<<
>>

ПОЧЕМУ И КАК УПРАВЛЯЕТ МЕНЬШИНСТВО

Теории господства меньшинства убедительны, потому что, как указывает Моска, они представляются вескими. Они оказываются подкрепленными не только широкими рядами исторических доказательств, но и большим количеством обстоятельств, которые ненароком заставляют вспоминать о себе, когда мы заняты своей повседневной деятельностью и обозреваем события вокруг нас.

Мог ли кто-либо из тех, кто активен в организационной жизни, не заметить, как часто даже в якобы демократических организациях есть меньшинство, которое принимает решения, и большинство, им следующее?

Если большинство действительно управляется меньшинством, мы можем спросить, почему так происходит? Хотя вышеназванные авторы уделяли особое внимание различным факторам, я думаю, что все они согласятся с решающей важностью сравнительно устойчивых (но и в

Часть пятая. Пределы и возможности демократии 409

конечном счете мимолетных) структур и институтов — социальных, экономических, политических, — сильно влияющих на формирование предпочтений и возможностей большого количества людей на протяжении сравнительно длительного времени. Если брать крайние случаи, в стране, управляемой военными, вне зависимости от того, насколько меритократическим или эгалитарным будет отбор и продвижение, лишь немногие могут попасть в группу правящих. Верхушка пирамиды пространственно ограничена; а по определению, все теории правления меньшинства интерпретируют мир как искусственную структуру власти, в которой вершина сравнительно меньше основания. Возможно, все упомянутые авторы также согласятся, что в последние два века структуры и институты капитализма, рынка и буржуазного общества были чрезвычайно важны в определении паттернов господства. Специфическую структуру правящего класса также определяют конфигурации, подобные вышеупомянутым: какие типы людей с большей вероятностью войдут в него, а какие — нет.

Уже внутри структур, и в значительной мере благодаря им, индивиды и их совокупности — классы — добиваются господствующего положения. Личные качества могут, конечно, способствовать достижению и упрочению господствующих позиций внутри ограничений, установленных структурами. Моска, Парето и Михельс, до них Никкола Макиавелли, также обращают внимание на хитрость, проницательность, напористость, амбиции, сообразительность, трезвомыслие и иногда беспощадность. Маркс отмечает, как в некоторых случаях человек, не обладающий состоянием, но энергичный, твердый, способный и с деловой хваткой может стать капиталистом [Marx (1884) 1967, vol. 3: 600\. Моска, Парето и Михельс выделяли и определенные качества управляемых, предрасполагающие их принимать и даже жаждать господства. Для Парето это большая распространенность среди управляемых привычек, убеждений и склонностей к порядку, стремление избегать риска, послушность, конформизм и восприятие иррациональных мифов4. Для Михельса — потребность масс в руководстве, их политическая благодарность, культ лидеров и так далее [Michels 1962: 85ff, 92ff]. В дополнение и в зависимости от требований институтов и структур специфического исторического периода высокие специализированные знания и навыки определенного рода могут быть полезны или даже необходимы.

Отдельные личностные преимущества, позволяющие некоторым людям получить доступ к правящему классу,

410

Р. Даль. Демократия и ее критики

способны, подобно интеллекту, быть частично прирожденными, но личные преимущества основаны также на ресурсах и одаренности, которые социально детерминированы. Ресурсы и одаренность распределяются в зависимости от наследственности, социального класса, удачи и достижений. Как бы они ни приобретались, образование, благосостояние, знания, информация, статус и другие ресурсы увеличивают возможности личности для включения в правящий класс.

Еще раз отмечу, однако, что в той мере, в которой преимущества, передающиеся благодаря личным качествам, ресурсам и талантам, увеличивают шансы обладающих ими счастливчиков, их действие сказывается только внутри ограничений, установленных основными институтами и структурами.

По словам Парето, «правящий класс, сходно с другими социальными группами, совершает как логичные, так и алогичные действия, но главным в том, что свершается порядок или система, а не сознательная воля индивидов» [Pareto (1916) 1935: 7576].

Среди способов, которые правящее меньшинство использует для безопасности и обеспечения своего господства, все его представители придают некоторый вес силе и убеждению. Но теории господства меньшинства сильно различаются по степени важности, приписываемой этим факторам. К этому и другим различиям между ними мы и обратимся ниже. КТО КЕМ УПРАВЛЯЕТ, КАК И ПОЧЕМУ?

Несмотря на то что приверженцы теорий господства меньшинства стремятся привлечь данные, которые строго объективны и «научны», их теоретические конструкции служат совершенно различным, а фактически остро противоречащим друг другу идеологиям и политическим устремлениям. Ленин и Грамши, конечно, были последователями Маркса, хотя оба существенно изменили теории своего учителя. У всех троих представленные каждым версии своими общими установками на политическое действие служили идеологическим задачам. Моска, Паре-то и Михельс были убежденными антимарксистами; они выдвигали альтернативу марксизму, принятие которой должно было бы подорвать доверие к нему, таким образом, ослабив его как политическую силу.

Мы можем предположить, что отчасти из-за расхождений в идеологических намерениях идея господства меньшинства не составляет набор более или менее после-Часть пятая. Пределы и возможности демократии 411

довательных теорий, но являет скорее гетерогенное собрание взаимно противоречивых построений. Одно такое небольшое, хотя и мучительное, противоречие заключается в терминах и концепциях. Маркс относится к буржуазии, или классу капиталистов, как к правящему классу. Моска использовал термин управляющий класс (classe dirigente) в качестве синонима политического класса (classe pol?tica). Любимым термином Паре-то представляется правящий класс (classe governante).

Однако этот правящий класс одновременно является доминирующим классом (classe dominante) и элита с определенным артиклем (выделяющаяся среди прочих неисчислимых элит, характеризующихся своими преимуществами в практическом смысле, будь то атлетические качества, искусство, богатство или что-либо еще)5. В позднейшей социальной теории, с наибольшей очевидностью в Соединенных Штатах, элита (the elite) Парето обратилась в политическую элиту (political elite) или властную элиту (power elite), а с привнесением иных смыслов трансформировалась в политические элиты (political elites) [см. Sar-tori 1961: 94ff, Treves 1961, passim]6. В качестве обобщающего понятия я использую здесь термин доминирующее меньшинство (dominant minority).

Гораздо важнее, чем не столь уж тривиальные различия в терминах и понятиях, расхождения теорий господства меньшинства в описании состава этого доминирующего меньшинства. В современных капиталистических обществах во всех рассматриваемых теориях оно непременно будет включать в себя бизнесменов и основных собственников больших экономических предприятий. Однако теоретики существенно расходятся в сравнительной оценке значимости, которую они придают политикам, правительственным руководителям, интеллектуалам, бюрократиям, военным и полицейским силам или иным властителям. Для Парето, например, современное народное правительство на самом деле есть плутократия спекулянтов и прочих искателей выгоды в политике и с помощью политики [Pareto 1935, 4: 1566ff\. Но его плутократия управляется не столько бизнесменами, сколько мародерами-политиками, использующими правительство для собственной пользы. Согласно интерпретации Иона Элс-тера, Маркс был вынужден под влиянием событий изменить свои взгляды относительно степени, в которой буржуазия непосредственно направляет правительство государства. Хотя капиталисты и были правящим классом, они совершенно необязательно занимались управлением 412

Р. Даль. Демократия и ее критики

сами.

До 1850 года Маркс придерживался позиций «Манифеста Коммунистической партии», согласно которому «исполнительная власть современного государства является всего лишь комитетом для управления делами всей буржуазии». Государство служит интересам капиталистического класса, потому что является прямым продолжением воли этого класса. Однако после 1850 года он более не мог придерживаться этой точки зрения, ибо теперь для него было очевидно, что в Англии, Франции и Германии те, кто управлял государством, были не бизнесменами, но «коалицией английской аристократии», Бонапартом во Франции, а в Германии — земельной аристократией, официальной бюрократией, монархом. Поэтому в поисках способов сохранить свою теорию господства капитализма, он выдвинул тезис о том, что «буржуазия воздерживается от политической власти» до тех пор, пока защищаются ее интересы [Elster 1985: 411—422]. Уточнение состава доминирующего меньшинства, несомненно, является необходимым шагом для возможности любой эмпирической верификации или опровержения теории господства меньшинства. Я еще вернусь к этому. Однако различия в составе господствующего меньшинства также будут иметь критически отличающиеся теоретические и практические последствия. Если господствующее меньшинство — гомогенный класс со сходными по своей сути интересами, которые, вдобавок, в основном противоречат интересам подвластного класса или классов, тогда электоральное и партийное соревнование между членами господствующего меньшинства будет мнимым или несущественным, в то время как серьезная политическая конкуренция между представителями господствующего меньшинства и подвластного большинства, предположительно, будет отсутствовать (по причинам, вытекающим из теории). Если же, тем не менее, господствующее меньшинство является гетерогенным собранием групп, а интересы этих групп иногда

расходятся, тогда политическое соревнование может в некоторых случаях побуждать лидеров искать поддержки у большинства путем выступлений за его интересы. Эта вероятность, как мы увидим позже, имеет далеко идущие следствия.

Как мы убедились, теории господства меньшинства различаются по своим выводам о возможности прекращения господства и о вытекающих из этого последствиях для человеческих надежд и действий.

Хотя апологеты господства меньшинства склонны опираться на исторический детерминизм, обсуждение того, что они понимают

Часть пятая. Пределы и возможности демократии 413

под человеческой автономией, свободой, свободной волей и детерминизмом, — задача слишком обширная и отнюдь не строго необходимая для моих целей. Скорее к теме относится вопрос о том, является ли господство меньшинства неизбежной чертой человеческой жизни (во всяком случае, на более высоких ступенях развития, чем охотники-собиратели) или можно ли с ним покончить. По этому поводу Маркс и его последователи проявляют высокий оптимизм — точнее выражаясь, на самом деле, утопизм. Под воздействием производственных сил, отношений и способов производства господство меньшинства было неизбежным при капитализме и во всех предыдущих обществах7. Однако равным образом неминуемо и то, что капитализм будет замещен коммунизмом. При коммунизме господство во всех его формах — политической и экономической — исчезнет, и человеческие существа насладятся, наконец, полной свободой. Таков сценарий Маркса.

У Моски, Парето и Михельса иной взгляд. Коль скоро человечество перешло из каменного века в более сложные цивилизации, господство меньшинства стало неотъемлемой частью человеческого общества. Моска и Парето настаивали с утомительным постоянством на этом неизбежном законе человеческого общества. Несмотря на то что формы господства меньшинства могут меняться, и даже если некоторые формы «лучше», чем другие (все более упорное убеждение Моски по мере того, как он узнавал фашизм в Италии), господство меньшинства в той или другой форме неотвратимо.

В отличие от Моски, Михельс пришел к поддержке итальянского фашизма. Однако в его знаменитых «Политических партиях», опубликованных за десять лет до мус-солиниевского марша на Рим8, тон высказываний — скорее трагичный, чем циничный. Михельс утверждал: «социологические феномены», описанные им, «доказали вне всякого сомнения, что общество не может существовать без господствующего или политического класса и что правящий класс ...составляет единственный фактор, обладающий долговременной эффективностью в истории человеческого развития», а затем придал изложению трагическую ноту: «Таким образом, большей части человеческих существ, находящихся в состоянии вечной поднадзорное™ (eternal tutelage), предопределена трагическая необходимость подчиняться господству небольшого меньшинства и довольствоваться ролью пьедестала для олигархии» [Michels 1962: 354]. Его «финальные соображения» таковы:

414

Р.Даль. Демократия и ее критики

«Демократические течения истории напоминают последовательные волны. Они неизменно разбиваются о тот же берег. И вновь неизменно поднимаются. Это нескончаемое зрелище одновременно воодушевляет и погружает в депрессию. Когда демократии достигают определенной стадии развития, они подвергаются последовательной трансформации, усваивают аристократический дух и во многих случаях также аристократические формы, против которых вначале они столь свирепо сражались. Теперь возникают новые обвинители, угрожающие предателям. После эры славных побед и бесславной власти они, в конце концов, сплавляются со старым господствующим классом. Теперь уже они, в свою очередь, подвергаются атакам свежих противников, взывающих к имени демократии. Весьма вероятно, что эта жестокая игра будет продолжаться бесконечно».

<< | >>
Источник: Даль Р.. Демократия и ее критики / Пер. с англ. Под ред. М.В.Ильина. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН). — 576 с.. 2003

Еще по теме ПОЧЕМУ И КАК УПРАВЛЯЕТ МЕНЬШИНСТВО:

  1. Глава 5. КРИТИКА ПОПЕЧИТЕЛЬСТВА
  2. ДЕМОКРАТИЯ КАК СРЕДСТВО ДОСТИЖЕНИЯ МАКСИМУМА ОСУЩЕСТВИМОЙ СВОБОДЫ
  3. ПОЧЕМУ РАВНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ?
  4. ЧЕТЫРЕ ОПРАВДАНИЯ ПРАВИЛА БОЛЬШИНСТВА Максимизированное самоопределение
  5. ОТДЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ
  6. ПРОБЛЕМА ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ЕДИНИЦЫ
  7. Глава 19. НЕИЗБЕЖНО ЛИ ГОСПОДСТВО МЕНЬШИНСТВА?
  8. ПОЧЕМУ И КАК УПРАВЛЯЕТ МЕНЬШИНСТВО
  9. КРИТИКА
  10. Палата лордов, Лондон 11 февраля 1937 года
  11. а) Субъективный идеализм 1. Кант
  12. б) Либералы " 1. Бенжамен Констан
  13. Вступительная лекиия по Государственному праву, читанная в Московском университете 28 октября 1861 года
  14. «ПОБЕДИВШЕЕ МЕНЬШИНСТВО РАСКАЛЫВАЕТСЯ». НО ЗА ЧТО ОНИ БОРОЛИСЬ?
  15. ¦ 8.1. Политическая философия и поиск «наилучшего режима»            
  16. ГЛАВА VII Истинная и ложная демократия. Представительство большинства и представительство всего народа
  17. Франсуа Гизо ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ: О СУВЕРЕНИТЕТЕ
  18. Аристотель
  19. Глава 7 ВНЕШНИЕ ГРАНИЦЫ
  20. 1. СПОР О ТЕРМИНЕ
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -