна ЛЕОНТЬЕВА, в этом кружке не участвовала и о существовании его не знала. В дальнейшем я ей сообщил только то, что я бывал в кружке, изучающем вопросы этики, не называя его мистико-анархическим кружком.              Леонтьев
[ЦА ФСБ РФ, Р-33312, т. 5, л. 274-274 об]

<< | >>
Источник: А.Л.НИКИТИНА. ОРДЕН РОССИЙСКИХ ТАМПЛИЕРОВ. 2003 {original}

Еще по теме ЛЕОНТЬЕВ Константин Иванович (1889 — после 1960):

  1. Константин Николаевич Леонтьев
  2. МЕДВЕДКОВ Виталий Николаевич (1889 — после 1930)
  3. КОНЯЕВ Константин Филиппович (1880 — после 1930)
  4. ОШУРКОВ Константин Михайлович (1888 — после 1930)
  5. ГУБЕРТ-ПОСПЕЛОВА Вера Васильевна (1891 — после 1960)
  6. КОРОТКОВ Константин Петрович (1893 — после 1930)
  7. Александр Иванович Загоровский (1850 - после 1909)
  8. ШТЕЙП Владимир Владимирович (1886 — после 1960)
  9. ЛАДЫЖЕНСКИЙ Николай Алексеевич (1884 — после 1960)
  10. СНО Владимир Иванович (1901 — после 1936)