<<
>>

Профсоюзы

С одной стороны, началась вынужденная политизация альтернативных профсоюзов. Столкнувшись с невозможностью работать по-старому, активисты рабочего движения становились радикальнее, осознавая, что источником их проблем является правительство и проводимый им курс.

Возникала естественная почва для сотрудничества с формирующимся новым левым движением. «Страна в таком положении, что без той или иной политической ориентации работать просто невозможно, — кон- ; статировал член Совета ВКТ Леонид Гуревич. — Новый Трудо- 1 вой кодекс, поддержанный ФНПР, практически запретил про- < ведение забастовок и лишил альтернативные профсоюзы права заключать коллективные договора. Необходимость борьбы , с этим законом привела к тому, что альтернативные профсою- і зы стали блокироваться с левыми демократическими движе- і ниями страны, преимущественно молодежными... Это безус- ] ловно надо приветствовать»417.

С другой стороны, низовые подразделения ФНПР — в тех случаях, когда они действительно хоть что-то пытались сделать і для защиты прав своих членов, — сталкивались с прессом но- і вого кодекса не меньше, чем «альтернативщики». Поскольку І официальное руководство Федерации их в подобных случа- і ях игнорировало либо становилось на сторону властей и хо- і зяев, это вызвало растущее раздражение. Там, где ФНПР вообще имело низовой актив, этот актив все больше тяготел к свободным профсоюзам.

Конец 2005 года ознаменовался двумя тенденциями. С од- ? ной стороны, правительство, после вынужденной паузы, вы- ; званной неожиданно активным сопротивлением своих поддан- " ных, возобновило наступление на социальные и гражданские j права. С другой стороны, впервые после многолетнего паралича наметился явственный подъем рабочего движения, выра- ; зившийся в росте числа стачек. Значительная часть этих выступлений была вполне успешной, а главное, они были хоро- -j шо организованы, проведены не стихийно, а под руководством ' профсоюзов, которые понемногу преодолевали страх перед новым Трудовым кодексом.

В военной психологии есть понятие Panzerangst — ирра- j циональный, но вполне объяснимый страх пехоты перед танка- і ми.

Лишь преодолев этот первый шок, возникающий при виде I ползущей на него металлической машины, пехотинец обнаруживает, что у танка тоже есть уязвимые места, что его мож- ! но подбить, сжечь, что сидящих в нем людей тоже можно ис- j пугать.

t I Нечто подобное произошло и с профсоюзным движением. | Новый Трудовой кодекс на некоторое время погрузил свобод- | ные профсоюзы в состояние шока. Но затем активисты рабо- I чих организаций обнаружили, что и в условиях нового кодекса I можно бороться, а главное, целый ряд его самых репрессивных г статей можно без особых последствий нарушать или обходить. | В итоге, мы увидели череду успешных выступлений, начиная от | «незаконной» (но победоносной) Стачки на «Башкирских авиа- | линиях», заканчивая забастовками в Петербургском порту и на | заводе «Форд» в Ленинградской области.

I Как отмечала левая пресса, стачка на «Форде» оказалась | совершенной неожиданностью для предпринимателей, кото- I рые привыкли «рассматривать рабочих бывшего СССР как не- | организованную бессловесную массу»1. Однако ситуация изме- | нилась, и сознание рабочих — тоже. В отличие от 1990-х годов, классовая солидарность из общего лозунга стала превращаться | в реальную практику. Так, активисты профсоюза «Единство», | автомобилестроители из Тольятти, помогали своим коллегам | на заводе «Форд» при подготовке к стачке. Лидеров профсою- I за даже направили в Бразилию для обмена опытом с латино- \ американскими товарищами. Как рассказывал позднее лидер І «Единства» Петр Золотарев, международная солидарность ре- | ально изменила ситуацию на местах. «После бразильской кон- | ференции фордовские делегаты воодушевили рабочих рассказа- \ ми о международном опыте. Прошли перевыборы, в профсоюз Ї сразу вступили 50 процентов»2. Точно так же актуальным во- | просом стала солидарность между различными, порой конку- | рирующими профсоюзными организациями. Вслед за стачкой I на «Форде» по всей автомобилестроительной отрасли началась I самоорганизация рабочих. Создавались новые профсоюзы, вы- f двигались требования, проводились акции.

В феврале 2007 года, | когда на «Форде» происходила очередная стачка — уже третья | по счету — за ней следила вся страна. Интервью с лидером за- 't бастовщиков Алексеем Этмановым публиковали ведущие газе- | ты. Профсоюзы научились не только бастовать, но и привле-

| кать к себе внимание.

Ї '

I :

Ё 1 Новая волна. Декабрь 2005. № 3.

І 2 Вольный город. 21.10.2005.

Попытки консолидации І

: Рабочие отрасли начали координировать свои выступления, даже если их профсоюзы формально принадлежали к разным федерациям. К чести левого актива надо отметить, что он сыграл немалую роль в преодолении соперничества. В 2003— 2004

годах по инициативе Института проблем глобализации . (ИПРОГ) прошли три форума «Будущее левых сил», на которых смогли собраться вместе не только представители различных марксистских групп, но и активисты свободных профсоюзов, а также некоторых неправительственных организаций. Профсоюзные дискуссии третьего форума показали, что вопрос о единстве действий реально назрел418. Другим центром содействия рабочему движению стал Институт «Коллективное действие» (ИКД), возглавляемый Карин Клеман. Отношения между ИПРОГом и ИКД были достаточно напряженными, но в апреле 2005 года обе структуры, преодолев свое соперничество, выступили организаторами Российского социального форума (РСФ). К нему присоединилось и возглавляемое Александром Бузгалиным движение «Альтернативы», Школа трудовой демократии и другие группы.

Разумеется, социальный форум не мог сам по себе стать организационной формой для дальнейшей совместной деятельности его участников. «Заимствовав у международных социальных форумов лучшие их качества, — писал молодой марксист

г Илья Будрайтскис, — возможность встречи самых разных групп I и инициатив, свободу дискуссии, РСФ в полной мере скопи- I ровал и их недостатки — желание закрывать глаза на реаль- | ные разногласия и стремление к бюрократизации мероприятия. | Проходящие одновременно заседания по образованию и трудо- | вым правам, гражданским свободам и молодежи, их подчеркну; то узкая направленность практически не оставляли шанса на I обсуждение общей, ситуации в стране, логики капиталистиче- | ских реформ и стратегии сопротивления»419.

I Однако ничем иным форум и быть не мог.

Будучи необхо- ; димым первым шагом к политической консолидации на осно- I- ве массового движения, он не мог заменить последующих столь t же необходимых и закономерных ш&гов. Успех социального фо- I рума дал толчок к развитию объединительных процессов, как в ' левой политике, так и в профсоюзном движении.

Несмотря на крайне сложные отношения между лидерами, ; сотрудничество между профсоюзами, принадлежащими к раз >

личным объединениям, становилось реальностью. Возобнови- ?

лись переговоры о слиянии ВКТ и КТР, правда, так и давшие і ожидаемого результата. Автомобилестроители начали создавать [ общероссийскую ассоциацию, куда решились вступить не толь- I ко представители «Единства», но и активисты с «Форда», фор- ?

мально тогда еще числившиеся в ФНПР. Эта ассоциация пре- | вратилась летом 2006 года во всероссийский отраслевой профіт союз, вошедший в состав ВКТ. Возглавили его лидер рабочих 5 «Форда» Алексей Этманов и Петр Золотарев из Тольятти.

[ Прошедший осенью 2005 года съезд ВКТ избрал новое ру- t ководство, провозгласившее профсоюзное единство одним из ' своих приоритетов. «Мы открыты для сотрудничества с любой j профсоюзной организацией, — заявил новый председатель ВКТ ’ Борис Кравченко. — Будь это небольшая “Защита труда” или і ФНПР, которому потребуется наша поддержка»2.

; Укрепление в России свободных профсоюзов знаменова-

I ло новый этап общественного развития, когда конфликт меж* ду трудом и капиталом не только осознается значительной частью трудящихся, но и подталкивает их к самоорганизации. Но

появление независимых рабочих организаций на уровне предприятий автоматически ставило вопрос о дальнейших перспективах их развития. С одной стороны, антипрофсоюзный Трудовой кодекс толкал рабочее движение к политизации. С другой стороны, однако, возникала опасность вовлечения профсоюзных лидеров в политические игры правящих верхов, превращения их в объект Манипуляции политических технологов, работающих на Кремль или на либеральную оппозицию.

Неудачная попытка создания Российской партии труда в начале 2000-х годов говорила сама за себя.

В конце XIX века социал-демократические кружки, возглавляемые молодыми активистами Владимиром Лениным и Юлием Мартовым, поставили перед собой задачу соединения марксизма с рабочим движением. Спустя более столетия российские левые как будто вернулись в исходную точку. Что, впрочем, естественно для страны, переживающей капиталистическую Реставрацию.

«Итак, — писал известный марксист Алексей Пригарин, — задача внесения социалистического сознания в ряды современного пролетариата, а затем и руководимого им полупролетариа- та, как и сто лет назад, встает перед нами практически заново». Если эта задача не будет решена, то никаких перспектив нет не только у левых, но и у демократического движения, ибо, кроме трудящихся, никакой другой массовой силы, способной опрокинуть авторитарный режим, в России нет и не будет. «Революционная энергия протеста, энергия ненависти к существующему режиму, должна быть дополнена, “оплодотворена” современной социалистической идеологией с мощной гуманистической составляющей. Изначально базовыми ценностями коммунистической идеологии в ее марксистском понимании была свобода человека и возможность его личностного развития»420.

К сожалению, общих слов о необходимости социалистического сознания оказывалось недостаточно. Социалистическое сознание не приходит к массам независимо от участия в политике. А политическая борьба требует политической программы и организации, которой ни у левых, ни тем более у активистов свободных профсоюзов не было. I Революция внутри оппозиции

\

І После 2005 года перед левыми открылись новые перспек- | тивы. Возникла общественная потребность в левой идеологии, без которой невозможно было политически оформить требова- | ния, выдвигавшиеся самим населением. Эта потребность была І не просто «объективной», но в значительной мере и осознан- | ной. Разрыв между обществом и официальными политически- | ми силами (что проправительственными, что оппозиционны- \ ми) неуклонно нарастал на протяжении всего постсоветского | периода, но сейчас он стал уже очевидным для всех. ?

Когда официальный праздник в день революции 7 ноября I был отменен, на улицы Москвы вышло необычно много наро- I ду, среди которого оказалось немало пожилых сталинистов, но | националистов практически не было.

Последние маршировали I 4 ноября в день нового праздника, символизировавшего нацио- | нальное единство. Митинг 7 ноября, который еще несколько f лет назад был бы «красно-коричневым», стал абсолютно крас- | ным. Не было ни одного черно-бело-желтого, державного фла- \ га, ни одной иконы или портрета Николая II — того, что было ? «нормальным» для коммунистического митинга в 1990-х годах. I Практически не было людей с антисемитскими и национали- ’ стическими лозунгами, хотя раньше они составляли почти по- \ ловину присутствующих. Изменился возрастной и социальный і состав. Появилась молодежь. Но это были лишь первые симпто- І мы сдвига, который еще только начинал происходить. Причем I сами оппозиционные лидеры перемен не замечали, а если и за- | мечалй, то всячески им противились.

| С трибун по-прежнему звучала бессмысленная патриотиче- | ская риторика, под каждым словом которой мог бы подписать- | ся Путин. Налицо были признаки перемен, но так же очевиден I был и тупик, в котором оказались думские политики. Оппози- I ция продолжала жить лозунгами 90-х годов. Во главе ее стояли ?

прежние лидеры, ей были свойственны прежние способы орга- I низации. Они абсолютно не отвечали новой ситуации. Строго | говоря, они не отвечали общественным потребностям уже и в I 1990-е. Но тогда они были скорее симптомами общественной ? болезни. К середине 2000-х они не отражали даже объективное состояние умов в обществе. Старые оппозиционные силы влиять на власть были неспособны.

Для того чтобы социальное движение обрело значение политической силы, необходим был план последовательных действий, опирающийся на собственную непротиворечивую идеологию. Эта идеология нужна не для удовлетворения амбиций интеллектуалов, а для того, чтобы дать ответ на десятки повседневных и, казалось бы, частных вопросов, встающих перед активистами социальных движений. Почему нужно объединяться с одними силами и не объединяться с другими? Почему невозможно блокироваться с фашистами, хотя они тоже могут быть против существующего режима? На какой основе можно найти компромисс между различными группами, отстаивающими специфические интересы? Должны быть ясные критерии, которые есть только у тех, у кого есть внятная идеология.

Реальное демократическое движение может сложиться как сочетание левой политической программы с общедемократическими лозунгами. Оно нарастает по мере того, как у людей, вовлеченных в социальную борьбу, усиливается конфликт с государством. Все начинается с конфликтов на местах, но очень быстро люди обнаруживают, что без победы над своими конкретными врагами, сидящими в городской администрации, администрации области, и, в конце концов, в Кремле, без политической победы, политической свободы, они не смогут добиться решения своих социальных проблем.

Жесткий разрыв как с националистами из КПРФ, так и с либералами встал в повестку дня. Это был не вопрос идеологической чистоты или тактической целесообразности. Это был вопрос о самом существовании движения.

Чтобы изменить общество, требовалась революция внутри самой оппозиции.

<< | >>
Источник: Кагарлицкий Б. Ю.. Политология революции / Б. Ю. Кагарлицкий. — М.: Алгоритм. — 576 с. — (Левый марш).. 2007

Еще по теме Профсоюзы:

  1. 429. Каковы права профсоюзов на представительство и защиту социально-трудовых прав и интересов работников?
  2. ПРОФСОЮЗЫ Генри Фелпс Браун Trade Unions Henry Phelps Brown
  3. ФАКТОРЫ, ВЛИЯЮЩИЕ НА ОХВАТ РАБОТНИКОВ ПРОФСОЮЗАМИ.
  4. ПРОФСОЮЗЫ КАК МОНОПОЛИИ.
  5. ВЛИЯНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРОФСОЮЗОВ НА ЗАРАБОТНУЮ ПЛАТУ.
  6. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРОФСОЮЗОВ НА УРОВНЕ ПРЕДПРИЯТИЯ
  7. КРИЗИС ПРОФСОЮЗОВ
  8. 2.1.4. Профсоюзы в японии
  9. 1. Международная и внутренняя обстановка после окончания гражданской войны. Дискуссия о профсоюзах
  10. Возвращение профсоюзов
  11. Профсоюзы
  12. 2.1.4. Профсоюзы в японии
  13. 2. ПРОФСОЮЗЫ: ПОИСК ИДЕЙНОЙ ПОЗИЦИИ
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -