<<
>>

Сопротивление или революция

По мере того, как левое движение возвращалось на политическую сцену, все более популярным становился лозунг «сопротивления». Мало какое слово повторяется так часто на митингах, в дискуссиях и в декларациях, мало какое слово несет такой положительный эмоциональный заряд.
Сопротивление — это стойкость, верность своим принципам, готовность бороться наперекор всему, невзирая на неравенство сил и очевидную для обывателя обреченность борьбы. Логика сопротивления — ^ экзистенциальна. Я не рассчитываю шансы. Я просто стою на своем. Даже если я не могу победить, даже если я знаю, что обречен на поражение, я все равно должен дать бой, ибо всякое иное поведение — предательство. Не только по отношению к своему делу, но и по отношению к самому себе.

Именно так приходилось бороться против наступающей реакции на протяжении 1990^х годов. Тактические соображения отступали на второй план. Те, кто оценивали шансы на успех, быстро отказались от борьбы, пополнив ряды перебежчиков, рассуждающих о бесперспективности марксизма и самоочевидной эффективности свободного рынка. Другие стали поклонниками Тони Гидденса, соратниками Тони Блэра, немецкими «красно-зелеными» министрами и «социально озабоченными» депутатами от «Единой России», которые каждый законопроект, направленный на ограничение прав трудящихся сопровождали извержением «прогрессистской» риторики. Нигде не найдешь столько бывших революционеров, как среди этих господ. Они бы с удовольствием низвергали капитализм, но по здравому размышлению, обнаружив, что революция — дело отделенного будущего, а жизнь коротка, и карьеру надо делать быстро, предпочли пойти в услужение разоблаченному им злу. При этом ни на минуту не переставая гордиться своим революционным прошлым и при каждом удобном случае пытаясь извлечь из него моральную или материальную выгоду.

И все же, в логике сопротивления есть своя моральная двусмысленность, которая становится очевидной тем более, чем

.

эффективнее мы сопротивляемся. Дело в том, что капитализм вполне может пережить сопротивление себе. Чего он не может пережить, так это революции, которая его уничтожает. Революции могут быть неудачными, более того, подавляющее болыпин- ’ ство революционных попыток именно таковыми и оказывают- ся. Но, как говорил перед смертью Жан-Поль Сартр, от неудачи ^ к неудаче идет вперед прогресс человечества. Если бы не было этих неудачных попыток, мы, наверное, все еще жили бы в ка- i . менном веке. Незавершенные и даже потерпевшие трагическое Г поражение революции значат для истории больше, чем целые L десятилетия «спокойного» развития, ибо мир, переживший по- | добное социальное потрясение, уже не может быть прежним. ?

Вернемся, однако, к идеологии сопротивления. Неслучай- » но слово это было произнесено генералом де Голлем в самом I начале Второй мировой войны, когда мощь нацистской Герма; нии казалась непреодолимой, а дело свободной Франции безнадежно проигранным. Страна была оккупирована, армия раз- Ї громлена, значительная часть элиты предала республику или г бросила ее на произвол судьбы. Естественно было в таких ye

ll ловиях поднять знамя сопротивления. После Сталинградской | битвы взгляд на борьбу радикальным образом менялся. Надо ' было уже не просто выстоять, но и победить. Победа, благода- | ря стойкости и самопожертвованию первых лет войны, стала і реально достижимой, но для того, чтобы приблизить ее, надо W; было действовать уже по-другому. Нужна была тактика, стра- Ц ? тегия, координация. Нужна была эффективность и организа- № ция, которые совершенно не обязательно требовались для ка- Б ждого акта сопротивления, ибо подобные акты носили в пер- Ш-иую очередь моральный характер. .

к После массовых демонстраций ,1999 года в Сиэтле, когда ?ш давлением протестов Всемирная Торговая Организация вы- В-нуждена была отложить очередной раунд глобальных перегово- ?jspoB об очередной волне неолиберальных реформ, идеолог аню тиглобалистского движения Уолден Белло заявил, что это был КІСталинград современного капитализма132.

Точно так же, как под

161 Сталинградом Красная Армия переломила хребет германскому вермахту, так и массовое сопротивление в Сиэтле нанесло стратегическое поражение неолиберальному, проекту.

К сожалению, Белло ошибался. Сиэтл можно сравнить скорее с битвой за Москву, в которой обороняющиеся показали, что могут выигрывать сражения, но до решающей победы над нацизмом было еще очень далеко. Стратегический перелом в борьбе против неолиберального капитализма еще не наступил. Однако возникла новая ситуация, когда одной лишь решимости и твердости недостаточно. Надо учиться побеждать.

Тактика и организация становятся принципиально важны. Возникает потребность в позитивных программах и политически эффективных методах работы. Возможны компромиссы, приобретающие стратегическую и моральную осмысленность: ведь они позволяют приблизиться к целям борьбы, которые становятся совершенно конкретными и реальными.

Сопротивляясь, мы достигаем своеобразного морального комфорта. Разумеется, есть принципиальная разница между теми, кто проповедует свои идеи с западноевропейской кафедры, и теми, кто сопротивляется власти транснациональных корпораций где-нибудь в Нигерии или Индии, ежедневно рискуя здоровьем и даже жизнью. Однако больше всего об идеалах сопротивления говорят именно те, кто меньше всего рискует, их отстаивая.

Дело, разумеется, не только в репрессиях. Моральный риск не менее, а, в конечном счете, даже более значим. Можно жить, по выражению великого русского писателя Салтыкова-Щедрина, «применительно к подлости». Можно просто говорить «нет» системе и удовлетвориться этим. В последнем случае мы избегаем множества сложных и морально неоднозначных вопросов. Ведь практическая деятельность, направленная на решение конкретных задач, заставляет нас постоянно принимать решения. Эти решения оказываются спорными, они могут быть ошибочными. Они ставят моральные вопросы, на которые у нас нет готовых ответов. С кем можно сотрудничать, а с кем нет? Где границы допустимого компромисса? У кого можно принять денежные пожертвования, на каких условиях? Как обес-

I пенить единство и эффективность организации, сохраняя при | этом в ней демократическую жизнь? Как использовать разно- I гласил между нашими врагами на пользу вашему делу? Как бо- | роться за власть*одновременно сознавая, что власть развра- S щает? Вопреки знаменитому афоризму Черчилля, малая толи- I ка власти развращает даже больше, чем власть, полученная во

Івсей ее полноте.

Короче, как победить дракона и не стать самому похожим на дракона?

I На подобные вопросы нет общеупотребительных теорети- , ческих ответов. Отвечать на них можно только практическим •

действием, совершая поступки, осознавая связанные с ними моральные и политические риски, критически оценивая собст- I венные ошибки. Единственная гарантия в том, что действуют : не отдельные люди, а массы. Одиночки, даже героические, даже мудрые и вооруженные передовой теорией, то и дело ошибают- ^ ся. Массы тоже нередко заблуждаются. Им свойственно подда- L ваться иллюзиям, загораться энтузиазмом, а порой и впадать в депрессию. Именно депрессия масс после поражений 1980-х годов подтекстовывала ощущение глобальной безнадежное™ в 1990-е годы. Но критически мыслящие интеллектуалы для того и нужны, чтобы увидеть перспективы и опасности, не замеченные массами. А массовое движение, если оно способно развиваться и учиться, может и должно поставить под контроль «своих» интеллектуалов и политиков. Далеко не всегда люди способны учиться на своих ошибках. Но ошибки одних могут быть исправлены другими.

Легко понять, что в эпоху сопротивления модны были анархические идеи. В конце концов, зачем нужна политика, если все равно на этом поле ничего не достичь? Закономерно, что появляются книги, призывающие изменить мир, не пытаясь взять власть. Как в басне Эзопа, виноград зелен: победить в борьбе с государством левым не удается.

Но изменить мир, не пытаясь взять власть невозможно. Если бы это было возможно в принципе, история не знала бы ? ни революций, ни политической борьбы. Ибо те, кто правит миром, сохраняя контроль над государством, не только не по- зволят преобразовать систему, но даже не пойдут на уступки, пока не почувствуют угрозу собственному господству. Оппозиции далеко не всегда удается взять власть, но она становится эффективной лишь тогда, когда правящий класс начинает понимать, что угроза потери власти совершенно реальна.

Надо цризнать, что большинство людей в любом обществе — далеко не революционеры. И это относится к Марксовым пролетариям точно так же, как и к любому другому классу в истории. Но это отнюдь не значит, будто «обычный человек» по природе своей консерватор. Скорее он стихийный реформист, j Чем более трудящиеся осознают свои классовые интересы, тем более они враждебны системе. Другое дело, что эта враждеб- | ноеть — пассивная. Готовность действовать возникает тогда, когда появляется конкретная перспектива успеха. Сопротивле- ' ние — удел одиночек. Когда оно становится массовым, это уже j восстание, первый шаг к революции.

<< | >>
Источник: Кагарлицкий Б. Ю.. Политология революции / Б. Ю. Кагарлицкий. — М.: Алгоритм. — 576 с. — (Левый марш).. 2007

Еще по теме Сопротивление или революция:

  1. ОТ ПЕРВОЙ БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ КО ВТОРОЙ
  2. § 1 РЕФОРМЫ И РЕВОЛЮЦИИ В РАЗВИТИИ ОБЩЕСТВА
  3. 2. Большевистская оценка характера, движущих сил и задач революции. III съезд партии
  4. 3. Развитие В. И. Лениным теории социалистической революции
  5. 5. Подготовка вооруженного восстания. Победа Великой Октябрьской социалистической революции
  6. РОССИЯ И РЕВОЛЮЦИЯ
  7. Сопротивление или революция
  8. Реформы и революции на Балканах в XIX в. В. Я. ГРОСУЛ
  9. 3. ОТ «СЛАВНОЙ РЕВОЛЮЦИИ»К СЕМИЛЕТНЕЙ ВОЙНЕ
  10. § 2. Уроки европейской революции. Единство разнообразного
  11. § 3. Государственность и революция
  12. § 2. Обострение национальной борьбы. Революция и контрреволюция
  13. Буржуазные революции и их цена
  14. Россия как стартовая площадка социалистической революции
  15. § 1. Теоретические концепции революции
  16. § 2. Общая характеристика деформации поведения во время революции
  17. § 3. Ущемление рефлексов питания и революция
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -