>>

Необходимость реформ

  К середине 1980-х гг. советская экономика оставалась все еще плохо сбалансированной. По ряду показателей (по производству тракторов, цемента, добыче каменного угля и железной руды) СССР значительно опережал США, но по-прежнему отставал в выпуске предметов потребления.

К тому же качество тех же советских тракторов оставляло желать лучшего: техника довольно часто выходила из строя, и ее дальнейшая эксплуатация становилась малорентабельной — целесообразнее было купить новые комбайны и тракторы, чем ремонтировать прежние. Следует вспомнить, что прототипами советской сельхозтехники еще в 1930-е гг. были машины американских концернов («Фордзон», «Катерпиллер» и др.), причем уже тогда закрепилась тенденция технологического отставания Советов от Запада примерно на одно поколение машин и оборудования. Она рисковала стать необратимой к рубежу 70—80-х гг. прошлого столетия, когда мир вступил в период так называемой микроэлектронной революции. Критерием развития той или иной страны служило уже не количество выплавленной стали и добытого угля, а использование микроэлектронной техники, в то время как советская экономика была по-прежнему ориентиро-
вана на производство традиционной для периода индустриальной революции продукции: стали, чугуна, кокса, железной и марганцевой руды. Устаревшие отрасли промышленности были чрезвычайно энергоемкими и в силу этого обременительными для хозяйства.
Первостепенное значение придавалось отраслям, обеспечивавшим потребности военно-промышленного комплекса: «В 70-е гг. экономика страны была предельно милитаризирована, “работала” в основном на ВПК В общем объеме продукции машиностроения производство военной техники составляло более 60 %, а доля военных расходов в валовом национальном продукте — около 23 ш-
Хронические проблемы испытывало сельское хозяйство. Страна, имевшая в своем распоряжении более половины мировых площадей чернозема, была не в состоянии полноценно накормить население: жители провинции периодически приезжали за продуктами в Москву, снабжавшуюся с учетом ее столичного статуса.
Хотя валовой внутренний продукт СССР составлял 10 % мирового, на долю Советского Союза приходилось лишь 4 % объема мировой торговли (на долю США — около 14 %).
Одно из противоречий советской экономики заключалось в отрыве науки от производства. Предприятия, сориентированные главным образом на количественные плановые показатели, не проявляли интереса к научным разработкам.

Продукция военно-промышленного комплекса СССР








Устройство хранения информации распространенных в СССР электронно-вычислительных машин
А ученые, не видя перед собой конкретных задач, нередко занимались исследованиями, не находившими практического применения. Хотя со второй половины 1970-х гг. в СССР появились научно-производственные объединения (НПО), это не привело к конструктивному сотрудничеству между наукой и производством.
Между тем СССР не имел собственных технологий, на основе которых можно было бы за короткий срок наладить в стране выпуск ЭВМ нового поколения — персональных компьютеров.
«Отставание в развитии и использовании вычислительной техники, — констатировал впоследствии академик Н.Н. Моисеев, — было на самом деле симптомом, точным индикатором абсолютно смертельной болезни» [I].
Советская экономика носила плановый характер. Роль товарно-денежных отношений как регулирующего фактора в распределении общественного продукта признавалась второстепенной. Понятие «рынок» использовалось лишь применительно к сфере потребления. Однако плановое производство уже не могло достаточно быстро реагировать на постоянно изменяющиеся спрос и предложение. Все больше товаров народного потребления переходило в разряд дефицитных: качественные импортные вещи приходилось не покупать, а «доставать» втридорога у спекулянтов (фарцовщиков), быстро освоивших не занятую государством экономическую нишу.

По «закрытой» статистике МВД получалось, что примерно каждый третий гражданин СССР хотя бы раз воспользовался услугами спекулянтов. «Теневой рынок» успешно использовал пороки и изъяны официальной советской экономической системы, где трудиться все лучше и лучше было просто невыгодно самим работникам.
«Теневой рынок» являлся рынком в западном смысле этого понятия. «Теневики» были знакомы с маркетингом и осуществляли зондаж различных секторов экономики. Их производственные «цеха» быстро реагировали на изменения потребительских вкусов населения: получайте, граждане, сумки с рисунками, пакеты, обувь, джинсы... К началу 1980-х гг. неофициальная экономика превратилась едва ли не в организованную часть советской хозяй- | ственной системы, поддерживая ее на плаву. По оценкам американского эксперта В. Тремла, уже к концу 70-х гг. теневая экономика составляла 30 % валового национального продукта страны,
[ в ней было занято 18-20 % всей рабочей силы, а уровень доходно- ' сти в 8-10 раз превышал средний доход [2].
В этой ситуации некоторые специалисты и политики все больше склонялись к мысли о том, что в качестве экономического регулятора в советском хозяйстве целесообразно запустить рыночный механизм. Причем речь шла уже не о рынке товаров, а о рыночной экономике.
Само государство утратило доминирующую роль, о чем свидетельствовало появление множества различных ведомств, преследовавших свои интересы (зачастую во вред общегосударственным). Каждое из ведомств «присваивало» себе какую-либо часть хозяйства, что подрывало одну из главных основ советского строя — общенародное^ собственности и хозяйства. В результате происходил процесс разделения народа на группы и слои с интересами и ценностями, часто вступавшими между собой в достаточно серьезные противоречия.
В прошлом распространению ведомственности препятствовал жесткий партийный контроль, частая сменяемость кадров (ротация). В эпоху так называемого «застоя» партийная номенклатура сраслась с ведомственной, ротация кадров замедлилась, центральная власть все больше утрачивала конт
роль над госаппаратом. Между тем необходимость интенсивного развития технологий требовала объединения отраслевых усилий. Ведомственность становилась сильнейшим тормозом на пути научно-технического прогресса.
В обществе, утратившем единство целей и действий, заметно снизилась роль нравственных регуляторов: о моральном кодексе строителей коммунизма уже никто не вспоминал. (Любопытно, что в капиталистической Японии в крупных фирмах набор корпоративных ценностей удивительным образом напоминал этот советский устав коммунистической этики. Разумеется, без самого термина «коммунизм».) Мелкая коррупция и произвол чиновников стали обычным явлением: в 1984 г. в ЦК КПСС поступило 74 тыс. анонимных писем с жалобами по этому поводу. Труд перестал восприниматься как одна из основных норм жизни: в 1983 г. в результате провозглашенного Ю.В. Андроповым курса на повышение производственной дисциплины и проведенных в связи с этим проверок в стране были выявлены 390 тыс. действительно безработных. Власти не могли подобрать ключ к решению таких острых социокультурных проблем, как рост массового алкоголизма или новая волна бродяжничества. Ho возврат к сталинскому ГУЛАГу как способу борьбы с данными явлениями (или обращение к другим методам «закрепощения» трудящихся) был невозможен: другая эпоха, другие нравы, иной геополитический контекст.

Человек без определенного места жительства (бомж)





На все эти явления накладывался и общий кризис советской идеологии: несмотря на внешний пафос, она была уже не в состоянии придать осмысленность существованию миллионов людей, изначально ориентированных на достижение высоких идеалов. Более того, в семьях высокопоставленных работников советского агитпропа стали культивироваться совсем иные ценности, в которых отчетливо проявлялся культ «вещизма» и идеализированного Запада: столичная золотая молодежь не стеснялась называть потребляемую всей страной «докторскую» колбасу «плебейской», а поколение своих родителей — «совками». (Понятие «совок» станет одним из главных негативных образов грядущей эпохи.)
Как на Западе, так и внутри страны возникло обоснованное предположение, что Советский Союз может быть и перешагнет дату, обозначенную в известной статье диссидента А. Альмарика «Доживет ли СССР до 1984 года?», но не выйдет победителем в холодной войне. В этих условиях внутри страны оживилось диссидентское движение, а за рубежом вчерашние друзья СССР из числа левой западной интеллигенции переходили на антисоветские позиции.
В различных слоях населения СССР (прежде всего в среде интеллигенции) нарастало отчуждение от государства. Люди все чаще задумывались о причинах неблагополучия и приходили к выводу о том, что жизнь в стране устроена неправильно: «Так дальше жить нельзя...» 
| >>
Источник: Ванюков Дмитрий Александрович. Демократическая Россия конца XX — начала XXI века.. 2007

Еще по теме Необходимость реформ:

  1. Глава II. Необходимость реформ
  2. 2.2. Система экономических реформ Петра I: необходимость, структура, общая оценка
  3. 7.1. Необходимость, основные направления и последствия административных экономических реформ Н.С. Хрущева (1953-1964гг.)
  4. 7.2. Хозяйственная реформа 1965 года: необходимость, основные принципы и результаты
  5. § 1. Аграрная и земельная реформы как неотъемлемое звено экономических реформ: понятия, исторические, идеологические и социально-экономические предпосылки
  6. РОЛЬ ГОСУДАРСТВА В «ДОГОНЯЮЩЕЙ МОДЕРНИЗАЦИИ»: РЕФОРМЫ ПОСЛЕ 1789 ГОДА В ГЕРМАНИИ И «ВЕЛИКИЕ РЕФОРМЫ» В РОССИИ В СРАВНИТЕЛЬНОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ Й. Цвайнерт
  7. Реформа хозяйства или реформа власти?
  8. 494. В каких случаях необходимо выполнение минимума необходимых работ (услуг)?
  9. 333. В каких случаях ущерб считается причиненным в состоянии крайней необходимости и необходимой обороны?
  10. 3. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, а также в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости и при профессиональном риске
  11. АДМИНИСТРАТИВНАЯ РЕФОРМА В РОССИИ
  12. Земельная реформа
  13. § 1. Попытки проведения реформ
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки -