Духовный кризис парламентаризма

Описание Шмиттом эпохи либерального парламентаризма 19 века отличается краткостью и излишней упрощенностью. Но Шмитт достигает своей главной цели — обоснования п подкрепления выдвинутого им же утверждения о том, что в 20 веке парламент вступает в период глубокого кризиса.
По его мнению, классический либеральный парламент со всеми его идеалами вырождается в «охвостье», лишенное каких-либо идеалов. Этот процесс сравнивается с процессом отмирания монархии. Подобно тому как закат эпохи монархизма в Европе ознаменовался ростом числа критических выступлений и прямыми отрицаниями монархических принципов знатности и чести, утрата легитимности парламентских идеалов и указывает на то, что час парламентаризма пробил, даже если он, как и монархия, будет существовать еще неопределенно долгое время в качестве бледной и обезображенной тени прошлого.

Показателем духовного кризиса парламента, отрыва его от реальности является воинственное отрицание парламентских институтов коммунистами, фашистами и анархо-синдикалистами10. Шмитт отмечает, что и в среде наиболее стойких защитников парламентаризма былые интеллектуальные доводы в пользу парламентаризма также утратили силу. Они выглядят все более устаревшими и идеалистичными, так что их начинают заменять чисто прагматичными обоснованиями необходимости парламента. Утверждается, что в сравнении со всем неопробованным и рискованным — например, с экспериментами по введению прямой демократии — парламент обеспечивает минимум политического порядка и преемственности в правлении. Или же парламенту отдают предпочтение исходя из столь же прагматичных соображений, как те, что высказывали при жизни Шмитта Макс Вебер, Хуго Пройс и другие"; согласно последним, парламент функционирует главным образом как средство тщательного отбора компетентных политических лидеров — как испытательный полигон для будущего политического класса. Шмитт доказывает, что подобная прагматическая аргументация в пользу парламента слаба и неубедительна, так как она оставляет без объяснения вопрос о том, на каких сущностных принципах базируется парламентаризм. Данному противопоставлению сущностных принципов и прагматических соображений принадлежит главная роль в доказательстве Шмиттом того, что современный парламентаризм переживает глубокий духовный кризис: «Ныне составными частями парламентаризма являются метод правления и политическая система. Он полезен ровно в той же мере, как и все вообще, что существует и сносно функционирует, — не больше н не меньше. Очень важно то, что и в наши дни он функционирует лучше, чем другие, неопробованные методы, а легкомысленное экспериментирование поставит под угрозу поддерживаемый ныне

минимум порядка. Данные аргументы примет во внимание всякий разумный человек. Но они не имеют силы применительно к рассуждениям о принципах»12.

Этот духовный кризис обусловлен рядом причин. В числе наиболее важных из них — растущее влияние демократии. Шмитт утверждает, что борьба за расширение политической демократии заставляет правительства наращивать свою силу и расширять сферу своей компетенции, дабы удовлетворять возрастающие социальные потребности. Тем самым происходит отказ от преобладавшей в 19 веке тенденции невмешательства со стороны либерального конституционного государства. Из-за возрастания стратегического значения государственной власти борьба за демократию также оборачивается насмешкой над прежними принципами парламентаризма. Открытые парламентские рассмотрения сводятся на нет массовой демократией и особенно одновременным развитием политических стратегий конкурирующих партии.

В осуществленном Шмиттом анализе этой тенденции явственно сквозит отличающее его презрение к партийной политике, демонстрировавшееся им на протяжении всей жизни. Люди подвергаются массированной обработке со стороны различных партийных кампаний, использующих страсти и насущные интересы граждан в целях получения возможности лучше управлять и манипулировать ими. Партии «осуществляют электоральную пропаганду, обрабатывают массы и господствуют над общественным мнением»13. Выборы превращаются в плебисцитарное соперничество групповых интересов, в «перекличку действующей партии-армии»'\ Господство на электоральной арене организованных партий, естественно, отражается и на парламенте, и он становится главной мишенью для жестко дисциплинированной партийной машины, сражающейся за свежий электорат15. Исчезают условия, в которых члены парламента могли бы заниматься независимым рассмотрением вопросов и рациональным взвешиванием мнений. В ситуации, когда участники дискуссии вступают в нее с заранее выработанными позициями, правление посредством открытых дебатов становится попросту невозможным. Деятельность парламента чрезвычайно осложняется партийными интригами, бесцельными и банальными дискуссиями. Ее тормозят и тактика обструкционизма и злоупотреблений парламентскими привилегиями со стороны его радикальных (классовых) оппонентов, первостепенной задачей которых является манипулирование парламентом в собственных частных экономических и партийно-политических целях.

А это несет в себе угрозу уравновешивающей функции парламента. В представлении Шмнтта, угроза либеральным парламентам 19 века, обычно защищавшим существующие конституции, неходила от обретавших доминирующее положение исполнительных органов. Парламенты 20 века, оказавшиеся во власти парализующей их партийной политики, наоборот, сами являются угрозой существованию конституционного строя н единства государства. По мере того как парламент приходит в упадок, государство начинает демонстрировать тенденцию к вырождению в «нестабильное коалиционное РаПе1еп51аас*»16.

Пагубное воздействие демократии с неизбежностью распространяется и на такие основополагающие принципы парламентаризма, как открытость и совещательность. Термин-гнбрпд «парламентская демократия» в том понимании, которое придает ему Шмитт, оказывается внутренне противоречивым, он лишает парламент дееспособности, поскольку либеральный парламентаризм и демократия несовместимы по самой своей сути.

* партийное государа во (ней). — Прим. перев.

В пору расцвета либерализма данное противоречие между парламентаризмом и демократией (становление которых происходило одновременно) оставалось незамеченным. Однако впоследствии, в период победного шествия демократии, стало очевидно, что демократические принципы находятся в непримиримом противоречии с принципами ограниченного правления, осуществляемого путем неограниченного обсуждения. Демократия зиждется на принципе исключения (утверждая это, Шмптт опирается па один из аспектов аристотелевского определения демократии17). Она привносит уточнение в положение о равенстве всех людей, добавляя, что некоторые люди определенно более равны, чем другие, то есть что отношения к себе как равным достойны только те, кто действительно равны между собой. На этом демократическом принципе и основана практика наделения граждан всеобщим и равным избирательным правом. На нем же основано и стремление (характерное для большевизма, фашизма и других форм диктатуры18) исключить из числа обладателей избирательного права неравных — тех, чье присутствие среди граждан страны нанесло бы ущерб столь важному для демократии духу равенства и однородности. «Политическая власть демократии проявляется в умении устранять или изолировать все чуждое и неравное, все, что угрожает ее однородности»14.

Демократический принцип равенства равных предполагает также и суверенность воли граждан, а кроме того, способность граждан к выражению единодушного мнения — общей воли — по общезначимым политическим вопросам. Существенную роль в демократии играет положенье о том, что истинная воля проигравшего голосование меньшинства на деле совпадает с общей волей — в том виде, как она выражается большинством (данную мысль Шмнтт заимствует из сочинения Руссо «Об общественном договоре»)2". Следовательно, для демократии принципиальным является положение о том, что политическая гармония воцарится лишь тогда, когда власть будет в руках тех, кто является объектом этой власти, то есть когда право осуществлять контроль будет полностью доверено тем, над кем этот контроль осуществляется.

Данные демократические идеи равенства и единодушия подрывают сами основы либерального парламентаризма — во всяком случае, так думает Шмнтт. Очевидно, что характерное для демократии стремление к однородности и (ограниченному) равенству противоречит либеральным, парламентарным приоритетам — положениям об (изначальном) разнообразии социальных интересов, а следовательно, о возможности разногласий и ссор между гражданами и их представителями. Менее очевиден тезис о том, что демократия противостоит парламенту как ненужному и устаревшему институту. (Здесь Шмитт имеет в виду, в частности, Веймарскую конституцию, представлявшую собой, по его мнению, противоречивое смешение либеральных и демократических принципов функционирования рейхстага и президента.) Согласно Шмитту, демократическая идея предполагает, что собрание граждан, а не парламентские представители, обладает безоговорочными полномочиями в принятии и изменении законов. Кроме того, демократия предполагает возможность отождествления правящих и управляемых, тех, кто командует, и тех, кто подчиняется командам21. Особенно очевидными эти исходные посылки становятся в кризисных ситуациях, в которых, в соответствии с демократическим принципом, должна полностью проявлять себя суверенная воля народа, — притом безотносительно к конституционным рамкам и решениям парламентариев. От такого понимания всего лишь шаг до антипарламеитского вывода: если государство можно и должно отождествить с волей народа (скажем, посредством выборов и референдумов), тогда институциональное разделение государства и гражданского общества становится ненужным — равно как становится ненужным и парламент в качестве уравновешивающей силы. Отсутствие разделения властей в государстве рассматривается демократией как естественное и здоровое следствие роста активности равных друг другу граждан. Оно кладет конец антиполитическим упованиям классического парламентского либерализма

<< | >>
Источник: Джон Кин. Демократия и гражданское общество / Пер. с англ.; Послесл. М.А. Абрамова. — М.: Прогресс-Традиция,. 2001

Еще по теме Духовный кризис парламентаризма:

  1. Основополагающие принципы парламентаризма?
  2. 1. Понятие парламента и парламентаризма
  3. ПАРЛАМЕНТАРИЗМ
  4. Отдел 3 РАЦИОНАЛИЗИРОВАННЫЙ ПАРЛАМЕНТАРИЗМ
  5. Лекция 1. Парламентаризм в системе государственной власти
  6. Глава 5 Диктатура и упадок парламентаризма Карл
  7. Н.М. Беляева, Пермский государственный университет САМОИДЕНТИФИКАЦИЯ МОЛОДЕЖИ В КОНТЕКСТЕ МОЛОДЕЖНОГО ПАРЛАМЕНТАРИЗМА
  8. Глава II НЕСОСТОЯВШАЯСЯ АВТОНОМИЯ: РОССИЙСКИЙ ПАРЛАМЕНТАРИЗМ НА ФЕДЕРАЛЬНОМ И РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ
  9. 4- я ГЛАВА ДУХОВНОЕ ЛИЦО И ПРАВЛЕНИЕ
  10. 6. Унаследование духовных способностей
  11. 4. Духовно-культурные отношения
  12. 1.4.4. Духовно-культурные отношения
  13. Материальные и духовные потребности
  14. СОХРАНЯЙТЕ УВАЖЕНИЕ К РЕЛИГИИ И ДУХОВНОСТИ
  15. Психофизиологические симптомы Духовного Пути
  16. Церковь и духовные движения
  17. Второй период Борьба светской власти с духовною
  18. ДУХОВНАЯ АТМОСФЕРА ПОСТРИСОРДЖИМЕНТО
  19. § 4. Конституционные принципы духовной жизни общества
  20. Духовная сила нуждается в упражнениях
- Внешняя политика - Геополитика - Государственное управление. Власть - Дипломатическая и консульская служба - Историческая литература в популярном изложении - История государства и права - История международных связей - История политических партий - История политической мысли - Международные отношения - Научные статьи и сборники - Национальная безопасность - Общественно-политическая публицистика - Общий курс политологии - Политическая антропология - Политическая идеология, политические режимы и системы - Политическая история стран - Политическая конфликтология - Политическая культура - Политическая философия - Политический анализ - Политический маркетинг - Политическое консультирование - Политологические исследования - Правители, государственные и политические деятели - Проблемы современной политологии - Социология политики - Сравнительная политология -