Задать вопрос юристу

Приход к власти

11 марта 1985 г. сл ало известно о кончине Генерального секретаря ЦК КПСС К.У. Черненко. Вечером того же дня
собрался внеочередной Пленум ЦК КПСС, избравший нового руководителя партии — самого молодого члена Политбюро 54-летнего Михаила Сергеевича Горбачева.

О              неизлечимой болезни КУ. Черненко было известно еще до избрания его на высший партийный пост. Поэтому поиски преемника начались практически сразу после утверждения Черненко в должности Генерального секретаря ЦК КПСС: все понимали, что жить (и руководить страной) ему оставалось считанные месяцы — чтобы убедиться в этом, достаточно было увидеть его на экране телевизора. Среди окружения Черненко наибольшие шансы унаследовать власть имели три человека: В.В. Гришин, Г.В. Романов и М.С. Горбачев.
Первый секретарь Московского горкома КПСС В.В. Гришин постоянно оказывался рядом с Черненко, когда врачи разрешали Генеральному секретарю присутствовать на редких публичных мероприятиях. Создавалось впечатление, что Гришин незаменимый помощник руководителя партии. Своей активностью он стремился убедить самого Черненко и всех окружающих в том, что является наиболее достойным преемником власти.
Однако объективно условия складывались против его кандидатуры. Будучи первым лицом в столице, В.В. Гришин не пользовался популярностью у москвичей, которые считали его покровителем столичной партийно-хозяйственной «мафии». За время пребывания Гришина на посту первого секретаря МГК КПСС коррупция в Москве достигла невиданных прежде масштабов: подкуп и взяточничество пронизывали практически каждую государственную структуру — от городской администрации до рядового домоуправления. Кроме того, Гришину было уже за семьдесят: выбрав очередного старика, Политбюро рисковало окончательно уронить свой авторитет в глазах народа, обмануть ожидания общества.
Первого секретаря Ленинградского обкома КПСС Г.В. Романова молва обвиняла не только в привычных пороках (пьянстве и хамстве), но и в том,
что он живет не по средствам. (Этот слух основательно снижал шансы Романова на победу в соревновании за высший пост в партии, поскольку «жизнь не по средствам» стойко ассоциировалась со взяточничеством и казнокрадством и не одобрялась ни партийной, ни общесоветской моралью.)
Среди населения циркулировали устойчивые слухи о том, что якобы на свадьбе дочери Романова с чемпионом мира по шахматам А. Карповым посуда для сервировки стола была позаимствована из императорских запасников Эрмитажа и чашки тончайшего фарфора с вензелями августейших особ запросто разбивались «на счастье». В реальности ничего подобного не происходило: Анатолий Карпов никогда не собирался жениться на дочери Романова (у нее был другой избранник), да и царских сервизов на свадьбу (это бы- | ла, скорее, чисто символическая домашняя вечеринка «для своих») 1 никто из Эрмитажа не запрашивал. Видимо, уже сама «царская» фамилия ленинградского партийного руководителя была главным препятствием на пути к верховной власти в государстве, где в 1918 г. были расстреляны Николай Il Романов и вся его семья.
Ленинградские озорники выводили на стенах в подворотнях: «Долой Романовых! ». В этих условиях Кремлю ничего не оставалось, как сделать хорошую мину при плохой игре: Романова перевели в Москву с формальным повышением, а вскоре отправили на пенсию. Как оказалось, на всех конкурентов «андроповского протеже » М.С. Горбачева имелся серьезный компромат, добытый тем же КГБ, который долгие годы возглавлял Ю.В. Андропов.
На этом фоне кандидатура М.С. Горбачева выигрывала. В партийной среде его уважали за умение говорить экспромтом (без заготовленного текста), хотя его речь отличалась характерным ставропольским выговором и обилием украинизмов. Имея за плечами два высших образования — юридическое и сельскохозяйственное (заочное), он мог выражать свои мысли достаточно грамотно и интеллигентно. Это выгодно отличало его от предшественников, читавших свои речи «по бумажке». Имело значение и то, что М.С. Горбачев принадлежал к поколению «шестидесятников» (т. е. по возрасту не отличался от наиболее активной части советского общества того времени). В заслугу ставилось и равнодушие к алкоголю.

Кандидатуру будущего Генерального секретаря общество вычислило по косвенным признакам. Сначала стало известно, что в отсутствие больного Черненко М.С. Горбачев председательствует на заседаниях Политбюро. А после смерти Константина Устиновича он возглавил комиссию по организации траурной церемонии — по сложившейся в СССР традиции похоронами предшественника всегда руководил его преемник.
Решающую роль в избрании М.С. Горбачева на пост Генерального секретаря ЦК КПСС сыграла поддержка, оказанная ему некоторыми влиятельными членами Политбюро, в числе которых был министр иностранных дел СССР А.А. Громыко. На чрезвычайном пленуме ЦК КПСС Громыко дал Горбачеву следующую характеристику: «Он не только хорошо анализирует проблемы, но и делает обобщения и выводы... у Михаила Сергеевича партийный подход к людям... Как хотите назовите его — даром природы или даром общества, скорее всего, это дар и того, и другого... Умение видеть главные звенья и главным подчинять второстепенные ему присуще в сильной степени. В лице Михаила Сергеевича Горбачева мы имеем деятеля широкого масштаба, деятеля выдающегося, который с достоинством будет занимать пост Генерального секретаря ЦК КПСС» [4]. Вольно или невольно из речи AA Громыко могло сложиться впечатление, что могущественный советский дипломат намекал на довольно низкий общий интеллектуальный уровень Политбюро, где умение делать обобщения и выводы характерно только для Горбачева. Как и «умение организовывать людей, находить с ними общий язык. Это не всем дано» [4].
При таких отзывах никому не приходило в голову взглянуть критически на предшествующую деятельность кандидата на высший партийный пост. После назначения на должность секретаря ЦК КПСС (с 1978 г.) М.С. Горбачев курировал сельское хозяйство. На этом поприще ему не удалось достичь заметных результатов — напротив, положение дел заметно ухутдшилось.


Например, сбор зерновых сократился с 237 млн т в 1978 г. до 173 млн т в 1984 г. Продовольственная программа, принятая при участии Горбачева в 1982 г., осталась достаточно утопичным документом. Однако сторонники Михаила Сергеевича могли это объяснить тем обстоятельством, что осуществлению данного проекта препятствовали «кремлевские старцы», да и само сельское хозяйство в сравнении с другими направлениями, находившимися под контролем ЦК, традиционно считалось «неподъемным» сектором. Еще при Л.И. Брежневе перемещение на «сельхозурожаи» для секретаря ЦК рассматривалось как традиционная инстанция перед «выпадением из обоймы» (как, например, было с Д.С. Полянским).
В речи на мартовском пленуме М. Горбачев не сказал ничего неожиданного, пообещав следовать заветам КУ. Черненко. Однако другого от него и не ждали: такие заверения предусматривались партийным этикетом и были не более чем формой вежливости.
Еще одна характеристика нового генсека от AA Громыко попала только в западную печать, что свидетельствовало о возросшей роли западных СМИ как своеобразного актуализатора советской внешней политики. Проведший в США немало времени AA Громыко знал, что «Нью-Йорк Таймс» и прочие издания предпочитают короткие и емкие афористичные характеристики. Именно американцы первыми узнали о том, что у Горбачева «приятная улыбка, но железные зубы» [5].
Сама история «перестройки» тоже существует в нескольких версиях. Одну из них — романтическую, созданную не без расчета на те же западные СМИ (хотя и появившуюся впервые в «Правде») — М.С. Горбачев выдвинул уже на излете своей деятельности. Оказывается, еще в 1984 г. во время своего отдыха в Пицунде он много общался с ЭА Шеварднадзе. В ходе этих бесед они пришли к общему выводу, что в системе все «прогнило» и поэтому ее надо менять. Главными инструментами реформ должны были стать демократизация и гласность. Однако эта стройная концепция имеет мало общего с реальной историей горбачевского периода, где лозунги «гласности» и «демократизации» появились лишь после 1985 г.
Гораздо больше доверия вызывает свидетельство того же М.С. Горбачева в его книге «Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира», ставшей международ
ным бестселлером: «Было бы ошибкой считать, что буквально через месяц после Пленума ЦК в марте 1985 года внезапно появилась группа людей, все понимающих и все осознающих, и что эти люди во все проблемы внесли полную ясность. Таких чудес не бывает» [6].
В период пребывания у власти для Михаила Сергеевича было характерно довольно часто менять точку зрения на одни и те же проблемы в соответствии с конкретной политической ситуацией и мировой конъюнктурой. Это во многом предопределило и начальные успехи его политической деятельности, и ее печальный исход как для самого Горбачева, так и для СССР в целом.
Провал перестройки был предопределен отсутствием продуманной, научно обоснованной и адаптированной к массовому сознанию стратегии реформирования страны. Подобной программы не было ни у одного «перестройщика» в российской истории, начиная с тезки Горбачева — Михаила Сперанского — идеолога преобразований эпохи Александра I, демонстрировавшего стремление к либеральным реформам в самом начале XIX в.
Вместе с М.С. Горбачевым к руководству страной пришло поколение относительно молодых энергичных политиков, большинство из которых были также отобраны Ю.В. Андроповым: вторым человеком в секретариате стал бывший первый секретарь Томского обкома EK Лигачев, помогавший Горбачеву утвердиться у власти еще в период болезни КУ. Черненко. Лигачев рекомендовал обратить внимание на энергичного и самобытного первого секретаря Свердловского обкома Б.Н. Ельцина, который произвел на всех огромное впечатление своим неформальным подходом к ритуалам и церемониям партийных собраний. Пост Председателя Совета Министров СССР был отдан образованному технократу с Урала Н.И. Рыжкову. Отдел пропаганды доверили возвращенному Андроповым из «ссылки» послом в Канаду А.Н. Яковлеву.
Тогда никто не мог предположить, что очень скоро эту первоначально довольно дружную команду «реформаторов» станут раздирать внутренние противоречия, идейные разногласия и карьерные амбиции. Позже Горбачев признается: «Если бы в 1985 г. нам сказали, что с нами случится, мы бы воскликнули: “Невозможно!”» [7]. Никто и за пределами Co-

ветского Союза не мог предвидеть дальнейшего хода событий в реформирующейся «коммунистической империи». Бывший советский диссидент, ныне крупнейший американский политолог, президент Фонда Никсона Дмитрий Сайме сделал важный вывод: «В Америке никто не мог предсказать, включая меня, естественно, действия Горбачева и как далеко зайдет падение коммунизма, распад Советского Союза... Еще в середине 70-х годов... некоторые из нас начали говорить о том, что, когда в России придет к власти новое руководство, когда появятся новые люди, которые одновременно могут говорить и делать, неизбежно появится реформистский импульс, и в России начнутся большие перемены... Большинство из нас исходило из того, что на каком-то этапе эти реформы натолкнутся на объективную реальность. На ту объективную реальность, на которую натолкнулись реформы Александра Второго: невозможно уничтожить основные опоры империи без того, чтобы империя не рухнула... Разрушение Российской империи — это уничтожение своего собственного государства. Мне было очень трудно предположить, что такой человек, как Михаил Горбачев, который вырос в советской системе, который знал прекрасно правила игры внутри этой системы, потому что иначе он не оказался бы Генеральным секретарем и не сумел бы переиграть своих оппонентов, будет обладать куриной слепотой и не поймет, что, когда ты разрушаешь идеологию, когда ты разрушаешь партию, когда ты разрушаешь КГБ, ничего не построив взамен, и при этом еще отказываешься применять силу, ты неминуемо приведешь к тому, что все здание империи рухнет» [8].


<< | >>
Источник: Ванюков Дмитрий Александрович. Демократическая Россия конца XX — начала XXI века.. 2007

Еще по теме Приход к власти:

  1. 4. ПРИХОД ДЕМОКРАТОВ К ВЛАСТИ
  2. 9. ВОЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ. ПРИХОД К ВЕРХОВНОЙ ВЛАСТИ
  3. Изменение международной ситуации после прихода к власти Гитлера.
  4. ПРОДАВЦЫ НЕ ПРИХОДЯТ В СУД
  5. 5.3.4. Регистрация прихода и расхода
  6. Право на розничную торговлю приходилось завоевывать.
  7. МИФЫ ПРИХОДЯТ НА МЭДИСОН-АВЕНЮ
  8. ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ СТОРОНЫ ПРИХОДА БЫВШИХ УПРАВЛЯЮЩИХ ТРАДИЦИОННОГО БИЗНЕСА В СЕТЕВОЙ МАРКЕТИНГ
  9. «Я приходила, выполняла работу, и сразу со мной рассчитывались»: контракт «уборщица»
  10. КОНФЛИКТЫ НА РАБОТЕ: ЧАСТЬ ЦЕНЫ, КОТОРУЮ ПРИХОДИТСЯ ПЛАТИТЬ ЗА УДОВОЛЬСТВИЕ ЗАНИМАТЬСЯ БИЗНЕСОМ
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -