<<
>>

Глава VII ПОКОЛЕНИЕ СИЭТЛА

1990-е годы начинались как эпоха безраздельного и, как мно- [ гим казалось, окончательного торжества неолиберального капи- [ тализма. Заканчивалось это десятилетие повсеместным бунтом с против установившегося порядка, уличными столкновениями в і американском Сиэтле, масштабными забастовками в Западной [ Европе и массовыми восстаниями в Латинской Америке.

Пока социалистические политики рассуждали о границах возможного, о конформизме и постиндустриализме, стихийное сопротивление капиталистической эксплуатации начало принй- мать новые формы.

Выступление индейцев в 1994 году в мексиканской провинции Чьяпас неожиданно опрокинуло представлення идеологов «серьезной левой» относительно возможного и невозможного в современной политике. Спустя еще год : Париж был потрясен забастовкой государственных служащих

и многотысячными демонстрациями. Это была первая победа над неолиберализмом. Французское правительство вынуждено было отказаться от запланированной «реформы», ограничивавшей права работников общественного сектора. Но главные события начались в конце 90-х годов, когда различные формы борьбы и протеста, опирающиеся на схожие, но далеко не однородные социальные и классовые интересы, начали сливаться ! воедино, давая жизнь новой антибуржуазной коалиции в глобальном масштабе.

і

«Антиглобалисты» — глобальное антикорпоративное движение

Выступления протеста получили в консервативной прессе название «антиглобалистских», хотя сами участники демон-

страций данный термин никогда не употребляли, называя себя антикорпоративным или антикапиталистическим движением, иногда — движением за глобальную демократизацию. Надо сказать, что в западной прессе термин «антиглобалисты» после 2001 года употреблялся все реже — представители протестующих так или иначе имеют возможность высказаться, а потому приписывать им чуждое название и выдуманные лозунги все труднее.

Лишь в России термин «антиглобализм» приобрел удивительно широкое хождение, отчасти из-за того, что собственного «антиглобалистского» движения пресса под боком не обнаружила и могла его благополучно придумывать276.

«Как нам следует называть это новое движение? — писал британский марксист Алекс Каллиникос. — Ярлык, обычно на него навешиваемый, — движение антиглобализма — представляет собой совершенно абсурдное название для движения, которое подчеркивает как раз свой международный характер и которое весьма эффективно может мобилизовать людей всех пяти континентов, преодолевая национальные границы. Ведущие фигуры движения благоразумно дистанцировались от такого названия»277.

В левой прессе предпочитают говорить об «альтернативном глобализме» («альтерглобализме» или, на французский лад, об «альтермондиализме»), об антикорпоративных выступлениях, а Каллиникос употребляет термин «антикапитализм». Разумеется, остается открытым вопрос о том, до какой степени участники протестов» потрясших власти в Сиэтле и Праге, осознанно ставили перед собой именно антикапиталистические задачи. Значительная часть людей, выходивших на демонстрации, придерживались более умеренных взглядов, причем это отно- I

; сится не только к рядовым участникам событий, но и к лиде- I рам. Каллиникос признает это, но настаивает на том, что об- I щая логика движения — антикапиталистическая. Даже если вы- | двигаются вполне реформистские требования, их практическая I реализация подрывает глобальное господство капитала и соз- I даст новую общественную ситуацию. «Иными словами, хотя эти требования не обязательно открыто озвучивают антика- питалистические доводы, в них присутствует антикапитали- стическая динамика. Они представляют собой то, что Троцкий назвал переходными требованиями, реформы, которые возни- I кают из реалий существующей борьбы, но осуществление ко- | торых в нынешнем контексте поставило бы под вопрос капи! талистические экономические отношения».278 I В российской прессе и отчасти даже среди обществоведов і появление нового массового движения на Западе было воспри- I нято с откровенным недоумением.

«Прежние политические ле- I кала тут едва приложимы, — писал Евгений Григорьев на стра- I ницах «Независимой газеты».^- У движения нет привычной I разветвленной по миру организации, четких структур. При под.. готовке акций их заменяет такой неотъемлемый инструмента- I рий глобализации, как Интернет, и другие новейшие средства I коммуникаций, что делает само движение ее побочным дети- | щем. Политические и социальные устремления и приоритеты | «антиглобалистов» сплошь и рядом не стыкуются. По соста- ! ву это напоминает коктейль из бесконечного множества неод- I нородных ингредиентов: сапатистов, разноязыких «зеленых», I американских борцов против детского труда, европейских ле- I вых, бескорыстных юных приверженцев чистой справедливости, I французских крестьян, немецких профсоюзников и т. Д.»279

Либеральные и правые обозреватели подчеркивали, что движение крайне неоднородно, а сами демонстранты толком не знают, чего хотят. «Они занимаются сразу всем. На одном из их сайтов сообщалось, что они выступают против “корпо- , ративной глобализации, милитаризма, бедности, голода, политической коррупции, дискриминации женщин, гомосексуалистов и транссексуалов, криминализации молодежи разрушения , окружающей среды, передачи тюрем частному бизнесу, геноцида” Почему не против пробок на дорогах и коммерческой рекламы, которая забивает наши почтовые ящики?» — возмущалась Флора Льюис, обозреватель «International Herald Tribune». - По ее мнению, это было совершенно не похоже на движение 1960-х годов, имевшее четкую политическую цель (прекращение войны во Вьетнаме) и способное «соединить много голосов в единый призыв (dear message)»1. Как ни парадоксально, і схожая критика движения раздавалась и слева.

На самом деле даже из перечисления групп и лозунгов легко заметить, что все они как раз прекрасно стыкуются, более того, все упомянутые движения изначально растут из одного корня — европейской левой XIX—XX веков. Действитёльно, во время массовых демонстраций были выдвинуты самые разно- : образные лозунги — от экологии до долгов «третьего мира», от ) проблемы бедности до прав человека. Протестующие представляют собой коалицию. Но это далеко не случайное собрание людей. Начнем с того, что экологисты, пацифисты и радикальные і социалисты, защитники гражданских прав и профсоюзники, составляющие основу этой коалиции, исторически всегда имели много общего. На протяжении истории они уже не первый . раз оказываются в одних рядах. Но до недавнего времени они, нередко сотрудничая, пытались добиваться своих целей самостоятельно. В свою очередь, по мнению активистов, элиты всегда действовали по принципу «разделяй и властвуй», игнорируя разрозненные протесты. Тем самым объединение разнообразных отдельных кампаний (single issue campaigns) и групп является важнейшим фактором, предопределившим стремительный и бурный подъем движения.

Было бы неправдой утверждать, будто международное движение протеста застало транснациональную административную и финансовую элиту врасплох. Само по себе введение в ] 1

International Herald Tribune. 18.08.2000. P. 4.

оборот термина «глобализация» было пропагандистским ответом элит на протесты против неолиберализма. После того, как термин «неолиберализм» стал в большинстве стран мира почти ругательным, нужно было новое идеологическое обоснование власти транснациональных корпораций. С середины 1990-х вместо термина «неолиберализм» начинает употребляться термин «глобализация».

Терминологическая подмена, которую осуществляет часть «большой прессы», атакуя критиков глобализации, заставляет вспомнить об истории СССР, где господство обкомов партии называли «советской властью», а противники партократии — «антисоветчиками». Как всегда бывает в таких обстоятельствах, господствующие силы могут навязать обществу свою терминологию, но не могут с той же эффективностью защитить свои идеологические позиции по существу. Точно так же, как за партийным правлением в СССР закрепилось название «советская власть», так и неолиберализм с конца 1990-х годов стал называться «глобализацией», но сам термин «глобализация» стал звучать не слишком позитивно.

Этот термин имеет, однако, целый ряд преимуществ. В отличие от понятия «неолиберализм» он, вроде бы, характеризует не определенную политику или идеологическую доктрину, а некий «нейтральный» и объективный процесс. То, что в обоих случаях речт идет об одном и том же, ускользает от внимания обывателя. Противники «естественной», «единственно возможной» политики выглядят не идеологическими оппонентами власти, не борцами против элиты, а личностями, пытающимися выступать против «нормального» хода экономической жизни. К тому же их немедленно начинают называть «антиглобалистами». У неискушенной публики складывается представление

о них как о людях, выступающих против свободного международного движения товаров и информации, хотя на самом деле речь идет о борьбе против авторитарной международной бюрократии. Кстати» одно из требований «антиглобалистов» — соблюдение Декларации прав человека, требующей свободного передвижения людей, в то время как западные правительства, отстаивающие «глобализацию», возводят все новые барьеры на пути мигрантов из бедных стран. Причины этой кажущейся непоследовательности понятны. Дешевая рабочая сила должна быть сосредоточена в странах «периферии» (будь то Россия, Китай или Бразилия) и только косвенно давить на рынок труда в странах Западной Европы.

Английский географ и публицист Дореи Мэсси отмечает, что «антиглобализм» не может иметь ничего общего с «лока- лизмом», культом местных интересов и националистически понимаемой самобытности. Такая форма оппозиции была бы заведомо тупиковой. «Нашим политическим принципом должен быть интернационализм: наш интернационализм уважает местные различия и необходимость действовать непосредственно на местах, но он категорически против местничества, против герметично закрытых обществ или культур»280. Иными словами, новый интернационализм выступает в качестве альтернативы как против униформной культуры глобализации/американизации, так и против консервативного национализма. Он исходит из единого и разнообразного человечества, одновременно выступая против стандартизации всех людей под общие западные образцы. Демократия требует равного уважения к правам всех — в том числе всех наций и культур. Она требует и уважения к мнению большинства человечества, проживающего отнюдь не на Западе.

Оппоненты транснациональных организаций требуют не прекращения международной торговли, а того, чтобы «процесс глобализации был открыт для демократического влияния»281. Как заявил один из идеологов движения Кевин Данахер, речь идет о завоевании «глобальной, демократии» и не только «в традиционном узком политическом смысле (избрания богатых господ, которые якобы будут представлять нас в правительстве)». Речь идет о «гражданском суверенитете», о праве людей «управлять собственной жизнью во всех сферах (политической, экономической, культурной)»282.

Чашу терпения гражданского общества переполнил проект Многостороннего соглашения по инвестициям (Multilateral

Agreement on Investments — MAI), подготовленный в рамках ВТО. Согласно этому проекту, частные корпорации получали право отменять решения национальных правительств и даже действующие в стране законы, если считали их «препятствующими бизнесу». Непосредственно эту работу должно было осуществлять Либо специальное ведомство, либо Всемирная Торговая Организация, фактически получавшая статус всемирного конституционного суда, но сама не подчиняющаяся никаким законам, кроме собственного устава, никем не избранная и никому не подотчетная.

Волна протестов против MAI вынудила западные правительства отступить: Первым сдалось руководство Франции. Дольше всех держались американцы. Наконец, проект MAI был похоронен. Но спустя некоторое время в рамках ВТО решено было возобновить подготовку соглашения, только сменив название. Сделать это решили на встрече в Сиэтле.

Ответом на политику глобальных Элит стали глобально скоординированные акции сопротивления. Первая из них произошла в Сиэтле в ноябре 1999 года, когда вместе с профсоюзными активистами на улицы вышли молодые сторонники более 60 различных общественных групп, объединенных «Сетью прямого действия» — Direct Action Network. Демонстрации были названы «фестивалем сопротивления» и «антикапиталистиче- ским карнавалом». Делегаты для участия в митингах протеста прибыли со всего мира, причем более богатые организации стран Севера помогли решить финансовые проблемы своим товарищам с Юга. Солидарность выразилась в единых действиях, хотя между западными активистами и представителями «третьего мира» постоянно вспыхивали острые споры. Журналисты определили общую тенденцию движения как сочетание «активизма и прагматизма»283. Это движение не имело четкой стратегии, но было крайне динамичным. На самом деле единство действий вовсе не исключало серьезных разногласий между участниками коалиций. Как отмечает южноафриканский политолог Дот Кит, различия обнаруживались не только, а порой и не столько между представителями различных идеоло гических традиций, сколько между активистами с Севера и с Юга. Некоторые «северные» группы в движении за отмену долгов «Юбилей 2000» даже были обвинены в «неоколониальных» ' методах работы со своими филиалами в странах Юга284. Однако наличие подобных проблем, по мнёнию Кит, не является препятствием для развития движения, если они обсуждаются и решаются демократически: «Формирование подобных глобальных коалиций требует политической компетентности и стратегического мышления с обеих сторон»285.

<< | >>
Источник: Кагарлицкий Б. Ю.. Политология революции / Б. Ю. Кагарлицкий. — М.: Алгоритм. — 576 с. — (Левый марш).. 2007

Еще по теме Глава VII ПОКОЛЕНИЕ СИЭТЛА:

  1. Социально-политическая идеология фашизма и национал-социализма.
  2. Глава VII ПОКОЛЕНИЕ СИЭТЛА
  3. Неправительственные организации — «глобальное гражданское общество»
  4. 4.2. "Ядро": отношения малых и средних стран с Китайской Народной Республикой
  5. 6. ОКТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ И ПРОГРЕССИВНАЯ АМЕРИКА
  6. 2. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ АНТИВОЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ
  7. ПОВЕДЕНИЕ АМЕРИКАНСКИХ СЕКТАНТОВ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ
  8. Катастрофа «Боинга-767» над Атлантикой
  9. Политические и социальные изменения
  10. Достижения отечественных ученых в эмиграции
  11. ОЖИВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ КРИТИКИ
  12. РАЗНОВИДНОСТИ И СТРАТЕГИИ РАЗНОВИДНОСТИ АНТИКАПИТАЛИЗМА
  13. ПРЕДСТАВЛЯЯ ДРУГИЕ МИРЫ АНТИКАПИТАЛИСТИЧЕСКИЕ ЦЕННОСТИ
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -