<<
>>

2.3. Междисциплинарные аспекты политического анализа и политического прогнозирования

Политический анализ используется для исследования механизмов связи политических и неполитических явлений. Успех здесь предопределяется глу­биной понимания взаимосвязи между политическими явлениями и политиче­скими процессами.

Получаемые в ходе таких работ знания обладают как практическим, так и теоретическим характером. К признакам, указывающим на присутствие теоретического аспекта, можно отнести следующие: возмож­ность обобщений, т.е. применение выводов на совокупность явлений; про­должительность действия найденных закономерностей; выделение законо­мерностей, не зависящих от частных вопросов реальной политики.

В той части российской политологии, которая признает за политиче­ским анализом не только практическую, но и теоретическую функцию, при­нято разделять западное многоаспектное понимание политического анализа на теоретический и прикладной уровни.

Теоретический и прикладной уровни используют во многом один и тот же методологический инструментарий. Это своего рода общий язык, позво­ляющий теоретикам и практикам взаимодействовать с целью углубления своего понимания политической реальности. В.А.Ядов дает следующее опре­деление методологии. «Методология - это система принципов научного ис­следования, совокупность исследовательских процедур по сбору, первичной обработке и анализу информации»[113]. Целью методологии является разработка правил работы с информацией, благодаря соблюдению которых обеспечива­ется выполнение общенаучных принципов.

Важным и открытым вопросом построения и применения методологи­ческой базы является вопрос транзитивности анализа и синтеза в системном анализе сложных систем. Можно ли переносить на всю сложную систему ре­зультаты изучения ее отдельных частей или аспектов?

Особенностью политического анализа, предопределяющей разнообра­зие его методологического и методического оснащения, является работа с принципиально разноплановой информацией.

В нашем исследовании тако­выми, например, были: статистические данные, описывающие финансовые и экономические процессы, связанные с рынком нефти (количественная ин­формация); экспертные оценки типов психологического поведения участни­ков рынка (качественная информация); сведения о произошедших событиях и их взаимосвязи (описательная информация, фактологическая база).

Столь разнотипная информация требует применения методов из разных областей знаний. А.А.Дегтярев называет эту методологическую особенность политического анализа гетерогенностью. Он подчеркивает, что высокая сте­пень заимствования политического анализа из других наук, от концептуаль­ных подходов до конкретных техник, связано с необходимостью рассмотре­ния политических проблем в различных областях знаний.1

Если рассматривать политику в контексте структурной иерархии сис­тем общественной жизни, то она относится к системам высшего порядка. Выстраиваясь из подсистем более низкого порядка и переплетаясь с систе­мами своего уровня, политика аккумулирует и отражает в своем поведении влияние множество разноплановых и разнокачественных факторов.

Необходимость ориентации на комплексные исследования при прове­дении политического анализа заставляет привлекать к рассмотрению гораздо больший объем информации, чем при узкоспециализированном анализе. Это порождает такое явление, как избыточность информации, грозящее исследо­вателю огромными затратами времени на непродуктивную деятельность. По­этому для политического аналитика особое значение имеют процедуры и ме­тоды «сжатия» информации, т.е. получения информационной выборки, с од­ной стороны, все еще содержащей существенную информацию, с другой, поддающейся реальному осмыслению. Так как рабочий информационный массив, как правило, содержит и количественную и качественную информа­цию, для «сжатия» применяют как методы абстрагирования от несуществен­ных связей, так и математические техники, уменьшающие количество пере­менных и факторов.

Внедрение математического формализма в политологию оказалось лег­че сделать в виде методического подхода, чем в виде процедур обработки информации.

Например, использование принципов теории игр помогает вы­страивать логику объяснения политических процессов и событий, но не по- [114] зволяет полноценно оперировать доступной информацией, имеющей качест­венно-количественный характер.

Полноценная формализация в прикладной политологии может быть сделана только с опорой на эмпирические данные, содержащие количествен­ные представления или позволяющие продуцировать их. Задачей формаль­ных подходов при этом становится обнаружение устойчивых явлений, про­являющихся в результате статистического анализа. В случае обнаружения устойчивости мы получаем основание говорить, с одной стороны, об обна­руженных статистических закономерностях, с другой стороны, о фактах, как явлениях, проявляющих свою объективную составляющую вне зависимости от тех или иных теоретических построений, индивидуальных воззрений по­литологов и не меняющихся со временем.1

Хотя формализация информационной базы рождалась в рамках при­кладной политологии, создание фактической базы данных может послужить и решению задач теоретической политологии. Из этого следует, что приклад­ная и теоретическая политология могут использовать как одну политологиче­скую базу фактов, так и одну методологическую базу.

Одной из позиций, определяющих целесообразность использования тех или иных формализованных подходов в политологии, считается наличие но­визны в достигнутых результатах. Но надо отметить, что даже в таких случа­ях, когда достигается всего лишь повторение результатов анализа, мы полу­чаем, по крайней мере, две полезные функции. Во-первых, возможность под­тверждения или уточнения уже известного иными методологическими мето­дами и подходами укрепляет наши знания. Во-вторых, использование форма­лизма положительно сказывается на процессах накопления знаний.2

Однако не следует полагать, что формализованные и в частности мате­матические методы и модели могут разрешить проблемы, стоящие перед тео- [115] [116] ретической или практической политологией.

Так, например, позиции матема­тики в экономики несравненно выше, чем в политологии, и, тем не менее, классики экономики Дж. М. Кейнс и А. Маршалл подчеркивали ограничен­ность применения математических методов и моделей в экономической нау­ке.1 Поэтому рассчитывать на более эффективное их применение в случае политологии нет оснований.

«Дж. М. Кейнс, как и А. Маршалл, по образованию был математиком, но воспринимал математические методы в экономической теории с оговор­ками, используя их лишь в ограниченной степени. Он говорил, что возмож­ности постичь с их помощью содержательные экономические проблемы весьма скромны, а потому скромным должно быть и их применение в прак­тической работе»2.

В силу проблем измерения многих показателей, необходимых для по­строения больших моделей, прикладная экономика сосредотачивается на уп­рощенных математических моделях, для которых имеются статистические данные.[117] [118] [119] Такая же специфика имеет место и в политологии.

Ограниченность числовых данных и наличие феноменов, которые в принципе не могут быть формализованы и рассчитаны, определяют поиск простых моделей, позволяющих, тем на менее, получать хорошие результа­ты. Такой подход использован в диссертационном исследовании при по­строении сценарного метода конъюнктурно-политической пролонгации ос­нованного на компактной экономико-математической модели, базирующейся на статистике по мировому рынку нефти.

Практикующий политик на основе результатов политического анализа должен определить способ управления интересующим его объектом или процессом. При этом он оказывается на пересечения интересов различных наук, одной из которых является теории управления.

Теория управления помогает политику понять, как по реакциям иссле­дуемого объекта на внешние воздействия определить систему «управляю­щих» сигналов, позволяющих выводить объект в желаемые состояния.

Переходя на предметное поле теории управления необходимо особое внимание уделять учету обратных связей, которые в политологии выполняют роль обратной реакции на внешнее воздействие.[120] Политические объекты не являются неизменными константами, пассивно встроенными в структуру общественных взаимодействий.

Постоянно изменяясь в своем бытие, они трансформируют свои влияния, и тем самым приспосабливаются к новым ус­ловиям.

К активной функции объектов политического исследования необходи­мо добавить также активную функцию самих прогнозов. Будучи известными широкой общественности, они способны «выстраивать под себя» реальное развитие ситуации. Таким образом, сами прогнозы могут становиться важ­ным фактором влияния.[121]

Примером использования такого влияния являются часто происходя­щие утечки секретных материалов, касающихся оценки будущего развития ситуации в мире и в различных его регионах. Так, например, не единожды это происходило с докладами Национально разведывательного совета США.

Еще одной дисциплиной, делящей с политологией, экономикой и тео­рией управления объект нашего исследования, является социальная психоло­гия. Человеческий фактор определяет значимую особенность рынков сырье­вых товаров. В отличие от классического рынка на сырьевых рынках законо­мерности диктуются ограниченностью ресурсов. Производители сырья должны постоянно решать задачу распределения во времени продаж товара, наличие которого у них объективно ограниченно. Принятие решения при этом почти полностью зависит от ценовых ожиданий.

Такая зависимость от разнообразных прогнозов делает рынок принци­пиально неустойчивым в кризисных ситуациях. Пусть, например, из-за неко­торых событий всеми прогнозируется или имеет место факт устойчивого роста цены. Это побуждает продавцов уменьшать поставки товара, а покупа­телей увеличивать объем закупок. Одновременность реализации таких наме­рений даже в спокойной ситуации способна вызвать подъем цены, а в усло­виях ее значительного роста она еще больше усугубляет положение. Пока участникам торгов не станет ясно, что достигнут максимум возможного, спи­раль повышения будет раскручиваться. В результате рынок может оказаться в состоянии паники, а действия игроков станут подчиняться законам поведе­ния толпы. А действия толпы в состоянии паники неуправляемы и лишены здравого смысла.

«Характеризуя в целом особенности принятия решений участниками биржевой торговли нефтью, многие аналитики отмечают их зачастую упро­щенный подход к оценке значимости факторов ценообразования. Многие трейдеры в процессе принятия решений о покупке-продаже фьючерсных контрактов опираются только на два-три показателя. Но, с другой стороны, такой подход трейдеров можно понять. На них обрушивается огромный вал разнообразной информации, и при этом вся она является концептуально на­груженной.

Идет ли эта информация из Секретариата ОПЕК, или из Международ­ного энергетического агентства, или из Французского института нефти - она всегда несет определенную скрытую концептуальную направленность. И очень часто в силу дефицита времени не представляется возможным отде­лить объективно значимое ядро от концептуально нагруженной оболочки. В итоге, неадекватная информация и некачественный анализ приводят к тому, что страны-производители нефти неверно реагируют на поступающие сигна­лы, а рынок неверно оценивает их действия.

Следует также иметь ввиду, что относительно небольшая ошибка в оценке спроса или предложения на уровне одного-двух процентов от общего объема рынка нефти может изменить уровень цен на десять процентов.»[122]

«Еще одно усложнение в эту картину вносит деятельность организа­ций, призванных отвечать за улучшение качества информационных потоков, - Международного энергетического агенства и Информационного энергети­ческого агенства Министерства энергетики США. От этих серьезных органи­заций многие участники рынка ожидают объективной информации. Однако, и их мощные интеллектуальные ресурсы концентрируются на продвижении тех сигналов, которые соответствуют их вполне конкретным моделям и представлениям о будущем мировом рынке нефти.»[123]

Если учесть все особенности, то становится понятно, что экономически необоснованные взлеты и падения нефтяных цен не являются исключением, они закономерны. Возникает вопрос, что же тогда, хотя и не очень эффек­тивно, но всякий раз удерживает рыночный механизм регулирования цен, спроса и предложения от катастрофы.

По-видимому, как и в ситуации с поведением толпы, охваченной пани­кой, спасительным механизмом является разум, рано или поздно все-таки включается механизм рационального поведения. В практике биржи «отрезв­ляющим» механизмом является досрочное прекращение торгов. Надежда при этом связывается только с тем, что за время перерыва игроки успокоятся и смогут трезво понять и оценить происходящие события.

Отсюда следует, что одним из стабилизирующих факторов является объем и качество информации, доступной биржевым игрокам. Использова­ние этого фактора может понизить уровень неопределенности. Необходимо вооружать «разум» разноплановой (политической, экономической, социоло­гической, технологической и т.д.) аналитической информацией и статисти­кой, причем чем опаснее ситуация тем полнее, качественней и более автори­тетной она должна быть. Ну а у тех, кто поставил своей целью, наоборот, как можно сильнее дестабилизировать рынок, задача противоположная, следова­тельно, им надо наполнить информационное поле провоцирующими домыс­лами и слухами.

В качестве гипотетического варианта действий по манипулированию рынком предложим шаги, целью которых будет вывод рынка на желаемый уровень цен. Они основаны на особенностях поведения биржевых игроков и могут быть выстроены в следующую схему: а) подвергнуть рынок сильному внешнему воздействию; б) ограничить получение СМИ достоверной инфор­мации и наполнить их ложной информацией; в) искусственно поддерживать неопределенность начала очень значимых для рынка политических акций, причем проводить акции совсем не обязательно, достаточно эффективной может оказаться всего лишь угроза их проведения.

Реализация подобных схем требует немалых средств, целесообразность расходования которых зависит от величины предполагаемых выгод. Отметим лишь, что манипулирование рынком с помощью искусственно выстроенных обстоятельств — возможно, потому что современный рынок является неус­тойчивым к сильным или комплексным внешним воздействиям.

Силы, способные искусственно продуцировать события, которые за­ставляют мировой рынок реагировать в русле намеченных сценариев, могут решать таким способом как экономические, так и вытекающие из них поли­тические задачи. Для обнаружения подобных манипуляций необходимо по­строение поисковых и нормативных прогнозов. Поисковых, потому что они, с одной стороны, позволяют указать на грядущие проблемные ситуации, с другой стороны, основываясь на полученном прогнозе, помочь определению превентивных мероприятий, компенсирующих возможные политические ма­нипуляции. Нормативных, — потому что они помогают определить пути и методы доведения рынка до желаемых состояний.

Цель масштабных манипуляций с рынком сугубо экономической не бывает. Ограниченность экономической областью - это удел спекулятивного интереса, как правило, паразитирующего на кратковременных колебаниях реальной рыночной конъюнктуры. Масштабность же и комплексность искус­ственных воздействий указывает на попытку достижения политических це­лей, имеющих стратегический характер. Степень взаимопроникновения эко­номических и политических факторов настолько велика, что необходимо учитывать возможность целенаправленного использование этого взаимодей­ствия, например, по следующей цепочке: политическое воздействие ^ эко­номические преимущества ^ политические преимущества.

Жизнь социума неразрывно протекает во всех ипостасях, поэтому узко­дисциплинарный подход не является надежным инструментом научного ана­лиза и прогнозирования. Причем ошибки бывают настолько серьезными, что ставят под сомнение состоятельность самой прикладной науки, взявшей на себя миссию полноценного предвидения динамики Мир-системы. В таком положении оказалась, например, экономическая наука в связи с мировым финансово-экономическим кризисом 2008 г. Она не смогла не только иден­тифицировать приближающийся кризис, но и до конца понять его механизм и указать эффективные методы выхода из кризиса. Обнаружившиеся уже по­сле начала кризиса единичные сбывшиеся прогнозы, ранее незамеченные экономическим сообществом, не спасают авторитет экономической науки, а только подчеркивают не преодолённый ею экспертный субъективизм ни с помощью математического усиления эконометрики, ни с помощью привле­чения для моделирования новых математических дисциплин. Примечатель­но, что критические оценки состояния экономической науки высказываются авторитетными экономистами на больших экономических форумах. Так было на Первом Российском экономическом конгрессе и круглом столе «Экономи­ческая теория и реальность» прошедшем 7-12 декабря 2009 года в МГУ им. М.В.Ломоносова с участием академиков РАН Л.И.Абалкина,

В.М.Полтеровича, А.Д.Некипелова, член-корр. РАН В.С.Автономова, замми­нистра экономического развития А.Н.Клепач.

«Кризис экономической теории был во многом предопределен попыт­кой построить ее по образцу и подобию точных наук (В.М.Полтерович). Та­кой подход возник в 1950-е годы в связи с бурным развитием математиче­ской теории общего равновесия. Эту парадигму анализа привнесли в науку будущие нобелевские лауреаты К.Эрроу и Ж.Дебре. В дальнейшем перспек­тивы «инструментализации» экономической науки стали видится еще более радужными ввиду развития аппарата теории игр и эконометрики. Однако скорость изменения экономических реалий оказалась выше скорости созда­ния и адаптации количественных моделей, пусть даже самых сложных и изощренных. Кроме того, доступность информации об используемых для разработки экономической политики моделях стала оказывать воздействие на решения экономических агентов. Соответственно, предсказательная «мощь» этих моделей стала крайне недолговечной, и они требовали постоянного уточнения и доработки. При этом периферические улучшения этих моделей создавали иллюзию создания все более строгой и непротиворечивой эконо­мической науки.»1

Однако главным результатом критических оценок мы считаем понима­ние необходимости междисциплинарной кооперации, прозвучавшее на той же конференции. «Участники дискуссии сошлись в том, что верным направ­лением оздоровления мог бы стать более тесный диалог экономистов с пред­ставителями других общественных наук, прежде всего, социологами, поли­тологами, историками, психологами и демографами. Было даже предложение не разделять подготовку специалистов в области социальных наук по на­правлениям, а объединить их в одну эклектическую дисциплину — общест­воведение (Л.И.Абалкин). В более «мягкой» постановке вопроса речь идет о необходимости общего социального анализа (В.М.Полтерович). В его основе [124] — междисциплинарный подход, предполагающий участие в исследованиях больших коллективов, которые объединяют специалистов в разных областях социального знания, говорящих на одном научном языке. Общим научным языком, тем не менее, при этом должен остаться язык количественных мето­дов, который предлагается освоить не экономистам.»1

Схожую позицию можно встретить и среди политологов. Так, напри­мер, И.Г.Яковлев считает, что политическое прогнозирование, сталкиваясь с высоким уровнем неопределенности, решает наиболее сложные задачи. Ин­тегральный уровень таких задач требует не только разработки комплексных прогнозов, объединяющих прогнозы, построенные в различных областях знаний, но и тесного взаимодействия самих исследователей — специалистов в различных областей знаний. Сложность такой работы заключается в сты­ковке политологии, социологии, экономики (концептуализация, операциона- лизация, анализ и прогнозирование), логики и математики (ситуационное и математическое моделирование), информатики (автоматизированный сбор и обработка данных, компьютерное моделирование), управлении (выработка альтернативных вариантов решений, анализ их проходимости и имплемента­ции), психологии (коммуникация с лицами, принимающими решения).[125] [126]

Сфера общих научных интересов конечно не должна описываться язы­ком математики, но для ее изучения необходимо использование количест­венных методов помогающих получать более объективное и адекватное по­нимание процессов, происходящих в мировой системе.

Современные проблемы в условиях глобализации и быстро развиваю­щихся процессов формируют потребность в том, чтобы междисциплинарный характер исследований не был только эпизодическим явлением, доступным большим специально сформированным коллективам, а был нормой при вы­полнении маломасштабных проектов.

Полученные результаты, вне зависимости от примененных методов, необходимо приспосабливать к возможному использованию в процессах принятия политических решений. Требованиям научного подхода при прове­дении такой адаптации отвечают, например, специальные методы, разрабо­танные на стыке политологии и теории управления (SWOT-анализ, стои­мость-эффективность, сценарные методы). Доводя с помощью подобных ме­тодов дело до практических рекомендаций, политология обеспечивает вос­требованность своих специалистов современным обществом, а значит и соз­дает фундамент для своего дальнейшего развития.

Выводы по параграфу

Методологической особенностью политического анализа и политиче­ского прогнозирования является высокая степень заимствования из других наук от концептуальных подходов до конкретных техник. Определяется это необходимостью работы с принципиально разноплановой информацией и рассмотрения политических проблем в различных областях знаний.

Степень взаимопроникновения экономических и политических факто­ров в энергетической сфере настолько велика, что необходимо учитывать це­почки взаимодействия разнородных факторов, причем как в их естественной рыночной ипостаси, так и в условиях, искусственно продуцируемых «управ­ляющих» воздействий.

Цель масштабного манипулирования рынком сугубо экономической не бывает. Ее присутствие указывает на попытку достижения политических це­лей, имеющих стратегический характер.

Эффективным анализом и прогнозом состояния мировой системы мо­жет быть только обобщенный социальный анализ и прогноз, требующий тес­ного взаимодействия исследователей разных общественных наук.

Выводы по главе

Институт принятия политических и государственных управленческих решений связывает структуры управления различными сферами обществен­ной жизни. Комплексный характер государственного управления определяет необходимость проведения междисциплинарных научных исследований. Уз­ко-дисциплинарный подход не является надежным инструментом научного анализа и прогнозирования.

Через процессы подготовки, принятия и реализации решений политика проявляется в многогранной жизни общества. Однако, формируясь через эти процессы, она, в свою очередь, зависит и определяется их особенностями.

Принятие политического решения это, прежде всего, выбор одного или комбинации из нескольких доступных вариантов. Выбор зависит не только от компетенции, профессионализма, честности лица принимающего решение, но и от качества и конкуренции предложенных ему оценок.

Стремление к повышению эффективности политико-административных решений приводит к возрастающему значению профессиональных экспертиз и консультаций.

Многомерность процесса принятия политических решений, неизбежно ставит задачи многокритериальной оценки и многокритериального выбора. При этом окончательное решение должно оставаться за человеком, способ­ным учесть неформализованное знание и сделать выбор, сопряженный с эле­ментами риска.

Современные проблемы в условиях глобализации и быстро развиваю­щихся процессов формируют потребность в том, чтобы междисциплинарный подход реализовывался не только в работе больших специально сформиро­ванных для этого коллективах, а был доступен и при выполнении маломас­штабных индивидуальных проектов.

<< | >>
Источник: Артюшкин Виктор Федорович. Прогнозно-аналитические методы как инструмент ■ ООО формирования внешней государственной энергетической политики России. Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук. 2014

Еще по теме 2.3. Междисциплинарные аспекты политического анализа и политического прогнозирования:

  1. § 2 СТРУКТУРА СОВРЕМЕННЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ Концептуальные подходы в политологии
  2. Тема 23 ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ
  3. СУЩНОСТЬ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ
  4. МЕТОДЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРОГНОЗИРОВАНИЯ
  5. 1. АГЕНТЫ И АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ИЗМЕНЕНИЯ
  6. Исследование властно-политических отношений в XX веке
  7. Г. П. Артемов, Ю. В. Косов «ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР И ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ СОЦИАЛИЗМА* НАУЧНО ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИИ CAIIH (Одеч-са. сентябрь 1987)
  8. НОВЫЙ ЭТАП ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ЭЛИТ ЦЕНТРА И РОССИЙСКИХ РЕСПУБЛИК: ЭТНИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ
  9. 12. ПОХВАЛА ФРАСИМАХУ. К НОВОЙ ОРИЕНТАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ И ПОЛИТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА
  10. 2.2. Политическое прогнозирование
  11. Тема З. Политическое прогнозирование (2 часа)
  12. Некоторые актуальные теоретико-методологические проблемы сравнительного анализа политических систем и институтов
  13. § 2. СТРУКТУРА, ВИДЫ И АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ
  14. 16.2.3. Религиозный аспект политической культуры
  15. 1.2.Методологические основы исследования взаимодействия авторитарного синдрома и политического процесса
  16. 2. ГЛАВА ПРИНЯТИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРОГНОЗИРОВАНИЕ
  17. 2.2. Политический анализ и политическое прогнозирование
  18. 2.3. Междисциплинарные аспекты политического анализа и политического прогнозирования
- Внешняя политика - Выборы и избирательные технологии - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Идеология белорусского государства - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая коммуникация - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политические процессы - Политические технологии - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политическое лидерство - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социальная политика - Социология политики - Сравнительная политология - Теория политики, история и методология политической науки - Экономическая политология -